Танкист из Большого Микушкино

Микушкино

Фрагмент карты Бугурусланского уезда

Самарской губернии. 1912 год.

Родословная предков Тихона Петровича Глухова связана с селом Микушкино (ныне Большое Микушкино). Сейчас оно находится на территории Исаклинского района Самарской области, а ранее относилось к Бугурусланскому уезду, входившему последовательно в состав Уфимского наместничества, Оренбургской и с 1851 г. Самарской губерний.

Микушкино было одним из крупнейших чувашских селений Самарского Заволжья. Как и соседние сёла Старое и Новое Ганькино, Саперкино и другие, оно основано в середине XVIII века чувашами-переселенцами с территории современных Татарстана, Чувашии и Ульяновской области, которые выкупили землю у татарского землевладельца и нефтепромышленника Надыра Уразметова.

Прадед Тихона Петровича

Первый из предков Тихона Петровича по отцовской линии, о котором имеются документальные свидетельства, – его прадед Даниил Иванович Глухов. Он родился около 1801 года и умер не ранее 1869 года. В метрической книге Троицкой церкви села Микушкино за 1817 год имеется запись от 4 апреля: «Того же села из чуваш новокрещен Данила Иванов шеснатцети лет сочетался законным первым браком, понел девицу оной же округи деревни Саперькиной новокрещёную дочь Марину Якимову, шеснатцети лет, оба они ясашные крестьяне, венчаны приходским священником Иваном Семёновым с причетником».

Из этой записи можно сделать выводы о вероисповедной, национальной и социальной принадлежности семьи Глуховых. Новокрещёнами назывались представители нерусских народов, принявшие православие. К 1764 году в результате деятельности Новокрещёнской конторы, которая осуществляла массовое насильственное крещение народов Поволжья, большинство чувашей формально стали православными, хотя и сохраняли втайне верность языческим обрядам. В селе Микушкино церковь во имя Святой Троицы была основана в 1780-е годы.

Нефтепромышленник Надыр Уразметов.

На его землях было основано село Микушкино

Чуваши. Французская гравюра 1837 года

Запись в метрической книге села Микушкино

о бракосочетании Даниила Ивановича и Марины Якимовой

4 апреля 1817 года.

Понятие «ясачные крестьяне» также применялось к крестьянам нерусских народов Поволжья и Сибири. Ясак – это натуральный или денежный налог за пользование землёй, который они платили сначала ханам Золотой Орды, а затем русским царям. В 1724 году ясачные крестьяне Поволжья были зачислены в разряд государственных крестьян, но в документах вплоть до начала XIX века по-прежнему именовались ясачными. Они были прикреплены к земле, как и помещичьи, и несли различные повинности в пользу государства.

Даниил Иванович Глухов был женат дважды. От первого брака с Марией Якимовой у него родилось шестеро детей: сыновья Алексей (1818), Семён (1823—1835), Кирилл (1834), Пётр (1837—1863), дочери Марфа (1829) и Варвара (1839).

Запись в метрической книге села Микушкино о рождении Ивана Даниловича Глухова 21 июня 1849 года.

Впоследствии Даниил Иванович женился на Анастасии Емельяновне, которая была на 21 год младше него. 25 сентября 1849 года от этого брака родился сын Иван – дед Тихона Петровича Глухова. Согласно записи в метрической книге, его крёстным отцом был священник местной Троицкой церкви Георгий Словохотов, он же осуществлял обряд крещения.

От второго брака Даниила Ивановича также были рождены дети Максим (1864), Ефимия (1867) и предположительно Павел (1860?). Возможно, были и другие дети.

Запись в метрической книге села Микушкино о рождении Петра Ивановича Глухова 21 июня 1889 года.

Семья Глуховых в посемейном рекрутском списке села

Троицкое (Микушкино). 1-й лист. 1864 год.

Семья Глуховых в посемейном рекрутском списке села

Троицкое (Микушкино). 2-й лист. 1864 год.

Фамилия Глуховы применительно к Даниилу Ивановичу и его семье впервые упоминается в посемейном рекрутском списке села Микушкино 1864 года. Это означает, что уже сам Даниил Иванович, а возможно, и его родители, были известны своим односельчанам под этой фамилией, скорее всего, образованной от прозвища. Иных носителей фамилии Глуховы в селе Микушкино на тот момент не было. Само по себе наличие официально закреплённой фамилии для того времени являлось редкостью: большинство других микушкинских крестьян в том же самом списке записаны без фамилий, только по именам и отчествам.

Дед Тихона Петровича

Старший сын Д. И. Глухова от второго брака, Иван Данилович Глухов (1849—1917), создал свою семью в возрасте семнадцати лет. 30 июня 1867 года он женился на своей ровеснице, государственной крестьянке села Новое Ганькино Христине Васильевне. 16 декабря 1884 года у них родился первый ребёнок – дочь Евгения. С этого времени семья стала жить отдельным домохозяйством, вместе с несколькими родственниками. Второй ребёнок, наследник по мужской линии и отец Тихона Петровича Глухова – Пётр Иванович Глухов (1889—1962) – появился на свет 21 июля 1889 года.

Иван Данилович заботился о будущем своих детей и стремился дать им образование. В селе Микушкино с 1881 года существовала земская школа, которую посещал его сын Пётр. Эта школа, созданная Бугурусланским уездным земством (местным самоуправлением), давала детям знания в объёме начального образования. Также навыками чтения владела сестра Петра Евгения, окончившая церковно-приходскую школу при местной Троицкой церкви. Обучение девочки грамоте – нетипичный факт для крестьянской семьи того времени.

Н. П. Богданов-Бельский. Устный счёт

Материалы Всероссийской сельскохозяйственной переписи по селу Микушкино за 1901 год дают представление о хозяйственном положении семьи Ивана Даниловича Глухова к началу ХХ века. Семья состояла из 13 человек: 5 мужчин и 8 женщин. В соответствии с количеством «душ мужского пола» в семье Глуховы имели пять душевых земельных наделов – в общей сложности 58 000 квадратных саженей земли, или около 24,2 десятины (квадратная сажень и десятина – дореволюционные русские единицы измерения площади, равные, соответственно, 4,55 квадратного метра и 1,09 гектара). Таким образом, душевой надел на одного мужчину составлял 4,8 десятины. Для нормального ведения хозяйства и уплаты всех налогов крестьянину требовался надел от 6 до 8 десятин, в среднем же в Среднем Поволжье в тот период размер надела составлял 2,4 десятины.

На надельной пашне Глуховых было занято посевом 38 000 квадратных саженей земли, или 15,83 десятины. Посевы распределялись следующим образом: рожью было засеяно 17 500 квадратных саженей земли, пшеницей, овсом, полбой и гречей – по 4000, просом и горохом – по 2000, коноплёй – 500. На приусадебной земле ими было засеяно 50 квадратных саженей картофелем и 100 коноплёй. Ещё 20 000 квадратных саженей было «под паром», то есть относилось к вспаханному полю, которое в течение одного лета оставалось незасеянным. Кроме того, из своей надельной земли 5 десятин и 20 квадратных саженей земли Глуховы сдавали в аренду своим односельчанам сроком на три года по цене 6 рублей в год.

Количество скота в хозяйстве составляло 9 свиней, 4 поросёнка, 13 ягнят, 24 старые овцы, 4 бычка/тёлки, 3 коровы, 7 жеребят, 9 рабочих лошадей. Наёмный труд в хозяйстве не использовался. Помимо земледелия и скотоводства семья Глуховых в течение трёх летних месяцев занималась также пчеловодством, имела 16 ульев (пеньков).

Подворная карточка семьи И. Д. Глухова. 1-й лист.1901 год

Подворная карточка семьи И. Д. Глухова. 2-й лист.1901 год

С учётом того, что размеры надельной земли были невелики, очевидно, что именно доход от разведения пчёл и продажи мёда вместе с платой за сдаваемую в аренду землю давал возможность содержать значительное количество скота.

В. В. Киселёв. На пасеке

2 февраля 1907 года Пётр Иванович Глухов женился на своей односельчанке Елене Дмитриевне Алиферкиной. Свидетелями на свадьбе были: со стороны жениха – его дядя Павел Данилович Глухов и двоюродный дядя Никифор Максимович Глухов, со стороны невесты – её дядя Фёдор Алексеевич Алеферкин и Фёдор Тукмаков.

Елена Дмитриевна Глухова (Алеферкина) родилась 14 июля 1889 года. Её родители, микушкинский крестьянин Дмитрий Алексеевич Алеферкин и уроженка села Новое Ганькино Дарья Егоровна, обвенчались за полтора месяца до рождения дочери, 29 мая 1889 года.

М. К. Клодт. На пашне

Подворная карточка семьи Д. А. Алиферкина.

1-й лист.1901 год

Алиферкины, как и Глуховы, были чувашами по национальности и занимались пчеловодством. Отец Елены Дмитриевны был грамотным, окончил земскую школу. К началу ХХ века в его семье было два душевых земельных надела (по количеству мужчин) общей площадью 9,7 десятины, всего же численность семьи составляла семь человек.

Часть земли Алеферкины арендовали, часть сами сдавали в аренду. Рабочих рук было меньше, чем в многочисленной семье Глуховых, поэтому нанимали одного «полурабочего» (несовершеннолетнего работника) сроком на один год. Скота у Алеферкиных тоже было меньше, чем у Глуховых: 1 гусь, 4 гусёнка, 3 свиньи, 1 поросёнок, 3 ягнёнка, 6 старых овец, 2 бычка/тёлки, 1 корова, 2 жеребёнка, 3 лошади.

Подворная карточка семьи Д. А. Алиферкина.

2-й лист.1901 год

Запись в метрической книге села Микушкино о рождении Петра Ивановича Глухова 5 февраля 1907 года. 1-й лист

Запись в метрической книге села Микушкино о рождении Петра Ивановича Глухова 5 февраля 1907 года. 2-й лист

Г. Г. Мясоедов. Страдная пора. Косцы

Родители Тихона Петровича

Первым ребёнком в семье Петра Ивановича и Елены Дмитриевны Глуховых был сын Павел, родившийся 20 июня 1909 года. Второй сын Николай появился на свет 3 декабря 1912 года, дочь Феоктиста – 11 октября 1915 года.

Крёстным отцом первых троих детей был Гавриил Ефимович Глухов. В 1917 году родился сын Андрей (в метрических книгах записи о его рождении не найдено), следующий ребёнок умер вскоре после рождения.

Тихон Петрович Глухов, родившийся 29.07.1923 года, был шестым ребёнком в семье. В последующие годы у него появился брат Алексей (1926) и сёстры Анна (1929) и Ольга (1936).

В. Е. Маковский. Крестьянские дети

Детство

«Муж лапти плетёт, жена нити прядёт». Картина неизвестного художника по мотивам народного творчества

Тихон Петрович Глухов рос в большой семье. Его детство пришлось на тяжёлые послереволюционные годы. Вот что он сам вспоминал о своих детских годах: «В тяжелые послереволюционные годы жизнь наша складывалась очень тяжело: недоедая, недопивая, начинали мы жизнь… Родители имели небольшое хозяйство: две лошади и корову. Я до сих пор помню, как тяжело доставался хлеб, сколько труда приходилось вкладывать в землю, чтобы жить. Я был ребёнком и летом почти не видел своих родителей, которые постоянно находились в поле. С восходом солнца и до наступления темноты не прекращалась работа. Хлеб убирали в то время без сельскохозяйственных машин: косили косами, жали – серпом.

С наступлением холодов работы в доме хватало. Отец ухаживал за скотиной, и было у него ещё одно занятие: он не успевал плести лапти нам, мальчикам, постоянно бегавшим по улицам. Мать зимой одевала всю семью: пряла коноплю, затем ткала и шила одежду, поскольку купить её было почти невозможно. И вся одежда, которую мы носили, была холщовая».

Коллективизация

В 1929 году в СССР началась коллективизация: скотину у крестьян стали принудительно обобществлять и забирать в создаваемые коллективные хозяйства. В Микушкино был организован колхоз «Чембулатка», позже названный «Коммунар».

Параллельно шло раскулачивание, дом и скотину у семьи Глуховых забрали. Петр Иванович (отец Тихона Петровича), как и деды, и прадеды, не использовал наемный труд, все, что имел, было результатом труда предыдущих поколений. Первое время семье пришлось жить в землянке.

Старшие братья Павел и Николай в начале тридцатых годов вынуждены были пойти работать на лесозаготовку, ради семьи. Зимы стояли суровые с температурой воздуха ниже 30 градусов, одежда была ветхая, совсем не защищала от холода. Это повлияло на их здоровье, когда началась война, их не взяли, они уже были инвалидами.

Благодаря братьям семье позволили поселиться в общественной бане, при этом, когда жители села мылись, приходилось освобождать помещение и ждать, когда люди помоются, чтобы после вернуться в свое несчастное жилище.

После марта 1930 года, когда центральной властью были осуждены «перегибы» в ходе коллективизации, коров вернули хозяевам.

Голод 1933 года

Первые колхозные годы были самыми голодными. Государство по максимуму изымало зерно из колхозов на экспорт, чтобы обеспечить ускоренную индустриализацию страны. На всю жизнь Тихон Петрович сохранил воспоминания о страшном голоде зимы 1933 года, когда особенно сильно пострадали хлебородные регионы, в том числе Среднее Поволжье: «В эту зиму люди ели жмых, комбикорм, „колбу“ [дикорастущий лук], и даже этого не было достаточно. Много маленьких детей умирало с голоду. Весной ели траву котовник, листья липы. Картошки не было совсем».

Хорошие урожаи следующих двух лет, 1934 и 1935 годов, позволили, хоть и не сразу, восстановить крестьянское хозяйство после голода. Семья начала строить свой новый дом, он стоит до сих пор по адресу: Б. Микушкино, ул. Советская д. 85.

Школа. Нормализация жизни

В девятилетнем возрасте Тихон Глухов начал ходить в школу. Она находилась далеко от дома. Даже зимой, в сильные морозы, приходилось бегать в школу босиком, так как в семье не хватало обуви. Учащимся школы полагалось бесплатное питание один раз в день: «В кипяток засыпали муку, и эту воду мы и то не видели досыта. Тетрадей и книг было очень мало. Писали на полях газет и кто на чем».

Весной 1937 года из-за тяжёлого материального положения семьи Тихону Петровичу пришлось бросить школу и пойти работать, помогать конюхам. Он вспоминал о событиях этого года: «Весной не было дождей, в мае дожди всё же пошли. Высоту хлеба люди измеряли каждый день. Хлеб был очень высокий, выше человеческого роста. Началась уборка урожая. Я тоже не отставал от взрослых. Было очень жарко. Мои ровесники в большинстве ходили купаться на речку. Техники не хватало: были комбайны первого выпуска, но очень мало, тракторов тоже не хватало. Старики, старухи, дети – все, кто мог ходить, работали в поле. В этом году на трудодень распределяли по 16 килограммов хлеба, ещё получили арбузы, мёд. Не прекращалась молотьба хлеба всю зиму до весны. Молотили молотилками МК-100 привод „Универсал“-трактор». Для сравнения: в среднем советский колхозник в 1937 году получал на трудодень около 4 килограммов зерна.

Молотилка МК-100

По словам Тихона Петровича, «в 1938 году хлеба было так много, что его было некуда девать. 10 тонн хлеба наша семья сдала в государственный закуп, чтобы получить велосипед. Весной 1938 г. я бороновал землю в поле, сеял. Начался сенокос. Мы собирали сено и возводили в стога, работали с мала до велика».

В те годы велосипеды, это новое для жителей села средство передвижения, пользовались среди колхозников большим спросом и были в дефиците, а наличие велосипеда считалось показателем зажиточности.

Глухов Т. П., когда был маленьким, любил похулиганить и пошутить, об одной такой истории рассказывал его сын Владимир: «Как-то раз Тихон Петрович и его товарищ скакали по селу на лошадях, на головах шапки были похожи на будёновки». И решили они похулиганить. Прискакали к одному дому, видят, бабка с дедом, и говорят им: «Мы красноармейцы, воюем, очень сильно устали, есть что отведать?» В то время была свежа память о гражданской войне, и, видимо, поэтому хозяева дома поверили, скорее всего, ещё и плохо видели, они сказали: «Да, сейчас молочка нальем». Хулиганистые дети говорят: «Мы через час прискачем готовьте стол». Через час возвращаются, а там полный банкет. Пришлось признаться».

Советский плакат 1930-х годов

Неслучайная встреча

Жизнь постепенно стала налаживаться. Как вспоминал Тихон Петрович, «1938 год обул и одел людей. Родители купили мне хлопчатобумажные штаны, рубашку, сандалии. Взрослые девушки разговаривали о своих новых платьях. Много было свадеб. А мы, ребята, иногда ходили купаться на пруд». Там, на пруду, произошла встреча, которая, возможно, определила будущую судьбу Тихона Петровича.

А. А. Пластов. Колхозный ток

«Однажды приехал в отпуск офицер с Дальнего Востока. Пришёл он с женой купаться на пруд, собрал нас, мальчишек, и стал рассказывать про себя (это был командир танка, он служил на Дальнем Востоке). Рассказывал о наших советских танках, об их хороших боевых качествах, а мы с большим интересом слушали его рассказы и задавали вопросы, интересовались: „Он, танк, что ли, как медведь? Ведь медведя пуля не берет!“ Офицер объяснил нам, что танк сделан из стали, которую не пробивает ни пуля, ни снаряд. И я подумал: как хорошо быть таким человеком, управлять такой машиной! Все мальчики были в восторге от военного и бегали за ним по пятам».

Результаты индустриализации.

Курсы тракториста

В 1939 г. выдавали по 3 кг на трудодень, урожай был средний. В 1939 году Тихона Петровича приняли в комсомол и направили на машинно-тракторную станцию (МТС) учиться на тракториста. Машинно-тракторные станции были государственными предприятиями, которые занимались техническим обслуживанием колхозов, ремонтом техники и подготовкой кадров механизаторов. На учёбу туда направляли самых способных молодых колхозников, преимущественно комсомольцев.

Был один смешной случай, о нём сын Тихона Петровича Владимир рассказывал так: «Глухов Т. П. с товарищем снимали комнату в одном доме. Жили вместе с хозяевами и платили определенную плату за эту комнату. Однажды ночью они с товарищем решили похулиганить. Нашли какие-то старые овчинные шубы, вывернули их наизнанку и одели. Подняли ворот, зашли через главный вход и давай ходить из стороны в сторону со звуками „у-у-у, у-у-у“. Хозяева, муж и жена, остолбенели, женщина перекрестилась. Подумали, что бесы. Мужчина вскоре пришёл в себя, взял кочергу и ударил по голове товарища, да так, что тот потерял сознание. После этого случая молодых озорников выгнали из дома».