Сказание о Юэ Фэе, славном воине Поднебесной

Глава седьмая

Юэ Фэй завершает брачный обряд и возвращается на родину предков. Хун Сянь вступает в сговор с разбойниками и грабит на большой дороге

И вот начальник уезда Ли Чунь сказал Юэ Фэю:

– С тех пор как я похоронил жену, за дочкой моей некому присматривать. Хорошо, если бы она жила с твоей матерью! Возвращайся в деревню и передай матушке: завтра счастливый день, и я привезу дочь, чтобы завершить брачный обряд.

– Простите, уважаемый тесть, но мы бедны и так быстро мы не сможем устроить невесте достойную встречу! – возразил Юэ Фэй. – Лучше подождать, пока я вернусь со столичных экзаменов.

– Об этом не может быть и речи, – твердо заявил Ли Чунь. – Ты уезжаешь на экзамены, выдержишь их, и тебя могут назначить на должность в какой-нибудь дальний край. А я стар, и мне потом трудно будет приехать на свадьбу. Словом, завтра я привезу дочь в ваш дом.

Юэ Фэй счел за лучшее уступить, попрощался с тестем, сел на коня и возвратился в Цилиньцунь.

При появлении Юэ Фэя старики бросились к нему с расспросами:

– Ты уже попрощался с тестем?

– Посоветуйте, что мне делать! – сказал им юноша. – Узнав, что я уезжаю на родину, тесть очень огорчился. Боясь, что некому будет прислуживать моей матушке, он решил завтра устроить свадьбу.

– Это же замечательно! – обрадовались старики.

– Не тужи, племянник! – успокоил юношу Ван Мин. – Мы тебе поможем! Комнат свободных у меня много – пусть твоя матушка выберет две-три под брачные покои.

Юэ Фэй вернулся домой и рассказал матери о предстоящей свадьбе. Нечего и говорить, сколько радости доставила госпоже Юэ эта весть.

Между тем Ван Мин, не теряя времени даром, занялся приготовлениями к торжеству. Он нашел музыкантов, разослал приглашения родным и знакомым и с нетерпением стал дожидаться следующего дня.

Утром от Ли Чуня привезли приданое невесты, а вскоре прибыл и сам начальник уезда. За ним следовала дочь в отдельном паланкине.

Заиграла музыка. Подружки помогли невесте выйти из паланкина и провели ее в зал. Здесь молодые воскурили благовония, совершили поклоны Небу и Земле и удалились в брачные покои. Спустя некоторое время они вышли оттуда, поклонились Ли Чуню, и пиршество началось.

Ли Чунь выпил три кубка вина и встал:

– Простите, но у меня служебные дела, и я не смогу провожать молодых! Моя дочь и зять еще слишком молоды, и я надеюсь, вы будете их наставлять!

Старики пытались удержать его, но тот стоял на своем. О том, как его провожали, рассказывать не будем.

Затем все возвратились в зал, и веселье вспыхнуло с новой силой. Гости разошлись лишь поздно вечером.

На следующий день Юэ Фэй решил нанести прощальный визит тестю и вместе с братьями отправился в уезд.

В честь приезда зятя Ли Чунь приказал устроить угощение. Юноши выпили вина и стали прощаться.

– Вы отправляетесь в столицу, а я остаюсь здесь! – сказал им начальник уезда. – Надеюсь получить от вас радостную весть.

Братья поблагодарили его.

Через три дня все собрались в усадьбе Ван Мина, и целый обоз из сотни повозок растянулся по дороге, ведущей к уезду Танъинь.

Ехали весь день и к вечеру попали в местность со странным названием – «Убежище Дикой кошки». Перед ними насколько хватало глаз расстилалась пустынная равнина. Вокруг ни души.

Юэ Фэй сказал братьям:

– Мы так торопимся, что даже не подумали, где остановиться на ночь. Отсюда до ближайшего постоялого двора почти сорок ли. До ночи не успеем добраться. Пусть Тан Хуай и Чжан Сянь поедут вперед и посмотрят, не найдется ли поблизости места для ночлега.

Молодые люди хлестнули коней и скоро скрылись из виду.

Обоз двигался медленно. Юэ Фэй возглавлял караван, а Ван Гуй и Ню Гао замыкали шествие, охраняя задние повозки.

Через некоторое время Тан Хуай и Чжан Сянь возвратились и сообщили:

– Старший брат, мы проскакали с десяток ли и не повстречали ни одной деревеньки. Только в четырех ли отсюда есть заброшенный храм бога Земли. Там можно остановиться. Жаль, нет монахов – некому будет заняться ужином.

– Ничего, сами приготовим! – успокоил его Ван Гуй. – Запасы и котлы у нас есть, а топлива где-нибудь добудем!

– Правильно! – подхватил Ню Гао. – Едем туда, я совсем проголодался!

По приказанию Юэ Фэя все поехали за Тан Хуаем, который указывал дорогу.

У ворот храма остановились. Повозки завезли во двор. Люди расположились на ночлег в двух пристройках. Женщины и барышня Ли устроились в самом храме.

Позади храма, под навесом, который едва держался на полусгнивших столбах, стояло несколько гробов. Неподалеку виднелась кухня. Очаг в ней был разрушен, котел кто-то унес. В углу громоздилась куча прелой соломы.

Ню Гао и Ван Гуй отыскали поблизости источник и принесли воду. Слуги захлопотали вокруг очага.

Когда ужин был готов, господа поели, выпили вина и стали укладываться в левой пристройке храма. Один Ню Гао не выпускал из рук чашку.

– Хватит тебе пить, – обратился к нему Юэ Фэй. – Древние недаром говорили: «Вино возбуждает страсти; а богатство разжигает зависть». Что будет, если ночью на нас нападут грабители? Вот приедем на место, тогда пей, сколько душа просит!

– Вижу я, трусишь ты, старший брат! – усмехнулся Ню Гао. – Ну ладно! Больше пить не буду!

И все же Ню Гао еще несколько раз наполнил и осушил чашку. Наконец слуги убрали со стола и легли спать в правой пристройке.

– Братья, надо быть настороже, – сказал Юэ Фэй Тан Хуаю и Чжан Сяню, – займите домик у задних ворот храма, и, если кто нападет, действуйте, не дожидаясь моих приказаний. А ты, брат Ван, – повернулся он к Ван Гую, – наблюдай за разрушенной стеной слева! Если кто появится – зови меня! А ты, брат Ню Гао, будешь сторожить стену справа! Она ветхая – того и гляди обвалится!

– Ты боишься, старший брат? – сказал Ню Гао. – Кто тут на нас может напасть? В случае чего я возьму всю вину на себя!

Юэ Фэй улыбнулся:

– Вспомни древнюю пословицу: «Осторожность нигде не мешает». Сколько мы везем поклажи? Если нас ограбят, над нами же, растяпами, и будут смеяться! Так что выполни мою просьбу. Сам я буду сторожить ворота. Надеюсь, ночью ничего не случится, и завтра мы сможем продолжать путь. Как бы мне хотелось поскорее добраться до Сянчжоу!

– Ладно уж! – согласился Ню Гао. – Буду охранять эту правую стену!

А сам в это время думал: «В мирное время – и вдруг разбойники! И кого боится старший брат?!»

Ню Гао привязал коня возле пристройки, повесил плеть у седла, а сам присел на крыльцо и задремал.

Между тем Юэ Фэй закрыл ворота, припер их тяжелой каменной курильницей, валявшейся у крыльца, закутался в халат и, присев на ступеньку, стал глядеть на небо.

Ночь была темная, безлунная, лишь кое-где тускло мерцали звезды.

Во вторую стражу откуда-то донесся шум. Вскоре у ворот храма вспыхнули факелы, донеслось конское ржание, послышались крики:

– Отпирайте ворота! Выносите золото и драгоценности, если хотите остаться в живых!

– Смотрите, чтоб Юэ Фэй не сбежал!

Ворота затрещали от ударов.

«Откуда эти разбойники меня знают? Я еще молод и ни с кем не враждовал!» – Юэ Фэй не на шутку встревожился.

Он выглянул в щель и увидел Хун Сяня, которого губернатор Лю Гуан-ши недавно прогнал со службы.

Хун Сянь был конокрадом, но губернатор Лю, восхищенный его необыкновенной силой, сделал конокрада чиновником. Когда же Хун Сянь не принял экзамены у Юэ Фэя и обманул губернатора, тот с позором прогнал его. Но он не смирился – собрал своих сыновей, приятелей и решил мстить.

«Не надо обозлять людей! Будем лучше обороняться: минует ночь, и разбойники сами уйдут!» – решил Юэ Фэй. Юноша подтянул пояс, взял копье и вскочил на коня.

Шум и крики разбудили Ню Гао. Он открыл глаза, увидел факелы за воротами и подумал: «А старший брат проницателен – разбойники уже явились! Надо сразиться с ними! А то я еду в столицу добиваться звания „первого из сильнейших“, а не знаю, на что способен!»

Ню Гао повалил ветхую стену, выхватил сабли и с громким криком выскочил наружу:

– Ну, выходи на поединок!

Сабли Ню Гао со свистом рассекли воздух, и один из разбойников упал мертвым.

Ван Гуй, охранявший левую стену, услышал шум и подумал: «Плохо дело! Еще немного, и они без меня всех врагов перебьют!»

И он тоже ринулся в бой. С каждым взмахом тяжелой секиры летела на землю отрубленная голова врага.

От факелов было светло, как днем. Хун Сянь восседал на коне и, потрясая трезубцем, отдавал распоряжения. На него налетел Ню Гао, и пришлось ему самому отбиваться. Его сыновья Хун Вэнь и Хун У атаковали Ван Гуя.

– Ах ты, мерзавец! – выругался Ню Гао. – И ты еще смеешь тягаться со мной!

И он снова ринулся на врага.

– Держись, подлец! – кричал Baн Гуй. – Я с тобой расправлюсь!

«А братья не на шутку развоевались! – подумал Юэ Фэй. – Надо их успокоить, иначе Хун Сянь совсем разозлится!»

Юноша распахнул ворота. Тан Хуай и Чжан Сянь с криками бросились к храму:

– Не бойтесь, госпожа! Мы не пропустим сюда разбойников!

Молодые люди вскочили на коней.

Хун У первым заметил, что отец не может устоять против Ню Гао, и поспешил ему на помощь. Хун Вэнь остался один против Ню Гао и был убит. Вскоре упал и Хун У.

– Вы отняли у меня сыновей! – в отчаянии завопил Хун Сянь. – Берегитесь! – И он замахнулся трезубцем на Ню Гао.

– Стой, Хун Сянь! – крикнул Юэ Фэй.

Услышал Хун Сянь голос Юэ Фэя и струсил. Хотел он повернуть назад, да не тут-то было: сбоку подскочил к нему Чжан Сянь и крюком стащил с коня, а Тан Хуай копьем прикончил разбойника.

Поистине:

Гибель главаря посеяла панику среди разбойников – они бросились врассыпную. Ван Гуй и Ню Гао преследовали бегущих и нещадно их избивали.

– Назад! – кричал Юэ Фэй.

Но братья и слушать об этом не хотели. Тогда Юэ Фэй решил их обмануть.

– На помощь! – завопил он. – На храм напала еще одна шайка!

Ван Гуй и Ню Гао живо повернули обратно.

– Где разбойники?

– Бежали, – улыбнулся Юэ Фэй. – Гнаться за ними не будем. Мы и так вон сколько народу перебили – как бы завтра среди жителей не поднялся переполох! Пойдемте-ка в храм! Там обсудим, что делать дальше.

Братья послушались его и вернулись в храм. Перепуганные родители, барышня Ли, служанки и слуги бросились к ним с расспросами. Но как только Юэ Фэй сообщил о победе, все успокоились и вознесли благодарственные молитвы Небу и Земле.

– Хватит разговоров, – сказал Юэ Фэй. – Видите, уже светает? Если до местного начальства дойдет слух, что мы побили разбойников, начнется следствие – по судам затаскают. А к чему нам лишние хлопоты?

– Мы сейчас отсюда уйдем, – кто же узнает о нас? – возразил Ван Гуй. – Не станут же грабители жаловаться на нас в суд?

– И все же трупы оставлять здесь нельзя, – заметил Юэ Фэй, – потом неприятностей не оберешься.

– Давайте их сожжем! – предложил Ню Гао. – Кому вздумается устраивать расследование, если мы заметем следы?

– Правильно, – одобрил Юэ Фэй.

– Вот это здорово! – Чжан Сянь и Тан Хуай даже захлопали в ладоши от восторга. – Разбойничьим ремеслом брат Ню Гао овладел в совершенстве! Оказывается, чтобы грабить, жечь и прятать концы в воду, тоже надо иметь талант!

Все рассмеялись.

С помощью самых расторопных слуг братья перетащили в храм и сложили в кучу убитых.

Затем повозки вывезли со двора, и обоз снова тронулся в путь. Между тем Ню Гао натаскал в зал храма сухого хворосту и поджег его. Ветер быстро раздул пламя, и вскоре на месте храма остались лишь тлеющие угли.

Юэ Фэй с братьями вскочили на коней, поскакали по дороге в направлении Сянчжоу.

Не будем слишком затягивать рассказ. Скажем только, что через несколько дней путешественники добрались до Сянчжоу и остановились на постоялом дворе неподалеку от городских ворот. Здесь они переночевали, а наутро Юэ Фэй в сопровождении братьев пошел в танъиньское уездное управление. Привратник доложил о прибывших и получил распоряжение – просить.

Молодые люди прошли в ямынь. Начальник уезда Сюй Жэнь встретил их в зале, угостил чаем. Потом Юэ Фэй сообщил ему, что женился на дочери начальника уезда Ли Чуня и что родители его названых братьев выразили желание жить вместе с ним в Танъине.

– Редчайший случай! – восхитился Сюй Жэнь. – Но, простите, я не знал, что почтенные господа приедут! Как же их устроить? Боюсь, в вашем домике всем будет тесно!

– Не беспокойтесь, пожалуйста, мы и так доставили вам много хлопот! – воскликнули юноши. – Как-нибудь устроимся.

– Тогда не смею вас задерживать. Устраивайте родителей, а потом поедем благодарить господина губернатора и устроим угощение.

– Что вы, что вы! Опять вы о нас беспокоитесь! – смутились молодые люди.

Начальник уезда Сюй Жэнь велел подать коня и вместе с юношами отправился на постоялый двор засвидетельствовать почтение Ван Мину и его друзьям. Юэ Фэй доложил старикам о приезде высокого гостя, и те приняли его со всеми подобающими церемониями. Отсюда Сюй Жэнь повез Юэ Фэя в деревню Юнхэ.

Обращаясь к юноше, он говорил:

– Я выяснил по реестрам, какими землями владел род Юэ, и господин губернатор дал денег, чтобы их выкупить. Так что в ближайшее время можете переселиться.

Юэ Фэй в тот же день послал слуг прибрать и обставить дом в усадьбе и вскоре перевез туда родных.

Вспоминая, какой богатой прежде была их семья и как потом погиб ее муж Юэ Хэ, госпожа Юэ не могла удержаться от слез. Тщетно пытались служанки успокоить ее.

– Не скорбите, матушка! – просил Юэ Фэй. – Домики маленькие, но на первое время устроимся. Со временем возведем другие!

Он приказал подать вино, и все выпили по случаю новоселья. На следующий день Юэ Фэй с братьями уехал в город благодарить начальника уезда, Сюй Жэнь тотчас же повез их к губернатору.

Пока чиновник докладывал, Юэ Фэй предупредил братьев:

– Будьте внимательны и осторожны!

Наконец гостей провели в зал, и молодые люди преклонили колена перед губернатором. Начальник уезда поблагодарил господина Лю за заботу о Юэ Фэе и сообщил, что вместе с юношей на жительство в Танъинь приехали его названые братья и их родители.

– Доброта ваша не знает границ! – горячо воскликнул Юэ Фэй, низко кланяясь губернатору. – Чем же я отплачу вам за такие милости?

– Это просто замечательно, что вы не захотели расставаться с братьями! – одобрительно заметил губернатор. – Начальника уезда задерживать не буду, а вас, молодые люди, попрошу остаться!

Сюй Жэнь откланялся.

– Заприте дверь! – распорядился господин Лю.

Слуги мгновенно выполнили его приказание.

– Когда вы собираетесь в столицу на экзамены? – снова обратился к молодым людям губернатор.

– Завтра выезжаем, – почтительно доложил Юэ Фэй.

Губернатор задумался, потом подозвал к себе Юэ Фэя и тихо сказал:

– Недавно я отослал письмо наместнику Цзуну и просил его позаботиться о вас во время экзаменов. Но, видимо, он загружен государственными делами, и ему было недосуг прочесть мое письмо! Я сейчас напишу второе, передайте ему лично, и он примет вас как следует.

Губернатор велел принести письменный прибор, написал письмо, потом дал Юэ Фэю пятьдесят лян серебра и сказал:

– Это серебро возьмете на дорожные расходы!

Юэ Фэй поблагодарил и низко поклонился. Братья последовали его примеру.

На улице, прощаясь с ними, начальник уезда говорил:

– Я бедный чиновник, ничего не могу вам подарить, но о ваших семьях позабочусь! Так что не беспокойтесь!

Братья склонились перед ним в низком поклоне, вернулись домой и сообщили родителям о предстоящем отъезде.

– Когда вы уезжаете? – спросили старики.

– Завтра, – ответил Юэ Фэй.

– Тем лучше. Только выберите себе слуг порасторопней!

– Никого не нужно! – возразил Юэ Фэй. – И без слуг доберемся!

День прошел в хлопотах: собирали в дорогу, укладывали вещи. Юэ Фэй попрощался с молодой женой и сделал ей несколько наставлений. Наконец братья оседлали коней и тронулись в путь.

Ехали долго, пока не добрались до столицы.

– Ведите себя сдержанно! – поучал Юэ Фэй братьев. – Столица – это вам не деревня!

– А что, здесь едят людей? – спросил Ню Гао.

– Не говори глупостей! – одернул его Юэ Фэй. – В столице много сановников. Если вы кого обидите, нам всем несдобровать!

– Постараемся молчать! – пообещал Ван Гуй. – Так что не беспокойся!

– Даже будем уступать дорогу всем прохожим! – подхватил Тан Хуай.

За разговором братья и не заметили, как добрались до южных городских ворот. Вдруг Юэ Фэя догнал запыхавшийся человек, схватил его коня за узду и воскликнул:

– Вы меня погубили, господин Юэ! А сейчас и признавать не хотите!

– Ты как сюда попал? – Юэ Фэй оглянулся: – Братья, поворачивайте!

Не после этого ли события стали говорить о том, что Юэ Фэй обрел друга и прославился на тысячу лет?

Поистине:

Если вы не знаете, кто был человек, который догнал Юэ Фэя, прочтите следующую главу.

Глава восьмая

Юэ Фэй ведет беседу в ставке главнокомандующего. Цзун Цзэ присылает угощение на постоялый двор

Юэ Фэй обернулся и увидел Цзян Чжэнь-цзы, хозяина постоялого двора в Сянчжоу.

– Как ты сюда попал? – спросил Юэ Фэй. – И почему пострадал из-за меня?

– Ах, господин! Когда вы уехали, Хун Сянь со своей шайкой ворвался ко мне на постоялый двор, чтоб свести с вами счеты. Говорил, будто вы его опозорили перед губернатором, будто из-за вас он лишился места. Я сказал, что вы уехали, но он не поверил. Вообразил, будто я вас укрываю! Его молодчики перебили и переломали все в доме, а потом квартальный староста по наущению Хун Сяня и вовсе запретил мне содержать постоялый двор. Пришлось перебраться сюда и у южных ворот открыть новое заведение. Мой приказчик видел вас, и я помчался вдогонку. Не откажите, господин, остановитесь у меня!

– Оказывается, в дальнем краю можно встретить близкого друга! – обрадовался Юэ Фэй и сказал братьям: – Поворачивайте назад, Цзян Чжэнь-цзы приглашает нас к себе.

Молодые люди не заставили просить себя дважды. Они не меньше Юэ Фэя были рады встрече со старым знакомым.

У ворот постоялого двора всадники спешились. Хозяин распорядился перенести вещи гостей на верхний этаж, а сам отвел коней на конюшню и задал им корму. Он хлопотал без устали, стараясь угодить постояльцам: то подавал воду, то подносил чай.

– Ты уже обжился в столице – не знаешь ли, где ямынь наместника Цзун Цзэ? – спросил его Юэ Фэй.

– О, кто его не знает! – воскликнул Цзян Чжэнь-цзы. – Езжайте по этой улице, никуда не сворачивая, и через пять ли вы упретесь прямо в ямынь!

– Сегодня наместник, наверное, уже начал прием?

– Нет, еще рано. Наместнику Цзуну пожаловано высокое звание Защитника государства, ему принадлежит военная и гражданская власть в столице и ее окрестностях, и он каждое утро ездит во дворец вершить государственные дела. Возвращается обычно к полудню и только тогда начинает прием.

Юэ Фэй поблагодарил хозяина за объяснение и поднялся в свою комнату. Перечитав еще раз письмо, которое перед отъездом дал ему губернатор Лю, он снова спустился вниз.

– Ты куда, старший брат? – спросил его Тан Хуай.

– Губернатор велел мне лично передать письмо наместнику, – ответил Юэ Фэй. – Цзун Цзэ пользуется большим влиянием при дворе, и, если с его помощью мне удастся получить хорошую должность, вы тоже не останетесь без дела.

– И мы с тобой! – заявил Ню Гао.

– Не надо. Еще чего натворишь, а мне – отвечай!

– Клянусь, я и рта не раскрою! – пообещал Ню Гао. – Буду дожидаться тебя у ворот ямыня.

Но Юэ Фэй твердо стоял на своем.

– Брат Ню Гао хочет тебе добра – вдруг понадобится его помощь! – вмешался в разговор Ван Гуй. – Мы тоже пойдем и не позволим ему затевать ссор!

Юэ Фэю пришлось уступить.

– Ладно, если вы так настаиваете – пусть будет по-вашему! Только будьте осторожны, в столице не до шуток!

Братья заперли свои комнаты и предупредили хозяина:

– Присмотрите за нашими вещами. Мы идем в ямынь и скоро вернемся.

– А я только собирался вас угостить! – опечалился хозяин. – Надеюсь, вы не задержитесь?

– Спасибо за хлопоты, но, право, не стоит о нас так беспокоиться…

Здание ямыня имело очень внушительный вид, и братья в нерешительности остановились у ворот. Вдруг из чайной напротив вышел рослый воин.

– Господин начальник, не знаете ли вы, когда наместник Цзун начнет прием? – обратился к нему Юэ Фэй.

– Господин наместник утром отбыл ко двору и еще не возвращался.

– Спасибо, – поблагодарил юноша и обернулся к братьям: – Неизвестно, сколько еще придется его ждать. Лучше придем завтра.

Братья зашагали назад. Но не успели они пройти и половины ли, как услышали крик:

– Почтенный господин Цзун едет!

Освобождая дорогу, прохожие прижимались к стенам домов. Братья тоже отошли в сторонку.

Появился паланкин наместника Цзуна. За ним толпою шли письмоводители и служители ямыня. Юэ Фэй и братья взглядами провожали паланкин до тех пор, пока он не остановился у входа в ямынь. Когда наместник вышел из паланкина, раздался барабанный бой, возвещавший о начале приема. Служители и писцы засуетились.

Цзун Цзэ прошел в ямынь, занял место за столом и приказал чиновнику:

– Бумаги, на которые требуется ответ, подавай по очереди. Если приедет Юэ Фэй из Танъиня, пропустите немедленно.

– Слушаюсь! – отозвался чиновник.

«Кто знает, быть может, этот Юэ Фэй совсем не талантлив! – размышлял Цзун Цзэ. – Просто богач. Дал губернатору взятку, тот и написал рекомендательное письмо».

Наместника одолевали сомнения, и ему не терпелось собственными глазами взглянуть на Юэ Фэя.

А тот стоял на улице. Грозный вид наместника Цзуна, напоминавшего владыку подземного царства, внушил юноше страх.

– Неужто наместник сразу принялся за дела? – недоверчиво проговорил Тан Хуай.

– Я тоже удивляюсь, – сказал Юэ Фэй. – Ко двору он уехал в пятую стражу, и сейчас ему полагалось бы поесть и отдохнуть. Должно быть, у него очень срочные дела.

Пока братья разговаривали, чиновники один за другим подносили наместнику бумаги, присланные из областей и уездов.

– Сейчас самое время и мне передать письмо. Только в белом халате неудобно появляться перед наместником, – в раздумье произнес Юэ Фэй. – Брат Чжан Сянь, одолжи мне свой халат!

Они тут же на улице поменялись халатами.

– Ну, я пойду! Ждите меня здесь и не вздумайте шуметь, если задержусь. Иначе не только за свою, но и за вашу жизнь не ручаюсь!

– Может быть, лучше и не лезть с этим письмом? – заметил Тан Хуай. – Мы и без него сдадим экзамены! Если получим должности только благодаря этому письму, начнутся разговоры, будто нас пристроил губернатор Лю.

– Я знаю, что делать, – оборвал его Юэ Фэй.

Он вошел в ворота и первому же чиновнику доложил:

– Передайте, пожалуйста, господину наместнику, что Юэ Фэй из Танъиня просит приема.

– Так ты и есть Юэ Фэй? – переспросил чиновник.

– Да.

– Господин наместник только что о тебе вспоминал. Подожди минутку.

Чиновник скрылся в дверях, и юноша услышал его голос: