Анкнит. Свет или Тьма

Глава 4. Взгляд ледяных глаз.

Темнота… Покой… Тишина… Лёгкость во всём теле…

И вот я размыкаю тяжёлые веки. Взмах ресниц, ещё один — и комната приобретает очертания.

Это всё та же гостиная, куда меня привёл беловолосый мужчина.

«Не думай о нём, он лишь средство», — пронёсся в голове таинственный голос.

Я знаю, что тут гостья, в этом мире. И знаю, что не принадлежу ему. Моё тело где‑то там… Но где? Я не помню. Ничего не помню, даже имени своего.

«Не мучай себя, всё равно не получится. Это из‑за меня. Прости. Ты мой сосуд, я — твой проводник», — прозвучало снова.

Я медленно обвожу цепким взглядом помещение. У камина в кресле, закинув одну ногу на подлокотник, непринужденно раскинувшись сидит тот мужчина. Он читает книгу. Я вижу его вполоборота: вижу жёстко очерченную линию носа, от огня на него падают сиреневые блики. Вижу, как подрагивают чёрные ресницы, а взгляд сосредоточенно скользит по строчкам.

Его волосы кажутся ненастоящими — такими они белоснежно‑белые. К ним хочется прикоснуться, пропустить пряди сквозь пальцы. Наверняка они нежнее шёлка. Мой взгляд скользит по высоким, чётким, аристократичным скулам мужчины. Спускается к подбородку, чуть заострённому, с едва заметной ямочкой, и задерживается на губах.

Они слегка полноватые, кажутся не менее мягкими, чем его волосы… Один уголок губ приподнимается, и, не оборачиваясь, мужчина произносит:

— Нравится?

Я не успеваю оценить обстановку и отвечаю:

— Что?

— То, что видишь? — Он наконец закрывает книгу и ловко, по‑кошачьи, встаёт с кресла. Движения его тела плавные, отточенные, полные непринуждённой грации. Не глядя кинув книгу обратно в кресло, он подходит ко мне. Шаг лёгкий, бесшумный, а на губах играет лукавая улыбка.

На нем белоснежная, как и его волосы, рубашка, с небрежно закатанными рукавами, открывающими изящные запястья. Руки у него действительно безупречные: длинные пальцы с ухоженными ногтями, тонкие линии вен под светлой кожей.

— Я не понимаю тебя, — почти лепечу я.

— Смешная… — протягивает он и подносит руку к моему лицу. Пальцы замирают в паре сантиметров от щеки — дразняще близко, но не касаясь. Взгляд его прозрачно‑голубых, почти серебристых, ледяных глаз наконец встречается с моим. В них пляшет смешинка, но за ней угадывается острый ум, расчёт и какая‑то древняя, почти пугающая мудрость. Он словно видит меня насквозь, и это одновременно завораживает и пугает.

Я резко перехватываю его запястье и с силой (надеюсь, ему больно) выкручиваю его. Мужчина же шустро освобождается от моей хватки и примирительно вскидывает ладони.

— Воу. Я понял. Понял. Смотреть можно — трогать нельзя. Я — Аксис.

Он вопросительно смотрит мне прямо в глаза, неотрывно, долго…

— Ты говорил. Я помню, — отвечаю я тихо и тоже не отвожу взгляд.

У него такой необычный цвет глаз. Они голубые, но… Очень светлые и сверкают. Как два кристаллика льда. И…запах…от мужчины пахнет какой-то необъяснимой свежестью как после грозы или… как в снежной пустыне…

«Откуда мне знать как пахнет снег? И почему я решила что он вообще пахнет?»

— Когда люди знакомятся, они обмениваются своими именами. Я тебе своё сказал, — говорит он. Речь его небрежная, словно он вот так каждый день болтает с незнакомцами в своём доме.

— Я не помню своего имени, — всё же удосуживаю его ответом.

— Никто не помнит своего имени в Анкните. Но… Попробуй произнести его. Попробуй назваться вслух. Спорим, что‑то да получится?

Я хмурюсь. Он точно ненормальный. Как можно назвать то, чего не помнишь? Но этот Аксис так уверен, что я поддаюсь.

— Анисина, — произношу я и не верю собственному голосу.

Губы мужчины еще шире растягиваются в хитрой улыбке, и я вновь допускаю ошибку — перевожу взгляд на его губы. Вижу, как уголки ползут всё выше, губы размыкаются, а я, как заворожённая, все смотрю и смотрю…

И тут он стремительно приближает своё лицо к моему и кончиком носа чуть не касается моего. Я наконец поднимаю взгляд и замечаю, как его ледяные глаза словно вспыхивают, это наверняка свет от камина или из окна. Но теперь я не могу оторвать взгляд от его глаз, как секунду назад не могла от губ.

— Хм… Тебе определенно нравится, — сказал он, опаляя своим дыханием, так тихо, что я скорее догадалась о смысле слов, чем их услышала.

Один удар сердца, и мужчина уже у камина. Он подкидывает полено, затем ещё одно, и чуть подумав, добавляет третье. Фиолетовое пламя взвивается вверх, наполняя помещение уютным теплом.

«Не верь ему… Никому не верь…» — проносится наставление у меня в голове.

— Ну раз мы познакомились… Ани?.. Или Сина?

Я перебиваю его:

— Анисина!

— Хорошо‑хорошо. Анисина, так Анисина. Раз уж мы познакомились, не расскажешь ли мне, что за смерч тут крутился несколько дней, пока тебя не было? Мммм?

Девушка не произнесла ни слова, а только лишь изучающе смотрела на Аксиса.

— Ну же, таинственная незнакомка, подойди. Я не кусаюсь. И даже ядом не плююсь. Ответь на мои вопросы, а я отвечу на твои. Если таковые имеются.

Хранитель сел прямо там, где стоял, — около камина, на пушистый ковёр.

Анисина, прикинув что‑то в уме, сделала два шага навстречу и замерла, созерцая сверху собеседника.

— Ну что ты создаёшь проблемы там, где их нет? Садись, — Аксис жестом предложил присесть рядом. — Шея затечёт, пока буду глазеть на тебя снизу вверх.

Анисина сузила разноцветные глаза в две щёлки, снова прислушиваясь к внутреннему голосу. Но, приняв решение, аккуратно опустилась на длинный ворс ковра. Пальцы её мигом утонули в этой неуместной мягкости, и девушка, не удержавшись, сжала пряди, а следом погладила ворсинки.

Аксис внимательно следил за её движениями, не отпуская со своего лица хитрую полуулыбку. Казалось, он заранее знал, что она именно так поступит, и сейчас удовлетворенно созерцал.

— Итак, — начал он. — Ты не хранитель… Ты не страж… И ты тем более не книт. Так кто же ты? Мне нужно тебя опасаться? Несёшь ли ты угрозу Анкниту или, возможно, лично мне? — Блондин подмигнул.

— Я не собираюсь отвечать мужчине. В особенности такому странному, — ответила ему незнакомка.

— А что не так с моей мужественностью? — неподдельно удивился навигатор. Такого оправдания нежеланию общаться ему никогда ранее не доводилось слышать. Он осмотрел себя и вопросительно поднял взгляд.

— Все мужчины двуличны, — было ему коротким ответом.

— Ты умеешь удивлять. Слушай. Если тебе нужна помощь или ответы, сейчас здесь только я. И на улице ночь. Я только что вернулся от Мнемы, и снова тащиться туда, чтобы ваше высочество смогло пообщаться с себе подобными по полу, я совершенно не намерен. Поэтому мы либо находим пути к взаимопониманию, либо я пошёл читать дальше. Книга преинтереснейшая, представляешь? Автор уже четвёртый раз финал переписывает. Ну что ты на меня так смотришь? — Девушка немигающе смотрела, как Аксис тянется к креслу за книгой, как берёт её в руки и перелистывает. На её лице не сменилось ни одной эмоции. — Ау‑у‑у… Красавица, ты где витаешь?

— Мнема — это кто? — Взгляд девушки наконец сфокусировался на глазах беловолосого.

— Что? Мнема? — Аксис несколько раз моргнул, прежде чем ответить. Незнакомая гостья выбивала его из привычной колеи, а он‑то думал, что это не под силу никому. Выходит, ошибался.

— Мнема — одна из хранителей, — наконец начал он объяснять. — А точнее, хранительница древа памяти мира Анкнит. Когда‑то давно в прошлом она была стражем… Потом был Пыльный колдун…

Девушка неожиданно округлила глаза и, слегка повысив голос, спросила:

— Стой! Страж? Мне нужен страж! Женщина!

— О‑о‑о… Как всё запущено… Тебя что, бросил кто‑то недавно? Ты чего на мужиков‑то ополчилась? Ладно, я… Согласен, могу показаться странным. Я от одиночества с ума уже схожу. Особенно после того, как Сагиттар сделал предложение Резоне, — они та‑а‑ак редко стали приходить! А Умбра с Мнемой! Думаешь, суперские собеседники? Да я даже безумно тоскую без этой треклятой скрипки Скерцо! Замучила меня тишина! Прости. Ты что‑то спросила? Меня унесло немного в сторону.

Аксис, поглощённый своими переживаниями, не сразу заметил, как менялось лицо девушки. На нём сменялись море эмоций — и всё сразу, друг за другом: и радость, и сочувствие, и надежда, и облегчение, и страх. Сейчас же брови Анисины были сведены к переносице, и взгляд снова расфокусировался.

Аксис помахал ладонью у неё перед распахнутыми глазами.

— Анисина? Ау… Я настолько не подхожу как собеседник?

Девушка перевела на него взгляд.

— Прости. Объясни мне, кто все те люди, что ты сейчас перечислял.

Аксис наклонился чуть ближе и растянул губы в улыбке, на этот раз радостной и по‑настоящему искренней.

— Давай начну с вводной лекции? — Девушка смерила его сидящую фигуру взглядом, но коротко кивнула. — Мы сейчас с тобой находимся в «штабе хранителей», в мире Анкнит. Мир памяти.

Навигатор сделал паузу и, отметив внимательный и не испуганный взгляд собеседницы, продолжил:

— Хранителей всегда пятеро и один страж. По крайней мере, так было до недавнего времени, но об этом чуть позже. Когда я умер и попал в Анкнит…

Девушка вздрогнула и прервала повествование:

— В смысле — умер?

— Все хранители — души странницы. Люди, кому они принадлежали, находятся на грани между мирами. Ну… Как призраки с незаконченными делами. Держит нас тут что‑то. Кстати, кома тоже подходит — не только смерть. Но страж всегда живой, и, да, всегда женщина… Опять же до недавнего времени… Я продолжу?

Мужчина дождался убедительного кивка и возобновил свой рассказ:

— Когда я умер, тут уже было двое хранителей: Мнема и Умбра. Вскоре появились Скерцо и Сагиттар. Сагиттар, как раз, в реальности был в коме, а тут стал лучником. Скерцо был скрипачом.

— Прости, я немного не поняла… Ты сказал — всегда пять. А когда ты появился тут, был третьим. А где предыдущие хранители? — вновь прервала его Анисина.

— Их уничтожил Пыльный колдун. Одна Умбра осталась. Она тут с незапамятных времён. Хранит склад нитов. Не знаю, сколько ей лет… Даже представить страшно. Мнема же была стражем, но и её Пыльный колдун лишил жизни, и она осталась тут уже в качестве хранителя. Ой! Если я тебе и эту историю буду рассказывать, совсем запутаю. Давай в другой раз. Я только рад поболтать… Совсем одичал…

— Хорошо, в другой раз, — коротко кивнула Анисина, и её губы изобразили подобие мимолётной улыбки. Этот странный мужчина всё же ей определённо был симпатичен, несмотря на предупреждения внутреннего голоса.

— Мы отвлеклись… В Анкните время течёт по‑другому, нежели в реальном мире. Там день — у нас десять. Поэтому со дня смерти Мнемы как стража прошло тринадцать лет, у нас же… Считай сама. И только год назад — а в Анкните прошло десять лет — явился новый страж: Резона, внучка Мнемы.

Анкнит разрушал Пыльный колдун, и мы все вместе успешно боролись с этим. Резона лишила его сил, попутно освободила Скерцо, и тот продолжил свой путь… Не знаю куда. Вернула к жизни Сагиттара — тот вот как раз в коме был. Закрутила с ним роман, и скоро у них свадьба…

— Но после этого вас осталось опять трое хранителей, — вновь вклинилась Анисина.

— Да! И тут Анкнит начал чудить. Не понимаю как… Но даже Умбра не знает: мир призвал в качестве хранителей живых людей! Сагиттар вернулся, и его друг из реального мира — Алетей. Они вместе с Резоной приходят. Сами не могут. Портал открывается, слава небесам, по‑прежнему только стражу.

Аксиса внезапно посетила догадка:

— Да! Кстати! Ты же наверняка видела Резону и Тара. Он — здоровяк с огромным луком и вечно бурчит. А у Резы синие волосы, и она милаха. Они спустились в ту пещеру, где я тебя нашёл. Потом — грохот, взрыв, всё обвалилось. Как расчистил проход… Их нет, но есть ты.

— А почему они вообще туда пошли? — Анисина снова выглядела отстранённой.

— Были подземные толчки из той зоны, — навигатор подтянул к себе планшет и показал девушке карту. — Вот тут. Мы пошли проверить, разошлись… И больше я их не видел. Что‑то происходит с миром. Вроде бы всё в порядке… Но тот урон, что был нанесён… Будто бы пробудил что‑то ещё более страшное.

Услышав эти слова, разноглазка словно воодушевилась и заёрзала на месте, сама не заметив, что пододвинулась ближе к собеседнику.

— Ты заметил?! Я надеялась, что кто‑то заметил. Что что‑то происходит. Что‑то плохое. Я… Я… — Казалось, внутри девушки происходит борьба. — Я не угроза. Точно. Не могу всего сказать. Многое вообще не помню… Но я тут, чтобы помочь стражу. Как её найти?

Навигатор глубоко и протяжно вздохнул.

— А вот с этим проблемы. После того как они с Таром исчезли из пещеры… Я их больше не видел, и более того… Тот парнишка на поле… Помнишь? Это Этан, брат Резоны и… Кажется, новый страж. Он открыл портал, он взял корневое воспоминание — оно его призвало. Так что насчёт Резоны я боюсь предполагать. Надеюсь, это очередная блажь Анкнита — иметь двоих стражей. Но сердце подсказывает, что с друзьями случилась беда.

Анисина выглядела подавленной: плечи её поникли, а взгляд сосредоточился на собственных ладонях.

«Та девушка и лучник… Их поглотил он… Мрак…» — вспоминала она.

Внутренний голос, до этого постоянно перебивавший и подсказывавший, сейчас молчал.

Наконец она взглянула на Аксиса.

— С ними точно беда. Кажется, я вспомнила…

Глава 5. Сила сновидца.

— …Кажется, я вспомнила…

Анисина вскочила и направилась к выходу. Аксис догнал её и, сжав плечо, остановил.

— Убери руки! — зло прошипела разноглазка.

— Прости. Прости, пожалуйста. Но ты не можешь вот так бросить «они в беде» и просто уйти без объяснений, — беловолосый сразу же убрал руки и для надёжности сунул их в карманы брюк.

— Мне нужно увидеть стража, пусть бывшего. Отведи! — девушка ухватилась за ручку двери. — Хотя знаешь что? Забудь. Сама справлюсь.

Но Аксис вновь преградил ей путь, не дав открыть дверь, — прижал её ногой.

— Я отведу. Без проблем. В конце концов, это моя святая обязанность в Анкните — прокладывать пути. Но… Посмотри в окно. Нам по лесу идти. Через пару часов, как начнёт светать, выдвинемся, — и, немного помолчав, попросил: — Анисина, умоляю тебя… Расскажи, что ты вспомнила…

Выдержав его долгий, напряжённый взгляд, девушка вздохнула.

— Хорошо. Слушай.

Навигатор жестом пригласил вернуться в гостиную и, устроившись на диване, мягко освещённом отблесками пламени, навострил уши.

***

Он выглядел таким взволнованным и серьёзным… И не скажешь, что это тот же самый мужчина, что только что подшучивал и без малейшего зазрения совести флиртовал со мной.

Он ждал объяснений, но что я могу?

— Я не так много помню. Я очнулась в тёмной пещере, всё начало рушиться, и ощущались подземные толчки. Вскоре я услышала голоса… Потом появились твои друзья. Девушка мне что‑то сказала… Потом они пререкались…

Я помолчала, собирая расползающиеся воспоминания.

— Потом обвалилась одна стена. И там была сфера, а внутри неё — белая и чёрная сущности. Они смешивались и разделялись, а вокруг всё рушилось. Эта твоя Резона дотронулась до сферы, и та разрушилась… Последнее, что я помню, — это то, как тёмная тень поглощает твоих друзей, а светлая врывается в моё тело. Это всё. Следом явился ты.

Повисла напряжённая тишина, прерываемая потрескиванием дров. Он отвернулся, задумавшись.

— Она до сих пор там? Эта сущность? Я прав? Ты к ней временами прислушиваешься? — наконец спросил он, обращая ко мне взгляд своих ледяных глаз. И сейчас в них не было ни искорки веселья или мимолётной вспышки гнева — в них плескалась бесконечная усталость и… одиночество…

— Да, ты прав. И она требует пойти к стражу.

— Да, я понял. Спасибо, что рассказала. На втором этаже есть спальни и библиотека. Могу показать. Комнаты есть свободные, если вдруг ты хочешь до рассвета побыть одна…

«Да, соглашайся. Нужно подумать в тишине», — пронеслось в голове.

— Веди, — скомандовала я.

Он легко улыбнулся и подал мне руку, которую я проигнорировала. Но жест я оценила.

Поднявшись по резной лестнице, мы оказались в длинном коридоре.

— Это библиотека, эти комнаты вот заняты, это моя… А вот эти четыре — свободны. Пространство подстроится под тебя само.

— Что ты имеешь в виду? — не поняла я.

— Будет нужно тебе кресло — оно у тебя появится. Я вот люблю комфорт, а Сагиттар, наоборот, аскет — наши комнаты соответствуют нашим личностям. Если что, я буду в библиотеке.

Я посмотрела ему вслед. Уже распахнув дверь, он остановился, посмотрел на меня, хитро улыбнулся и подмигнул.

«Ни один мужчина не заслуживает доверия, особенно если он хранитель, особенно если ведёт себя как друг», — прокомментировал внутренний голос.

«А мне он кажется забавным и очень одиноким», — ответила я голосу.

«Вот только не надо его жалеть. Используй его как средство, но не доверяй», — голос был непреклонен.

Я осмотрела все четыре комнаты — все они походили друг на друга. Приятная уютная отделка, широкие окна, минимальное наполнение: шкаф, стол, стул, кровать… Окна двух комнат выходили на площадь с фонтаном, двух других — на поле и лес.