Стрела: Возмездие

1. Дэтстроук

– Опять неудача.

Слэйд Уилсон отшвырнул в сторону узника, медленно и тяжело осевшего на влажный пол зафрахтованного судна. Из его глаз вместо слез сочилась кровь.

Признак труса, слишком слабого, чтобы выжить.

Даже в этой огромной рубке сухогруза было холодно и сыро, и это напомнило ему о том, что им пришлось пережить на острове Лян Ю.

Пол палубы был предательски скользким, но Слэйд встал и подошел к одному из пиратов, из которых он собрал временную команду. Сначала они служили другому человеку – доктору по имени Энтони Иво, но Слэйд купил их преданность, предложив им более выгодную сделку.

Служить ему или умереть.

Страх не часто посещал таких жестоких людей, но они уже поняли, в кого превратился Слэйд. Те несколько часов, когда узники один за другим умирали от его рук, испугали их.

– Избавься от него, – приказал Слэйд, – и приведи мне следующего.

Пират послушно утащил прочь безжизненное тело, лежавшее у ног Слэйда, привел другого солдата и силой заставил его встать на колени. Усадив его на том же месте, где стоял предыдущий солдат, он подал Слэйду свернутый брезентовый мешок. Слэйд медленно разворачивал его, а два последних пленника – мужчина и женщина – с ужасом наблюдали за ним. Они знали, каким человеком был Слэйд – еще до того, как миракуру начала искажать его сознание. Они помнили его добрым и справедливым человеком, а не тем монстром, который сейчас стоял перед ними.

Женщина по имени Сара Лэнс хранила молчание. Она и Оливер Куин придумали план, как использовать антидот на Слэйде. Его рецептура, созданная доктором Иво, должна была обратить вспять действие сыворотки миракуру, но их план с треском провалился. Теперь, без этого средства, остановить Слэйда было невозможно. Он зашел слишком далеко.

Мужчина, закаленный годами пыток на Лян Ю, еще не был готов сдаться. Он все еще верил, что может достучаться до своего друга.

– Ну же, Слэйд, – спокойно сказал Оливер, – не надо этого делать.

Проигнорировав его, Слэйд вытащил из сумки стеклянный шприц, заполненный зеленой жидкостью, сверкающей в сумраке грузового судна. Это была миракуру, сыворотка, считавшаяся потерянной во времена Второй мировой. Те, кто был достаточно силен, чтобы противостоять ей, получал способности, которые невозможно было представить. Сверхчеловеческая сила, обостренные чувства, способность организма к самоисцелению. Японцы называли сыворотку своим чудом, и доктор Иво объехал пол земного шара, чтобы ее найти.

Именно она была причиной того, что Слэйд Уилсон обезумел.

Наконец Слэйд с холодной отрешенностью и явным злорадством ответил Оливеру.

– Разумеется, я должен, малыш, – сказал он. – Я продвигаю науку вперед.

Слэйд приготовил шприц и уставился на испуганного заключенного у его ног.

– Пожалуйста… нет… – мужчина умолял сохранить ему жизнь и попытался отползти, а его голос становился громче, пока не превратился в визг, – ради Бога… Нет!

Но это было бесполезно. Слэйд схватил его за руку и приготовился вонзить иглу в вену.

– Подожди! – закричал Оливер. – Нет, Слэйд, нет, подожди!

Слэйд заколебался, и он продолжил:

– Я знаю, что ты винишь меня в смерти Шадо.

Он вспомнил единственное имя, которое все еще что-то значило для этого монстра.

Упоминание ее имени резко остановило Слэйда. Он посмотрел на Оливера так, будто впервые его видел. Как будто эти слова были светом, проникающим через туман его сознания.

– Я виню только себя, – признался Оливер.

– Так и должно быть, – раздался из темноты другой, знакомый ему голос.

Голос, который мог слышать только Слэйд.

– Он виноват в том, что мы не можем быть вместе.

Это была Шадо, добравшаяся до него из могилы. Хотя она и была лишь призраком, перед Слэйдом она была, словно живая, во плоти.

– Однажды ты сказал, что мы братья, – продолжал Оливер, – и сейчас я умоляю тебя, как брат брата: просто выслушай меня.

Слэйд хотел его послушать. Он помнил их дружбу. Проблески недавнего прошлого, того, что было, перед тем, как скорбь затопила его.

– Не слушай его, – сказала Шадо. – Все его слова – ложь!

– Я не был бы сейчас жив, если бы не ты, – сказал Оливер.

– Я была бы сейчас жива, если бы не он, – прошипела Шадо.

– Подумай о Шадо, – настойчиво продолжал Оливер, – она заботилась о нас обоих. Она бы этого не хотела. Все, чего она желала – чтобы мы сбежали с Лян Ю. Она хотела, чтобы этот кошмар закончился!

Держа в руках шприц, Слэйд в отчаянии схватился за голову. Как будто что-то разрывало его разум надвое. Где-то глубоко внутри себя, там, куда еще не добралась миракуру, он знал, что Шадо мертва. Он все еще ощущал ее худое, обмякшее тело, его тяжесть на руках, а ее кровь, вытекающая из пулевого отверстия в голове, была еще теплой. Он сам выкопал для нее могилу и похоронил ее, но сейчас она стояла перед ним: такая же прекрасная, как и в тот день, когда он впервые увидел ее. Его возлюбленная.

Сейчас ее образ снова обжигал его сердце, его горе и тоска были такими же острыми, как и в ту ночь. В ночь, когда Оливер предал ее. В ночь, когда Слэйд дал свое обещание.

– Он прав, – сказала Шадо. – Это должно закончиться.

Слэйд чувствовал, что она стоит рядом с ним, слышал в ушах ее шепот, завораживающий, как песня сирены.

– Ты должен убить его.

Он уставился на шприц с миракуру, окончательно уступив этой силе. Пришло время положить конец его страданиям и скорби. Пришло время отомстить за любимую. Отвернувшись от Оливера, Слэйд вытащил из кармана жуткую оранжево-черную маску. Ему нравилось убивать в ней.

– Сделай это, – нетерпеливо сказала Шадо.

Он натянул маску и вытащил пистолет.

Пират, который держал Оливера, отпустил его, и тот упал на колени. Оливер посмотрел вверх. Он уже видел эту маску. И он знал, что это значит, что должно произойти. В отчаянии Сара безуспешно пыталась высвободиться из хватки своего мучителя.

– Слэйд! – закричала она. – Нет!

Слэйд, прицелившись, направил пистолет в голову Оливера.

– Нажми на курок! – убеждала его Шадо.

Оливер молил о пощаде, все еще пытаясь достучаться до него.

– Слэйд!

Слэйд издал яростный вопль, и последний кусочек человечности в нем уступил силе миракуру. Он опустил палец на курок, готовый выстрелить.

КА-БУУМ.

Внезапно прогремевший взрыв встряхнул сухогруз, и ударная волна разбросала всех по палубе. Слэйд удержался на ногах, но уронил шприц. Разрывающий уши оглушительный скрежет пронзил воздух, листы металла разрывало словно бумагу. В стене рубки появилась дыра, и вода хлынула сквозь пролом. Океан утягивал судно вниз, угрожая разорвать его на части.

«Торпеда», – сразу понял Слэйд. – «Это, должно быть, Анатолий…» Видимо, Оливер сказал ему, что делать.

Проникающая внутрь вода ломала судно, заставляя его накрениться. Наконец, оно застонало и начало разваливаться. Опорные балки изогнулись, и металлический мусор посыпался на головы Слэйда и его пленников. В этом хаосе команда, разбросанная по кораблю, стала неуправляемой, и даже Слэйд не понимал, где он и что он.

Пользуясь паникой, Оливер рванулся вверх и сильно ударил коленом в живот своего противника, швырнув его на палубу, а затем метнулся к луже, где плавал в воде его колчан. Выдернув из него стрелу, он бросился на мужчину, удерживающего Сару, и ударил его в грудь. Острый наконечник стрелы легко проник через плоть и ребра, пронзив сердце пирата. Тот упал на пол, но другой, громила, оправившийся от взрыва, приподнялся и потянулся к автомату. Оливер толкнул Сару за грузовую клеть.

– Давай, давай, давай!

Громила выпустил длинную очередь из автомата. Пули сверкнули в полумраке и срикошетили от металлической клети. Он попал в лампу, висящую рядом, и та взорвалась, выплюнув поток искр, от которых воспламенились электрические кабели. Все утонуло в хаосе. Громила, поняв, что стрелять ему больше нечем, отбросил автомат в сторону и побежал по накренившейся палубе.

Пришедший в себя Слэйд смотрел, как его наемник спасается бегством.

«Трус», – подумал он.

А затем он увидел его: плавающий в нескольких метрах от него шприц с миракуру. Все еще целый и невредимый. Кожаный чехол валялся поблизости. Шатаясь, он направился к нему, с трудом сохраняя равновесие на кренящемся судне. Заметив это, Оливер крикнул Саре:

– Уходи с корабля!

– Я не уйду без тебя! – испуганно закричала она в ответ, но Оливер уже бежал прочь. Со стрелой, зажатой в руке, он бросился к шприцу и едва успел выхватить его из рук Слэйда. Тот поскользнулся и еле устоял на ногах. Оливер схватил чехол.

– Нет! – Слэйд пошатнулся, когда корабль снова накренился, и потянулся к Оливеру.

– Дай его мне! – потребовал он. – Отдай мне миракуру!

Не раздумывая, Оливер бросил шприц в разгорающийся пожар. Флакон взорвался в огне яркой зеленой вспышкой.

– Нет! – зарычал Слэйд, чувствуя, как его кровь закипает от ярости.

Он набросился на Оливера, осыпая его сокрушающими ударами, оттесняя его от Сары. Оливер изо всех сил пытался отражать атаки, но Слэйд был сильнее него. И от очередного яростного удара в грудь Оливер отлетел к двери, упал и застонал от боли.

– Оливер! – Сара бросилась к нему. Снедаемый злобой, Слэйд поймал ее и швырнул через затопленную палубу к пробоине в корпусе.

Сара протянула руку и закричала – точно так же, как два года назад, на «Королевском Гамбите».

– Олли!

– Сара!

Оливер смог только увидеть, как волнами ее утягивает в пучину. Он смотрел в ее исказившееся от ужаса и крика лицо. Но времени на осознание произошедшего у него не было, потому что Слэйд Уилсон уже шел к нему. Оливер только успел вскочить на ноги.

– Бедная Сара, – сказал он, дразня его, – сколько еще ты будешь смотреть на то, как она умирает?

Его слова возымели эффект. Переполненный гневом Оливер бросился на него, но Слэйд встретил его ударом головы. Они столкнулись в центре накренившейся, заливаемой водой рубке корабля. Вокруг пылал огонь, а разрывающиеся металлические листы стонали над их головами. Корабль быстро шел на дно, но ни один из них этого не замечал.

Они оба жаждали мести.

Оливер нанес первый удар с такой силой, что сам чуть не свалился на палубу. Слэйд же остался невозмутим. Он стоял, наблюдая за Оливером сквозь ужасную оранжево-черную маску, ожидая его следующей атаки. Он был пугающе спокоен.

Адреналин, текущий по жилам Оливера, не мог сравниться с миракуру. Слэйд легко отбил его следующий удар, и ударил в ответ. Сила удара ошеломила Оливера, заставив на мгновение ослабить защиту. Слэйд воспользовался такой возможностью, ударил противника ногой в грудь, а затем левым хуком в челюсть загнал Оливера по колени в воду. Оливеру все же удалось собраться и с трудом подняться на ноги, когда Слэйд начал кружить вокруг него, будто хотел забить насмерть.

– Ты не сможешь убить меня, – сказал он, когда Оливер, пытающийся сохранить равновесие, ответил ему очередной бесполезной атакой.

Слэйд швырнул его прочь, подставив подножку. Затем он схватил его за горло и поднял над палубой. Оливер в отчаянии вцепился ногтями в его руку, а потом сорвал оранжево-черную маску. Он отшвырнул ее подальше, но Слэйд только крепче сжал пальцы.

Маска упала на залитую водой палубу.

Задыхаясь, Оливер безостановочно бил противника по лицу и руке, пытаясь ослабить хватку Слэйда. Тот невозмутимо принимал удары, и, казалось, они только раззадоривали его: он придушил Оливера, а затем, издав первобытный вопль, швырнул его на палубу. Тот тяжело ударился о доски, упал лицом в воду, и буквально перед самым его носом плавала сорванная маска.

Предзнаменование смерти.

Он попытался встать, но ему было слишком больно. Слэйд прохаживался рядом, наблюдая за тем, как Оливер борется за жизнь, и наслаждался этим моментом. Он шагнул назад и ударил Оливера со всей той силой, что подарила ему миракуру, так, что Оливер перевернулся в воздухе, прежде чем жестко приземлиться на мокрую палубу. Но Оливер не сдавался. Слэйд наблюдал за ним, ждал, когда Оливер поднимется и соберется для последнего удара.

«Только оттягивает неизбежное, – подумал Слэйд. – Неужели он ждет пощады? Он не пощадил Шадо, когда Иво застрелил ее».

– Я собираюсь уничтожить тебя, Оливер Куин.

Если эта пытка была тем, чего этот пацан добивается, то Слэйд будет рад ему услужить.

Они уже были готовы снова броситься друг на друга, когда корабль внезапно начал переворачиваться. Раздался еще один взрыв, нос корабля ушел под воду, и судно раскололось надвое. Оба мужчины упали на палубу, когда последние опорные балки прогнулись, и искореженный металл посыпался сверху. За слепящим светом пришла темнота.

Слэйд очнулся, лежа на спине под металлическими обломками, которые своим весом пригвоздили его к полу. Эта часть корабля еще не была залита водой. Когда его зрение вернулось, он заметил Оливера. Удача снова была на стороне его противника: его отбросило далеко от металлических обломков.

Он наблюдал, как Оливер подошел к нему со стрелой в одной руке и каким-то чудом оставшимся неповрежденным стеклянным шприцем в другой. Слэйд сразу понял, что было внутри. Он в ярости напряг мышцы и заворочался под тяжелыми балками.

– Что ты собираешься делать, мальчишка? – прорычал он. – Вколоть мне эту сыворотку? Это уже не имеет значения. Я сдержу свое обещание. Я отберу у тебя всех, кого ты любишь. Сара была лишь началом.

Он знал все болевые точки Оливера, и его слова резали, как нож.

– Она была только началом!

Оливер уже не так уверенно держал шприц.

– Твоя сестра…

Зато кулак, сжимавший стрелу, сжался крепче.

– Лорел…

В глазах Оливера зажегся смертельный огонь.

– Твоя мать!

Последнее, что увидел Слэйд, был Оливер, поднявший над головой стрелу и с силой опустивший ее. Она вонзилась ему прямо в глаз.

После этого мир погрузился во тьму.

Слэйд Уилсон уже как-то раз умирал в подводной лодке, что опускалась на дно возле острова Лян Ю. Тогда, как и сейчас, он почувствовал, как тьма окружает его – теплая и манящая, хранящая тишину, целебным бальзамом успокаивавшая его боль. Как легко было бы просто уйти и раствориться в этой бесконечной тьме.

Но он не сдавался.

Не с миракуру в его сосудах.

Не с Шадо в его сердце.

В первый раз Слэйд сражался со смертью, чтобы спасти свою возлюбленную. На этот раз он сделает это, чтобы отомстить за нее.

Оливер Куин заплатит.

Сыворотка в его крови продолжала работать, восстанавливая сломанные кости. Слэйд чувствовал, как пробуждается его сознание, и окружающий мир, фрагмент за фрагментом, возвращается к нему.

Его тело пронзали металлические обломки. Его рот и легкие наполнились солью. Его правый глаз разрывало от боли.

Слэйд окончательно пришел в себя и обнаружил, что все еще находится в клетке из упавших стальных балок. К своему ужасу он понял, что целиком погружен под воду, лежит в доверху затопленной каюте, и его легкие разрываются от недостатка кислорода. Он смог разглядеть воздушный карман, находящийся недалеко от него.

Затем завал над ним начал двигаться. Вода, угрожающая утопить его, могла оказаться и его спасением. Используя свою суперсилу, он напрягся и попытался сдвинуть железную массу. Наконец, она начала поддаваться ему. Каждый толчок отдавался в его глазах болезненными вспышками тьмы. Высвободившись, он дотянулся до воздушного кармана и начал хватать воздух большими, жадными глотками.

И только одна мысль пожирала его.

Где сейчас Оливер?

Ярость вернулась к нему. Он схватился за стрелу, все еще торчавшую в его глазу, и оторвал длинный стержень, оставив короткий обломок наконечника в своем черепе. У него еще будет достаточно времени, чтобы разобраться с этим.

Он нырнул под воду в поисках каких-либо следов предателя. Там были какие-то тела, разбросанные среди скрученных, обгоревших обломков. Некоторые плавали в толще воды. Многие были пиратами, другие – пленники, которых он пытал.

Так где же ОЛИВЕР?

Судно вздрогнуло и издало громкий стон, пульсирующий сквозь воду. Судя по звуку, корабль находился всего в нескольких десятках метров от дна. А Слэйд – в нескольких минутах от того, когда очередной толчок утащит его на дно океана. Ему нужно уходить. Если Оливер выжил, он поплывет к суше, на Лян Ю. Слэйд найдет его там.

Вернувшись к воздушному карману и глубоко вздохнув, он нырнул в пробоину в корпусе, в которой исчезла Сара. Борясь с воронкой, которую создало судно, когда начало тонуть, он поднялся на поверхность, к умирающему ночному небу.

Солнце поднималось над горизонтом, освещая место кровавого побоища. Вынырнув из воды среди плавающих обломков, он заметил остров – скалистую береговую линию в полумиле от него, затерянную посреди Северо-Китайского моря.

Скалистые вершины пронзали раннее утреннее небо. Их тени, словно пальцы, тянулись по красивой местности. Для постороннего остров должен был казаться спасением. Пейзаж, будто с открытки, не показывал того, что скрывалось в его недрах.

Слэйд глубоко вздохнул и быстро поплыл вперед, словно хищник на охоте. Оторвавшись от набегающих волн, он доплыл до пляжа. Поднялся на ноги, восстанавливая дыхание. На серых негостеприимных камнях оставались кровавые следы. Он силой воли загнал свою боль в глубину сознания. Глубокие раны, которые миракуру не могла излечить, исчезали перед грузом его горя из-за смерти Шадо… и силой его ненависти к Оливеру Куину.

Он схватил наконечник стрелы, все еще торчащий из глаза – несработавшее орудие убийства Оливера, – и вырвал его, чувствуя, как вместе с наконечником выдергивает и свою плоть. Отбросив его за спину, он направился к центру острова.

– Оливер! – кричал он, как одержимый, продираясь сквозь заросли Лян Ю.

Он уже давно не пытался прятаться. На острове не осталось места, которое он не обыскал. Взлетно-посадочная полоса, фюзеляж сгоревшего самолета, пещера Яо Фея. Тем не менее, он нигде не нашел никаких следов своей добычи. Ни запаха, ни следа… Ничего.

Дни шли, и вскоре искать было уже негде.

Неужели он утонул вместе с кораблем? Эта мысль приводила Слэйда в ярость, и он отказывался в это верить. Это Слэйд должен был убить его, а не океан!

Эта мысль подстегнула его, и он вышел на прогалину, неторопливо осматривая открывшийся вид.

Его конечный пункт назначения – лагерь наемников Файерса. Или то, что от него осталось после того, как ракеты «Сцилла» выжгли здесь все до основания. Природа начала медленно брать свое: высокая трава и кусты обступили механизмы, которые не приходили в движение более года.

Слэйд ходил среди обгоревших остатков палаток в поисках каких-либо следов своего врага, но везде находил только смерть. Разложившиеся тела были разбросаны по округе, распростершиеся останки поблекли, побелев от времени и морского ветра.

И снова никаких следов Оливера.

Закипев от разочарования, Слэйд ударил кулаком по стоявшему рядом грузовику. Звук удара, прогнувшего дверь вовнутрь, разлетелся по округе, спугнув стаю птиц. Грузовик закачался взад и вперед, и Слэйд, наконец, успокоился.

Тогда он заметил еще одно тело в траве, на том месте, откуда взлетели вспугнутые им птицы.

Это был Билл Уинтергрин, его бывший партнер и предатель, все еще одетый в черный бронежилет. Лицо его было скрыто за оранжево-черной маской, которая выглядела точно как та, что носил Слэйд. Длинный нож все еще торчал из его глазницы. Ирония судьбы – именно Слэйд и вонзил его.

Ублюдок предал его и заслужил смерть.

Вид Уинтергрина напомнил ему, зачем он изначально отправился на этот богом забытый остров, и Слэйд пришел в ярость. Он прибыл сюда в качестве сотрудника Австралийской секретной разведывательной службы. Его миссия заключалась в том, чтобы разыскать отца Шадо, Яо Фея, и узнать, что задумал Эдвард Файерс. Однако его планы разрушились, партнер предал его, надежды на безопасное возвращение рассыпались в прах.

Вместе с этой ясностью пришло и осознание: Оливера Куина не было на этом острове.

Нет, его добыча все еще была жива – в этом Слэйд был уверен, – но придется искать ее в другом месте. И ему, Слэйду, потребуются все ресурсы Австралийской секретной службы для того, чтобы выследить его.

Однако прошло больше двух лет с тех пор, как он ступал на австралийскую землю.

Возможно, время вернуться все же настало…

Перед тем как покинуть Лян Ю, Слэйд пришел на могилу Шадо, чтобы попрощаться. Все осталось таким же, как он помнил. Куча тяжелых камней, кусок дерева, выполняющий роль импровизированный надгробной плиты, ее имя, вырезанное на нем.

От этого вида у него закололо в груди.

– Не плачь обо мне, – сказала Шадо.

Как и тогда, она снова была рядом с ним. Его возлюбленная. Такая же прекрасная, стоящая в лучах утренней зари.

– Найди его, – сказала она и придвинулась ближе, чтобы прошептать ему на ухо: – Заставь его заплатить за предательство.

Затем она взяла его лицо в свои руки и заглянула ему в глаза.

– Отомсти за меня.

Рука Слэйда сжалась в кулак, а затем задрожала от нараставшей в нем ярости. Он не хотел ничего, кроме как насадить голову Оливера на кол. Заставить его страдать, так же, как страдал он сам.

– Ты клянешься? – спросила Шадо.

– Клянусь.

– Ты сдержишь свое слово? – теперь она была так близко, что Слэйд почувствовал ее дыхание на своих губах.

Он встретился с ее взглядом, и в его голосе прорезалась сталь:

– Сдержу.

Он стоял один на пляже, как он надеялся, в последний раз. Именно тогда он увидел ее – застрявшую между скалами и качающуюся в волнах. Ошибки быть не могло – это была его маска, его оранжево-черная тень. Он подошел и поднял ее. Нижняя половина была разорвана и обуглена – ее путешествие с корабля на берег было нелегким.

Он больше не мог ее носить.

Впрочем, у Слэйда были мысли по поводу того, как ее использовать.

Он нашел корягу – около четырех футов в длину, крепкую и длинную как столб. Тяжелая для обычного человека, в руках Слэйда она казалась легче перышка. Он крепко сжал ее, а затем вогнал в берег Лян Ю – сквозь глину и камень, глубоко и надежно, за пределами приливной волны.

Застыв на секунду, он вспомнил, как они с Билли носили маски. Тогда они гордились своей работой – давным-давно, еще в прошлой жизни. Затем, застонав от боли, Слэйд прикрепил маску к столбу, вонзив в пустую глазницу стрелу.

Сообщение для Оливера, если он когда-нибудь вернется.

Месть грядет.

Затем Слэйд направился к воде, заряжаясь яростью миракуру, заставлявшей его двигаться вперед на полной скорости, расшибая руками встречные волны.

Он плыл между волн, проходя как нож сквозь масло, его руки и ноги сбивали воду позади него в белую пену.

Он был, словно морское чудовище.

Почти две недели Слэйд плыл на юг через холодные воды северной части Тихого океана. Он прокладывал себе путь через коварные воды и не думал ни о пропитании, ни об отдыхе. С сывороткой он представлял себя силой природы, неуязвимой и непобедимой. Но ярость миракуру не только подпитывала: она ослепляла его, заставляя забыть о тактике, которой он научился за многие годы службы в Австралийской секретной разведывательной службе.

Не стоило недооценивать врага.

Особенно, когда этим врагом была сама природа.

В тридцати милях от северного филиппинского побережья он столкнулся с тайфуном, превратившим воду и небо над головой в ад. Но Слэйд не обращал внимания на темнеющие на горизонте облака. Он двигался вперед, а его сознание сузилось до смертоносного тоннеля. Единственное, о чем он мог думать – это месть.

Шторм еще не достиг своего апогея, но даже в этом неокрепшем состоянии он проверял его на прочность. Слэйд, стиснув зубы, разгребал выраставшие перед ним волны, яростно отталкивался ногами, растрачивая в два раза больше сил, чем требовалось обычно.

Ветер, такой тихий еще час назад, теперь оглушительно ревел. Сплошная стена дождя хлестала его по лицу, затрудняя дыхание.

Но Слэйд плыл вперед, отказываясь сдаться и отклониться от выбранного маршрута. Его мышцы напрягались, когда волны высотою в дом били его снова и снова. Океан швырял его, трепал как тряпичную куклу, крал у него силы, пока окончательно не затянул его в свои объятия.

Его погрузило в темноту океана, и все звуки ревущего шторма сменились пугающей тишиной. Он пытался бороться с затягивающим его потоком воды, но ему, опустошенному штормом, не хватало сил вырваться на свободу. Поток швырнул его на коралловый риф, и его острые как бритва края глубоко вонзились в тело, разрезая плоть до костей. Облако крови расцвело за его спиной, когда он рванулся к поверхности, чтобы сделать несколько глотков воздуха, прежде чем снова погрузиться в воду.