- -
- 100%
- +
– Ну да, я так и сделаю. Мне нравится твоя жена. Она красивая и умная. Будет моей наложницей. У меня много всяких дев –белых, черных, азиаток. Даже есть одна женщина из Марокко. У нее рисунки по всему телу. А вот таких белокурых, как твоя Альмина, еще нет.
Султан явно веселился, глядя на то, как меняется лицо Йосипа. Рыцарь потихоньку свирепел. Если бы не наручники и здравый смысл, султан был бы уже мертв.
– Сейчас твою страну делят наши и галы. Твоя Альмина сидит в башне, ждет исхода битвы. Если выиграют галы, ее сожгут, как сожгли Полока. Если наши, ее привезут сюда.
Йосип побагровел.
– Что значит, делят государство?
Султан внимательно посмотрел на Йосипа.
– Да ты не в курсе! Поздравляю, рыцарь, твою страну захватили со всех сторон. Я с востока, монголы с севера, галы с запада. У тебя больше нет государства.
Султан подождал немного. Затем он подошел к Йосипу и сел прямо рядом с ним, положив руку на колено рыцарю. Очевидно, это был дружеский жест, который должен был бы вызвать у рыцаря расположение.
– Йосип, золой, я предлагаю тебе сделку, – сказал султан, приблизив лицо, – Ты отрекаешься от своей веры и становишься моим полководцем. Я уважаю тебя. Я даже жену твою не трону. В противном случае тебе отрубят все, что движется и бросят в море. Я не настаиваю на срочном ответе. До завтра определяйся. Быть тебе червяком в море или моей правой рукой.
После этого султан жестом велел увести Йосипа.
Рыцаря доставили не в темницу – напротив, его поселили в симпатичной комнатке, единственное окошко в которой было прочно заделано ажурной решеткой. За этой решеткой открывался вид на дивный садик, в котором был рукотворный водопад, пышные растения и выложенные мозаикой дорожки. По этим дорожкам ходили такие диковинные птицы, что Йосип на несколько минут совершенно забыл о том, что он в плену. Прежде рыцарь никогда не видел павлинов; когда один из пернатых чудаков распустил хвост, Йосип испытал совершенно детский восторг и засмеялся в голос.
На звук его смеха к решетке подошла девушка. Это была одна из наложниц гарема. Она с интересом посмотрела на рыцаря и тоже засмеялась. Затем они еще долго смотрели друг на друга и смеялись, совершенно непонятно по какой причине. Затем девушка вынула из волос цветок и положила его между изогнутыми прутьями решетки. Йосип взял ароматный цветок. Девушка играла с пленником, и ему это нравилось.
Она отошла от решетки, и рыцарь смог рассмотреть собеседницу целиком. Пожалуй, она немного была похожа на Айрис – такая же тоненькая, черноглазая, смелая.
Вскоре появились другие женщины, и девушка скрылась. До рыцаря донеслись звуки лютни и пения; князь был уверен, что это та самая девушка поет и музицирует, продолжая начатую игру. Ему хотелось, чтобы она подольше пела, так как это отвлекало его от мрачных мыслей о Полоке, Айрис, Альмине…
Рыцарь разгадал хитрость султана: поселить его на время в самом красивом уголке дворца, чтобы искусить его душу.
Из окошка открывался чудесный вид на закат. Йосип закрыл глаза. Он стал вспоминать свою жизнь, пытаясь понять, где именно он оступился. Возможно, что главная его ошибка произошла в тот момент, когда он не узнал в Айрис свою роковую любовь; именно тогда, когда они вместе ворошили старинное капище с глазом. Йосип взял в руки свой медальон: в нем тоже сиял неведомый глаз. Вот он, ответ. Сперва он искал Чашу Грааля, потом славу, потом власть. Вместе с тем он не увидел главное: ответ в истоках. Ответ был в Любви.
Йосип надавил на медальон, и тот неожиданно раскрылся. Паладин никогда прежде не открывал створки медальона, полагая, что там сокрыто некое колдовство, переданное ему Кожеттой. Теперь же медальон раскрылся, и из него выпал рубин вместе с прядью рыжих волосиков. Несчастный пленник заплакал.
***
Всю жизнь Йосип был игрушкой в чьих-то руках. Сперва отец старался выковать из него примерного сына; затем он стал заложником хитроумной игры властителей государств. Рыцарь никогда не жил для своей души, постоянно исполняя чужую волю. Никто ни разу не спросил у него, чего же он сам хочет.
Вот и теперь от него снова требовали – отречения от веры родителей, позора. Взамен обещали лишь мучения в качестве раба. Йосип поглядел на сизую отметку на руке. Уж лучше смерть.
Йосип решил, что примет мученическую смерть, как и подобает христианину.
В этот момент перед ним появился знакомый призрак.
«Это ты правильно решил, – сказала Кожетта, – нечего потакать всяким мерзавцам. Однако прежде, чем соглашаться на смерть, попробуй сбежать. От тебя еще будет толк на земле!»
– Как же я сбегу? – спросил рыцарь.
Кожетта отвечала: «Та девушка, ее зовут Низа, и ты ей приглянулся. Когда она снова придет, попроси ее принести тебе воды. Кружка не пролезет через решетку и Низа даст тебе трубочку из металла. Не отдавай ей эту трубочку. Она послужит тебе»
Рыцарь так и поступил. Получив медную трубочку, Йосип стал раздумывать, как ее использовать. Он изучил дверь и понял, что она не очень надежно укреплена, и с помощью зубила можно выбить клинья, держащие дверные петли. Когда стемнело, он так и сделал, использовав трубочку.
Рыцарь тихо направился прочь по тропинке, ведущей в садик гарема. Неожиданно ему преградила путь человеческая фигура.
– Я буду кричать, – сказала Низа на языке, понятном Йосипу, – если ты не возьмешь меня с собой.
Пришлось взять. Девушка в секунду собрала узелок: деньги, какие-то тряпки и маленький нож. Вдвоем они прокрались через сад и вышли во двор. Тем ножом Йосипу пришлось убить двух охранников. А как иначе, чтобы оказаться на свободе нужно было жертвовать хотя бы чужими жизнями…
Словно две кошки, Йосип и Низа пробрались по обрывистому берегу вдоль моря и достигли пределов крепости. Низа не отставала, шла молча и ловко перепрыгивала овражки. «Совсем как Айрис, – подумал Йосип, и тут же вздохнул, – Но не она».
Они без устали шли до утра, опасаясь, что их настигнет стража. Когда забрезжил рассвет, беглецы устроились на ночлег в заброшенном сарае. Вечером следующего дня они продолжили путь, и так шли три ночи, пока не достигли другого побережья. Там голод подкосил Низу, и она упала без чувств. Йосип взял спутницу на руки и отнес в ближайшую харчевню.
У Низы на руках были какие-то серебряные браслеты, которые удалось обменять на приличную еду и деньги. Здесь же, в харчевне, можно было поесть и узнать сплетни. Оказалось, беглецов искали. Прочесывали местность по нескольку раз на дню. Оставаться не стоило, но Низа была слаба. Йосип выдал себя за христианского священника, а Низу за свою жену, и их провели в покои. Уснули бродяги быстро- сказалась чудовищная усталость. Ночью во сне к Йосипу пришла старая подруга Кожетта.
– Я по делу, – сказала старушка, – тут скоро будет заваруха. Лучше бы тебе убраться да поскорее.
– Кожетта, как мои дети? – спросил Йосип. Он беспокоился о своих сыновьях.
– Твой сын скоро будет здесь неподалеку вместе с матерью, -отвечала цыганка.
– Все-таки они взяли их в плен, – вздохнул Йосип, – Альмину и младшего, Полока второго.
Кожетта расхохоталась, неприлично раскачивая большой рыхлой грудью.
– Полок младший вообще не твой сын, глупая голова. Неужели ты думаешь, что такая вертихвостка как Альмина хранила тебе верность, пока ты тосковал об Айрис? Все три года? Да она со всеми вельможами переспала – от твоего брата Петра до самого последнего пажа. Только ты об это не знал!
Цыганка приставила к своей голове два пальца, имитируя рогатую скотину и скорчила смешную рожу. Он смеялась так обидно, что Йосип даже во сне чуть не расплакался.
Утром Йосип со смущением понял, что рука Низы нежно поглаживает его плечи, а ее кудрявая голова покоится на его груди. Затем он обнаружил, что и сам обнимает Низу.
Однако роковая случайность не дала им соединиться. Всего одно мгновение спустя Низа была мертва: ее тело пронзила короткая стрела, какую обычно выпускают из арбалетов. Стрела влетела в окно.
Вероятно, хозяин харчевни выдал беглецов.
Йосип успел ощутить волну горечи и сожаления пред тем, как занять оборонительную позицию. Ему было жаль Низу: пожалуй, после всего, что было у него и не сложилось с другими женщинами, именно эта девушка могла бы принести ему долгожданные покой и радость.
Чем больше он думал о Низе, тем яростнее было его сопротивление вбежавшим с улицы мамлюкам. Йосип убил сразу троих нападавших, затем притаился перед входом, пропустив в мимо град стрел, и оглушил зашедшего воина. Он использовал обмякшее тело в качестве полуживого щита, чтобы проложить дорогу к выходу. Следовало сразу же ускакать на коне одного из нападавших, но Йосип не мог «не попрощаться» с хозяином таверны. Он зашел в едальню, отыскал хозяина и точным ударом опрокинул его на низкий столик. Хозяин сник, замахал руками и заскрипел что-то на арабском языке. Осип уже хотел было прикончить болтуна, но тут за стеной раздался страшный грохот, от топота копыт затряслась земля и пыль огромными клубами ворвалась в окна. Улюлюканье и вой напугали не только хозяина таверны. Нападавшие слуги султана в мгновение ока позабыли о Йосипе. Они притаились в проемах, схоронились между сундуками и лавчонками.
– Что за чертовщина, – проворчал Йосип. Он откинул от себя хозяина кафе и подошел к окну. Метрах в пятистах от таверны развернулось сражение. Монголы теснили мамлюков, отбирая у них их собственные земли. Йосип опешил.
Рыцарь позабыл о хозяине, по веревке вскарабкался на чердак и залег в относительной безопасности. Он вытащил из стены гнилую доску и стал всматриваться в сражение. Клубы пыли скрывали происходящее, но то упрямство, с какой желто-серая орда наступала на юг, говорило о бесспорной победе монголов.
Сердце Йосипа бешено заколотилось: среди монголов должна была быть Айрис. Рыцарю даже почудилось, будто бы он слышит ее звонкий голос среди тысяч орущих мужских глоток. И хотя врываться одному сразу в две сражающиеся вражеские армии было безумием, рыцарь не мог заставить себя сидеть смирно. Где-то в центре сражения была она – единственная любовь Йосипа.
Рыцарь спрыгнул с потолочного настила, проскочил мимо ополоумевших от страха стражников и быстро завладел конем одного из них. Пришлось также «одолжить» у какого-то мамлюка доспехи и шлем.
***
Мамлюки зря приняли Йосипа за своего. Рыцарь бил всех без разбору, проталкиваясь вглубь сражения. Именно там, сердце подсказывало, там, должна была быть Айрис.
Словно во сне, сквозь картину из нелепо падающих людей, взмывающихся на дыбы коней, через струи фонтанирующей крови, Йосип увидел, наконец, ЕЕ. Айрис была неотразима. Ее изящное тело легко перепрыгивало с одного коня на другого, а руки несли смерть. Она была похожа на богиню смерти, птицу, несущую ужас. Вокруг Айрис образовалось полтора метра пустоты: к ней боялись подходить. Должно быль, девушку принимали за ведьму.
Йосип машинально отражал удары противника. Его глаза были прикованы к жене. Взгляд вобрал каждую мелочь: медный доспех с выступающими конусами грудей, длинные, сплетенные в множество кос, волосы, украшенные оберегами, маленький шлем, перья в косах, сапожки… Йосип был в двух местах одновременно: на поле сражения и в раю.
Когда огромный араб замахнулся на Айрис кривой саблей, Йосип закричал. Айрис обернулась на этот крик, затем повернула голову к арабу и едва успела увернуться, изогнувшись гибким телом и прижавшись головой к хвосту лошади. Удар пришелся прямо по крупу коня, и тот рухнул, придавив собой девушку. Еще мгновение, и она была бы затоптана лошадьми. Секунды хватило Йосипу, чтобы убить араба, перегнуться через седло и вытащить Айрис из-под коня. В следующее мгновения рыцарь выскочил из поля боя и галопом помчал свою жену прочь из этого ада.
***
Они не сказали друг другу ни слова. Когда всадники спешились, их тела сами собой переплелись в неистовом танце страсти. Солнце всходило, падало в море, снова вставало, а Йосип и Айрис не могли оторваться друг от друга.
Так заканчивается эта история. Наши герои, конечно, забрали ребенка Айрис у монголов, проявив хитрость, и, конечно, жили долго и счастливо, не принимая более никакого участия в текущих воинах и дележке государств.
Говорят также, что после пропажи Айрис предводитель монголов , один известный хан, рассвирепел и велел складывать черепа врагов в пирамиды, пытаясь заглушить боль от потери той, кого втайне очень сильно полюбил. Говорят еще, что старший сын Йосипа и Айрис, когда вырос, пошел служить в армию, вместо того, чтобы идти учиться, дослужился до почетного звания и стал великим полководцем. Также говорят, что у Айрис и Йосипа было еще двенадцать детей.
Много чего болтают.
В оформлении обложки использовано изображение Pete Linforth с сайта Pixabay Pixabay License. – Бесплатно для коммерческого использования. -
Указание авторства не требуется