Валенки, которые ушли в поход, а вернулись с щенком

— Бабуль, я не могу спать, — признался Миша. — Я всё думаю про валенки.

— А что про них думать? — бабушка вздохнула. — Ходят — и пусть ходят. Главное, чтобы беды не наделали.

— Какие они могут наделать беды? — удивился Миша. — Они же хорошие. Они помогают.

— Помогают, — согласилась бабушка. — Но ты подумай сам: если они ночью ходят, то кто-то может их увидеть. А если увидят — что подумают? Что это нечистая сила. Что в нашем доме что-то неладное. Понимаешь?

Миша задумался. Он не подумал об этом. В деревне все друг друга знают. Если кто-то увидит, как валенки сами идут по улице, начнутся разговоры. А разговоры в деревне — это серьёзно. Бабушка рассказывала, как однажды кто-то пустил слух, что у тёти Клавы в подполе живёт домовой. Полгода потом тётю Клаву все расспрашивали, а некоторые даже боялись к ней ходить. Домовой, конечно, не нашёлся, но осадок остался.

— Значит, нужно сделать так, чтобы их никто не видел, — сказал Миша.

— И как ты это сделаешь? — бабушка усмехнулась. — Ты их к ноге привяжешь?

— Не привяжу, — Миша покачал головой. — Но можно их, например, в чулан ставить. Или в кладовку. Тогда, если они пойдут, то через дом, а не через улицу.

— А если через дом? — бабушка подняла бровь. — Дом-то у нас не резиновый. Они через сени ходят, а сени — это почти улица.

Миша задумался ещё сильнее. Он понимал, что бабушка права. Нужно было что-то придумать. Что-то такое, чтобы валенки могли ходить, но при этом не попадались никому на глаза. И чтобы бабушка не волновалась.

— Бабуль, — сказал он вдруг. — А давай я буду за ними следить?

— Как это — следить?

— Ну, буду смотреть, куда они ходят. Если они идут помогать — хорошо. А если что-то не так — я вмешаюсь.

Бабушка посмотрела на него внимательно. Потом покачала головой.

— Миша, ты ещё маленький, чтобы за валенками следить. Они ночью ходят. Ты должен спать.

— Я могу и ночью не спать! — горячо воскликнул Миша. — Я один раз не спал всю ночь. На Новый год. Помнишь? Я хотел увидеть, как подарки под ёлку кладут.

— Помню, — бабушка улыбнулась. — Ты тогда уснул в десять часов и проспал до утра. А подарки мы с дедом под ёлку положили, пока ты спал.

Миша покраснел. Это было правда. Он тогда очень хотел увидеть Деда Мороза, но не выдержал и уснул. Утром он нашёл под ёлкой большого плюшевого медведя и очень расстроился, что не увидел, как его принесли. С тех пор он твёрдо решил, что если захочет что-то увидеть — обязательно увидит. Но пока что-то не получалось.

— Ладно, — сказала бабушка. — Давай так. Ты не будешь следить за ними ночью. Но если увидишь что-то днём — расскажешь мне. Хорошо?

— Хорошо, — согласился Миша.

Он понимал, что бабушка права. Ночью он всё равно уснёт. А если не уснёт, то будет бояться. И потом, валенки — они же не просто так ходят. Они помогают. Значит, если они ушли — кому-то нужна помощь. И когда они вернутся, можно будет узнать, что случилось.

— Бабуль, — сказал Миша. — А давай спросим у валенок?

— Как это — спросим? — бабушка посмотрела на него с недоумением.

— Ну, спросим, куда они ходили. Может, они ответят.

— Миша, — бабушка вздохнула. — Валенки не говорят. Они ходят. Это всё, что они умеют.

— А вдруг они умеют и говорить? Просто мы не слышим?

Бабушка ничего не ответила. Она только покачала головой и пошла в дом — ставить чайник. А Миша остался во дворе. Он подошёл к валенкам и присел перед ними на корточки.

— Эй, — сказал он тихо. — Вы меня слышите?

Валенки стояли и молчали. Они были серые, старые, с загнутыми голенищами. На одном была маленькая заплатка — бабушка зашивала его прошлой зимой. Миша смотрел на них и ждал. Но они не отвечали.

— Ну и ладно, — сказал он. — Не хотите говорить — не надо. Но я всё равно знаю, что вы живые.

Он встал и пошёл в дом. Валенок выбежал из будки и побежал за ним, виляя хвостом. Барсик сидел на подоконнике и смотрел на улицу. Когда Миша вошёл, кот повернул голову и мяукнул.

— Что? — спросил Миша. — Ты тоже хочешь что-то сказать?

Кот смотрел на него и молчал. Но в его глазах было что-то такое, что Миша не мог понять. Как будто Барсик знал больше, чем говорил. Как будто он тоже был частью этой тайны.

За завтраком бабушка была задумчива. Она то и дело поглядывала на валенки, которые стояли в сенях, и вздыхала. Миша заметил это.

— Бабуль, ты чего? — спросил он. — Волнуешься?

— Волнуюсь, — призналась бабушка. — Я всю жизнь прожила в этой деревне. И всякое видела. Но чтобы валенки ходили — это впервые. Я даже не знаю, как к этому относиться.

— А дед говорил, что они могут ходить. Ты сама рассказывала.

— Говорил, — бабушка кивнула. — Но одно дело — когда говорит муж, а другое — когда видишь сама. Это совсем разные вещи.

Миша задумался. Он понимал бабушку. Взрослым всегда труднее верить в чудеса. Они привыкли всё объяснять. А тут — попробуй объясни. Валенки ходят. Это же не вписывается ни в какие правила.

— Бабуль, — сказал он. — А может, это дед их посылает?

Бабушка вздрогнула и посмотрела на него.

— Что ты сказал?

— Ну, дед. Может, он там, на небе, видит, что кому-то нужна помощь. И посылает валенки. Они же его. Он их сделал.

Бабушка долго молчала. Потом встала, подошла к иконе, которая висела в углу, и перекрестилась.

— Может, и так, — сказала она тихо. — Может, и так.

Она вернулась к столу и села. Глаза у неё были влажные. Миша понял, что задел что-то важное. Он подошёл к бабушке и обнял её.

— Не грусти, — сказал он. — Дед же хороший. Он плохого не сделает. Если валенки ходят — значит, так надо.

— Так надо, — согласилась бабушка. — Ты прав, Миша. Так надо.

Она погладила его по голове и улыбнулась. Миша улыбнулся в ответ. И в этот момент Валенок подбежал к ним и лизнул бабушку в руку. Бабушка засмеялась.

— Ну вот, — сказала она. — Ещё один помощник растёт. Скоро, глядишь, и он кого-нибудь спасёт.

После завтрака Миша пошёл гулять. Он взял с собой Валенка и позвал Барсика. Кот сначала отказался — он спал на печке и не хотел вставать. Но Миша взял его на руки и понёс. Барсик возмущённо мяукнул, но не вырвался. Он был тяжёлый и тёплый, и Миша подумал, что если его понести, то он, может быть, привыкнет гулять вместе со всеми.

Они пошли к речке. По дороге Миша рассказывал Валенку про то, какие бывают рыбы, какие бывают камни и почему нельзя пить из речки, если не хочешь заболеть. Валенок слушал и вилял хвостом. Он ничего не понимал, но ему было интересно. Барсик сидел у Миши на руках и смотрел по сторонам с таким видом, будто делал одолжение всем этим прогулкам.

У речки было хорошо. Вода блестела, пахло свежестью. Миша сел на камень и опустил ноги в воду. Вода была холодная, но приятная. Валенок подошёл к воде, понюхал её и попятился. Он ещё никогда не видел так много воды.

— Не бойся, — сказал Миша. — Это речка. Она не кусается.

Валенок посмотрел на него, потом снова на воду. Потом осторожно ступил лапой в воду. И тут же выскочил с громким писком. Вода была холодная! Он посмотрел на Мишу с укором — мол, зачем ты меня не предупредил? Миша засмеялся.

— Я же сказал, что не кусается. А то, что холодная — это другое.

Барсик сидел на берегу и умывался. Он не собирался лезть в воду. Он вообще не понимал, зачем люди и собаки лезут в воду. Вода — это для рыб. Коты должны сидеть на берегу и смотреть.

Миша сидел на камне и думал. Он думал о валенках. Он думал о том, куда они ходили этой ночью. Кому они помогли? Может быть, кому-то в деревне нужна была помощь, а он об этом даже не знает? Может быть, кто-то потерял что-то? Или кто-то застрял? Или кто-то замёрз?

— Барсик, — сказал Миша. — А ты знаешь, куда они ходили?

Кот посмотрел на него и моргнул. Мол, знаю. Но не скажу.

— Ты всегда так, — вздохнул Миша. — Всё знаешь, но молчишь.

Барсик отвернулся и стал смотреть на воду. Миша тоже стал смотреть на воду. И вдруг он увидел что-то. На другом берегу речки, среди кустов, что-то блеснуло. Миша прищурился. Это был не камень. Это было что-то круглое, яркое. Как будто кто-то потерял там что-то.

— Пойдём посмотрим, — сказал Миша.

Он встал, взял Валенка на руки — чтобы тот не утонул, если полезет в воду, — и пошёл вброд через речку. Вода была ему по колено. Барсик не пошёл. Он остался на берегу и смотрел, как Миша переходит речку. Мол, я подожду. Я не люблю мокнуть.

Миша перешёл на другой берег и подошёл к кустам. То, что блестело, оказалось стеклянной банкой. Обычной банкой, в которой бабушка закрывала варенье. Она лежала в траве, и в неё попал солнечный луч. Миша поднял банку. Она была пустая, но внутри что-то было. Он посмотрел внимательнее. На дне лежала маленькая бумажка. Миша достал её и развернул. На бумажке было что-то написано. Он прочитал: «Помогите. Я потерялся».

Миша замер. Он посмотрел на бумажку, потом на банку, потом на речку, потом на Валенка. Сердце у него забилось быстрее.

— Кто-то потерялся, — сказал он вслух. — И просит помощи.

Он посмотрел вокруг. Кусты, трава, речка. Никого не было видно. Но кто-то же написал эту записку. Кто-то положил её в банку. И банка стояла здесь, на берегу. Может быть, этот кто-то хотел, чтобы его нашли. Или чтобы нашли кого-то другого.

Миша вернулся обратно через речку. Барсик сидел на берегу и ждал. Увидев Мишу, он мяукнул.

— Барсик, — сказал Миша. — Смотри, что я нашёл.

Он показал коту бумажку. Барсик понюхал её и отвернулся. Мол, бумага как бумага. Но Миша знал: это важно. Кто-то просит помощи. И он должен помочь.

Он побежал домой. Валенок бежал за ним, а Барсик шёл не спеша — он не любил бегать. Дома Миша влетел на кухню, где бабушка чистила картошку.

— Бабуль! — закричал он. — Смотри, что я нашёл!

Бабушка взяла бумажку и прочитала. Потом посмотрела на Мишу.

— Где ты это взял?

— На речке. В банке. Банка стояла в кустах.

— Странно, — бабушка нахмурилась. — Кто же это написал?

— Не знаю. Но надо помочь.

— Надо, — согласилась бабушка. — Только кому помогать-то? Тут не написано, кто потерялся.

Миша задумался. И правда — в записке не было имени. Только «помогите» и «я потерялся». Кто это мог быть? Может быть, какой-то зверёк? Может быть, птица? Может быть, человек?

— Бабуль, — сказал он. — А давай спросим у валенок?

Бабушка посмотрела на него и вздохнула.

— Миша, ну сколько можно? Валенки не говорят.

— Но они же ходят. И они помогают. Может, они знают, кто потерялся.

Бабушка ничего не ответила. Она только покачала головой и вернулась к картошке. А Миша пошёл в сени. Валенки стояли на месте. Миша присел перед ними и показал бумажку.

— Смотрите, — сказал он. — Кто-то потерялся. Вы знаете, кто?

Валенки молчали. Но Мише показалось, что они чуть-чуть шевельнулись. Он присмотрелся. Нет, показалось. Или нет?

— Ладно, — сказал Миша. — Не хотите говорить — не надо. Я сам найду.

Он встал и пошёл во двор. Ему нужно было подумать. Он сел на крыльцо и стал смотреть на небо. Валенок улёгся у его ног. Барсик прыгнул на перила и уселся рядом.

— Барсик, — сказал Миша. — А если это не зверёк? Если это человек? Что тогда делать?

Кот посмотрел на него и моргнул. Мол, не знаю. Я кот. Я в людях не разбираюсь.

— А если это ребёнок? — продолжал Миша. — Маленький. Как я. Потерялся и не может найти дорогу домой.

Он представил, как кто-то маленький, совсем крошечный, стоит где-то в лесу или в поле и плачет. И никто его не слышит. И никто не приходит на помощь. У Миши сжалось сердце.

— Надо его найти, — сказал он твёрдо. — Надо найти того, кто потерялся.

Он встал и пошёл к бабушке.

— Бабуль, — сказал он. — Я пойду искать.

— Кого искать? — бабушка обернулась. — Ты даже не знаешь, кто это.

— Не знаю, — признался Миша. — Но я найду. Я обойду всю деревню. Спрошу у всех. Может, кто-то что-то видел.

Бабушка посмотрела на него и покачала головой.

— Миша, — сказала она. — Ты добрый мальчик. Но нельзя вот так взять и пойти искать неизвестно кого. Это может быть опасно.

— Что опасного? — удивился Миша. — Я же не в лес иду. Я по деревне.

— По деревне тоже всякое бывает, — бабушка вздохнула. — Ладно. Давай так. Сначала пообедаем. А потом я сама с тобой пойду. Вместе поищем.