Зло против любви

– Дорогие галазрители, напоминаем вам, что согласно правилам нашего шоу, все жертвы приговорены к смерти в своих мирах, и мы тщательно проверяем подлинность всех документов и заключений судов…– протараторил скороговоркой ведущий.

Я дал знак копиям приступать.

– Постойте! Последнее слово жертвы! – остановил их ведущий.

Я закатил глаза.

Да сколько можно-то уже! Такими темпами на пытки совсем не останется времени!

– Брат, верни ее. Он не остановится! – прохрипел пленник.

Ну, сойдет, хватит с него.

И, наконец-то копии приступили к делу.

Я же так и остался сидеть. А все эти облезлые кочерыжки – патриции. Заладили, что я-де должен заботиться о своем имидже, о том, что цесару руки марать не положено по статусу, и т.д., и т.п. Уже плешь на голове проели, честное слово… Ладно, мне не трудно сделать стариканам приятное, тем более, что…

Ход моих мыслей прервал испуганный шепот режиссера в правом ухе:

– Осталось пять минут эфирного времени!

Я заскрипел зубами. Это издевательство какое-то, а не шоу!

Копии ускорились, но все равно, все, что я планировал, сделать не успевали.

Крики дракона ласкали слух, немного примиряя с необходимостью урезать перфоманс.

И вот – заключительный штрих, из раскрытой грудной клетки достали еще трепещущее сердце, аккуратно обрезая артерии. Спустя три удара сердца (ха-ха), мне уже протягивали его. Из дырочки креативного сосуда торчала витая прозрачная трубочка и кокетливый белый зонтик, и даже долька лимона была, ее прикололи зубочисткой.

Я поднял «бокал» вверх, салютуя:

– Твое здоровье, Астарт. Вот что мне нравится в тебе – у тебя так много родственников. Есть где разгуляться!

С широкой улыбкой я очень медленно потянул напиток из сосуда, позволяя зрителям проследить весь путь багровой жидкости до моих губ…

В ухе уже шел обратный отсчет, истекали последние удары сердца, отведенные для шоу… Серпающий звук как раз совпал окончанием трансляции.

– Снято! – закричал оператор.

– Потрясающе! Это наше лучшее шоу! – в галастудию вбежал растрепанный режиссер, и он же по совместительству и продюсер «Кровной мести».

По моему жесту его тут же изловили и, подтащив к моему дивану, уронили на колени.

В помещении повисла напряженная тишина.

– Делай что хочешь, но чтобы в следующий раз на пытки у меня было не меньше получаса, иначе…– я не договорил, но он оказался понятливым.

– Конечно-конечно! Обещаю! После сегодняшнего… Рейтинги… Спонсоры… Эфирное время…– его торопливое бормотание стало практически неразборчивым.

Я презрительно скривил губы, поднимаясь с дивана.

Пора заняться куда более интересными делами, чем эти скучные шоу.

«Tip my hat to the sun in the west

Feel the beat right in my chest

At the crossroads a second time

Make the devil change his mind

It’s a pound of flesh but its really a ton

99 problems and a bitch aint one».

«99 problems» Hugo.

Стархар.

Залпом я выпил содержимое стакана, а потом и присосался к бутылке.

Ни вкуса, ни опьянения не почувствовал.

До сих пор меня трясло от пережитого…

Со стуком поставив пустую бутылку на стол, я шумно выдохнул.

Нет, я все-таки должен это увидеть!

Пошел в ванную и задрал рубашку перед зеркалом, рассматривая свой абсолютно целый торс. Даже потрогал. Все на месте.

Похоже, после сегодняшнего, у меня появятся новые кошмары, да и галавизор я смотреть точно больше не смогу…

Не знаю, как цесар сделал это, но я все чувствовал «от» и «до». Где-то на середине уже полностью уверился, что Пулло меня обманул, и все это происходит в реальности.

Но, нет. Когда меня привели в сознание, тело было абсолютно целым, но вот остальное…

Со стоном я обмяк на полу ванной, прислонившись спиной к гидрофобной поверхности стены.

Чье сердце послужило гвоздем программы, я старался не думать. Главное, что не мое.

Еще я старался не думать о том, что сейчас творится дома.

Рассказывать кому-то еще о подробностях дела, мне было запрещено. Наш договор был только между мной и цесаром, я был просто вынужден принять все его условия.

В одном Пулло прав, войну с рарками нам ни за что не выиграть.

Только бы отец не натворил глупостей!

Что сейчас чувствуют мать и братья…

Я застонал, обхватив голову руками.

Что же ты наделал, Астарт!

Ариэн.

Очнувшись в очередной раз, дракона на месте уже не застала. И отсутствовал он довольно долго. Сообразил, витать, что за пределы этих двух комнат мне ментально не пробиться.

Ну, ничего, гордость не позволит ему спать за порогом, а я подожду…

Пришел дракон довольно поздно. Весь взъерошенный, потный, как только что из спортзала… Хм, а этот корабль похоже больше, чем я думала…

Остановившись посередине своей комнаты, он медленно повернул ко мне свое лицо.

Я спокойно выдержала его полный ненависти взгляд.

Астарт включил проектор и на прозрачную стену моей камеры начало транслироваться… Шоу?

Я медленно сделал два шага назад и села на койку.

– Здравствуй, вселенная! И доброго времени суток…

Когда шоу закончилось, он выключил видео.

Зачем дракон показал мне это? Его предупреждали. Какой реакции он хотел от меня?

Чего-то подобного я и ожидала от Пулло. Странно еще, что муж не пошел на драконов войной…

Астарт внимательно следил за моим лицом, но, видимо, не увидел в нем того, что хотел увидеть.

Презрительно изогнув губы, он сплюнул на пол, показывая этим свое отношение ко мне.

Я лишь склонила голову набок в ответ.

Упрямый дурак. С таким вести переговоры – только впустую тратить силы.

Если он не понимает, что его стремление изменить судьбу приведет лишь к гибели всего, что ему дорого, пусть убедится в этом на своем опыте. Не ему менять законы пятиединого.

Кем он себя возомнил? Ему не поможет никто, даже…

Внезапная догадка озарила меня. А может, дракон и не рассчитывает на богов? Точнее, на богов пятиединого?.. То-то же он так уперся…

И впрямь, если он выжег метку создателя и присягнул на верность другому божеству – пути назад у него уже нет.

Да, этот вариант развития событий многое бы объяснил. Например, почему богиня Смерти до сих пор не сдала Уо местонахождение Астарта или не покарала его своим фирменным изощренным способом, лишив разума.

Остается только вопрос – кто?

Кто из богов решился перейти дорожку Вайе и Уо, а значит, и всем богам пятиединого?

Что же, только одна богиня в последнее время настолько обозлена и отчаянна, что не побоялась выйти в одиночку против пятерых.

Астарту, наверняка, импонирует такая горячая жажда мести…

Попробую проверить…

Выждав, когда он повернется ко мне лицом, я передала ему с помощью мыслеречи:

– Думаешь, Дива чем-то лучше Вайи?

Его выдали глаза.

Перед тем, как уйти в липкий искусственный сон, в его ответном взгляде я увидела все, что хотела.

Так и повалилась на койку – с довольной улыбкой на губах.

В глазах потемнело, и я уже не увидела, как заорал раненым зверем дракон…

Пятиединый мир.

Катерина.

Я проникла в кабинет мужа тайком – он пытался скрыть от меня последние новости.

Уже некоторое время я пребывала в твердой уверенности – произошло что-то плохое, а когда увидела запись этого ужасного шоу, сердце, казалось, остановилось в груди…

Этого не может быть, нет, не верю…

Если бы не…

И тут я увидела Рохара.

Видимо, он уже некоторое время находился в кабинете вместе со мной.

Я беззвучно молилась о том, чтобы любимый сказал мне, вот прямо сейчас, о том, что все это ложь и не правда, о том, что Стархар жив, о том…

Но муж сказал совсем иное:

– Я вызвал цесара на дуэль на острове.

Что?! Нет!

Прочев ужас на моем лице, Рохар спокойно продолжил:

– Не забывай, я – истинный наследник своего отца и сильнейший дракон в истории пятиединого!

Через силу я кивнула.

Да и что мне оставалось? Он уже все решил и сделал.

Когда муж отбыл на остров, меня добило новостью:

– Ромр и Сторм пропали, мы нигде не можем их найти и на занятия они не явились…

Схватившись за живот, я осела на пол.

Дыши, Катя, дыши! Нельзя волноваться! Все будет хорошо! Начинай уже думать! Включи мозги!

Я чуяла, что что-то во всей этой истории было не то, и сейчас надо срочно понять, что именно.

Итак, подводя итоги – цесар устроил самосуд, и Смерть почему-то не вмешивается.

Нельзя забывать и то, что драконы – это достояние богини, гордость и главный инструмент для исполнения ее амбициозных планов.

Позволила бы она какому-то смертному, пусть даже и ставленнику Уо, перебить все свои игрушки?

Нет, точно нет…

Тогда, что же получается…

Магия иллюзий! Вторая сила цесара… Неужели…

Мне оставалось только в отчаянии схватиться руками за голову.

Ну, почему, почему, я не додумалась до этого раньше?! Возможно мне… Нет, не удалось бы.

Я горько усмехнулась.

Когда Рохар слушал мое мнение? Никогда. Он всегда все решал и делал сам.

Что же, видимо, это судьба…

Я подняла глаза к потолку.

– Помоги нам, богиня! – прошептали мои губы.

Стархар.

Заложив руки за спину, я стоял посреди памятной пещеры и терпеливо ждал, когда же мелкие, наконец, дозреют и выйдут из своих укрытий.

Мне пришлось подкинуть им записку с местом и временем встречи. Для верности еще черкнул в ней пару строк от себя, кое-что, что мог знать только я…

А все для того, чтобы они обязательно пришли.

Это тоже было частью нашего с Пулло договора, что я приведу к нему братьев для участия в этом г…м шоу.

– Пахнешь, как Стархар, но ты ли это? – с подозрением протянул Ромр из-за моей спины.

– Копии цесара пахнут только им, к тому же они холодные, как болотные квакулы,– ответил я ему.

– А может, ты – сам цесар, напяливший личину брата? А запах и подделать можно! – подключился к разговору Сторм.

Видно их все еще не было, и их местоположение выдавали только голоса.

Я закатил глаза.

Если еще раз скажу что-то, что могу знать только я, скажут – вытянул из брата под пыткой.

Эти препирательства можно продолжать еще долго, а время сейчас на вес золота.

Ну, что же, значит, другого варианта нет…

Вмиг я обернулся черным ящером, а потом обратно.

– А так ваш цесар может? – с легким раздражением проворчал я.

Близнецы повысовывали моськи из укрытий, и переглянулись между собой.

Эта их слаженность мыслей и действий всегда умиляла меня.

– Живой! – воскликнули они хором и кинулись меня обнимать.

Спустя какое-то время, когда с радостным воссоединением было покончено, я сказал им то, зачем пришел:

– Вы должны пойти со мной.

Первый мир.

Пулло.

– Здравствуй вселенная! Сегодня снова прямой эфир, и с вами я, Мирий Ворговиц, так позвольте же, наконец, начать наше долгожданное продолжение шок-шоу Кро-о-овная месть!

Аудитория знакомо раз разилась бурными аплодисментами.

– Сегодня у нас вновь в гостях великий и ужасный Цезарион Пулло с двойником своей очаровательной жены! – ведущий сиял и блестел, как начищенная монетка. Его нарочитый восторг вновь поддержали овации зала.

– Позвольте внести поправку!..– с этими словами я поднял вверх указательный палец, привлекая внимание зрителей.

– Да, конечно, мы вас слушаем! – ведущий весь вытянулся в струнку, показывая полную готовность выполнить любую мою волю. Молодец.

– Сегодня вместе с нами будет присутствовать еще кое-кто…– говоря это, я поднял металлическую крышку в виде полусферы с большого блюда, стоящего рядом со мной на низком столике. Зал ахнул.

– К сожалению, весь он под эту крышку не поместился, но, как сами видите, это не помешает ему смотреть на сегодняшнее шоу во все глаза! – клыкасто улыбнулся я.

Камеры заметались вокруг, снимая крупный план отрезанной головы владыки на блюде. Глаза его были неестественно вытаращены.

– Позвольте предположить, это – еще один родственник негодяя, похитившего вашу прекрасную супругу? – спросил ведущий. В левой его глазнице сверкнул, фотографируя меня, новенький навороченный имплант.

– Так и есть. Это его отец,– спокойно ответил я.

– Выходит, что это правитель еще одного континента 17388-го мира, владыка-дракон?! – неплохо разыгрывая шокированное удивление с явственными интонациями восторга, воскликнул ведущий.

Я лениво кивнул. Зал вновь ахнул, акцентируя внимание зрителя на этом моем признании.

– Дамы и господа! Только сегодня, и только у нас, в прямом эфире: страсти, кровь, пытки, агония, и, конечно же… Кро-о-овная ме-е-есть! Оставайтесь с нами, не переключайтесь! Все самое интересное еще ждет вас впереди! – восторженно тараторил Ворговиц, под завязку заполняя оставшиеся до начала рекламы удары сердца.

Полуприкрыв веками глаза, я приготовился ждать окончания рекламной паузы, как вдруг одна из барышень в зале с завидной прытью метнулась ко мне с воплем:

– Кристофер!

Разумеется, прикоснуться ко мне ей никто не дал. Еще в прыжке ее перехватили копии, а затем потащили за кулисы.

Девица извивалась в их руках, и кричала:

– Кристофер, возьми меня с собой! Так и знала, что ты на самом деле принц! Кристо…– наконец-то одна из копий нашла, чем заткнуть ей рот, и дальше до меня доносилось лишь невнятное мычание.

Я прикрыл ладонью верхнюю часть лица.

Ну, что за девы пошли? Никакого стыда!

Как хорошо, что моя незаменимая не видела этой неловкой сцены.

Я покосился на сидящую рядом со мной копию Ари.

Хотя… Посмотреть на ревность в исполнении моей неподражаемой, было бы любопытно…

Воображение разыгралось, и на мое лицо наползла мечтательная улыбка.

– И снова я, Мирий Ворговиц, приветствую вас в нашей студии! Пришло время долгожданного продолжения нашего шок-шоу Кровная месть! – сияя ярче прожектора, прокричал ведущий, его традиционно поддержали овации зала.

– Итак, напоминаю, что в гостях у нас по-прежнему ужасающий Цезарион Пулло в компании андроида и головы своего бывшего коллеги по опасному бизнесу, владыки-дракона! – по мановению руки Ворговица, рой камер снова полетел в нашу сторону.

Снова раздались аплодисменты. Я уже практически перестал обращать на них внимание. Привык.

– И у нас звонок в студию! Прошу вас, представьтесь!

По огромному экрану на заднем плане расползлось изображение женщины средних лет.

Я обернулся к нему. Какой сюрприз!

– Прошу, отпусти их! Я сделаю все, что ты захочешь, только не убивай моих сыновей! – с мольбой произнесла она.

– Пожалуйста, представьтесь сначала нашим зрителям! – перебил ее ведущий.

– Я – мать Астарта и жена владыки-дракона,– надтреснутым голосом сказала Катерина.

Трансляцию отключили.

– Итак, каков же ваш ответ несчастной жене и матери? – ведущий весь обратился в слух.

Я расслабленно откинулся на спинку дивана, закидывая ногу на ногу.

– Специально для этой милейшей дамы я могу проявить невероятное милосердие и выставляю условие, если через три вздоха Астарт позвонит в студию и раскроет местонахождение моей жены, так и быть, жертвы сегодняшнего шоу останутся в живых,– сказал я с высокомерно-покровительственными нотками в голосе.

Я мог позволить себе такую щедрость, так как знал – дракон не позвонит.

Дураки не ценят доброту, поэтому я ничего не теряю, зато получаю плюс очко к имиджу.

Привет патрициям! Дедули, все это – только для вас!

– Дамы и господа, напоминаю вам, что «вздох» 17388-го мира равен примерно трем стандартным галактическим минутам. Итого, у нас целых пятнадцать минут на последний шанс для приговоренных жертв! Невероятно щедрое предложение! – ведущий уже практически кричал, размахивая руками. Зал зашелся бурными истеричными овациями.

– И так, дорогие галазрители, жизнь или смерть? Позвонит ли наш злодей? Об этом и о многом другом вы узнаете после краткой паузы, не переключайтесь! – проговорил скороговоркой Ворговиц, и шоу вновь прервала реклама.

Я нахмурился. Что-то многовато пауз в этот раз, режиссер совсем обнаглел, пора бы уже намекнуть ему об этом.

По движению моих глаз, копии устремились за кулисы.

– Разрешите…– проблеял рядом один из работников студии, и протянул мне в подрагивающих от страха руках какой-то листок.

Я пробежал глазами его содержимое и недовольно скривил губы.

Ладно, а то эти дамочки уже надоели.

И после такого меня еще считают сумасшедшим! Да по сравнению с ними, я – просто образец здравомыслия!

Вернув парнишке листок, я небрежно кивнул, разрешая включить эти вопросы в сценарий.

– И с вами снова я, Мирий Ворговиц! Вы смотрите неповторимое и единственное в своем роде шок-шо-о-оу Кровная ме-е-есть! – проговорил положенное вступление ведущий. Его поддержали овации массовки.

– Сегодняшний наш гость – цесар 17388-го мира и единоличный правитель одного из его пяти континентов, милостиво выделил целых пятнадцать минут на возможность для похитителя сознаться в том, где он держит прекрасную жену цесара, Ариэниэль! Десять из них уже истекли, а звонка в нашу студию так и не было! – протараторив это вступление-напоминание, он обратился ко мне:

– Цезарион! Позвольте задать вам пару вопросов, чтобы скрасить наше ожидание!

Я милостиво кивнул.

– Женская часть нашей аудитории завалила нас вопросами, которые можно обобщить в один: «Имеете ли вы какое-то отношение к популярному актеру Кристоферу Оруэну, пять циклов назад внезапно пропавшему с экранов?» – Ворговиц перешел на проникновенно-задушевный тон, имитируя участие к исчезновению знаменитости.

– Не имею понятия кто это,– чуть приподняв брови, солгал я и продолжил:

– И не понимаю, вообще, при чем здесь я?

– Ну, как же! Нельзя не отметить потрясающего сходства!

Мирий указал рукой на возникшую прямо перед нами большую голограмму с портретом Кристофера.

Я всем своим видом разыграл удивление от увиденного:

– Пожалуй вы правы, сходство есть, но цвет глаз у нас отличается, да и мой мир долгое время был в изоляции. Поэтому я и представить не мог, что кто-то может быть так похож на меня. Это весьма любопытно…

Я перевел на голограмму нарочито заинтересованный взгляд.

– Это поразительно! Случаются же в нашей вселенной такие удивительные совпадения! Не знаю, как вы, дамы и господа, а я сегодня же проверю в сети, не похож ли я случайно на какую-нибудь монаршею особу! – последнее предложение Ворговиц вполголоса говорил на камеру, сбоку прикрывая ладонью рот, как бы делясь с галазрителями своими секретными планами.

А я подумал, что если такое вдруг и случится, то долго этот «счастливец» точно не проживет.

Впрочем, ведущий тут же оборвал свои мечты:

– Напоминаю дорогим галазрителям, что время нашего ожидания почти истекло, и мы начинаем обратный отсчет! Десять! Девять!..– вместе с Мирием последние секунды хором отсчитывала и вся аудитория.

–… Три! Два! Один! Время вышло! А это значит только одно! Настало время для Кро-о-овной мести! – орал во всю глотку ведущий. В зрительном зале завыли от восторга.

– Раскройте же нам, наконец, секрет, ваше величество! Кто же будет нашей сегодняшней жертвой?! – Ворговиц так распалился, что чуть не оглушил меня.

Я чуть поморщился. Прямо в ухо-то орать зачем?

Выдержав драматичную паузу, я равнодушно ответил:

– Это младшие братья преступника, Ромр и Сторм.

Ведущий едва не запрыгал от восторга:

– Дамы и господа! Такого вы еще не видели! Сегодня у нас в студии двойная жертва! Встречайте же наших приговоренных!

Сцена позади нас опять пришла в движение, открывая взглядам зрителей и объективам камер двоих прикованных за руки и за ноги юношей. Вокруг них тут же замельтешили камеры.

– Настало время для традиционного последнего слова! – объявил ведущий.

Младший близнец только молча сплюнул на пол, старший разразился длинной непечатной тирадой в мой адрес.

– Надеюсь, наши жертвы – совершеннолетние? – громко и проникновенно прошептал мне на ухо ведущий.

– Для того, чтобы умереть – вполне,– с улыбкой ответил я и дал знак своим копиям, чтобы приступали.

Я лениво наблюдал за процессом. Все же, как жаль, что мне нельзя участвовать!

Но, даже и так, только под руководством маэстро, у копий получалось неплохо.

Да куда там! Без ложной скромности – шедевр!

Как, чуть склонив голову набок и прищурившись, констатировал я.

Как же прискорбно, что это только иллюзии!

Нет, конечно, можно было бы отловить похожий материал и вновь воспроизвести композицию, уже для личной коллекции, но это будет уже не то… Репродукция, реплика, жалкое подобие оригинала…

Последний росчерк, и копии отступили, открывая инсталляцию широкому обозрению.

«Двуединство» – так бы я назвал ее.

Близнецы стали сиамскими, теперь на двоих у них была одна грудная клетка и одно, все еще трепещущее сердце, виртуозно сшитое из двух половин. Головы откинуты назад, растянутые руки-крылья раскинуты, будто бы братья вот-вот взлетят…

Не в силах оторвать взгляда от жуткого и завораживающего зрелища, ведущий нервно прочистил горло и ошарашено прокомментировал:

– Должен признать, дорогие зрители, есть в этом своеобразная красота…

Я только глаза закатил.

Невежда, ничего не смыслящий в прекрасном! Лучше бы вообще молчал!

Копии поднесли мне изящно сервированный поднос.

На большой плоской тарелке – две половинки сердец в окружении пряных листиков и фигурных потеков соуса.

Не спеша, я отрезал кусочек… В мертвой тишине студии скрип ножа по тарелке был слышен особенно отчетливо и резко.

– Я очень не люблю женские крики, но ты вынуждаешь меня, Астарт! – с этими словами я отправил кусочек в рот и прожевал жесткую и безвкусную плоть.

Фу, ну и гадость! На что только не пойдешь ради моей блистательной…

– Снято!

– Шедевр!

– Великолепно! – одновременно вопили со всех сторон.

Я поморщился. Эта галдящая толпа страшно утомила меня.

Пора домой. Да, ведь, Ари?..

Пятиединый мир.

Катерина.

Я еще раз со всей силы ударила в запертые двери святилища.

Богиня упорно не желала общаться со мной. И мужу перед отбытием на остров тоже не ответила.

Проклятье! Что же делать? Я должна найти выход!

Наверняка, Астарта как-то можно найти по нашей родственной связи, но в библиотеке дворца мне на эту тему обнаружить ничего не удалось.

Значит, надо искать дальше.

Кто в этом мире может обладать подобной информацией?

Шассы одержимы накоплением знаний, но к ним дороги нет, к себе на континент чужаков они не пускают.

Можно попробовать купить у них информацию, но стоит ли оно того?.. Как бы очень горько не пожалеть потом… Нет, оставим это на крайний случай.

Вторые по списку – азари, они в пятиедином считались хранителями древних знаний. Благодаря долгожительству, преемственность передачи информации из поколения в поколение у них имеет свою особую специфику…

Хм… Да, пожалуй, этот вариант более реален. Тем более, что Ланна точно не откажет мне в помощи. А повелитель…

Я задумчиво почесала нос. Есть одна идейка.

Вечером того же дня.

– Катя! Как я рада! – едва я вышла из дымки портала, подруга кинулась ко мне с объятиями.

Я натянуто улыбнулась, легонько похлопав ее по спине в ответ.

Из-за спины Ланны повелитель обмораживал меня крайне недовольным взглядом.

Н-да… Кое-что в этом мире не меняется. Наверное, это хорошо…

В меру своих сил подруга пыталась разрядить обстановку и подбодрить меня, и, как ни удивительно, у нее это почти получалось.

Конечно же, забыть о том, что наши дети пропали, и неизвестно – живы ли они, ни одной из нас не удалось, но идея с библиотекой Ланне очень понравилась.

Увы, древние языки мы обе знали очень плохо.

Придется просить повелителя о помощи – а вот это уже было хреново…

Я вновь поймала на себе его обжигающе-ледяной взгляд. Откладывать разговор с ним нельзя, время очень дорого.

– Ланна, позволь нам с твоим мужем поговорить наедине,– попросила я подругу.

– Ладно,– переводя настороженный взгляд с меня на повелителя, сказала она.

В глаза мужа Ланна смотрела чуть дольше, чем следовало, а потом, развернувшись, оставила нас одних.

– Говори,– небрежно бросил он мне, усаживаясь в кресло.

– Я прошу помощи и временного убежища,– не стала долго запрягать, и сразу перешла к делу.

В ответ он лишь склонил голову чуть набок, как бы предлагая мне продолжать, и я не стала обманывать его ожиданий:

– Один наш общий знакомый из первого мира рассказал, что за тобой с некоторого времени остался должок…

При упоминании Старха в глазах повелителя опасно блеснули острые граненые льдинки гнева.