Покеробы идут. Фантастическая повесть

© Ярослав Че, 2020

ISBN 978-5-4483-2703-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Школа вздохнула как живая…

Показалось?

Нет!

Массивное кирпичное здание ожило, оно опять начало раздуваться.

Невероятно! Школа округлилась, напряглась, с простуженным свистом втягивая в себя солидную порцию атмосферы…

Замерла на секунду…

И с протяжным стоном выбросила воздух наружу…

«Так не бывает!» – подумал Вовочка, цепенея от страха

А кто бы тут не испугался?

Но…

Оказалось, бывает.

Ещё как бывает!

Школа вздохнула ещё раз, ещё глубже, ещё громче, ещё печальней и ещё страшнее. По её стенам, которые всегда казались такими твёрдыми и надёжными, как и всё наше среднее образование, прошла волна мелкой дрожи, и они начали ронять крошки штукатурки, а также портреты великих писателей и ученых.

«Ой!!!»

Следующий школьный вздох был натужным и болезненным – у внезапно ожившей громады со здоровьем было плохо. Ещё бы, построили её давно – лет пятьдесят назад. Очередные ремонты и ремонтики считались непременным пунктом всех родительских собраний. Не помогло… школа погибала. Древние стены судорожно вздрагивали, сопровождая свои противоестественные движения зловещим сухим хрустом и скрежетом. Окна жалобно дребезжали.

«Ой!!!!!»

Где-то в глубине знакомого с детства, почти родного здания что-то оглушительно затрещало. Послышался звон разбитого стекла, потом ещё одного. Наконец опасно сверкающими осколками брызнул целый ряд окон. И началось настоящее светопреставление!

Школу озарила серия ослепительно ярких вспышек. Мир сотрясли раскаты страшного то ли рычания, то ли грохота. Задрожали уже не только стены, но и сама земля под ногами. Школу колотило, школу колбасило. Не торопитесь осуждать автора за жаргонное словечко. Видели бы это сами! Как тут ещё сказать, если школа стала буквально выворачиваться наизнанку, извиваться, биться в конвульсиях? Над улицей возвышался уже не мирный простуженный великан, а дикое, свирепое, смертельно раненное чудовище, которое, умирая, совершало безнадёжную попытку кому-то отомстить.

Вовочка замер, скованный первобытным ужасом. Волосы его встали дыбом, ноги одеревенели и приросли к земле. Из головы исчезли все внятные мысли, потом мелькнула одна. Одна-единственная мысль, ещё не замороженная сверхъестественным страхом, но абсолютно сумасшедшая: «Кажется, не стоит идти сегодня в школу…»

Хотя… в принципе мысль была дельная. Я бы никому не посоветовал ходить в такие школы…

«Может быть, там… дискотека?» – собственный мозг как будто издевался над нашим героем. Он бы ещё таблицу умножения начал повторять! Нет, на дискотеку происходящее совершенно не походило. Чтобы не говорили про дискотеки взрослые, но самая крутая из них показалась бы им милой детской песенкой в сравнении с тем, что творилось сейчас. Страшный грохот скоропостижно погибающей школы даже отдалённо не напоминал музыку. Любой Рамштейн отдыхает! А теперь это ужасное громыхание стало превращаться в нечто уже совсем невероятное. Пространство наполнил ни на что непохожий и одновременно похожий на стон, рыдание и вой, какой-то низкий, буквально прижимающий к земле, жуткий, утробный звук. Школа стала исступленно вибрировать, разбрасывая во все стороны осколки стекла и кирпичей.

«Нет, ходить туда не стоит… в конце концов, что-то со школой сегодня не то…» – продолжало выдавать мудрую ахинею Вовочкино сознание. «Как-нибудь в другой раз… подумаешь, конец четверти! Пускай она сначала успокоится… школа…» В глубине души Вовочка понимал, что такие мысли – бред помутившегося от невероятного ужаса рассудка, но остановиться не мог. Не мог остановиться думать. А вы можете?

Впрочем, наш мальчик был на все сто процентов согласен со своим неуправляемым, но на деле вполне благоразумным мозгом. «Не пойду!!!» – ещё раз согласился с ним Вовочка и испытал от этого своевременного решения невероятное облегчение. «А, судя по тому, что творится с нашей школой, я туда уже никогда не пойду!» – почти весело додумал он.

Если бы Вовочка решил как-то иначе, он бы всё равно не пошёл в школу. От невообразимого страха он не мог шевельнуть пальцем, не то чтобы сделать шаг. Ужас приковал нашего мальчика к месту, впечатал в дрожащий под ногами асфальт. И пока мозг ликовал от собственной бестолковой решительности, тело было по-настоящему парализовано.

Тем временем такое знакомое, но сейчас невероятно изменившееся здание вспыхнуло сеткой глубоких трещин и начало рушиться, оседать, окончательно разваливаться на куски…

«Теперь туда уже никто не пойдёт!» – философски заключил Вовочка, испуганными глазами наблюдая лавину кирпичей и бетонных обломков.

Мгновение, и школа превратилась в бесформенную груду камней, над которыми взметнулся громадный столб пыли.

Всё! Школы больше не было!

Нет!

Ещё не всё?!

Ужасы на этом не закончились!!!

Куча битых кирпичей, оставшаяся от здания, не желала лежать спокойно и мирно, как положено жалким руинам. Она зашевелилась и забурлила. Что-то огромное и страшное возилось под обломками. Что-то пыталось выбраться наружу…

Водоворот из каменной крошки и кусков шифера бешено закрутился, разбрасывая вокруг себя строительный мусор. Ужасный первобытный рёв-гул-стон раздался с утроенной силой!

«Теперь бежать! Бежать!» – закричало в голове у Вовочки, но он так и не мог двинуться с места. Тело не просто одеревенело, оно испарилось! Стало мягкое как вата. Нет, лучше сказать – пустое как дым.

А роковые события не останавливались, им не было дела до крохотной детской фигурки. Груда обломков под влиянием таинственной и могучей силы, рвущейся из её недр, забурлила и раскрылась. Что-то очень большое стало подниматься из её центра. Что-то угловатое, жуткое… жутко знакомое…

Сначала показалась исполинская голова с остренькими рожками, и круглыми, бессмысленными глазами. Голова дёрнулась, стряхивая кирпичную крошку, а затем из обломков появился и весь…

Пикасик?

Да, Пикасик!

В низком сером небе закачался огромный хвост-молния.

Это действительно был Пикасик, только совсем не маленький и добродушный, как в мультике и на фишках. Как раз наоборот – громадный и злой! И, конечно же, Пикасик не улыбался…

«Всё-таки они не улыбаются…» – успел подумать Вовочка, с ужасом глядя на нависшего над ним невероятного, грандиозного, очень страшного покероба, и…

Глава первая. Они не улыбаются!

Вовочка проснулся.

Вовочка стремительно вылетел, выскочил, вывалился из жуткого, шумного и ещё непонятно какого сна, одновременно с грохотом выпав из собственной кровати…

«Ой!»

Всё ещё испуганный, дрожащий, мокрый от пота, запутанный в мятых простынях мальчик с оглушительно стучащим сердцем сидел на полу. В голове у него продолжал звучать грохот рушащейся школы и чудовищный рёв огромного монстра, встающего из-под её обломков…

Вовочка с опаской оглянулся по сторонам, не понимая, где же этот жуткий, громадный, громкий Пикасик?

Чудища не было. Оно бесследно исчезло вместе с руинами школы, растворилось без остатка в весёлом свете разгорающегося за окном нового солнечного дня. Постепенно затихал и страшный шум в ушах.

Жизнь берёт своё. С каждой секундой кошмар отдалялся дальше и дальше. Вокруг была такая тихая, спокойная, знакомая, родная обстановка, ещё более любимая после стремительного ночного видения. Никаких ужасных покеробов поблизости не наблюдалось. Да и откуда им здесь взяться? Вовочка на всякий случай заглянул под кровать. Мало ли что? Слава богу, Пикасика не оказалось и там. Зато где-то недалеко играла бодрая музыка, комментатор обещал отличную, ясную погоду и удачу в делах, мама на кухне позвякивала посудой…

– Они не улыбаются! Это был сон! – вслух сказал Вовочка и с весёлым хрустом потянулся, впрочем, счастливая улыбка озарила его лицо только на мгновение, потом мальчик нахмурился. – Это был сон! Просто сон! – добавил он грустно.

Конечно же, это был сон! На самом деле не было никогда страшного громадного покероба! И родная школа не билась в смертельных судорогах. И не развалилась она, к счастью и… сожалению… Она уже ждёт нашего героя на занятия. Вовочка взглянул на часы. До звонка оставалось ещё куча времени.

Итак, это был сон. Обыкновенный сон… Постойте! Ничего себе «обыкновенный» сон! Какие же сны тогда необыкновенные?! И что за странная фраза «они не улыбаются»?

Автор из-за своей неопытности всё ещё держит вас в неведении, но сейчас вы всё поймёте. По порядку. Во-первых, конечно, сон был необыкновенный (скажу по секрету, даже вещий). По нему и видно. Да и зачем бы он иначе здесь? Во-вторых, при всём при этом сон был… вполне обыкновенный…

Так уж вышло. Вовочкина школа последние две недели на самом деле тряслась и рушилась. Только не в буквальном, а в переносном смысле. Её стены не ходили ходуном и не дрожали как во сне, сотрясались устои… Виноваты в этом были никто иные, как покеробы, а значит, в том числе и наш коварный Пикасик. Это в-третьих. В-четвертых, если честно, идти в школу Вовочке совершенно не хотелось. Тут, думаю, нет ничего необычного. Вам ведь тоже не всегда хочется, правда?

В-пятых, самое главное, в Вовочкином сне они действительно не улыбались. Они – это покеробы, вернее один них – Пикасик. Помните? Грозный Пикасик ни разу не улыбнулся. Даже ЗЛОВЕЩЕ не улыбнулся. Вернитесь на пару страниц назад, если не верите. Значит, во сне покеробы НЕ улыбались так же, как и в жизни. Ведь в жизни они тоже не улыбались… кажется не улыбались… наверное не улыбались… по крайней мере, нашему Вовочке не улыбались…

Ну вот, окончательно всё запуталось…

Давайте для начала познакомимся с нашим героем, и скоро всё непонятное прояснится.

На одной обычной улице, очень похожей на твою, в обычном доме, таком же, как на твой, жил самый обыкновенный мальчик. Был он во всех отношениях вполне обычным, современным мальчиком, абсолютно ничем не примечательным, таким же, как все. Никаких шрамов-молний у него на лбу не наблюдалось, как бы ему этого не хотелось. Родственники не потрудились оставить ему в наследство магических артефактов. А среди этих родственников вот не было ни одного древнегреческого бога. Совсем. Такие дала. И жизнь у нашего героя была вполне обыкновенная. Рядовая. Ходил он в школу, любил мороженое, видеоигры, комиксы, мультики и все что с ними связано. Ну, всякие там постеры, фишки… В общем, от нормальных людей ничем наш мальчик не отличался… хотя… помните?

Звали его – только опять не смейтесь – Вовочкой. На самом деле, конечно, Владимиром. Только звали его Владимиром очень – очень редко. Даже просто Вовой его называли не так уж часто. Чаще всего нашего мальчика величали именно Вовочкой. Абсолютно все! Как-то так сложилось. Вовочке (вот видите, и я туда же) это очень не нравилось. Догадались почему? Правильно, из-за анекдотов. Анекдотов про Вовочку. Не нашего, совершенно другого Вовочку! Чужого. Глупого, бестолкового, всё время попадающего в самые идиотские ситуации. Знаете такого? Жаль! Вы теперь можете спутать нашего настоящего Вовочку с этим анекдотическим. А тут ещё этот почти сумасшедший сон и всё ещё не до конца понятная фраза «они не улыбаются»! Разве у нормальных людей такое бывает?

Бывает! Уверяю вас, наш Вовочка абсолютно нормальный, совсем не такой, как этот придурок из анекдотов! Ох уж эти анекдоты! Ох, и натерпелся он от них! И ненавидел их всей душой. Глупые они все! Впрочем, считал Вовочка, если переделать эти нелепые истории, например, про Славу, а особенно про Сашу, то, может быть, ещё и ничего получилось бы, даже смешно. А вот когда про Вовочку, тогда полная ерунда! Но кто их будет переделывать, анекдоты? Кому это надо, кроме Вовочек? А их, Вовочек всё-таки намного меньше, чем нормальных людей, которым с именем повезло больше.

То, что Вовочку звали по имени, ну, почти по имени, на мой взгляд, совсем не плохо. Некоторым повезло куда меньше, пускай не с именем, а именно с тем, как их звали. Их могли звать Рыжим или вообще каким-нибудь Децлом, а то и просто: «Эй, иди сюда!». А нашего Вовочку звали, по крайней мере, по-человечески. Поэтому, я думаю, он мог бы быть вполне доволен. Вполне доволен… Не знаю, может быть, о других все так думают? А о себе? Кто из нас вполне доволен? Ведь вечно что-то не так. То не такое имя, то лицо, то работа, то страна, а то и вообще всё сразу… И вечно чего-то не хватает, то денег, то времени, то… Ой, что-то я поддался настроению нашего героя…

Да, несмотря на ясное утро и благополучное избавление от ночного кошмара, у Вовочки было просто ужасное настроение. Преодолев радость от возвращения в реальный мир из заваленных битыми кирпичами приснившихся развалин, наш юный персонаж постепенно погружался в мрачные раздумья о своей несладкой жизни. Незаметно он становился не то чтобы «не вполне довольным», можно смело сказать, что он делался всё более не довольным, и не только из-за имени. Совсем не из-за имени. Из-за чего же?

Из-за глупостей… стыдно об этом говорить… но приходится, потому что последние две недели эти глупости стали вроде бы и не глупостями. Видите ли, нашему герою не улыбались… да вы уже и сами знаете… Вовочке не улыбались покеробы.

Стоп! Без смеха! Вовочке не улыбались покеробы… серьезно… в смысле, на самом деле… не улыбались.

Кто такие покеробы?

Шутите? Или, правда, забыли? Покеробы – это оживающие роботы, кибернетические организмы из всем известного мультика, который называется «Роботы из кармана». Вспомнили? Pocket – по-английски – карман, значит поке-роб – карманный робот. В этом мультике их в карманах носят, в сложенном виде, а когда вынимают, то они раскладываются, трансформируются и превращаются в настоящих покеробов. Теперь то уж точно вспомнили…

Так вот, именно эти покеробы и не улыбались нашему Вовочке. Ну никак не улыбались, просто даже ни разу не улыбнулись. И теперь это стало огромной проблемой.

Покеробы, конечно, улыбались Вовочке с экрана телевизора. В мультиках они улыбаются всем без исключения, всем, кто их смотрит. Но это на экране, а в жизни ведь покеробов нет. Нет настоящих карманных роботов. Жизнь – это жизнь, а не фантастика. В жизни бывают только разные игрушки в виде покеробов, бывают покеробы – рисунки на майках и рюкзаках, бывают фишки с покеробами. А почему бы и нет? Чем они хуже каких-нибудь фей-волшебниц, пиратов или динозавров? Так вот, на этих картинках, ну, фишках всяких, карманные роботы не улыбаются по-настоящему. На картинках никто по-настоящему не улыбается. Улыбка уже нарисована заранее. Она остаётся одной и той же всегда. Такой, какой её изобразил художник. Значит, нарисованные покеробы улыбаются НЕ по-настоящему. Не так, как мы. Другими словами, не улыбаются. А уж неулыбающиеся нарисованные покеробы не улыбаются вообще.

Покероб нарисованный без улыбки не улыбнется вдруг сам по себе. Никогда! Вам же ни разу не улыбался вдруг нарисованный неулыбающийся покероб? Вот и Вовочке не улыбался. Казалось бы, и слава богу! А вот и нет! Ведь на днях выяснилось, что карманные роботы улыбнулись по-настоящему уже всем…

Это началось недели две назад и казалось тогда просто новой школьной байкой. Чем-то вроде вечной истории про то, что «в черном – черном городе, на черной – черной улице, в черном – черном доме, в черной – черной комнате…» Знаете, бывают такие истории, рассказали друг другу, побоялись или посмеялись и забыли? Эта тоже так начиналось, как очередной детский фольклор, дежурная тема для общения, почти анекдот:

– Вы слышали, покеробы на фишках начали улыбаться по-настоящему и даже подмигивать?

– Как это по-настоящему?

– Ну… как в телевизоре.

– Ка к в телевизоре?

– Даже круче! Как мы. Как живые.

– Нарисованные роботы?

– Да, нарисованные.

– Ерунда! Не может быть!

– А вот есть! Может!

– И кто это видел?

– Многие видели.

– А ты сам видел?

– Я… нет… пока нет…

– Ага!!!

– Зато Вася, знакомый Олиного соседа Жени видел. Смотришь, говорит, а покероб вдруг ка-а-ак гля-а-анет оттуда, как живой. Жуть!

– Мало ли, что у какого то там Васи с головой?

– Нет, кроме него уже многие другие это видели.

– Может быть, это такие фишки специальные выпустили для рекламы? Бывают же такие картинки и календарики, которые если наклоняешь, они меняются. Если под одним углом смотришь, там одно, под другим – другое…

– Нет, такие картинки мы все знаем, на них любой улыбку увидит. Она ведь уже там есть. Фишки не такие, фишки обычные.

– Ни чего себе «обычные»! Может, с микрочипами?

– Нет, говорят фишки самые обычные, такие же, как наши.

– Ну да, на обычные фишки мы каждый день смотрим, и ничего.

– Смотреть тоже надо уметь…

– Это я что ли не умею смотреть?!

– Может в окно на уроке и умеешь, а вот на фишки… Говорят, надо очень долго смотреть и глубоко…

– Глубоко?

– В глубину…

После таких разговоров все на фишки с покеробами стали смотреть долго и глубоко. В глубину. А потом… Потом все как будто с ума сошли от этих фишек. Просто абсолютно все, сначала дети, а потом уже и взрослые.

Кто бы поверил, что народ может заниматься такими глупостями?! Ведь глупости, правда? Да, сначала многие именно так и говорили, одни что – глупости, а другие, что – правда. А потом всё чаще на уроке можно было увидеть, как кто-нибудь сидит, уставившись себе в ладонь под партой стеклянными глазами, ничего вокруг не слышит и не замечает. А в ладони – фишка. Фишка с покеробом. Многие мальчишки и девчонки от этих фишек буквально свихнулись, каждую свободную минуту на них таращились, только о них и думали, и говорили. Естественно стала страдать успеваемость. Тут уж не до правил и теорем, одни покеробы в голове.

Какому учителю такое безобразие понравится? Начались вокруг фишек упреки, нравоучения, запреты… В принципе, все как обычно… Взрослые они такие. То им волосы наши не нравятся, то одежда, то музыка… Вечно они спасают нас то от компьютеров, то от газировки с калориями… Но на этот раз забота старшего поколения перепрыгнула все рамки. Взрослые как будто помешались на фишках с покеробами! У них покеробы тоже почему-то стали самой главной дежурной темой, а потом просто настоящей манией. Только не как у детей, а наоборот. Если юное поколение фишки собирало и глазело на них целыми днями, то старшее – фишки как раз отбирало, прятало, ломало и выкидывало. У взрослых с покеробами, вернее, с фишками началась война не на жизнь, а на смерть!

Фишки от этого сразу приобрели особую ценность. Ещё бы! Если все за ними гоняются, значит, в них что-то есть! Что-то важное, необычное, значительное, секретное, таинственное…

Созерцание фишек, обмен ими стали самым престижным и самым важным занятием. Тогда взрослые фишки окончательно и категорически запретили. Вообще! Не только в школах, во всей стране! Фишки исчезли из магазинов и киосков, из пачек с чипсами, из-под крышек газировки, из шоколадных яиц, а вместе с ними с экранов телевизоров исчез и сам мультсериал про карманных роботов. Любителям и ценителям покеробов окончательно перекрыли кислород! Лучше бы взрослые свои бесконечные новости или рекламу запретили… Да курение хотя бы запретили, раз оно такое вредное! Нет, только пишут на пачках предупреждения. Ну и на фишках бы писали: «Карманные роботы опасны для вашего здоровья, вызывают расстройство психики». Мы бы сами думали, смотреть на них или нет. Как вы…

Меду прочим, в самой Думе по поводу покеробов чуть не подрались! Но потом всего лишь покричали и немножко полили друг друга водой. Из-за чего? Одни дядьки доказывали, что, мол, карманные монстры разлагают молодёжь, а другие, что, мол, свобода совести начинается с детства, её надо уважать… Уважили… Слуги народа ссорились и спорили не долго, в конце концов, они призвали друг друга к порядку, учли опыт цивилизованных стран, нашли «разумный компромисс» и… одобрили запрет покеробов!

Оказалось, что не только нашей Думе, как обычно, нечем заниматься, во всём мире то же самое творится! У всех на уме одни карманные роботы. Дети не учебой занимаются или там, спортом и творчеством, а покеробами. А взрослые не работой или там, экономикой, а детьми, то есть опять, в конечном счете, этими самыми зловредными покеробами. Некоторые совсем с ума от этого сходят – уже по настоящему (и дети, и взрослые). В общем, всё цивилизованное мировое сообщество решило, что единственный выход – покеробов запретить. Совсем. Бесповоротно… И запретило…

От этого даже очередной виток мирового экономического кризиса случился. Когда они покеробов поназапрещали, акции компаний, которые были связаны с их производством, упали. Из-за этого начали падать и все остальные акции. Откуда и куда они падают, Вовочка не очень понимал, но если всё падает, обязательно кого-нибудь придавит. Это же ясно. Так и случилось, начались, веренее, продолжились неприятности – всякие банкротства, дефолты, увольнения, поглощения и так далее… В новостях говорили, что из-за покеробов фондовый рынок «лихорадит», но, по-моему, его всегда лихорадит…

Всё больше лихорадило и Вовочкину школу. Опять, конечно, в переносном смысле. Хотя в школе пока никто с ума по-настоящему не сошел, как в остальном цивилизованном мире, но все уже были на грани этого. Дети готовы были отдать за фишки всё что угодно и засматривались на покеробов до красноты в глазах, забросив учёбу, общение с друзьями и все прочие дела, даже компьютеры. Взрослые гоняли детей, охотились на запретные пластиковые кружочки, ежедневно вечером за школой они сжигали их полную коробку. Представляете?! Средние века какие-то! Но, что было, то было… В общем, ажиотаж усиливался, и даже тот, кто раньше и не думал заниматься удивительными фишками, ими, в конце концов, заинтересовался. Вот и Вовочка, до последнего времени находившийся в стороне от этих ненормальных страстей вчера с карманными роботами связался…

Почему? Потому, что покеробы на фишках вроде бы… действительно улыбались! По-настоящему, не так, как их нарисовали. В этот то всё и дело! Не могут же все сразу сойти с ума? Или могут? Гриппом же тоже все вместе болеют… Так или иначе, но про улыбки карманных роботов большинство сверстников Вовочки теперь не просто где-то слышало, не только что-то знало, не просто рассказывало… Все больше и больше мальчишек и девчонок утверждали, что видели эти настоящие улыбки сами, своими глазами!

Если не так давно все говорили о том, что улыбки покеробов видел кто-то другой, кто-то незнакомый, вернее, чей-то знакомый, то теперь стали смело рассказывать об улыбках от своего собственного имени.

– Ура, получилось! Мне тоже улыбаются!

– Круто! И как это?

– Вау!!!

– Повезло… А мне что-то пока не улыбаются. Смотрю, смотрю…

– У тебя фишки наработанные?

– Это как?

– Ну, видел на них уже кто-нибудь улыбку?

– Нет.

– Долго на них смотрели?

– Кто?

– Всё равно кто. Ты, например.

– Ну, по часу то на каждую смотрел…

– Это ерунда! Это маловато будет. Значит, они ещё свежие. В такие ещё долго придётся вглядываться, вытягивать улыбку. Возьми у кого-нибудь наработанные, которые уже улыбались. Для первого раза они лучше всего подходят…

Брали, и «видельщиков» становилось с каждым днём всё больше и больше. В конце концов, в меньшинстве остались как раз те, кто пока не видел загадочных улыбок, но ряды таких неудачников стремительно таяли. И вот вчера выяснилось, что единственный «невидящий» в классе – наш Вовочка!

Предпоследним был Вовочкин друг Санька Петров, и вот даже он вчера всем раззвонил, будто бы уже всё тоже прекрасно видит, покеробы, наконец, улыбнулись и ему. Он долго к этому стремился, день и ночь на свои фишки таращился, целую неделю только этим занимался. Схлопотал целую кучу двоек и троек, но, как говориться, сбылась мечта идиота. Санька своего добился. Вчера, несмотря на оценки и вызов родителей в школу, он буквально светился от гордости.

В то время как Санька разглядывал улыбающихся покеробов, Вовочка видел по телевизору выступление очень серьезного, бородатого психолога. Сначала тот мультики ругал, рассказывал про то, как его шестилетний сын, насмотревшись всяких там «Винксонов» и «Симпсонов» стал нервным, непослушным, научился неприличным словам и начал курить. Но это, мол, были ещё цветочки. А теперь с карманными роботами стало ещё хуже. В смысле не у его сына, а вообще, у всех остальных сыновей и дочерей. Однажды в Японии уже доходило до того, что от одного вроде бы обычного мультика «Маленький монстр» у детей массовые эпилептические припадки начались. Это когда падают и трясутся. В том мультфильме какая-то частота мельканий цвета на экране с мозговой частотой совпала, и организм на это судорогами реагировал. Куча народа пострадали. Но тогда всё более-менее обошлось, мультик выключить можно, а покеробы гораздо страшнее оказались. Фишки ведь не выключишь. Вот дети с ума и сходят. В общем, «если вы застали своего ребенка за этим нехорошим и опасным занятием, не ждите, пока станет поздно, а немедленно обращайтесь к специалисту».