Скрытое Королевство Ядар. Книга третья. Отмеченная папоротником

Парень невольно глянул на газетный столик перед диваном – там лежала записка: «Я знаю, кто ты. Я знаю, что ты сделала. Хоспис».

Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА.

Джон схватил записку, повертел её в руках и с разных сторон рассмотрел.

– Кто это прислал? О чем это?

– Обратного адреса не было, – ответила Лея. – Месяц назад доставили в офис.

Джон встревоженно заглянул ей в глаза:

– Лея, объясни мне, пожалуйста, что имеет в виду автор.

Подождав минуту, он повторил жестче:

– Я отвечаю за твою безопасность. Тебе приходят письма с угрозами. Что произошло в нашем хосписе?

– Ничего.

Джон решил сменить тон на более мягкий и проговорил:

– Что бы это ни было – я не буду судить. Я хочу помочь.

– Поверь, это не связано с Геболом. И ты мне не поможешь, – добавила Лея, глубоко вздохнув.

Джон не сводил с нее изумленного вопросительного взгляда.

О чем она говорит?! Что же случилось в хосписе?! Что там вообще могло произойти?...

Он хотел было возразить на последнюю фразу, но девушка продолжила:

– Скорее всего, кто-то попытается надавить на меня. Возможно, я получу второе письмо, и там будут инструкции. Я хотела бы подождать.

– У тебя есть подозрения, кто бы это мог быть?

Леино лицо посерело. Она взяла длительную паузу, а затем, отвернувшись, произнесла:

– Один человек кое-что знает. Боюсь, его могли напоить Зельем Правды и расспросить обо мне, специально.

– Кто это?!

– Родрик Серпен, – ответила Лея, и Джон замер в оцепенении. – Его могли допросить в плену у Гебола.

Изменившимся голосом, изо всех сил стараясь себя контролировать, Джон проговорил:

– Когда ты последний раз видела Родрика?

– На суде, – ответила Лея. – Получив письмо, я пришла к нему домой. Открыла тетя Родрика, Марта. Его самого не было.

Записка заставила Джона горько сожалеть, что когда-то он помог Родрику бежать.

– Ты, наверное... – Леин голос дрогнул, – думаешь, что он работает на Гебола?

– Нет, – честно ответил Джон. – Иначе я бы не обнаружил его запертым в подвале того замка.

– Эта часть твоих показаний была правдой? – тихо спросила девушка.

Они одновременно вспомнили то странное судебное заседание, на котором Джон во всеуслышание заявил, что не испытывал к Лее совершенно никаких чувств, никогда.

– Да, – ответил Джон.

Родник не просто был заперт – Родрик отказал Геболу в важном ингредиенте для Зелья Световой Защиты, Ариас-траве. Это слишком хорошо вписывались в теорию Джона, что между Родриком и Геболом случился раскол и что, на самом деле, их взгляды никогда не совпадали полностью.

По мысли Джона, Гебол хотел уничтожения Явных людей, а Родрик – использовать ресурсы Гебола, чтобы изменить политический строй в Королевстве. Родрик не был дедрином, слугой Гебола. Он всегда был субъектом, а не объектом.

– Если он свяжется с тобой, я бы хотел, чтобы ты сразу мне сказала.

– Хорошо, – ответила Лея, и Джон впервые за долгое время почувствовал тепло в ее голосе.

***

– Ты хочешь, чтобы я помог тебе поговорить с Родриком? – громким шепотом спросил Элнот.

Было неясно, почему он шептал: улица, по которой шли друзья, пустовала. И уж тем более было неясно, почему он громко шептал.

– Ты единственный, кто, кроме меня, знает о нем правду, – ответил Джон. – В смысле, что Родрик – это Эс. Вряд ли он захочет говорить со мной. А с тобой, возможно, поговорит.

– Он не пойдет против Гебола.

– Мне кажется, есть шанс.

Джон был знаком со многими ипостасями Родрика. Он помнил и нелюдимого подростка, и могущественного Эс, с которым сам Гебол разговаривал заискивающе, и запертого в подвале замка пленника. Джон тешил себя надеждой, что удастся поговорить с Леиным другом, достучаться именно до этой, давно забытой его ипостаси.

С чего же следовало бы начать непростой разговор? С Леи и ее тайны? С Гебола и его планов? Джон не имел понятия. Он в общих чертах описал ситуацию Элноту, и было принято решение действовать по обстоятельствам, но сразу же подчеркнуть опасность для Леи, нависшую над ней черную тучу, – чтобы немного расположить Родрика к себе.

Семья Серпен уже более семи столетий жила в хорошо знакомом Джону каменном доме. Словно одинокий булыжник, он чернел посреди своих скромных, аккуратных соседей. Крыльцо выходило на улицу, широкой артерией простирающейся сквозь городское тело.

По обеим сторонам дома зеленели небольшие палисадники, что считалось невиданной роскошью в центре Верды. Самый первый владелец этого дома взял себе столько земли, сколько хотел: на окраине города она не была никому нужна. Позже Верда разрослась, и в результате с окраины дом перебрался в самый центр столицы, оставаясь при этом на том же самом месте.

Дверь отворила тетя Родрика, Марта. От ее вида Джону стало не по себе. Густые седые волосы женщины были убраны в косу, как у Серены. Одежда тоже напоминала простые повседневные платья, что носили в Средневековье.

«Дежа вю, настоящее дежа вю», – только и успел подумать Джон, как оказался в знакомой просторной гостиной, которая раньше служила лабораторией и местом для приема клиентов. Не хватало только Серены, как последнего пазла: Марта казалась ее блеклой постаревшей копией.

Как и много веков назад, на стене справа красовалось изображение змеи.

– Покровитель нашего рода, – пояснила Марта, заметив внимательный взгляд Джона.

– Змеиный король, кусающий собственный хвост. Где начало, там и конец. Все предопределено, – обреченно выдал гость.

– Наша Змея не похожа на круг, – возразила Марта. – Она изогнута. Это означает возможность изменения.

Женщина продолжила:

– Много тысячелетий назад люди заметили повторяемость. Цикличность. Чтобы сорвать с дерева плод, нужно посадить семя. Чтобы посадить семя, нужно сорвать плод. Семя станет деревом, которое произведет семя. Однако будет ли следующее дерево таким же, как предыдущее?

Джон с Элнотом заслушались размеренным голосом Марты.

– Ребенок похож на родителей. Он наследует их черты, но он другой человек. Не повторение, не кольцо, а спираль. Понятно, о чем я?

Друзья одновременно кивнули, как загипнотизированные.

– Говорят, именно так родился Змеиный король. Он не злой и не добрый. Он, как и все истинно бессмертные сущности, воплощение определенной идеи. Кстати, по другой версии, Король Теней и Королева Света создали Змея, чтобы обмениваться посланиями, не имея возможности проводить время вместе

– Король Теней?! – переспросил Джон, словно очнувшись от морока. – Король Теней создал покровителя вашего рода?!

– Это лишь одна из легенд, – усмехнулась Марта. – Простите меня, я люблю поболтать, потому что работаю в городской библиотеке и обычно мои собеседники – это книги.

– Мы совсем не против, – поспешил заверить её Джон. – Неужели и впрямь есть такая легенда?

– Да. По ней, у Короля Теней было трое детей...

– Трое?! – выпалил Джон.

Элнот тоже вытаращил глаза от удивления.

– Легенда эта всегда рассказывалась на Старейшем языке, на котором слово «ребенок» имеет несколько значений, его нельзя понимать буквально. Речь о сущностях, в создании которых Король Теней принимал участие. О детищах. В узком смысле, ребенок только один, конечно. Королева Теней.

– Слава богам, – вздохнул Джон. – А в широком?

– В широком – трое. Хелена, Змей и Волк. Хелена царствует. Змей иногда появляется, особенно во время судьбоносных событий. Волк заперт.

«Что же это получается, интересно? Если Змей – как бы брат Хелены, то, можно сказать, он и в некотором – очень широком, конечно же, – смысле мой дальний родственник? Двоюродный дедушка? Хм. Связано ли это с проклятием? Кто такой Волк? И что дальше? Может, Гебол – это сын Змея? Вдруг выяснится, что он сын не только Змея, но и Кармиллы? Может, и у Геола есть дети, о которых мы не знаем? Данни! Данни подходит. Внебрачный сын Гебола и госпожи лесных нимф. Почему бы и нет», – посмеиваясь, думал Джон, следуя за Мартой по коридорам.

Комната Родрика оказалась очень узкой, пустой, похожей на келью в монастыре.

– Родрик давно здесь не появлялся, – пояснила Марта. – Пару месяцев назад переночевал, и все.

– А связаться с ним...

– Невозможно. Он уничтожил свой пароль для магической связи.

Джон заглянул под голую кровать, в ящик стола, отворил дверь громоздкого, скрипучего, но совершенно пустого шкафа. На ручке он заметил крохотную, очень аккуратную гравировку в виде змеи. Гравировка поблескивала особенным, еле заметным огоньком.

– Хм, – произнес Джон, дотрагиваясь до ее, – кое-что я, кажется, нашел.

– Что? – оживился Элнот.

– Вход в карман пространства. Жаль, что мы приборов никаких не взяли.

– Внутрь все равно не попасть

Элнот был прав.

Оставив Марте свои пароли и попросив передать сообщение Родрику («очень важное дело, связанное с Леей»), друзья покинули дом.

***

– Продуктивное воскресенье, – подвел итог Элнот. – Тебе, кстати, не кажутся странными эти совпадения?

– Какие?

– Ты узнал, что Кармилла считала монстра своим ребенком. Через пару дней мы встречаем Марту, которая рассказывает легенду о детищах Короля Теней. Если я не ошибаюсь, Кармилла состояла с Королем Теней в гм отношениях, не так ли?...

Джон собирался ответить Элноту, как с ними обоими связался Хван. Начальник поделился новостями: волшебные птицы, занимавшиеся слежкой за Старейшей долиной Нан, доложили о подозрительной активности у скалы, откуда начинался путь к источникам.

Был замечен один человек!

– Наверняка Гебол! – радостно сообщил Хван.

«Элитный» отдел переместился в долину. Под предводительством Джона все протиснулись в трещину и один за другим, словно гномы, двинулись вглубь по темным каменным коридорам.

– Повезло – приговаривал Хван, – что у нас в распоряжении человек, которому открываются источники. В противном случае у Гебола было бы громадное преимущество! Он приходил бы сюда, когда хотел прятался бы здесь

– Неужели источники открываются только Геболу и Джону? – прервала поток его рассуждений Рузанна, которая впервые оказалась в пещере. – Интересно, что их связывает.

Скоро компания достигла просторного каменного помещения с озером. У того места, с которого Джон когда-то сиганул в воду, спиной к сотрудникам Тайного Сыска, сидел человек.

Медленно подходя к нему, Хван прокричал:

– Руки вверх!! Не двигаться!

Ночной гость, услышав Хвана, отвлекся от созерцания водной глади и неспешно, слегка лениво посмотрел на приближающихся людей.

Наконец сотрудники Тайного сыска подошли достаточно близко, чтобы в мягком свете парящих над озером светлячков разглядеть его лицо. Точнее еелицо.

Хван опустил волшебную палочку и, запинаясь, пробормотал:

– Что ты здесь делаешь?! Как?..

Удивленно, непонимающе на Хвана смотрела Лея.

***

Сначала никто не поверил, что это Лея.

Девушку упаковали в карман пространства, а в штабе заставили выпить несколько зелий. Сама Лея беспрестанно извинялась за беспокойство и послушно делала, что говорят.

Зелье Правды она тоже выпила. «Переместилась, нашла вход, дошла до озера», – из раза в раз повторяла девушка. «Зачем ты туда отправилась?» – «Захотелось проверить кое-что, не связанное с Геболом и расследованиями Тайного сыска»

Не добившись ничего от Леи, Хван обратил гнев на Джона и даже прикрикнул на него в сердцах: «Как ты, интересно, охраняешь госпожу прокурора, если она разгуливает по секретным объектам без твоего ведома?!»

«Хван, не стоит, – вмешалась девушка, чем немало удивила Джона. – Он не мог знать. Я проинформировала его, что все воскресенье буду работать дома. А потом, повинуясь собственному желанию и не предупредив его, переместилась в долину»

Наконец начальник угомонился и отпустил Лею домой. На пороге ее квартиры, готовясь прощаться, Джон спросил ее слегка недоверчиво:

– Получается, ты настоящая?

– Да. Не веришь тестам?

– Перевертыш уже пытался выдать себя за тебя Говорят же: обжегшись на молоке, на воду дуют – пробубнил Джон.

Он попытался заглянуть ей в лицо – словно чтобы удостовериться, что это правда она, – и слегка потерял самообладание, потому что столкнулся с ее лучистым взором. Джона бросило в жар, и он спонтанно спросил:

– А мне расскажешь, почему пошла к озеру?

– Из-за тебя, – ответила Лея, и у ее собеседника перехватило дыхание. – Да, да. Из-за тебя.

Жар усилился.

– Помнишь, когда мы выбрались из кармана пространства Гебола, а затем и из той пещеры, я дотронулась до озера? Я ведь почувствовала что-то особенное тогда. Особенное, но знакомое. То, что я уже чувствовала раньше. Например, когда ты превратился в огромное прозрачное существо в Бумажном доме. Или когда ты давал показания на суде. Или давным-давно, когда мы встретились дома у Блэквудов

Лея говорила воодушевленно, необычно много. Она все еще находилась под действием Зелья Правды, но уже не утруждала себя самоконтролем.

– Дело в том, Джон, что я знаю, когда ты превращаешься в Темное существо. Всегда. Я как бы ощущаю это, понимаешь? Мурашки холод Именно это я и почувствовала, когда дотронулась до озерной воды.

– Это неприятное ощущение? – уточнил Джон.

– Напротив. Очень, очень приятное. Сложно объяснить – Лея сжала кулаки и посмотрела вверх, как бы подыскивая слова. – Однако я не была уверена. Ты ведь был со мной, когда мы выбрались из демонического кармана. Я решила провести эксперимент – прийти к озеру без тебя. Пришла. И поняла, что была права. Я почувствовала холод. Приятный холод.

«Странно. Почему холод?» – отметил Джон, вспоминая собственные ощущения у озера. Он-то чувствовал скорее жар.

– Я и еще кое-что поняла. Что-то связывает меня и тебя с озером. Какая-то странная магия. Возможно даже, то, что ты чувствуешь ко мне – Лея запнулась, встретившись взглядом с Джоном, – это та самая магия, и ничего больше.

Светло-серые глаза сверкали несколько радостно, но при этом совершенно безжалостно, как два лезвия ножа.

– Ничего больше, – эхом повторил Джон.

– Вдруг тебя тянет ко мне из-за магии, связывающей нас с озером? – продолжала Лея, не замечая искаженного лица Джона. – А на любое магическое воздействие найдется магическое противодействие. Например, зелье.

– Хорошо, Лея, – прозвучал сухой ответ. – Я постараюсь найти это зелье.

– Пойми меня правильно! Твои чувства

– Ну, с этим уж, позволь, я сам разберусь.

Джон сбежал по лестнице вниз.

***