- -
- 100%
- +
В качестве эпиграфов к главам Pistol Annies – I Feel A Sin Comin' On
Глава первая, ознакомительная
I feel a sin comin' on…
Сначала позади, где-то в районе моей попы, раздалось легкое смущенное покашливание, а потом приятный мужской голос осторожно и довольно неуверенно проговорил:
– Простите, пожалуйста, может, вам помочь?
Нет. Даже не мужской. Это был голос молодого парня, мягкий, обволакивающий, кошачьим мурчанием пробирающий до костей – я захотела этот голос. Кажется, такой называют драматическим тенором. Уши – моя эрогенная зона, лишь поэтому я не пресекла диалог на корню.
– А вы разбираетесь в машинах?
Обладатель пленительного голоса хмыкнул, но не грубо, не самодовольно, а как-то расстроено, немного беспомощно.
– К сожалению, нет. Но сейчас очень хотел бы! – Восклицание было таким порывистым и искренним, что остановило повторно возникшую мысль отделаться от незнакомца. Более того, мне захотелось обернуться и взглянуть на это очаровательное создание. Увы-увы, замызганный крошечный комок шерсти, запутавшийся в трубках между топливным фильтром и бачком тормозной жидкости, мне желание воплотить не позволял, беззвучно шипел и скалился. Я осторожно просунула обе руки и начала кое-как извлекать несчастное создание с мутными гноящимися глазами.
– Давайте начистоту, – проговорила я, – вы подошли только потому, что из-под капота торчит красивый женский зад.
– Да!
От неожиданности я рассмеялась. Сколько ему лет? Откуда такая детская честность и непосредственность? Нет, я сама попросила начистоту, но ни разу еще ни один парень не выполнял это мое условие. Странно и любопытно!
– А если красивый только зад, – усмехнулась я, – как будете отступать?
Я, действительно, находилась в немного провокационной позе. Чтобы подобраться к котенку пришлось едва ли не целиком забраться под капот моего старого Хайлакса, а левым коленом опереться на решетку радиатора. Попа моя при этом была одета в короткие шорты – конец весны и начало лета в Питере выдались жаркими. Что кто-то на заправке видом соблазнится, я ожидала.
Обладатель обволакивающего тембра усмехнулся мне в ответ, немного помолчал, потом уверенно выдал:
– Не. Некрасивые девушки такого не спрашивают, они сразу флиртуют.
Наивный, непосредственный и наблюдательный. У меня больше не возникало желания его отшивать, наоборот, хотелось скорее справиться с задачей и увидеть внешность этого странного парня.
– А как вас зовут? – Настойчивого парня. К тому же, я сообразила, что притягательный голос этот неуловимо знаком.
Я, наконец, справилась с пушистым комком злобы и не без удовольствия ответила:
– Ева.
Мне послышалось что-то наподобие тихого «о». Вроде и не поразила я его – нечем же, – но реакция все равно получилась для меня какая-то внезапная.
– А вас? – спросила я, перехватила котенка поудобнее и подалась назад, имея в намерениях снять колено с радиатора. К несчастью, совершенно непостижимым образом не удержала равновесие, обе ноги чуть не сорвались с бампера.
– Май! – Мне на ягодицы легли две руки и легко, как будто я практически ничего не весила, удержали от падения. – Ой…
Теплые, большие, удобные ладони поспешно покинули мою попу.
– Извините, – сипло, смущенно пробормотал их хозяин. – Меня зовут Май.
– Май?
Я выбралась из-под капота, развернулась и все-таки увидела этого парня. А еще вспомнила, что знаю и голос, и имя, и внешность. Его, вообще, очень сложно забыть или с кем-то спутать. От нахлынувших эмоций я, вместо того, чтобы спрыгнуть на асфальт, присела на кузов над решеткой.
С высоты роста в метр девяносто на меня смотрели широко распахнутые ярко-голубые глаза. Смотрели мягко и до чертиков открыто, а конструкция темных бровей в виде домика придавала взгляду возмутительную невинность и доверчивость. При этом я готова была поклясться, что ни одному сообразительному мошеннику в голову не придет пытаться обмануть этого громилу. Почему? Потому что, несмотря на всю умопомрачительную абстрактную невинность, во взгляде читался ум, и ум незаурядный. Ну и размеры туловища тоже впечатляли.
Короткие, не длиннее семи сантиметров, каштановые, отливающие медью, волосы, которые по задумке стилиста должны были небрежно торчать на макушке, уложенные муссом или воском, просто торчали, как попало, и в разные стороны. Справа вообще прядь спадала на лоб, образуя нелепую челку. Хорошо, на висках длина была около сантиметра, а то парень бы и там устроил хаос.
Широкие, с развитыми мышцами плечи были затянуты в синюю футболку с V-образным вырезом. Этот ворот ему совершенно не шел, но полностью гармонировал с домиком из бровей и укладкой, точнее, с ее отсутствием. Думаю, производители одежды в своих стандартах не имели мужских фигур, подобных этой, поэтому футболка, натянутая на мышцах плеч и груди, чересчур свободно болталась ниже. Должно быть, размер не меньше пятидесятого. Предмет гардероба явно был рассчитан на жирок и пузико, а не на стройную талию.
Ниже своей предсказуемостью порадовали нелепые спортивные шорты до колен, а еще ниже были белые носки до середины голени и черные резиновые шлепанцы. Мне понадобились некоторые усилия, чтобы не рассмеяться. Этот парень был безбожно, неправомерно сексуален и красив, но либо не подозревал об этом, либо стремился это скрыть любой ценой. В нашем случае прической, одеждой, а, главное, обувью!
Конечно, на экране Май Нейман выглядел иначе. Там некто благоразумный заставлял стилиста работать над его образом.
Как это обычно бывает, видео с его песней мне подкинул YouTube на основе моих вкусов и интересов, и угодил. Гитара, текст и голос завораживали. Произошло это с полгода назад, с тех пор время от времени слушала. И он был у меня в листе Spotify. Никогда не была верующей и точно не стану, но госпел… Не знаю, что-то в этой музыке неизменно притягивало, и Май там особенный. Не так много двуязычных русских исполнителей. А, может, он особенный, потому что еще и молодой сексуальный парень.
– Это кто? – Спросить он спросил и даже кивком указал на дрожащую живность в моих руках, только взгляда от моего лица не отвел. А до этого пару раз на грудь поглядывал. Вырез у моей спортивной майки был неглубокий, лифчик racerback с плотными чашками развернуться фантазии не позволял, но когда это останавливало любопытство парней?
– Проблема, – пробормотала я и приподняла слепой комок повыше.
– Почему? – Май усмехнулся, и это было… Ай! Прямо под кожу, сладким потоком по нервам – такая непосредственная и соблазнительная полуулыбка. И приподнятые брови придали взгляду еще больше открытости. Он не флиртовал, просто был собой. Черт, такие, как он, делают любую одежду сексуальной, даже это уродливое сочетание шлепанцев с носками!
– Потому что его нужно лечить и растить, а у меня аллергия на котов.
Я встала и немного неуклюже спрыгнула на асфальт. Май непроизвольно протянул ко мне руки, чтобы придержать, но его галантность не потребовалась.
– Давайте, я заберу.
Я запрокинула голову и посмотрела на его лицо.
Черт, какой большой! Или это я со своим ростом в метр шестьдесят девять маленькая?
Заминка его расстроила:
– Я не наврежу. – Сам принял мое молчание за недоверие и сам же обиделся.
Я без раздумий протянула ему нового питомца. Май принял у меня из рук маленького паршивца и тихо ойкнул, когда тот беззвучно оскалился и цапнул его за палец.
– Осторожно, – вздохнула я. – Это какой-то злобный помпон из Ада. Меня в машине не было минут десять. Как он туда слепой забрался, не представляю.
Май засмеялся. В отличие от меня, он без оглядки прижал грязного котенка к груди, тут же оставив несколько заметных пятен на футболке.
– Маме он понравится. Я о нем позабочусь.
– Хорошо, – я улыбнулась и с тяжелым сердцем повернулась обратно к машине.
Захлопну капот, а потом уеду от этого чудесного, особенного парня. Общие положения его биографии я знала, собственно то, что он сам написал на своем канале: протестант, единственный сын пастора и медсестры, остальные трое детей – девчонки. Он жил и живет в своей собственной реальности, в своем окружении. Там мне места нет – это я не принижаю себя, это я не хочу приносить в его мир грязь. Она ко мне прилипла безнадежно, все мое прошлое – грязь. Котенка он отмоет, футболку выстирает, с моим разумом и памятью такой фокус не проделать. Меня радует его музыка, так пусть она развивается такой же искренней и доброй.
– Ева, – ожидаемо начал Май, – а вы…
Я очень не хотела ставить его в неловкое положение! Не хотела разочаровывать или расстраивать, а еще я не хотела ему лгать – это было бы выше моих сил, поэтому я прервала его дерганной и довольно глупой отговоркой.
– Спасибо вам огромное! Я немного опаздываю, вы меня простите. – И метнулась к водительской двери.
– Ева…
– Простите!
Мне, правда, было больно и очень, очень жаль! Я поспешно запрыгнула на сиденье, завела машину и под недовольный рык двигателя откровенно сбежала от удивленных пронзительных голубых глаз.
С мутной печалью в груди я отпустила воспоминание о той встрече и выключила запись трансляции, где Май уже в сопровождении целой команды исполнял свои популярные теперь композиции. Изоляция, в стране дело дрянь, так что концерт был домашний, а там у него, как выяснилось, бродит наглый, пятнистый усатый мордоворот по кличке Помпон.
Я почти год не заглядывала в видео Мая Неймана, не слушала его, не могла избавиться от чувства горечи, а тут вдруг чертов YouTube решил напомнить о давно забытом исполнителе, и я, глупая, повелась. Вот же…
Помпон? Он назвал этого монстра Помпон!
Глава вторая, удивительная
I feel a right that’s about to go wrong…
От ненужных эмоций меня отвлек звонок смартфона.
– Ева, – голос Вити звучал бодро, бодрее некуда, а это означало, что за обращением последует просьба из разряда «подруга, сотвори чудо, как ты умеешь». – Помоги!
Ого! Это больше, чем обычная его вера в мою натуру супердевушки. Стряслось нечто из ряда вон.
– Чем?
– У меня там ребята заблудились и застряли. То ли движок накрылся, то ли еще что, я не понял. Связь плохая.
Я встала с дивана и подошла к окну. Ночь, метель, мороз – самая подходящая погода, чтобы выезжать из города на озера.
– Далеко от меня?
Витька облегченно выдохнул.
– Близко. Я тебе координаты сейчас перешлю. Пригреешь их до утра? Как пурга закончится, я за ними машину отправлю. Не хочу МЧСников вызывать.
– Да, я больше подхожу на роль спасателя.
– Спасибо! – Витя проигнорировал мое меланхоличное недовольство и оставил наедине с завывающим ветром.
Дома тепло, трещат в камине дрова, горят свечи и торшер, в бокале остывает глинтвейн, на диване лежит недочитанная книга, а мне нужно одеваться и тащить свой зад наружу, где холод, метель и минус пятнадцать. Не люблю людей!
Видимость на дороге была, считай, нулевая. Дальний не пробивал сплошную стену крупных пухлых снежинок, живописно разлетающихся перед капотом машины, навигатор строил маршрут, но даже с ним я бы в такую погоду не рискнула выступать спасателем, если бы местность не знала, как свои пять пальцев.
Черный зад седана, торчащий из кювета у обочины, я заметила не сразу. GPS трекер у ребят слабоват был, и координаты точки Витька мне прислал с погрешностью метров в пять. А, может, и не было никакого трекера, а был, например, Яндекс-Навигатор, потащивший их не по трассе, а по однополоскам между деревнями. В любом случае, чуть не проехала мимо.
Я остановилась посреди пустынной дороги, открыла дверь, спрыгнула в рыхлый снег – его намело уже по щиколотку – и направилась к седану. Навстречу мне из кювета выполз бледный парень лет двадцати пяти. Он кутался в лыжную куртку, и его заметно потрясывало. Капюшон был натянут по самые брови.
– Привет, – мягко улыбнулась я. – Сколько вас? Пострадавшие есть?
– Здравствуйте, – чуть ли не по слогам выговорил первый кандидат на обморожение. Губы у него шевелиться отказывались. – Трое. Мы все целы.
За ним следом из машины выбрались остальные. Ситуация с куртками и посиневшими носами у них была похожая.
– Вас Виктор прислал? – уточнил новый знакомый.
– Да. – Кивнула я. – Бегом в мою машину греться!
Повторять не пришлось, парня ноги в тепло сами понесли.
– Здрасьте, – невнятно пробормотал второй, примерно того же возраста и телосложения.
– Бегом, бегом, – вежливость проявлять не стала. Она синим снеговикам сейчас меньше всего была нужна.
– Здрав… – начал третий и выдохнул растерянно. – Ствуйте.
Высокий рост, широкие плечи и завораживающий голос. Напоминания YouTube – детский лепет в сравнении с шутками Вселенной.
– Греться, греться, – мягко проговорила я, стараясь не задерживать взгляд на лице Мая. – Там на заднем сиденье две упаковки термоодеял. Ключи от машины у кого?
– Вот, – Май протянул мне связку. – Она не заводится.
Осторожно, не касаясь его перчаток, я забрала ключ с брелком сигнализации и кивком указала на свой пикап.
– На пассажирском сиденье мой пуховик, надень…те. – Сама удивилась дурному и неуместному переходу на «ты». – Он теплый.
– А как же вы? – Май с тревогой оглядел мою рабочую клетчатую рубашку с капюшоном. Со стороны она, действительно, выглядела излишне легкой, но это если не знать про утепленную подкладку.
– Я хорошо одета.
В свете фар его лицо выглядело немного иначе, старше что ли, а, может, это просто обстоятельства так временно отразились на его мимике.
– Ладно. – Май сдался и, окинув меня чистым, доверчивым взглядом, побежал к друзьям.
Да, определенно, временно.
Я спустилась к седану, почти вслепую – возвращаться и доставать из-под своего сиденья фонарик не было желания – проверила салон на предмет забытых документов и заперла его. После, утопая в снегу по колено, вылезла на дорогу, чтобы подобраться к багажнику.
– Я сам! – раздался позади меня оклик. Май буквально снес меня: подлетел и за плечи вытащил из сугроба. – Я сам.
На мне пуховик мешком болтался, потому что был на два размера больше, чем нужно, но этому парню все равно оказался мал.
Я проследила, как Нейман достает и переносит к моему Хайлаксу сумки, показала, как их лучше сложить в кузове, и, наконец, вернулась в свой теплый салон. Май расположился рядом, а его друзья шуршали фольгой и стучали зубами позади. Без слов я вытащила из кармана за пассажирским сиденьем термос с кружкой и разлила горячий глинтвейн. Салон наполнился ароматом апельсина и корицы. Ребятам выдала на двоих глубокую кружку, Маю же протянула крышку.
– Спасибо, – тихо сипловато поблагодарил он, вслед за друзьями.
– Не за что. – Я очень старалась игнорировать взгляд ярко-голубых глаз, направленный на меня. Там было чересчур много интереса и внимания.
А еще упорно не замечала вязанную синюю шапку с двумя пушистыми помпонами на хозяине этих глаз. Не вижу я это девчачье детское безобразие на твоей голове, невинный, крупногабаритный ангел! Гардероб, скрытый под лыжным костюмом, представить фантазии не хватало. С летним вариантом я была знакома, и теперь с нетерпением ждала зимний.
Я засунула термос между своим сиденьем и дверью, включила печку на полную и сняла машину с ручника. Бестолочи. Замерзнуть же можно насмерть или, как минимум, без пальцев остаться.
К метели примкнул ветер. К тому моменту, когда я остановила машину у ворот своего дома, его порывы были не меньше двенадцати метров в секунду. И он явно усиливался. Я загнала Хайлакс под навес, а отогревшихся парней вместе с чемоданами в дом.
Хотелось раздеться, сесть у камина с глинтвейном и почитать, но мечты-мечты. Снеговики, скорее всего, голодные, как черти. Сколько они на морозе просидели? В дороге господа молчали, думаю, отчетливо понимая, что болтовня – последнее, что нужно их водителю ночью в такую пургу.
Смущенные спасенные столпились у входной двери и увлеченно рассматривали внутреннюю обстановку. Май помпоно-рогатой каланчой торчал меж двух своих спутников и был особенно внимателен к деталям моего интерьера.
– Проходите, – на бегу расстегивая рубашку, я подбросила в камин дров, включила оба торшера, настенную гирлянду и основное освещение в зоне кухни. В раковине нагревались маринованные свиные ребра. Уходя, наобум достала половину запаса из холодильника и, в общем, не прогадала. – Есть хотите?
Я вдруг вспомнила, что как-то не подумала представиться. Присутствие Мая с толку сбило. Не думаю, что он своим спутникам про меня рассказывал, во всяком случае, мне так показалось.
– Меня Ева зовут. А вас?
Вернувшись к ребятам, я распахнула дверь гардероба и поманила их за собой.
– Вешайте одежду сюда.
– А я Сергей, – тихо откашлялся тот самый смельчак, что вышел из кювета ко мне первым. Он последовательно указал сначала на мою печаль, а потом на третьего товарища. – Это Май и Яков.
Яков? Интересное имя. Полагаю, все трое одного вероисповедания и, если так, то дружат с детства. Как ни крути, но среда даже для Питера довольно изолированная.
Я с улыбкой кивнула.
– Руки можно помыть там. – Дошла до двери в ванную и приоткрыла ее, после вернулась к буфету, достала перчатки и сковороду. – К сожалению, у меня только одна гостевая спальня: следующая за гардеробом дверь, справа от вас.
Сергей первый разулся и смело шагнул навстречу неизвестности. Гардероб посетил, руки помыл, после в комнату заглянул – все успел. Шустрый, расторопный и, кажется, довольно независимый. Яков же себя координировал с Маем, по большей части, все делал след в след, как ребенок за отцом или старшим братом.
– Кому-то придется, наверное, лечь на диване или я постелю матрас на полу возле камина…
– Я лягу! – поспешно откликнулся Май.
Мое внимание этот возглас привлек, я обернулась и успела краем глаза зацепить, как недоуменно посмотрели на друга Сергей и Яков.
– Хорошо. – Если он так хочет, конечно, я придумаю, чтоб ему уютно было, мягко и тепло. – Располагайтесь пока возле камина. Грейтесь.
Двое гостей последовали моему совету, а вот третий неожиданно вырос рядом со мной во все свои метр девяносто.
– Давайте помогу.
Я закончила нарезать ребра на тарелку и уже взялась за щипцы, чтобы выкладывать их на разогретую сковороду, когда он это надо мной произнес. Инстинктивно я повернулась к собеседнику, но лишь наткнулась взглядом на широкую мускулистую грудь в зеленой толстовке со странным абстрактным рисунком. Пришлось голову задрать. Оттуда, сверху, на меня внимательно смотрели ангельские глаза, а над ними стояли домиком каштановые брови. Волосы, примятые шапкой, лежали на лбу нелепой челкой. Нос и щеки припухли и покраснели.
– Да, мы тоже можем! – спохватился Яков. Надеюсь, не перепутала, и это его голос был. Сил прервать зрительный контакт с Маем у меня не нашлось.
– Н…нет. Я сама.
Голубые глаза мой ответ расстроил.
– Ну, – я вдруг ощутила необходимость изменить ситуацию, – вы можете переворачивать.
Ангел просиял, и это непостижимым образом откликнулось во мне счастьем.
– Ева, а вы с Виктором дружите? – Это точно был голос Сергея.
Я опустила голову и сделала вид, будто крайне занята жаркой.
– Да. По работе часто пересекаемся. – Правым боком я чувствовала внимание к себе со стороны ребят, а слева возвышался Май. Он не отступил, наоборот, бедром оперся о столешницу, видимо, ожидая, когда я доверю ему ужин. Его присутствие ощущалось особенно остро.
– А чем вы занимаетесь? – Сергей определенно был активным и независимым.
– Вожу индивидуальные экскурсии по области и Карелии.
– О! – обрадовался он. – Вас можно нанять?
Я удержалась от улыбки. Постаралась вообще эмоций не проявить.
– Это не туристические маршруты и довольно дорого.
– У вас поэтому машина такая… – Сергей замялся, подбирая эпитет. – Такой вездеход?
– Да.
– А вы одна возите туристов?
Это какой-то допрос? Я начала злиться. Не люблю, когда ко мне лезут подобным образом.
– Если маршрут совсем сложный, то с напарником.
– А кто напарник? Ваш парень?
Внутри начал разрастаться ком ярости.
– Нет. Один из гидов Виктора.
– Который? Нам обещали рыбалку с Алексеем.
Рыбаки, значит. Горе, а не рыбаки. Интересно, у Витьки, реально, есть костюм на Мая? Наверное, есть. Хотя он их, скорее всего, собрался во времянку с печкой посадить, и все.
– Не Алексей.
– А парень кто?
Я постаралась дышать ровно.
– Никто.
– Серый, – над головой раздался спокойный, мягкий тембр. Я отчетливо услышала в этом обращении предупреждение.
– Да, ладно, – Сергей остановился, при этом, к моему удивлению, не стал пытаться скрывать, что его об этом попросили. – Просто хотел узнать есть парень или нет.
– Можно «просто» спросить, – тихо проговорила я, – а не допрос устраивать.
Я накрыла скворчащее мясо крышкой. Не знаю, почему вдруг прибегла к такой откровенности. Это само собой вышло, но было как-то комфортно не молчать и не лгать.
– А он есть? – Спросил Май так же тихо.
– Нет.
На доли секунды воцарилось молчание, и Май продолжил:
– А у меня кот есть.
Я взглянула в ясные глаза и заулыбалась, по венам заструилось сладкое тепло.
– Он дурной, правда, – добавил ангел, заворожено глядя на мои губы.
Сергей с Яковом засмеялись.
– Помпон из Ада, – почти беззвучно проговорила я, в надежде, что никто кроме Мая это не услышит. Так и получилось.
Он расплылся в смущенной улыбке.
– Любопытный, ничего не боится, весь в шрамах, и дерется, как демон, со всеми подряд. Пылесос приходится прятать.
На диване смех перешел в хохот. Полагаю, Помпон стал притчей во языцех.
– Доберман сестры его жутко боится.
– Он не шипит, – впервые заговорил Яков. Я обернулась к гостиной. Сергей сидел на ковре, грел руки у камина. Яков же с ногами забрался на диван и наблюдал за мной и Маем. – Он рычит или сразу кидается. Но, вообще, добрый, просто его злить нельзя.
Май засмеялся.
– Мама Нейман говорит, – продолжил Яков, – это потому что Май его Адским Помпоном назвал.
Теперь засмеялась я.
Диалог про кота разрядил обстановку и задал настроение на весь вечер в целом. Я все еще остро ощущала присутствие Мая, и тело невольно откликалось на каждый его взгляд и каждое слово, но я больше не чувствовала себя скованно рядом с ним. И он, кажется, совсем не злился на меня за тот побег, а еще он никому не рассказал, где взял котенка, и как будто весь вечер нарочно избегал тем, связанных со своей профессией, да и с музыкой как таковой. Друзья его в этой таинственности поддерживали.
Мне было так неуютно, что я знаю, кто он, и никак не могу озвучить. И чем больше проходило времени, тем больше я становилась невольной лгуньей, это отравляло разум. Если бы не чрезмерно болтливый Сергей, может, у меня что и вышло бы, но, оказалось, заткнуть безалаберный надоедливый кадр в состоянии только Май и то, напрямую, намеков господин Серый не понимал.
Глава третья, соблазнительная
I got a shiver down to the bone…
Снаружи завывал ветер, превратившись в шторм. Его скорость была не меньше двадцати метров в секунду. Я лежала на кровати поверх пушистого покрывала и вслушивалась в эти умиротворяющие звуки. Свет ночника рисовал на потолке причудливые узоры. Плохо тем, кто сейчас там, в лесу или на дорогах, а здесь, у меня, было тепло и уютно.
Разместив гостей на ночлег и вручив им полотенца, я удалилась в спальню выжидать, когда все помоются, улягутся и заснут, чтобы затем самой тихонько прошмыгнуть в душ. Это не было связано с водонагревателем, он у меня в техпомещении, по выражению Витьки, стоял зверский. Такое ненормальное поведение было свя… Ай, ладно, я сама по себе тупо странная! Люблю одиночество, люблю постоять под горячими струями в тишине. И у меня со времен постройки дома ни один гость на ночлег еще не оставался. Я устаю от людей, к тому же они меня часто раздражают. А тут целых три человека, и один из них – Май.
Я прислушалась к звукам внутри дома и поняла, что пора. Поднялась, взяла белье и крадучись покинула спальню.
Черная утроба камина переливалась алыми бликами. Силуэт спящего человека виднелся за диваном. Голубоглазого ангела с его ростом и размахом плеч пришлось разместить на полу, соорудив импровизированную кровать на ковре. Я пробралась в ванную, крайне осторожно, стараясь не щелкнуть замком, закрыла за собой дверь и счастливо выдохнула. Наконец-то!
Пока господа переворачивали мясо, я сменила утепленные джинсы и свитер на домашнюю хлопковую сорочку и шерстяную юбку в пол. Наедине с собой я никакой юбки, конечно же, не носила, ограничивалась вязаными гольфами, но три парня бродили по моему дому – интуитивно хотелось спрятаться. Точнее, от Мая скрываться желания не было, чужими ощущались лишь двое.