К Хэллоуину. Усадьба Вечности

Не успел я и глазом моргнуть, как пейзаж за окном сменился болотистой местностью с кружащей вокруг мошкарой, взирающими тоскливым взглядом лягушками и скрюченными одинокими деревцами, склонившими свои сухие ветви до самой земли.

В купе из радиоприёмника играл блюз, и я постукивал ногой под небольшим столиком, едва успевая рассмотреть ту или иную открывшуюся моему взору деталь. Передо мной мелькали переплетённые намертво корнями коряги, и я представлял, как они распрямляются и возвращают свой первозданный вид по одному лишь мановению руки. Но этого не происходило. Поезд мчался вперёд, не обращая внимания на мою фантазию. Одна цель вела его дальше – избавиться от последнего пассажира, оставшегося на пути к Усадьбе Вечности.

Кто придумал такое название самой обычной деревушке, затерявшейся в этом мёртвом регионе, я не знал. Население едва достигало ста человек, туристов привлечь было нечем, условия проживания не обещали комфорта, единственным же развлечением для такой заблудшей души, как я, была старая заброшенная усадьба четы Винштейнов, прибывших в империю откуда-то из-за границы. Иногда я корил себя за то, что слишком мало внимания уделял истории и географии родных мест, но где ещё могли мне пригодиться эти знания?

Однако же я сидел в поезде, смотрел в окно и задавал вопросы, ответов на которые не имел. Это меня раздражало и приводило в отчаяние. Последний мой сосед сошёл на станции прошлым вечером, и я совершенно не знал, чем себя занять. Если бы не музыка и сменяющиеся картинки матушки-природы, я бы окончательно свихнулся от одиночества и скуки.

С другой стороны, я давно уж позабыл о ценности тишины. В Родвецке меня ждали жена и дети, далёкие от идеалистического представления счастливой семьи. Мне часто казалось, что я застрял в том самом «дне сурка», и ничто не спасёт меня от ежедневной рутины, включающей в себя монотонную работу и семейный быт, наполненный шумом и высасывающей все силы чрезмерной энергией. Видимо, я был на какой-то другой частоте досягаемости, потому что принять реальность было куда сложнее, чем я ожидал, беря в жёны самую красивую девушку своего курса. Она была солнцем, освещавшим путь потерянным странникам, а я – свинцовой тучей, злящей позитивных людей. Она светила так ярко, в то время как я бросал тень на всё, что оказывалось поблизости. Не самое лучшее сочетание.

Когда родился Рустик, я был поражён его сходством с женой: такие же добрые голубые глаза, светлые кудряшки и задорный настрой. Когда Рустик подходил ко мне, тянулся на ручки, целовал и говорил, что любит папу, моё сердце таяло. Я хотел дать ему то же, что и жена – всего себя, но… был ли я на это способен?

Мы проводили много времени вместе: я, Рустик и моё солнце. А потом родилась Милли. Такой же малыш очарования и преданности. Все вокруг восхищались нашей семьёй, говорили, как мы прекрасны, как отлично смотримся вместе, какие у нас прелестные малыши!.. Жена отвечала любезностью на любезность, а я молча кивал, вторя в такт её уважительному отношению к соседям и случайным прохожим.

Кто бы мог подумать, что на душе у меня лежал тяжёлый груз, описание которому я затрудняюсь дать до сих пор. Я просыпался, повторял одни и те же слова приветствия, завтракал, шёл на работу, выполнял задания по выданной боссом инструкции, чтобы потом прийти домой и отвечать заготовленными фразами жене и детям. День сменялся ночью, ночь – днём. И так по кругу.

В нашем доме повисло напряжение. Рустик всё чаще капризничал, Милли постоянно болела и заходилась криком. Жена стала нервной, и в её взгляде я нет-нет да читал мольбу о помощи. Мне же выпала роль молчаливого наблюдателя, отца семейства. Лишь раз я попытался вмешаться в воспитание своих детей, но был отчитан, как ребёнок.

Время шло, ничего не менялось. Всё те же люди, всё та же пустота в душе, всё тот же хаос за её пределами. Хотелось выйти на улицу и закричать, но меня бы приняли за сумасшедшего. Хотелось сменить работу, но меня бы приняли за идиота. Хотелось сменить место жительства, но меня бы приняли за предателя. Любая мысль о смене роли больно ранила меня. Находясь в состоянии раздробленного на части человека, я продолжал говорить и делать то, что все вокруг от меня ожидали.

Раздался стук, и мне пришлось сменить фокус на заглянувшую без разрешения рыжеволосую женщину. Пыхтя от напряжения, она пыталась отодвинуть сломанную дверь купе дальше, но та, издавая скрипящие звуки, упиралась, оставляя проводницу ни с чем.

– Простите, вы что-то хотели? – спросил я, прикидывая в голове, кто из этих двоих упрямее.

– Что за!.. Да твою ж!.. – ругалась проводница, толкая всем весом объект своей ненависти. – Хотела! Ото ж. Ну её! – сдалась она, пару раз на всякий случай пнув дверь ногой. – Вам выходить через тридцать минут. Конечная, стало быть. Поняли?

Я открыл рот, чтобы ответить, но проводница так хлопнула рукой, что мне показалось это неуместным. Она ушла, оставив дверь полуоткрытой, и я сразу почувствовал прохладный ветерок, потянувший с коридора. Натянув на себя пальто и завернувшись в широкий шарф, я допил чай и отставил высокий гранённый стакан в металлической подставке в сторону.

Начинало темнеть, мне нужно было как можно быстрее найти ночлег и обжиться на новом месте. При мысли об этом я поёжился. Хотя, возможно, всему виной был холод. Поездки в конце октября предполагали леденящие тело и душу морозы. У меня уже ныли суставы, покрывалась мурашками кожа и бешено колотилось сердце, но я старался сохранять спокойствие. Нечто преследовало меня, отказаться от разгадки значило бы отказаться от самого себя. Разве мог я поступить иначе?

Когда поезд остановился, я спрыгнул, предварительно накинув на плечи рюкзак. Раздался гудок, знаменовавший собой окончание поездки, и я выдохнул с облегчением. Покачнувшись с непривычки на затёкших ногах, огляделся, втянул носом прохладный воздух. В нём застыл неприятный гнилостный запах, тянувшийся с болот. Вокруг – ни души, только стрёкот насекомых да крики птиц, названий которых я не знал. Проводница окинула меня презрительным взглядом, посчитав, что только ненормальный сунется в такую глушь посреди рабочего сезона. Я помахал ей рукой и развернулся в обратном направлении от опостылевшего за эти дни поезда. Вряд ли она помахала мне вслед.

Я ушёл из дома поздно ночью, не оставив даже записки. Поцеловал Рустика, Милли и долго стоял, слушая, как размеренно дышит во сне жена. Её веки слегка подрагивали, волосы были собраны в косу, а простынь натянута до пояса. Она выглядела, как богиня, которая на мгновение прилегла, чтобы в следующую же секунду проснуться и продолжить исполнять свои обязанности. Какая ноша!

Мне стало стыдно, что я постоянно думал о себе и своих проблемах, в то время как она никогда не жаловалась и продолжала улыбаться мне своей особенной улыбкой. Поступил ли я правильно, поддавшись странному зову? Может, я сошёл с ума, оставив жену и детей ради чего-то необъяснимого?

С начала октября мой мир изменился. Я видел сны, в которых ощущалась сама жизнь. Если бы меня попросили рассказать подробнее, я бы, скорее всего, просидел молча, предоставив тишине говорить от моего имени.

Мне снились дикие заброшенные места, старая усадьба, болота, диковинные птицы и что-то ещё, что я отчаянно пытался вспомнить по утрам. Просыпаясь в поту, я бежал в ванную, закрывал дверь и стоял под горячим душем, разбирая на части ускользавший каждый раз один и тот же сон.

Никогда ещё дни не тянулись так долго! Мучения прекращались лишь с очередным приходом Морфея. Я засыпал и видел другую реальность, в которой всё было иначе. Меня в ней было много, каждая частичка тела наслаждалась пребыванием в неизвестности, а все мысли сосредотачивались на одном слове – «вечность».

Всё сложнее было делать вид, что всё хорошо, когда хорошее переместилось из яви в грёзы. Весь октябрь меня тянуло в направлении загадочной усадьбы, и я потратил не так уж и мало времени, чтобы найти знакомое место в реальности. Увидев кадры, рассмотрев их вблизи, я охнул от неожиданности! Это было взаправду! Мой мир из сновидений существовал. Отправиться туда стало моей навязчивой идеей. Меня будто связали нитями и с каждым днём всё сильнее тянули в сторону Усадьбы Вечности. Сердце моё было там, осталось только вернуть его телу.

Покупая билеты, я не мог не заметить подозрительный взгляд кассира. Он долго изучал документы, прежде чем поставить печати и отправить меня в сторону поезда, готового отправиться в путь. Всё происходило так быстро! И… я был счастлив! Будто моя мечта вот-вот готова была исполниться! Звучит нелепо, но я воспринимал поездку как маленькое приключение, в котором мне предстоит поучаствовать.

«Вот съезжу, разберусь в себе и сразу вернусь домой!» – думал я. «Что может пойти не так?» Что ж, мама однажды назвала меня наивным ребёнком.

Гостиничный дом «Две пиявки» встретил меня горящей вывеской о наличии свободных номеров, но достучаться до хозяина никак не удавалось. Я почти потерял терпение, когда, наконец, щёлкнул замок, и опрятного вида мужчина с улыбкой на лице вышел навстречу своему ночному гостю.

А этот гость, в свою очередь, успел испачкаться в грязи и промокнуть под моросящим дождём. Он ни капли не был похож на пристойного молодого человека, коим всегда и являлся. Владельца гостиницы, однако, ничто в моём внешнем виде не смутило.

– Добро пожаловать в «Две пиявки», сударь! Ох, мы уж и не ждали никого в такой час! Проходите, проходите! Подайте ваше пальто, будьте так любезны! – обхаживал он меня, принимая вещи и подталкивая к камину. – Как чувствовали, что надо поленьицев занести побольше. Вы не стесняйтесь, погрейтесь, видать, совсем продрогли! Погодка-то у нас не очень.

Я благодарно кивнул и поспешил вытянуть руки над потрескивающим огнём. В онемевших пальцах вновь пробуждалась жизнь. Не прошло и часа, как я сидел в тепле, у камина, под шерстяным пледом, с чашкой чая в руках. Хозяин гостиницы много болтал, но сперва вызнал моё имя, записал данные и вручил ключ от комнаты. Там я оставил свой скромный багаж и тут же принял приглашение спуститься вниз на чай.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.