Невеста ледяного дракона

Пролог

– Избранная найдена! – Юный помощник жреца так торопился, что споткнулся о порог и чуть не растянулся на каменном полу. Удержался только чудом, машинально схватившись за какую-то ткань, висевшую у двери.

«Какой-то тканью» оказалась мантия самого Араэна Белого Алебастра, предводителя Белого клана. И теперь на ней красовался грязный отпечаток пятерни.

Едва осознав свою оплошность, мальчишка побледнел и отпрянул в ужасе. В драконьей империи и за меньшее могли превратить в кучку пепла, а уж о бессердечности и жестокости белых драконов и вовсе ходили легенды.

– Араэн-лар, я почищу… Северным богом клянусь, ни следа… – залепетал мальчишка, суетливо оттирая рукавом пятно и не решаясь даже взгляд поднять на высокий силуэт у окна.

Плотная ткань была такой белоснежной, что рядом с ней и стоять-то страшно, не то что прикоснуться. Любая пылинка сразу бросалась в глаза, а помощник жреца битый час чертил углем руны в Тайном зале. Лучше бы они сегодня проводили обряд для кого-то из Черного клана! Уж на их-то мантиях следов сажи никто бы и не заметил!

– Оставь, – послышался безразличный голос.

Араэн отвернулся от окна и вскинул руку, жестом приказав мальчишке скрыться.

Такие мелочи сейчас волновали главу Белого клана меньше всего: он явился не на бал и не на поклон королю. Он прибыл в Храм Пятерых за наследником.

– Верховный уже ждет вас! – крикнул мальчишка из-за двери, и до Араэна донесся топот стремительно убегающих ног.

Щелчком пальцев избавившись от пятна, дракон набросил мантию на плечи и направился в Тайный зал. Он уже бывал здесь: просил у богов помощи в битве, унесшей его отца. Сколько минуло с тех пор? Сто лет? Пришло время задуматься о продолжении рода.

Правда, сам Араэн считал, что слишком молод для этого. Но старейшины не уставали напоминать ему о долге.

– Вам нужен сын, Араэн-лар! У главы Алого клана их уже двое, Араэн-лар! Дракон, чье семя дало всходы, становится сильнее, Араэн-лар! Вы только поставьте печать, а заявку на сосуд мы жрецам отправим сами…

Дряхлые паникеры со своими прописными истинами.

Араэн, конечно, поставил печать, но за четыре года успел про эту историю забыть. И вот вчера из Храма Пятерых прибыл гонец. Мол, ваша заявка одобрена, очередь подошла. Его святейшество готов телепортировать ваш сосуд. Получите, распишитесь.

Тайный зал был точь-в-точь таким, каким Араэн его запомнил. Безмолвные статуи пятерых богов с отрешенными ликами, тусклые отблески факелов, древние руны на стенах.

Но на сей раз к старым вырезанным в камне символам прибавились новые. Пол был исчерчен неизвестными Араэну знаками, а из-под тяжелой кованой двери, будто вросшей в стену, пробивался мерцающий голубоватый свет. Портал в мир, лишенный магии.

– Араэн Белый Алебастр, глава Белого… – затараторил тот самый неуклюжий юнец, что забегал в комнату ожидания и своим визгливым ломающимся голосом разрушил всю таинственную атмосферу.

Араэну даже показалось, будто магический свет стал чуть бледнее.

– Исчезни, Кастор! – рявкнул старик в длинном одеянии с капюшоном и с подобострастной улыбкой повернулся к гостю: – Добро пожаловать в Храм Пятерых, лар.

– Ваше святейшество. – Араэн коротко кивнул. Эти церемонии всегда были ему против чешуи.

К счастью, верховный жрец не стал тянуть время пустыми светскими беседами. Воздел руки к каменным сводам, прикрыл глаза.

– О Северный бог, первый из бесплотных, владыка и покровитель силы, хранитель молота и страж воинов. Возношу хвалу тебе за дары твои…

Араэн раздраженно стиснул зубы. Проклятая духовная бюрократия! Добиться аудиенции короля было легче, чем заполучить что-то от этих святош в колпаках. Четыре года обрабатывать заявку, это вообще как? Неужели не было способа как-то ускориться? Открыть портал, выдать сосуд – и дело с концом. Нет, будет сейчас по часу умасливать каждого из пятерых богов…

И точно: верховный не обошел вниманием никого. И Южной навешал комплиментов за ее сосцы, что выкармливают детей, и за ее плодородное чрево, и Рассветного уважил вместе с его музами и пегасами, и Закатной пожелал здравия и многая лета, что вообще-то прозвучало довольно странно. На кой ляд здравие богине смерти?

К тому моменту, как Верховный дошел до последнего бога – безликого Проклятого, Араэн уже с трудом сдерживал зевоту. Он и так сутки не спал, всю ночь летел, чуть не опалив молниями крылья над Штормовыми островами, потом полдня торчал в комнате ожидания…

– Да пошлют тебе боги плодородный сосуд, лар. Пусть груди ее будут полными, а бедра – широкими. Пусть родит тебе крепкого наследника.

Араэна так и подмывало ответить нечто вроде «Кончай уже с болтовней и открывай портал, старый ты хрен», но главы кланов так не разговаривают. Во всяком случае, публично.

– Благодарю, ваше святейшество.

Наконец верховный подошел к опутанной магическими нитями двери, ухватился за тяжелое кольцо и дернул на себя. Слепящий свет заполнил Тайный зал целиком, запахло озоном, воздух нагрелся, и по телу Араэна побежали электрические заряды.

Он слышал от других драконов, что межмировые порталы требуют самой мощной магии, но все же не был готов к такому потоку силы.

Когда глаза белого дракона привыкли к свету, он смог различить очертания женского тела.

Н-да, кого-то из богов верховный явно умаслил недостаточно.

Девица, которая появилась из недр портала, была не полноценным сосудом, а так… Сосудиком. Хрустальной вазочкой. И как это хрупкое тельце выносит Араэну сына? Где крепкая фигура, где мощные широкие бедра? Куда там, во имя Северного, поместится наследник дракона? И чем она будет его кормить? Да ее грудь в ладонь уместится!

Араэна не покидало чувство, что его жестоко обманули. Реальность не то чтобы не соответствовала его ожиданиям, она была прямо им противоположна. Меж тем девица из мира, лишенного магии, шагнула из портала и прошла в центр Тайного зала, шлепая аккуратными босыми ступнями по каменному полу.

Глава Белого клана впервые за век своего правления чувствовал себя растерянным. Он осматривал ту, что должна была стать вместилищем его семени, и не знал, с какой стороны к ней подойти, чтобы не сломать.

Полупрозрачная сорочка на тонких лямках почти ничего не скрывала от глаз: тонкая талия, бледно-розовая кожа, маленький круглый зад. Если бы Араэн не видел своими глазами, откуда появилась девушка, то решил бы, что в ее жилах течет эльфийская кровь. И только копна огненно-рыжих волос говорила об обратном. Точно! Рыжие волосы!

– По-моему, произошла ошибка, ваше святейшество! – заговорил Араэн, опомнившись. – Видимо, это сосуд для кого-то из Алого клана.

– Тише! – зашипел на него верховный. – Она под чарами. Думает, что это сон. Проснется, устроит истерику, и мы не сможем закончить обряд.

– Но…

– Никаких «но»! Или ты усомнился в воле богов?!

Араэн сжал челюсти. Наглый старик, Проклятый его подери!

И ведь не сделаешь ничего: служители Пятерых неприкосновенны, таков закон. И что теперь?! Кому писать жалобу? Где, во имя Северного, оформить возврат или хотя бы обмен? Или вот так стоять и безмолвно наблюдать, как жрец надевает им рунические браслеты, чтобы скрепить союз?

– Именем Пятерых назначаю тебя, дитя человеческое, сосудом Араэна из рода Белого Алебастра… – Верховный, игнорируя недовольство дракона, достал из складок своего одеяния изогнутый нож и сделал надрез на руке переселенки. – Пей! – велел он Араэну.

Дракон взял ладонь девушки и отпил каплю ее крови, как того требовал обряд. И вдруг поймал себя на мысли, что не хочет ее отпускать.

Нет, кровь была самая обычная. Никакой магической силы. Но вот кожа… Нежная, как тончайший шелк, что привозили в Эрдору из земель Синего клана. И этот едва уловимый аромат… Что это? Лаванда? Мед? Или какие-то горные травы? Араэн вдруг посмотрел на девушку другими глазами. Воздушная, невесомая. Манящая. Может, боги и правда не ошиблись, выбрав именно ее? Араэн представил, как переселенка обвивает его своими ногами, как ее огненные локоны падают ему на грудь в пылу страсти… Да, пожалуй, он смирится. Пусть, так и быть, именно эта счастливица вынашивает ему сына.

Дракон протянул девушке свою ладонь, и та послушно лизнула ранку. Араэн мгновенно ощутил, как воспламеняется его кровь. Да, боги определенно сделали правильный выбор. И как знать? Может, Араэн позволит ей родить еще парочку сыновей. И тогда новая мощь заструится по его жилам. И никто, ни один дракон не посмеет оспаривать его право на власть! Так отчего же не совместить приятное с полезным?

Глава 1

Вот сколько раз я зарекалась не соглашаться на все подряд? Не сосчитаешь. И нет же, опять набрала себе уйму заказов. Мама была права: жадность меня погубит. Но я так давно мечтала о своей кондитерской, так долго к этому шла… И теперь мне хотелось объять необъятное.

Свадебный торт. Пирожное с обручальным кольцом. Две упаковки капкейков. Меренги. Куда же без них? Разноцветные макаруны. Печеньки с шуточными предсказаниями. Вроде все… Ах, нет! Точно! Еще рождественские имбирные пряники в виде оленей и снеговиков! Только начало декабря, а люди уже вовсю готовятся к празднику.

С одной стороны, я, конечно, радовалась такому наплыву клиентов. Смогу закрыть год в плюсе – впервые за всю историю «Тортиков Полли». С другой стороны, такими темпами работа меня доконает. Шутка ли: вырубилась прямо за столом. Отмыла формочки, силиконовые коврики и кондитерские мешки, приняла душ, заварила себе чаю на травах и уже хотела отправиться в спальню… Но сон, которого я всеми силами избегала последние пару дней, настиг меня внезапно и безжалостно.

И такая ерунда снилась… Кому сказать – не поверят. Вроде и не смотрела на ночь никаких фантастических фильмов… Вот откуда что берется?

Во-первых, там было какое-то подземелье. Зловещее такое, жутенькое. С факелами, статуями, и повсюду – странные закорючки. Как вспомню, так вздрогну.

Во-вторых, там были двое мужчин. Один – старый, сгорбленный, закутанный в длинный плащ с капюшоном. Половину из того, что он говорил, я не понимала. Все обращался к каким-то богам и еще слова произносил загадочные… «Лэр-аэр-мэр…» Тарабарщина какая-то. Но этот еще ничего по сравнению со вторым типом.

Высоченный мужчина в белой мантии. Прямой как палка. Глаза серые, светлые, взгляд – колючий. И так он плотоядно на меня смотрел… Брр. Нет, в целом он, конечно, был ничего такой. Симпатичный. И фигура подтянутая, будто он в подземелье прямиком из фитнес-клуба пожаловал. Белые – то ли седые, то ли крашеные – волосы смотрелись странно, но ему шло. Хотя скорее всего седые, так как кто краситься-то будет? Неслабо мужика жизнь потрепала!

В общем, я бы не возражала против этого сна, если бы меня вдруг не начали резать. Буквально! Ножом! Боли я не чувствовала, но почему-то не могла пошевелиться и закричать. Тело напрочь отказывалось слушаться. А потом этот мужчина, который с белыми волосами, стал пить мою кровь. Не так, чтобы всю до капли, но все же пил.

Я еще подумала тогда, что больше никогда, ну просто ни за что в жизни не пойду с Лизой в кино на фильм про вампиров. Мы ведь смотрели его аж месяц назад, как раз на Хэллоуин. Но я, видно, настолько впечатлилась, что подсознание даже спустя столько времени решило сыграть со мной злую шутку. Во сне я тоже пила кровь! Этого самого беловолосого.

Что там было дальше, я толком и не запомнила. Лишь какие-то обрывочные картинки: полет, острые снежные пики гор, белые кожистые крылья. И тонкий серебряный браслет, который отчего-то прожигал мою руку. Словом, типичные фокусы перегруженного мозга.

Просыпалась я медленно и тяжело, вертелась в кровати с боку на бок, путаясь в одеяле и ежась от холода. Чувствовала себя дико уставшей и разбитой: видно, чтобы восстановиться после двух суток у плиты, мне требовалось чуть больше, чем одна ночь.

Откуда-то из глубин сознания пытались прорваться разрозненные мысли. Когда я успела перебраться в постель? И почему мне так зябко? Обогреватель в спальне всегда включен на максимум – такое уж я теплолюбивое растение. Но, едва появившись, мысли растворялись в сонном тумане. Разлепить веки не было сил, их будто кто-то основательно промазал суперклеем. И лишь когда я услышала тонкий переливчатый звон, меня наконец пробрало.

Клиентка! Она пришла за капкейками, а я еще не упаковала их!.. Я подскочила, ошалело озираясь по сторонам, и тут-то мне стало по-настоящему жутко.

Потому что комната была не моя. Меня окружали белые, как в дурдоме, стены. Стоп! Дурдом? Может, я так орала во сне, что кто-то из соседей вызвал санитаров из психушки?

Спокойно, Полин. Ты разберешься.

– Доброе утро, госпожа! – Женский голос прозвучал мягко и даже ласково, но меня чуть удар не хватил.

Я подскочила на кровати, хватаясь за одеяло, будто могла им хоть от кого-то отбиться. В дверях комнаты стояла невысокая полная дама… Хотя нет, скорее тетушка. Круглая, как калорийная сдоба. Ее жиденькие волосы мышиного цвета были стянуты в маленькую фигульку на макушке. Полноценным пучком эту конструкцию назвать как-то язык не поворачивался. Но что самое странное – на ней красовалось серое холщовое рубище в пол, будто бы сшитое из мешка для картошки. Нет, я знаю, конечно, что в частных клиниках и реабилитационных центрах форма у персонала бывает самая разная. Но такое? Либо это какой-то неведомый мне дизайнерский тренд, либо… Секта?!

Божечки, только не это! Клянусь, я буду читать «Отче наш» каждый вечер, только пусть это будет не секта!

– Где я? – прохрипела, чувствуя, как между лопатками проступает липкая испарина.

Точно чем-то накачали! Похитили! А я-то считала все эти криминальные репортажи по телеку бредом…

– Добро пожаловать в Эрдору, столицу земель Белого клана…

Мать твою! Это все-таки секта! Чокнутые фанатики! Вроде амишей. Я читала про них: отрекаются от благ цивилизации, живут где-то у черта на рогах шведскими семьями… Это ж надо было так влипнуть! И как теперь выбраться?! Маму увидеть, папу… А кондитерская моя? Столько работы насмарку! И крем прокиснет…

– Слушайте… – Я прочистила горло, выпрямила спину и сжала трясущиеся, как у алкаша, пальцы. – Вы не имеете права меня тут удерживать. Если вы отпустите меня прямо сейчас, обещаю: я никому не скажу. Где вы, что вы… Меня тут не было, ясно? И я не буду звонить в полицию, честное слово.

– Полици… – попыталась повторить за мной женщина, но запнулась, как будто я сказала какую-то скороговорку вроде «корабли лавировали». – Не знаю, что это. Госпожа, вы можете звонить куда угодно!

– Слава богу! – выдохнула я с облегчением.

– Я принесу вам колокольчик! – радостно улыбнулась женщина и скрылась за дверью.

Я так и застыла с разинутым ртом и выпученными, как у маминого чихуахуа, глазами. Какой, едрить его, колокольчик?!

Нет-нет-нет. Это все продолжение сна. Этого просто не может быть.

Я спустила ноги с кровати и принялась ожесточенно тереть виски. Давай, кровушка, приливай к мозгам! Проснись, Полина, слышишь?! Проснись сейчас же!

Но ничего не менялось. Белые стены и не думали растворяться в воздухе. Коврик, расшитый геометрическими узорами, не исчезал. В отчаянии я хлопнула себя по щеке и невольно взвизгнула от острой боли.

Нет, болела вовсе не щека, а ладонь. Я медленно поднесла руку к глазам, и меня чуть не стошнило от страха: на ней красовался красный порез. Именно в том месте, куда тыкал во сне изогнутым ножичком старик в капюшоне. А еще я увидела серебристый браслет. Тоже из сна…

И я заорала. Истошно, громко, рискуя порвать связки ко всем чертям. Орала что есть мочи, пока не заболело горло, а воздух в легких не закончился. И я уже собралась набрать еще кислорода для нового вопля, но в комнату суетливо вкатилась тетушка в сером рубище.

– Как вы просили, госпожа! – Она замерла в полупоклоне, почтительно протягивая мне колокольчик.

В любой другой ситуации я бы оценила изящную вещичку, но сейчас мне было не до эстетства. Я вскочила, выбила колокольчик из рук женщины и, вцепившись в ее плечи, закричала бедняге прямо в лицо:

– ГДЕ Я?! КАК МНЕ ПРОСНУТЬСЯ?

– Так вы вроде уже… Госпожа… – лепетала та, испуганно тряся вторым подбородком.

– Я сплю! – рявкнула, но хватку все же ослабила. И повторила чуть тише: – Где выход? Я хочу домой! Пожалуйста!

– Простите, госпожа, но вам пока нельзя покидать замок. Без особого распоряжения повели…

– За… – Я поперхнулась слюной и бессильно опустила руки. – Замок?! Какой, к чертям собачьим, замок?!

– Так я же все пытаюсь сказать, пытаюсь, а вы никак не изволите выслушать. – Тетушка обиженно поджала губы и принялась поправлять рубище. – Замок повелителя, конечно! Боги осчастливили вас! Вы станете сосудом для самого Араэна, первого дракона Белого Алебастра… Главы клана, между прочим! – И она приосанилась с таким видом, словно не несла секунду назад полнейшую околесицу.

– Это все розыгрыш, да? – Я прищурилась, осененная внезапной догадкой. – Пранк. Меня снимают. Где камеры? Лизка! Это твоих рук дело? – крикнула я, оглядываясь в поисках маленького объектива.

Все вдруг сложилось воедино. Я ржала над Лизкой за ее любовь к фэнтези. Подкалывала подругу, которая тащилась от вампиров, оборотней и прочей магической хрени. Она обожала посещать всякие ролевушки, самозабвенно шила себе наряды ведьм и принцесс, а к Хэллоуину и дню Святого Патрика готовилась тщательнее, чем к собственному дню рождения.

Ну конечно! Лизка решила отомстить. Подговорила знакомую, нашла помещение… Вот же коза!

– Госпожа, вам следует позавтракать. И баня для вас уже готова. Повелитель планирует посетить вас уже к полудню. – Тетушка наблюдала за моими действиями с опаской.

Не вышла еще из образа. А она хороша! Играет до последнего. Интересно, Лизка ее в каком-то театральном кружке отыскала? И костюм… Сшит-то как! Все достоверно, хоть кино снимай. Так и быть, Лизка. Ты победила. Больше никогда не буду шутить над твоими увлечениями.

– Браво! – Я размеренно захлопала в ладоши. – Как бы сказал Станиславский: «Верю!» Просто каждому слову!

– Так я принесу ваш завтрак? – Тетушка очень достоверно изобразила смятение.

– Ладно, хватит. Это уже не смешно. Разыграли – и хватит. Я купилась. Так Лиза-то где?

– Лиза?

– Да прекратите уже этот цирк! – Мое терпение таяло, как сливочный крем на горячей выпечке. – Все. Я ухожу.

И я решительно направилась к двери, но женщина с удивительной для ее комплекции прытью преградила мне дорогу. Шаг влево – она уже там. Вправо – и снова она. С минуту мы играли во вратаря и футбольный мяч, а потом я психанула.

– Да пошла ты! – выплюнула сквозь зубы и побежала к окну.

Ни решеток, ни замков. Если уж не выпрыгну, то хотя бы позову на помощь. Рано или поздно я все равно доберусь до Лизки, и вот тогда ей точно не жить.

И я уже взялась за оконную ручку, но тут взгляд мой упал на пейзаж снаружи.

«Не может быть», – первая мысль.

«А-а-а-а-а!» – вторая.

И все. Полный вакуум.

Потому что о чем вообще можно думать, когда видишь вокруг заснеженные горы, а где-то там, далеко внизу, целый город, о котором тебе не рассказывали ни на одном уроке географии? Незнакомая архитектура. Остроконечные крыши, похожие на иглы, а вокруг – стена из белого камня. А главное – сама я при этом была в здании такой высоты, что рядом с ним Останкинская башня показалась бы курятником. И если бы я решила все же выпрыгнуть из окна… Лететь бы мне пришлось явно долго.

Пол покачнулся под ногами, дыхание перехватило, и я отпрянула от окна, вжавшись в стену. Версия с дурдомом уже не казалась такой нелепой.

Все было просто: я рехнулась. Мой воспаленный мозг издевается надо мной, показывает идиотские мультики. Бедная моя мамочка! Я медленно сползла на пол, уткнулась лицом в колени, и слезы бессилия полились, что твоя Ниагара.

– Ну что вы, госпожа! – Тетушка присела на корточки рядом со мной и сочувственно похлопала по спине пухлой ладошкой. – Радуйтесь. Скоро к вам придет наш повелитель. Такой шанс выпадает одной из миллионов!

– С ума сойти?.. – с трудом выдавила я, изо всех сил стараясь не завыть в голос.

Женщина – или плод моего воображения? – истолковала мои слова по-своему.

– А я о чем! – обрадовалась она. – Пойдемте, госпожа. Умойтесь. Я принесу вам завтрак.

Как оказалось, мозг психически нездоровых людей способен творить удивительные вещи. В моей новой иллюзорной тюрьме обнаружилась еще одна дверь. Или я выдумала ее только сейчас? Так или иначе, фантазия, в которой я очутилась, предусматривала все удобства. Шизофрения класса люкс. Звучит!

Дверь вела в миниатюрный СПА-комплекс. Назвать это помещение просто ванной было бы как-то оскорбительно. Потому что помимо собственно ванны на изогнутых лапках там располагалась широкая мраморная скамья и печь с раскаленными камнями. Стоило мне войти, как меня окутал влажный жар, а в ноздри ударил запах хвои. Только тогда я осознала, как же сильно замерзла.

Искушение было слишком сильным, и я решила все вопросы психотерапии и попытки самолечения отложить на потом. Повесила ночнушку на крючок, растянулась на скамье и блаженно прикрыла глаза, позволяя теплу проникнуть в каждую клеточку моего тела.

– А вот это правильно, госпожа! – раздался над ухом голос моей вездесущей надзирательницы. – Я хотела попарить вас после завтрака, но вы вольны делать, что пожелаете.

– Ага, только выйти отсюда не могу, – пробормотала я отрешенно.

То ли от жары, то ли от смертельной усталости мной овладела жуткая апатия.

– Зато можете выбрать масла! Мята, цитрусы, лаванда, хвоя… – До меня донеслось бряцание стеклянных пузырьков.

– Давайте хвою. Новый год на носу. И цитрус. Гулять так гулять!

Вся эта дичь начинала меня порядком забавлять. Я ничего не знала о том, как устроено помешательство, но почему бы не поэкспериментировать? Может, я и вовсе смогу контролировать иллюзии! Сначала научусь управлять этой услужливой тетушкой, потом силой воли перенесу себя куда-нибудь на Мальдивы. Поди плохо?!

– И массаж. Ног, – потребовала я, осмелев. – И спины. Разомните меня как следует, мадам.

– Мадам? – Женщина замерла с пузырьками в руках. – Вы обознались, госпожа. Меня зовут Даумра.

«Дура тебя зовут», – подумала я, но вслух ничего не сказала. Вежливость, чтоб ее. Даже плоду своего воображения толком нахамить не могу. Да и как хамить человеку, который месит твое тело, как тугое тесто? Руки у этой самой Даумры оказались на редкость сильными, будто она в свободное время только и делала, что скручивала ломы в разные загогулины.

Охнув и закусив до боли губу, я вцепилась в мраморную скамью. Ощущение было такое, словно еще чуть-чуть – и в моей тушке не останется ни одной целой косточки. Ох, не это я имела в виду, когда просила размять меня как следует!

– Не… надо… – просипела из последних сил.

– Еще чуть-чуть, госпожа. У вас тут зажато все. Надо расслабиться, чтобы семя повелителя проросло и дало всходы…

– Да что б вас… Тут еще и кружок юного садовода?

Отлично. Даже рехнуться по-человечески не могу. Сейчас меня заставят копаться в земле, а я это дело люто ненавижу. Вот есть у кого-то «зеленые руки» – ножку от табуретки в грядку воткнул, полил, и на ней уже колосятся всякие ананасы. Взять, к примеру, мою маму: как она в нашем-то климате на крошечном клочке земли умудряется вырастить целый овощной отдел супермаркета – уму непостижимо. А у меня один-единственный кактус в горшке – и тот сдох. Может, я сюда попала какой-то кармический долг отработать?

– Другое дело. – Даумра отстранилась, окинув меня удовлетворенным взглядом художника, только что дописавшего свою «Мону Лизу». – Вы теперь отдохните немного, завтрак уже в ваших покоях.

– А одежда какая-нибудь есть? – Я приподнялась на локтях. – Там холод собачий…

Круглое лицо моей банщицы вытянулось, в бесцветных глазах мелькнул неподдельный ужас.

– Ох, да как же я это так… Во имя Южной, простите, госпожа! Запамятовала совсем! Хотела ведь к швеям забежать… Платья-то ваши первым делом приготовили! Прошу, только не говорите повелителю… Ох, стыд-то какой…

Сокрушаясь и рассыпаясь в извинениях, Даумра засеменила прочь из ванной, а я наконец смогла насладиться тишиной, прислушаться к новым ощущениям.

Еще пять минут назад мне казалось, что после зверского массажа на мне и живого места не останется. Что я не то что встать – я и разогнуться-то больше никогда не смогу. Однако же Даумра свое дело знала: во мне появилась какая-то чудная, неведомая доселе легкость. Мышцы стали мягкими, эластичными, как сахарная мастика. Хоть на шпагат садись. Кожа, напитавшись ароматными маслами, обрела гладкость, и если бы не зверский голод, стиснувший желудок в тиски, я бы сказала, что все идет не так уж и плохо.