Охота на мавку

© Черчень А., 2015

© ООО «Издательство «Эксмо», 2015

Глава 1

О планах, провалах и приглашениях

Что такое не везет и как с этим бороться?

Почему-то с момента поступления в Академию Триединства мои неприятности не только не закончились, а лишь увеличились. Как в количестве, так и в качестве!

Словно мало было родственников, которые ищут беглую княжну в моем лице и страстно жаждут уложить на алтарь и прибить во имя высоких целей?

Но только сбежала от них и поступила на факультет интриг и пакостей, как «продолжение банкета», разумеется, не заставило себя ждать!

Сначала мной заинтересовался северный демон-кицунэ, а после него Глава Ассамблеи призраков и прочая нечисть и нежить нашего достойного учебного заведения. Увы, это цепная реакция. Логика сильных проста.

Если их влиятельные противники ни с того ни с сего обратили на кого-то внимание, то им самим это тоже не помешает сделать. Хотя бы ради проформы. У всех свои интересы, и этим всем что-то надо от маленькой, скромной мавки.

Но сейчас я не переживала о глобальных проблемах! Я волновалась о насущном! Своей девичьей чести, например.

Которой не на шутку заинтересовался покусанный и привороженный кицунэ. К сожалению, Алинро Нар-Харз мало того что не отступился от своих притязаний – он стал еще более настойчив.

Я металась по комнате, не обращая внимания на лениво наблюдавшую за мной Айлири, которая одновременно вязала шарфик невероятно дикой расцветки. Ядовито-зеленый цвет в сочетании с розовым смотрелся поистине кошмарно!

Как оказалось, думать о великой мсте лису было классно, но ровно до тех пор, пока ребром не встал вопрос о том, как же добыть мстителя. Как назло, Ильсор, который еще недавно постоянно на глаза попадался, ни разу не появился за целые сутки, прошедшие с потрясающего по своей смелости и подлости предложения Нар-Харза! Взывания в стиле «Ильсор, приди!» тоже не сработали.

Короче, я медленно, но верно начинала паниковать…

Вдобавок ко всему Грэг нас с Айли старательно избегал, и это, разумеется, тоже не радовало, а весьма расстраивало. Хотя я отлично понимала причины такого поведения и даже отчасти радовалась тому, что парень в силах держать себя в руках.

Но все же что делать?!

У меня завтра прогулка с этим гадом, да, и, судя по тому, сколько я уже принимаю те препараты, которые выдал лис, скоро грядет рандеву с вампиром. А после… Ох, Водяной, даже думать не хочу!

– Нэви, хватит так нервничать! – спокойно проговорила Айли, критически рассматривая свое творение. – Все не так плохо, как тебе может показаться.

– Верно… – угрюмо кивнула я и плюхнулась на постель рядом с дриадой.

– Все еще хуже! – торжественно заявила мне она и ровным, спокойным тоном спросила, указывая на свое вязание пальчиком с аккуратным розоватым ноготком: – Мне кажется, этот ряд немного перекошен…

– Разве что чуть-чуть, – устало вздохнула я, скинув тапочки, плюхнулась на кровать, подтянула колени к груди и тихо прошептала: – Айли, я так не хочу! Я же не вещь, я – живая, и я чувствую! А он – грубый хам. Как вообще можно так с кем-то обращаться, так разговаривать?! И знаешь, что самое «веселое»?

– Что? – Подруга сочувственно посмотрела на меня.

– Если бы он не был таким… песцом последним и вел себя иначе, я бы преотлично сдалась сама на милость победителя!

– Нравится? – сочувственно вздохнула блондинка, придвинулась ближе и, отложив вязание, ободряюще сжала мою ладонь.

– Мог бы понравиться! – откорректировала я. – Если бы не оказался таким вот при ближайшем-то рассмотрении.

– Нэви… Ну а что тут поделаешь? Ты с самого начала знала, что этот лис – не прелесть мохнатая, а зараза волосатая! И да, ты придумала, как духа вызывать?

– Надо в призрачную Башню идти! Ночью…

– Нет, это, конечно, дело замечательное, но, если учесть патрулей, гуляющих по Академии в поисках неведомого гада, который уже второго студента убил, маловыполнимое! Мы совершенно не знаем, где можно на них наткнуться. И хорошо, если это будут стражники, а не убийцы.

Я погрустнела и нервно сцепила пальцы. По официальной версии – у нас две жертвы. А вот Ханна осталась забыта… Это очень странно! Друзьям сказали, что девушка уехала, и они даже не пытаются найти куда, послать письма, выяснить, все ли хорошо! Меня поражает такая черствость, особенно со стороны Грэты, которая была очень дружна с Ханной… Они обе – сироты, и это их сближало.

Подозреваю, если бы последний труп пакостника не видели остальные ученики, то он бы тоже «уехал»!

– Таким образом, до Ильсора не добраться… – резюмировала я, с грустью глядя перед собой. – Но что делать-то?!

– Пока – расслабиться! – посоветовала дриада. – Прямо сегодня вечером или завтра днем тебя в постель не потащат. Я вообще сомневаюсь, что тебя туда поволокут без твоего согласия. Ибо лис наверняка планирует получить удовольствие, а вот если девушка кричит и вырывается… Ну не садист же он?

– Я уже не уверена! – передернулась, вспомнив мрачный, жадный взгляд мужчины.

– А я уверена, – флегматично ответила Айли и, смерив меня долгим взглядом, напомнила: – Вообще-то у некоторых «хвосты» висят!

– Висят, – печально вздохнув, подтвердила я и села за стол, наугад подтянув поближе один из конспектов.

– Молодец! – одобрила проблески сознательности дриада. – Попытайся воспользоваться той методикой запоминания, про которую Грэг рассказывал.

– Ага, – согласилась я, погружаясь в мир знаний о подлогах и обманах.

Так прошло еще почти два часа.

Наконец я тяжело вздохнула, запустила руку в волосы и, перебрав спутанные пряди, решила:

– Знаешь, пойду-ка я искупаюсь! Надо успокоиться и подумать, а вода мне всегда помогала. Мавка я или не мавка?!

Я поднялась и прошла к шкафу, из которого выудила полотенце и сменное белье.

– Мавка из тебя сомнительная какая-то!

– Это в каком смысле?! – изумилась я и повернулась к подруге. – Или ты про общепринятый типаж?

– Ну, да… Я общалась с одной мавкой, но не благородного рода правда. Глуповатая, легкомысленная, в голове одни мужики и их вкусовые качества. Этот сладкий, а другой – не особенно… А вот тот – вообще мечта, но снисходит только по праздникам. Нэви, неужели вы их кусаете?! Просто о мавках не очень много известно, а мне любопытно.

– Нет! – немного смутилась я. – Для нас желание мужчины пахнет… да и вкус имеет. Кто-то приятный, а кто-то не очень.

– А как пахнет лис? – коварно поинтересовалась подруга, прищурив голубые глазки и многозначительно подвигав бровками.

Я покраснела. Сильно, аж щеки зажгло и уши начали гореть. Потом скомкала вещи, отвела взгляд и невнятно буркнула:

– Не знаю… Не помню!

– Да-а-а-а?! – Дриада всем своим видом выразила сомнение в том, что сказанное правда.

– Да! – рявкнула я в ответ и торопливо смылась за дверь. – Я купаться… Вот! Вода ждет.

Уже когда я торопливо шла по коридору, мысленно прокляла свою несдержанность. Нужно было спокойно ответить, а не с головой выдавать себя!

Тем более… Эх! Лис был вкусный.

Мавочная сущность внутри кокетливо мурлыкнула, подтверждая – да, был очень вкусный!

Я отмахнулась от этих глупых мыслей и ускорила шаг, почти переходя на бег. Вода, мне нужна вода! Расслабиться, позволить прозрачным потокам омыть тело, унести с собой тревогу и страхи.

Расчет оправдался. Из душа я вышла посвежевшая, повеселевшая и на полном серьезе считающая, что жизнь хороша! Она такая, как я ее воспринимаю.

Ильсор, конечно, кинул свой десерт на лисий произвол, и это обидно, но можно попробовать и без призрака справиться. В худшем случае можно сделать ход конем… После которого партия пойдет по совершенно другому плану.

Всегда есть выход!

А еще нужно подумать и о хорошем. Например, о том, что скоро стипендия. А еще скоро день рождения нашего факультета, и все дружно обещают нечто невероятное. Короче, будет большая пьянка, замаскированная под приличное мероприятие. И я, учитывая, насколько сложными выдались последние недели, твердо намерена принять в ней участие!

А еще там будут танцы. Мавки любят танцы!

Я довольно улыбнулась и замерла в общем коридоре, размышляя над тем, сворачивать ли мне к нашей комнате или пойти погулять в парк.

Выглянула в окно. Деревья понемногу окутывались туманом, а небо хмурилось, намекая, что еще немного – и погода окончательно испортится. Я зябко поежилась и решила вернуться к Айлири, тем более она хвасталась, будто родственники прислали ей какой-то потрясающий чайный сбор, который грех не попробовать.

Но… Не судьба, видно.

Умиротворение, которое на меня было снизошло, весьма быстро выгнали.

– Мав-с-с! П-с-с-с! – громким шепотом донеслось до меня. – Да мавка-ш-ш-ка-с же!

Я недоуменно огляделась, пытаясь понять, откуда доносится звук.

– Да мав-ш-ка! – прошамкали уже почти с угрозой в голосе. – Я тут!

– Где – тут? – неподдельно озадачилась я и даже посмотрела вниз, но на полу ожидаемо никого не обнаружила.

– Тут! – торжественно «уточнили» направление поисков. – На двери я!

Послушно посмотрела направо. Один из закрытых коридоров нашего общежития. Дверь как дверь! Высоченная, из темно-красного дерева, с фигурной резьбой и страхолюдной металлической мордой с кольцом во рту.

Морда поморгала на меня возмущенными глазами навыкате и еще раз прошамкала:

– Виш-шдиш-шь?

– Вижу!.. – зачарованно кивнула я.

– Молодец! – одобрила такой прогресс рожа и продолжила: – Я вынуж-ждена сообш-шишь…

– Почти ничего не понимаю! – Я беспомощно развела руками.

Меня смерили уничижительным взглядом, выразительно скривились, заставив вздрогнуть от страхолюдного перекоса и без того своеобразной моськи.

– Кольш-шцо ижо рта доштань!

Я с опаской приблизилась и взялась за кольцо, которое на удивление легко поддалось.

– Тьфу! – обрадованно высказалась дверная морда. – Шпасибо. То есть – спасибо! Эх, за столько веков, да с этой «пустышкой» в пасти даже проблемы с дикцией начались!

– А вы, собственно, кто?

– Как – кто? Неужели не видно? Я – дверная ручка! Можно – Дверуна.

– Очень приятно! – заверила Дверуну, пребывая в некотором шоке от того, что она вообще… живая, так сказать.

– И мне – приятно! – оказали ответную любезность. – Я рада, что тебя тогда в Башне призраки не сожрали.

– Ты видела? – неподдельно удивилась я.

– Я – везде! – пояснила морда, жутковато улыбаясь. – В любой ручке такого типа. Нечто вроде духа…

– Понятно. И чем обязана? – Я решила сразу перейти к делу.

– Щас! – заверила меня Дверуна, и выражение металлической физиономии стало таким мрачно-официальным и торжественным, что я даже восхитилась. – Итак… Госпожа Невилика Подкоряжная! Глава Ассамблеи и Ваш покровитель просит навестить его.

– Где? – подозрительно уточнила я.

– В гробу! – донельзя язвительно выдала Дверуна, а после закончила: – В его апартаментах, конечно!

У духа есть апартаменты?! Интересно!

– Когда и куда мне идти?

– Да прямо сейчас! – Дверуна замерла, прислушиваясь, и я последовала ее примеру, тут же различив приближающиеся шаги. Ручка опомнилась и, распахнув пасть пошире, велела:

– Клади пустышку!

Я поспешно сунула ручке в пасть кольцо, опасаясь, что если меня обнаружат с ним в лапках, то ничем хорошим это не закончится. Дверуна сомкнула губы и тотчас замерла в неподвижности. Я же метнулась на другую сторону коридора и приняла вид печальной девы, смотрящей в пасмурную даль.

Иллюзорная даль за окном радовала хмурым небом, в котором носилась парочка драконов. Судя по всему, наши маги-художники искренне пытались изобразить там какую-то эпическую битву. На мой скромный взгляд, у них это не получилось. Драконы напоминали не величественную расу, а каких-то рахитичных ящериц, да еще и со слишком маленькими крыльями. К тому же пьяных ящериц… потому что в попытках напасть друг на друга они постоянно промахивались или вообще падали вниз, запутавшись в воздушных потоках.

Подняла глаза и прочитала выведенные на медной табличке буквы. Удивилась!

«Величественный брачный танец хозяев небес!»

В этот самый миг один из «хозяев» торжественно шмякнулся на землю, а я поняла: не надо верить тому, что «на заборе написано».

Отвлекая от эпической картины, из-за угла вышли несколько девушек. Меня, по всей видимости, узнали, окинули долгими, почти обдирающими взглядами и, фыркнув, прошли мимо. Уже через полминуты я услышала злобное шипение:

– Бессердечная! Так Грэгори мучает, швабра болотная!

Все затихло вдали, отдаваясь лишь эхом разговоров, и я с ужасом поняла, что рано расслабилась. Леший, да сколько же можно?! Проще назвать ту область, в которой у меня нет неприятностей, чем долго перечислять проблемные.

Так! Опять я расслабилась и начала себя жалеть… Нельзя думать о том, как все плохо! Потому как размах и качество моих несчастий вызывает лишь уныние.

Я воровато оглянулась и ветром метнулась обратно к Дверуне. Корректно постучала по медному лбу.

– Уважаемая, не подскажете ли, как именно пройти к апартаментам Главы Ильсора?

Морда тут же ожила и выразительно скосила глаза направо.

– Что? – не поняла я такой пантомимы.

Тяжкий вздох и невнятное:

– Дерни жа веревошку, и дверь откроетша!

– Какую веревочку? – совсем уж опешила я и, пристально изучив предложенное направление, увидела там лишь толстый портьерный шнур. Сделала несколько шагов, провела пальцами по тугому переплетению нитей и уточнила:

– Оно?

– Да!

– Вот я дерну, и что случится? – Я не спешила так уж сразу верить неизвестно кому.

Да и вообще, если я еще недавно стремилась увидеть Ильса, то теперь идти невесть куда по явно потайному ходу не особенно хотелось.

– Шработает механиж-с-м, и откроется дверь!.. – терпеливо объяснила Дверуна и тут же злобно прищурила маленькие глазки. – Дергай уж-ше, школько маяться можно?!

Я, решив, что хуже в моем положении быть уже не может, послушно дернула.

И жизнь привычно доказала мне, что нужно быть оптимистом и хуже может быть всегда!

Внизу что-то заскрежетало, а потом мраморный пол разъехался под ногами, и я с визгом полетела куда-то вниз, глядя на то, как смыкаются плиты над головой, оставляя меня в кромешной тьме.

Глава 2

Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро!

…Летела я недолго. Потом впечаталась во что-то упругое и мягкое, которое тут же приняло меня в ласковые объятия.

Минута у меня ушла на то, чтобы смирить панику, которая требовала решительных действий. Например, воплей, криков, а еще можно побиться в истерике!

– Мамочки… – простонала я, пытаясь быть оптимистом.

Оптимизм радостно заявлял: мы, конечно, живы, но неизвестно где и также неизвестно, на что мы упали. А стало быть, у нас впереди масса интересностей и позитива! Несомненно…

– Бобро поржаловать в Шстрашное и Глубокое Поджемелье! – радостно возвестил голос Дверуны.

– Зараза! – взвыла я, пытаясь сесть. – Предупреждать же надо!

Загорелся тусклый свет, и я, оглядевшись, поняла, что нахожусь в небольшом каменном мешке и сижу наверху странного шара, словно сотканного из паутины. Тут была лишь одна дверь, на которой, собственно, и находилась дверная морда, только теперь в виде барана.

– Отвратно выглядишь! – злорадно отметила я, намекая на зеленые проплешины на морде и неизменное, но на сей раз ржавое, кольцо во рту.

С некоторым трудом я начала сползать со спасшей мне жизнь подушки безопасности. Она была огромная, метра два в высоту точно!.. А потому я слезала осторожно.

Когда оказалась на полу, подошла к двери и дернула за кольцо, которое, ожидаемо, осталось у меня в руках.

Морда прокашлялась и заявила:

– Если бы я предупредила, то ты бы не стала спокойно стоять!

– Дальше-то что? – угрюмо спросила я, выразительно покачивая колечко в руке и вполне серьезно размышляя, а не засветить ли этой железяке промеж рогов?!

В двери что-то щелкнуло, и она приоткрылась.

– С той стороны тебя встретит проводник и доставит к Главе. Удачи, болотница несчастная!

– Почему несчастная?

– А ты, можно подумать, счастливая? – фыркнула морда, скептически глядя на меня, и доверительно сообщила: – Мавка, ты у нас сейчас весьма популярная в узких кругах фигура! Ставок на тебя – тьма! Особенно всех интересует, выживешь ли ты после внимания Ильсора.

– Это в каком смысле?! – совсем уж обалдела и донельзя насторожилась я.

– Да в прямом! В своем пространстве, а особенно с источником под боком, он в определенном смысле материален. И иногда Главу тянет на живое тепло. Ностальгия, видать… Ну, или извращенец, что более вероятно. И вообще, всем интересно, кто же сорвет цветок невинности! Претендентов уже немало. И ставки-то растут!

Металлическая морда похабно подмигнула и расплылась в совсем мерзкой, на мой взгляд, улыбочке.

– Чего?! – пролепетала я, уже совсем не горя желанием куда-либо идти.

– Ничего! Отдай кольцо и шуруй к Главе! Он ждать не любит и гневается. А злить Ильсора не советую…

Я вернула требуемое и робко выглянула в коридор.

И увидела умопомрачительную улыбку нави во все клыки. Псина растянулась поперек узкого пространства коридора и, судя по оскалу, была крайне рада меня видеть!

– Ну, здравствуй! – радостно поздоровалась она, одним текучим движением поднялась и прогнулась в спине. – Долго ты, мавка! У меня аж мышцы затекли!

– Здравствуйте… – растерянно отозвалась я и сделала пару шагов вперед. – Вы от Ильсора?

– Какая вежливая!.. – неподдельно умилилась нежить, сверкнув красными глазищами. – Это правильно, это верно. Вежливые живут дольше – доказано! И бьют их, к сожалению, меньше, и это тоже лично мной доказано.

– Рада за вас… Может, уже пойдем? Тут и правда не жарко.

– Иногда – жарко! – Навь передернулась и, развернувшись, потрусила вперед. – Идем так идем. Впервые вижу, чтобы овцы с таким энтузиазмом скакали на заклание…

Я промолчала.

Навь некоторое время следовала моему примеру, а после вновь вкрадчиво завела:

– Неужели ни граммулечки не интересно и ни капельки не любопытно, какую участь он для тебя приготовил?

Я подозрительно глянула на нежить, не совсем понимая, зачем приспешникам Ильса так меня запугивать. И… Мне казалось, что Глава умный призрак, которому свойственно держать свое слово! У нас есть договоренность… А слуги об этом не знают. Так зачем нави сейчас рассказывать мне всякие жуткости? Распоряжение духа? Вряд ли… Я ему нужна нормальная, а не трясущаяся от ужаса. А вот навь питается страхом, болью и прочими плохими чувствами! Своевольничаем, значит?

– Голодная? – спокойно спросила я.

Красноглазая аж с шага сбилась, но не остановилась, продолжив путь в молчании. Заговорила не сразу:

– С чего взяла?

– Я уже встречалась с Главой! И не один раз… – невозмутимо ответила я и приподняла юбки, спускаясь по ступеням. По обнаженным ногам прошелся холодный ветер, и кожа покрылась мурашками, от чего мне стало еще неуютнее, чем было раньше.

– Это должно мне что-то сказать? – фыркнула наглая нежить, лениво махнув хвостом.

– У меня нет оснований считать, что меня с ходу сожрут! Или еще какую-нибудь гадость сделают. У нас с Ильсором своего рода договоренность. Стало быть, он не стал бы отдавать распоряжений о том, чтобы ты произвела на меня как можно более… сильное впечатление. Значит, это личная инициатива!

– Ну да, – печально вздохнула навь.

– Разве вас не кормят? – полюбопытствовала я. – Насколько я знаю, любая нежить на службе у Академии получает доступ к источнику. Стало быть, ты не голодаешь!

Она молчала долго. Камни проносились мимо, коридоры оставались за спиной, а свет гас, как только я проходила очередной светильник. Откуда-то слышалось журчание воды, тянуло сыростью, холодом и тленом. Спуски сменяли подъемы.

– Представь себе питательную и сытную, но совершенно безвкусную и однообразную пищу… – наконец прозвучал в подземелье тихий голос нави. – Она удовлетворяет все жизненные потребности, но… Вокруг тебя много другой еды. Живые! Которые любят, страдают от боли, смеются и плачут. Любое из перечисленного – это такой восхитительно вкусный букет, что удержаться очень сложно. Но нам разрешают подбирать лишь те крохи, которые витают вокруг! От очень-очень сильных эмоций.

– Ты потому и пыталась меня напугать?! – не прониклась состраданием к участи нави я. – Просто полакомиться хотела?!

Навь уставилась на меня страдальческим взглядом, и мне почему-то стало стыдно.

– Вот хотела бы я посмотреть, если бы тебя на хлеб и воду посадили, а вокруг постоянно тортики на ножках носились!

– Я для тебя тортик на ножках?! – уловила главное в высказывании нежити и на всякий случай отступила.

– Сейчас ты – изрядно помятая пироженка! – хмыкнула в ответ красноглазая и ускорила шаг. – Мы почти пришли.

Надо признать, я ожидала чего-то интересного. Все же апартаменты Главы призраков, там по определению должно быть величественно, жутко и потусторонне прекрасно!

Но… Навь оставила меня возле совершенно неприметной деревянной двери, обитой полосками железа, и тут же, беспечно помахивая хвостом, скрылась за углом.

Даже не попрощалась! Почему-то это меня немного обидело.

Я отвесила себе мысленный подзатыльник за такие бредовые мысли и решительно постучала.

И ничего не произошло.

Еще раз постучала!

Из двери наполовину выплыл Ильсор и иронично осведомился:

– Невилика, чем же я, по-твоему, двери открывать должен?

– Эм… – опешила я, но тут же нашлась: – Можно было сказать: «Входите».

– Я не люблю кричать! А еще я устал… И да, входите.

Ильсор скрылся в двери. Я несколько секунд на нее смотрела, а потом с натугой открыла. Она поддавалась с трудом, ржавые петли противно скрипели – свидетельство того, что живых посетителей у призрачного покойничка давненько не было!

Я зашла и оказалась в небольшой комнате, когда-то давно служившей кабинетом.

Очень давно! Настолько, что уже полуистлели ковер, обивка мебели и портьеры на окне, а за ним бушевало магически наведенное несуществующее море. Настолько, что пыль лежала толстым слоем на столе, комоде, книжных полках и серванте с тусклыми стеклами, за которыми угадывались силуэты вещей. Настолько, что тут не осталось иных ароматов, кроме запаха камня и древности. Я смотрела на остатки этого места, и мне было грустно. Почему-то казалось, что его некогда любили и на обстановку кабинета хозяин потратил немало времени и сил.

Я вопросительно посмотрела на духа. Он, прислонившись к стене, так же, как и я, скользил по интерьеру задумчивым взором. Когда мы встретились взглядами, Ильсор покачал головой и тихо сказал:

– Оказывается, я настолько давно тут не появлялся, что…

Повисла пауза. И ее даже не надо было заполнять.

Настолько давно, что забыл о течении времени? Он настолько давно мертв, что упустил из вида и то, как эта сила разрушает вещи… И нас?

– Вы хотите говорить именно тут? – спросила я.

– У меня нет вариантов, – кратко ответил Глава Ассамблеи, заинтриговывая меня еще больше, и прошел к массивному креслу. – Присаживайтесь, Невилика… Хотя, если захотите постоять – я пойму. В отличие от меня вы можете испачкаться.

Я сделала несколько шагов вперед и провела кончиками пальцев по спинке кресла, задумчиво растерла меж подушечек серую пыль и, стиснув в другой руке полотенце, которое все это время таскала с собой, ответила:

– Вы не против, если я использую это как накидушку?

– Разумеется, нет, мавочка.

Он молчал, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза. Дух был почти прозрачным и трудно различимым для глаз. Устал? Вот уж не думала я, что мертвым известно это чувство! Но оказалось все же известно.

И он говорил – «нет вариантов»… Я слышала – у всех призраков есть их места силы, откуда они черпают энергию, память о своем прошлом, и это помогает поддерживать облик.

Получается, в данном случае одно из мест силы – его кабинет?

Кем же ты был при жизни, Глава призрачной Ассамблеи? Кем ты был, если после смерти оказался на поводке у ректора Академии. Его правая рука, слуга, начальник СБ внутреннего периметра зданий…

Пока я сидела и думала, все предметы в комнате начали окутываться зеленоватым свечением, которое отделялось и летело к Ильсору, впитываясь в его тело. Спустя несколько минут мои предположения подтвердились – я вновь могла видеть и различать детали его внешности и одежды. Он и правда был утомленным… Странный призрак.