Мисс Неугомонность

Глава 6

– Привет, мудачина махровый! – невесело помахал я собственной мрачной небритой роже в зеркало ванной. – Поздравляю, бля, ты превзошел самого себя многократно!

Осознание эпичных размеров косяка, совершенного в отношении рыжей той-терьерши, настигло меня сразу, как только я услышал звук движка ее отъезжающей машины. Какого хера было уезжать… в таком состоянии. Кто за руль садится весь в соплях и когда руки еще небось трясутся после… У меня так реально тряслись, да еще и яйца свело от офигенного облома. Но этим мерзавцам так и надо – не хрен было поддерживать мистера Тупого в его затее сунуть свою голову туда, куда… где…

А ну лег обратно, сука, и вообще сдох!

Ага, это все равно, что орать на безмозглого, ничему не обученного пса. Надрывайся, как идиот, хоть до посинения, а он все равно творит что вздумается, да еще с энтузиазмом, достойным лучшего применения.

– И, по чести говоря, не один я во всем виноват! – заявил я своему отражению, покосившись в сторону душевой. Нужно пойти и смыть с себя к херам этот запах… ощущение. Надо. Но вместо этого опять поднес к лицу ту самую руку, которая побывала в ней. В Мари.

– Бля-а-а-а, – прошипел и скрипнул зубами. Как же она пахла.

Дура!

Кто так поступает, а? Отдаться впервые на е*аном столе какому-то чуть не первому встречному придурку! Как будто она обычная сучка проходящая, дешевка – повертел на х*е и забыл, шалава, которой все равно с кем.

Или правда все равно? А если бы кто другой вошел, она бы и с ним?..

Затряс башкой, прогоняя вставшую перед глазами багровую пелену. Пи*дец, а мне не пох ли? Еще как! Но, блин…

Короче, так: мне посрать, почему, зачем и как нас так внезапно притянуло друг к другу, плевать на то, что кое-кто, одна невыносимая гавкучка, так не ценит свою… ну, себя, в общем, что едва ли не сама запрыгнула… или там почти мне позволила… А-а-а! Пошло оно все в п*зду, давать этому определение и перебирать в мозгах детали! Но это не отменяет того факта, что я повел себя как мудак. Самый натуральнейший. Прям органический, мать его, продукт. Чё там кому давать-не давать – личное дело каждой женщины, девушки, и только ей решать, вдруг и я не самый отстойный вариант для этого…

Стоп! Опять не туда!

Четко и по делу!

Мы, бля, взрослые адекватные люди, так? Типа да. И нам нужно как-то рядом работать какое-то время. А из этого вытекает, что мне стоит завтра извиниться перед этой рыжей. Перед Мари.

Хотя опять же, не я один виноват в том, что это между нами случилось. Нужно так-то предупреждать парня – эй, потише, я девственница! Каким бы тупым хамлом она меня ни считала – не без усилий с моей стороны – но у меня понятия кой-какие есть. Не свечи, розы и что там еще для романтической ереси надо, но не второпях же, в каморке, с очень высокой вероятностью боли, так, чтобы она никогда не захотела повтори…

Да что ж за на хер?!

Чего она хотела этим добиться? Ну не в самом же деле хотела типа всерьез зацепить меня на это, как я орал сдуру? Погано же от этого как. И себя выставил припадочной истеричкой, и девчонку унизил. Ага, как будто это со мной в первый раз. Но до нее-то я просто имел привычку говорить сучкам в лоб, что о них по чесноку думаю и кем они выглядят в моих глазах. Если их это обижало – мне похер. У нас свободная, бля, страна, и высказываю свое хоть и нелицеприятное, но не и нелицемерное мнение когда и кому хочу. О себе тоже всегда спокойно выслушивал. Но вот с этой кудлатой язвой постоянно какая-то херня выходила. И мой язык вечно ляпал реальные гадости, коих она не заслуживала, и меня от каждого слова ее почти бомбило.

– Так! Все! Завтра извиняюсь, и считаем тему к хренам закрытой! – рявкнул я и решительно пошел в душ.

Но думаете это помогло? Да хрен там!

– Ох, бля, да, детка! – прохрипел я, выгибаясь в спине и дергая скованные над головой руки. – Еще!

Огненно-красные кудри щекотали мое лицо, плечи, пока мягкие губы заласкивали кожу шеи, чередуя нежные прикосновения с ощутимыми прикусываниями, от которых меня простреливало от ступней до макушки острейшим кайфом.

– Еще вот так? – Мари опустилась ниже и лизнула мой сосок, отчего меня всего дернуло. – Или вот так?

Она до легкой боли сжала сморщенный комок плоти зубами и тут же жестко присосалась, а я взвыл, взмывая, упираясь в матрас только пятками и затылком.

Член гудел, шлепал по животу, рыдая прозрачными тягучими слезами, выклянчивая всего одно достаточно крепкое пожатие ее узкой ладошки.

– А-а-а, все равно как! Бл*дь, дотронься до меня! Я умру, если не кончу прямо сейчас! – взмолился я, почти ослепнув от похоти.

– Кто-то вел себя как очень… – нежные пальцы коснулись промежности прямо под моими уже поджавшимися и готовыми взорваться яйцами. – Очень-очень, – моя мучительница безумно медленно начала скользить оттуда вверх к основанию члена и дальше по окаменевшему стволу, к адски чувствительной раздувшейся головке, – … очень-очень-очень дрянной мальчишка. Разве такие мальчишки заслуживают хоть капельку наслаждения?

Она неторопливо обвела совершенно мокрое навершие, задевая уздечку, и я задергался, как припадочный, подбрасывая бедра и пытаясь хоть случайно ткнуться в эти безумно жестокие, но такие желанные руки.

– Мелкая зараза! – зарычал, рванув оковы. – Садистка хренова! Ты же меня уже всего запытала! Дай мне кончить!

– Это совсем-совсем не похоже на извинение за плохое поведение, – рыжая извергиня нахально усмехнулась.

– Извинений хочешь? – оскалился я. – Ну так сядь мне на лицо, и я так извинюсь, что ты имя свое забудешь!

– Думаешь, я тебе такое позволю? – Мари демонстративно, со смаком облизнула свою ладошку, только что побывавшую на моем члене, и я реально чуть не сдох от мощнейшего пинка зверского возбуждения в живот. – Разрешу твоему гадкому, грязному рту, постоянно извергающему всякие непотребности, приблизиться к моей… – Господи боже, спасибо тебе! Тонкие пальцы обхватили мой стояк и сжали. Идеально, влажно, именно то, что нужно.

Всего лишь пара движений и-и-и-и…

– Да твою же мать! – прохрипел я, вскакивая в постели. – Да чтобы ты провалилась! Когда же это прекратится-то?

Естественно, я опять был весь мокрый от пота, будто меня из ведра окатили, и позорно обкончавшийся. Да со мной такого п*здеца и в юности так часто не случалось!

Содрав с себя уделанные боксеры и белье с кровати, я натянул на голое тело штаны и поперся вниз к стиралке, пока все спят. И вот такая стыдоба каждую херову ночь! Ну плюс-минус с разницей в гребаных порносюжетах в моих снах. Сегодня определенно было нечто новенькое. Приковала она меня. Как же. Позволю я будто… Да гори же ты синим пламенем, ядовитая кусачка!

Игнорировать! Вот так, чтобы прямо совсем! Извиниться и все! Пустое место! Нет ее!

В восемь тридцать я спустился в кухню-гостиную, делая вид, что кофе – это единственное, что мне тут необходимо. На самом деле я знал, что Мари появляется ежедневно у нас в это время, минута в минуту, если, конечно, не оставалась ночевать в комнате Юпик. Сестра – тоже еще та засранка. Мы, значит, ей комнату в своем логове оборудовали, как и полагается заботливым братьям, а она нам за это в благодарность козью морду. Типа «это территория без парней», и входить теперь нам туда было запрещено. Рыжей зара… Мари, я теперь держу себя в рамках и зову даже про себя эту… Мари. Так вот, ей и Алеене можно, а нам делать там нечего.

Дожили!

Можно сказать, в сердце нашего мужского логова своими же руками создали кусок вражеской бабской территории, так чего теперь удивляться, что одна из них поселилась тут на постоянку, а другая верховодит и тиранит. Всех и плюсов, что появление Рози.

Короче, настроение у меня было обычно-мрачное, да еще и директорша не спешила появляться, чтобы я мог уже наконец осуществить эту чертову спецоперацию с извинением и приступить к тотальному игнорированию в надежде избавиться от этих еженочных суккубских бандитских налетов на мои сны и ежедневных стоякопровокаций с временным вырубанием моих нормальных мыслительных способностей. Задолбало постоянно превращаться в тупого придурка членоголового, у которого то и дело в башке вместо работы и железок вот это вот рыжее…

Мари, бля, ее зовут Мари!

Первая ведерная кружка кофе опустела, пришлось наливать себе вторую, не торчать же с пустой, как идиот пялящийся на дверь, в самом деле! Я тут по делу, между делом и перед тем, как приступить к делам, просто нужно кое-что…

Время шло, торчать дальше было бы весьма странно, и я утопал в гараж, решив, что не велика важность эти извинения, подождут. Но часы шли, давно обед, а кучерявая гав… Мари так и не появилась. И, хоть убейся, ни единой реальной, не вызывающей подозрений причины поинтересоваться ее отсутствием мне не придумывалось, аж черепушка трещать стала.

– Али, а где наше рыжее счастье? – спросил Дизель у появившейся в общей зоне женщины Мангуста, а я сразу уши навострил. Спасибо, братан, облегчил ты мне жизнь и позволил не спалиться.

– Ее сегодня не будет, – сонно моргая явно после бессонной ночи, ответила Алеена, рассеянно отмеряя смесь в бутылочку.

– Ложки должны быть без горки! – проворчал я, не особо вежливо отнял у нее бутылочку и сделал все сам. Как раз поближе лучше слышно.

– С Мари что-то серьезное? – продолжил доставать Дизель. – Может, ее навестить надо? Лекарства, поесть что завести?

– Иди детали красить, медбрат по призванию! – прорычал я на него.

– Так я же вечером собираюсь, – забил на мой тон братец-казанова. – Температура там поднимется вдруг, а я всю ночь у постели просижу …

Бля, сейчас кто-то реально выхватит у меня, сиделка недоделанная!

– Нет, не переживайте, Мари сказала, что у нее просто легкое недомогание, и завтра же она будет опять в строю.

– И строить нас, – фыркнул Дизель, направляясь наконец куда я его послал.

Вот, выходит, как. Ссышь на глаза показаться после вчерашнего, дракон… Мари, когда ты уже запомнишь – Ма-ри! А я говорил, что не один во всем виноват! Да вообще почти не при чем! Но зря ты прячешься. Поговорить нам все равно нужно будет, спускать на тормозах, не расставив все по местам, я не намерен. Я мужик, как скажу, так и будет у нас… ну, в смысле ни хрена не будет, потому что я так решил, и до тебя это донесу. Нечего питать иллюзии и все такое.

Так что на следующее утро я шел вниз вальяжной походкой человека, точно знающего, что делать и как все дальше будет.

– Омотореть, я чуть на задницу не упал, когда тебя увидел! – урчал посреди кухни-гостиной вечно озабоченный Дизель своим лучшим трусоснимательным мурлыканьем, присев на ухо какой-то незнакомой телке с прямыми рыжими патлами до плеч в строгом сером брючном костюме. – Этот новый прикид… ух, аж мурашки по коже!

– Ты только своих сраных мурашек повсюду не раскидывай. Мне лобковые вши ни к чему, – раздраженно влез я. – Какого хрена у нас посторонние на съемочной площадке?

Девица величаво развернулась ко мне на своих высоченных каблуках, и я наткнулся глазами на бейджик, еще не глядя в лицо, и совсем взбесился:

– Нам что, одной рыжей выдры было мало тут, так нам еще одну… – и завис, встречаясь взглядом со слишком знакомыми, стоякопрошибательными золотисто-карими нахальными зенками, сверкнувшими почему-то из-под стекол очков в тонкой черной оправе.

– Выдра тут одна, и это точно не я, – сухо заметила эта обновленная Мари. – Хотя я бы все же выбрала скорее сравнение со скунсом. И опять же не для себя. Скорее, для того, кто вечно отравляет вполне дружественную атмосферу в коллективе миазмами ядовитого сарказма.

Я так и застрял на пару секунд посередине лестницы, уставившись на нее, и с огромным трудом сдержался, чтобы не заорать: «Ты какого хера с собой сотворила?! Где эти чертовы невыносимые кучеряшки? Куда дела? И что это за вид вообще?!»

– Эх, была у нас горячая директорша, а теперь ну реально огонь! – продолжил подлизываться кусок белобрысого идиота. – Спалит, нас, как есть спалит.

– Дизель, кончай это! Иди отдайся в руки стилистов, никакая лесть тебе не поможет, хитрющий малыш, – улыбнулась она ему, снова зля меня и напоминая о насущном.

То же мне, малыш… на жопе прыщ двухметровый почти!

– Детка, да какая тут лесть, если мое бедное сердце с этого момента бьется для тебя одной! Ты отныне в нем поселилась безраздельно!

– В твоем, сука, сердце общежитие размером с Манхеттен! Вали куда сказали! – прикрикнул я на брата. – А ты… Мари, на пару слов.

– Мисс Дюпре, мистер Доэрти, – в голосе ее захрустело ледяное крошево, и она демонстративно посмотрела на часы. – И на данный момент у меня нет времени на беседу с вами. Но могу его выделить в четырнадцать пятнадцать. Или же вы можете написать мне о сути вашего вопроса, и обещаю решить его в кратчайшие сроки. Хорошего дня, джентльмены.

И, задрав нос, она уцокала прочь, оставляя меня обтекать.

– Посмей только хоть слово сказать! – ткнул я пальцем гневно в Дизеля.

Глава 7

Как же сложно удерживать спину несгибаемо прямой и не сбиваться с непринужденной походки, когда внутри все дрожит, а маленькая девочка, живущая в каждой из нас, так и норовит кинуться бегом подальше от злого серого волка, он же – причина недавно пережитой обиды и унижения. И все в одной противозаконно привлекательной морде, которую прямо-таки перекосило при виде моих изменений. Он не узнал меня в первый момент. Реально! Такое не сыграешь. А вот когда дошло, у Саважа был такой вид… ну, даже не знаю, как описать. Словно я у него что-то сперла. Украла наглым образом, и мне стоит провалиться на месте сквозь землю за это прегрешение.

Он пялился на меня не просто со своей обычной злостью, а как если бы аж опешил от несусветного хамства. И да, отбрить-то я его отбрила, но вот что-то торжество от этого не спешило наступать. Ладно, будем считать, что в новый образ надо еще вжиться, за раз такой ядовитый сорняк, как Кевин, мать его, Доэрти, из себя не выдрать, еще всякие мелкие корешки то там, то тут выискивать придется и избавляться от них безжалостно. О да, я, новая Мари Дюпре, плевать на него хотела. Нет, даже не так, игнор – это слишком щедро для него. Ледяная профессиональная вежливость.

Точно, я мисс Вежливость для мистера Отправляйся на хрен, Тупой муда…

– А ну стоять! – Цепкие пальцы почти больно впились в мой локоть, когда я уже практически дошагала гордой цаплей до своей каморки. – Я сказал, нам нужно парой слов перемолвиться! А значит, мы так и сделаем.

Саваж умудрялся рычать шепотом прямиком в мое ухо, нахально толкая меня в маленькое помещение. Блин, только он один, наверное, на такое и способен – рычать шепотом, да так, что все волоски на теле дыбом становятся.

– А я сказала, что у меня нет време… – Я трепыхнулась, упираясь каблуками. Нет! Ни за что я больше не останусь с ним наедине, да еще и там, где не далее как позавчера он меня унизил. – Мистер Доэрти, мне охрану позвать?

– Ага, давай! – фыркнул мерзавец и стремительно присел, тут же перехватывая меня поперек тела и вскидывая себе на плечо, как мешок картошки.

– Да ты сдурел?! – зашипела я его… ну да, собственно, заднице, глаза бы мои никогда ее не видели. – Пусти меня! Руки свои убрал!

В несколько широких шагов он занес меня в каморку, плюхнул на испуганно скрипнувший стол, тот самый, и навис, уставившись в упор.

– Пустил! – буркнул, демонстративно поднимая свои лапищи, но не отступая ни на сантиметр.

– Какого хрена ты… Извольте объяснить мне причину своего неадекватного поведения, мистер Доэрти!

– Так, значит, – набычился он. – Ну и хрен с ним. Причина моего такого поведения, мисс Дюпре, в том, что я вам внятно сообщил, что нам необходимо срочно поговорить! А вы, госпожа директор, изволите на меня забивать, провоцируя необходимость действий насильственного характера.

– То есть вам приспичило срочно лясы поточить, мистер Доэрти, а я должна прям все бросить и внимать вам?

– Бросить? Смотрю, ты по уши в делах, ага…

– Не вам судить!

– И я не лясы точить собрался, а извиниться, ясно?! – оборвал он меня. – И ты меня выслушаешь!

– Вы.

– Мы, бля!

– И что, есть уважительная причина, почему я должна ВАС выслушать, если абсолютно не желаю этого делать, не имею на это времени? И извинения свои мож… В ваших извинениях я нисколько не нуждаюсь, мистер Доэрти.

Саваж закатил глаза и шагнул назад, давая мне возможность хоть дышать нормально, без неизбежности захватывать при каждом вдохе еще и его запах.

– Слушай, Мари… – Он нервно почесал небритый подбородок с таким характерным шуршащим звуком, что еще совсем недавно звучал, когда там же прикасалась я. Я мысленно врезала себе по заднице. Прекрати!

– Мисс Дюпре!

Я железо! Нет, я чертов кремень!

– Не-а, то, что я хочу сказать, адресовано не мисс Дюпре и не нашему директору, а Мари, и ты ни черта не станешь меня сбивать! Мне и так не особенно… Короче! Я тем вечером повел себя неправильно.

О! Ну ладно, это немного неожиданно. И смущает. Я бы предпочла сделать вид, что абсолютно ничего не было. Почему бы и ему не последовать моему примеру? Но раз уж все так пошло, пасовать не собираюсь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.