По следам адъютанта Его Превосходительства. Книга первая

© Александр Черенов, 2021

ISBN 978-5-0051-5371-5 (т. 1)

ISBN 978-5-0051-5372-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Друзей обычно не бросают. Литературных героев – тоже. Потому что, и друзья, и герои они – вдвойне: «красивше» настоящих, и, в отличие от последних, «каши не просят». Ни за дружбу, ни за героизм. К тому же они удобны в работе: взял книгу с полки – и вот, они, перед тобой. И, потом, всегда соблазнительно узнать: а, что, там, дальше? Тем паче, что удовлетворять соблазн – изобретать это «дальше» – не кому другому, как автору.

Поддавшись таким доводам, автор и пошёл «следом за адъютантом». И дошёл. Не «до ручки» и не до «точки»: до романа-продолжения под интригующим и «невероятно оригинальным» названием «По следам адъютанта Его превосходительства». В итоге автору показалось, что он логически продолжил роман-пародию «За спиной адъютанта Его превосходительства». Но, повествуя о дальнейшей судьбе его героев, автор уже в процессе не мог не отдавать себе отчёта в том, что роман-продолжение существенно отличается от романа-начала. Чем? Ну, хотя бы тем, что в нём сатирически обыгрывается уже не «оригинал» информации о деятельности чекиста Концова: обыгрываются время и события, не охваченные объектом «пародии номер один». Да и события, в которые автор определил героев – уже невыдуманные. То есть, на выходе имелась не пародия, а сатира.

С исходным же объектом роман оказался связан только именами отдельных персонажей – и больше ничем. Автору также показалось, что, будучи по жанру сатирой, роман получился ещё и фантазией на темы исторического прошлого. То есть, он явил собой попытку взглянуть на подлинные события прошлого, завязав их на героев романа, под «иным углом зрения». Трудно даже определить, чего здесь больше. Ведь подлинными являются не только события, но и люди, их поступки и даже отдельные фразы и слова. Человек, хоть сколько-нибудь знакомый с историей гражданской войны и противоборством органов ВЧК-ГПУ-ОГПУ и спецслужб «белой» эмиграции, без труда узнает в новых персонажах их исторические прототипы. Тем более что сделать это будет не так уж и сложно: даже фамилии новых героев либо созвучны фамилиям прототипов, либо передают их смысловое значение. То же самое относится и к характерам новых героев, и к обстоятельствам, в которых они живут и действуют.

Конечно, герои обоих романов не являются точной копией реально существовавших людей. Они наделены многими отличительными чертами, пусть и не искажающими их облика, но существенно его меняющими. Но как бы ни был непохож герой романа на свой прототип, тот всё же существовал, и явился той самой глиной, из которой автор и лепил своего героя.

В романе почти нет ситуаций, с начала и до конца придуманных автором. Исключения – те, что связаны с вымышленными персонажами. Иное дело, что, помещая своих героев в гущу событий, имевших место в действительности, автор обращается с ними – и с героями, и с событиями – довольно свободно: он направляет их развитие в соответствии со своими замыслами.

Но он не одинок в «поползновениях»: это – общая практика. То же самое делали и делают авторы всех романов на историческую тему, когда «внедряют» литературных героев в подлинную историю. И не только «внедряют», но зачастую и выставляют их единственными творцами побед, которые в действительности одержали совсем другие люди.

По времени события романа «По следам адъютанта Его превосходительства» охватывают период, значительно больший, чем события первого романа. Его герои «живут и действуют» на книжных страницах с декабря девятнадцатого года – то есть, со времени, которым заканчиваются события романа «За спиной адъютанта Его превосходительства» – до середины тысяча девятьсот тридцать пятого года.

Более широким является и круг событий, в которых «принимали участие» герои романа-продолжения. Это и не удивительно: заключительный период гражданской войны, эмиграция и противоборство «красных» спецслужб и эмигрантских организаций представляют собой большое поле деятельности для любого автора.

Широка и география событий. Даже – не «от Москвы – до самых, до окраин»: значительно дальше. Если, уж, совсем точно: от Севастополя – до Южной Америки.

В память о былом сотрудничестве, автор постарался не обойти вниманием ни одного из персонажей, действовавших или хотя бы только упоминавшихся в предыдущем романе.

Автор почему-то надеется на то, что читатель поймёт: перед ним – приключенческий роман, а не сборник хохм. Если же он предпочитает мгновенный хохот, не связанный с работой ума, то ему лучше обратиться к другим произведениям – обычно из нескольких строк, а иногда даже из одной.

И ещё автор смеет надеяться, что новая встреча со старыми знакомыми и с вновь появившимися лицами не станет чересчур большим разочарованием для читателей. Его даже не смущает то обстоятельство, что некоторые из них в силу отсутствия должных знаний не смогут провести нужные параллели между персонажами романа и их историческими прототипами. В конце концов, не аналогии являлись его целью, а то, что было заявлено ещё задолго до наших дней задачей любого искусства: «Развлекать, поучая».

Есть многое на свете, друг Горацио,

Что и не снилось нашим мудрецам…

В. Шекспир «Гамлет».

Глава первая

…Заканчивался богатый событиями девятнадцатый год. Вместе с ним подходила к концу и недолгая история Волонтёрской армии. За неделю до отставки Кобылевского – уже не предполагаемой, а ожидаемой – в штабе неожиданно появился глава английской военной миссии полковник Криппс. Почему-то один, без традиционного спутника – генерала Жируа.

Всегда изысканно любезный, на этот раз Криппс ограничился сухим кивком, и даже не попросив доложить о себе, с озабоченным видом проследовал мимо старшего адъютанта в кабинет Его превосходительства. Это было совершенно не в стиле британца – и Павел Андреич всерьёз заинтересовался моментом. Да и как иначе: он так давно уже «стоял на страже», что не мог не состояться «по этой части». Не зря ещё Маркс писал о том, что обстоятельства формируют людей в той же мере, в какой люди формируют обстоятельства. Концов, разумеется, не знал этих слов основоположника, но это не помешало ему сформироваться должным образом. А тут всё наводило на мысли! Во-первых, Криппс прибыл без предварительного уведомления. Значит, связывался с командующим лично. Во-вторых, они с Кобылевским уединились вдвоём. Значит, «третий – лишний». Это Чуркин-то – лишний?!

При таких исходных не пойти на НП Концов уже не мог. Не имел права. То, что он там услышал, стоило и испачканного мундира, и разбитого колена, и разодранных галифе…

– Вадим Зиновьич, я начну без предисловий, ибо время дорого.

Из-за стены англичанин «выглядел» не по статусу взволнованным. Прямо – дитя Востока, а не Альбиона.

– Так, может, пригласим Чуркина?

Волнение англичанина явно передалось и командующему.

– Вы хотите делить на троих?! – А…

Челюсти Кобылевского и Концова отвисли одновременно: капитан «увидел» это даже из-за стены. Когда они вернулись на место, Вадим Зиновьич первым делом отказался от своего предложения, а Павел Андреич ещё плотнее вдавился ухом в стену НП.

– В мои руки, генерал, попал – не будем говорить, как – один любопытный документ из военного министерства.

– Весь – внимание! – качественно дрогнул голосом Кобылевский: он уже почувствовал запах. Нет, не пороха: денег. Для этого ему не требовались разъяснения Криппса. Всё последнее время Его превосходительство специализировался исключительно «по линии финансов», создавая «неликиквиды» из вполне ликвидного имущества и ликвидируя его на пару с Чуркиным. А что: «хоть день – да мой!», как говорил Пугачёв, Емельян Иваныч. Дни-то сочтены только на воеводстве – а жизнь этим мероприятием не кончается.

Подтверждая своё заявление об отсутствии времени, Криппс приступил к делу без лишних церемоний.

– Так, вот: согласно этому документу, правительством и Ставкой Главнокомандующего Волонтёрскими Силами Юга России из выделенных в начале года пятнадцати миллионов фунтов освоено только два. В связи с тем, что на Иван Антоныча ни в министерстве, ни в правительстве его Величества больше не ставят, военным министром высказано намерение передать неиспользованную часть кредита – а это, как Вы уже, наверно, посчитали, тринадцать миллионов фунтов – Барону. Именно в нём сейчас видят последнюю надежду на восстановление законности и порядка в России.

Криппс замолчал. Из-за стены послышалось, как он переводил дух.

– Вы следите за ходом моих рассуждений, генерал?

– Да, и очень внимательно, дорогой Криппс!

– Есть какие-нибудь мысли?

Задавая будто бы располагающий к шутке вопрос, Криппс явно не шутил. Но и Кобылевский был не склонен шутить на подобные темы. Давно уже не склонен: с каждым днём генерала в нём становилось всё меньше, а коммерсанта – всё больше. Поэтому его реакция была мгновенной.

– Но как?!

– Браво, генерал! – всё-таки рассмеялся Криппс. – Вы – прямо Шерлок Холмс: делаете вывод, опустив цепь логических рассуждений!

С дедукцией у Вас, Ваше превосходительство – полный порядок!

Криппс откашлялся, и, судя по изменившемуся голосу, стёр улыбку с лица.

– Разумеется, Вы понимаете, что речь не идёт обо всей сумме целиком: надо быть реалистами…

Пауза оказалась невыносимой не только для Концова.

– Ну, не тяните Вы кота «за все подробности»! – взмолился Кобылевский. – Что за манера?!

– Я предлагаю «освоить» два! – не стал «тянуть» Криппс. – Два миллиона фунтов стерлингов из неосвоенных ещё тринадцати миллионов! Сейчас, когда разваливаются войска Иван Антоныча и не сегодня-завтра его «подсидит» Барон, самое время для подобной операции! Та самая мутная вода, в которой и надо ловить рыбку! Что Вы на это скажете, генерал?

– Обеими руками – «за»!

Даже из приличия Кобылевский не стал изображать из себя «борца за идею». Рыбак рыбака… увидел издалека.

– Только… не многовато ли – два миллиона?

– Не многовато!

Обмен репликами был на удивление немногословным и конкретным.

А Криппс – так вообще: рубил словами, как шашкой!

– Военный бюджет Англии на следующий год утверждён в размере шестисот миллионов фунтов. Если мы с Вами «отщипнём» от него всего лишь два, никто и не заметит такой малости!

– Логично!

Кобылевский явно заразился манерой «сегодняшнего» Криппса выражаться предельно лаконично. Сидя за стеной, Концов боялся шелохнуться, дабы не пропустить ни одного слова из этого фантастического в своём неправдоподобии разговора.

– Правда, должен сказать, Вадим Зиновьич, что тут есть целый ряд сложностей и проблем…

– Что такое?

По тембру голоса командующего Павел Андреич понял:

Кобылевский не просто насторожился – он встревожился.

– Дело в том, дорогой генерал, что означенная сумма – это, как Вы сами понимаете – кредит. Причём, кредит целевой. Это – не заём, который предоставляется в денежной форме и который можно тратить, как тебе вздумается.

Полковник огорчённо крякнул.

– Этот чёртов кредит предоставляется лишь товарами. В данном случае – в основном, оружием и боеприпасами. Само собой разумеется, возможности для его использования, так сказать, «частным образом», резко сужаются….

– Ну-у-у…

Теперь уже Кобылевский не мог скрыть разочарования.

– Я ведь сказал только: «сужаются», – поспешил с «бальзамом» англичанин. – «Сужаются» – но «не исключаются»! А возможности есть. Надо лишь ими по уму распорядиться. Но есть и сложности…

Англичанин опять вздохнул – и опять замолчал.

– Да что же это такое?!

Кобылевский явно не выдерживал пауз: они его угнетали.

– Вы, что, полковник: нарочно взялись испытывать моё терпение? Говорите прямо – не тяните и не нагнетайте!

– Хорошо, генерал: прямо – так прямо!

Концов отчётливо услышал звук хлопка: Криппс явно шлёпнул себя по ляжке. В порядке демонстрации решимости.

– Итак: первое, что нам нужно сделать – и безотлагательно: составить заявку на получение товара на означенную сумму. Второе: мы должны чётко определиться в отношении характера товара.

– То есть?

– Нам не нужно, абы что, генерал! Мы должны ясно отдавать себе отчёт в том, что сегодня реализовать «на сторону» партию оружия – хоть самого «золотого»! – на такую сумму нереально! Следовательно, заявляться должен только ликвидный товар! Причём, не товар замедленной реализации, как выражаются торговые работники, а быстроликвидный – то есть такой, который можно будет сбыть быстро и оптом!

– Продовольствие!

Кобылевский мгновенно сориентировался в обстановке.

Криппс рассмеялся.

– Браво, Ваше превосходительство: наши мысли, как всегда, работают в унисон! Действительно, только продовольствие сегодня является товаром повышенного спроса – или, опять же прибегая к терминологии коммерсантов, дефицитом!

– Да, но – продовольствие на такую сумму…

Голос Кобылевского дрогнул под натиском сомнений. Но против этих сомнений уже стояли доводы Криппса. И – явно не для обмена рукопожатиями.

– Да, многовато. Согласен с Вами. Но это – если судить с позиций стороннего наблюдателя, к тому же – несведущего в наших делах. А если основываться на суждениях военного министра Британской империи…

– А что – министр? – вклинился Кобылевский – вместе с надеждой в голосе. Концов не видел усмешки Криппса, но голову был готов положить за то, что она имела место быть.

– А министр ещё пару месяцев назад утверждал, что армия Иван Антоныча растёт, численность её уже сейчас превышает триста тысяч душ и тенденция к перманентному росту имеет место быть!

– Какой умница! – восхитился Кобылевский. – Отработал на нас с Вами на добровольных началах!

– Ещё очко в Вашу пользу, генерал! – рассмеялся Криппс. —

Действительно, такое заявление – нам в кассу. После таких слов цифра в два миллиона будет уже не такой устрашающей. Даже более того: близкой к реальности. Точнее – к воображаемой реальности, ибо и триста тысяч «белых» воинов, и тенденция к росту существуют только в воображении нашего Уинни, ослепленного «глубоким чувством» к большевикам! Хотя, и это – в нашу с Вами кассу, генерал!

Шумно отдуваясь, Криппс, перевёл дух после затяжного монолога.

– Так, что, с этой стороны никакого подвоха быть не должно. Проблема – в другом…

Поскольку Криппс опять не удержался от паузы, Кобылевский явно должен был запросить пояснения. Но, так как звука не было, то запросил он наверняка глазами. Примерно – так:»???» После этого уже пошёл голос Криппса:

– Я бы даже сказал: не одна проблема – а целых две. Первая: где и как реализовать товар? И вторая: как «спрятать концы в воду»?

Теперь замолчали уже оба собеседника. Надолго. Наверняка – с подключением к процессу не только мозгов, но также зубов и ногтей. Чтобы лучше думалось: испытанное средство.

Наконец, Вадим Зиновьич «нагрыз» предложение.

– Ну, со второй проблемой, мне кажется, проблем быть не должно! – скаламбурил он. – Решение у неё одно – черноморские порты, которые пока ещё наши! Одесса, Новороссийск, Батум – как говорится, на любой вкус! Но надо торопиться: не сегодня-завтра «красные» турнут нас из Одессы – а там недалеко и до Новороссийска с Батумом!

– Торопиться надо не только по этой причине, генерал!

В голосе Криппса вновь смешались назидательность с озабоченностью.

– Что Вы хотите сказать этим, полковник?

– Ну, хотя бы то, что буквально неделю назад Кабинет Его Величества принял решение прекратить финансирование всех ваших правительств. Более того, сейчас рассматривается вопрос об установлении торговых отношений с Советами. И если мы не поторопимся с «освоением» части кредита, то очень может быть, что вскоре и осваивать будет нечего: Правительство доберётся и до этих денег! Так, что с заменой получателя военное министерство действует на свой страх и риск… Есть и другая причина…

– Причина на причине! – не стерпел Кобылевский. – И хоть бы одна – хорошая!

Даже, находясь за стеной, Концов услышал, как вздохнул Криппс. Наверняка, он и руками развёл. В порядке «удручения видом».

– Скоро в ставку Главкома Сил Юга России прибудет новый глава британской военной миссии – генерал Пульман…

– А Вы? – дрогнул голосом Кобылевский.

– А я возвращаюсь в метрополию: иду на повышение…

Ответ Криппса, которому полагалось быть исполненным радостным или, как минимум, удовлетворённым тоном, таковым явно не выглядел – то есть, не слышался.

– Не вовремя этот перевод, Вадим Зиновьич! Совсем не вовремя! Ведь только-только открылись перспективы! Сказочные перспективы! Сейчас можно… как это: «сказку сделать былью»! То есть, обеспечить будущее не только своё, но и своих детей и даже внуков! Другой такой возможности больше не будет никогда! А оклад по новой должности… Хм… В сравнении с тем, что мы можем получить сейчас – это даже не пособие по безработице: так – нищему грош!

Он опять вздохнул.

– Вот почему надо поспешать, дорогой Вадим Зиновьич!

– Да, времени на «раскачку» нет, – моментально озаботился Кобылевский. – Что касается заявки, то с ней проблем не будет: сочиним прямо сейчас!

– Задним числом! – тут же подхватил Криппс. – Одновременно облегчим работу Главкому: составим на основе Вашей заявки и аналогичную бумажку от его учреждения – бланк у меня имеется! А я самолётом доставлю их на подпись Иван Антонычу! Сегодня же! Думаю, что он кочевряжиться не будет: ему сейчас – не до подобных тонкостей! Вряд ли он будет вникать в нюансы!

– В какие, там, «нюансы»?! – хохотнул Кобылевский. – Ему сегодня даже не до борьбы, во всяком случае – против большевиков! Он целиком сосредоточился на борьбе с врагом внутренним – Бароном и его сторонниками! А Вы говорите: «нюансы»!

Следом за Кобылевским рассмеялся и Криппс.

– Ну, вот и славно! Со стороны военного министерства я тоже не ожидаю никаких проволочек. Все практические вопросы, связанные с принятием решения, оформлением груза и его отправкой в порт назначения можно будет уладить в два-три дня! Это я беру на себя! А вот – как быть дальше?..

– А что: «как быть дальше»? – не остался в стороне Кобылевский. – Груз должен быть адресован в черноморский порт – и лучше всего в Одессу: её положение сейчас – самое шаткое!

– Вы хотите сказать…

Криппс сразу ухватил мысль Кобылевского.

– Совершенно верно, полковник: корабль выйдет из порта приписки, но до порта назначения не дойдёт! По пути его якобы перехватят… нет, не пираты – это несерьёзно: «красные»!

– Да, но откуда они возьмутся в Чёрном море?

Криппс с сомнением цокнул языком.

– Ведь в Чёрном море нет ни одного военного корабля «красных»…

– Просочатся! – мгновенно «нашёлся» Кобылевский. – Из Азовского моря! «Красные» только что взяли Николаев, и берут под свой контроль Керченский пролив! И это – уже не домыслы, а, к сожалению, исторический факт… Так вот: нам лишь надо хорошенько продумать координаты места захвата – ну, чтобы не оконфузиться!

– Главное, чтобы никто не смог проверить…

Голос Криппса был тих и задумчив.

– Ну, хорошо: с этим вопросом вчерне разобрались – детали отшлифуем позднее, по ходу дела. Теперь – самый главный для нас с Вами вопрос: где и как реализовать груз? Кому? От решения этого вопроса будет зависеть и выбор ассортимента! Ведь не везде один и тот же товар пользуется одинаковым спросом!

Полковник замолчал. Ненадолго: похоже, какие-то «черновики мыслей» у него имелись уже до встречи с Кобылевским.

– То, что товар надо реализовать в Европе – несомненно… Где-то по пути из Саутгемптона в Средиземное море…

– А, может – Турция?

Судя по той неуверенности, с какой прозвучало это предложение, Кобылевский и сам полагал его всего лишь «рабочей версией». Точнее: объектом для критики, с которой и не замедлил Криппс.

– Исключено! – безапелляционно заявил англичанин. – В Константинополе – а больше разгружаться там негде – русских уже, как тараканов: побежал народ, Ваше превосходительство! Побежал, не дожидаясь развязки! Разгружаться там – всё равно, что перепродавать товар на глазах чиновников военного министерства в порту отправки! И не нужно будет морочить себе голову с погрузкой-разгрузкой!

– Это верно, – вздохнул Кобылевский. – Тогда – где?

Криппс совершенно по-русски поскрёб пятернёй затылок: Концов определил это по характерным скребущим звукам.

– Надо подумать… Как говорят в таких случаях «красные»: «посоветоваться с товарищами»…

– Кажется, у меня есть такие «товарищи»! – «посветлел голосом» Кобылевский.

Концов насторожился – но, к своему огорчению, напрасно: никаких сведений, конкретизирующих личность «товарищей», Вадим Зиновьич почему-то не представил.

– Только не тяните с этим!

Требовательный голос Криппса вернул Павла Андреича из состояния напряжённого ожидания к обычному подслушиванию.

– Информация должна быть у нас не позднее завтрашнего полудня!

– Управимся!

Наверняка, в этот момент Кобылевский сиял и лицом, и голосом. Чувствовалось, что он нисколько не сомневается в успехе дела.

– В таком случае, Ваше превосходительство, встречаемся завтра, ровно в полдень, на этом же самом месте! И хочется верить – не для того, чтобы пожаловаться друг другу на превратности судьбы! Желаю здравствовать!

За стеной хлопнула дверь кабинета. Наступила тишина.

Кряхтя и прихрамывая на правую ногу, претерпевшую вместе с брючиной от злополучного гвоздя, Концов выбрался из укрытия. Добравшись до рабочего места, он в изнеможении рухнул на стул. Ему было, о чём подумать, а ещё больше – помечтать…

Глава вторая

«Два миллиона!»

Концов пытался хотя бы представить себе эту грандиозную сумму. Получалось «не очень»: не хватало опыта личного общения.

«Два миллиона! И не каких-то, там, „керенок“: фунтов стерлингов! Настоящих!»

Следом за этой мыслью, всего лишь констатирующей факт наличия в природе такой суммы, пришла другая, конкретная и персонифицированная.

«И всё – этим двум ловкачам! Не жирно ли будет?! Я, конечно, не притязаю на всю сумму – но от куска не отказался бы! Вопрос: как урвать?»

Павел Андреич наморщил лоб. Ни снующие в приёмной телеграфисты, ни внеурочные посетители, робко жмущиеся по углам или же совершающие неуверенные телодвижения в направлении стола, не могли отвлечь его мозги от работы.

«Ну, что ж: пойдём по вехам! Заминка у „подельников“ заключается в двух моментах: кому и где? Насчёт „где“ Его превосходительство, кажется, предложил вариант решения: Одесса. Вот на этом можно сыграть. Судя по информации ВУЧека, в ближайший месяц никаких перемен на фронте не предвидится. У „красных“ идёт накопление сил перед решающим броском, у „белых“ – перегруппировка в целях упорядочения „драпа“. Следовательно, до февраля, как минимум, Одесса останется в руках „белых“. Отсюда – вывод: если Одесса останется в руках ВСЮР, то никаких кораблей Красного Флота в Чёрном море не может быть и в теории: заблудившиеся катера – не в счёт! То есть, атаковать союзный конвой с продовольствием будет попросту некому – какие бы координаты ни выдумывал генерал! Мне остаётся лишь получить достоверную информацию об отсутствии чрезвычайных происшествий в Чёрном море из надёжного источника – и дело в шляпе! Так, очень хорошо!»

У Концова от возбуждения зачесались ладони. Решение наклёвывалось – активно и всерьёз.

«А какие источники можно считать надёжными? Ну, во-первых, радиоперехват: у нас в штабе этого добра – хоть задницей ешь! Во-вторых, данные нашей – то есть, «белой», гидрографической службы! В-третьих – информация из регистра Ллойда: уж, ей попробуй не поверить! С таким материалом скомпрометировать «дезу» Кобылевского – как два пальца…

Шантаж? Да, шантаж! А что делать?! Иначе от этой краюхи не отщипнуть ни крошки! А так: приду к Кобылевскому, выложу на стол документы, и скажу: «Или… (ну, подумаю, какая сумма) – или я всё это вместе с Вашим донесением Иван Антонычу об исчезновении транспорта с грузом отправляю в Ставку! Для сравнительного анализа!»

Концова так взволновали мысли о близости локотка и возможности его укушения, что лоб его покрылся мелкими бисеринками пота. Капельки остро пахнущей влаги быстро превратились в шустрые ручейки, и потекли по щекам и загривку старшего адъютанта. Но, «дум высоких полн», Концов и не обращал внимания на такие пустяки.

«Сопоставив убойные документы с этой лабудой, всякий здравомыслящий человек согласится с тем, что часть – меньше целого! И чтобы не потерять целое, проще уступить часть! А Его превосходительство – не дурак. Поперёк здравого смысла он не попрёт! Если только…»