История у наших ног

 Первым долгом мы посадили в вертолёт наших девушек. После этого мы стали загружать лежащие под ногами вещи, которые было хорошо видно оттого, что вертолёт разогнал ветром своих лопастей весь окружающий нас туман. Нам надо было спешить, так как толчки землетрясения росли с каждой секундой. Мы могли пострадать от резкого колебания под ногами.

Мы также могли растерять свой реквизит от толчков. Последним с каменной площадки в вертолёт забрался Муртазов Максум. Вертолёт стал набирать высоту над местом нашего ночлега и развернувшись в другую сторону, устремился по коридору ущелья на юг. Посмотрел вниз сквозь иллюминатор вертолёта, но внизу ничего не увидел, кроме белого тумана, лежащего над ущельем. Однако, даже в вертолёте, чувствовалось колебание земли и воздуха, когда мы находились на небольшой высоте над каменным плато. С подъёмом вертолёта на значительную высоту, связь колебания с землёй прекратилось. Вертолёт продолжал свой полет в расщелине между гор, все дальше на юг.

– Было семь балов землетрясения. – сказал Ахтам Бабаев, который сидел рядом со мной. – Это мне стало понятно по колебанию каменного плато под нашими ногами. Прилетим на место нашего штаба, там узнаем точно. Может быть, мог тут немного ошибиться? Синоптики знают точно, это у них такая работа на земле.

Ни стал ничего говорить, кивнул головой в знак того, что услышал его хорошо. Ахтам Бабаев стал что-то записывать в свой блокнот. Мне было интересно посмотреть вниз, но вертолёт сделал лёгкий поворот в сторону.

Кроме небесного пространства ничего не было видно. Тогда стал рассматривать изнутри вертолёт, который снаружи показался мне очень маленьким. Но изнутри оказался вполне вместительным на нашу группу из пятнадцати человек и ещё плюс пять человек экипажа.

Конечно, это ни самолёт с просторным салоном, но и в этом вертолёте было места для двадцати человек. Наши вещи лежали прямо у нас под ногами в середине вертолёта. Сам экипаж вертолёта состоял из двух человек. Трое других были в форме спасателей.

Получается, что все знали о предстоящей стихии в горах и о землетрясении. Нас не предупредили, видимо, только по той причине, чтобы мы не начали паниковать вовремя нашего нахождения в горах.

Вертолёт сделал огромный крюк на юго-восток, как бы совершая экскурсию над горными хребтами. Был поражён тем, что увидел такие огромные вершины гор. Даже такой современный вертолёт ЮНЕСКО не мог подняться выше вершин. Мы пытались в иллюминатор разглядеть самые высокие горы земного шара, но у нас это никак не получалось. Вершины этих гор были выше, чем мог подняться современный вертолёт.

– Гималаи! – закричал Муртазов Максум, показывая на остроконечную вершину похожую на капюшон кобры.

 Вертолёт повернул резко в правую сторону, чтобы мы смогли лучше рассмотреть одну из самых высоких вершин земного шара. После чего вертолёт повернул в противоположную сторону. Вскоре вертолёт резко сократил свою высоту и полетел на одном уровне над многочисленными вершинами горного массива. Горы стали однообразны и не привлекательны.

Больше не интересовался однообразием вершин Гималаев. Думал о том, что сколько много прекрасных мест на планете Земля. Сколько мало лет, отведено на жизнь человеку. Даже если тебе выпало огромное многомиллионное наследство от предков или ты нашёл клад стоимостью в миллиарды.

Ты можешь путешествовать по всей планете. У тебя Всё равно не хватит жизни, чтобы ты смог увидеть все красоты земного шара. Настолько огромен и разнообразен весь земной шар. За размышлениями не заметил, как быстро пролетело время нашего полёта на вертолёте. После того, как вертолёт сделал небольшой круг, понял, что мы идём на посадку.

Посмотрел в иллюминатор вертолёта и увидел зелёные поля, залитые ярким южным солнцем. Вдали возле гор стеной стоял хвойный лес, собратья которого карабкались дальше к вершинам заснеженных гор. Постепенно редея, в одиночку осваивали небольшие площадки с живительным местом.

Дальше горный массив без зелёного покрытия лесом и травой, выглядел единой серой массой, в которой мы провели эту тревожную ночь, насыщенную опасностями и романтикой нашей жизни. Теперь все это было позади и нас ожидало интересное знакомство с местами одного из многочисленных приток великой реки Инд. Здесь можно хорошо отдохнуть от полётов.

Когда пропеллеры перестали вращаться, прекратилась вибрация вертолёта, пилот открыл дверцу вертолёта. Снаружи подставили небольшие степени из алюминия. Наши девушки стали спускаться из вертолёта. Следом вышли и мы на зелёную площадку, покрытую сочной постриженной травой.

Мне даже не верилось, что ступил на землю государства Индия. Об Индии знал только по истории и по знаменитым индийским фильмам, которые смотрел постоянно с раннего детства, когда мы жили в Избербаше в Дагестане.

 Удивительно интересно смотреть на людей Индии не по телевизору, а, как говориться "живьём". Индийцы выглядели совершенно ни так, как их представлял по фильмам своего детства. В основном, это люди небольшого роста со смуглой кожей. Большинство встречающих нас индейцев, были в форме пилотов индийской авиации, с накрученным тюрбаном вроде чалмы на голове. Вероятно, что такой головной убор спасает местных людей от жары, которая сильно отличалась от температуры Таджикистана?

Сразу при выходе из вертолёта лицо обжёг горячий воздух, точно такой же, как у нас в кишлаках по всему Таджикистану. Рядом с вертолётной площадкой стояли заросли небольших деревьев и кустарников, в которых спрятались домики, вроде наших деревянных вагончиков.

Лишь эти домики были красивыми, раскрашены в бело-голубые тона и с зелёной крышей покрытой такой же доской, как и сами домики. Кроме вертолёта, на котором мы прилетели, рядом площадка с двумя вертолётами местной авиации и на расстоянии ста метров от домика на лётном поле без искусственного покрытия стояли три небольших самолётов бело-серебристого цвета с надписями на бортах, на неизвестном мне языке. За домиками с деревьями небольшая речушка с зарослями кустарников по берегам. Вероятно, что это и был один из многочисленных притоков великой реки Инд, которую почитают святой многие народы Индии, населяющие устье огромной реки в этих местах?

– Нас сейчас поселят в эти домики. – сказал Томас Мартин, когда к нам подошёл мужчина в форме местной авиации. – Мы здесь будем сутки, до полной адаптации. Затем нас перебросят вертолётом группами из десяти человек к местам нашей работы на время археологических раскопок. В основном раскопки будут в горных массивах Каракорума и Гиндукуша. Так же обследуем Гималаи. Будем общаться между группами посредством рации и вертолётной связи в горах. Каждые две недели у нас здесь будет общее собрание.

 В домиках по две комнаты на два человека каждая. Девушкам отдали один домик возле столовой, откуда пахло индийской кухней. Мужчины расселились в другие домики, которые были не только рядом с лётным полем, но и через мостик за речкой.

Нашу группу из Таджикистана поселили в домике на правом берегу речки, рядом с аэропортом. Других поселили за речкой. По числу жилых домиком, которых было четырнадцать, выходило, что наша международная археологическая экспедиция состоит, примерно, из пятидесяти человек. Получается, что большинство членов экспедиции из Таджикистана. Возможно, что где-то живут другие представители экспедиции из других государств?

Но, всё равно, мы в большинстве будем в своей группе. Если каждая группа на местах будет состоять из десяти человек, а нас обещали не разлучать, то мы всё равно будем семеро из десяти человек, пускай даже три других археологов будут иностранцами. Меня поселили в одну комнату с Гиясовым Морисом. В этом же домике в другой комнате Алишеров Хамит и Никифоров Сергей.

Парней из дневного отделения археологии поселили в домиках за столовой, рядом со служебным зданием аэропорта. Наших руководителей поселили в домике за служебным зданием аэропорта. Так что наша группа имела меньше контактов с руководством и другими представителями экспедиции. Для нас это было даже лучше. Меньше беспокойства, больше свободы на отдых. Если даже что-то будет нужно, то нас они тут найдут. Главное, чтобы с нами при раскопках был Ахтам Бабаев, которого мы знаем давно, с первого курса. Несмотря на то, что он учёный, с ним проще работать и разговаривать о разном.

– Все нормально. – сказал Гиясов Морис, разглядывая жилье. – Но голос России не услышим и не увидим.

– Зато индийских фильмов насмотришься бесплатно сколько угодно. – подметил, переключая каналы телевизора. – Здесь все телевизионные каналы индийские, пакистанские и китайские. Других, наверно, нет?

 Мы прекратили щелкать телевизор и радио, так как ничего интересного там для нас не было. Наверно, это уже по привычке, достал из планшета географическую карту Индии и отметил более точное место нашего нахождения где-то в верховьях горного массива Каракорум на территории Индии у границы с Пакистаном? Затем переоделся в лёгкое спортивное трико и пошёл купаться под душ, который находился рядом с нашими домиками. Совершенно машинально вошёл в ближайшую кабину душа и остолбенел.

В кабине под душем купались голыми Никифоров Сергей и Касымова Зухра. Они были так сильно увлечены друг другом, что даже не заметили моего неожиданного появления.

Опомнившись, осторожно вышел из кабины и перешёл в кабину другого душа, предварительно заглянув в него, чтобы там случайно кого-то не застать обнажённым. В соседнем душе никого не было. Разделся и стал купаться. Несмотря на сильную жару, вода из душа лилась холодная.

Мне сразу было как-то не приятно, но постепенно привык к холодной воде и моё тело с душой получили удовлетворение от потока холодной воды струящейся из всех дырочек душевого крана. Почти целую неделю не мылся под таким душем и поэтому купался до посинения.

Через час после нашего прилёта Муртазов Максум сообщил, через репродукторы, установленные в каждой комнате, что нас, приглашая на обед, который нам приготовили местные службы под деревьями за рекой через мостик. Мы собрались у своих домиков и пошли в указанное нам место, которое нашли без всякого труда, сразу, когда перешли мостик через реку.

К этому месту пришли другие группы наших археологов. Между рядами деревьев с пышной кроной стояли три ряда длинных столов, покрытых скатертью украшенной яркими цветами.

На столах стояла сервированная посуда с совершенно незнакомыми нам блюдами. В нескольких местах стояли вазы с цветами, большая часть которых нам не была известна.

Мы совершенно не знали, как себя вести за таким столом. Толпились, как бараны, пока индеец в синем халате и с белой чалмой любезно пригласил нас занять места. Мы не спеша расселись на свободные места, куда кто хотел.

– Сэр Роджер рад приветствовать вас на первом совместном обеде международной археологической экспедиции. – сказал по-английски, а затем по-русски Томас Мартин, приветливо показывая нам на худощавого мужчину высокого роста. – Сэр Роджер хочет сказать вам свою короткую речь, посвящённую нашей работе.

 В речи сэра Роджера не было ничего нового о нашей международной археологической экспедиции. В международную археологическую экспедицию.

Входят представители США, СССР, Англии, Бельгии, Франции, Индии, Германии, Китая, Таиланда и Пакистана. В общей сложности, вместе с обслуживающим персоналом и рабочими, в международной археологической экспедиции принимают участие более ста человек. Непосредственное участие в археологических раскопках примут пятьдесят человек, состоящих из пяти групп, по десять человек в каждой группе на местах.

Остальные представители международной археологической экспедиции входят в персонал обслуживания основных пяти групп. Все группы поддержат между собой разную связь через персонал обслуживания, расположенный в офисе археологической экспедиции. Дальше сэр Роджер стал рассказывать детали участия представителей ЮНЕСКО в международной археологической экспедиции в "сердце древней Кушанской империи. О роли каждого участника экспедиции в истории археологических раскопок на этих огромных территориях бывших государств Тохаристана и Бактрии.

Мне было неинтересно слушать длинную речь сэра Роджера. Стал листать буклет, лежащий перед каждым участником обеденного симпозиума международной археологической экспедиции. Так к моему удивлению, буклет оказался каталогом меню нашего стола на английском, немецком, французском, русском и других языках, представляющих здесь разные страны мира.

Открыл русскую страницу. Стал увлечённо изучать неизвестные мне ранее блюда, которые пёстрой колонкой струились по ярким страницам объёмного меню нашего стола. Откровенно говоря, было совсем растерялся в выборе блюда к обеденному столу.

– Горох нут с керри, золотой пшеничный пудинг, бульон из домашней птицы, варёная свинина с чили, керри по-цейлонски, рыба с соусом чилли, суп из красной фасоли, вермишелевый суп по-сингапурски, тикка из баранины, напиток из смеси ягод, мясное керри по-мадрасски, отбивные с мургалмасала, фаршированные перец, помидоры, баклажаны и другие овощи, название которых не знал и никогда не пробовал.

 У меня голова закружилась от списка разнообразных блюд меню, в которых ничего не понимал и многие из перечисленных блюд прочитал первый раз. Чаще всего встречались такие названия, как керри, чилли, тикка, пэтти и другие. На мой взгляд, это были экзотические блюда индийской кухни. Был в полном замешательстве выбора блюд себе.

Хотелось выбрать такое блюдо, которое мне запомнилось бы своим вкусовым качеством на всю жизнь. К примеру, как азербайджанский суп питти, грузинский шашлык, таджикский плов, узбекский суп лагман и многие другие блюда, которые кушал когда-то в своей жизни, и они запомнились мне навсегда.

Большинство из запомнившихся национальных блюд хорошо изучил, научился сам приготавливать. Конечно, был не против того, что увезу собой домой и знание индийской кухни. Вот и сейчас мне хотелось подобрать такие блюда. Но так как никто из сидящих рядом друзей ничего не знал про заморские блюда. Наугад отметил насколько блюд со звучными названиями – вермишелевый суп по-сингапурски с чилли, мясное керри по-мадрасски, заливное из мяса, птицы и дичи с чилли, винегрет, золотистый пшеничный пудинг и напиток из смеси ягод с плодами, несколько видов фруктов и овощей.

Передал своё меню и список отмеченных блюд подошедшему официанту, который собирал все буклеты меню с номерами, сидящими на местах участниками экспедиции. К этому времени сэр Роджер закончил свою длинную вступительную речь и давал какие-то указания подошедшему к нему индийцу с блокнотом в руках. Индус кивал головой на разговор с сэром Роджером и спешно записывал что-то в своём блокноте.

Затем из репродуктора в ветвях деревьев зазвучали индийская музыка и официанты стали обслуживать места сидящих за столом. Терпеливо смотрел на скромный набор блюд соседей. Ждал своего обеда.

 Когда передо мной расставили выбранные мною из списка меню блюда, то сразу понял, что своим незнанием испортил свой обед. Экзотические названия неизвестных мне блюд составляли обычные острые приправы из перца, чеснока, хрена, горчицы и многих других неизвестных мне горьких растений.

Перед которыми горько-кисло-солёные грузинская аджика, осетинский сахтон и азиатские приправы покажутся сладкими продуктами.

Индийские блюда оказались настолько острыми, что их невозможно было употреблять в пищу даже такому человеку, как, который с самого детства привык употреблять в пищу острые продукты кавказской кухни.

Выбранные мной к обеду блюда обжигали мне рот и желудок, словно горящие угли. Мне ничего не оставалось делать, как только выбирать из тарелок кусочки мяса с овощами и употреблять их себе в пищу, при этом продолжал обжигать рот и свои внутренности, прилипшими к мясу и овощам остатками острой приправы. Заказывать новые блюда, мне было как-то неприлично.

Остаться голодным тоже не хотелось. Поэтому нажимал больше на золотистый пшеничный пудинг и запивал обжигающие продуктами внутренности напитком из смеси различных ягод и плодов, вкус которых мне тут не понравился.

 Наш общий обед затянулся на пару часов. Большинство присутствующих за обеденным столом знакомы с индийской острой кухней и выбрали себе те блюда, которые были им съедобны. Студенты из таджикского университета, к которым относился, остались голодные от выбранных ими блюд.

Это видно не только по большим остаткам продуктов, но также потому, что представители Таджикистана нажимали больше на сладости и на фрукты, которые стояли огромными вазами по несколько штук на каждом столе.

Возможно, что именно сладости и фрукты спасли нас от истощения до ужина, который предстояло дождаться голодными? Брать с собой со стола фрукты и сладости неприлично, поэтому ели то, что пригодно к употреблению. После обеда все разбрелись по своим домикам и завалились спать в свои пастели. Измученные ужасной ночью с перелётами на вертолётах. Этим затянувшимся обедом с острой индийской кухней.

Мы ничего не хотели. Как только хорошо выспаться в домиках, продуваемых со всех сторон лёгким ветерком от притока Инда и от поля, на котором крутились ни только пропеллеры лётных машин, но и пара лопастей огромных вентиляторов, которые почти бесшумно вращались рядом с нашими домиками на самом краю лётного поля, таким образом обдувая наше жилье.

Конечно не домашние кондиционеры, но лучше так чем ничего. Прямо на дверях наших домиков развешали режим дня на время пребывания в этом аэропорту, который приютил нас до начала наших археологической работы в горах. Поэтому мы не утруждались думать о предстоящих мероприятиях в этих местах. Да и какие могли быть у нас мероприятия, как только кушать и спать до предстоящего следующего перелёта на вертолёте в горах, которые окружали эту не большую впадину.

– Господа из Таджикистана! – сквозь сон, услышал, голос Томаса Мартина. – Пройдите на ужин к столу.

 Мы заранее знали, что наш ужин будет в домике столовой, которая находилась через мостик за речкой. Рядом с тем местом, где мы все вместе обедали. Лениво потягиваясь, мы пошли обратно под душ прямо в плавках. Нам было лень накинуть на себя одежду, так как душ был в нескольких шагах от нашего домика.

Так зачем нам одеваться, а после обратно переодеваться, если можно преодолеть в плавка, туда и обратно, короткую дорогу всего в несколько шагов. Но этикет соблюдать надо. Ведь мы в международной археологической экспедиции от ЮНЕСКО тут представляем различные культурные слои многих стран мира.

 После душа, получив бодрость во всем теле, мы всей группой направились в местную столовую, где суетились официанты с приготовлением сервированного стола. Томас Мартин разговаривал с шеф-поваром на английском языке и показывал на стол. Видимо, сэр Роджер, закрепил Томаса Мартина по вопросам нашего питания. Он давал сейчас указание на блюда, чтобы угодить мусульманам, христианам и католикам.

– Чтобы у вас не было ошибок в выборе неизвестных вам местных блюд, – обратился к нам Томас Мартин, – распорядился о подборе блюд европейской кухни, которая похожа на русскую, но блюда без свинины.

В этот раз перечень блюд выглядел намного короче и скромнее, напечатанный на обычном листе бумаги. Даже ни стал изучать весь список представленных нам европейских блюд. Заказал то, что было в списке первых, вторых и третьих блюд. Возможно, это руководители учли тот момент, что мы в обед из-за острой пищи, фактически, остались в своём большинстве голодным?

Поэтому ужин был похож на хороший обед. На первое блюдо заказал венгерские щи. Вторым блюдом у меня жаркое по-ирландски с картофелем по-швейцарски. К третьему блюду мне подали исландский овощной салат.

Пить выбрал уже испытанный напиток из смеси ягод. Мучные продукты и сладости лежали на столе в вазах рядом с разнообразными экзотическими фруктами, которые выращивают в Индии.

Мои друзья заказали себе почти такие же блюда. Когда официанты закончили обслуживание нашей группы, Томас Мартин вышел из столовой. Увидел в окно, как он сел на джип вместе с сэром Роджером. Они уехали куда-то за приделы нашего городка. Проводив их взглядом, принялся усиленно набивать себе желудок, словно меня кормили в последний раз перед смертью.

Люблю всегда хорошо покушать, а тут такой случай, после прокола с обедом, можно было ужинать по-человечески и без проблем. Так что ужин мой удался на славу. На ужине был вполне сытым. Никифоров Сергей и Касымова Зухра, сидели рядом и угощали друг друга продуктами из своих тарелок. Они специально заказали совершенно разные блюда, чтобы попробовать всего понемногу.

Откровенно говоря, завидовал им в том, что им удаётся попробовать больше различных блюд. В то же время, было приятно смотреть на влюблённую пару, которая заботилась друг об друге. Это была не наигранная сцена влюблённых, а настоящая любовь молодых людей. Вероятно, что они планируют свою семейную жизнь?

 После ужина все направились в домик, который был рассчитан под актовый зал заседания. В нем было много рекламы ЮНЕСКО по археологии тех мест, куда нам предстояло отправиться. Рядом лежали географические карты с пометками предполагаемых мест работы международной археологической экспедиции.

Естественно, что каждая группа вяза только то, что их интересовала по месту намечаемой ими работы. Остальное брать не было смысла. Здесь столько полиграфии, что её можно измерять килограммами. Руководители археологической экспедиции уехали на машинах куда-то из нашего городка.

Возможно, что где-то рядом был более крупный административный город, туда и поехали наши руководители? Нам некуда было идти или ехать. Мы занялись чисткой и стиркой своего белья. Девушки предлагали нам постирать белье, но мы сразу все отказались.

Сказали, что чувствуем себя, как во время полевых учений в армии, а там всегда обходились без помощи армейских женщин и стиркой белья занимались сами. Так что и в полевых условиях будем заниматься стиркой и другим бытом сами, ну, в крайнем случае, на равных правах с девушками. Конечно, девушки планировали создать из нашей группы семейный очаг.

Но парни хотели хотя бы в археологической экспедиции освободиться от семейной опеки и просто заниматься интересной работой. Несмотря на то, что был вечер, жара в городке держалась.

Это было в самый раз к нашему влажному белью, которое мы развесили на лавсановых стропах между домиками. Продуваемое тёплым ветерком наше постиранное белье быстро высохло, примерно, через час мы занесли его в наши комнаты, чтобы утром уложить в свои рюкзаки с другими вещами снаряжения. Ведь завтра утром мы вылетаем работать в горы.

3. Археологические раскопки.

Нам было приятно находиться в этом гостеприимном городке Индии. Однако все наши мысли были там, высоко в горах, где мы должны были проводить археологические раскопки.

Поэтому мы с огромной радостью и воодушевлением услышали ранним утром после завтрака объявление о сборах на посадку в вертолёт. Откровенно говоря, собирать нам было нечего, кроме своих рюкзаков. Весь основной груз и снаряжение отправили вертолётами до нашего прибытия в городок. На посадку в вертолёт мы пошли налегке и там свободно разместились. Как договаривались мы с руководителями экспедиции, нашу группу сохранили.

Кроме нашей семёрки однокурсников в вертолёт сели Ахтам Бабаев, Томас Мартин и Ян Робинсон. Вероятно, Томаса Мартина и Яна Робинсона отправили с нами по той причине, что хорошо говорили на русском языке? Ахтам Бабаев говорил на английском, таджикском, русском, узбекском и арабском языках.

Возможно, что Томас Мартин и Ян Робинсон знали также местный язык хинди? Кроме меня, все остальные мои однокурсники знали языки Средней Азии. Таким образом, в нашей группе присутствовал набор разных языков речи, которые могли пригодиться нам во время археологической работы в горах и во время встречи с местным населением. Контакты могли оказать какое-то содействие во время археологических раскопок.

Пестро разукрашенный вертолёт немного подёргался во время раскрутки винтов. Легко оторвавшись от земли, стал набирать высоту. Наша группа первой вылетала в горы, туда, где за склонами коричневых гор виднелись остроконечные заснеженные вершины. Мы ничего не знали об этих горах, а спрашивать некогда. Нас дружно провожали все оставшиеся участники международной археологической экспедиции и персонал городка, которые вышли на вертолётную площадку и махали нам руками, пока вертолёт взлетал. Затем все они исчезли где-то внизу на площадке. Вертолёт направился в сторону коричневых гор за зелёные склоны.

Под вертолётом потянулись небольшие поля с узкой лентой притока реки Инд, порошей деревьями и кустарниками. Вскоре появился редкий лес хвойных деревьев, которые сменил серый ландшафт гор. Долго смотрел в иллюминатор вертолёта на скучную картину под нами, но после мне надоело смотреть. Стал дремать. То же самое делали все участники нашей группы. Они разместились в своих сидениях, пристегнувшись крепко ремнями, дремали на своих рюкзаках, которые у каждого из нас разместились на коленях.