Перемены

Перемены

Политика и люди, как природа, имеют свои перемены.

Часть-1. Странные встречи.

1. Ночной визит.

Устав, наконец, от своих философских рассуждений сквозь сон, повернулся на правый бок, пытаясь умилостивить свою естественную потребность к нормальному отдыху, и, мгновенно, провалился в глубокий сон, туда, где меня больше не беспокоили кошмары прошедшего дня. Мне нужен был естественный отдых.

Не знаю, сколько времени прошло. Вдруг, сквозь сон, чувствую, как чья-то рука пытается растолкать меня. Другая рука, нежная и давно очень знакомая по своему запаху, слега прикрывает мне рот, чтобы сквозь сон не мог вскрикнуть.

Моё сознание бурлило и все никак не могло определить, что делать мне, спать или уже проснуться. Долго боролся с проблемой сознания сквозь сон. Наконец-то мне удалось открыть глаза.

Вокруг было темно. Сквозь тусклый свет луны на моё лицо падала тень оконной рамы. Тонкая паутинка свисала где-то в промежутке между окном и моим лицом. От вида паутины на моем лице было какое-то не приятное ощущение.

Пытался убрать назойливую паутину от своего лица, но никак не мог определить её место нахождения. Наконец-то понял, что это всего лишь тень от паутины на окне. Тогда отодвинул голову в сторону стены и потерял паутину из своего вида.

Вздохнул с облегчением. На всякий случай все же ещё раз посмотрел на оконную раму. Паутины там больше не было. Видимо её легко сдул ночной ветерок.

На улице жутковато тихо. Через открытое окно, у нашей кровати, проникает свежий воздух, который освежает моё тело и разум. Мне было приятно вдыхать первые весенние запахи ночи.

Пахло свежими листьями с улицы, мокрой от росы корой деревьев и соком молодой травы прямо у нашего дома. На улице мелькнула маленькая тень ночной птицы.

Беззвучно упала с небосвода одна блуждающая звезда, которая тут же исчезла где-то далеко за невидимым мне горизонтом.

На чердаке пискнула мышь, пойманная ночной птицей. Опять почувствовал на губах знакомый запах руки и осторожно посмотрел в сторону темноты у кровати. Рядом с нашей кроватью, в одной ночной рубашке стояла взъерошенная от страха Людмила, не сводя с меня своего перекошенного от страха взгляда.

Вначале подумал, что вижу опять какой-то сон. Возможно, что это призрак сгоревшей женщины из автобуса у "Текстиля"?

Может быть, это ангел сгоревшей женщины явился в наш дом с небес? Во всём белом.

Чтобы забрать с собой мою грешную душу. Мне совершенно не хотелось отправляться туда, в небеса, за ангелом.

У меня на земле ещё много забот. Надо закончить учёбу в университете, воспитать своих блудных детей. В моей жизни есть множество других, не решённых задач.

Внимательно посмотрел на стоящую рядом у кровати женщину. Все-таки это была Людмила. Взглянул в её глаза, горящие тусклым отблеском слабого лунного света.

Снова подумал, что моё беспокойное сознание вот-вот покинет меня, а когда приду в себя, Людмила опять куда-то исчезнет.

Мы встретимся с ней в совершенно другом измерении совместной жизни, которое не известно людям. Куда, однако, совсем не спешил и не торопил других.

У нас ещё было много времени подумать о своей мере жизни. Когда наши взгляды с Людмилой встретились, она указательным пальцем своей свободной руки показала мне на свои и мои губы, чтобы мы оба молчали, а после указала рукой на открытое окно у кровати.

Прямо посередине проёма открытого окна с крыши дома болталась толстая лавсановая верёвка. Было вполне очевидно, что кто-то пытается проникнуть в нашу квартиру.

Какой-то совсем непрошеный гость, решил совершить к нам свой ночной визит. Надо мне устроить ему достойную встречу, которую ночной гость запомнит на всю свою оставшуюся жизнь.

Если, конечно, он выживет, падая с высоты равной четырём этажам. Осторожно шире открыл окно внутрь балкона.

Встал во весь рост на своей кровати. Стал ждать. У меня была одна мысль, что обязательно надо наказать ночного визитёра. Когда появятся ноги вора, то его тут же сброшу на землю с четвёртого этажа своего дома.

Там, что будет, за то другим ворам будет неповадно лазить ночами по чужим окнам, иначе, ещё могут пострадать другие люди. Ведь в нашем городке, однажды, были такие случаи грабежа квартир.

Сколько тогда пострадало безвинных людей от воров? Прошли мучительные секунды, как целая вечность, но, ноги вора все не появлялись.

У меня мелькнула мысль, дёрнуть за верёвку и опять лечь спать, как, вдруг, прямо у моего лица появилась обросшая густой щетиной огромная мужская рожа, от которой резко пахло горным костром, талым снегом, водочным перегаром и табачным дымом.

Глаза мужчины были наполнены неожиданным страхом и удивлением, как у снежного человека Каптара с кавказских гор, который совершенно неожиданно встречается с глазу на глаз с обыкновенным человеком.

От мужика и вправду, по-настоящему, веяло снегом и дымом костра, как от снежного человека. Словно, это он только что спустился с больших гор

Кавказа и внезапно появился у моего лица, что чуть не упал от страха на свою постель, лишь какая-то сила воли удержала меня от падения.

Не успел даже сообразить, что делать, как лицо мужчины также внезапно исчезло, как появилось. Сразу над моей головой загрохотало. Посыпались осколки битого шифера и раздались вопящие крики от боли.

Грохот расколотого шифера и раздирающие душу вопли вора удалились в сторону пожарной лестницы в конце нашего дома. Понял, что от неожиданной встречи со мной и ещё по пьянке, вор не воспользовался слуховым окном на крыше нашего дома, чтобы быстро добраться по чердаке до пожарной лестницы.

Решил ускорить побег прямо по крыше дома. Не подумал о своём весе. Под тяжестью веса стал проваливаться всюду на крыше. Совсем машинально, соскочил с кровати на пол. Натянул на себя спортивное трико.

– Ты, это куда!? – вдруг, забеспокоилась жена, пытаясь удержать меня. – Остановись! Тебя не пущу к нему.

– Надо перехватить на пожарной лестнице, – ответил, Людмиле, – иначе, вор может уйти по лестнице.

– Ты, что, совсем с ума сошёл? – запротестовала жена. – У тебя трое детей. Вор вооружён и очень опасен.

Людмила ещё что-то говорила и говорила, словно причитала над покойником, но уже ничего не слышал. В одних тапочках, на босую ногу, быстро спускался вниз по ступеням и там во двор.

Когда выскочил из своего подъезда, то на верхних этажах дома, где бежал вор, цепочкой всюду загорался свет в окнах соседей.

Люди просыпались от сильного треска разбитого шифера у себя над головой и выгладывали из своих окон, пытаясь в ночи разглядеть крышу своего дома. Во всём доме поднялся сильный переполох соседей.

Быстро шлёпая тапочками по тротуару, завернул за угол дома и чуть не схватил за куртку вора, спрыгнувшего в этот момент с пожарной лестницы и рванувшего бежать в противоположную сторону от меня.

По инерции пробежал за вором несколько метров. Но вскоре остановился, так как понял, что мне в тапочках вора не догнать. Бежать за вором босиком по холодной земле ни очень-то хотелось. Посмотрел в след убегающему вору, который удалялся.

В той стороне, где бежал вор, в нескольких метрах впереди него бежал ещё один мужчина, в такой точно одежде.

Возможно, что они были соучастниками попытки ограбления моей квартиры? За соседним домом, на перекрёстке двух улиц, мужчины сразу разбежались в разные стороны.

Бежать "за двумя зайцами" мне не было никакого смысла. К тому же бежали воры быстро.

– Что там стряслось? – хриплым голосом, спросил сосед с угловой квартиры нашего дома. – Пожар в доме?

– Не пожар. Нас пытались обокрасть, – ответил, не глядя в сторону соседа. – Воры успели удрать от меня.

– Надо нам срочно вызвать милицию. – посоветовала Джамиля, соседка с третьего этажа. – По горячим следам воров быстро поймают. Чтобы воры к другим людям нашего города не залезли, надо их изолировать.

Ни стал больше слушать советов соседей нашего дома и тут же отправился к участковому инспектору милиции, дежурное отделение которого находилось от нас всего через три дома на соседней улице, прямо в сыром полуподвальном помещении городского семейного общежития, в котором ютились бомжи и нищие.

Мне понадобилось всего несколько минут, чтобы быстрым шагом добраться до милиции. В участковом отделении милиции сегодня дежурил лейтенант милиции Рахимбек Таисов.

Толстый мужчина лет сорока. В его возрасте многие офицеры милиции были капитанами и майорами, а он все ещё ходил в лейтенантах.

Все жители нашего города знали Таисова, как любителя поспать во время дежурства.

Вот и сейчас, он спал за своим столом в старом стуле, покосившемся от его веса.

Рахимбек Таисов сладко спал, похрапывая и пуская пузыри. Рядом с ним, облокотившись на письменный стол, сидя на таком же стуле, мирно спал старшина милиции. В углу кабинета, развалившись в мягком кресле, спал сержант милиции. Пожалуй, только он, подчинённый, устроился отдыхать лучше своих начальников.

Кобура с пистолетом, вместо подушки, лежала прямо под головой сержанта. Никто и ничто не тревожили сладкий сон стражей порядка.

– "Вот нам ещё только военного времени и бандитов не хватало." – подумал с беспокойством. – "Ничего не стоит бандитам таким захватить оружие и целое отделение милиции, для этого надо всего лишь одно желание и все дела."

Тут же отогнал от себя дурные мысли и подумал, что вот такую сладкую компанию мне трудно будет поднять. Надо их как-то быстро разбудить, чтобы не потерять драгоценного времени, на захват грабителей.

– Товарищ, лейтенант! – заорал, по-армейски. – Можно мне, срочно, обратиться к вам с личным вопросом!?

Старшина быстро вскочил со своего стула, поправил на голове, съехавшую на бок форменную фуражку.

– Ты, что, орёшь? – раздельно, спросил меня, старшина. – Разве не видишь, лейтенант отдыхает от службы.

– О, Аллах! – прекратив пускать пузыри, вздохнул Рахимбек Таисов. – С вами здесь, разве можно отдыхать.

Рахимбек достал из своего кармана носовой платок, который давно потерял свой первоначальный цвет. Вытер носовым платком распухшее от долгого сна толстое лицо. Полузакрытыми глазами посмотрел на свои наручные часы. Сверил время с настенными часами.

Вяло поправил на себе форменную фуражку и сжатую в гармошку форменную одежду. Проверил руками наличие лежавших на письменном столе папок и бумаг.

Вяло пожевал своими толстыми губами. Поменял удобную позу в почти развалившемся стуле.

– Что такого могло случиться у вас в три часа ночи? – не открывая глаз, обратился ко мне Рахимбек Таисов.

– Нас пытались сейчас ограбить воры. – растерянно, ответил, и, добавил. – Через крышу нашего дома.

– Но, ничего не украли? – утвердительно, спросил Рахимбек. – Все ваши жильцы остались целыми?

– Совсем ничего у нас не украли. – рассеянно, повторил, за ним. – Все наши жильцы остались целыми.

– Ну, тогда все в полном порядке, – уверенно, сказал лейтенант. – Вот только какого чёрта, ты сейчас меня разбудил по пустякам? Можно ещё до утра хорошо выспаться, там разберёмся, что у тебя случилось.

Рахимбек обратно занял привычно-отработанную позу, закрыл глаза и тут же захрапел, пуская носом сочные пузыри. Старшина последовал примеру своего командира и тоже сразу заснул на своём месте.

– Но, там же народ вас ждёт! – возмутился. – Ведь весь жилой дом проснулся! Что им сейчас скажу? …

– Так бы сразу и сказал! – заорал Таисов, вскакивая со стула. – Развёл тут "нас пытались".

Если народ нас ждёт, то милиция вся должна быть рядом с народом, это народу мы служим на своём посту. Лейтенант, отработанными годами движением рук, убрал в ящики письменного стола все папки и бумаги, закрыл их на ключ, проверил дверцу сейфа, ещё раз сверил свои наручные часы с настенными.

– Подъем! Ты будешь, за старшего! – отдал команду Рахимбек Таисов, шлёпнув по заднице спящего в мягком кресле сержанта милиции. – Следи, чтобы до моего прихода здесь было все в полном порядке.

– Слушаюсь, товарищ лейтенант! – отрапортовал сержант, вскочив с кресла и тут же сел в почти развалившийся стул своего командира, точно в такую позу, в которой только что спал толстый лейтенант Рахимбек Таисов.

Старшина, направляясь за лейтенантом к выходу, показал кулак сержанту, а тот старшине свой язык. На улице было прохладно. Милиционеры, поёжившись после тёплого помещения, привели в порядок свою форменную одежду.

Приняли надлежавший вид стражей порядка и быстрым шагом направились в сторону нашего дома, который им был известен так же, как и все его жильцы.

Милиционеры часто приходили в наши дома по делам своей службы. У нас уже давно был заведён такой порядок в городе, держать прямую связь милиции с населением всего города.

Ведь все милиционеры жили в этих домах ещё с детских лет. Ещё издали мы увидели, что наш дом освещён огнями зажжённого света в квартирах. Многие жильцы вышли из дома на улицу и смотрят на крышу своего дома. Те, кто моложе, смотрят в звёздное небо.

Можно было подумать, что тут не было попытки кражи, а наших соседей разбудили пришельцы с других планет.

Вот, теперь, жильцы нашего дома обсуждают очень важное событие ночи, которое потревожило сон.

– Вас инопланетяне пытались обокрасть? – удивлённо, спросил Таисов, будто читая мои мысли.

– Нет, – удивлённо, ответил, – обычные воры и облик у них был вполне земной, как у всех людей планеты.

– Тогда почему соседи смотрят в небо? – допытывался лейтенант, со своими вопросами.

– Очевидно они вас ждут оттуда. – подколол, лейтенанта. – Ведь вы для них, как инопланетяне на Земле.

Мы засмеялись над приколом и ускорили шаг к нашему дому. Возле дома нас окружили мои соседи.

– Салам алейкум, Рахимбек Таисов! Салам алейкум, лейтенант! – раздавались приветствия из толпы людей.

– Алейкум Ассалам! – радостным голосом, отвечал Таисов, на приветствия. – Как вы все живете? Как ваши семьи? Как ваши дети? Как ваше здоровье? Как идут ваши дела на работе и дома? Все целы?..

– У нас дела, слава Аллаху, хорошо! – ответил на приветствие, за всех, старый Карим. – Соседи говорят, что в нашем доме ночью был вор. Обворовал у соседа квартиру, надругался над семьёй. Надо вора поймать.

– Сейчас во всем разберёмся, – прервал лейтенант, старого Керима. – Вы, только все успокойтесь. Пускай каждый из вас расскажет, что случилось в вашем доме. Мы вместе вычислим мотив преступления.

Соседи вскоре успокоились и стали ждать, что дальше им скажет Рахимбек Таисов, лейтенант милиции.

– Вот вы, почтенная Салима, – обратился Таисов, к старой женщине. – Что вы нам расскажите?

– О, уважаемый, Рахимбек! – запричитала, почтенная Салима. – Что тебе может сказать старая женщина, которую всегда ночами мучают кошмары и бессонница. Стоило мне один раз заснуть, как в доме поднялся переполох.

Крыша сильно загремела. Стекла задрожали так, что стали лопаться и вскоре они рассыпались, как слезы покинувших этот мир людей. Везде стало светло, как днём. Вышла на кухню, чтобы посмотреть из окна на улицу. Смотрю, а на кухне мой внук Джурабек, паразит этакий, тайком от своих родителей по ночам сигареты курит, чтобы у него губы от сигарет отсохли.

Спрашиваю внука, что там случилось, почему ночью такой шум в нашем доме? Может быть, это какая-то трагедия произошла с нашими соседями?

– "Инопланетяне прилетели." – отвечает мне, этот болван. – "Всех стариков к себе на небо забирают."

Посмотрела на улицу, там нет никаких инопланетян. Лишь наши соседи вышли из дома. Вот и вышла узнать, что тут произошло. Думаю, что это наши соседи больше меня знают о том, что случилось в доме.

– Спасибо, Салима, за твой прекрасный рассказ. – поблагодарил Рахимбек Таисов, старуху. – Сейчас пусть другие соседи нам расскажут, как все было. Вот ты, Степан, как думаешь, что произошло в вашем доме?

Степан тупо помялся, переступая с ноги на ногу, пролепетал что-то себе под нос, посмотрел виновато по сторонам.

Лицо Степана было сильно опухшим от пьянки, а нос от алкогольного зелья красно-бордовый.

– А что? – стал оправдываться Степан. – Совершенно не виновен. Крышу дома не ломал. Соседям стекла в окнах не бил. Если по пьянке, может быть, ручку когда-то от входной двери оторвал, так это быстро все исправить могу? Что же касается шума ночью? Так, это, мы с Гришей, братом моим, поддали хорошо, ещё на работе, а когда пришёл домой, то уже был готов и сразу завалился спать.

Ночью чувствую, что дом весь ходуном ходит. Крыша наша трещит. Стекла в окнах лопаются. Соседи из квартир своих выскакивают. До этого по местному радио землетрясение нам обещали.

Вспомнил это. Ну, думаю, началось, сейчас весь дом наш развалится. Прихватил с собой недопитую поллитровку водки и быстро выскочил на улицу, почти голый, в чём спал. Даже одеваться, как следует, ни стал. Вот, посмотрите на мои алиби.

Степан тут же оттопырил пальцами свои разноцветные семейные трусы и с бутылкой водки в зубах, босыми ногами прошлёпал в кругу толпы соседей, как знаменитая модель на подиуме модной одежды в городе Париже.

Демонстрация своего алиби получилась у Степана так классно, что все соседи стали весело смеяться и на время забыли о причине своего ночного сбора. Хотя время вокруг уже подходило к рассвету.

– Ты бы ещё показал, что там у тебя в трусах осталось, – съязвила разведённая Люська, с третьего этажа. – Может быть, это ты и все своё добро, в трусах, давно пропил? Нам показывать сейчас нечего. Пьяница.

– Да он сам этого не знает. – поддержала тётя Вера, из соседнего подъезда. – Как запил Степан, так стал импотентом. Ни на что не способным. Даже бриться стал только по великим праздникам. Вон, весь оброс.

– Ты что, проверяла? – начал защищаться Степан. – Быть может тебе ещё снять трусы с себя и показать, что у меня все в полном порядке. Готов выполнить свой мужской долг перед женщиной прямо сейчас на улице.

– Что там проверять в штанах, – огрызнулась тётя Вера, – и так все ясно. Тебя жена давно за это бросила.

– Ладно! Хватит вам сплетничать! – прервал скандал Рахимбек. – Кто-нибудь из вас может рассказать, что произошло этой ночью в вашем доме или меня зря потревожили. могу сейчас уйти отдыхать?

Соседи стали лепетать, каждый говорил своё предположение о краже, но никто толком ничего не знал.

– Все! Достаточно! – раздражённо, сказал. – Мне хорошо известно, что сейчас произошло в нашем доме.

Наверно, это только сейчас большинство моих соседей обнаружили среди них моё присутствие?

Соседи удивлённо посмотрели в мою сторону, как на пришельца с другой планеты, который знает гораздо больше, что происходит на Земле и на других планетах.

Может поделиться с ними в области познания вселенной. Когда мои соседи наконец-то полностью успокоились и приготовились слушать меня, рассказал им по порядку о том, что произошло в последние полчаса над моей квартирой и на крыше нашего общего дома.

– Вах, вах, вах! Ой, Аллах! Ой, Аллах! – причитала, старая Салима. – Ва! Какой это ужас! Всюду воруют.

Мои соседи возмущённо стали обсуждать происшедшее над нашим домом. Пытаясь, что-то вставить в мой рассказ из опыта собственной жизни. Перебивая меня, рассказывали различные ужасные истории.

– Хорошо! Все понял, – прервал меня, лейтенант милиции, – нам надо осмотреть крышу дома. Может быть, там ещё остались какие-либо вещественные доказательства, после побега вора с крыши вашего дома?

Рахимбек Таисов приподнявшись, как балерина на пальчиках своих ног, с большим трудом дотянулся до перекладины пожарной лестницы.

Зацепившись за металлический прут Рахимбек, попытался оторваться ногами от земли, но дальше у него ничего не получилось.

Он болтался на перекладине, как толстый бурдюк, наполненный кислым молоком и выставленный хозяйкой за окном своего дома на ночь, чтобы там ночью бурдюк обдуло холодным весенним ветерком, а утром, как из холодильника, приятно употреблять, это кислое молоко, в пищу всей семьи.

От дрыганья Таисова не было толку. Он дрыгался ногами пытаясь зацепиться за стену дома, но его толстый живот, ни давал ему возможности поднять ногу до необходимого уровня.

Форменные брюки сползли у Рахимбека ниже пояса, готовые в любую секунду соскочить с его толстого зада.

Китель и форменная сорочка на его теле задрались до такой степени, что полностью оголили его задницу и толстый живот лейтенанта милиции.

– Это Рахимбек демонстрирует нам свой мужской стриптиз на перекладине. – съязвили женщины из толпы.

Толпа соседей дружно хихикнула. В сторону Таисова сразу посыпались различные усмешки.

– Товарищ, лейтенант! – проявил инициативу старшина. – Можно, обследую вместо вас всю крышу дома?!

Как по команде, Рахимбек шлёпнулся толстыми подошвами ног на землю. Тяжело дыша, он поправил на себе одежду и доверительно посмотрел в сторону своего старшины милиции.

– Молодец, Эркен! – радостно, поблагодарил старшину, Таисов. – Думаю, что у тебя выйдет.

Эркен резво подпрыгнул и стал подниматься по пожарной лестнице, стараясь перескакивать через каждую перекладину, но это ему часто не удавалось сделать. Он стукался коленями о железные прутья.

Однако Эркен терпел и спешил оправдать доверие своего командира, который подбадривал его подъем. Как только Эркен добрался до крыши дома, он тут же провалился наверху сквозь шиферное покрытие дома. Шум и треск шифера было слышно аж с высоты четырёх этажей нашего дома во всем нашем квартале.

– Ой! Больно мне! – раздался крик Эркен с чердака. – Помогите мне, сильно ранил ноги! Поломал ногу!

Рахимбек Таисов не раздумывая, кинулся спасать своего подчинённого, однако, огромный живот опять не позволил ему даже подтянуться по вертикальной лестнице. Моим соседям было не до смеха. Эркен истерически кричал наверху, так, что мурашки бегали по моей спине.

Всем стало понятно, что вполне возможно, старшина милиции, действительно, поломал себе руки и ноги, от неудачного восхождения на дом? Надо было его спасать.

Двое накаченных парней, соседей с нашего дома, аккуратно отодвинули Рахимбека Таисова в сторону и сами быстро полезли на крышу дома по пожарной лестнице.

У парней получалось все хорошо и без травм. Парни удачно добрались до крыши нашего дома, спустились в чердачное помещение и исчезли там. После чего, мы потеряли парней из виду. Лишь было слышно на чердаке постепенно удаляющийся шум их шагов.

Присутствующие у лестницы соседи перестали разговаривать и затаив дыхание стали прислушиваться, что происходит там на чердаке нашего дома. Но там была такая тишина, словно вся обитель чердака уснула или погибла от какой-то неожиданной встречи в темноте чердачной.

Может быть, там домовой живёт? Среди этой общей тишины, за моей спиной, кто-то изредка тихо подсасывал спадающий зубной протез, причмокивая своими старыми губами, через которые доносился шипящий свист, словно кобра за спиной.

Рядом с нашим домом в родильном доме, через дорогу, плакал только что родившийся ребёнок. За кирпичным забором родильного дома, под визжащие вопли новорождённого, тоскливо выла бездомная собака. То ли ей было жалко рыдающего ребёнка, то ли жрать сильно хотела? Возможно, собаку кормят последом?

– "У нас проблема." – подумал серьёзно. – "А там зародилась новая жизнь. Чья-то ещё судьба явилась на свет."

Мы так простояли, примерно, минуту, а может быть и намного больше, кто знает, на часы никто не смотрел? Однако у моих соседей терпение лопнуло, ожидать неизвестно чего. Стали ёрзать на своих местах. Переминаться с ноги на ногу. Усиленно сопеть. Сверху дома не было слышно ни одного звука. Ничего понять нельзя.

Если не допустить, что наверху все-таки случилась беда. Мало что ещё можно подумать, когда от неизвестности всякая чушь в голову лезут людям.

Кому-то уже стоило забраться наверх и посмотреть. Никто не хотел проявлять свой героизм, чтобы лезть на крышу дома. Даже сам Рахимбек остыл от своего долга перед подчинёнными и только терпеливо поглядывал в сторону крыши дома. Соседи искоса поглядывали в мою сторону.

Мне и без того было понятно, что все, собственно, началось от меня и мной должно как-то закончиться. Все так и должно было случиться сразу. С меня началось и мной должно закончиться.

Без единого слова, с большим трудом вскарабкался на железные прутья лестницы и медленно стал подниматься вверх. С одной мыслью, что там, на чердаке, все закончится нормально и мой подъем на крышу будет бесполезен. Зато вздохну свежего воздуха наверху и получу блаженство от созерцания с крыши.

За нашу жизнь ни так часто нам приходится подниматься на крыши домов, выше душных жилищ. С каждой перекладиной наверх по лестницы, у меня тяжелее становились ноги, опухали руки, гудело в голове и усиленно стучало сердце.