Новое место

Часть-1. Другое пространство жизни.

Даже у маленькой истории бывают большие проблемы.

1. Смена жизни.

Новый учебный год ничем не отличался от прошлого учебного школьного года. У меня всё те же нагрузки. Изменились лишь цифры и даты на одну величину.

Мы стали старше на один год и выше ростом на один сантиметр. Даже цифра на двери нашего класса повзрослела на одну единицу.

В коммуналке у каждой семьи произошли свои проблемы. Отец семьи наших соседей по коммуналке Магомед Абдуллазизов и мать Фатима и раньше никогда между собой не ругались.

Сейчас стали как кошка с собакой друг на друга кидаться. Почти каждый день в синяках и в царапинах. Причина в том, что дети не ухоженные. Постоянно грязные и голодные.

Если бы наша мама за ними не присматривала, то пацаны Абдуллазизовы давно могли откинуть сандалии, которых у них не было, а они были босые. Магомед был нефтяником, получал большие деньги, которых не хватало.

В то время как Фатима ходила вся в шелках, в золоте и в бриллиантах. Она каждый день драила своё лицо до зеркального блеска деткой игрушкой раскруткой пуговицей на нитках.

Магомеду это всё надоело. Он посадил жену на карцер в пустую комнату, где было только барахло Фатимы.

Почти месяц Магомед держал Фатиму под замком на воде и хлебе, которые ей давал перед уходом в смену на вахту.

В туалет не выпускал. Там у неё был таз бельевой и ведро с водой. Когда в коммуналке дышать стало нечем, то по просьбе нашей мамы, ради наших близнецов, он выпустил её.

Из карцера вышло нечто похожее на обезьяну. Лицо, обросшее щетиной. Вся одежда на ней грязная до такой степени, что можно было подумать её родили на помойке и с дня рождения никогда не мыли. От неё воняло так, что общий туалет во дворе не имел такого отвратительного запаха.

– Денег ты никогда не получишь. – сказал Магомед на русском и на аварском языках, чтобы понимали все присутствующие рядом. – Продукты детям буду приносить в дом сам. Ты будешь жить в своей комнате. Мы будем жить отдельно от тебя. Когда дети подрастут с тобой разведусь. Если тебя не устраивает моё решение. Можешь покинуть семью прямо сейчас.

С этого момента наши семьи перестали общаться между собой. Наша мама несколько дней проветривала от вони коммуналку и драила общую территорию до блеска.

Две недели близнецы жили у наших родственников. Наша мама жила вместе с близнецами. Мне в эти дни пришлось скитаться между школой, родственниками и чердаком нашего коммунального дома.

Наш отец все эти дни находился по месту своей работы, где занимался пьянкой и распутством.

Видимо эти его похождения в аулах не понравились горцам. На отца дважды покушались. Месяц с переломами лечился.

– Всё! Больше здесь жить нельзя. – сказал отец, когда выписался из больницы, после очередного покушения на него. – Уезжаем подальше отсюда.

8-го марта отметили годовщину смерти бабушки Нюси и стали собираться в дорогу жить в Курджиново на реке Лаба высоко в горах рядом с главным кавказским заповедником, где чистый воздух и вода.

Много дичи на местах возможной охоты. Главное, что нет тех, кто хочет убить отца. До отъезда нашей семьи было не до планов на приключения. Зимой по разным причинам лечился в больнице.

Пропустил много занятий в школе надо было навёрстывать упущенное по всем предметам, чтобы не оставили на второй год, которого у меня тут в Новом городке уже никогда не будет.

Когда закончился школьный учебный год и меня перевели в следующий учебный класс. Мы сразу отправились купаться и ловить рыбу на пресные заливы, в последний раз всей нашей дружной группой, которые были вместе в огонь и в воду.

Как у трёх мушкетёров – один за всех и все за одного. Мы всей дружной группой мчались к своему ангару с лодкой, словно беспокоились что-то потерять в пространстве своей жизни.

Когда открылся ангар, как мы сразу поместились в лодке и на огромной скорости без лебёдки сорвались вниз к пресным заливам. Едва воды коснулись и тут растворились в неведомом пространстве нашей жизни.

Мы словно утонули. В меня вонзился мой первый крик в день моего рождения. Перед глазами мелькнул манеж вокруг дерева с тутовником. Рядом меленькая девочка, которая назвала себя моей тётей Галей.

Она умерла на следующий год. Дальше поток моих детских приключений до поступления в первый класс. Затем добровольное заточение в немецком доте из резины в Червлённой-Узловой.

Лето в пещере сталактитов и сталагмитов. Друзья великаны, обросшие с головы до ног густыми волосами и щетиной. Ураган на острове Чечень.

Девочки русалки на камне в морской таинственной пещере. Дальше поток ненужной информации. Поход к открытию границы между Востоком и Западом. Мираж войны дикарей в пространстве огромной долины.

Первая дрожь от прикосновения к обнажённой девичьей груди размером с пуговки. Всё это меня держит и тут же хочет выбросить наружу. Вокруг меня блаженства не понятное никем.

Кто-то или что-то обволакивает моё сознанием и не хочет от себя отпускать. Но мне говорят таинственные голоса, что пора и честь знать пользоваться подобным наслаждением.

Пора вернуться в пространство обычной жизни, а не тонуть в безумие своём. Тут же понимаю, что море не хочет меня отпускать от себя.

В какой-то миг чувству на себе солёные как море слёзы своей мамы. Прощальные вздохи друзей и одноклассниц. Печальный вой лохматого друга немецкой овчарки по кличке Джульбарс.

Всё удаляется и тает в пространстве. Затем монотонный стук колёс пассажирского поезда в сумерках. Понимаю, что всё моё прошлое, хорошее и плохое, осталось там в пришедшей ночи.

Надо срочно спать, чтобы утром проснуться в новом потоке моей жизни. Где будут новые друзья и новые приключения. Своих старых друзей и старые приключения никогда не забуду, они останутся со мной.

Утро нового дня не принесло мне наслаждения жизни. Наша семья была в пути. Всё также как в коммунальной квартире. Братья близнецы вопят во всю глотку. Им постоянно что-то надо?

Мама старается успокоить малышей пряниками и лимонадом. Отец лежит на верхней полке в стельку пьяный. Через стенку в соседнем купе массовая драка. Проводник вагона по рации поезда вызывает на помощь наряд милиции, чтобы успокоить распоясавшихся пьяных пассажиров.

Присутствие стражей порядка отрезвляет обезумевших пассажиров, которые дают слово, что они не будут ругаться.

– Вы должны уважать историю. – строго говорит офицер милиции. – Вам доверили ехать в сталинском поезде, который отправится в музей истории.

Сейчас понимаю почему отец добивался купить билеты на семью на этот поезд. Так как на смену сталинским пассажирским поездам пришли новые поезда.

На последний проезд в старом поезде были большие скидки на билеты. Ветераны и инвалиды войны получали права на бесплатный проезд. Юбилейный сталинский поезд двигался медленно.

На каждой станции его встречали цветы и лозунги. На больших станциях торжественный приём с праздничными угощениями. Сталинский поезд провожали как вождя в последнюю дорогу, чтобы больше с ним никогда не встречаться.

На глазах, провожающих слёзы радости и печали. Вокруг такая суматоха, что пьяные проводники вагона и пьяные пассажиры не могут понять, кто приезжает, а кто выезжает.

Таким беспорядком пользуются воры. У пьяных пассажиров чистят карманы от лишних денег, с также воруют вещи. Мы едем в поезде вторые сутки. Ранним утром нового дня прибываем на станцию Армавир.

Мама заранее перетаскивает наши вещи в тамбур вагона, чтобы успеть вовремя выйти на перрон. В тамбуре вспоминаем, что в купе забыли пьяного отца. Мама отправляет меня туда в купе за отцом.

Отца вести с купе мне не пришлось. Он сам увидел, что семья оставила его одного с личными вещами на второй полке в купе и решил отправиться за нами. Как отец спускался сверху вниз мне не понятно.

Наверно, просто выпал ногами вперёд прямо на свои вещи? Поэтому остался невредимый. Вот наконец и станция Армавир. Мы со своими многочисленными вещами не выходим из вагона, а вываливаемся на перрон.

Каждый лично следит за своими вещами, чтобы никто не стащил наши вещи. Мама следит за вещами всей семьи, а также в первую очередь за нашими близнецами.

– Сейчас мы едем городским автобусом на автобусную станцию. – говорит отец. – Дальше у нас маршрут Лабинск, и к вечеру Курджиново. Если с транспортом и погодой нам повезёт. Тут в горах часто идут дожди.

К нашему сожалению, прямого рейса автобусом Армавир-Курджиново не было. Надо было ехать с двумя-тремя пересадками. Решили ехать до Лабинска. Дальше посёлок Мостовской, в котором жил старший брат моей мамы Фёдор Фисюков.

У него можно переночевать и утром ехать дальше. Была возможность ехать с Лабинска поездом по узкоколейки до Курджиново. Но, почти трое суток езды на обычном поезде нас так измотали, что мы даже слышать о поезде не хотели.

К тому же про узкоколейку мы всяких проблем наслышались, что решили ехать в посёлок Мостовской.

– Какие вы молодцы, что к нам заехали! – радостно встретил нас дядя Федя.

– Вообще-то хотели прямо в Курджиново ехать. – стала оправдываться мама перед старшим братом за поздний визит. – Но прямого рейса автобусом до Курджиново нет. Узкоколейка не для нас. Поездом устали ехать.

– Ничего страшного нет. – сказал Фёдор маме. – Можете отдыхать сколько угодно. Поедете дальше в удобное время. Сейчас за стол кушать и спать.

Как принято у терских казаков гостям на стол выкладывают всё, что съедобное есть в семье. Мама знала, что старший брат живёт не богато. Поэтому сказала Насте жене Фёдора, что нас закармливать не надо. Почти трое суток ехали на последнем сталинском поезде. Нас кормили на халяву.

– Так вы ничего не знаете! – с удивлением воскликнул Фёдор. – Час назад по радио сообщили, что в последнем сталинском поезде произошла трагедия. Десяток пассажиров погибли. Почти в каждом вагоне ограбление пассажиров. Пропали два проводника. Прокуратура проводит расследование.

– Подробности о трагедии в поезде мы не знали. – сказал наш отец. – Но по радио в поезде говорили, чтобы пассажиры следили за своими вещами, так как в поезде орудует банда грабителей. На каждом перроне были грабежи.

– Наверно, проводники пропали в нашем вагоне? – добавила мама. – Когда мы выходили из вагона на перрон в Армавире, то дверь в тамбуре была открыта. Проводники нас не провожали и новых пассажиров не встречали.

Мне неинтересно было слушать обсуждение взрослых о трагедии в сталинском поезде, сам был очевидцем этих трагедий, как грабили пассажиров. Видел, как проводники нашего вагона выбрасывали в окно пьяного пассажира. Меня самого чуть не сбросили с поезда. Мне всё это надоело.

– Шурик! Наши дети и твои братья уже спят. – прервала мои размышления тётя Настя. – Тебе тоже пора спать. В зале под часами есть твоё место.

Хозяева дома и мои родители сидели за столом на кухне. Им было о чём поговорить. Прошёл год после возвращения на Кавказ семьи Фисюковых с полуострова Камчатка.

Год после похорон бабушки Нюси, мамы большой семьи. Старший сын Фёдор Фисюков, ровесник Октябрьской революции, родился в октябре 1917 года. Во время ВОВ он был командиром танка.

В конце войны трижды был ранен и попадал в плен, с которого бежал и возвращался в свою воинскую часть. За это Фёдора сослали на Дальний Восток. Там он воевал против японцев. Затем его сослали на Камчатку.

Реабилитировали в 1958 году. Вернули ему все награды, многочисленные ордена и медали. Фёдор был классным гармонистом до и после ВОВ.

Играл на гармони на всех праздниках участвовал в художественной самодеятельности. У Фёдора двое детей, мальчик и девочка, по возрасту младше меня.

Близнецы Морозовы Лёня и Сашка ушли на фронт в 16 лет. С боями прошли от Кавказа до Берлина. Расписались на Рейхстаге. Не имели ни одного ранения. За ВОВ были награждены многими орденами и медалями. После войны близнецы женились на Татьянах. Каждый родил двух сынов с одинаковыми именами.

У Лёни ещё родилась дочка Наташа. Оба близнеца были машинистами на ЖД поездах. Их жёны работали на ЖД Кавказа. У бабушки Нюси были три дочери. Моя мама Мария1920 года рождения.

Надежда 1931года рождения. Тамара 1937 года рождения. Близнецы и три дочери жили все вместе на Старом хуторе в Гудермесе. Когда вышла замуж Мария, то парализованная на обе ноги бабушка Нюся жила с нами до своей смерти в 1958 году.

После чего её дети жили далеко друг от друга. Мне спать не хотелось. Просто лежал и думал, что иногда сбываются мои цветные сны. Помню как-то остался ночевать в Старом хуторе.

Там мне приснился цветной сон, что рано утром выпроводили коров из села на выпас к сочным травам. Там в поле стая волков порвала целое стадо коров.

– Мне тоже такой сон приснился! – с удивлением, воскликнул дедушка Гурей, когда ему рассказал о своём сне. – Сегодня не будем выпускать коров.

Всех тупых коров порвали волки. Коровы даже не мычали от боли и страха. Коровы сами паслись на поле у леса и сами возвращались на дойку.

В это утро доить было некого, коровы погибли. Остались наши бурёнки.

Цветные сны часто снились многим в клане терских казаков Выприцких.

Когда моя мама никак не могла забеременеть следующим ребёнком, чтобы у меня был брат или родилась сестрёнка.

Бабушка Маня Выприцкая – Лебедева сказала моей маме, что она родит двойню, как было предсказано в цветном сне. Так всё получилось. Через год мама родила Сергея и Юрку.

Маме моей мамы бабушке Нюсе за год до происшедших событий то же приснился сон, что 8-го Марта 1958 года, когда бабушке исполнится 88 лет она умрёт в день своего рождения.

Никто бабушке не поверил. Она разослала всем своим родственникам приглашение и умерла ровно через год. Вот так у меня начинает сбываться цветной сон, который приснился мне в поезде, что когда мы приедем в посёлок Мостовской в гости к родственникам, то на следующее утро первым рейсом из посёлка Мостовской в посёлок Псебай автобус упадёт в реку с моста.

Все пассажиры погибнут. Когда мы ехали в поезде, то родители не планировали заезжать в посёлок Мостовской, однако заехали. Выходит, что мой цветной сон начинает сбываться.

Наши родители планировали уехать первым автобусом до посёлка Псебай. Надо что-то придумать, чтобы сорвать поездку первым автобусом. Часы на стене пробили двенадцать часов ночи.

У меня сразу появилась идея перевести часы назад на один час. К примеру получается, что было пять часов, а мы всё ещё спим, ждём, когда будет пять часов утра на часах.

В сельской местности встают рано с первыми петухами в четыре утра. Завтра будет воскресенье. Никто не работает. В этой семье нет коров. На первую дойку коров вставать в четыре часа утра никому на надо.

Переведу часы на час назад или вперёд? Совсем запутался как лучше. Придётся остановить часы как есть. Любой механизм ломается. Дальше всё само будет.

– Шурик! Сынок! Вставай! – слышу голос мамы сквозь сон. – Мы проспали. Сергей и Юрка спят. Надо их тоже поднимать. Иначе мы не уедем сегодня.

– Ничего страшного нет. – успокаивает Фёдор. – Автобус часто от нас едет.

Настя накрывает на стол нашей семье. Все сейчас за столом не поместятся. Фисюковы дети проснулись, мальчик и девочка, возрастом младше меня.

С удивлением смотрят на нас. Не могут понять кто мы. Здесь кран с водой во дворе. Умываюсь холодной водой, чтобы совсем проснуться. За столом вся наша семья.

К нам присоединяется Фёдор, чтобы выпить с нашим отцом по сто грамм водки на посошок. После завтрака женщины целуют подряд всех детей. Фёдор берёт нашу сумку и спешит на автостанцию, которая от их дома метров пятьсот.

Надо успеть придержать автобус. Настя остаётся дома с детьми. Мы с вещами спешим на автостанцию. Фёдор купил билеты и придерживает автобус, чтобы он не уехал без нас. Автобус полный пассажиров взрослых с детьми. Наша семья с вещами едва помещается в автобусе. Водитель торопит, чтобы не срывали график.

– Вам повезло, что на второй автобус успели. – говорит Фёдор. – Сегодня заезд в пионерский лагерь в горах. До обеда здесь автобусы будут битком.

Дверь автобуса закрылась и наш общественный транспорт рванул вперёд, как лошадь на скачках на длинной дистанции в горы. Какое-то время моё зрение вертелось в разные стороны, чтобы увидеть место аварии первого автобуса, который приснился в моём цветном сне.

Но на трассе нет аварий. Дальше вокруг автомобильной трассы огромные поля с отарами овец и стадами коров. Небольшие холмы и никаких признаков рек и озёр.

Словно отары овец и стада коров выпили от жажды всю воду. Кроме этих животных тут больше нет никого и ничего. Даже скучно стало. Решил поспать.

Вдруг, автобус нажал по тормозам. Рывок вперёд меня чуть не перебросил на передние сидение. Дверь в автобусе открылась. Пассажиры быстро все стали выскакивать из автобуса и бежать куда-то вперёд.

Мой взгляд сразу упал на две таблички у дороги – "посёлок Щедок", "речка Псебайка". Лично мне всё стало понятно. Трагически сбылся мой цветной сон. Там уже некого спасать.

Просто из-за любопытства пошёл посмотреть, что там случилось. Речка так себе, её даже речкой трудно назвать, шириной метров пять и глубиной не больше двух метров.

Через речку не большой мостик. Видимо водитель задремал за рулём и левой стороной автобус врезался на большой скорости в правый барьер моста.

Автобус полетел в речку, завалился на крышу и сразу затонул. Из воды торчат только четыре колеса. Прозрачна вода окрашена в алый цвет крови. Никаких признаков жизни.

– Наверно, полчаса как была авария? – тревожным голосом, сказал водитель нашего автобуса. – Сейчас воскресенье. Не рабочий день. Транспорта на дороге нет и с посёлка мост не видно. Надо съездить в Щедок за краном.

Водитель сел в автобус и поехал в сторону посёлка Щедок. Пассажиры нашего автобуса остались у моста, ждать, когда приедет подъёмный кран, чтобы вытащить автобус из речки и автомобили скорой помощи, чтобы увести в морг людей, погибших в аварии. На аварию страшно смотреть.

– Если бы мы успели на этот автобус, то сейчас были там. – подумал вслух.

– Зря не болтай. – строго сказал отец, шлёпая мне по щеке. – Прикуси язык.

– Мне приснилось в поезде. – сказал с обидой. – Вы всё равно не поверили.

– Это ты остановил ночью часы? – прижимая меня к себе, спросила мама.

Мне больше нечего было сказать. Промолчал в знак согласия. В это время со стороны посёлка Щедок приехал наш автобус, а за ним машина подъёмный кран и три автомобиля скорой медицинской помощи.

Они срочно приступили к своей работе. Наша помощь здесь совсем не нужна. Наш водитель показал на свой автобус. Взрослые и дети со слезами на глазах пошли садится в автобус. Дверь автобуса закрылась, мы медленно поехали в Псебай, который начинался сразу за посёлком Щедок. Нас высадили возле автостанции.

Автобус свернул в сторону гор и густого леса. На автостанции Псебай стоял один автобус до посёлка Курджиново. В салоне автобуса нет никого. Можно подумать, что автобус ждал только нашу семью.

По водителю автобуса было понятно, что он знает о трагедии с автобусом на мосту за Щедком. Водитель молчит и нам нечего сказать. Автобус осторожно поднимается в гору.

Словно ощупывает сложный участок горной дороги. Опасается совершить аварию, как его коллега по транспорту. Мы тоже разом вздрагиваем при каждом скачке на камне, попавшем под колёса автобуса.

Тут ещё нудный дождик стал плакать с небес. Серые облака нахмурились с гор в вечерних сумерках наступающей ночи. Никто нас ни ждёт к ночи на автостанции в посёлке Курджиново.

– Вы случайно не местный? – спрашивает отец водителя нашего автобуса.

– Кто будет ночью ехать в чужой посёлок? – отвечает водитель вопросом.

– Где здесь находится улица Ленина дом№5? – обратно спрашивает отец.

– Вы находитесь на этой улице. – отвечает водитель. – Могу вас проводить к этому дому. Стрельниковы наши соседи. В доме всего две квартиры.

Водителя звать Игорь. Мы с ним познакомились. Он берёт одну нашу сумку и спешит к своему дому. Нам надо торопиться. Чёрные тучи и раскаты грома в горах предвестники грозы.

Скоро мелкий дождь превратиться в проливной дождь. Хорошо, что дом Игоря и Стрельниковых тут близко.

– Сосед! Принимай гостей! – кричит Игорь со двора входя в подъезд дома.

– Сергей! Как хорошо, что вовремя приехали. – радостно встречает нас Василий Степанович Стрельников. – Сейчас будет сильный дождь с грозой.

Вовка и Витька Стрельниковы выглядывают из своей комнаты. Они ни рады моему приезду.

В прошлом году, когда Стрельниковы уезжали с Избербаша в Курджиново. пацаны хотели меня побить на прощанье.

Но мне не в первой было проучить этих задир. Навешал им синяков на мордах. Наши родители пригрозили нам, что бы мы не затевали драку. Рассадили нас в разные стороны стола за ужином. После ужина пацанов отправили в свою комнату. Меня с моими братьями близнецами и с моими родителями разместили в зале на одну ночь. Завтра у нас будет своё жильё в посёлке.

2. Разборка на месте.

Не знаю каким путём и за какие деньги наши родители приобрели заранее жильё на краю Курджиново в местечке под названием "Дубки". Там были "Верхние Дубки" и "Нижние Дубки".

Наш дом оказался между ними. Напротив нас через поляну дом семьи Казаровы. Обе семьи стали дружить.

Понедельник был рабочий день. Ранним утром Стрельниковы помогли нам перебраться из их дома в наше новое место жительства на расстоянии трёх километров.

Затем все взрослые отправились на работу. Наш отец пошёл в исполком оформлять наше место жительства в посёлке Курджиново. Наша мама осталась дома с близнецами и со мной.

Надо было на новом месте жительства создать семейный уют. В доме хоть шаром покати. Нет ничего. За месяц до нашего отъезда в Курджиново отец отправил контейнер с нашей мебелью. Месяц жили у родственников в Новом городке.

– Стрельниковы сказали, что наш контейнер с мебелью прибыл в пятницу. – сказала мама, словно прочитала мои мысли. – Сейчас отец привезёт сюда контейнер. Мы сразу расстановим нашу мебель в доме по своим местам.

Близнецы вместе со мной разобрались со своими вещами. К нашему дому подъехал грузовой автомобиль с контейнером, в котором наша мебель. Сегодня с утра была солнечная тёплая погода.

Мебель с контейнера выгрузили прямо возле дома. Отец заплатил за перевозку, машина уехала.

– Давайте мебель занесём в дом. – распорядился отец. – Затем у нас будет обед. После обеда Шурка с нашими пацанами останется дома. Мы с матерью пойдём оформлять документы на жительство и на место работы. За одно сходим в Районо. Надо устроить Шурку учиться в школе в этом году.

Вообще-то мебели было как кот наплакал. Металлическая разборная кровать с металлической сеткой родителям. Деревянный манеж близнецов, которые едва помещались в своём манеже.

У меня раскладушка. Были ещё стол и четыре стула, которые в столярке сделали нам краснодеревщики. Когда наши родители ушли в посёлок Курджиново.

Мы вышли на поляну возле своего дома, чтобы познакомиться с местными ребятами. Ведь нам предстоит здесь жить. Хотя знакомится как бы не с кем. Напротив нашего старого дома через поляну шикарный дом, там тоже, наверно, живут дети?

Сергей и Юрка ни стали ждать, когда у них появятся друзья. Когда у калитки дома напротив появилась маленькая девчонка возрастом как братья.

Они тут же побежали к калитке знакомиться с соседкой. Вскоре у калитки появились мои ровесники. Долговязый пацан и девчонка моего роста.

– Казаров Вовка. – назвал пацан себя, когда они подошли к нашему дому.

– Казарова Люба. У калитки наша сестра Рая. – назвала она себя и сестру.

– Черевков Александр, Саша, Шурик или Сандро. – пошутил своим именем. – Называйте меня как вам нравится. У калитки мои братья Сергей и Юрка.

– Мы с ними уже познакомились. – шутя, сказала Люба. – Шустрые пацаны.

– Оба в меня. – пошутил перед новыми друзьями. – Вам скучно не будет.

Вовка и Люба стали смеяться. Сергей и Юрка у калитки с Раей тоже смеялись над своей шуткой. Так мы сразу нашли общий язык. До прихода к вечеру домой родителей в обеих семьях у нас образовались две возрастные группы между нашими домами, к которым примкнули ребята с местечка.

Вечером после рабочего дня две семьи своё знакомство за общим столом. Так как площадь дома нашей семьи не могла вместить за столом десять человек, а идти за стол в дом соседей не позволяла культура терских казаков. Поэтому стол накрыли на общей поляне между домами.