Семейная жизнь на Кавказе

1. ДТП на переезде в БМК.

В первый день нашего прибытия на ПМЖ в Северную Осетию у нас появились первые семейные проблемы с местом проживания и местом работы. Несмотря на беременность Людмилы у неё с работой не было проблем. В первый же день прибытия в Беслан, можно сказать, что по пути из аэропорта в город, водитель автобуса намекнул нам о свободных рабочих местах в бухгалтерии автобазы, куда непременно примут на работу такую красавицу, как моя жена. Беслан маленький город. Все друг друга знают. Едва только мы переступили порог нашего места жительства, как соседи и знакомые тут же распустили слух, что завтра на автобазу придёт новый бухгалтер.

Наследующий день Людмила получила прописку по месту жительства и работу в бухгалтерии автоматы в качестве кассира по выдачи зарплаты водителям автобусов. Работа не сложная. За день до выдачи зарплаты надо в банке получить деньги и в течении двух дней по ведомости выдать аванс или зарплату водителям автобусов. Между авансом и зарплатой работа в бухгалтерии с материальным отчётом по автобазе.

У меня с выбором места работы с первого дня появились проблемы. Слишком много было рабочих мест, куда меня могли принять на работу в первый день моего возвращения в Беслан. Прошло всего один год, как уехал покорять Москву и познавать азы циркового искусства. У меня сохранилась прописка по месту моего жительства. Мог поступить работать художником на любое предприятие. В Советском Союзе профессия номер один, это художник-оформитель. Без наглядной агитации невозможно построить коммунизм в отдельно взятой стране и в дальнейшем на всей планете. Планетарий всех стран соединяйтесь! Должно звучать с плакатов во всём мире.

– Может быть мне вернуться работать на военный завод «ФЭУ»? – поделился своими размышлениями с молодой женой. – Меня туда примут в любом качестве. Художники по наглядной агитации и специалисты по фотоэлектронным аппаратам там всегда в дефиците. Зарплата хорошая…

– На военном заводе «ФЭУ» тебе делать нечего. – категорически возразил Людмила. – Там каждая девственница мечтает, как можно быстрее стать женщиной и выйти замуж. Даже самая престижная профессия на втором плане перед естественным отбором между мужчиной и женщиной. Мне не нужны соперницы в лице девственниц на военном заводе «ФЭУ». Сразу забудь об этом.

– После твоего ухода на службу в армию у нас дефицит с рубщиками. – вмешалась мама в наш диалог. – Может быть ты вернёшься к нам на спальный завод работать рубщиком? Художник-оформитель нам тоже нужен. Тебя там все знают. Так что примут на работу без проблем.

– Откровенно говоря, не против работы на шпальном заводе. – стал размышлять вслух. – Но мне хочется закончить учёбу на художника в московском университете искусств. После физической работы рубщиком не до учёбы. К тому же там рискованно работать. Могут придавить железобетонной шпалой или во время затяжки струной проколоть. Такие случаи там бывают часто.

– Вот в газете написано, что на БМК нужны ученик станочник и разнорабочие по совместительству. – обратилась ко мне Людмила, читая объявления в местной газете. Здесь всё рядом. Можно совмещать работу с учёбой. К тому же есть перспектива в дальнейшем получить квартиру на БМК.

– Вот это совсем другое дело! – согласился с предложением жены. – Завтра поеду на БМК.

– Ты не забывай, что на переезде до БМК часто бывают ДТП. – напомнила мне мама. – Там нет шлагбаума через железную дорогу. Вчера поезд раздавил легковой автомобиль. Погибли люди.

– Можешь не беспокоиться на этот случай. – успокоил маму. – Здесь до БМК, как до спального завода всего три километра. Мне пешком двадцать минут ходьбы. В плохую погоду могу садиться на автобус не рядом с домом, а за переездом и там же входить с автобуса на обратном пути. Переезд от нашего дома всего одна остановка. Так что завтра еду устраиваться на работу на БМК.

Рано утром мама ушла на работу на спальный завод, где она работала крановщицей на мостовой крайне внутри цеха на распалубке и погрузки железобетонных шпал. На этом заводе фактически был семейный подряд.

Многие семьи работали в двух поколениях с начала пуска завода. Наши родственники не были исключением. На шпальном заводе работали несколько семей наших родственников, от уборщицы до главного инженера, должность которого занимал Щепихин Михаил Митрофанович, муж тёти Надя, средней сестры моей мамы. Там же до службы в армии работал рубщиком и распалубщиком одновременно. Зарплата была больше чем у мамы.

Конечно мне можно было сегодня вернуться работать на шпальный завод в качестве рубщика шпал. Хорошая работа вручную рубить специальным ножом стальные струны. Таким образом зарабатывать деньги и одновременно бесплатно накачивать себе мускулатуры, благодаря которой без конкурса меня взяли работать в цирк. Всё там прекрасно, однако находится под пристальным надзором родственников мне совсем не хочется. Поэтому лучше пойду работать на БМК.

Как только мама ушла на работу тоже сал собираться идти устраиваться на работу. Осторожно встал с постели, стараясь не разбудить жену, почти бесшумно отправился на кухню. Мама по старой привычке подогрева на газовой плите завтрак на четверых. Нас и раньше было четверо. Мама и три брата. Сейчас пустую нишу одного брата заняла моя жена Людмила.

Наш брат Юра за хулиганство сидит по малолетке в колонии для несовершеннолетних в Каспийске рядом с Махачкалой. Скоро он освободится с места заключения. К этому времени нам надо найти себе отдельное место жительства. Жить пятеро, точнее в шесть человек с рождённым ребёнком в двухкомнатной квартире будет невыносимо. У каждого человека свой характер, свои личные интересы. Так что кроме работы на первом месте проблема с местом жительства. Надо искать работу и жильё.

Хорошо, что летом редко бывают дожди. Можно пешком прогуляться по свежему воздуху от нашего дома до конторы Бесланского Маисового Комбината. Три километра моим ногам не расстояние. С детства пешком все горы Кавказа обошёл. Одна только зимняя прогулка в двадцать километров от дома тёщи до пермского цирка чего стоила. Ничего страшного. Закалился и семью получил в подарок за свой рискованные поход через зимнюю тайгу. Сейчас тоже всё для пользы.

Не успел дойти до переезда метров сто, как меня обогнал грузовой автомобиль, у которого была одна цель – проскочить через железнодорожный переезд перед манёвровым поездом, который задним ходом толка вагоны на шпальный завод. Такие манёвры поезда были круглые сутки между шпальным заводом и грузовой станцией.

По этой железнодорожной линии двигались пассажирские и товарные поезда между Орджоникидзе и Бесланом. Это было огромной проблемой для продвижения автомобильного транспорта между БМК и Бесланом. Никакие шлагбаумы и другие заграждения не спасали транспорт от ДТП. Каждый водитель старался проскочить перед проходящим поездом, чтобы длительное время не стоять в пробке перед железнодорожным переездом.

Вот и сейчас едва грузовой автомобиль заставил на переезд как у него тут же заглох двигатель. Принимать какие-то меры безопасности было бесполезно. Задние вагоны товарного поезда взяли на таран грузовой автомобиль. Метров двести до полной остановки поезд протащил по рельсам то, что всего пару минут было грузовым автомобилем. С обеих сторон железнодорожного полотна рассыпались коробки ширпотреба, которое нужно было магазинам и жителям посёлка БМК.

Все, кто был свидетелем данного ДТП, тут же побежали к кабине грузового автомобиля, где были два человека. Надо было оказывать помощь пострадавшим или вытаскивать из обломков автомобиля то, что когда-то было человеком. Никто не знал точно, как пострадали два человека.

– Ты как себя чувствуешь? – задал глупый вопрос пострадавшему мужчина, который прибежал первым к обломкам кабины бывшего автомобиля. – Сейчас вызовом скорую помощь и вытащил тебя.

– Мне пока помощь не нужна. – сказал водитель автомобиля, морщась от боли. – Окажите помощь девушке. Если она ещё жива. Основной удар вагона пришёлся на неё.

Все присутствующие тут же перешли на другую сторону раздробленной кабины автомобиля. Правая сторона кабины машины буквально сплющило как картонную коробку вместе с человеком. Вытаскивать руками из этого месива пострадавшую девушку было невозможно. Здесь нужна была помощь техники и скорой медицинской помощи, которые как всегда опаздывали по вызову.

– Нас много. Надо поставить кабину вертикально. – подсказал нам проводник товарного поезда. – Пока подъедут техники, и скорая помощь мы вытащил из кабины водителя. Дальше будет видно.

По команде проводника мы разом осторожно подняли набок кабину машины вместе с двигателем и пострадавшими людьми. Затем осторожно, чтобы не разбить что уделено, словно гигантскую хрустальную вазу поставили к

абину в вертикальное положение.

Осторожно открыли дверь кабины и вынесли на поляну водителя машины, который к этому времени был без сознания.

Едва мы разобрались с пострадавшим водителем, как к этому времени к месту ДТП подъехала скорая медицинская помощь и следом за ними техники с авторемонтного завода. Они тут же стали оказывать скорую медицинскую помощь пострадавшим и разбираться с обломками автомобиля. Сейчас пострадавшим и разбитому автомобилю оказалась не нужна наша посторонняя помощь. Посмотрел на свои часы. Прошло минут двадцать со времени ДТП на железнодорожном переезде. Идти пешком до БМК нет смысла. Товарный поезд ушёл на шпальный завод. Переезд открыт. Можно пройти вперёд метров двести на автобусную остановку и спокойно доехать городским автобусом до БМК. Время рабочее. Мест в городском автобусе хватит всем пассажирам.

2. Учёба и работа ради шутки.

В посёлке БМК одна единственная площадь, которая одновременно служит людям автобусной станцией, сельскохозяйственным рынком, повседневной барахолкой и местом отдыха молодёжи. От автостанции до конторы БМК несколько сотен метров, которые мне известны с детства. Мы суда целым классом ездили на экскурсию летом. Занимались на экскурсиях в БМК сладостями, которые здесь изготовляли из кукурузы. Когда повзрослели, то добывали на БМК для кайфа спиртные напитки. Как было заведено в Советском Союзе в любом предприятии перед началом работы каждый день проводили планёрки или пятиминутки, которые могли растянуться на десятки минут. В этом направлении БМК не был исключением.

Так что мне пришлось постоять в очереди перед отделом кадров около часа. Работать и учиться на БМК стремились все, кто жил и учился в Беслане. Ближе перспективная работа была только на стройке в Орджоникидзе, куда было мало желающих.

– У меня имеются на БМК всего три желания. – сказал в отделе кадров БМК, когда подошла моя очередь. – Хочу учиться, иметь хорошо оплачиваемую работу и вскоре получить квартиру…

– Учёбу и работу мы вам найдём. – рассматривая мои документы, ответила пышная дама, начальник отдела кадров. – Вскоре получить квартиру не получится. Построенный дом будем заселять в конце этого года. Новый сорока квартирный дом начнём строить в следующем году. Очередь на квартиру восемьсот человек. Так что скоро получить квартиру не получится. С работой у нас проще. Нужен художник-оформитель. На учёбу у нас набирается группа токарей, газосварщиков и электросварщиков. Так что выбор за вами. Куда вас будем записывать?

– Всё то, что вы перечислили меня вполне устраивает. – выпали, не раздумывая над выбором.

– С работой всё понятно. – с иронией разглядывая меня поверх очков, сказала дама. – С учёбой вам надо определится по одной из трёх профессий. На кого конкретно вас записывать?

– Чего тут разбираться? – с удивлением, воскликнул. – До службы в армии закончил Бесланское строительное училище№5. Получил специальности столяра-краснодеревщика, полотнища и многостаночника по обработке древесины. Так же перед службой в армии учился на авторемонтном заводе на мастера по ремонту автомобилей. Там проходил курсы по газовой и электросварки…

– Всё понятно, – прервала меня начальник отдела кадров. – Станки по дереву и по металлу имеют различия. С учёбой на мастера по ремонту автомобилей мы наслышались. Если не ошибаюсь, то именно в вашей группе три года назад отправились тормозной жидкостью. Короче, записывают вас на все три группы обучения. На месте сами разберётся где вам будет легче учиться.

Получив в отделе кадров на руки направления на учёбу и на работу, тут же направился по указанному адресу, который находился на территории БМК. В первую очередь заглянул по месту моей работы в художественную мастерскую. К моему удивлению там уже имелся художник, которого мне трудно назвать художником. Так как он пытался изобразить что-то, что трудно назвать изобразительных искусством.

Так себе, какая-то детская мазня юного художника из детского садика. Мне неудобно было отвлекать коллегу от творческого вдохновения поэтому решил перед работой сходить в учебный корпус, который находился между административным зданием и мастерскими по изготовлению металлических изделий постоянно нужных в БМК к основному производству из кукурузы нескольких десятков биологических продуктов и различных технических масел.

– Занятия на всех трёх группах у нас проводятся по очереди каждый рабочий день. – рассматривая моё направление из отдела кадров, сказал заведующий учебного корпуса. – Тебе что интересно?

– Меня интересуют все три группы. – не раздумывая ответил. – Хочу быть спецом во всё…

– Хм! Да! – ехидно ухмыляясь, прервал завуч моё решение. – Ты вообще сможешь освоить это…

– Посмотрите на мои предыдущие обучения! – с возмущён воскликнул. – Среднюю школу закончил экстренном. Строительное училище на хорошо и отлично. Военное училище тоже экстренном. Хорошо знаю разные станки по обработке древесины. Немного знаком со сваркой металлов…

– Хорошо! Хорошо! Убедил меня. – прервал завуч мои доказательства. – Записывают тебя во все три группы обучения. В понедельник первое занятие на токаря в этом классе после работы.

Разобравшись с предстоящим обучением, пошёл к секретарю партийной организации БМК. В советское время художники-оформители находились непосредственно под контролем партийной организации. Так, как только коммунистическая партия могла руководить и направлять наглядную агитацию в построении социализма и нашего будущего коммунизма в отдельно взятой стране.

– При наличии таких серьёзных документом у меня нет никаких вопросов. – сказал парторг, рассматривая мои документы. – Становись на комсомольский учёт и в понедельник выходи на работу.

Время так быстро летит, что только по входу из БМК обратил внимание на свои часы, которые показывали обеденное время. Мне некуда было спешить. Можно было перекусить чего-то в посёлке и пройтись пешком от посёлка БМК до нашего дома. Погода хорошая. Времени достаточно.

– Мне что-нибудь перекусить в дорогу и выпить. – обратился в киоск общепита на площади.

– У нас только пиво жигулёвское в бутылках и пирожки разной начинки. – ответила продавщица.

– Мне две бутылки пива жигулёвского и пирожки разной начинки по одному. – заказал в киоске.

У меня в кармане было всего три рубля. Однако на две бутылки пива и на пирожки хватило всего один рубль. На оставшиеся два рубля мог купить продукты для семьи в гастрономе по улице Окружная, которая находится близко от нашего дома.

Из купленных продуктов на два рубля можно дома приготовить разные блюда на семью из четырёх человек. Пока у меня нет стабильной зарплаты надо экономить на всём. Даже две бутылки пива и пирожки лишние траты в данное время.

Размышляя о проблемах нашей семьи на данное время, незаметно быстро дошёл до злополучного переезда через железную дорогу, где обратно было столкновение с товарным поездом в этот раз легкового автомобиля. По изуродованным останкам машины и лужи крови на переезде можно было сделать вывод, что без жертв не обошлось. По всей видимости авария была недавно.

Так как лужа крови была свежей и рядом находился подъёмный кран, который собирался увезти раскуроченный автомобиль подальше от железной дороги. Привыкшие к частым авария на данном переезде железнодорожники продолжали свою работу как ни в чём небывало. Любопытных людей на месте аварии тоже не было. Каждый проходящий по своим делам не останавливался надолго.

Мне тоже было неинтересно рассматривать на переезде то, что было утром и совсем недавно в одном и том же месте. У меня было достаточно своих семейных проблем, на которые никто не обращал никакого внимания. Надо самому разбираться в своих семейных проблемах, чтобы нам быть благополучной семьёй. В конце этого года у нас будет ребёнок. Надо о нём подумать.

– Ура! Мы победили! – радостно, закричал, как только вошёл в нашу квартиру. – Работа есть. Учёба есть. Всё в одном месте. Буду учиться сразу на три специальности и работать художником БМК.

– Тебе это будет тяжело. – заволновалась Людмила. – Разве можно так много учиться и работать?

– Сразу видно, что ты ещё плохо знаешь своего мужа. – шутят, сказала мама. – Он у нас с детства такой шобутной в учёбе и в работе. Всё ему мало и всего хочет достичь раньше времени. Школу закончил экстренно-досрочно. Строительное училище на хорошо и отлично. Военное училище досрочно. Даже во время службы в армии всё делал досрочно. За что каждый праздник о время службы был дома. Так что ты не волнуйся. Он справится с учёбой и с работой. Тебе сейчас надо думать о будущем ребёнке, чтобы он родился вполне здоровым. Всё остальное само сбудется.

Мама была права. Мне действительно всё легко давалось в учёбе и на работе. Все говорили, что у меня феноменальная память. Мне ненужно было ничего забрать наизусть, чтобы запомнить. Достаточно было хорошо послушать или прочитать, чтобы запомнить на всю оставшуюся жизнь. Основные эпизоды своей жизни помню с трёх лет.

Мама иногда забывает что-то из своей жизни, когда мне было три года, а то и меньше, когда стоял в манеже без штанов, начинаю напоминать маме то, что было тогда. Все удивляются откуда у меня такая память. Сам этого не знаю. Вот и в эти дни начала моей учёбы на БМК сразу с первого дня с лёгкостью стал осваивать азы своих новых профессий, словно всегда знал эти профессии с за памятные дни. Через пару недель обучения мне стало неинтересно дальше учиться. Стал требовать, чтобы меня перевели на практические занятия во вторую смену. После основной работы вместо учёбы работать на практике. Моя работа художником-оформителем мне была как игра или как увлекательное хобби.

– Ну, раз ты такой шустрый. – сказали мне на совете учителей. – Тогда вместо учёбы после работы можешь ходить на практику в токарный и в сварочный цеха. Там наши профи испытают тебя.

В первые дни моей практики учудил такое, чего наверно не было со дня основания БМК. В первый день моей практики меня отправили в токарный цех. Поставили изготовлять болты и гайки для инструментального цеха. Работа не сложная. Можно выполнять работу с закрытыми газами. Если бы не допотопный токарный станок с ремённой передачей, которому было лет сто.

От моего станка было шума больше, чем от современных станков всего товарного цеха. Токари надевали себе на головы наушники, чтобы не оглохнуть от шума моего станка вовремя работы. Прямо напротив моего станка был кабинет начальника токарного цеха, изготовленный из лёгких рамок типа застеклённой веранды. Где начальник цеха прятался с наушниками от шума его товарного станка при закрытых окнах и дверях. Тоже работал всю смену с наушниками на голове.

– Мы тебе дадим червонец за смену. – шутят, сказали токари во время перерыва. – Только ты не включай свой станок. Иначе мы за смену оглохнем. Этот станок с прошлого века не работал.

– Не могу выключить станок, так как мне тогда не зачтут практику. – серьёзно, возразил. – Вы лучше подскажите мне, как отрегулировать на этом станке равномерную подачу резца к равномерному вращению заготовки, чтобы ускорить работу. Меня не устраивает данная скорость работы.

– Ну, ты у нас профи! Тебе и карты в руки. – хором, ответили токари. – Сам настраивай станок.

Так как у меня совершенно отсутствовало понятие скорости, по этой причине перед службой в армии мне не али водительские права на машину, то после обеда стал постепенно увеличивать скорость вращения станка и движения резка в сторону заготовки. Скорость моей работы настолько увеличилась, что за час до конца смены выполнил дневную норму изготовления болтов и гаек.

Так увлёкся работой, что превзошёл скорость подачи резца в отношении вращения заготовки. Применяя термин авиации, превысил звуковой барьер. Тут произошло то, что могло обернуться трагедией. Резец на большой скорости врезался в заготовку, которую не успевал резать. Всё, что вращалось и двигалась оборвалось, с огромным грохотом полетело от станка. Едва успел окончить в сторону. Оторванный от станка метал с такой силой ударил в оконную перегородку кабинета начальника цеха, что вся конструкция из дерева и стекла рухнула на хозяина кабинета.

Видимо в этом происшествии всё-таки не было моей вины в увлечении скоростью работы. Так как вместе с аварией моего станка в тоже мгновение исчезло электричество. Весь токарный цех погрузился в кромешную тьму и тишину. Сразу в полной темноте толком никто не мог понять, что случилось. Несколько секунд никто не двигался. Пока обратно включились освещение в цехе.

– Вот это да! – удивлённо, воскликнул токарь, который смотрел в сторону кабинета начальника.

Сидел на полу возле своего станка напротив уже бывшего кабинета начальника товарного цеха. Вся конструкция из дерева и стекла лежала грудой на месте бывшего кабинета. В проёме разбитого окна торчала голова начальника обильно посыпанная битным стеклом, пылью и густой паутиной. Поверх всего этого нагромождения мирно полками пауки и едва оперившие птенцы диких голубей. Сам начальник цеха никак не пострадал. Он просто был в шоке от происшедшего.

– Степаныч! Не волнуйся! Мы тебя сейчас освободим из плена. – смеясь, сказал токарь Пётр Коновалов, разбирая завалы вокруг начальника. – Только не шевелись, а то ты поранишься стёклами.

– Да он в шоке! – с удивлением, воскликнул токарь, стоявший рядом со мной. – Ему надо нашатырного спирта. Лучше медицинского. Нам тоже не помешает медицинский спирт от нашего шока.

Кто-то из цеха побежал в медпункт за дежурным доктором и конечно за медицинским спиртом. Пока вытаскивали Степаныча из завала, к нам в цех прибыли медики. Стали осматривать начальника цеха со всех сторон. Он вообще никак не пострадал. Просто был он в глубоком шоке и в костюме, весь испачканный с головы до ног. По нему продолжали ползать многочисленные пауки.

– Ему не нашатырь, а спирт нужен. – смеясь, сказал Коновалов, освобождая начальника от давала.

– Нам надо куфт отметить, что никто из нас не пострадал. – намекнул токарь Софиев Руслан.

Все присутствующие поддержали предложения Руслана. Вскоре в раздевалке был накрыть стол с домашней закуской и графин спирта приготовленный к пищевым продуктам из заводской кукурузы. К этому времени рабочий день подошёл к концу. Мы отметили куфт по полной программе. Так что домой нас развозил служебный заводской автомобиль непригодным к развозке людей.

– Ты чего пьяный с работы явился? – строго спросила жена, когда пришёл домой под градусом.

– Понимаешь! Тут такое дело случилось, что мы едва не погибли. – стал оправдываться. – По этому случаю отметили куфт, что все остались живы и здоровы. Ведь мы могли погибнуть…

– Меня не интересует никакой куфт. – повысив голос на меня, сказала молодая жена. – Завтра снова будет повод отметить свой куфт. Постепенно станешь алкоголиком. Больше чтобы это не было!

– Слушаю и повинуюсь! – с иронией в голосе, покорно ответил. – Даже в праздники не буду пить.

Людмила словно предвидела моё завтра. На следующий день после работы у меня были практические занятия по газовой сварке. Наученный опытом вчерашней практики в токарном цехе внимательно осмотрел газосварочную аппаратуру, чтобы не было никаких проблем во время работы. Горелка, шланги, а также баллоны с газом и горелкой были в полном порядке.

Мастер проинструктировал меня с предстоящей работой. Постоял пару минут рядом со мной, пока самостоятельно заверил повреждённую заводскую деталь. Убедившись в качестве моей работы, мастер ушёл по своим производственным делам. Дальше сам продолжил выполнять свою работу. К концу моего рабочего дня газ и кислород в баллонах закончились. Мастер сам привёз мне на замену новые баллоны.

Подключил к новым баллонам мои шланги. Проверил давление в баллонах. Убедившись, что всё в полном порядке, мастер обратно ушёл куда-то по своим производственным делам. Мне осталось совсем немного времени, чтобы закончить свою работу.