Заложники жизни

Глава-1. Расход причин

Часть-1. На краю проблем

1. Коварные мысли.

Сегодня пятница, 27 декабря 1991 года. До нового 1992 года осталось два дня отдыха и два рабочих дня. Не буду никого беспокоить в эти предпраздничные дни. Все мои рабочие и служащие, получили свою зарплату и новогодние подарки. Каждый из них знает своё рабочее место. Знает каждый, как он будет работать, так он будет получать зарплату.

Такой метод сдельной работы мы утвердили на первом общем собрании в феврале 1987 года. Когда занимались благоустройство Душанбе после февральских погромов 1987 года.

С тех пор мы так и работаем сдельно и по коэффициенту полезного действия (КПД). У кого имеется больше КПД, тот и зарплату больше получает. КПД в бригадах определяет сам коллектив.

Если в коллектив каким-то образом попал "сачок", то от него тут же избавляются всем коллективом. Никаким перевоспитанием, как в эпоху социализма, никто в коллективе не занимается.

Прошло время бездельников и пьяниц. Сейчас все пьяницы и бездельники стали либо бомжами, либо преступниками, с которыми должны бороться сотрудники правопорядка.

Для этого все труженики и бизнесмены платят налоги своему государству. Вот пусть этим государство занимается. Искореняет зло, которое зародилось ещё при социализме.

От того, как буду заниматься истреблением (других слов сам не могу подобрать) нарушителей порядка, от того и жить лучше будет нам всем. Пускай это выглядит жестоко, но другого метода сам не признаю.

Любая слабость в отношении нарушителей общественного порядка во всех видах, несёт на себе бремя роста нарушителей и различного вида преступления.

Думаю, что правильно делали и делаю сейчас в некоторых государства, когда за кражу, насилие и наркотики, отрубают руки или чаще расстреливают.

В таких государствах намного меньше нарушителей порядка и преступления. Каждый здравомыслящий человек, прежде чем совершить какой-то пакостный поступок в отношении другого человека, задумается о той каре, которая постигнет его после нарушения общественного порядка или совершения какого-нибудь преступления.

Думаю, что только больной разумом пойдёт на преступление, заранее зная о жестокой каре за преступление. Как сам думал раньше, то таким людям место в психиатрической лечебнице и на всю оставшуюся жизнь.

Конечно, всех больных и преступников не изолируешь от общества. Представьте себе, что общество только этим и будет заниматься, как больных отправлять в психиатрические учреждения, а преступников расстреливать.

За одно столетие наша планета Земля превратится в место кладбищ и психиатрических больниц. В таком случае, не разумнее вмешаться в генетику самого развития всего человечества?

Мне опять хочется обратиться к опыту племени Высшего разума, у которых нет даже понятия о болезнях вообще и преступлениях тем более. Каким-то неизвестным нам способом в племени Высшего разума изначально избавились от этих пороков жизни?

Сам прекрасно понимаю, что своим размышлением сам пытаюсь проникнуть в святая святых всего человечества, в его генофонд, как самое недоступное для обычных смертных людей.

Но сам готов поспорить с любым на эту тему. Не от нас ли зависит сам генофонд всего человечества, также как и человечество зависит от генофонда.

Не будет одного из двух, не будет и другого. Также как черное не может существовать без белого. Мы как один образ, отражающийся в зеркале собственной жизни.

Так почему же одна наша сторона будет болеть в то время, как другая сторона будет здравствовать? Надо нам подумать. Совсем не приятно грязными руками лезть в вакуумную среду. От этого пострадают все. Сам говорю это образно. Не лучше ли нам помыть стерильно свои руки на стороне, прежде чем проникать в вакуумную среду?

В который раз, сам предлагаю племени Высшего разума поделиться разумным опытом жизни, в отношении чистоты человечества. Зачем ждать, когда человечество заболеет, а после приступать к его лечению?

Не лучше ли заняться профилактикой сейчас. Избавить всё человечество на корне от пагубных явлений в его генах. Конечно, все стороны начнут возражать, что нельзя вмешиваться в судьбы людей.

Это изначально заложено самой природой развития во вселенной. Но никто и никого не просит вмешиваться в судьбы людей. Надо вмешаться в гены людей, чтобы заранее избавиться от возможного рождения выродка, который может погубить всё человечество.

Ведь сколько много было на роду человечества таких выродков, которые едва не загубили само человечество. Мне даже не хочется вспоминать из имена, так как у них имён, по сути, нет.

Как можно назвать то, что пытается уничтожить само себя. У меня даже язык не поворачивается как-то назвать то пагубное явление, которое несёт в своих генах само человечество. Надо над этим подумать всем.

- Папа! Ты сегодня будешь дома? - отвлекла мои мысли Виктория. - Твой офис теперь всегда будет дома?

- Мой офис будет временно дома. - ответил сам, своей дочери. - Говори откровенно, что ты хочешь от меня?

- Сам хочу спросить у тебя. Что находится в картонных коробках за твоими вещами? - хитро улыбаясь, спросила Виктория. - Оттуда так приятно пахнет, что мне просто не терпится, заглянут в эти картонные коробки.

- Хорошо, что ты мне о них напомнила! - воскликнул сам. - Сам совсем забыл. В этих картонных коробках новогодние подарки из бывшего министерства строительства Таджикистана. Ты можешь забрать эти новогодние подарки себе. Если хочешь, то поделись этими новогодними подарками со своими подружками.

- Папа! Сама сделаю так. - тут же начала фантазировать Виктория. - Сегодня к нам в гости приедет наша бабушка Мария из Кофарнихона. После того, как из Таджикистана уехали её дети-близнецы вместе со своими детьми, то у бабушки Марии остались внуки и дети в нашей семье.

Как сказала бабушка Мария, что она сейчас живёт на два дома. То к нам в гости ездит, то к себе домой в гости ездит. Так вот. Как только бабушка Мария приедет сегодня к нам в гости.

Мы с ней наведём генеральную уборку в нашей квартире. Всё ненужное тебе в зале мы уберём на лоджию к твоим большим банкам с тушёнкой. В зале станет больше места.

Мы с бабушкой поставим ёлку на самую середину нашего зала. Весь твой временный офис и зал украсим новогодними гирляндами и различными новогодними украшениями.

Затем под ёлку положим новогодние подарки. Сам приглашу в гости своих подружек и друзей. Бабушка Мария оденется Дедушкой Морозом. Сама оденусь Снегурочкой. Мы будем гостям раздавать подарки и веселиться под новогодней ёлкой.

- Ты это хорошо придумала. - поддержал сам, фантазию Виктории. - Но только у меня к тебе одна просьба. Мне хочется, чтобы мой офис не пострадал от вашего новогоднего карнавала. Подумай над этим сейчас.

- Сама над этим подумала сразу. - обрадовала меня, Виктория. - Перед приходом гостей. Мы с бабушкой все твои офисные вещи сдвинем в зале в один угол. Затем поставим ширму из твоих досок от книжного шкафа. Закроем эту ширму старыми занавесками.

Когда придут гости, то сама самым любопытным скажу, что там офис моего папы и трогать ничего нельзя. Так как может на них свалиться ширма. Они погибнут под новый год.

В это время кто-то позвонил к нам в квартиру на дверной звонок. Виктория побежала смотреть в дверной глазок, кто там пришёл. Сам облегчённо вздохнул оттого, что наконец-то избавился от трескотни дочери.

Наверно пришли её подружки? Сейчас Виктория отправится в школу. Людмила и Артур уже ушли на работу. Эдик спит в своей спальне. У него сегодня занятия в школе во вторую смену.

Раньше девяти часов утра он не проснётся. Наконец-то я хотя бы несколько часов могу поработать с документами по годовому отчёту.

- Папа! Ура! Наконец-то сам от тебя избавлюсь и наведу порядок. - завизжала Виктория. - За тобой милиция!

- Чего тут хорошего. - обидчиво, заметил сам. - Когда милиция приходит в дом, то это только плохо для семьи.

- Папа! Ты извини меня. - опустив глаза, извинилась Виктория. - Сама хотела, чтобы ты ушёл на весь день.

- Ладно! Извиняю тебя. - потрепав за волосы дочь, сказал сам. - Не ты же пригласила к нам в дом милицию.

Виктория засмеялась и побежала впереди меня открывать дверь пришедшим милиционерам. Сам надел на себя брюки и в тапочках на босую ногу пошлёпал следом за дочерью к входной двери.

Наверно милиция кого-то ищет или ошиблись дверью. С начала гражданской войны в Таджикистане милиция, солдаты и боевики стали частыми гостями у мирных граждан. Постоянно они кого-то ищут по всем квартирам.

- Здравствуйте! Сам вас внимательно слушаю. - культурно, сказал сам, капитану милиции. - Что случилось?

- Здравствуйте! Вам следует проехать с нами. - ответил капитан милиции. - Следствию нужны ваши показания по вчерашним событиям, которые были возле здания министерства строительства. Мы подождём внизу.

Капитан милиции и сержант милиции сопровождения стали спускаться вниз на улицу. Сам закрыл дверь и стал быстро собираться. Теперь это мероприятие со следственными органами милиции затянется на весь день.

Хорошо, что сам успел позавтракать. Иначе сегодня был бы весь день голодный. Надо с собой захватить немного денег. На обратном пути или возле отделения милиции покушаю пирожков с картошкой.

Возможно, что и пивком побалуюсь после следственных допросов. Хотя бы по быстрее всё там прошло. Дел много...

- Папа! Расскажи мне, что вчера произошло возле здания министерства строительства? - пристала дочь.

- Включи телевизор и всё увидишь. - сказал сам, дочери, направляясь к выходу. - Там всё тебе расскажут.

- Ой! Как интересно! - визжа от радости, закричала дочь, включая телевизор. - Моего папу по телевизору показывали! Сегодня вся школа только об этом будет говорить. Все будут говорить, что мой папа воюет.

Сам ни стал слушать болтовню Виктории. Обул зимние ботинки и вышел на лестничную площадку. Уже там завязал шнурки на ботинках и замкнул за собой входную дверь своей квартиры на два раза.

С собой сам ни стал брать кейс с документами. В карман куртки положил паспорт и сто рублей денег мелкими купюрами. Мне всё равно двери закрыты в здание бывшего министерства строительства Таджикистан.

В другие канторы мне до следующего нового года нечего делать. Хотя, можно было бы заглянуть в Строительный банк к нормировщице Исаковой Светлане и поговорить с ней о подборе кадров для моей новой международной акционерной компании "Сандро".

Исакова Светлана сама не хочет идти ко мне работать, но зато знает много хороших специалистов, которые без работы и с большим удовольствием пойдут ко мне.

На улице меня ждала легковая машина милиции. Сам сел на заднее сидение рядом с лейтенантом милиции. Капитан милиции сел вперёд рядом с местом водителя.

За рулём автомобиля был сержант милиции. Ни думаю, чтобы лично за мной посыла целый наряд дежурной милиции. Видимо, этот наряд милиции дежурил по городу и им по рации сообщили мой адрес.

Перед тем как сесть в легковой автомобиль милиции, сам обратил внимание на эмблему милиции с надписью "городское отделение". В то время, как здание бывшего министерства строительства относится к железнодорожному отделению милиции. Куда меня и отвезли они.

Развернувшись возле здания железнодорожного отделения милиции, капитан милиции объяснил мне куда пройти.

Тут же по рации сообщил на таджикском языке, что привёз меня к железнодорожному отделению милиции.

Легковой автомобиль милиции, уехал дальше дежурить по городу. Сам уже хотел было войти в здание отделения милиции, как вдруг на обочине увидел свою служебную машину.

Помятую дверь на машине, Мирзаев Вахиб сменил на новую дверь. Но заднее и лобовое стекло всё также с пулевым отверстием. Раз мой автомобиль стоит здесь. Выходит, что Мирзаева тоже вызвали как свидетеля на этот допрос.

- Здравствуй, Раис! Тебя тоже, привлекли сюда? - спросил меня, Вахиб, когда подошёл к машине.

- Здравствуй, Вахиб! - протягивая руку водителю, ответил сам. - Меня пригласили сюда в отделение милиции, как свидетеля и как пострадавшего, а не привлекли, как ответственного за разбой. Пора в этом разбираться.

- Сам прекрасно во всем разбираюсь и знаю, что говорю. - возмущённо, заявил Мирзаев. - Нас привлекают к ответственности за нападение на бойцов специального подразделения по охране предпринимателей.

- Ты, что думаешь, что сам совсем тупой? - разозлился сам. - Сам прекрасно слышал, как они собирались на нас нападать. Менты тебе лапшу на уши вешают, а ты развешал уши и слушаешь. Нет в природе такого подразделения по охране предпринимателей. Ни на столько богатые бизнесмены, чтобы создавать такую охрану.

- Сам посмотрю, как ты запоёшь, когда тебя будут допрашивать часов пять. - сказал Мирзаев Вахиб, садясь в автомобиль. - Меня сюда "пригласили" до рассвета и только сейчас отпустили под расписку о невыезде...

- Меня менты не переубедят ни в чем! - закричал сам, вдогонку отъезжающему автомобилю. - Сам ни слабак.

Злой, как собака, сам подошёл к окошку дежурного отделения милиции. Предъявил свой паспорт и объяснил ему, по какому вопросу меня пригласили в железнодорожное отделение милиции.

Дежурный милиции сказал сержанту милиции проводить меня в следственный кабинет милиции на второй этаж этого здания. Сам не спеша пошёл за сержантом милиции, который тоже ни очень-то торопился выполнять приказ своего командира.

Так что путь по двум этажам мы преодолевали, как по кругу городского стадиона на соревновании по самой медленной ходьбе. Когда мы подошли к двери, то сержант милиции заглянул в кабинет и сообщил кому-то о том, что сам прибыл на допрос. Из кабинета ответили, чтобы он закрыл за собой плотнее дверь.

- Можешь подождать у двери. - сказал мне, сержант милиции. - Сам должен идти на место своего дежурства.

Сержант милиции отправился на место своего дежурства. Сам остался в полумраке огромного коридора на втором этаже здания железнодорожного отделения милиции.

По обеим сторонам коридора были однотонные многочисленные двери, которые своим цветом сливались с серым цветом панелей на стенах коридора.

Так что посчитать с одного места двери в коридоре при таком цвете и тусклом свете было практически невозможно. Над головой был высокий потолок с густо загаженными мухами лампочками, сквозь которые едва пробивался электрический свет.

Если бы кто-то однажды догадался выключить днём эти лампочки, так никто даже не заметил отсутствия этого света. С обеих сторон огромного коридора было всего по одному окну.

Но даже с этих тоже загаженных мухами окон света днём было гораздо больше, чем от лампочек, торчащих в потолке. Видимо эти лампочки поставили ещё во время строительства этого здания.

Но только самые стойкие лампочки дожили до настоящего времени. Остальное большее количество лампочек давно потеряли свою былую светлость и весят в потолке, как представители поговорки про грушу, которую нельзя нам скушать. Вероятно, что давно ни у кого в милиции не хватает рук и мозгов, чтобы сменить лампочки. Тоже мне нашлись блюстители чистоты и порядка в общественном месте.

Мне до смерти было противно стоять в этом мрачном и безликом коридоре. Сам пошёл в конец коридора к единственному там окну, которое было ближе ко мне.

Сквозь загаженное птицами и мухами окно с давно сгнившей от ржавчины решёткой, было видно край огромного забора с ржавой колючей проволокой наверху.

Возле этого забора во дворе отделения милиции две бездомные собаки делили между собой какую-то замусоленную тряпку. Видимо в эту тряпку заворачивали что-то вкусное, и запах этой тряпки привлёк к себе двух бездомных собак. Собаки дрались ни на жизнь, а на смерть.

Отчего вскоре белый снег окрасился в алый цвет крови от этих собак. Вот так скоро и мы с такой собачьей жизнью, будем ни на жизнь, а на смерть драться за любой кусок продуктов, которые будем себе добывать не только в поте лица, но с лицом в крови.

До чего эти политиканы довели людей, что трудящимся людям приходится биться за последний кусок хлеба, который он зарабатывает своими мозолями и своим трудовым потом.

Фактически, мы вернулись своим положением к послу военным временам. Хотя сам родился сразу после войны с фашистами, но хорошо помню, как мама приносила мне черную макуху и подсолнечный жмых, которые вкусно пахли подсолнечным маслом и семенами красного мака.

Бабушка и мама постоянно говорили мне, что в этих продуктах вся земная сила. Сам целыми днями ел макуху и обсасывал подсолнечный жмых. Таким путём сам добывал себе силу.

Также как и сейчас в начале перестройки, в послевоенные годы выдавали различные талоны на приобретение дефицитных продуктовых товаров.

Хорошо, что моя мама работала с утра до обеда в столовой ФЗУ возле железнодорожного вокзала в Гудермес, а в другой половине торговала на колхозном рынке тем, что имелось у нас в огороде и в ближайшем лесу, куда по выходным дням ходили мы всей семьёй.

Так что сам всё время крутился вокруг своей мамы в столовой ФЗУ. Где мне иногда удавалось покушать вместе с фзушниками. В открытую покушать в столовой сам не мог, так как маму тотчас могли уволить с работы.

Но зато на колхозном рынке меня знали все. Там меня часто угощали тем, чего не было у нас в доме. Больше всего мне нравились пчелиные соты, которые продавали отдельно от мёда.

Мне каждый день хотя бы маленький кусочек пчелиных сот доставался. Сам до последнего запаха мёда не выпускал из своего рта кусочек пчелиных сот. Сам выплёвывал изо рта пчелиный воск только тогда, когда пчелиный воск начинал прилипать к моим зубам.

Конечно, бывали и такие дни, когда сам чувствовал, как мой желудок и мои кишки слипаются от голода. Тогда все окружающие наш дом фруктовые деревья стонали от моего натиска. Сам употреблял в пищу всё, что можно было кушать на деревьях и в ближайших кустах. Хорошо, что природа не обделила те места питательной растительностью.

На левом берегу речки Белка, где жили мы семьёй, был обширный лес, поросший различными плодовыми деревьями и кустами. Рядом были поляны с душистой земляникой.

Сколько себя помню, а помню сам себя с трех летнего возраста, сам постоянно с друзьями обчищал лесные поляны с душистой земляникой. Ежедневно родители искали нас в лесу на плодовых деревьях и в ягодных кустах.

Видимо, это сама природа после военного времени сделала нас такими, что мы ни хныкали дома в ожидании куска хлеба от папы и мамы. В нас было столько много энергии и страсти на выживание, что все вокруг удивлялись нашей неуёмной прыти, во что бы то ни стало выжить.

Стать сильным и смелым, как наши отцы, которые победили фашистов и вернулись домой героями. Пускай даже многие из них стали калеками. Но только сейчас сам никак не пойму.

Зачем мы тогда голодные и замызганные, бились за своё выживание, чтобы сейчас в мирное время вернуться к послевоенному положению жизни?

Ведь мы сейчас живём в век космоса и бурного развития прогресса.

Так почему же мы не умеем поладить между собой и накормить теми продуктами, в которых мы стали нуждаться в пору развития прогресса?

Почему мы встали на путь регресса, как на тропу войны против собственного развития к самому лучшему, что может дать нам прогресс?

2. Странный случай

За моей спиной измученно скрипнула дверь. Сам повернулся на звук и увидел, что из кабинета следователя выходит тот долговязый парень, которому сам двинул изо всех сил между глаз рукояткой пистолета.

Голова у него перевязана. Область глаз и носа заплыла сплошным синяком. Сопровождает его не охрана милиции, а два санитара. Видимо привезли его на допрос в милицию и сейчас увозят в больницу на дальнейшее лечение. Наверно у него лёгкое сотрясение мозга. Он даже идёт так, словно пьяный, боится потерять равновесие.

Так ему и надо! Следующий раз уже не будет заниматься рэкетом. Хорошо, что сам не нажал курок пистолета. Иначе бы ему не с чем было приходить сюда на допрос. Его мозги могли оказаться на нашем автомобиле или на площадке стоянки автомобилей.

Ведь так могло произойти. Сам же ни знал, что там, в пистолете не холостые, а боевые патроны, которые пробивают железо и могли пробить его поганую черепушку.

- Александр Черевков! Войдите в кабинет следователя. - услышал сам, мужской голос из открытого кабинета.

Сам медленно пошёл в сторону открытой двери. Спешить мне было некуда. День всё равно пропал. Хотя бы во второй половине дня домой вернуться.

К этому времени Виктория с бабушкой нарядят новогоднюю ёлку. Сам спокойно могу заниматься со своими документами по работе. Завтра суббота и в воскресенье.

Вся семья будет дома в понедельник и во вторник два рабочих дня в конце года. В школе не учатся. Дети будут дома. Они наверно и сегодня не учатся?

Сам уже совсем забыл, когда у детей начинаются и когда заканчиваются зимние каникулы. По поведению дочери утром видно, что сегодня в школу она не пошла.

Раз она ждала в гости домой свою бабушку Мария, чтобы вместе с ней провести генеральную уборку в квартире, а затем наряжать новогоднюю ёлку.

Эдик тоже до самого моего ухода из квартиры не выбрался из своей спальни. Видимо решил спать до самого обеда, а после обратно займётся уничтожать свои новогодние подарки.

В кабинете следователя было трое парней. Как всегда, один из них самый дохлый, это следователь. Двое других здоровых амбала. Это либо его помощники-телохранители, либо вышибалы, которые вышибают из допрашиваемых, нужные следствию сведения.

Пускай попробую меня хотя бы пальцем тронуть. Тут же размажу по стенке их физиономии. За свою жизнь ни такие морды бил. Так что им тоже здесь достанется.

- Расскажи мне, зачем ты напал на своих телохранителей? - сходу начал на меня давить следователь, даже не называя себя по имени и фамилии. - Ты одному телохранителю разбил рукояткой пистолета голову до сотрясений мозга. Другого телохранителя прострелил насквозь из пистолета. Он лежит в реанимации.

- Ты сам на половину моих ответов уже сказал. - остановил сам, запланированную речь следователя. - Видимо у тебя от бессонницы голова кругом идёт, и ты несёшь какой-то бред. Это ни сам напал, а на меня напали. Ты хотя бы в этом немного разбирайся. Сам защищался кулаками. Никакого пистолета в руках у меня не было. Телохранителей мне тоже не нужно. Сам один могу завалить несколько таких парней, как у тебя в кабинете.

По углам стола стоящие амбалы от удивления вылупили глаза. Сам следователь с перепугу потерял дар речи и ни знал даже, что говорить на мою речь.

Видимо они привыкли, что перед ними всегда сидят перепуганные люди, из которых можно получить любую информацию, которую им нужно для расследования уголовного дела.

Даже по засохшим пятнам крови по всему кабинету не трудно было определить, что они людей бьют во время допросов. Тут же сам не садясь на прибитый к полу стул, стал в защитную позу и намекнул этом двум тупым амбалам, что для меня они не представляют угрозу, Сам их сами могу размазать по кабинету.

- Когда сам пришёл утром к себе в кабинет, - продолжил сам, закреплять свои позиции, - то слегка приоткрыл окно, чтобы проветрить свой кабинет. В это время у меня под окном стояли эти трое парней и договаривались, как напасть на меня. Сам не был пьяный и глухой, чтобы чётко не понять, что они замышляют против меня. Если вам этого не понятно, то вам тогда придётся разговаривать при мне в другом кабинете.

Но только не со мной, а с Хафизовым Анваром, генералом МВД Таджикистана. Мы с ним знакомы с того времени, когда он был старшим лейтенантом милиции.

В то время, как вас ещё не было в проекте. Так что сам требую, чтобы вы сменили тон и разговаривали со мной по существу дела. Иначе, мы поменяемся местами.

- Понимаете, тут такое дело. - перешёл на Вы и залепетал следователь милиции. - У них имеются удостоверения специальной службы охраны предпринимателей Таджикистана. Оружие у них табельное.

- Вы забываете, что живете в компьютерное время. - в спокойном тоне, напомнил сам, следователю милиции. - Сейчас можно на компьютере любой документ состряпать, с государственными гербовыми печатями и нужными подписями.

Оружие тоже не проблема приобрести. Вы без меня прекрасно знаете, что сейчас в Таджикистане идёт гражданская война. Так что оружия у нас в республике предостаточно много.