Рассказы издалека из моей жизни Том-1

Мама видела брата часто, когда он приезжал работать на тепловозе в Гудермес на узловую станцию.

Моя мама работала в столовой, училища ФЗУ рядом с вокзалом, куда иногда заглядывал дядя Саша на обед. Бывало так, что мама приносила обед к тепловозу брату и его помощнику.

– Мария, мы твои должники. – говорил брат, возвращая после обеда посуду из тепловоза.

Вот под этот долг, в шутку и в серьёз, мама вручила меня на лето домой к дяде Саше. Мы оба искренне были рады, что два тёзки будут вместе в тепловозе весь рабочий день.

Дядя Саша разрешил мне порулить с ним тепловозом во время поездки на перегоне между узловыми станциями и подавать гудки тепловоза во время манёвров товарных поездов на железнодорожных ветках.

– Татьяна, принимай гостя из Гудермеса. – сказал дядя Саша вечером дома своей жене.

– Шурка! Как рада, что ты к нам в гости приехал. – чмокая меня в щеку, сказала тётя Таня.

Меня и моего тёзку сразу усадили ужинать за стол. Ведь мы работали весь рабочий день и сильно проголодались. Рядом с нами за стол села ужинать тётя Таня.

Она тоже работала весь день на железной дороге. Ихние дети, Вова и Юра, а также дедушка и бабушка не работали весь день. Но устали не меньше нас. Поэтому они все улеглись спать ещё до нашего прихода домой.

Так как до моего приезда в доме было шесть человек, каждому по лавке, на меня места спать в доме не нашлось. Временно постелили на тюфяке в пристройке к большому дому.

Очевидно, там отмечали разные события, когда было много гостей и мало места в доме. Хозяева дома убрали оттуда стол и стулья. Постелили мне прямо на полу. Тюфяк не перина, но зато полная свобода.

Всю ночь во сне переворачивался с боку на бок. Жёстко было спать на тюфяке, который лежал на деревянном полу.

Но всё равно спал хорошо на свежем воздухе. Железная дорога в километре от дома.

Вокруг посёлка густой лес и вокруг каждого дома фруктовый сады. Гудки поездов почти не слышно. Причём рядом с посёлком поезда не гудят. Нет такой необходимости гудеть в пустоте. Проснулся от скрипа дверей в пристройке рано утром.

Видимо мои родственники приглядывали за мной, чтобы не удрал из дома. Они прекрасно знали всё о моих приключениях в Гудермесе и в Старом хуторе.

Сарафанное радио работало лучше обычного радио. О моих похождениях знали все наши родственники в разных местах своего места жительства.

Поэтому, прежде чем уходить на работу дядя Саша и тётя Таня несколько раз убеждались в том, что племянник спит и не удрал.

Когда калитка со двора скрипнула дважды, то мне стало понятно, что все, кому надо ушли на работу. Теперь настал час моей свободы. Тут же покинул место моего ночного обитания.

В первую очередь пошёл умылся под умывальником во дворе. Затем сел на скамейку у дома во дворе. Надо было подумать, как провести это лето на дикой природе в дали от своего дома в Гудермесе.

– Шурик, ты чего это так рано встал? – спросила меня, бабушка Зина, с которой был знаком ранее.

– У нас дома все так рано встают. – ответил бабушке поднимаясь со скамейки. – Выспался хорошо.

– Иди в дом на завтрак. – предложила бабушка. – После подумаем, чем занять тебя на целый день.

– Чего тут думать!? – решительно сказал бабушке. – Мне обещали тут на канале хорошую рыбалку.

– Рыбалку так рыбалку. – согласилась со мной бабушка. – Но в начале завтрак перед рыбалкой.

В доме посреди зала стоял огромный стол, как во всех избах терских казаков, такая традиция. По обе стороны длинные скамейки на всю семью. На столе свежий домашний хлеб и чугунок с какой-то похлёбкой.

Рядом глиняный котелок, из которого пахнет мясом и курдючным салом. Видимо к моему приезду барашка зарезали. Хотя откуда им было известно, что у них будет дома гость?

– Садись внучек за стол. – пригласил меня дедушка Степан, поднимая своих внуков с постели. – Сейчас приведу наших цыплят в нормальное состояние, и мы все вместе будем трапезничать.

Мои двоюродные братья действительно выглядели как цыплята. Они были на два и на три года младше меня. Совсем сопливые дети. Вовка по старше говорил что-то понятное.

Юрка просто выл спросонья и лепетал что-то ему самому не понятное. Мне сразу стало скучно находится рядом с ними.

Но в гостях не принято говорить о подобных вещах. Надо было просто с этим смириться.

– Теперь можно нам позавтракать. – сказал дедушка, усаживая своих умытых внуков за стол.

Бабушка тут же стала наливать в глиняные миски куриный бульон из чугунка с сухариками, которые положила в миски из большого блюда и сверху посыпала рубленную петрушку с укропом.

Получился очень вкусный ароматный суп, который мы съели очень быстро без каприза.

В свободных мисках появились кусочки баранины, сжаренные на курдючном сале, и жаренная картошка.

После завтрака бабушка стала собирать своих внуков в детский садик на весь день. Дедушка стал готовить мне удочку на рыбалку Мне оставалось только ждать похода на рыбалку.

Со слов стариков у них были свои дела на весь день. Бабушка доила коров на ферме и кормила свиней.

Дедушка работал на полянах в лесу. Косил сено коровам. Мне уделяли рыбалку на весь день.

– Здесь за нашим посёлком имеется большой канал. – сказал дедушка Степан, когда мы вышли со двора. – Канал мелкий. Ты не утонешь. Если даже не можешь плавать. Там рядом с каналом родниковые заводи с прозрачной водой. Рыбы много всюду. Черви к насадке под каждым кустом. Копать червей не надо. Вырвешь пучок травы, а там земляных червей сколько угодно. Пойманную рыбу ложи в садок в воде.

Если надоест рыбачить или проголодаешься, то дорогу домой знаешь. Место предстоящей рыбалки оказалось сразу за посёлком в зарослях кустарников и высокой травы.

Дедушка показал мне тропу, протоптанную людьми к месту рыбалки и животными к месту водопоя. Дедушка Степан ушёл на сенокос. Мне оставалось только приготовиться к рыбалке.

Рыбы здесь было действительно очень много. Она прыгала и плескалась прямо у моих ног.

Вначале выбрал место рыбалки. В канале вода была мутная и не видно, что там плавает.

В родниковых заводях вода прозрачная. Видно всё как через прозрачное стекло. Течения в заводях нет никакого. Вода шевелится только если плавает или прыгает вблизи большая рыба.

Маленькие рыбки плавают как в аквариуме. Рыбки такие маленькие, что от них даже вода не шевелится. Рыбалку откладывать ни стал. Тут же из двух пучков травы набрал дождевых червей.

Положил их в консервную банку, которую подобрал по пути к месту предстоящей рыбалке. Насадил червя на крючок. Поправил леску на большой бамбуковой палке.

Подтянул поплавок на определённую глубину. Опустил в воду садок под будущую пойманную рыбу уселся поудобнее на бугорке. Посмотрел в родниковую заводь куда опустить крючок с наживкой и замер от того, что увидел.

В густых камышах посреди родниковой заводи была огромная щука. Примерно с метр длиной. Она стояла совсем неподвижно. Словно была не живая, а сделанная из чего-то.

Если бы не её плавники, которые слегка колыхались, удерживая её на плаву, то мог подумать, что это мне кажется. Мне оставалось только подсуну щуке к пасти крючок с червяком.

Но хищница игнорировала мою насадку. Даже не шелохнулась, когда червяк коснулся её пасти. Она ждала иную жертву себе на обед. В это время на близком расстоянии от щуки проплывал какой-то глупый пескарь, который возможно думал, что он один в этой речной заводи?

Одно мгновение и больше нет рядом никого. Всё произошло так быстро, что даже на заметил, как щука схватила пескаря. Просто вода дёрнулась и в тоже мгновение исчезла щука вместе с пескарём.

Через короткое время волнение в родниковой заводи стихло. Всё стало как в прозрачном аквариуме, в который ещё не запустили рыбок.

Даже стрекозы и бабочки, которые порхали в камышах над цветами все отсюда куда-то исчезли. У меня загорелось желание поймать пескаря, а на этого пескаря поймать ту огромную щуку.

Был так увлечён своей рыболовной страстью, что не заметил, как прошёл целый день. За день несколько раз менял насадку и место рыбалки вокруг этой родниковой заводи. Но больше ни одного пескаря и не одной щуки не видел. Даже стал думать, что это всё мне утром померещилось.

– Ты что тут ночевать собрался? – спросил за моей спиной дедушка Степан. – Пойдём домой.

– Хотел щуку большую поймать. – ответил дедушке. – Но ничего здесь, даже пескаря не поймал.

– Эту хитрую щуку многие хотели поймать. – сказал дедушка. – Даже на живого пескаря, насаженного на крючок, ловили. Так эта хитрюга снимала пескаря с крючка и съедала насадку. Ты лучше смени место своей рыбалки. В канале хоть вода мутная, но рыбы там больше чем в родниках.

В этот вечер после обеда и ужина сразу, такой был голодный, пошёл в саду возле дома накопал полную банку земляных червей, чтобы, зря время не тратить на поиски червей во время рыбалки.

Дядя Саша принёс мне с работы раскладушку, чтобы было удобно спать. Но мне неохота было менять место сна. Сказал ему что предпочитаю спать по-спартански или как солдаты в окопах. На следующее утро встал чуть свет.

Покушал вместе с дядей и тётей, которые собирались на работу. Захватил с собой на рыбалку армейский котелок с продуктами и армейскую флагу с молоком.

После воны с немцами в каждом доме были военные трофеи воюющих стран. Больше всего, конечно, был армейского походного снаряжения. Особенно немецких солдат, которые погибли тут.

На рассвете был на месте рыбалки. Родниковая заводь в шаге от старого канала, также заросшего камышами по обеим берегам. Разница между каналом и заводью в том, что вода в канале мутная, тёплая и течёт.

В заводи вода прозрачная, холодная и не движется. В обеих местах есть рыба, которая иногда прыгает в обоих водоёмах. В родниках рыба хитрая, её невозможно поймать.

В этот раз ни стал смотреть на родниковую заводь, чтобы обратно не попасть на приманку хитрой щуки. Сразу сел на берег старого канала спиной к родниковой заводи. Приготовил все свои рыболовные снасти к предстоящей рыбалки.

В этот раз надеялся поймать рыбы много и больше не попадать на уловки хитрой рыбы, как вчерашняя хитрая щука в родниковой заводи. С первого же броска мне попался большой сазан, которые едва пролез в отверстие садка. Следующим был лещ немного меньше сазана. Рыба стала соревноваться во время клёва по своей величине.

Попадались по очереди маленькие и большие рыбы. Чаще были маленькие рыбы, которых не глядя бросал через плечо в родниковую заводь. Пускай там тоже разводится глупая рыба.

По шлепкам по воде на слух определял, что брошенная мной через плечо маленькая рыба попала в прозрачную воду родниковой заводи. Вдруг, звук шлепка маленькой рыбы по воде изменился.

Пришлось посмотреть, что происходит за моей спиной. Повернулся лицом к родниковой заводи и обалдел от того, что увидел там в воде на расстоянии своей вытянутой руки.

Прямо за моей спиной стояла огромная серая цапля, которая на лету ловила брошенную мной маленькую рыбку и шлёпала своим клювом глотая маленькую рыбку. Прогонять серую цаплю ни стал.

Просто бросал сильнее маленьких рыбок через плечо, чтобы цапля отошла подальше от моего плеча. Ведь после сытной пищи цапле захочется сходить в туалет, а тут рядом моё плечо.

Мы с цаплей так привыкли друг к другу за длительное время моей рыбалки, что когда у меня не ловилась маленькая рыбка, то цапля смотрела через моё плечо на поплавок.

Когда ловилась следующая маленькая рыбка, тогда мне не надо было бросать рыбку через плечо.

Просто снимал рыбку с крючка и тут же отдавал цапле в клюв. Так наша совместная рыбалка была весь день.

– Ты что это решил выловить всю нашу рыбу? – спросил дядя Саша, когда вечером после работы пришёл на рыбалку за мной. – С таким количеством рыбы можно накормить ухой весь посёлок.

В этот день у меня в садке действительно было очень много разной рыбы. Если бы дядя Саша после работы не пришёл за мной, то пришлось бы половину пойманной живой рыбы отпустить обратно в воду старого канала или в родниковую заводь.

Отпускать рыбу обратно вводу было жалко. Ведь это был мой труд за весь рабочий день. Так что мы вдвоём едва донесли рыбу домой.

– Ой! Боже мой! Как много рыбы! – воскликнула бабушка Зина, когда мы принесли рыбу домой. – Надо прямо сейчас что-то приготовить из этой рыбы. Иначе при даре она до утра пропадёт.

Женщины тут же принялись разделывать мной пойманную рыбу за весь. Всю плоскую рыбу, такую как лещ, тут же засолили в большой чугун и положили под пресс.

Через пару дней эту просоленную рыбу будут сушить на солнце мужикам на пиво. Толстую рыбу, типа сазан и карп, стали жарить и варить с неё уху. Жареной рыбы и ухи было так много, что к столу пригласили соседей.

В это день была суббота. На следующий день выходной день у всего посёлка. Был повод под уху и под жаренную рыбу устроить праздник для всех. Вскоре весь посёлок гулял. Взрослые пили водку и самогон.

Дети кушали разные сладости и пили разные сладкие напитки. В это вечер у меня был отдых после рыбалки. Спал так долго, как спал в детском садике до поступления в школу.

Проснулся в воскресенье где-то в восьмом часу утра. Мужики в посёлке спят после пьянки.

Женщины проспали раннюю дойку коров. Недовольные женщины бурчат себе под нос, что при такой жаре в вымя у коров может прокиснуть молоко. Придётся доить у коров кислое молоко.

Коровы тоже не довольные, что их вовремя не подоили и не покормили. Бурёнки жалобно мычать. Мне тоже скучно, хоть волком вой вместе с местными собаками.

На рыбалке делать нечего. После вчерашней рыбалки моя рыба никому не нужна. К кому-то залезть в сад нет никакого смысла.

У нас в Старом хуторе и в Гудермесе фруктовые сады намного лучше, чем в этом посёлке. Здесь сходить куда-то посмотреть кино или поиграть в футбол с детьми на стадионе тоже негде.

– Ты вчера выловил всю нашу рыбу? – спросил меня долговязый пацан, когда вышел на улицу.

– Рыба плавает всюду. – злобно ответил пацану. – На рыбе не написано, что она принадлежит тебе.

– Знаешь, что без нашего разрешения на улицу не имеешь право выходить. – сказал мне сморчок.

– К вам в рабы не записался. – сжимая кулаки, ответил пацанам. – Свободный человек. Всюду ходу.

– Мы тебе сейчас морду набьём. – сказал коротышка, похожий на поплавок. – Будешь знать место.

Мне ничего не оставалось, как врезать коротышке по морде. Долговязый был слишком высокий для меня. Пришлось ему врезать ногой по яйцам.

Он взвыл как раненый шакал. Кто-то врезал мне в ухо. Не глядя обидчику врезал в живот. Между мной и пацанами завязалась драка, как рукопашный бой на поле сражений. Пацаны колошматили меня куда попало. Мне пришлось им отвечать.

– Вы чего сцепились как бешеные псы? – спросил дядя Саша, когда нас стали разнимать мужики.

– У них спросите! Они первые начали. – ответил мужикам, вытирая кровь с разбитой губы.

– Почему он ловит нашу рыбу. – громко заорал долговязый. – Поэтом он получил по морде от нас.

– С чего это ты взял, что вся рыба твоя? – поинтересовался долговязый мужчина, вцепившись в ухо своему сыну. – Здесь всё общее. Ты получишь у меня дома за свои капиталистические выходки.

Родители увели своих пацанов по домам. Дядя Саша увёл меня к себе в дом. Бабушка Зина и тётя Таня стали оказывать мне медицинскую помощь. На всём моём теле было множество царапин.

Можно было подумать, что меня ободрали кошки с большими когтями или мне пришлось пробираться сквозь заросли кустарника чилижник, у которого колючки словно стальные иголки.

– Ты почему пошёл с ними драться? – поинтересовалась бабушка Зина. – Мог на улицу не ходить.

– Мне ни с кем не хотелось драться. – ответил на вопрос бабушки. – Просто вышел погулять. Они стали мне угрожать. Дедушка Гурей учил, что надо бить первым, если тебе угрожают. После разберутся кто был прав, а кто виноват. Главное – ты пострадаешь меньше и тебе не будут угрожать.

– Правильно поступил Шурка! – поддержал меня дядя Саша. – Дядя Гурей нас тоже этому учил.

– Ты бы лучше помолчал. – сказала жена дяде Саши. – У вас в детстве было совсем другое время.

– Время всегда одно – надо уметь защищать себя. – возразил дядя Саша против вывода жены.

– Надо нам их помирить, чтобы не было вражды в нашем посёлке. – предложила бабушка Зина.

Дядя Саша согласился решением тёщи и тут же пошёл по дворам пацанов, чтобы уговорить всех на срочное перемирие между драчунами. В посёлке чуть больше десятка семей.

Между домами на перекрёстке собрались все жители посёлка. Пришли все пацаны – битые и не битые.

Пострадавших от меня больше украшали синяки, чем царапины. Мои удары были мужские, а не кошачьи.

– Вы все должны без слов пожать друг другу руки и больше никогда не драться между собой. – объявил дядя Коля, отец долговязого пацана, зачинщика драки. – Мы воевали ради мира, а не войны.

Так как кроме меня все остальные в посёлке были местные. Мне пришлось выйти в середину перекрёстка. Все мальчишки посёлка подходили ко мне и жали мне руку.

Со стороны выглядело так, словно битые и не битые поздравляют меня с победой. Девчонки посёлка видимо так подумали и стали дружно аплодировать нашему перемирию.

Взрослые поддержали аплодисменты девчонок. Перемирие прошло нормально. Все были довольны таким финалам. Но раны, ссадины, царапины и синяки надо лечить.

Мы обратно разошлись по домам на медицинское обследование. В этот день никто из давшихся не вышел гулять на улицу. Измазанные йодом и зелёнкой мы выглядели смешными клоунами, которым совсем не до смеха. Надо было нам всем дома подлечится.

– Сашка! Выходи в футбол поиграть. – крикнули мне из-за забора через два дня нашего лечения.

На улице меня ждали ребята всего посёлка. Мы сразу перезнакомились между собой и большой толпой пошли в сторону станицы Червлёной, которая была в девяти километрах от посёлка стация «Червлённая-узловая».

В километре от посёлка в зарослях деревьев и кустарников была чистая поляна. Видимо во время войны здесь стояла немецкая военная техника. Сейчас тут был стадион.

– Давайте сейчас разделимся на две команды. – предложил Максим, тот самый долговязый. – Будем играть мальчишки против девчонок. Все знают, что наши девчонки не уступают мальчишкам.

Все согласились предложением Максима. Сразу тут же мальчишки и девчонки разошлись по сторонам, что создать свои футбольные команды. Было заметно, что так в футбол они играют не первый раз.

С командами разобрались быстро. Остался вопрос со мной. Куда меня поставить на поле? Так как во время драки хорошо защищал себя, то меня поставили защитником на поле.

Откровенно говоря, у меня было плохое знание по футболу. Но то, что мне дали право защищать вратаря и ворота от нападающих со стороны противника, это понял хорошо.

Со своим большим весом по полю носился как танк. Вначале стеснялся противостоять хрупким девчонкам. Боялся их покалечить. После того как девчонки дважды уложили меня на поле, то у меня появилась злость.

Мы так быстро сыгрались с обеих сторон и вошли в такой спортивный азарт, что к нам в болельщики в конце рабочего дня пришли рабочие с полей и с железной дороги.

Среди болельщиков была моя тётя Таня Морозова с кувалдой на плече. Этой кувалдой она забивала железные костыли в деревянные шпалы. У неё была женская солидарность – болела за команду девчат.

Игра была интересной и напряжённой. Было много споров за правила игры. Дважды команды едва не подрались. Судье и болельщикам пришлось растаскивать игроков.

Но игра закончилась мирно. Обе команды ни в чём не уступали друг другу. Постоянно обменивались голами. На последней минуте нападающая Лена Ткачёва забила последний гол в наши ворота.

Девчонки выиграли со счётом 7-6. От радости на стадионе визжали все представители женского рода. На кону были два килограмма шоколадных конфет. Выигравшая команда была не жадная.

Проигравшей команде дали по одной конфетке каждому игроку. Остальные конфеты разделили поровну между болельщиками на стороне женской команды и игроками, выигравшими этот мачт.

Домой возвращались в приподнятом настроении. Дома только был разговор о футболе. После футбола у меня был такой аппетит, что готов был съесть целого барана.

Если бы этот баран мог поместиться в моём желудке. Но всё равно был сыт и доволен сегодня прожитым днём. Вот так бы жить без горя в радости и согласии всю свою жизнь.

Ночью была сильная гроза с проливным дождём и с молнией. Дождь так поласкал, что промочил всю пристройку вместе со мной.

Пришлось мне перебраться в дом и примоститься в прихожей как собака на мягкой подстилке.

В ту ночь другого места в доме не нашлось. Утром передвинули стол к стене у окна. Мне постелили место на бывшем месте стола, за которым принимали пищу.

Дождь с грозой и с молнией был трое суток. Всё вокруг было залито дождевой водой. На работу ходили в больших резиновых сапогах-бахилах. По радио говорили, что Терек вышел из берегов, залил железную дорогу и поля с урожаем.

Между Тереком и Сунжей целое море воды. Наводнение такое, что Гудермес стал как полуостров со стороны Чёртовой горы до военного аэродрома. После наводнения три дня ждали, когда уйдёт вода и Терек вернётся к своим берегам.

Целую неделю мне пришлось сидеть под крышей дома. Идти куда-то погулять или на рыбалку вообще некуда.

Всюду сплошная грязь. Дождевая вода сравняла воду канала и родниковую заводь в один грязевой поток.

На месте стадиона большое равностороннее полотно из сплошно грязи. Оттого что сидел целую неделю в доме у меня уже было желание попросить дядю Сашу чтобы он вернул меня домой в Гудермес.

Как вдруг, рано утром, взошло яркое солнце и за день высушило всё, что после дождей было болотом.

Живая вода ушла в реки, каналы, в озёра и в родниковые заводи. Гряз высохла и потрескалась на всю свою глубину. За день всё вернулось на круги своя. Жизнь в природе как бы заново расцвела. Зелени и цветов стало больше после дождей.

– Шурик! Иди погуляй на улице. – предложила мне бабушка Зина. – Ты уже зачах сидя дома.

Идти гулять в конце дня было не интересно. Мне нужен был простор на приключения, а тут осталось всего пару часов до ужина. Затем обратно спать от безделья.

Поэтому запланировал свой поход на природу на утро следующего дня. Гулять так гулять – на полную катушку, чтобы запомнился мне этот день на всю оставшуюся жизнь. Ведь такое редко бывает, чтобы свободно гулял.

С вечера, тайком от всех, приготовил свою походную сумку с трофейным солдатским инвентарём.

Рано утром, когда дядя и тётя ушли на работу, а дедушка и бабушка по своим делам на ферму.

В свою походную сумку положил с запасом продуктов и напитков на весь день. Осторожно и тихо, чтобы не разбудить своих двоюродных братьев, вышел со двора и растворился в природе.

Утро было свежее и ароматное от растительности на природе. Всюду летали бабочки, птички и разные насекомые. Всюду была такая благодать, что хотелось бес конца наслаждаться природой.

Но мне не хватало приключений к полному наслаждению. Хотелось забраться куда-то на высоту, откуда видно всё прекрасное до горизонта. Но на берегу Терека не было даже высоких холмов.

Вдруг, в зарослях кустарника, на небольшой возвышенности, увидел какую-то постройку из бетона. Подошёл поближе и, к своему удивлению, понял, что передо мной самый настоящий немецкий дот, оставшийся здесь как памятник войны с фашистами.

Конечно, мне было всё известно от моих родителей и от моих родственников о войне с фашистами. Но не думал, что это всё увижу. Передо мной был огромный дот из бетона, покрытый резиной.

Меня удивило то, что немцы были здесь чуть больше года. Рядом почти за сто километров нет ничего из чего можно построить такое массивное сооружение из бетона и покрытое толстой резиной.

На это строение надо время, деньги, разные материалы и людей. Откуда взяли всё это? К тому же в это время была война. Мне страсть как хотелось обследовать этот объект.

Но дот был сплошь обросший мхом и травой. Через узкие бойницы невозможно пролезть. Окон и дверей нет. По бокам и сверху сплошной бетон. У меня пропал интерес обследовать дот.

Хотел было покинуть этот объект. Как вдруг поскользнулся на траве и влетел куда-то в пустое пространство.

Слегка ударился об что-то мягкое. После солнечного света здесь было темно и невозможно оглядеться.

У меня в сумке был немецкий круглый фонарик на батарейках. Достал фонарик и осветил ярким лучом, как маленьким прожектором чёрные стены дота, которые тоже были покрыты резиной.

Несмотря на три дня проливных дождей здесь было сухо и чисто. Словно дот сдали в эксплуатацию и не пользовались им. Дот с бетонного пола, покрытого чёрной резиной до потолка высотой, примерно, метра два.