В тот вечер, когда пропал кот

Рассказ

Ветлечебница маленького провинциального городка представляла собой очень уютное заведение. Располагалась она в небольшом двухэтажном доме, по периметру была окружена металлическим забором, кованую калитку которого днём оставляли открытой, а вечером запирали.

В конце октября темнело быстро, и к пяти часам за окнами были уже густые тяжёлые сумерки, пахнущие мокрым асфальтом и прелой листвой.

Во дворе клиники располагался небольшой приют для собак. Осенью дворняги становились особенно шумными – каждый вошедший, смех проходящих мимо детей, шорох за забором вызывали у них дружный гвалт. Соседи и некоторые посетители ворчали – не всем нравился шум, но о подрезании связок псам не могло быть и речи. Весь персонал ветлечебницы считал это варварством.

Никаких модных, калечащих процедур здесь не практиковали: не удаляли кошкам когти, не лишали собак голоса, не усыпляли здоровых животных. В ветклинике свято верили, что у жизни, даже самой короткой и бродяжьей, есть своя цена. Часто эту цену платили из своего кармана, особенно когда кто-то приносил с улицы сбитого автомобилем кота, замёрзшего щенка или ворону со сломанным крылом. В такие дни Марина ворчала, что они не коммерческое заведение, а проходной двор для убогих и обездоленных, но её руки оставались бережными и твердыми. А когда безнадёжный, на первый взгляд, пациент начинал поправляться, в её глазах зажигались яркие искры радости.

Марина, ассистент ветеринарного врача, и правда могла рявкнуть на опоздавшего клиента или огрызнуться на праздные расспросы. Это была средних лет женщина, высокая, широкая в кости. Она напоминала медведицу, неловко втиснувшуюся в медицинский костюм. Но стоило ей взять в руки юркого хомяка испуганного кролика или шипящего кота, что-то в ней переключалось. Голос становился тихим и воркующим, а неуклюжие на первый взгляд пальцы превращались в точные и ласковые инструменты. Марина, не слишком любившая людей, могла легко договориться с любым пациентом.

– Ну, и кто это у нас тут такой грозный? – снимала она намордник с серьёзного хмурого пса и поставляла лицо под его тёплый мокрый язык. – Да ты, оказывается, милашка!

И хозяин, который только что был готов поссориться с этой хамоватой медсестрой, застывал в немом умилении.

* * *

Марина любила эти вечерние часы, когда клиника пустела. Она не спеша заканчивала дела, наводила порядок и собиралась домой. В тот день, проводив последнего пациента, она повернула ключ в замке, запирая дверь изнутри, погасила свет, оставив лишь блёклое аварийное освещение. Затихший холл наполнился полумраком и погрузился в тишину, нарушаемую лишь мерным тиканьем часов и свистом ветра за окном. На высокой стойке администратора сверкала глазами пластиковая тыква – подарок благодарного клиента. Все эти «басурманские» праздники Марина не любила, но тыква ей нравилась, если её невзначай коснуться, то игрушка начинала вибрировать и издавать страшный хохот. Уж очень её веселило, когда случайно задевшие украшение клиенты подпрыгивали от неожиданного звука.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.