Его запретная девочка

Глава 1

Алина

– Денис заедет?

Голос Яны заставляет меня остановиться на лестнице и замереть.

– Да, – отвечает отец, – минут через пятнадцать, нужно подписать кое-какие документы.

Не слушаю дальше, спиной начинаю подниматься обратно, надеясь, что меня не заметят. Сердце бьется отчаянно, ладони потеют. Через пятнадцать минут здесь будет Дэн.

Влетаю в комнату и придирчиво осматриваю себя в большое зеркало на шкафу-купе. На мне черная борцовка и шорты, вроде бы обычная домашняя одежда, но тем не менее выгодно подчеркивающая фигуру. Может, надеть бюстгальтер? Нет, это будет выглядеть странно. Я весь день ходила без него, Яна может заметить, как любая женщина, она наблюдательна в мелочах.

Расчесываю волосы, а потом лохмачу руками, придавая объем, кусаю губы, чтобы сделать их более розовыми. У меня слишком бледная кожа, плохо поддается загару, и таким жарким летом, как это, я выгляжу болезненно на фоне загорелых людей. А сейчас из-за волнения кажусь себе почти привидением.

Еще десять минут нервно хожу по комнате, отсчитывая шаги. Как мне себя вести, что говорить? Когда спуститься: сразу или чуть погодя? Дэн вообще знает, что я вернулась?

Когда во двор въезжает машина, я закрываю глаза и начинаю дышать глубоко, руки по-дебильному трясутся. Я даже не представляла, что у меня будет такая реакция на его появление. Может, просто не ждала сегодня, не была готова.

Я выхожу на порог комнаты, слышу, как хлопает входная дверь, и следом звучит голос Яны:

– Привет, братик! Давно не виделись!

Живо представляю, как она обнимает Дэна, и он, криво улыбаясь, как делает это всегда, аккуратно похлопывает ее по спине. Выдыхаю еще раз и быстро спускаюсь вниз по лестнице, делая недоуменное лицо.

– Кто-то приехал? – спрашиваю нарочито громко и морщусь, чувствуя, что голос срывается.

Еще пара шагов, и мне становится видна гостиная и часть прихожей, в которой как раз все собрались. Дэн поворачивает голову, взгляд его фокусируется на моем лице, быстро скользит по телу, и возвращается обратно.

– Алинка вернулась, я не говорил? – замечает папа и добавляет с гордостью в голосе: – С красным дипломом, между прочим.

Губы на мгновенье трогает улыбка, приятно, что он мной гордится, тем более диплом не куплен, я получила его заслуженно, отучившись в лучшем Московском ВУЗе пять лет.

Правда, улыбка сразу гаснет, потому что Дэн бросает равнодушное:

– Привет, – и повернувшись к отцу, говорит: – Давай дела порешаем.

– Ну ты же чаю выпьешь? – спрашивает Яна.

– Конечно, завари на свой вкус, – он выдает ей короткую мягкую улыбку, и они с папой уходят в кабинет.

– Алин, чай будешь? – спрашивает Яна, я перевожу на нее растерянный взгляд.

– Не знаю… Может быть.

Быстро развернувшись, убегаю к себе в комнату и, уже закрыв дверь, даю волю эмоциям. Нет, конечно, я не ожидала, что он бросится меня обнимать, но надеялась, что спросит о чем-то, проявит хоть какую-то дружелюбность.

Когда мы познакомились, мне было пятнадцать, ему двадцать семь. Мне кажется, я влюбилась в него с первого взгляда, но конечно, понимала, что это безответное чувство. Он брат моей мачехи, Дэн – практически член нашей семьи. И я для него всегда была и буду маленькой девочкой.

Я знаю, что изменилась, за годы учебы превратилась из тощей нескладной девчонки в красивую девушку. Мне постоянно оказывают знаки внимания парни. Наверное, я надеялась, что Дэн увидит эти изменения. Но он не увидел, он вообще не обратил на меня внимания.

Дэн

– Привет!

Звонкий девичий голос раздается слева как раз в тот момент, когда бармен протягивает мне запотевшую от холода бутылку минералки. Я принимаю ее и только потом поворачиваю голову.

Кидаю быстрый взгляд сверху вниз и, бросив:

– Привет, – возвращаю внимание бутылке.

Откупориваю и делаю несколько глотков. Ставлю ее на стойку и снова поворачиваю голову, потому что девчонка так и мнется в шаге от меня. Типичная дочка богатых родителей, пресыщенная удовольствиями и ищущая развлечений на одно место.

Фигура хорошая, светлые волосы в ненатуральной завивке, насколько симпатичная – сказать сложно, лицо спрятано под толстым слоем макияжа, который в клубных реалиях выглядит жалко: словно стекающая с лица маска. Но судя по блеску в глазах, девчонка навеселе, и ее уверенность в себе стремительно взлетела ввысь.

– Меня Даша зовут, – она улыбается, я устало выдыхаю.

– Отлично, Даша, найди себе подходящего парня и перестань приставать к взрослым мужчинам.

Она удивляется, брови взлетают вверх, рот приоткрывается. Я делаю еще глоток воды.

– А взрослого мужчину не привлекают молодые красивые девушки? – интересуется она. – Может, боишься, что сил не хватит? Так я тебе помогу.

Я снова поворачиваюсь, медленно обвожу ее взглядом. Конечно, у меня был секс с молоденькими девчонками, но обычно я предпочитаю женщин от тридцати. Они более чувственные, и знают, что хотят.

– Пытаешься меня провоцировать? – интересуюсь насмешливо. Она делает шаг, оказываясь вплотную.

– Нет, – улыбается многообещающе, я чувствую запах духов, перемешанный с мятой и алкоголем. – Хочу соблазнить.

Несколько секунд мы молча рассматриваем друг друга. Я не ставил себе цель склеить девчонку на ночь, ехал домой и решил заглянуть в клуб, посмотреть, как проходит вечер пятницы в моем новом детище. Ему всего три месяца, но решение открыть его было однозначно правильным. Прибыль бешеная.

С другой стороны, если девчонка сама идет в руки, чего бы не взять?

– Ну считай, тебе удалось, – говорю ей, она снова вздергивает брови в удивлении, а потом расплывается в довольной улыбке. – Поехали.

Я слезаю со стула, киваю ей, приглашая следовать за мной.

– Погоди, – она хватает меня за руку и тащит в сторону столиков, – скажу подруге, что ухожу. А то у нее телефон сел, будет меня искать.

Я молча следую к стоящему у стены диванчику с низким столиком возле.

– Ли, я уезжаю, – девчонка отпускает мою руку, чтобы наклониться ближе к подруге.

Я рассматриваю танцпол, пока не ощущаю на себе взгляд. Он слишком осязаемый, чтобы его игнорировать. Поворачиваю голову и чуть не вслух матерюсь: на диване сидит дочь Степцова. Именно она прожигает меня взглядом, пока ее подружка что-то говорит ей на ухо.

– Идем, – передо мной появляется лицо Даши, скрывая Степцову. Я киваю и двигаю на выход первым.

Только вернулась и уже шарится по клубам в поисках приключений. Лёне надо бы проявить больше строгости, учитывая нравы подружки, предполагаю, что и Степцова не далеко ушла. Вот как она собирается добираться до дома? Даша сказала, что у нее сдох телефон. Значит, будет ловить тачку и непременно нарвется на придурка. Ума попросить телефон у охраны может и не хватить.

Так, Дэн, хватит загоняться, это не твоя головная боль. Степцов может о своей дочери сам позаботиться. Если отпустил в город, значит, считает, что все нормально.

А если она, и правда, нарвется на неприятности, а потом выяснится, что я был рядом?

Черт, детский сад какой-то. Портить отношения со Степцовым мне точно не с руки. Но не караулить же его непутевую дочурку?

Я торможу прямо перед дверью на выход, Даша впечатывается мне в спину.

– Слушай, – поворачиваюсь к ней, – у меня есть ещё одно дело тут, подождешь?

Она теряется, но кивает, через дергающуюся толпу мы возвращаемся к стойке, я усаживаю Дашу на высокий стул.

– Закажи себе что-нибудь, – улыбаюсь ей, бармену кидаю: – За мой счёт.

И быстро иду через толпу к столикам. Но Алины уже нет. Снова чертыхнувшись, пробираюсь к выходу, и оказавшись на улице, сразу вижу ее. Стоит чуть в стороне, обхватив себя руками. Выглядит растерянной и милой до ломоты в зубах. К чему было натягивать короткие шорты и топ: чтобы строить святую невинность, которой никто не поверит?

Быстро иду в ее сторону, Алина, чувствуя движение, резко поворачивает голову. Градус напряжения спадает, как только понимает, что это я.

– А где Даша? – задаёт вопрос, отводя взгляд на дорогу.

– С Дашей все в порядке. Ты как собралась домой добираться?

– Такси вызову.

– По разряженному телефону?

Она кидает на меня колючий взгляд и молчит.

– Поехали, – вздыхаю я, доставая ключи от машины, Алина продолжает топтаться на месте, глядя недоверчиво.

– А Даша?

Я морщусь, далась ей эта Даша.

– Ты домой хочешь или нет?

Она недовольно молчит, но кивает.

– Хочу, – добавляет чуть не через силу.

– Тогда поехали.

Глава 2

Алина

– Как поживает твой брат? – спрашиваю Яну, когда она ставит передо мной тарелку с оладушками и пиалу со сгущенкой.

Специально делаю глоток какао, чтобы спрятаться за чашкой. Вчера я так и не спустилась вниз, несколько раз выходила из комнаты и возвращалась обратно, слыша тихие голоса. Сидеть там и чувствовать себя лишней не хотелось. А именно так и было бы. Но сейчас не сдерживаюсь и все же задаю вопрос, он выглядит уместным, проявить любопытство ввиду вчерашней встречи я ведь могу.

Яна облизывает с пальца сгущенку и возвращается к плите, быстро переворачивает оладьи. Наблюдать за ней одно удовольствие. В свои тридцать семь она выглядит прекрасно, а когда еще в хорошем настроении, как сейчас, кажется порхающей бабочкой. Она легкая в общении и всегда на позитиве, это очень располагает.

– Денис отлично, – отвечает мне Яна, – как обычно, тьфу, тьфу, тьфу. После того как Лёня вложился в его бизнес, дела у брата пошли в гору, – добавляет тише, косясь в сторону выхода, словно ее слова большой секрет. – Родители наконец выдохнули спокойно, дети пристроены. Теперь ждут внуков, не от меня, конечно, от Дениса.

Я киваю: Яна – чайлд-фри, заводить детей не планирует, предпочитая жить для себя. Ее это устраивает, отца – тоже, тем более что ребенок у него уже есть.

– Правда, не представляю, что должно случиться, чтобы Денис обзавелся семьей, – продолжает Яна, колдуя над сковородой. – Он женат на своей работе, и его это вполне устраивает. Девок вокруг него вьется: бери, не хочу, – но что-то мне подсказывает, он так же далек от детей, как и я. Ты чего не ешь?

Она поворачивается, сдувая каштановую прядь волос и поправляя пояс на шелковом халате. Я хватаюсь за оладушек, макаю в сгущенку и, откусив, начинаю активно жевать.

– Вкусно, – замечаю Яне, она удовлетворенно кивает, снова возвращаясь к плите.

Я жую, думая над ее словами. Ну что ж, кажется, за Дэна можно порадоваться, он добился того, чего хотел. Радоваться почему-то не получается. Мои ничем не подкрепленные надежды на наше общение тают на глазах. По словам Яны очевидно, что Дэн не нуждается ни в друзьях, ни в возлюбленных. И уж тем более ему неинтересна двадцатидвухлетняя девчонка, с которой он возился семь лет назад.

– Слушай, – Яна опирается на стол, наклоняясь ко мне, я поднимаю на нее задумчивый взгляд. – Лёня сегодня уезжает в командировку, вернется завтра, если хочешь, можешь сгонять погулять в город. Встретишься с подругами, повеселишься. Вряд ли отец тебя отпустит на подобные тусовки в ближайшее время, ты же для него чуть ли не младенец.

Я посмеиваюсь, глядя на Яну с благодарностью. Да, папа и впрямь перебарщивает с опекой, но я списываю это на то, что последние пять лет мы виделись мало, и он просто никак не приспособится к нашему общению. И не примет факт, что я действительно выросла.

– Пожалуй, можно, – киваю в ответ, – напишу Дашке.

– Вот и хорошо, зарулите в “Корсар”, новый клуб, Денис открыл его три месяца назад. Попал в цель, очень популярное место.

При упоминании Дениса сердце подозрительно екает, а желание поехать в город растет на глазах. Значит, он открыл клуб, я ничего об этом не знала. Страницы Дэна в социальных сетях поросли пылью много лет назад.

– Секретничаете, девочки? – слышу голос отца, инстинктивно выпрямляю спину, Яна расцветает улыбкой, проходя к нему, быстро целует в губы.

– Оладьи? – спрашивает папу, он кивает, усаживаясь за стол, кидает на меня взгляд, я опускаю ногу со стула.

– Рассказываю Алинке, что у нас тут нового, а то же она отстала от жизни нашего городка, – хихикает Яна, быстро сервируя стол для папы.

– Это правильно, нужно вливаться, – он переводит на меня взгляд, – отдохни еще какое-то время, потом подумаем, куда тебя устроить на работу.

– Я бы хотела пойти по специальности, – начинаю робко, но папа перебивает меня, не дослушав.

– Пойдешь туда, где есть возможность расти и занять хороший пост, а область деятельности – дело десятое. Если ты действительно грамотный специалист, то быстро освоишь новую профессию.

Я бросаю взгляд на Яну и опускаю глаза в чашку, делаю глоток в воцарившейся тишине, прерываемой звоном посуды. Яна делает на мгновенье сочувствующее выражение лица, а потом переводит тему:

– Ты завтра во сколько вернешься?

– Самолет прилетает в двенадцать, плюс пока доеду до нас, часа в два.

Я посылаю Яне благодарный взгляд и, получив быструю улыбку, ускользаю, пока они обсуждают планы на выходные. Поднимаюсь к себе, выдыхаю. Я люблю отца, но с ним сложно. Всегда было сложно.

Присаживаюсь на край кровати и почему-то вспоминаю, как он забрал меня.

Мне было шесть лет, и до этого времени я знала о нем только то, что он козел, который, правда, присылает нам ежемесячно крупную сумму денег. Для той дыры, в которой мы жили, сумма, наверное, была и вовсе астрономическая. Но мать распоряжалась ей не самым разумным способом.

Когда мне было четыре, она начала пить, наш дом стал пристанищем всякого сброда. Я боялась этих людей, пряталась в своей комнате, иногда залезала в шкаф или под кровать. Мать пьяная была тихая, злилась она в основном с похмелья. Конечно, тогда я не понимала причин, но факты сопоставлять научилась. Меня она не обижала, но и не занималась мной. Благо, ей хватило ума отдать меня в детский сад, и таким образом мы виделись только по вечерам и выходным.

А потом она пристрастилась к наркотикам. Кто-то из ее дружков принес эту дрянь, и дело стало совсем плохо. Вот тогда-то и появился отец.

Я не знала, что это он, для меня это был очередной мужчина, пришедший к нам в дом. Они ругались, мать кричала на него, он отвечал тихо, до того тихо, что мне стало страшно, и я переползла в шкаф вместе с плюшевым зайцем. Там и сидела, пока не услышала шаги. Медленные, тихие, они звучали в комнате то ближе, то дальше, нагнетая еще больше страха. А потом скрипнула дверца шкафа, и дневной свет попал в глаза, заставляя зажмуриться. Я сжала зайца, мне было страшно. Раньше ко мне никто не заходил.

– Привет, Алина, – услышала ласковый голос, открыв глаза, поймала внимательный взгляд. Отец улыбнулся мне, протягивая руку. – Тебя никто не обидит, слышишь? Я твой папа. Я приехал за тобой. Ты будешь теперь жить со мной. Все будет хорошо. Ты мне веришь?

Несколько секунд я молча на него смотрела, а потом вложила свою ладошку в его большую ладонь.

Это воспоминание до сих пор такое яркое, словно все случилось вчера. Наверное, потому что с тех пор моя жизнь изменилась. Отец забрал меня с собой, маму лишили прав, и это был необратимый процесс. Не думаю, что она сильно расстроилась из-за моей потери, скорее, из-за того, что прекратился финансовый поток. Еще через три года она умерла от передоза.

Мне сложно оценивать сейчас все эти события, я научилась принимать их как данность. Я любила маму, несмотря ни на что, наверное, потому что у меня не было больше никого. И это чувство никуда не исчезло, когда отец забрал меня к себе.

В моменты трезвости она звонила, и мы говорили, звук ее голоса бередил во мне чувства, и я просила отвезти меня к маме. Но папа не возил.

Много позже я узнала, что мама-то не сильно стремилась к общению, это была отцовская инициатива. Потом он решил, что мое эмоциональное состояние слишком расшатывают подобные разговоры, и наша с мамой связь прекратилась совсем. Она умерла, и отец мне не рассказал.

Я узнала только в пятнадцать, когда изъявила желание встретиться с ней. Как раз в это время отец стал встречаться с Яной, и вскоре в моей жизни появился Дэн. Который, как ни странно, помог пережить несколько кризисных моментов.

– Выглядишь прекрасно, Алин, – Яна обходит меня по кругу, осматривая, и не находит, к чему придраться. Что приятно. – Скажу честно, за годы учебы ты похорошела. Выросло везде, где надо, – она смеется, а я смущенно краснею, сама не зная, от чего. – Бледновата немного, но это поправимо, можно в солярий записаться. А еще лучше поваляться у нас во дворе возле бассейна.

– Не слишком откровенно?

Осматриваю себя в зеркало: короткие джинсовые шорты и черный топ – очень много открытого тела, как по мне.

– Для ночного клуба в самый раз. Накрасишься?

– Нет, – качаю головой. – В клубе наверняка жарко, не хочу париться о косметике.

– Она тебе и не нужна. Ты красавица, правда, – обхватив меня за плечи, Яна заглядывает в глаза. – С уверенностью только проблемы. Непонятно, по какой причине.

Мне лично понятно. Когда до восемнадцати лет растешь гадким утенком, сложно поверить в то, что ты привлекательна.

– Как у тебя с парнями? – спрашивает вдруг Яна. – Встречалась с кем? Может, кто-то нравится?

Я поспешно качаю головой, хватая маленькую сумочку на длинной тонкой ручке, сую туда телефон. Я испытываю перед Яной необъяснимое чувство вины за то, что мне нравится ее брат. Может, потому что у нас с ней хорошие отношения, и я чувствую себя обманщицей.

– Пойду, такси подъезжает, – радуюсь тому, что Яна не продолжает тему.

Только в машине понимаю, что из-за спешки забыла дома повербанк. Заряда на телефоне мало, ну ладно, как-нибудь перебьюсь, ничего страшного.

– Боже, Степцова, ты просто пушка бомба! – Дашка набрасывается на меня в прямом смысле этого слова, обнимает и приподнимает, я смеюсь, отвечая ей. Как же мне ее не хватало все эти годы. Летние встречи не в счет. – Пошли, покажу тебе, как развлекаются у нас. Столица рядом не валялась!

Она ведет меня к клубу, закинув руку на плечи. Нас пропускают без вопросов, что неудивительно: Дарью Морозову, дочь местного депутата, знают все. Я осматриваюсь с интересом, все-таки это клуб Дениса. Мне нравится. Здесь стильно, не пошло, чувствуется вкус.

Конечно, уступает московским, но тем не менее очень достойно. Впрочем, местные не обламываются, потому что клуб битком. С трудом удается ухватить свободный диванчик, на который меня и усаживает подруга.

– Что будешь пить? – спрашивает тут же. Кручу в голове напитки. Я бы ограничилась соком, но наверное, это будет неуместно.

– Джин с тоником, – говорю в итоге.

Подруга показав пальцами “ок”, быстро теряется в толпе. Я складываю руки на груди и снова осматриваюсь. Отсюда мало что видно, в основном только танцующих людей. Случайно ловлю взгляд парня, стоящего неподалеку, и он тут же движется в мою сторону.

– Привет, – улыбается, наклоняясь. – Ты тут одна? Скучаешь?

– Вали, парень, не про твою честь, – слышу голос Дашки, и сама она появляется следом вместе с официантом, который ставит передо мной джин с тоником, а перед подругой – пять ядовито-красных шотов.

– Ты уверена? – говорю с сомнений, она только смеется.

– Говорю же, отстали в столице. Давай за встречу, крошка.

Мы чокаемся, Дашка опрокидывает шот, я делаю маленький глоток.

– Ну рассказывай, – хлопает она меня по коленке. – Не жалеешь, что не осталась в Москве?

– Да я не поняла пока. Но дома хорошо.

– Конечно. Я это тебе постоянно говорю. Какой смысл быть никем в Москве, когда можно быть царицей здесь, – она раскидывает руки и смеется, я вместе с ней.

Эту мысль Дашка уяснила еще в школе, потому и не поехала учиться в Москву, окончила местный ВУЗ и устроилась работать к своему отцу в администрацию города.

– Кстати, видела кого-нибудь из наших? – спрашивает меня, взяв вторую стопку. Я качаю головой. – Витька про тебя спрашивал, предлагал собраться на выхах как-нибудь. Он ведь теперь серьезный чел, отец ему денег отвалил на рестик.

– Круто, – киваю я.

– А то. Не то что мой батя, новую тачку еле выцыганила. Хорошо хоть на должность пристроил непыльную, – она делает жест стопкой в мою сторону и опрокидывает ее. Тряхнув белокурой гривой и поморщившись, продолжает: – Короче, надо встретиться, завтра создам чатик, если не забуду.

С Дашкой никогда не возникает пауз в разговоре. Вот и сейчас я узнаю о всех знакомых, кто чем живет, кто с кем спит, и тому подобное. За это время подруга успевает выпить все свои шоты и тащит меня на танцпол. Когда я возвращаюсь к почти нетронутому бокалу джин-тоника, она заказывает еще.

– Мне тебя не придется тащить? – улыбаюсь ей, но Дашка только машет рукой.

– Я так рада тебя видеть, Степцова, – чмокает меня в волосы. – Ты ж мне как систер, правда. Мы идеально сочетаемся.

Я обнимаю ее в ответ. С Дашкой всегда было просто дружить: для этого достаточно принимать ее такой, какая она есть. Для тех, кого она любит, подруга готова сделать все, хотя и создает впечатление взбалмошной легкомысленной девицы. Впрочем, она такая и есть, но я все равно ее люблю.

Об этом я размышляю, пока подруга отлучается в туалет. Но эти мысли начисто стираются в голове, когда я вижу, как она пробирается ко мне, таща за руку Дэна.

Глава 3

– Ли, зацени, какого я склеила мужика! – жарко шепчет мне на ухо Дашка, обдавая запахом алкоголя. – Уверена, меня сегодня ждет охренительный секс!

Я чувствую, как гаснут вокруг краски, а звуки пропадают за нарастающим гулом в ушах. Напротив стоит Денис, глядя в сторону. В висках начинает стучать, я сжимаю кулаки. Да разве такое может быть? Ведь Дашка моя ровесница! Она такая же глупая малолетка, на которых Денис не должен обращать внимания! Какого черта происходит?

Дэн поворачивает голову и упирается в меня взглядом. Я сжимаю зубы, в эту самую секунду мне кажется, я ненавижу всей душой. Хочется оттолкнуть Дашку, которая шепчет мне на ухо непристойности, и заорать, что она не имеет права заниматься сексом с этим мужчиной. Это же мой Дэн!

Только никакой он не мой. Он свободный человек, имеет право делать, что хочет. Даже спать с Дашкой. Я ведь никогда ни с кем не делилась своими чувствами, если бы только подруга знала, она бы ни за что не стала…

Как только пестрая толпа скрывает парочку от моих глаз, я вскакиваю, поправляю одежду и начинаю протискиваться в сторону выхода. Я и так устала, а теперь нахождение здесь и вовсе лишено смысла.

Свежий воздух врезается в лицо вперемешку с едким сигаретным дымом – неподалеку стоит курящая компания. Я прохожу вперед, тянусь к сумочке и вспоминаю, что телефон сел.

– Эй, красотка, чего скучаешь в одиночестве?

Резко поворачиваюсь, вижу парня примерно моих лет. Он навеселе, пошатывается из стороны в сторону.

– Я парня жду, – отвечаю громко, чувствуя, как нервозность начинает набирать обороты.

К счастью, незадачливый ухажер отступает. Надо дойти до парковки, если там не будет такси, можно вернуться в клуб, попросить ту же охрану вызвать машину.

Движение слева заставляет снова подобраться. Резко поворачиваюсь и вижу подходящего ко мне Дэна.

Теряюсь, лепечу что-то про Дашу и просто огрызаюсь. Но все-таки иду за ним к машине, слабо вообще понимая, что творится. Он меня случайно увидел? Или что? Даша сказала про телефон, и Дэн решил подвезти меня? Это что-то значит или нет?

– Это и есть твой парень? Не староват?

Мы оборачиваемся на насмешливый голос вместе с Дэном. Парень, что пытался со мной познакомиться несколько минут назад, скалится, крутя в руках зажигалку.

– Это кто? – переводит на меня взгляд Дэн.

– Не обращай внимания, идем, – касаюсь его плеча, но он так смотрит на мою руку, что я ее тут же отдергиваю.

Качнув головой, Дэн идет в сторону парковки, а я радуюсь, что пьяных разборок не случилось. Не сомневаюсь, что он навалял бы этому парню в случае чего, но я в принципе против таких событий.

У Дэна большой крутой внедорожник, я залезаю внутрь и с любопытством осматриваю салон, пока он усаживается на свое место.

– Пристегнись, – бросает мне, я, словно опомнившись, дергаю ремень безопасности, конечно, слишком сильно.

Еще раз, и только на третий аккуратно тяну его, бросая взгляд на Дэна. Он смотрит на меня так, словно уверен: застегнуть ремень – для меня невыполнимая задача. Нервозность снова дает о себе знать, я лязгаю несколько раз защелкой, преждем чем попадаю в щель.

А когда снова смотрю на Дениса, успеваю заметить, что его взгляд скользит от моей груди к лицу. Мы отворачиваемся одновременно, как только встречаемся взглядами. Я опускаю глаза и закусываю губу: через ткань топа отчетливо выделяются соски, а ремень безопасности подчеркивает грудь.