Тень дракона. Сокровище

– Маникюр Лена, Эл Джи Пи Катя, – перечислял муж список последних звонков, пока я с видом оскорбленной императрицы наблюдала за ним, сложив на груди руки. – Что за пропущенный номер на двадцать пять тринадцать? – спросил, грозно хмуря брови.

Я пожала плечами.

– Наверное, реклама. Я не помню.

– А кто такой Гарик? Ты звонила ему утром дважды.

– Будто ты не знаешь, что это мой стилист, – отправилась я за туфлями. – Он консультировал меня по поводу сегодняшнего лука. Все же такое событие…

Цветков тем временем набирал Гарику.

– Алло! Кто это? – резко заговорил он. – О чем ты, хмырь, говорил с моей женой сегодня? Цветков это, кто еще? – бросив трубку после короткого разговора, муж повернулся ко мне: – Почему он разговаривает как п***р?!

– Нормально он разговаривает. Гарик лучший стилист в нашем городе. Многих москвичей за пояс заткнет.

Кажется, муж повелся. Аварийный номер моего сыщика как раз был записан вторым именно на Гарика. Егор знал об этом, должен был сориентироваться.

– Как его зовут? – отшвырнул муж мой телефон.

– Гарик! Там же написано! Слушай, Женя. Может, обсудим это позже? Мне кажется, мы уже опаздываем. А Сергей Юрьевич не любит, когда опаздывают.

Мы были приглашены на юбилей мэра. Того самого, чью дочку мой благоверный когда-то оприходовал. Валечке, как оказалось, понравилось. И все эти годы она ловко использовала этот факт, чтобы шантажировать Женечку, добиваясь его внимания снова. У этой девушки тоже была больная любовь к моему мужу, а у меня с каждым разом появлялось все больше компромата. Цветкову же простоватая сильно располневшая с тех пор Валечка поперек глотки встала. Она не относилась к тому типу женщины, которая достойна была звания «куклы», и ее интерес тяготил его тяготил.

– Вечером поговорим! – услышав мои доводы, согласился Цветков. Кривясь, он осмотрел меня снова. – Юбку смени, эта помялась.

– Отлично! И на какую же? – мой идеально продуманный образ был испорчен.

– Не знаю! У тебя шмотья, армию можно одеть! – ворвавшись в гардеробную Цветков схватил первую попавшуюся юбку и швырнул в меня. – Вот!

– Ты с ума сошел?! – я глядела на короткую джинсовую юбку с дизайнерскими потертостями, которая была хороша для прогулок, но совершенно не годилась для подобного мероприятия. – В этом я буду выглядеть, как девица легкого нрава среди гостей!

– Отлично! Тебе как раз подойдет, дорогая. Надевай! – что-то было в глазах Цветкова такое, что я не стала с ним спорить.

Этот инстинкт всегда позволял мне почувствовать ту грань, за которую переступать не стоит. Тем более сегодня, в такой важный для меня день. Я молча расстегнула юбку и натянула джинсовое недоразумение. Сама бы я себе такую не купила, но это была одна из тех вещей, в которые Цветков меня наряжал. Почему-то он просто обожал все короткое, прозрачное и вульгарное.

– Что-то еще? – уточнила я, закончив переодеваться. – Верх?

– Оставь. Мне нравится эта вставка, – муж оттянул пальцем ткань ниже, так, чтобы стало видно бесшовный бюстгалтер телесного цвета без лямок.

Я уже думала, что потребует его снять и пойти, вообще, без белья, но он сдержался. Не стал меня наказывать подобным образом, хотя бывало.

– Туфли?

– Годятся.

– Подарок забрал? Он стоял в холле.

– Да. Что там?

Сам Цветков подарками не занимался, предпочитая полагаться на мой вкус. И я честно старалась угодить всем его друзьям и партнерам, стараясь, чтобы они знали, что подарок выбирала я.

– «Утро на озере» Оуэна, как Сергей Юрьевич любит. Подлинник.

Мэр просто обожал пейзажи этого малоизвестного французского художника американского происхождения, и гордился свой маленькой коллекцией.

На самом деле копия была нарисована одной хорошей девушкой Машей. Но от оригинала не отличить. По крайней мере две предыдущих до сих пор висят у мэра в гостиной, и он ими хвалится при каждом удобном случае. Разницу в стоимости я оставляла себе на карманные расходы. Частное расследование, дело затратное.

– Отлично. Поспеши! – муж вышел из спальни и размашисто зашагал вниз по лестнице.

Схватив телефон и пузатенький клатч на цепочке, я зацокала каблуками следом, молясь, чтобы дальше все шло по плану.

Мы с Егором придумали многоходовку. Он избавится от сторожа на голубятне, организовав ему полицейскую облаву примерно в этот самый момент. Личность мутного вида мужика мы давно выяснили, и встречаться с властями ему, вообще, не с руки.

А дочка мэра Валечка, уже как неделю вела амурную переписку с Цветковым, не подозревая, что сообщения отправляет вовсе не он. Она с нетерпением ждала сегодняшней встречи. На Женечку у нее были большие планы, пока ее собственный муж валялся в клинике с острым пищевым отравлением. Позавтракал неудачно. Я узнала об этом от самой Валечки, которая полагала, что пишет Евгению на тайный номер.

И как такое наидобрейшее с виду существо может быть такой бесчеловечной стервой?

К мэру мы прибыли одними из последних, попали-таки в пробку. А потом еще и машина заглохла ненадолго без видимых на то причин. Причину организовал пожилой водитель Жени, который всегда мне симпатизировал. Сам организовал, сам и починил минут через пятнадцать, но ехать пришлось медленнее, а то мало ли…

Так что прибыл на юбилей муж крайне раздраженный. Поздравил мэра, огреб от него за опоздание, но задобрил подарком. Теперь точно просто так не уедет, чтобы не злить Сергея Юрьевича. Рядом коршуном вилась Валечка. Едва дождавшись, пока ее отец нас отпустит, она тут же подскочила и, как всегда радушно улыбаясь, ухватила меня за обе руки:

– Мариночка, как я рада тебя видеть! Приезжайте с Женечкой почаще. Я тут живу почти затворницей и всегда рада гостям. А папочка такой стол накрыл. Здесь человек двести собралось – только самые близкие, – щебетала она, словно бы и не мечтала облить меня кислотой.

Валечка и не подозревала, что ее внимание к моему мужу не только не ранит меня, а напротив доставляет в некотором роде удовольствие. Ведь именно в такие моменты Цветков сам исполняет роль «куклы».

– Я тоже всегда рада тебя видеть, Валя, – отвечала ей я искренне. – Приезжай к нам в гости.

– Больно далеко живете, меня папочка и муж не отпускают. Да и домой поздно возвращаться.

– Ничего, у нас есть уютная комната для гостей. Приезжайте вместе с Валерой. Можете остаться с ночевкой или на несколько дней, если пожелаете, – улыбалась я, а Цветков издал сдавленный звук. – Смена места всегда помогает освежить отношения, правда Женя? – как ни в чем не бывало обратилась я к благоверному, а Валечка заливисто расхохоталась, и принялась меня расхваливать уже Евгению.

Завидев жен других бизнесменов, я извинилась, и отошла поздороваться с ними, зная, что Валя непременно этим воспользуется, чтобы незаметно умыкнуть моего благоверного. Среди этих дам у меня не было подруг. Скорее, мы соревновались в том, кто лучше выглядит, да чей муж зарабатывает больше. Я видела их предвкушающие взгляды, направленные на мою юбку. Да, сегодня они сполна на мне оторвутся. Еще полгода вспоминать будут «в чем заявилась эта курица».

– Марииина, чудесная юбочка! – Сусанна, жена владельца сети продуктовых магазинов класса люкс, первой вышла мне навстречу и поцеловала воздух у моих висков. – Что-то я не видела такой среди трендов? – шепнула она мне на ухо.

– О! Это остро-модно, Суси. Модель подходит только девушкам с очень стройными ногам, – улыбнулась я, толсто намекнув, что Сусанне рекомендуется носить длинное не снимая. И чуть тише, но чтобы остальные змеи расслышали, поинтересовалась: – Как поживает твоя нижняя челюсть? Повезло тебе, что были скидки.

Дамы едва сдержали смешки, и черноглазая Суссанна криво мне улыбнулась. В общем, все мы тут были те еще змеи, но я давно усвоила искусство жалить больнее. Видела бы меня только Василина, она бы точно была в шоке. Обмениваясь комплиментами двойного назначения, мы медленно двинулись вдоль зала.

– А у Валечки-то сегодня совсем нет терпения, – отметила проницательная Алина.

Моего мужа и любвеобильной дочери мэра уже не было видно. Делано расстроившись, я извинилась и отошла в уборную, под довольными взглядами «подружек».

Раз Цветков с Валентиной, времени терять нельзя. Как выбраться наружу, не привлекая внимания я уже придумала. Мне помог один из любовников Валечки, к которому я и отправилась напрямик. Он работал начальником охраны, и не желал терять свое теплое место.

Договориться оказалось легко. Переодевшись в черную форму и, спрятав волосы, под куртку, я вышла вместе с ним через черный ход и спокойно уехала на его личном автомобиле без лишних вопросов.

Выжимая газ, я гнала на голубятню, по пути набирая Егора.

– Я еду!

– Отлично. Все в порядке?

– Если и нет, то уже не важно. Ты избавился от охранника?

– Да. Предупредил и его тоже. Он ушел минут за пять до прихода полиции. Они за ним гоняются по лесу.

– Голубятню еще не обыскивали? – испугалась я.

– Пока нет. Марина, я подъеду. Вдруг понадобится помощь?

У меня в груди защемило. Я ужасно устала быть сильной, и желание переложить опасное дело на плечи сильного и отважного мужчины было велико как никогда. Но нет. Если что-то пойдет не так, я всегда смогу разыграть спектакль. Я обманутая жена, а мой муж извращенец невесть чем здесь занимается. Возможно, даже сам Цветков в это поверит. Ведь поверил же он, что я к нему привыкла и почти приняла. Даже о детях начал поговаривать. Лет через десять…

– Ни в коем случае! Я сама. Ты не должен в это вмешиваться, Егор. Прости.

– Как хочешь. Звони если что. Марина…

Кажется, он что-то еще хотел сказать, но я сбросила звонок и крепче вцепилась в руль. Влюбляться в кого бы то ни было я себе запретила еще восемь лет назад. Это сделало бы меня слабой.

Голубятня находилась в тридцати с небольшим километрах от загородного дома мэра, я гнала внедорожник по проселку, не жалея подвески. Мне нужно было оказаться там как можно скорей, пока не нагрянула полиция с обыском в сторожку. Это бы щекотливый момент. Если они найдут секрет голубятни, то мои планы провалятся.

Приехав на место, припарковала машину на обочине у дороги, и остаток пути прошла пешком, радуясь, что переобулась в кроссовки. У нас с одной из домработниц мэра оказался один размер ноги. На участке с виду никого не было, только ярко выделялся белый лист на двери сторожки – ее опечатали, тоже самое и с голубятней.

Как много времени пройдет, когда об этом сообщат мужу? Если охранник не позвонил сам до того, как податься в бега, то возможно есть еще несколько часов. Официально эта земля никому не принадлежит, избушка самострой, и подлежит сносу. Не знаю.

Сломать дверь, использовав как рычаг валявшийся поблизости кусок арматуры, было несложно. А вот код цветков заменил. Похоже, в прошлый свой визит я где-то прокололась. Печально…

– Думай! Думай! – перебирала я все подряд дни рождения, даже Валечкин и мэра не забыла. – Подошел мой. Ну надо же!

Такое внимание отчего-то наводило на нехорошие мысли, но я не обратила внимания. Слишком уж торопилась. Проникнув в логово маньяка, я остановилась, пытаясь сообразить, где искать. Должна же быть какая-то логика в этих подписях.

Иногда я рассматривала сделанные на голубятне фото, но они были темными, общими, и на них плохо была видна система. Я ходила «К-ла, 05, А», «Н-кла, 18, М». Что это за буквы и цифры?

И наконец я догадалась. Всех девушек больной муженек делил на «кукол» и «не кукол». Цифры означали год, а буква, похоже имя. Проверяя свою догадку, я нашла полку с годом, когда была с Цветковым в первый раз, и среди букв обнаружила единственную М. Эту флешку я уже смотрела, там была я. Мне и в ноут не нужно было ее втыкать, чтобы это проверить.

Интересно, а Васька для него кукла или нет? Среди «кукол» ничего похожего на нужный мне «эсдэшник» не оказалось, а среди «не кукол» не было буквы В вообще. Видимо, похождения с Валечкой Евгений не снимал. Но где искать Василину?

Мне поплохело.

– Значит, все напрасно да? Неужели я не узнаю, что он сделала с тобой, сестренка? – по щекам покатились слезы.

От отчаянья я, натянув медицинские перчатки, принялась втыкать в ноут все подряд, и подключив к нему выносной жесткий диск, копировала файлы. Позже разберусь, что там, а здесь пусть рыщет полиция.

Мне повезло неожиданно. На одной из флешек оказалась запись, которую я искала.

Сестра!

Не отрывая глаз, я просмотрела ужасные кадры. Все закончилось на том, как Василина на неверных ногах вошла в ванную и пропала. Еще некоторое время видео показывало пустую комнату, но на этом закончилось.

Я нашла! Я нашла! Она была там в его доме в тот вечер!

С трудом вспомнив, что Егор говорил ничего не забирать, долго стояла соображая, куда положить флешку. И положила ее в карман, решив, что я сама разберусь с этим вопросом. Странно, но стоило мне найти эту запись, как в душе воцарилось спокойствие. Я снова стала той снежной королевой, которая строго знала, что делать.

Выключив ноут, закинула жесткий диск в рюкзачок, заперла подвал и вышла из голубятни, поспешив к машине.

«Егор, запись у меня!» – отправила я сообщение сыщику.

«Отлично! Буду ждать тебя у машины».

У машины и правда виднелась в сумерках одинокая мужская фигура.

– Егор! Мы это сделали! – я ускорила шаг, выбираясь из низины на дорогу и обходя внедорожник спереди. – Теперь я уничтожу Цветкова и отомщу за сестру! – произнося эти слова, я совсем не ожидала, что у машины меня будет ждать… муж.

– Вот как? А я думал, что ты меня хоть немного, да любишь, – криво улыбнулся он. – Все вы бабы одинаковые. Ни одной не угодишь. То одно не нравится, то другое. Чего тебе было мало, Марина? – наставил он на меня два ствола. – Всем вам! – рявкнул он и передернул затвор.

В образовавшейся паузе я услышала шум двигателя. Судя по звуку, дизель. Сюда кто-то ехал. Егор? У него тоже внедорожник.

– Женщины не делятся на кукол и не кукол, Женя. С людьми нельзя играть, – сказала я мягко, надеясь, что это подействует.

Одновременно я тихонько отступала. Если мне удастся скатиться в низину, он промахнется, и у меня появится шанс убежать. А у Егора есть пистолет, он его сумеет остановить.

– С людьми? Так бабы и не люди, – хохотнул мой благоверный вальяжно приближаясь.

– Забавно, – улыбнулась я ему в ответ. – Ты спросил, чего мне не хватает, и тут же говоришь такое! Одно противоречит другому, тебе не кажется. Человеческое отношение, вот чему тебе стоило бы поучиться, Евгений!

– Заткнись!

Одновременно грянул выстрел, и я взвизгнула сжавшись. Не знаю, намеренно, или нечаянно, но Цветков промазал. Он стоял, широко расставив ноги, и целился мне в грудь. Что-то подсказывало, что в этот раз он точно попадет.

Я попыталась отступить еще на шажок, оказавшись еще немного ближе к обочине.

– Стоять! – рявкнул муж.

Двигатель ревел уже совсем рядом. Кто-то гнал, не жалея покрышек. Наверное, Егор услышал выстрел. Странно, что Цветков будто бы не замечает этого.

– Ты же действуешь нахрапом. Вспомни, как мы с тобой познакомились? Ты мне даже понравился сначала, – напомнила я нашу первую встречу в клинике. – Но ты куда-то торопился. Ты меня напугал!

– Напугал? Я был с тобой так нежен, как ни с кем другим в жизни! Мог бы просто поставить там же раком! А, понимаешь, ради нее, букеты-конфеты… Но ты не оценила, и сейчас я сделаю с тобой то же, что и с остальными. На колени!

По его сумасшедшему взгляду я поняла, что в этом человеке что-то сломалось. Цветков и так годами балансировал на грани безумия со своей манией, но теперь этой грани больше не было. Я глядела в глаза психа.

Психа, который собирается выстрелить.

Машина показалась из-за крутого поворота и, не думая останавливаться, снесла, стоявшего по центру дороги мужа. Грянул выстрел, но куда-то в сторону. Последнее, что я видела, падая в обморок, искаженное ненавистью лицо Валечки…

Глава 4. Здравствуй кошмар, или новая реальность для жены бизнесмена

Скрип. Скрип. Скрип.

Противный звук постепенно прогонял сон. Стоило вырваться из его тенет, и я покрылась мурашками. Брр, холодно!

Прислушалась к себе, пытаясь понять, где нахожусь, и что происходит.

Во-первых, я куда-то еду. Пахнет сеном и животными… На телеге, что ли везут?!

В подтверждении моей догадки неопознанное транспортное средство подкинуло на кочке, и я едва не застонала от неприятных ощущений: снизу кололось, сверху царапалось и пованивало, а под бедром давило твердое. И еще я определенно была абсолютно раздета…

Открыла глаза, но ничего толком не увидела, потому что меня накрыли с головой какой-то заскорузлой дерюгой. Грязной и вонючей.

Мамочки… Я снова зажмурилась, не желая верить в продолжение кошмара.

Перед глазами как наяву пронеслись Цветков… Направленное на меня ружье… Валечка за рулем внедорожника… Удар!

А что было дальше?

Дальше я, кажется, отключилась, а теперь меня, совершенно голую, куда-то везут, да еще и на телеге. И прикрыли, точно…

Думать о себе, как о трупе, не хотелось, но от мгновенной паники сердце пустилось в галоп. Только усилием воли я заставила себя лежать смирно, не подавая виду, что очнулась. Сработали инстинкты самосохранения.

Будем мыслить логически: как вышло, что у внедорожника очутился Цветков?

Тут все просто, Егор не мог меня предать. Не тот он человек, а в людях я научилась разбираться. Скорее всего, муж как-то отделался от дочки мэра и поехал следом. Уж больно приревновал меня к Егору, поэтому и следил внимательней, чем обычно. Даже Валечкой пренебрег. Поэтому он прибыл на голубятню раньше сыщика.

А, может, мой телефон еще и прослушивался, а я с него позвонила из машины? То, что отслеживался, я знала и так. С собой на голубятню я взяла именно этот мобильник по неосторожности. Слишком перенервничала, да и другого средства связи не было.

Но если муж знал, где я, то наверняка догадался, чем занимаюсь. А, значит, собирался пристрелить на самом деле, а не просто пугал. Но почему же предпочел дождаться у машины? Не проще ли было поймать с поличным? Или он сам боялся попасться на глаза полиции? Он ведь не мог знать, уехали они отсюда, или нет. Похоже меня спасли опечатанные двери сторожки и следы обыска.

Я испытала не лучшие моменты, представив, что было бы, поймай Цветков меня на голубятне. Там бы у меня не было ни единого шанса, против его ружья.

А Валечка? И тут нетрудно догадаться, что дочка мэра выследила незадачливого любовника. Слишком уж я ее распалила своими сообщениями. Она могла обидеться на его внезапный уход. Или нас сдал начальник охраны? Мутный он тип, мог и соврать, что я угнала его тачку, когда сбегала, чтобы выгородить себя. Тут можно только строить предположения.

Но меня мучил и другой вопрос: интересно я теперь вдова, или еще нет?

Что-то подсказывало, что у Цветкова почти не было шансов. Но тогда почему меня везут в таком виде? Наверное, Валечка с помощью отца пытаются скрыть следы преступления, избавляется от свидетеля?

Отвезут сейчас и скинут в какой-нибудь карьер, да дело с концом…

Я подавила и новую волну паники.

Нужно успокоиться. Егор обязательно во всем разберется. Возможно, он даже все видел, и теперь следит за бандитами, а в подходящий момент спасет. Мне так хотелось, чтобы так оно и случилось…

Должен же и в моей жизни появиться принц? Настоящий, без белых коней и мерседесов, но с благородством в душе…

Так все было на деле, или я нафантазировала от отчаянья, но у меня появилась надежда, которая придала сил. Я должна продержаться до подхода помощи и придумать, что делать, если она не явится…

– Может, остановимся? – прозвучал неприятный и какой-то склочный мужской голос за головой.

Я, конечно, предполагала, что повозкой кто-то управляет, и давно поняла, что не одна здесь, но все равно оторопела, перестав дышать. Странное дело, слова как будто незнакомые, но значение я понимаю…

– Сдурел? – ответил ему второй – сиплый, словно простуженный.

Я отметила, что оба выраженно «окают». Непривычно это слышать в незнакомых словах…

Блин! Наверное, меня чем-то накачали, вот я и заморачиваюсь над всякой ерундой. Наверняка, это действие неизвестного мне вещества. Видимость передозировки вполне укладывалась в схемы, которыми привыкли решать проблемы люди вроде Валечки. Уж я-то знала, благодаря муженьку.

– Давай, хотя бы посмотрим на нее. Страсть как хочется!

– Баб, что ли не видел? – усмехнулся сиплый.

– А ты, можно подумать, таких видел? – визгливо возразил первый.

Из чего я сделала, что меня везут двое. Надеюсь, что всего двое…

– Нирфеатка поди, – неуверенно и непонятно предположил простывший товарищ.

– И чего? Я слыхал, нирфеатки горячие и не брезгливые. Никаких запретов

– Угу, а потом она тебе голову отгрызет или на перо посадит. Давай уж лучше ходу прибавим. Вспомни, зачем мы к Зинборро едем, идиот!

По разговору у меня начало складываться впечатление, что эти двое меня побаиваются. Ничего не понимаю…

А что такое – «нирфеатка». Судя по малограмотной речи, возможно, они с каким-то другим словом перепутали? И где это «Зинборро»? Не припомню, чтобы слышала про такое поселение в области. Или это не местность? Скорее, похоже на название ночного клуба. Возможно, меня вовсе везут не в карьер, как я сначала подумала, а куда-нибудь в рабство определенного характера?

Так это, или нет, я не знала, но намеренья этих двоих все равно мне не понравились. Поганые были намеренья, учитывая ситуацию.

Осторожно, чтобы не шуметь, я пошарила рукой и ощупала холодную железяку, на которой я лежала, похоже, уже довольно давно. Уж очень болело мягкое место, надавленное округлой выпуклостью.

Приподняв таз, тихонько потянула, обнаружив, что это что-то – длинное и увесистое. Отлично! Сойдет за оружие. Если получится, постараюсь огреть им как следует первого, кто протянет ко мне свои поганые лапы.

Хватит с меня и Цветкова, больше я никому к себе прикасаться без разрешения не позволю. Удивительно, как палка в руках делает из жертвы человека. Прямо какая-то извращенная аллегория на эволюцию!

Не успела я удобнее перехватить округлую рукоятку какого-то инструмента (уж больно удобно та легла в руку), как дерюгу откинули.

Я увидела над собой синее предночное небо, черные на его фоне ветки деревьев и склонившегося надо мной… бомжа. Нечесаные лохмы, абы как обкромсанные, торчали во все стороны. Нечищеные, наверное, никогда в жизни, черные зубы обнажились между растянутых в улыбке губ, и… меня обдало волной вони!

Вонища, от которой я едва не упала в обморок, была почти осязаемой. Скривившись, не столько от испуга, сколько от крайнего отвращения, я издала нечленораздельный звук:

– Ыаааа! – и попыталась треснуть бродягу в челюсть.

Но тот, ловко отпрыгнул, а мое орудие оказалось слишком длинным и зацепилось за дерюгу противоположным концом. Зато теперь, когда бомж не нависал, у меня появилось пространство для маневра. Я вскочила на ноги, не обращая внимания на наготу, и поудобнее перехватила… меч?!

Действительно! То, что я по незнанию приняла за какой-то инструмент, оказалось настоящим мечом с богато украшенной рукоятью. Долго рассматривать свое оружие, которое только что прокачалось от банальной железяки до настоящего меча, пусть и бутафорского, но увесистого, было некогда. Я грозно уставилась на своих противников, насколько можно грозно смотреть на двух мужиков, когда ты девушка с голой …опой.

Бродяга, которого я шуганула, сидел на обочине проселочной дороги. Похоже, от неожиданности он споткнулся и шмякнулся на пятую точку. Его товарищ выглядел немного приличнее. Сидел на облучке спокойно, смердел куда меньше, и даже с виду был одет почти в чистое.

Здоровенный, метра за два ростом, в плечах, с нависающими надбровными дугами и выдвинутой вперед челюстью, на вид он казался недалеким, но я помнила, что именно он остерегал своего подельника меня трогать. И этой… Как ее? Нимфоманкой назвал.