Весна в доме дракона. Рыцарь мечей

Глава 1

Плетение получалось слишком сложным и требовало от меня максимальной концентрации. Зато некрасивое желтое пятно вот-вот исчезнет, а белая плотная ткань дорогих штанов станет первозданно чистой и заодно непромокаемой. Идеально!

Это заклинание было моей собственной разработкой, которой я очень гордилась. В детстве я так часто портила одежду, что пришлось научиться ее не только беречь, но и восстанавливать, избегая выволочек от мамы.

Почти-почти… Еще немножко… Вот так…

– Эмили, – гнусаво растягивая гласные, проблеяла Анита.

У моего волшебного зеркальца, оставшегося в сумочке на комоде, был слегка дрожащий и, будем честны, не особенно приятный голос.

– Не сейчас! – процедила я сквозь зубы, едва не упустив плетение.

Что за дурацкая привычка болтать под руку? Неважно, кто там меня вызывает. Знает же, что в такой момент, меня нельзя отвлекать!

– Но, Эмили…

– Пусть оставят сообщение. Послушаю, когда закончу, – снизошла я до ответа и прикрыла глаза.

В этот же миг мою обнаженную шею пощекотало чужое дыхание, и я инстинктивно прянула в сторону, а с таким трудом созданное плетение исказилось до неузнаваемости и сорвалось с пальцев!

Разложенные прямо на полу мужские штаны сморщились, словно расплавившись, когда их коснулась моя магия. Размер изделия безнадежно уменьшился прямо на глазах, а форма… Про форму я лучше промолчу!

Назвать это штанами было уже невозможно, потому что у штанов не бывает третьей штанины – короткой и там, где ей вовсе не место. Фу, как неприлично вышло!

Теперь придется начинать все заново!

«А нет, не придется!» – сделала я вывод, еще раз взглянув на то, что стало со злополучными штанами.

Хана им пришла, вот что! Их даже профессор кафедры магического чарования не восстановит ни за какие коврижки. Осталось только сжечь остатки в камине, и дело с концом.

Не оборачиваясь, я рявкнула:

– Гил, я что тебе сказала?

– Спрячься за ширмой и не высовывайся! – послушно повторил парень и добавил: – Чего сердишься, Эмили? Мне же просто интересно. Я ни разу не видел, как зачаровывают одежду.

Хозяин злосчастных штанов не испытывал ни грана раскаяния за содеянное.

– И не увидишь! – мстительно огрызнулась я.

Поддавшись порыву, носком туфельки поддела тряпку, в которую превратились штаны Гилберта Варсона, и швырнула их прямо в камин. Пламя с жадностью набросилось на пропитанную магией ткань, поглотив ее за считаные секунды. Остались только хлопья пепла.

– Эй, Эмили, ты сдурела? – возмутился парень. – Ты мне теперь должна!

– Еще чего!

Я круто повернулась и оторопела, уставившись на парня, который стоял позади меня на расстоянии трех шагов.

Гилберт был одет в одну лишь праздничную рубашку, белоснежные труселя, которые были ему тесноваты, и носки. Камзол и сапоги он оставил за ширмой, где и сам должен был оставаться, пока я не закончу. Яркий зеленоглазый блондин с мощной челюстью и развитыми мускулами, определенно был хорош собой, но у меня его нелепый вид вызывал лишь недоумение, граничащее с острой неловкостью.

– Чего ты выперся? Я ведь просила сидеть и не мешать! – возмутилась я, не сводя взгляда с этих его неподобающе тесных труселей.

Руки чесались их подправить, чтобы так сильно не натягивались на… Кхм! В общем, не натягивались так сильно. Чары коррекции сплелись на кончиках пальцев сами по себе, и я едва смогла остановиться, чтобы не применить магию.

– Что так смотришь? Нравлюсь? – Неверно понял мое внимание парень.

– Нет!

Порозовев, я торопливо вскинула взгляд и уставилась в бесстыжие зеленые глаза.

– Моей вины тут нет. Я двигался абсолютно бесшумно и никак не мог тебя отвлечь, детка, – хвастливо заявил он. – Признайся, ты не умеешь чаровать, а устроила все это нарочно, чтобы полюбоваться на лучшего парня в городе.

Гилберт провел руками по собственным бедрам красуясь.

Нет, я не выдумала. Он выпендривался! Вон и рубашку расстегнул так, чтобы продемонстрировать покрытую светлыми волосками грудь.

Мне это ужасно не понравилось, учитывая, что мы находились вдвоем в гостевой спальне дома леди Фенори, где проходил бал дебютанток в этом году. Леди Фенори – главная сплетница Санвелли, а еще моя дальняя родственница. Если кто-нибудь из ее слуг нас заметит, мне хана!

– Ты ведь все подстроил, да? – догадалась я. – Твой друг нарочно наступил мне на подол, чтобы я облила тебя соком!

Выражение лица этого нахала подсказало, что я попала в десятку.

Ну зачем только я предложила все исправить? Хватило бы простых извинений, но нет же! Я решила козырнуть своим талантом, а теперь придется как-то выкручиваться.

– Эмили… – несчастной овечкой проблеяла Анита, и мне почудились нотки отчаяния в ее унылом голосе.

Я направилась к выходу, чтобы взять свою сумку и выскользнуть в коридор, но парень преградил мне путь, да еще и придержал за плечи.

– Э нет, детка! Так не пойдет.

– Не называй меня так! – психанула я и попыталась его оттолкнуть.

Бесполезно!

– Ты же не думаешь сбежать, оставив меня в таком виде?

Гилберт развел руками, демонстрируя свой крайне непристойный вид.

– Тебе что, трусы маловаты? – поддела я его.

Гилберт не смутился вопреки ожиданиям. Напротив, подмигнул похабненько и заявил:

– Это просто я местами большеват.

– Фу! – Я отпрянула от него и скривилась.

Гилберт довольно рассмеялся.

– У тебя такое забавное лицо, Эми! Да не переживай ты так, я просто подтруниваю. Но если серьезно, не сидеть же мне здесь с голым задом? Принеси хоть какие-то штаны.

– Где я их возьму?

– Не знаю. Укради, сшей из портьеры. Мне без разницы. Ты испортила, ты и решай проблему.

– Иди ты в… камин за своими штанами, Гил!

Я снова попыталась проскользнуть мимо парня.

– Эмили, Эмили, ты такая недальновидная! Неужели не понимаешь, что за все нужно платить?

– Требуешь с меня деньги?! – возмутилась я.

– Я же не подонок какой-то, чтобы брать деньги с девушки! Поцелуй. Всего один поцелуй, и я сам решу свою проблему. Идет?

– Поцелуй?! – повторила я в недоумении. – То есть, ты вот это все затеял только ради простого поцелуя?

– Почему же простого? Ради слюнявого! Смачного! Такого, от которого у тебя голова закружится, и ноги держать перестанут, – в красках, да еще с мерзкими интонациями, принялся расписывать Гилберт.

– Считай, уже закружилась. А еще затошнило, – ответила я сдавленно и схватилась за горло.

И правда, дурно стало!

Этот фарс следовало заканчивать. Интуиция вопила, что нужно убираться. Ей вторила Анита:

– Эми-и-и-ли, беда-а-а!

– Жди здесь. Я найду тебе шта… – начала было я, рванув к двери.

Гилберт попытался схватить меня за руку. Инстинктивно я отдернула свою, да только на кончиках моих пальцев все еще притаилось заклинание коррекции. Оно сорвалось от резкого жеста… Рубашка и труселя парня, а также подол моего бального платья, над которым я трудилась целый месяц, лентами опали на пол!

Не ожидая столь ошеломительного эффекта, мы на секунду опешили, а затем Гил, сверкая алыми ушами, спрятал в ладошках то, что мне видеть совершенно не полагалось. Я, смертельно побледнев, свела края юбки, закрывая прореху. Больше мы не успели ничего сказать или сделать, потому что дверь гостевой спальни распахнулась, и на пороге появилась целая делегация во главе с хозяйкой дома – леди Фенори.

Глава 2

Леди Фенори замерла напротив нас, картинно прикрыв рот ладошкой, а затем воскликнула:

– Какое бесстыдство! Лорд Варсон, ваш сын – развратник! – произнесла она, жадно нас разглядывая, и добавила без капли сожаления: – Бедная девочка обесчещена!

– И ничего я не обесчещена! – возразила я, стремительно соединяя магией разрез на платье. – Я, вообще, сюда случайно заглянула…

– Не спорь! – оборвала меня леди Фенори, обладавшая в наших краях непререкаемым авторитетом.

– Гилберт завтра же явится в дом леди Меарон с помолвочным кольцом, а свадьбу сыграем в середине лета, пока животик не появился! – заверил нас лорд Варсон старший.

– Не будет никакого животика! – возмутилась я, едва не плача.

И тут случилось ужасное:

– Я готов ответить за свой поступок и взять в жены скомпрометированную мной леди Эмили Меарон, – охотно согласился Гилберт. – Клянусь предками рода Варсон!

Глаза парня торжествующе блеснули, и в воздухе перед ним соткалась магическая печать в виде фамильного вензеля рода Варсонов – V, обвитая лозой.

– Не надо! – воскликнула я в ужасе.

Похоже, сговор зашел куда дальше, чем я предполагала.

– Принимаю вашу клятву, лорд Варсон! – сказала леди Фенори, невзирая на мой протест.

Как хозяйка дома и наша дальняя родственница по отцу, – к сожалению, старшая, – она имела на это право. Не зря же вечно талдычила о попечительстве над нашей семьей. Ох, не зря!

Вензель ярко вспыхнул ядовитой зеленью, растянулся множеством тончайших магических нитей, которые устремились ко мне.

Мама появилась на пороге в тот момент, когда нити клятвы Гилберта уже опутали меня липкой паутиной. Не мигая, она наблюдала за тем, что происходит. От лица леди Меарон отхлынула краска, губы плотно сжались, но она так и не издала ни звука.

– Мама, – жалко пискнула я, отрицательно мотая головой. – Пожалуйста, не надо! Я не хочу!

Но она ничем не могла мне помочь.

– Леди Меарон, репутация вашей дочери спасена! – заявил подозрительно довольный лорд Варсон. Он даже не пытался скрыть, что ситуация его не огорчает. – Не переживайте, я обо всем позабочусь. Ни одна собака в Санвелли и на всех Западных Равнинах не посмеет дурно говорить о вашей дочери.

Нет, это не сговор, это самая настоящая спецоперация, направленная против нашей семьи! Я вдруг осознала, что семейке Варсон на этот раз удалось добиться того, к чему они стремились столько лет – заполучить нашу ферму, хотя бы вот таким окольным путем.

– Отлично, лорд Варсон! – радовалась леди Фенори. – Хорошо, что мы так быстро разрешили этот инцидент. Я пекусь о репутации дочерей леди Меарон не меньше, чем она сама. Все-таки мы родственники, хоть и дальние.

Она слащаво улыбнулась.

Мама явно не разделяла их радости.

– Эмили, мы немедленно едем домой, – выдала она глухо. – Прошу прощения, леди Фенори. Мы вынуждены откланяться.

Едва заметно кивнув, леди Меарон развернулась, а я, схватив свой клатч, поторопилась за ней.

Всю дорогу до нашего дома мама о чем-то думала. На меня она так и не взглянула с тех пор, как мы покинули поместье леди Фенори. Ехали в открытой коляски, и лошадьми мама правила сама. Она не выносила закрытые экипажи.

Я высвободила руку из-под плаща, в который куталась из-за прохлады, и тронула маму за плечо.

– Мам, ничего не было! Правда!

– Знаю, милая. Это все грязные козни лорда Варсона и леди Фенори. Уверена, они сговорились это провернуть, а я не уследила. Прости меня, дочь.

Выдохнув с облегчением, я откинулась на спинку сиденья, а потом меня прорвало. Я подробно рассказала ей, как именно попала в эту ситуацию.

– Ах если бы ты сразу ответила на мой вызов! Почему ты не подошла к зеркальцу? – спросила вдруг мама.

– Сначала была занята, создавала плетение, чтобы восстановить штаны этому придурку, а потом он мне не позволил.

– Гилберт заранее все знал, а ты опять увлеклась. Если бы ты ответила, мы бы успели предотвратить беду. – Мама вздохнула. – Доченька, ты… Ты у меня самостоятельная, но совсем еще дитя! Я наблюдала за тобой на балу. Ты танцевала, а на тебя смотрели мужчины, и… Мне хотелось превратиться в коршуна и выклевать им глаза за то, что они смеют так пялиться на мою малышку! – закончила она неожиданно жестко.

И даже лошадь всхрапнула, словно поразившись ее словам.

– Хорошо, что в нашем роду нет оборотней, иначе было бы не избежать кровопролития, – пошутила я и стиснула ее пальцы.

Мама пожала в ответ мои и грустно улыбнулась.

– Ты и правда совсем выросла, Эмили. Я мечтала, что ты отправишься в столицу, поступишь в Академию магических искусств, как Релия. Отучишься на дизайнера и чарователя швейных изделий, станешь кутюрье при королевском доме мод…

– Но теперь на мне эта проклятая печать, – пробормотала я понуро, разглядывая ядовитую V на запястье. – И нужно сильно постараться, чтобы избавиться от нее.

– Снять такую печать невозможно, Эмили!

Я похолодела.

– Как это невозможно?

– Я не знаю ни одного законного способа. Может, выйти за Гилберта не такая плохая идея? – принялась размышлять мама. – Есть и плюсы: ты останешься рядом, а Гилберт… Мальчик подает большие надежды. Рано или поздно он возьмет на себя управление нашей фермой, и я смогу немного выдохнуть.

– Да ты что, мама?! Не верю, что ты доверишь нашу ферму Варсонам! И потом, я тоже мечтала учиться в академии, но Гил меня не отпустит.

От мысли, что придется жить под одной крышей с этим придурком и выполнять супружеские обязанности, меня перекосило.

– Так было и со мной, и со многими другими женщинами, и ничего… – задумчиво ответила мама.

– Вот только ты принимала решение самостоятельно, а меня вынуждают!

– Тут ты права. Я полюбила вашего с Релли папу и с радостью согласилась за него выйти. Мы жили душа в душу…

– А я Гилберта ненавижу!

– Хм! Наблюдая ваши пикировки, я заподозрила, что на деле ты испытываешь к нему симпатию. Правда, я этого больше опасалась, чем радовалась. Но теперь тебе придется смириться. Выхода я не вижу. – Мама тяжело вздохнула.

Я с недоумением уставилась на нее.

– Что ты такое говоришь?! Пусть Варсон хоть собственную трость проглотит, я не стану женой Гила! Ни за что на свете! Если есть какой-то способ избавиться от его печати, пусть и незаконный, я его найду!

– Боюсь, Варсоны не позволят тебе это сделать. Просто не дадут времени. Тебе придется или выйти за Гилберта, или покинуть Санвелли и родной дом!

– Тогда я уеду! – упрямо заявила я.

Глава 3

Дома я заперлась в своей комнате и достала Аниту.

– Вызови, пожалуйста, Релию.

– Но… уже поздно, Эмили. Может, лучше утром? – промямлило мое зеркальце.

– Анита, не беси! – рявкнула я в сердцах.

Зеркало я купила на собственные сбережения, и мне досталась симпатичная девчачья, но совсем простенькая по функционалу модель. Зачастую Анита меня раздражала, но имелся у нее и несомненный плюс: равных ей в поисках прекрасного в зеркальной сети просто не было.

– Ладно, Эмили, – скорбно согласилась Анита, и на ее зеркальной поверхности отобразилось лицо Релии, моей старшей сестры.

– Эмили, что-то случилось? Ты поздно…

Релия лежала в постели. Ухоженные светлые волосы, еще более светлые, чем мои собственные, свободно рассыпались по ее плечам. Лицо сестры слегка отекло из-за беременности, и она выглядела усталой, но глаза довольно блестели. А еще в зону обзора попадало могучее обнаженное плечо ее мужа.

– Ой, простите! Я помешала… Давай наберу тебя утром? – смутилась я.

Лицо владыки Восточного Снежногорья появилось в зеркале. Белоснежные волосы, пронзительно-синие глаза и аура, которая ощущалась даже во время зеркальной связи. Драконы и в человеческой ипостаси отличались от простых людей.

– Привет, Эмили! Мы тут с нашим малышом беседовали, он уже так сильно толкается! – похвастался Кальтер Винд и расплылся в счастливой улыбке.

– Так что не слишком-то ты нас и отвлекла, – добавила сестра.

– Передавайте привет моему племяннику или племяннице! Не дождусь, когда мы сможем познакомиться. Даже не верится, что скоро стану тетей настоящего дракончика! – Я тоже улыбнулась.

– Обязательно передадим! – пообещала Релия, поднимаясь с постели. – Но ты ведь не за этим позвонила, верно?

Моя сестра – эмпат, она моментально понимала, когда у меня или у мамы проблемы.

– Верно. Мы можем поговорить приватно? Кальтер, прости!

– Схожу, проверю отопительные артефакты, а то сегодня в коридорах очень холодно, это совсем никуда не годится!

Ледяной дракон набросил на плечи темно-синий халат и поднялся, а Релия потребовала:

– Рассказывай!

Я выложила все как есть и продемонстрировала сестре ядовитую V на запястье.

– Меня подставили, а пострадает мама! Теперь Варсоны точно отнимут нашу ферму…

– Подставили, даже не сомневайся! – согласилась сестра. – Родовую печать, символ честных намерений, превратили в оковы! Неслыханно!

– Ужасно, правда? А самое мерзкое, что даже пожаловаться некому.

– Точно. Тебя окрестят неблагодарной, распутной, или даже сумасшедшей, а Гилберта выставят несчастной жертвой, – озвучила мои нерадостные мысли Релия.

– Он будет трубить на всех углах, что это я попыталась его соблазнить, а он не устоял. Ведь я – любовь всей его жизни, и все такое.

– Не удивлюсь, что так и будет. Вот только у Варсонов вряд ли хватило бы сообразительности додуматься до такого самостоятельно, – сделала неожиданный вывод сестра.

– Полагаешь, идея принадлежит леди Фенори?!

– Наша неуважаемая тетушка – та еще интриганка. Уверена, что она все это и спланировала.

– Но зачем ей это?

– В свое время я отказалась выйти за того, на кого она указала, и уехала поступать. Ты еще была мала, чтобы помнить, наверное?

– Не настолько! Я отлично помню того сорокалетнего старика, который приезжал к тебе свататься.

– Вот! Леди Фенори могла затаить обиду на нашу семью.

– Думаешь, она из мести помогла Варсонам? – предположила я.

– Или во имя корысти.

– Точно! Лорд Варсон наверняка пообещал ей что-нибудь ценное. Но что?

– Да что угодно. – Релия пожала плечами и подтянула сползающее одеяло. – Кстати, обиду тетушка на нас затаила двойную. Первый раз за то, что я отказала ее кандидату, а второй, когда мы с Кальтером не позвали ее на свадьбу.

– И правда! Она при каждой встрече маме выговаривает, что столько ради нас старалась и даже на свадьбе не потанцевала.

– Ха! Будто в том, что я вышла за Кальтера, есть хоть какая-то ее заслуга! – мстительно выдала Релия.

– Но все равно, нельзя же быть такой злопамятной? – И тут меня осенила догадка: – Релли, а что если леди Фенори взяла плату за сводничество, а потом ей пришлось все вернуть? Вот она и бесится годами.

– Возможно. А ведь тетушка – главная устроительница браков в Санвелли. Это еще и удар по ее репутации, ведь она считала нас с тобой ценным активом. – Сестра задумалась, а потом выдала: – Эмили, кажется, у меня появилась идея, как тебе помочь.

– Говори скорее, а то у меня сейчас сердце встанет! – поторопила я ее.

– Адепткам академии полагается отсрочка от брака. За это время можно придумать, как разобраться с печатью.

– Точно! Как это я сама не додумалась? – обрадовалась я, но тут же сникла. – Но Релия, сейчас еще только весна, а Варсоны планируют свадьбу в середине лета. Не видать мне академии. Никогда…

– И то верно! – Релия нахмурилась, пытаясь придумать что-то еще.

– Можно мне вернуться в супружескую спальню? – раздался голос Кальтера. – Представляешь, несколько артефактов разрядились по непонятной причине! Завтра с ними разберусь, а пока просто подзарядил магией. Ты не замерзла?

– Без тебя было немного прохладно, милый.

Сестра глядела на мужа так влюбленно, что у меня внутри что-то сжалось. Хочу так же смотреть на любимого мужчину, заботливого и верного, или не нужно мне никакого брака! Умру, но не выйду за Гилберта!

– Релли, что-то ты грустная. А ну, признавайтесь, девочки, что у вас произошло? – потребовал ледяной дракон.

Сестра вопросительно посмотрела на меня.

– Рассказывай, что уж… – согласилась я со вздохом.

Кто знает, вдруг у Кальтера получится что-то придумать?

Сестра принялась рассказывать мужу, в чем дело. Слушая собственную историю, я испытала неловкость. Моя проблема – ерунда, не стоящая внимания в масштабах империи. Обычное дело. Большинство мужчин лишь посмотрели бы на меня с недоумением и сказали, что я дурью маюсь. Тем более что Гил молод и хорош собой. Опять же, состоятелен, так что нечего тут выпендриваться.

Но Кальтер отреагировал иначе, чем доказал еще раз, какой он прекрасный мужчина и муж.

– Если бы не печать добрых намерений, мы бы разрешили этот вопрос простым звонком, – заявил он, снова появившись рядом с сестрой в моем зеркале. – Но ты все еще можешь рассчитывать на отсрочку как адептка академии, Эмили.

– Как это? – воскликнули мы с Релией хором.

– Со следующей недели в САМИ* начинаются испытания для одаренных кандидатов. Счастливчиков, которые сумеют доказать уникальность своего магического таланта, возьмут на попечительство академии.

– Так это же здорово! – обрадовалась Релия.

– Ага. Но самое забавное, что эти испытания чудесным образом совпадают с еще одним знаменательным событием… – Кальтер многозначительно посмотрел на жену.

– С ежегодным императорским весенним балом! – выдохнула Релия.

– Именно! Инициативу спустили сверху, и это неспроста.

– Что, его величество решил переженить всех оставшихся свободными драконов? – выпалила я и смутилась.

Владыка Снежногорья расхохотался.

– Так и есть. Аластару Ферту понравился результат, вот он и решил повторять этот финт каждый год.

– А испытания привлекут в Керн еще больше талантливых магесс, чтобы выбирать было из кого, – добавила Релия с усмешкой.

– Неважно, ради чего это было сделано. Главное, у меня появился шанс! – воодушевилась было я, но тут же сникла. – Только не уверена, что обладаю таким уж уникальным талантом, чтобы пройти испытания.

– Обладаешь, даже не сомневайся! Вспомни, хотя бы мое свадебное платье. Снежинки и бабочки – это ведь была твоя идея!

Стоило сестре сказать об этом, и я окончательно почувствовала себя бесталанным ничтожеством.

– Релия, да я даже штаны этого придурка Гилберта не смогла нормально зачаровать!

– Ну… У тебя все равно нет другого выбора, – отрезала сестра, пресекая мой приступ неуверенности в себе.

– Ты права. Попытаться все равно стоит.

– Поезжай в Керн и ничего не бойся, Эмили. Мы поможем, чем только сможем, – поддержал Кальтер.

– Звони в любое время, сестренка. Жаль, я не смогу приехать. В моем положении следует оставаться рядом с семейным артефактом, а любые виды порталов и вовсе противопоказаны. – Релия замолчала, а потом вдруг внимательно посмотрела на мужа и уточнила: – А откуда ты узнал про испытания, Кальт?

– Ректор САМИ звонил, – как-то чересчур осторожно ответил дракон.

– Ректор звонил? – удивилась Релия. – И что ему от тебя понадобилось?

Владыка Снежногорья виновато покосился на жену.

– Просил, чтобы ты прочла курс лекций по профильному предмету в следующем учебном году.

– О, боги! – воскликнула Релия, но тут же нахмурилась и вкрадчиво поинтересовалась: – И почему ты мне не сказал?

Выражение лица ледяного дракона нужно было видеть!

– Ну… Я… Ты же все равно будешь занята малышом, и я подумал…

– Плохо подумал! Я и с малышом прекрасно справлюсь, Кальтер! С удовольствием проведу зиму в Керне для разнообразия. Почитаю лекции и возьму несколько проектов, – мстительно заявила сестра. – А то совсем квалификацию растеряю.

– Но, Релли!

– Что, Релли? Там теплее, и опять же, ты поедешь со мной, – смягчилась она. – Его величество давно предлагает тебе должность министра, а ты тут штаны просиживаешь и артефакты заряжаешь!

Оглушительно грохнуло, заставив нас троих инстинктивно пригнуть головы.

– Упс! Кажется, перестарался с подпиткой, – пробормотал Кальтер и снова убежал.

Сестра только покачала головой и, загадочно улыбнувшись, выдала:

– Что-то мне это напоминает…

– Он такой заботливый! – восхитилась я.

– Угу. Я думала, что вышла замуж за дракона, а оказалось – за наседку, – пожаловалась Релия неискренне.

Мне не терпелось узнать побольше об испытаниях в САМИ, поэтому я не стала ждать возвращения ледяного дракона.

– Релли, спасибо за все! Даже если поступить не выйдет, может, удастся найти способ снять родовую печать.

– Я тоже попробую что-нибудь выяснить. А ты при случае передай от меня привет ректору САМИ и скажи, что я с удовольствием поработаю в академии.

Тепло распрощавшись с сестрой, я сбросила вызов и тут же потребовала:

– Анита, пожалуйста, найди все о весенних испытаниях в Столичной академии магических искусств.

Немного покряхтев, зеркальце выдало статьи из разных газет, среди которых был «Кернский Вестник», и несколько газетенок масштабом помельче. А еще «Будни адептов», которые выпускали в академии – там-то и обнаружился целый разворот, посвященный нужной теме.