Ищем маму. Срочно!

1. Диана

– Что у нас завтра, Дианочка? – задумчиво спрашивает Данилов, глядя в окно.

"Что у нас завтра, Дианочка" – мысленно передразниваю босса, скорчив неприятную, раздражённую рожицу. Марк Борисович стоит спиной ко мне, заложив руки за спину, поэтому я могу себе позволить эту маленькую шалость.

Как же он меня бесит!

Уже три месяца работаю у него, и все эти девяносто дней он меня из себя выводит. Нет, вы не ослышались, именно девяносто. Выходные я не считаю, потому что их просто не существует в обычном понимании.

С тех пор как Данилов решил стать мэром нашего города, нет мне ни сна, ни покоя. Может, он сдохнет уже? Нет, плохая идея. Кто мне тогда такую офигенную зарплату будет платить? У меня "Лексус" в кредит и ипотека. Что я в соцсети буду выкладывать, если он меня от предвыборной кормушки отлучит? Только ради денег я и терплю этого чудака на букву "м".

Может, Марк Борисович заболеет хотя бы? Несильно. Понос там… Ветрянка на худой конец?

Нет, тоже идея никакущая. Это же я и буду бегать вокруг него денно и нощно и подавать стакан воды. Мужчины болеть не умеют – это мне доподлинно известно. У меня два брата. Температура тридцать семь, и они уже пишут завещание дрожащей рукой. А этот вообще без меня ничего не может, даже расписание своё посмотреть.

– Утром у вас встреча со студентами, потом открытие нового кинотеатра, в шестнадцать вам нужно быть в доме малютки… – перечисляю "важные" дела кандидата в мэры.

Знаю я эти важные дела, насмотрелась уже. Приедет с делегацией и умным видом, посидит или походит, поглаживая свои дорогущие часы, потом скажет: "Разберёмся", если есть вопросы, наобещает с три короба в рамках предвыборной кампании, и поминай как звали. Впрочем, остальные кандидаты – точно такие же балаболы и аферисты, как Данилов, так что я его не осуждаю. Проблем в городе много, мэр один. Как он за всем уследит?

– У НАС встреча, и НАМ нужно, – поправляет меня Марк Борисович и вальяжно поворачивается ко мне. – Ты же всегда со мной ездишь, мы с тобой делаем одно дело, как Бонни и Клайд. Мы с тобой, как правая и левая рука, – показывает мне свои ручищи. – Почему ты вечно меня обособляешь, Медведева? За что ты меня так не любишь?

Он наигранно вздыхает и качает головой, глядя на меня с осуждением, пытаясь вызвать у меня чувство вины и неловкости. Фига с два!

– Я вас очень люблю, почти как родного папу! – вру и глазом не моргаю. – Только вот в дом малютки вы один поедете. У меня важные дела.

– Свидание, что ли? – недовольно хмыкает босс и снова посылает мне этот свой фирменный осуждающий взгляд.

Да хоть бы и свидание? Его вообще колышит? С таким графиком я уже забыла, как эти свидания выглядят. Еще полгодика в таком темпе поработаю и обратно девственницей стану.

– Нет, Марк Борисович, день рождения у племянника.

– Ну, семья – это святое. Вынужден тебя отпустить, хотя очень не хочется.

– Спасибо! Вы так добры! – не выдерживаю я от подкола. – Но вообще-то, я и не отпрашивалась, Ваше Величество!

– Ох, и стерва ты, Медведева! Сразу видно, что мужика у тебя нет! Прижучил бы тебя хорошенько, ты бы вмиг подобрела!

Вот козёл! Откуда ему взяться этому другому мужику, если я с этим почти круглосуточно тусуюсь?

– Мне кажется или вы мне, свою кандидатуру предлагаете, Марк Борисович? – снова язвлю я.

Босс – довольно симпатичный мужчина, обаятельный. Очаровать может самого чёрта. Как на уши присядет, мама дорогая! Ему нет ещё и сорока. Не курит, исправно ходит в качалку, держит себя в отличной форме, наряжается всегда, как в последний путь. Я даже иногда мысленно его Марк Нарциссович зову, до того он любит красоваться на публике. Если бы я не знала, какой он врун и негодяй, я бы непременно в него влюбилась.

Но он просто бесит!

Данилов неспешно проходится по мне взглядом своих кофейных глаз, в которых загорается какой-то нездоровый блеск, и задумчиво проводит рукой по своей аккуратной бородке. Сейчас он оценивает меня, как женщину, и это, мягко говоря, неприятно. Кто меня за язык тянул?

На моей груди его взгляд задерживается неприлично долго, так что ей становится тесно в лифчике. Данилов будто блузку с меня мысленно снимает в этот момент или это я с голодухи размечалась?

– Красивая ты девушка, Медведева, – смакуя на языке каждое слово, выносит вердикт Марк Борисович. Мои щёки неожиданно вспыхивают румянцем, по телу бегут мурашки. Господи, я уже и не думала, что в двадцать семь лет могу покраснеть. – Только некогда мне этим заниматься. Мне о народе думать надо. Я же поэтому и не женат до сих пор. Некогда мне, Дианочка… Некогда… Всё дела да заботы!

Приходить на работу с засосами думы о народе ему не мешают. Мне доподлинно было известно, что постоянных любовниц у Данилова нет, но вот на той неделе он явился на собрание с синяком на шее. Да вон, из-под воротничка до сих пор немного видно.

Сам не женится, собака, и другим не даёт! Я так с ним вместе незамужней и помру.

– А вот это плохо, Марк Борисович, – отметила я.

– Что именно? Нет, Дианочка, если тебе сильно надо, поехали вечером ко мне? Выручу тебя, так и быть по старой дружбе. В беде не оставлю, как говорится. Завтра на работу приедем вместе, а главное – с хорошим настроением!

Вот кобель! Я аж дар речи на секунду потеряла от возмущения и снова покраснела. Тоже мне дружбан нашёлся! Я лучше сдохну, чем с ним в одну койку лягу! Обойдусь уж как-нибудь. Ещё не хватало, чтобы меня начальник… Того самого… Прижучивал, как он выражается.

– Спасибо, но я не об этом! – поспешила направить шефа в нужное русло. – Все ваши соперники, если вы не заметили, семейные люди. Дети, жёны – всё это влияет на рейтинги. Образ примерного семьянина никогда не выйдет из моды.

Данилов с минуту молча смотрел на меня так, словно я говорю на китайском. Видимо, уже мысленно мне в своей кровати настроение поднимал, выбивая из меня стервозность вместе со стонами. Я и сама разволновалась, представив такую непристойность. Интересно, он в постели тоже командовать любит?

Господи, о чём я только думаю? Мне срочно нужен выходной или отдых от Данилова хотя бы в один вечер.

– Ну, и что же мне делать, Медведева? – его тон мгновенно стал холодным и деловым. – Ты моя помощница? Вот и помоги придумать, как обойти конкурентов в этом вопросе.

2. Диана

Интересный такой! И что, по его мнению, я должна придумать?

– Марк Борисович, вы хотите, чтобы я вам жену и детей наколдовала? – открыто офигевала я от его запросов. – Сейчас, только волшебную палочку достану, – делаю вид, что ищу воображаемый атрибут колдовства. – Куда же я её подевала?

– Очень смешно, Медведева! Ха-ха-ха! – театрально смеётся босс, с совершенно серьёзной миной на лице. – Нафига мне жена и дети? Я просил придумать, чем побить это преимущество у конкурентов. Ну, нет у меня семьи, что поделать? Может, я без того хороший человек, достойный этого поста?

Данилов настолько "хороший", что ему две семьи не помогут. Пусть хоть три жены будет и восемь детей, у него на роже написано, что он конченый эгоист, и нет ему дела ни до одной живой души, кроме своей собственной.

– К сожалению, избиратели голосуют сердцем. Семейные люди вызывают больше доверия у простых граждан. Ничто человеческое вам не должно быть чуждо, нужно быть ближе к народу, Марк Борисович, только и всего.

И спустить с небес свою холёную задницу, – мысленно добавила я, но вслух, конечно же, такое сказать побоялась. Данилов, небось и в магазины-то не ходит, что уж говорить об общественных местах и муниципальных больницах. Где он этот самый народ может встретить в реальной жизни?

– Слушай, Медведева, если сильно надо, я женюсь, – неожиданно соглашается босс и начинает нервно расхаживать по кабинету, как будто мы с минуты на минуту в ЗАГС выезжаем. – Только вот на ком? – задумчиво протягивает он. Ясен пень эскортницы, с которыми он привык шоркаться, не подойдут. Даже интересно, что он там придумает? Сам-то может? Или только я должна гениальными идеями фонтанировать с утра до вечера? – Дианочка, может, у тебя подруги какие-нибудь есть? – О! Я так и знала! Начинается! – Внешность и возраст не имеют значения. Главное, чтобы из простой семьи девушка была, можно и без высшего образования. А может, есть одинокая мамочка на примете? Это было бы идеально! Я и с двумя, и с тремя детьми возьму.

Вот что значит, человек привык жить на всём готовеньком. Если уж жену, то сразу ему с детьми подавай. Впрочем, до выборов, как ни старайся, детей родить Марк Борисович всё равно не успеет, даже если прямо сейчас займётся их зачинанием.

– Нет таких. Все замужем давно, – жёстко обламываю я Данилова, потому что даже не собираюсь никого ему подыскивать. Я ему Лариса Гузеева, что ли?

– Ой, как жалко, – качает головой, искренне сокрушаясь. – Вся надежда на тебя была, куколка моя. Ну, ты так резко не отбрыкивайся. Подумай ещё хорошенечко, повспоминай на досуге. Одноклассниц перебери, одногруппниц… Ты же два университета закончила, Дианочка, у тебя столько знакомых девушек должно быть! Только представь, как будет счастлива твоя подруга, когда выйдет замуж за мэра!

– Вы ещё не мэр, – напомнила я.

– С такой помощью я им никогда и не стану! – рассердился Марк Борисович. – Всё, уходи! Никакого толку от тебя, Медведева! За что я только тебе зарплату плачу?

Обрадовавшись тому, что меня отпускают, я пулей выскочила из кабинета Данилова. Аж дышать стало легче. Какой же Марк Борисович всё-таки зануда!

И душнила!

Мысленно придумав для босса ещё парочку нелестных эпитетов я принялась собираться домой. Конец рабочего дня, надо было поскорее сваливать, пока Данилов не придумал мне новое задание. Впрочем, он, наверное, так озадачился поисками фиктивной жены, что ему не до меня теперь. Надо этим пользоваться.

Побросав в сумочку мелочёвку со своего стола, я подкрасила губы помадой, распустила волосы и пошла к лифту, выстукивая каблучками. В зеркале лифта придирчиво разглядывала себя, пока ехала. Прав Марк Борисович, я красивая!

Росту во мне метр восемьдесят, стройная фигура, длинные ноги, уверенная двоечка спереди, округлый попец сзади. Лицо почти кукольное, роскошные волосы до талии. Губки бантиком, бровки домиком. Я могла бы стать моделью, но посчитала себя слишком умной, чтобы вилять задницей на подиуме.

Почему Данилов мне не предложил стать его женой? Фиктивной, конечно же!

Я из простой семьи опять же…

Вот бы где мои соцсети от жира треснули. Я бы всё подряд выкладывала. Как мы на Бали, как мы на Мальдивах. Шмотки, сумки, туфли… Сто пятьсот фоток в день. Жена мэра! Мечта же? Да я бы даже самого Данилова выкладывала. Он красивый, фотогеничный, такого не стыдно и подружкам показать.

Они и так мне все завидуют, что у меня в двадцать семь своя квартира и машина офигенная, а тут бы они и вовсе от злости передохли. Пофиг, что квартира и машина в кредит, а муж фиктивный, зато фотки самые что ни на есть настоящие.

Но Данилов мою кандидатуру даже не рассмотрел, гад такой! Считает, что я его недостойна? Задело меня это так, что зубы заскрипели от досады. Теперь Марк Борисович меня ещё больше бесил.

Впрочем, выйдя из офисного здания, я села в свой новенький "Лексус", врубила музыку и тут же забыла про Марка Нарциссовича. Делать мне нечего, думать о нём в нерабочее время.

Доехав до большого торгового центра, я зашла в детский магазин и купила племяннику в подарок огромный вертолёт на пульте управления. Он мне вылетел в копеечку, но мне было важно выпендриться перед остальными гостями на празднике. Я вообще любила выделиться, как вы уже успели, наверное, заметить.

А вообще, меня поражали цены на детские товары. Какая-то распашонка, где ткани с носовой платочек ушло, стоит, как трусы из брендового магазина. А памперсы? Их же штук десять надо на день? Просто, чтобы ребёнок не обгадил твою квартиру, надо платить сумасшедшие деньги. Каждый божий день!

Как же хорошо, что у меня нет детей! Это же сплошное разорение.

После этого я поужинала в уютном ресторанчике, где была завсегдатаем. Конечно, я умела готовить, я же из простой семьи. Мама всему меня научила: и пол мыть, и посуду, и шить, и вязать, но мне было так лень всем этим заниматься…

Из всего перечисленного дома я утруждалась только уборкой, и то только потому, что не хотела пускать в свою квартиру чужого человека. Вдруг домработница станет рыться в моих вещах или чего-нибудь сопрёт? Оно мне надо? Даже если она окажется честной, и ничего не станет красть, я обязательно что-то потеряю, буду долго искать и подозревать в пропаже именно эту ни в чём не повинную женщину. Как-то не очень, опять же.

Поскольку жила я одна, и кроме меня мусорить дома было некому, а готовила я крайне редко, как и появлялась дома, там всегда царили идеальные чистота и порядок. Каждая вещичка на своём месте, ни пылинки, ни пятнышка на зеркалах.

Как же всё-таки хорошо, что у меня нет детей!

Никто не мусорит, не рисует на дорогущих обоях свои примитивные наскальные каракули, не рвет их, не переворачивает горшки с цветами, не рассыпает муку. Я могла бы продолжать список детских шалостей до бесконечности. Меня частенько просили посидеть с племянником Даниилом, когда его мама погибла, и я была не лучшей няней.

Его отец и по совместительству мой брат Паша всё время удивлялся, как можно так безответственно следить за ребёнком. Стоило мне отвернуться на секундочку или просто заглянуть в телефон, как Даниил вытворял что-нибудь этакое. Я тщательно пыталась скрыть следы своего безответственного времяпрепровождения с племянником, но иногда этот капец было невозможно скрыть. Нельзя спрятать разбитую им плазму так, чтобы хозяин дома этого бы не заметил. Или отмыть ребёнка, разрисовавшего себя синим маркером с головы до ног, за пятнадцать минут до прихода его отца – это невозможно, я теперь точно знаю.

Как только Даня выжил с такой тётей, как я, я удивляюсь до сих пор. И смешно вспомнить, и в то же время стыдно!

Я же ответственный человек. Работаю на высокой должности. За все время работы ни разу не опоздала, ни разу ничего не напутала.

Парадокс.

Наверное, просто время, где я и дети существуют в одной плоскости, просто не наступило.

Дома меня ждала тишина, идеальный порядок, ванна с пеной и любимый сериал. Никто не отвлекал меня от релакса, даже Данилов, который мог бесцеремонно позвонить мне поздней ночью и спросить какую-нибудь фигню.

Даже странно, что Марк Борисович за вечер мне даже смску задохлую не прислал с каким-нибудь напоминанием. Хотя это входило в мои обязанности напоминать о том о сём начальнику, Данилов со своим "Дианочка, не забудь" мог заколебать мёртвого.

Засыпая, я всё думала о Данилове. Чем он там занимается, интересно? Может, жену ищет? Пусть, лишь бы только не на меня он эту бредятину повесил. Мне отчего-то представился кастинг, что-то вроде собеседования о приёме на работу. Претендентки вначале заполняют анкеты, а потом Данилов вызывает их по очереди в свой шикарный кабинет и там уже решает, кто достоин носить почётное звание первой леди города, а кто из недостаточно простой семьи.

3. Марк

Медведева ушла, и мне стало скучно без неё. Бесит она, конечно, но одному вообще тоскливо. Что она за человек такой? Каждый день меня чем-то расстраивает. Ни одного дня не было, чтобы она мне не втирала, что я плохой, что я не подхожу на роль мэра. Добрее надо быть, говорит, человечнее…

И работать заставляет, стерва.

Таскает меня по всяким больницам, садикам, приютам для собак. Жалко ей всех. Я там таких ужасов насмотрелся, что меня самому пора пожалеть. И всем помогать надо, оказывается. Я им Дед Мороз, что ли? Государственный бюджет не резиновый, а из своих собственных, непосильным трудом заработанных, я докладывать не собираюсь. Дурак я, что ли?

Я, наоборот, разбогатеть хочу, став мэром. Я, конечно, и так богат, но разве бывает много денег? Связи, власть, новые возможности – вот что по-настоящему сделает меня великим. Я помогать никому не собираюсь. Делать мне больше нечего!

Я сел за свой стол и устало откинулся в кресле. Хорошая у меня помощница, толковая, инициативная, только приоритеты у неё неправильные. Я её босс, я плачу ей зарплату, причём не маленькую – она должна о моём благополучии радеть, а не какого-то там электората. Если делать, как говорит Диана, можно без трусов остаться.

Ещё великая и неподражаемая старуха Шапокляк говорила, что хорошими делами прославиться нельзя. У меня нет причин не доверять этой прекрасной женщине.

Время тоже нерезиновое. Я не могу посещать столько муниципальных учреждений. Они же там все бедные и несчастные. Что там Медведева говорила у нас завтра? Встреча со студентами?

Уже представляю, что там будет, и ехать никуда не хочется. Будут ныть, что у них маленькие стипендии и всё в этом духе, требуя какие-нибудь дотации от города. И вопрос задаст какой-нибудь детина метра два ростом. Я буду смотреть на него, делая вид, что мне очень интересно узнать об этой проблеме, как будто без него не знаю, что степухи мизерные, как будто этот умник только что это подметил. А про себя буду думать – иди работай, трынделка заумная, если стипендия не спасает! На тебе пахать можно, дубина стоеросовая, хватит клянчить тут подачки!

Но вслух, конечно же, я такого не скажу. Пообещаю, что разберусь с этим произволом, не позволю нищете и голоду влиять на молодые умы родины – будущего нашего великого государства! Прилюдно прикажу Медведевой сделать пометочку, поскольку вопрос срочный и отлагательств не терпит. После того как встреча закончится, я сразу же забуду об этом громком обещании. Если не раньше.

А в доме малютки что мы забыли? Чем руководствуется моя помощница, договариваясь о встрече с кандидатом в мэры Даниловым Марком Борисовичем? Что мне там делать? Чем я могу помочь? Усыновить парочку отказников? Ага, и Селиванов пусть возьмёт – конкурент мой, и Габбасова. Так всех разберём, и проблема решится – на это Медведева рассчитывает?

Наивная.

Вот открытие кинотеатра – это по мне. Такое я люблю! Там небось и покормят, и соточку нальют?

Жалко, что нельзя оставить лишь развлекательную часть списка моих завтрашних встреч, делать вид, что я думаю о народе тоже надо. И так у меня рейтинг самый фиговый среди всех кандидатов. Как будто я реально хуже всех. Да я… Я…

Ну, допустим, я не самый крутой претендент на должность мэра, но и не самый плохой. Вон, предыдущего вообще посадили. Правильно сделали, нечего было жадничать. А мне много не надо. Мне сама должность важна. Я человек азартный, с детства страсть как люблю побеждать в различных там конкурсах и соревнованиях.

Я открыл на компьютере досье на своих конкурентов. Посадить их всех, может? Я найду за что, настучу куда надо. Только долго это и муторно. На меня ведь тоже стукануть могут, а я далеко не ангел с крыльями.

Та-а-ак… Чего бы такого выискать про всех, чтобы говнеца в прессе накинуть? Все такие идеальные, аж блевать охота. Семейные все, даже страхолюдина Габбасова. Ну и рожа у неё, конечно, на лошадь похожа, а муж ейный на барана, раз на такой женился. Боюсь представить, на кого похожи их детишки. У Макаренко аж пятеро! Когда они, сволочи, всё успевают?

А я?

Где мне взять жену, да ещё и с ребёнком? Завтра на встрече со студентами выцеплю какую-нибудь студенточку посимпатичнее, желательно отличницу, и денег ей предложу за помощь. Только дура откажется стать женой мэра.

А как растеплет потом всем, если мы с ней поругаемся? А мы обязательно поругаемся. Мужья с жёнами всё время собачатся. Наверное. Я точно не знаю.

Это ж какой позор будет на весь город. Да что там город? На всю страну обосрусь. Это ж такая новость! Ещё напишут в этой жёлтой статейке, что я не той ориентации, раз женился по договорённости, а не естественным способом. После этого мне не то что место мэра не светит, из страны бежать придётся.

Нет, мне нужен проверенный человечек на роль жены, чтобы не трепалась о моих делах, где не надо. Или можно в срочном порядке познакомиться с женщиной, завалить подарками, лапши на уши набросать, как я умею, и быстренько ей предложение сделать. Пара дней же есть ещё? Три-четыре…

Чёрт! Точно!

Где обычно знакомятся? Правильно – в ночном клубе!

Не теряя ни минуты, я вырубил комп с ненавистными мне харями конкурентов, врубил своё сногсшибательное обаяние и помчался на поиски своей благоверной.

4. Диана

Увидев утром шефа, я не смогла сдержать улыбки злорадства. Выглядел он так, будто всю ночь куролесил – помятый, мешки под глазами, красные глаза. Было очевидно, что у него похмелье, даже жалко его немного стало. Хотя нет, вру, ни капельки не жаль. Так ему и надо. У нас предвыборная кампания в самом разгаре, а он развлекается!

У меня было такое ощущение, что мне победа Данилова в выборах нужнее, чем самому Данилову. Как маленький, честное слово. У нас столько дел сегодня, вот куда он с такой рожей сейчас пойдет?

– Здравствуйте, Марк Борисович. Как ваши дела? Нашли жену себе?

– Молчи, Медведева, – простонал босс. – И без тебя тошно!

– А что случилось? – продолжила издеваться я. – Не выспались?

– Нет.

– Чем вы интересно занимались? Переборщили с отдыхом?

– Да что ты такое говоришь, Дианочка? – осуждающе покачал головой Данилов. – Всю ночь думы думал, как народу простому помочь! Зачем ты на меня наговариваешь?

– От вас перегаром несёт за километр, Марк Борисович. Хватит придумывать!

– Выпил немного вчера… – нехотя признался босс. – Чтобы спалось лучше. Ты просто меня не любишь и не ценишь, вот и придумываешь ерунду. Ты просто плохо меня знаешь, куколка. Я прекрасный человек! Вот узнала бы ты меня получше, вмиг бы своё мнение переменила.

Это подкат за триста или мне опять кажется, что Данилов на что-то намекает? Он ещё так загадочно на меня посмотрел, как на женщину. Снова. Если вчера мне могло показаться, то сегодня не казалось.

Только этого мне не хватало, чтобы босс на меня глаз положил. Этот наглый тип с замашками тирана и манией величия не отцепится ведь? А я так рассчитываю на эту работу.

Быстро сменив тему разговора, я попыталась вернуть босса в рабочее русло, но он прям был никакущий, будто варёный. Пришлось сгонять ему за "Дошираком". Я с похмелья только им и спасалась – средство проверенное.

– Что это? – поморщился Данилов, заглядывая в тарелку с заваренной лапшой. – Бич-пакет?

– Это от похмелья, – заверила я его.

– Ты совсем, что ли, Медведева? Я не буду есть эту гадость. Хочешь, чтобы я помер перед самыми выборами?

– Если не съедите, то прямо сейчас и помрёте. На вас же смотреть больно!

Данилов поковырял ложкой содержимое тарелки, понюхал и призадумался.

– Заботишься, значит? Переживаешь? – обрадовался он. – Я думал, у тебя вообще сердца нет. Ладно, съем. Но только ради тебя. Дианочка!

Вот это да! Вот это поступок! Ради меня ещё никто "Дошики" не лопал! Аж до слёз…

Лучше бы он пришёл на работу нормальным ради меня. Без геройства этого всего.

Пока ел весь изстонался, бедненький, как будто я говна ему в тарелку наложила. Кому же такое "счастье" достанется? Теперь понятно, что он и в быту не очень, а не только на работе.

После горяченькой лапшички Данилов заметно повеселел. Ожил, в общем, но даже спасибо не сказал, как будто бы заваривать ему бич-пакеты входил в мои обязанности.

С горем пополам мы посетили утомительную встречу со студентами. Марк Борисович показал себя там очень хорошо, даже активно вступал в дискуссии с оппонентами, а не сидел, как он любит, с таким видом, будто его все заколебали. Я осталась довольна его поведением, и простила ему утренний форс-мажор.

Открытие нового кинотеатра тоже прошло гладко. Это было скорее развлекательное мероприятие, так что я особо не переживала за то, что босс скажет что-то резкое или ляпнет грубость, не подумав.

Данилов и вовсе был на расслабоне. Больше всего ему понравился закрытый фуршет, на который администрация кинотеатра нас, конечно же, пригласила.

– О, смотри, Медведева! – кивнул он на столик с напитками. – Тут ещё и наливают!

Он бросился к горячительным напиткам так резко, что я еле догнать успела. Бокал с шампанским едва ли не изо рта вырвала.

– Куда? – зашипела я на него, стараясь не привлекать внимания. – Вам ещё в дом малютки ехать! – напомнила я. – Как вы поддатый поедете?