Отец подруги. Навсегда твоя

Глава 1

– Таисия, у нас проблемы, – слышу в трубке под заливистый детский плач.

– Я перезвоню.

Отбросив телефон, подхватываю на руки сына и пытаюсь его успокоить, но он ни в какую не поддается. Плачет без остановки.

Что-то не так. Я чувствую. Прижимаю губы к лобику, но ничего не ощущаю. Прохладный. Но Даня обычно не плачет так сильно, если у него ничего не болит. Значит, что-то случилось.

Под истошный вой очередного телефонного звонка я проверяю зубы и заглядываю в горлышко, но ничего там не вижу. Значит, причина в другом.

– Что болит, м? Тут? – указываю рукой на животик.

Даня кивает. Я продолжаю указывать пальцем на то с одной стороны, то с другой и на все сын утвердительно кивает и поддакивает. Сердце сковывается от страха. Вспоминаю, что он ел. Банановые оладьи на завтрак. Ничего такого, но я все равно переживаю. А уж когда у сына начинается рвота, так и совсем паникую, потому что прежде у нас никогда такого не было.

И не могу не беситься оттого, что телефон звонит снова. И на экране все еще высвечивается имя моего начальника Адриана.

Я ведь сказала, что перезвоню!

– Лаура! – зову нашу няню, которая в данный момент орудует на кухне, пытаясь сотворить чудо, которое придется по вкусу моему привередливому сыну.

И перезваниваю Андрею.

Это здесь он по-аристократическому Адриан, а по паспорту и среди сотрудников – Андрей.

– Ты совсем охренела!? – первое, что слышу, когда он поднимает трубку.

И сразу же понимаю, что случилось нечто серьезное, потому что матом Андрей практически не разговаривает. А уж по-русски так тем более.

– Что случилось? – стараюсь, чтобы голос мой звучал ровно.

Все-таки, поработав на него почти полтора года, я успела понять, что показывать свою слабость ему нельзя. Почувствует и будет давить, пока не доведет до слез. И ведь по делу это сделает! Обоснованно! Но от этого не легче.

– Случилось то, что нас обвиняют в плагиате. Если быть точным, то тебя, но так как ты работаешь на меня, то… нас!

– Это невозможно, ты же знаешь.

– Знаю, но разъяренный владелец ресторана прямо сейчас требует тебя к себе на ковер. У него там этот мужик сидит, утверждающий, что логотип краденый.

– Я смогу подъехать к вечеру, пойдет?

– Ну, конечно же пойдет, Таечка, – лилейным голосом произносит Андрей. – Сейчас я позвоню, скажу, что на хую вертел его просьбы и мой дизайнер подъедет к вечеру.

– Это сарказм, Андрей? – намеренно называю его так, зная, как сильно его это бесит.

Флюиды раздражения я чувствую даже через трубку. И отчего-то улыбаюсь. Из всех сотрудников компании он не может уволить только меня. Нет, документально может, конечно, но только если я уйду из компании, то вместе со мной и многие клиенты, потому что в последние полгода большинство тех, с кем я работала, возвращаются к нам исключительно по одной причине – чтобы я работала над их проектом.

Так что да…

Мне единственной из всех разрешено бесить Андрея, зная, что ничего за это мне не будет. Как и за непосещение офиса. Я бываю там… несколько раз в месяц. Преимущественно тогда, когда мы сдаем большой проект. И если заказчику что-то не нравится. А так как мы заранее все лично обсуждаем, за приятным ужином или обедом в ресторане, то практически всех всё устраивает.

– Даю тебе полчаса, Таисия, чтобы сидела там в ресторане и выясняла, где он там увидел плагиат.

– А что за ресторан?

– Тайм. Тот, в котором джазовая музыка по пятницам.

Я отчего-то реагирую слишком ярко. Сердце вдруг замирает, рука, в которой держу телефон, вздрагивает.

Тайм стал моей визитной карточкой в мир дизайнеров. Когда я только приехала на Мадейру, я была самоучкой. Девчонкой, которая умела только рисовать и работать в самых простых программах. Тогда я еще не понимала, что моих навыков недостаточно. И что в компании Адриана работают акулы, которые меня, маленькую мирную рыбку, сожрут и не почувствуют.

Я поняла это практически сразу, как пришла в просторный светлый офис. Там уже с порога на меня смотрели так, будто я пришла устраивать уборщицей, а не дизайнером. Да и Адриан отнесся не лучше. Посмотрел портфолио, расспросил, что я умею и, усмехнувшись, сказал:

– Сомневаюсь, что ты продержишься дольше двух месяцев.

Я попала к нему по знакомству. Из-за брата, который замолвил за меня словечко. Он же и оплатил дорогостоящее обучение в Лиссабоне. У лучшего на тот момент дизайнера. Перед самым стартом обучения там освободилось место и Адриан меня пропихнул, а Кирилл оплатил.

И я училась там, да. Не спала сутками, чтобы получить диплом и соответствовать. Чтобы мне перестали платить копейки за обработку и наброски, а взяли на нормальную работу со ставкой, процентами и остальными привилегиями. Чтобы в результате прославиться с работой, которую нарисовала до обучения у лучшего дизайнера. Да, я ее переработала. Да, я использовала новые программы для рисунка, но все же…

Неприятно осознавать, что прежде чем на тебя посмотрят, как на человека, а не мусор, надо вложить деньги. В диплом, во внешность, в одежду. Во все.

За логотип ресторана мне заплатили столько, что я сначала подумала, что Адриан ошибся с цифрой и дописал лишнюю. А потом…

Потом я просто тратила деньги. На себя, на Ксю, и на Даню. Я стала жить. Чтобы теперь мне грозили проблемы.

– Ты уверена, что логотип не плагиат?

– На сто процентов. Это мой рисунок. Его… практически никто не видел.

– Практически? – вкрадчиво спрашивает.

Да знаю я, знаю, что в нашей работе даже один человек может сыграть злую шутку. Но все равно хочется верить, что это пустяк. Потому что если нет… то там в ресторане меня ждет человек, которого я надеялась никогда больше в жизни не увидеть.

Успокаиваю себя, что это невозможно. Он слишком далеко от меня. И слишком занят, чтобы путешествовать. Так что… нет.

– Скажи, что я буду через час. Мне нужно к врачу заскочить с Даней.

– Таисия…

– Подождут! – решительно отбиваю.

Сергей ничего не отвечает и отключается, что я принимаю за согласие. Так что уже через десять минут я жду, пока Лаура уместит Даню в автокресле и завожу машину.

Перевожу дыхание, в очередной раз не в состоянии осознать, насколько сильно у меня изменилась жизнь. Еще полтора года назад у меня и прав-то не было, не то, что машины. А теперь… теперь я живу в большой квартире с видом на парк, пусть и съемной, у меня есть личный автомобиль, хоть и куплен в кредит, но… я уверена в завтрашнем дне. Впервые за двадцать два года своей жизни я знаю, что будет дальше.

В частную клинику, где нас согласились принять без очереди, я подъезжаю на десять минут раньше и, несмотря на это, нас сразу же принимают. И уже через десять минут осмотра отправляют домой, диагностировав кишечный вирус и выписав кучу препаратов. А еще врач делает укол от тошноты, и Дане мгновенно становится легче.

По пути он даже засыпает, и я решаю не ехать домой, как планировала изначально.

Оставляю Даню вместе с Лаурой в машине на оборудованной парковке и решительным шагом направляюсь к самому ресторану, любуясь вывеской.

Не заметить ее невозможно. И совсем неудивительно, что Тайм стал настолько популярным местом. Я долго думала над работой. Делала и переделывала, пока не решила использовать тот рисунок, что рисовала для ресторана Дамира. И тот, который ношу на запястье, смалодушничав и не оставив тот ценный сердцу подарок там, где ему и положено было остаться – в прошлом.

Сделав еще несколько шагов, останавливаюсь, прирастая к полу. Отчего-то первым, кого я замечаю, становится Дамир. И он, конечно же, сидит с владельцем ресторана за одним столом.

Сомнений не остается. Это он обвиняет меня в плагиате.

И так, если честно, хочется сбежать. Я даже несколько шагов делаю назад, прежде чем вспоминаю, что прежней Таисии больше нет. Я выросла, я больше не готова упасть в обморок от его взгляда. И сердце не сжимается при одном взгляде на него. Разве что совсем чуть-чуть, но я списываю это на волнение за сына.

Сына, так сильно похожего на разозленного Дамира, который, словно почувствовав, что на него смотрят поднимает голову.

И совершенно точно видит меня.

Глава 2

В этот момент я очень жалею, что Дамир замечает меня до того, как я подхожу ближе. С этого расстояния не видно его взгляда, а очень хочется его рассмотреть.

Потому что издалека мне кажется, что Дамир в замешательстве, а это дорогого стоит. Эта мысль придает мне немного уверенности, и я снова начинаю шагать. По пути тянусь к запястью и снимаю, несмотря ни на что, дорогие сердцу часы, делаю это быстро и надеюсь, что незаметно. Опускаю их в сумочку и стараюсь идти расслабленно, но сердце все равно то и дело сбивается с ритма. То бьется как ненормальное, то замирает.

Войдя в зал, я направляюсь к столику, Дамир не отрывает от меня взгляда. Даже когда я подхожу, владелец ресторана поднимается, в приветственном жесте, отодвигает мне стул, а Дамир сидит на своем месте и прожигает меня взглядом.

– Куда же вы растеряли все ваши манеры, Дамир Давидович? – елейным тоном произношу я, мило-мило улыбаясь. Я не играю, я правда удивлена.

Произношу это конечно же на русском, от чего владелец ресторана издает непонятный звук больше похожий на кряхтение, а затем начинает нас представлять. На что Дамир выставляет вперед руку, словно командуя довольно, и его слушаются.

Поразительно.

– Оставьте нас, – произносит он на английском, и владелец его понимает, кивает, перед этим заискивающе улыбнувшись мне, а затем уходит.

Мое удивление все растет, со мной он никогда не говорил на английском. По началу я пыталась, потому что португальский в изучении давался мне неимоверно тяжело. До сих пор, проживая здесь два с небольшим года, я с трудом на нем изъясняюсь, хорошо хоть понимать прекрасно научилась. С английским, который я учила, все же было намного проще. А вот Ксю наоборот, выучила местный язык буквально за несколько месяцев. И если первое полугодие после переезда она училась дистанционно, то потом я без проблем оформила ее в местную школу.

Сестре здесь нравится. Очень. Об этом говорит то, что она перестала скучать по маме. Звонит ей, но когда слышит, как та называет ее моим именем, все ее желание пообщаться испаряется на несколько месяцев.

– Таисия, – с легкой хрипотцой произносит Дамир. Медленно размеренно, словно пробует на вкус мое имя.

Ну хорошо хоть что вообще его помнит, мысленно усмехаюсь я, а затем также мысленно даю себе чуть ли не подзатыльник. Какое мне вообще дело до того, помнит он мое имя или нет.

– Дамир, – вторю я ему. Повторяя его имя, на этот раз без отчества. Обойдется.

– Красивый логотип, – тычет он в уголок меню.

– Мне тоже нравится, – улыбаюсь я и машинально тянусь к запястью.

Слава богу, пустому запястью, потому что взгляд Дамир стрелой летит к моей руке.

Вспомнил он или нет? О своем подарке. Впрочем… какая разница.

– Как ты понимаешь ни о каком плагиате не может идти и речи, – заговариваю я, после затянувшейся паузы. Дамир слишком долго смотрит на мое запястье. – Ты как никто другой знаешь, что рисовала эту эмблему я.

– Только принадлежит она мне, – холодно говорит он, переводит взгляд на мои глаза и поджимает губы. Словно ему не нравится то, что он видит.

А что так? Думал я сторчалась за это время?

Так и хочется спросить его об этом вслух, но я говорю другое.

– Прав на него я тебе не передавала, – нет в моем голосе больше елея, только холод и минусовые температуры, от которых мне самой-то холодно, а того, кому адресуются мои слова должно и вовсе заморозить.

– Я купил их у Ромы, – усмехается Дамир и снова прищуривается. Он все еще разглядывает меня, теперь будто оценивающе? Или выжидающе?

– Поздравляю, тебе продали чужую собственность. Я Роме права на логотип не передавала и не продавала.

– Ты рисовала этот рисунок… – взгляд Дамира на мгновение становится растерянным. Словно он даже не ожидал такого поворота событий. Я не даю ему договорить.

– Для твоего ресторана, но команда Ромы утвердила другой макет. Мой рисунок так и остался моим рисунком. Если у тебя есть какие-либо документы, доказывающие обратное, то предъяви мне их пожалуйста. Но… – цыкаю я, протягиваю руку к меню и медленно обвожу часики на меню, – не забудь проверить подписи на подлинность через экспертизу, – поднимаю я брови и тяну губы в улыбке, что есть силы. Потому что… трудно. Мать ее так трудно. В голову пролезли ненужные воспоминания о совсем другой экспертизе, которую он заставил меня делать. – Потому что Роман – последний человек, которому я стала бы верить на слово.

Дамир молчит. Буравит меня взглядом. Сжимает челюсть. О чем-то напряженно думает, и я голову готова дать на отсечение, что в его мыслях со словом экспертиза пронеслось нечто похожее на то, что всплыло в моих.

– Если ты закончил с очередными беспочвенными обвинениями в мой адрес, то я пойду. У меня еще много дел сегодня, – хочу произнести это так же холодно и уверенно, но последнюю фразу бросаю слишком быстро. Волнуюсь, все же я волнуюсь.

Встаю, не дожидаясь ответа, хватаю сумочку.

– Всего хорошего, – киваю, не глядя больше в его глаза и оборачиваюсь к барной стойке. Именно там сидит владелец ресторана и наблюдает за нашим разговорам.

По губам, что ли, читать пытается. Только что он разберет, если языка не знает?

Собравшись уйти, не успеваю и двух шагов сделать, когда мне в спину доносится недовольное:

– Таисия, вернись.

Поверить не могу, что он снова пытается мне приказывать. За кого же он меня принимает?

Глава 3

Не слушаю его, конечно.

Иду прямиком к владельцу ресторана, еще раз приветствую и в двух словах объясняю, что случилось. Мужчина кивает, хотя я по выражению лица понимаю, что он вряд ли что-то понимает. Ему бы лишь бы от проблемы в виде обвинения в плагиате избавиться, а больше его ничего не интересует.

Но я все равно стараюсь. Рассказываю, что обвинение ложное. Что у меня есть все права на рисунок, использованный на логотипе и мы с легкостью можем это доказать, если возникнут сложности.

– Сложности? – тут же переспрашивает Марсель. – Какие?

После непродолжительного разговора оказывается, что Марселя не столько волнует сам факт обвинения, сколько возможные последствия.

– Я бы не хотел судов. Если этот человек хочет денег, мы заплатим.

Сомневаюсь, что Дамир возьмет деньги. Он из принципа может поднять шумиху, даже если по итогу выяснится, что рисунок никогда ему не принадлежал.

– Вы же понимаете? – с надеждой спрашивает Марсель и берет меня за руку, сжимает в своей руке. – Наш ресторан только набрал обороты, стал популярным, лишняя шумиха ни к чему.

Он говорит что-то еще, а я краем глаза улавливаю движение. Это поднимается Дамир и направляется прямиком к нам. Останавливается в метре, недобро смотрит на Марселя, на меня, на наши переплетенные руки. Такое ощущение, что злится. Не знай я Дамира, точно решила бы, что ревнует, но это даже смешно. Скорее, ему не терпится услышать выводы, хотя я уже сказала, кому принадлежит рисунок и что он может сделать со своими обвинениями.

– Простите, я на минуту, – освобождаю руку и, достав из кармана телефон, решаю позвонить Адриану.

Мужчины за моей спиной переговариваются, но я не слышу их. А вот голос недовольного Адриана в трубке звучит слишком уж отчетливо.

– Что там, Тася? Почему ты не звонишь? Выяснила, что за обвинения?

– Выяснила.

– И?

– Долгая история.

– Я надеялся ты скажешь, все пустяки и нам не создадут проблем.

– Не могу этого обещать.

– Ты долго там еще? Мне подъехать?

– Если только есть желание заменить меня. Я не способна разговаривать с этим человеком.

Андрей замолкает, а затем обещает приехать и отключается. Я же возвращаюсь в компанию мужчин, вынуждено улыбаюсь и сообщаю, что вот-вот подъедет руководитель нашего агентства.

К счастью, Андрей приезжает довольно быстро. Наш офис расположен неподалеку, так что уже через десять минут он протягивает руку Марселю, Дамиру и с улыбкой целует меня в щеку. Обычно мы так с ним здороваемся, а не через рукопожатие.

И дальше обсуждения завязываются между мужчинами. Я, подобно экспонату, жду итогов, потому что в машине сидит Даня и он точно долго не проспит. Пока что няня не звонила, но я не хочу ждать момента, когда придется срочно бежать. Хочу спокойно решить вопросы и уйти.

– М-да… макеты и правда похожи, – хмурится Андрей, глядя на логотипы ресторанов, а затем на меня.

– Разрешения я не давала, как ты понимаешь, – пожимаю плечами.

– В общем, ситуация ясна, – говорит Андрей. – Рисунки похожи, так как сделаны одним человеком. Но дело в том, что у сеньора Марселя есть все необходимые разрешения. А у вас? У вас они есть?

Дамир показывает Адриану какие-то бумаги на телефоне, тычет в дату, и я вижу, как Андрей хмурится. И на меня смотрит максимально недовольно, чего раньше я за ним не наблюдала. Обычно у нас все как-то прозрачно. Если я косячу, то Андрей незамедлительно об этом сообщает, а тут… молчит. Словно действительно думает, что я могла бы продать рисунки два раза.

Даже неловко становится, хотя мне не о чем переживать, я ничего не подписывала.

– Давайте попробуем договориться, – примирительно говорит Андрей. – Ресторан, совместно с нашей компанией, выплатит вам неустойку, а вы взамен смените логотип. Дело в том, что при сложившихся обстоятельствах у вас крайне мало шансов выиграть дело.

– Может, вы смените? У вас и дизайнер подходящий есть, – раздраженно говорит Дамир, глядя четко на меня.

– Если дело только в Таисии, – говорит Андрей, – то так уж и быть, я смогу одолжить ее, чтобы вы смогли получить логотип по вашему желанию.

У меня от щедрого предложения Андрея такой шок появляется, что я только смотрю на своего начальника и хлопаю глазами, как безмозглая блондинка. Что он имел в виду под “Одолжить ее?”. Он хочет предложить мне сотрудничать с Дамиром? Да ни за что!

– Напомню, что я занята проектами, – специально говорю громко и за столом, чтобы всем было слышно.

– Перенаправишь.

– Ну уж нет, – отвечаю и поспешно встаю. – Я не буду рисовать новый рисунок только потому что без моего ведома использовали старый.

Вижу, как Андрей буквально испепеляет меня взглядом, но не ведусь. В его интересах сохранить дружеские отношения с Дамиром, но не в моих. Я бы предпочла озадачиться отношениями с теми, с кем работаю уже не в первый раз. И с теми, кто пришел к нам по рекомендации. Почему я должна кого-то куда-то перенаправлять и еще и работать с Дамиром? Утверждать макеты, цвета, формы… да ни за что!

– В общем, вы подумайте над предложением, – Андрей пропускает мои слова мимо ушей. – Предложение все еще в силе.

Решительно встав, отодвигаю свой стул подальше и, схватив сумочку со стола, прощаюсь. И надеюсь, что Дамир незамедлительно откажется от предложения. Несколько лет назад он спокойно выставил меня из своей жизни и приказал не приближаться ни к нему ни к его дочери. Именно это я делала, пока он не появился здесь собственной персоной. С обвинениями. Беспочвенными. Рисунки похожи, но это не означает, что я решила заработать несколько раз.

Покинув ресторан, растерянно иду к машине. Пока не представляю, что будет дальше, но в одном я уверена точно – Дамир должен уехать. Взять деньги, неустойку и отправиться домой. Тогда мне и жить здесь станет гораздо проще.

Правда, не успеваю я даже размечтаться о том, как все хорошо складывается, как у машины меня снова догоняет Дамир. На этот раз без слов, только действиями – схватив меня за руку, разворачивает к себе и подходит близко-близко, вплотную.

– Считаешь, так удобнее обсуждать ситуацию?

Рвусь, но он не опускает. Держит. И всматривается в меня, будто впервые видит.

Глава 4

– Я считаю, что нам больше нечего обсуждать, – дергаю рукой, но снова безрезультатно.

– Таисия, – давит он голосом, все еще пристально разглядывая меня.

– Что Таисия? – завожусь я, чувствуя, что злость скоро сменится усталостью.

Я просто хочу уйти. И больше никогда не видеть этого мужчину. Особенно в такой близости от Даниэля.

Я хочу сесть в свою машину, до которой мне осталось буквально два шага и просто уехать. На этот раз желательно на другой континент.

Хотя… усмехаюсь я мысленно. Если так задуматься, то я еще два с лишним года назад покинула континент, на котором обитал Дамир. Ведь живу я на архипелаге. Но он и тут до меня добрался. Что он вообще здесь забыл.

Последнюю фразу я произношу вслух. Первое мгновение жалею, что сорвалась, и показала свою раздраженность, а следующее думаю… да пошел он! В далекое-далекое пешее. Еще я эмоции свои перед ним не контролировала. Много чести будет.

– Отдохнуть решил, – иронично произносит Дамир, а затем вполне серьезно добавляет, – впервые за последние десять лет.

Моя раздраженность мигом испаряется. Не ожидала, что он ответит. Да я и не ждала его ответа. Мне вообще все равно, что он здесь забыл. И вопрос мой не был вопросом, а скорее возмущением.

– Прекрасно, – шиплю я, и в сотый уже кажется раз пытаюсь вырваться, – я-то тут причем. Что тебе от меня надо?

– Я не буду менять логотип.

– Что ж, поздравляю, значит ты проиграешь суд, – зло проговариваю я, – если до него дойдет дело. И отпусти ты уже меня, в конце концов, – после моего выпада, глаза Дамира чуть сужаются, он опускает их на наши руки, а затем словно удивляется и… отпускает меня. – И был он рукам своим не хозяин… – задумчиво тяну я, даже не стараясь прятать иронию.

– А ты повзрослела.

– Твоими стараниями.

– Нарисуй другой рисунок.

– Я не буду ничего для тебя рисовать. Все, что предложил тебе Андрей – чушь. Забудь о его предложении. Когда я с ним поговорю наедине, я…

– Не для моего ресторана, Таисия. А местному, – он дергает подбородком в сторону красивого здания, а у меня чуть ли глаза на лоб не лезут от наглости Дамира.

– Все? Это все чего ты хочешь?

– Еще, чтобы ты подписала права, – видимо, он воспринимает мой выпад серьезно. Я-то вкладываю смысл “много хочешь – мало получишь” или проще говоря – выкуси. Но Дамир… наглость Дамира просто поражает.

Он что, всегда таким был?

– Ничего не треснет?

– Что?

– Твоя наглость переходит все мыслимые и немыслимые пределы. Почему из-за того, что твой сотрудник оказался недобросовестным специалистом, страдать должна я? Я тебя ни видеть, ни слышать не хочу. И Романа тоже. Знаешь ли, предпочитаю не общаться с людьми, которые связаны с наркотиками…

– Таисия…

– Да, Дамир, я Таисия. Сколько еще раз за сегодняшний день ты повторишь мое имя?

Удивительно, но мне легко с ним общаться. Мне легко ему язвить, грубить и, в общем-то, говорить все, что я думаю, тогда как Дамиру… складывается ощущение, что он в замешательстве и не знает не только что говорить, но и как себя со мной вести.

Иначе почему еще он, как заведенный болванчик, только глаза свои щурит и имя мое повторяет.

Дамир сжимает челюсти, прожигает меня взглядом, но молчит. Я бы ушла уже, но он стоит между мной и моей машиной. И очень не хочется, чтобы он развернулся. Даня хоть и спит в люльке на заднем сидении, но Дамир при желании может увидеть его через лобовое стекло. А поэтому нужно, чтобы он ушел первым.

– Уходи. Нам не о чем разговаривать.

– Ты же не можешь не понимать, что если я захочу, я куплю этот ресторан к чертовой матери, со всеми потрохами, в том числе и правами на твой логотип.

Дамир не кричит. Даже голоса не повышает. Но лучше бы кричал. Его спокойный тон он… сразу складывается впечатление, что Булатов это не на эмоциях сказал, а вполне себе обдуманно.

Еще мне тут его ресторана под боком не мешало. Как же я его ненавижу.

В этот момент понимаю, что видимо не отпустило окончательно. Если бы отпустило, мне было бы все равно. А мне… меня очень злит все происходящее. Я не хочу проблем в своей налаженной жизни, а Дамир Булатов это всегда предвестник того, что на мою голову обрушатся беды. Сто миллионов бед.

Я медленно выдыхаю и… иду на крайние, отчаянные, я бы даже сказала, меры.

Сама касаюсь его.

Кладу ладонь на его плечо. Это дружеский жест, легкий тактильный контакт, который очень работает с мужчинами, когда ты их хочешь в чем-то убедить. Во время переговоров это работает идеально. И сейчас не должно подвести. Подумаешь, что сердце мое начинает тут же стучать в ушах, стоит мне только почувствовать под пальцами твердые мужские бицепсы.

– Дамир, – спокойно без ехидства говорю я, – хорошо, давай обсудим все. Еще раз. Если ты хочешь. Но не сейчас. Не сегодня. – Мужчина приоткрывает рот явно намереваясь что-то сказать, я же ему это не даю. Врубаю свою женскую сущность на максимальную мощность, – я сегодня очень устала. Была в больнице. И сейчас мне нужно ехать домой. К сестре. – Я не говорю, что болеет именно Ксю, но надеюсь, что Дамир свяжет огрызки преподнесенной ему информации, – мне не до разговоров с тобой. Тем более не до решения каких то надуманных проблем. Понимаешь? – доверчиво заглядываю к нему в глаза, словно надеясь на понимание.