Дочь друга. Ненужные чувства
- -
- 100%
- +
– Вызывали?
– Заходи! – строго, не отрываясь от планшета. – Посиди минуту.
Послушно присаживаюсь на стул. Осматриваю обычный на первый взгляд кабинет. Просторный, светлый, дорого обставленный. Замечаю доску с фотографиями, канцелярскими кнопками и нитями разных цветов: красного, желтого и зеленого. Они переплетены друг с другом.
– Новое дело, – хмыкает Орлов. – Статья обещает быть очень интересной.
– И всегда вы так?
– Постоянно. Чтобы ничего не упустить – строю собственное расследование. Иногда даже помогаю следствию.
Я наверняка выгляжу как восторженная дурочка, стоит только представить, что у Орлова есть доступ к материалам дела, к расследованиям, к уликам.
Уверена, что есть, иначе бы он в своих статьях не писал все то, что я там читала. Не рассекречивал бы убийц и маньяков раньше следователей.
– Простите, – отвожу взгляд от стенда. – Вы меня вызывали.
– Узнал, что конверт ты не получила.
Достает конверт из ящика стола. Держа в руках, поднимает его на уровень своего лица, демонстрирует. Протяни руку и возьми, но я остаюсь сидеть неподвижно.
– Хочешь получить его?
Я хмурюсь.
Отец у меня следователь и воспитывал меня с десяти лет практически в одиночку. Так что я без приукрас начинаю думать, в какое русло клонит Орлов. Вариантов несколько, и мне ни один не нравится.
– Не спросишь, что нужно сделать?
– Жду, когда вы сами скажете.
Смеется, откидываясь на спинку кресла. Ему тридцать пять. На работу ходит в дорогих костюмах, всегда гладко выбрит и начеку. Привлекательный, холостой, но поговаривают, что меняет женщин как перчатки.
Перед приездом сюда я многое читала, и в его биографии не было указано, что он спит со стажерами. Но холодок по спине все равно пробегает. Я не готова сближаться с влиятельным, пусть и красивым мужчиной, лишь бы выслужиться.
– Выдохни, – советует. – Ничего такого. Я даю тебе конверт взамен на молчание.
– Молчание?
– Не получили конверт трое. Один я даю тебе. Как минимум двое должны остаться без информации.
– Но… почему я?
– Потому что они – местные, учатся в лучшем вузе города, а ума… как у инфузории.
Конверт маячит у меня перед глазами. Протяни руку и возьми, но я медлю. Папа учил всегда подставлять не людей, а плечо.
– Да ладно, – усмехается. – Думаешь, кто-то из них откажется?
Уверена, что нет. Возьмут и промолчат, но то они, а это я. Меня папа иначе воспитывал, хоть и рука сейчас чешется взять конверт.
– Я же отдам другому, – тоном змея-искусителя.
– Инфузории?
– Почему нет?
– Сами же сказали, – пожимаю плечами. – Справедливо никому не давать.
– Справедливо как раз дать тебе.
– Я не возьму.
Фух! Сказала!
Под пытливым взглядом съеживаюсь и смотрю на то, как Орлов рвет конверт на маленькие кусочки. Отправляет в мусорку.
– Иди, – указывает на дверь.
Внутри начинает царапать противное чувство, что сделала глупость.
– Катя, – звучит за спиной, и я поворачиваюсь. – Завтра утром ответа не будет только у тебя, – уверенно.
Смотрю непонимающе. Он ведь выбросил конверт или… это проверка, и у него есть еще два, которые он отдаст ребятам?
– Они найдут способ узнать. У них есть связи и деньги, а у тебя… ничего.
Глава 12
Кирилл– Не будет нового оборудования, – зло произносит главврач. – Не выделяют нам бюджет. Частники, мол, сами справляйтесь.
– Купить самим – никак? – это в разговор влезает Герман.
Он был инициатором покупки, выбивал, составлял списки, искал поставщиков. Что-то там мегакрутое нашел, но, видимо, не судьба.
– Денег у нас таких нет, Герман Львович. Откуда?
– Кредит?
Он часто дежурит на скорой, ему это оборудование в первую очередь надо, потому что неправильный диагноз часто равен смерти пациента.
– Ну какой кредит, у нас и так их достаточно.
– У меня пациент вчера умер, – басит недовольно.
– Пациенты каждый день умирают.
Герман вылетает из кабинета, громко хлопнув дверью.
– А тебе чего, Кирилл? Тоже на мрущих пациентов будешь жаловаться?
– Я по другому вопросу.
– По какому?
– Бабки куда, Антон Андреевич, деваются?
У него от возмущения багровеет лицо. Проблемы с давлением, но я молчу об этом. Он не любит, когда мы его гоняем по чек-апам. Расслабленно откидываюсь на спинку стула.
– Да что ты себе…
– Много, Антон Андреевич, много. Мне залить в уши про недостаток финансирования не получится, я вижу, сколько стоят наши услуги.
– Мы в прошлом году, если ты помнишь, оборудовали родильное отделение. На ремонт и закупку ушло много денег, но зато там все по последнему писку.
– Это помню. И что – все?
– Все, – разводит руками. – Что-то в следующем году придумаю.
Я ему не верю и совсем не удивляюсь, когда вижу за дверью ждущего меня Германа.
– Перекурим?
– Пошли.
– Что думаешь? – спрашивает после пары затяжек.
– Оборудования не будет.
– Знаю я, что не будет, – хмыкает. – Что делать? Я так работать не могу.
– Уволься, переведись в другую клинику. Возможностей – тьма. У тебя скандального прошлого за спиной нет.
– Не вариант. Как додавить Антона?
– Никак. Бабок нет.
– Куда он их дел? – недовольно.
– А вот это надо бы узнать. Сдается мне, оборудование в родильном не стоит столько, чтобы расплачиваться за него столетиями.
– Думаешь, присвоил? Клиника же частная, считай, весь доход его.
– Весь да не весь, инвесторы у нас же имеются, они много денег выделяют. Или, ты думаешь, мы на доходах все? Тут много богатеев платит бабки, чтобы быть уверенным, что их спасут.
Есть у меня пара мыслей. Если подтвердятся – придется рассмотреть вариант увольнения. Рассмотри пока вакансии в других больницах, – советую Герману, хоть и прекрасно знаю, что никуда он не уйдет.
Он к этой больнице после смерти жены словно приклеился. Ему столько предложений из-за границы поступало – не сосчитать, а он все сидит здесь, работает, будто ждет. Чего – непонятно. Ни жену уже, ни сына не вернуть.
Мы докуриваем сигареты, заходим обратно. У меня по плану две операции. Первая проходит даже быстрее запланированного, вторая… возимся. Открывается кровотечение, с трудом находим источник, устраняем. Следом – остановка сердца. Такое происходит часто, иногда и обычная, как ее часто называют хирурги “простая операция”, проходит с рядом проблем, которые открываются уже в процессе. Пациента мы спасаем, только выхожу из больницы в десять вечера. Уставший и злой, голодный. Забегаю в супермаркет, чтобы взять пару уже готовых блюд и не ждать доставку из ресторана, когда на экране телефона всплывает имя Светланы Никитичны.
– Да, – отвечаю на автомате.
– Ты просил предупреждать, если к десяти моя квартирантка не явится. Так вот – не явилась!
Бесцельно шагая между прилавков, пытаюсь понять, чего в столь позднее время от меня хочет Никитична.
– Кирилл? Ты спишь, что ли? Кати нет, и номер ее не отвечает. Выключен. Я бы не стала звонить, но что-то нервно мне, она прилежная девочка, вежливая, как бы куда не влезла.
Катя.
Блядь.
Вот первый порыв после тяжкой смены – позвонить ее отцу, и пускай он разбирается с неуправляемой дочерью. Потом понимаю, что все равно нихрена Дима не сделает.
Не приедет же ее искать, в самом деле. Наверняка меня и попросит как-то помочь.
С какой стороны ни посмотри, в любом случае искать ее буду, разница лишь в том, будет мне по телефону ебать мозг ее отец или я сделаю это спокойно.
Пообещав Никитичне, что поищу Катю, тащу с полки булку и иду на выход, быстро расплачиваюсь за нее на кассе самообслуживания и выхожу на улицу. В голове ноль идей, куда она может пойти. И звонки ей действительно ничего не дают. Абонент вне зоны.
Еду к зданию, в котором она учится, вижу там темноту в окнах и с силой сжимаю челюсти. Я прекрасно знаю, куда поехать, чтобы хоть что-то узнать, но видеться с Орловым для меня подобно смерти.
Да и то… она предпочтительней.
Он мне противен. Начиная с его пидорских замашек и заканчивая тем, как он под меня копал во время скандала.
И все же Катя не появляется дома, а время близится к одиннадцати.
Где живет Орлов, я знаю. Я о нем все знаю. Пришлось рыть, потому что он рыл на меня.
Паркуюсь у подъезда, захожу внутрь, останавливаемый охраной.
– К Орлову. Передайте, что Саенко приехал. Он в курсе.
Ребята набирают ему, хмурятся. Передают трубку мне. Вот же сука, а? Не может просто сказать им, чтобы пропустили?
– Какие люди, Кирилл Савельевич. Какими судьбами?
– Ты спустишься или прикажешь меня пропустить?
– Если скажешь, зачем пришел, спущусь. Впускать к себе тебя не буду, боюсь, потом не докажу, что тяжкие телесные ты мне оставил.
– Жду.
Отключаюсь, ничего ему так и не сказав. Уверен, он спустится. Сильнее страха в нем только любопытство.
Выхожу на улицу, закуриваю сигарету. Снова на голодный желудок, но это даже в плюс. Мозг расслабляется, и на появление Орлова я реагирую не так дико, как мог бы.
– Кирилл…
Идет на меня с распростертыми объятиями.
– Руки сломаю, – гневно предупреждаю.
Он поднимает руки вверх, останавливается.
– Где твои студенты могут быть сейчас, знаешь?
– Дома наверняка. Завтра с утра им ко мне.
– Студентка у тебя стажировку проходит. Янова Екатерина. Домой она не пришла.
– И ты решил, что она у меня?
– Если бы решил, что у тебя, здесь бы тебя не ждал.
– Ну да… – хмыкает. – Не знаю, где. Может, тусить пошли с ребятами. Могу дать номер парня со стажировки, он у меня типа на побегушках.
– Давай.
Он роется в телефоне, находит, протягивает экраном ко мне. Собираюсь списать, но он быстро блокирует мобильный.
– Что мне за это будет?
– Не дам тебе по ебалу, Орлов.
– Ты и так не дашь. Здесь везде камеры, за такое я тебя засужу, и ты не отвертишься.
– Ты хоть раз можешь побыть нормальным, а не мудаком? Девочка одна в столицу приехала и хрен знает где сейчас.
По его ухмылке вижу, что не может. Там если даже труп где-то лежать будет – он хрен скажет где без выгоды для себя. В общем-то… на что я рассчитывал?
Сбегаю по ступенькам вниз, решая, что объездить ночные клубы будет куда эффективнее, чем говорить с ним.
– Погоди! – кричит мне в спину. – На, звони! Девка и правда хорошая.
Я списываю номер, набираю по пути в машину. Знаю, что эта помощь от Орлова обойдется мне боком, и радуюсь, когда по ту сторону слышу пьяный голос и звуки музыки.
– Алло?
– Катя Янова рядом?
– О-о-о-о… нет.
И бросают трубку.
Глава 13
По дороге домой забегаю в один из филиалов кондитерской, где Кирилл покупал для Светланы Никитичны торт, и беру несколько кусочков того самого торта. Было бы неплохо угостить чем-нибудь и Зевса, но я не знаю, какие вкусняшки ему разрешает хозяйка, так что останавливаюсь только на кондитерском магазине.
Я почти добралась домой, когда рядом паркуется дорогой автомобиль, преграждая мне путь. Собираюсь его обойти, но оттуда неожиданно вываливается Григорьев.
– Привет, провинция.
Придурок.
– Давай потусим? Мы всем составом в клуб едем, – надвигается на меня.
– Я не поеду.
– Как это не поеду? Все едут, Катя. И ты тоже. Знакомиться будем. Заодно и о задании расскажем. Ты же хочешь узнать задание?
– Не хочу.
А вот его обойти – очень, но он не позволяет. Встает у меня на пути, вышагивает, как в танце. Куда я, туда и он.
Вскидываю голову, смотрю прямо на него.
Не пасую.
Папа учил не показывать страха, даже если очень страшно. Ни перед кем. Ни перед собаками, с чем я никак пока не справлюсь, ни перед людьми, с чем, судя по реакции Григорьева, у меня тоже полный провал.
Плохой я ученик.
– Что ты такая нервная, Катя? Мы же просто тусить будем.
– Мне домой к десяти.
– А что там? Родаков же нет, – смотрит с прищуром.
Не уверен.
Это они решили, что я из провинции, а я, вообще-то, не подтверждала.
– Мне надо домой.
– Эй, Кать… – из машины выходит другой парень.
Я не помню его имени, потому что нас не представили друг другу, но он куда спокойнее Григорьева.
– Слав, сядь в машину, а? Ты ее напугал, придурок.
– Я никуда не поеду!
Все так же решительно. Стоять на своем до конца тоже папа учил. Наверное, поэтому я до сегодняшнего дня ни сигареты, ни алкоголь, ни наркотики не пробовала, хоть и в компаниях была разных.
С отцом, который дома ждет строго в отведенное время и смотрит, как цербер у врат из ада, особо и не оторвешься.
– Я Артем, – парень протягивает мне руку. – Мы правда все собираемся, девочки в машине, сзади еще авто с остальными, – кивает в сторону припаркованного автомобиля неподалеку.
– Я все равно не хочу, Артем. Спасибо за приглашение.
– Кать… ну ты чего? Мы же цивилизованные все, адекватные, никто напиваться не планирует, завтра будем же у Орлова с утра. Ты, может, и не всем нравишься, так и тебе понравятся не все, но лучше нам подружиться, чем грызть друг другу глотки. Как считаешь?
Пока раздумываю над ответом, он говорит много других слов, и в результате я все же иду с ним.
Прихожу в себя уже в машине, сидящей между Артемом и, кажется, Ирой. Нас в автомобиле семеро. Впереди водитель и Григорьев, сзади сидят “парочками”.
Девушки на руках у парней. Мы же с Артемом с трудом втискиваемся. Я практически сразу хочу выйти, вспоминая наставления отца.
Такая поездка небезопасна с точки зрения ПДД.
Но дверь захлопывается, и я решаю молчать, решив, что будет странно, если я вдруг передумаю на ходу.
Едем мы недолго и аккуратно. Скорость не превышаем, но я все равно расслабляюсь, лишь когда выхожу на улицу.
– Вау… В “Кариб”? Ничего себе!
Девушки восторгаются, а я понимаю, что даже одета не к месту. На мне джинсы и свитер, куртка с рынка. Куда мне?
– Артем, – трогаю парня за руку. – Я пойду. Плохая была идея.
– Ты чего?
– Просто… не хочу.
– Ничего не знаю.
Берет меня за руку и ведет к входу, в толпу из небольшой очереди. Постепенно расслабляюсь. Меня просто не пустят, и все, но мы проходим. Охрана мажет по нам равнодушно взглядом и отодвигает ленту, пропуская.
Как только попадаем внутрь, прикидываю, сколько у меня денег. Думаю, на стакан воды хватит.
– Ты слишком напряжена.
– Я не хожу в такие места.
– Совсем?
Оставляю его вопрос без ответа. Молча смотрю вперед, ожидая остальных.
– Я угощаю! – кричит Григорьев. – Всех!
Я начинаю напрягаться с момента, как мы зашли. Дальше – больше.
Мы проходим к отдельно стоящему столику, куда нас ведет работник клуба. Через десять минут на столе появляются какие-то закуски и бокалы.
– Твой.
Напротив меня оказывается коктейль желто-оранжевого цвета.
– Я не пью.
– Мы не будем много пить, – подмигивает Артем. – У тебя слабоалкоголка, я настоял, чтобы сделали.
Мы знакомимся быстро, хоть я и не могу всех сразу запомнить. Упорно не пью, хоть и вижу, как другие девочки потягивают свои коктейли через трубочки.
– Хотя бы глоточек, Катя.
– Нет.
Артем больше не настаивает, но минут через двадцать все решают поиграть в игру “Правда или действие”, чтобы познакомиться поближе. Вопросы простые, легкие, но это на первом круге, дальше идут более откровенные, адресованные в основном парням. Кто-то решает не отвечать и выполняет заданное действие.
Григорьев загадывает Маше поцеловать парня, сидящего за соседним столиком, и я понимаю, что никогда не выберу действие.
Играем дальше.
Вопросы простые. Правда ли, что я родом из провинциального городка? Правда ли, что у меня особые отношения с Орловым?
Я отвечаю легко и даже радуюсь, пока не идем на третий круг.
– У тебя уже был секс?
Сердце разгоняется до максимума. Я смотрю на Настю, задавшую этот вопрос, и понимаю, что она это сделала специально.
Если не отвечу – придется действовать. Если отвечу… даже думать не хочу.
Папа учил не делиться личным. То, что не предназначено для чужих, никогда и никому не рассказывать. Темы эти я для себя давно определила: отношения, доход и прошлое.
– Действие.
– Пей, – кивает на бокал. – Весь. Залпом.
– Настя, – мотает головой Артем.
– Можешь половину, – хмыкает девушка. – Попробуй, тебе будет весело.
Тянусь к бокалу, делаю маленький глоток. Алкоголя на вкус и правда немного, чувствуется апельсин и, кажется, персик. С легкостью выпиваю половину и отставляю бокал на столик.
Выдыхаю, прислушиваясь к себе, и не чувствую особых изменений, кроме расслабленности.
Мы все еще играем, когда я понимаю, что практически ничего не вижу. Кажется, кто-то у меня спрашивает что-то, но слова доносятся будто из-под воды – глухо и неразборчиво. Последний раз моргнув, я больше не могу раскрыть веки и, кажется, падаю кому-то на плечо.
Глава 14
КириллНомер, по которому я звонил, вспыхивает на экране телефона спустя примерно минут десять. Как раз тогда, когда я направляюсь в район, напичканный клубами, где так любит гулять золотая молодежь столицы.
– Передумал? – рявкаю в трубку, взбешенный происходящим.
– Извините… вы друг Кати? – голос другой. Не тот, который отвечал мне.
– Ты кто?
– Мы стажировку вместе проходим. Кате… плохо, кажется.
– Кажется?
– Она без сознания, а мы в клубе, и… на нас косо посматривают.
– Диктуй название клуба.
Через несколько секунд я вжимаю педаль газа в пол и нарушаю все возможные правила дорожного движения. Лечу по указанному адресу.
Без сознания – это плохо. Это очень-очень плохо. В голове прокручиваю мысленно, что могло произойти. И в голову лезут, конечно, не самые благоприятные мысли, хотя понимаю, что Катя могла просто уснуть, а они приняли это за потерю сознания.
На входе меня грубо останавливают, не позволяя пройти. Вокруг одна молодежь в пафосных шмотках. Я сильно не вписываюсь, но меня это мало ебет, так что я популярно объясняю охраннику, что у них в клубе девочка без сознания, и если он меня туда не пропустит, то через минуту здесь будут менты и скорая.
Нехотя, но амбал все же отходит, пропускает меня в шумный, искусственно задымленный клуб, откуда сразу же хочется выйти.
Территория большая. Мне приходится несколько раз обойти по кругу, чтобы заметить вдалеке столик, где сидят с уж слишком серьезными лицами.
Подхожу ближе. Катю сразу вижу на плече у одного из парней. Она бледная, с растрепанными мокрыми волосами. Видимо, они пытались привести ее в чувство.
Сканирую всех без исключения. Знаю, что бесполезно. Память на лица у меня ни к черту, но все равно пытаюсь запомнить. Завтра я буду знать имена всех, кто с ней там стажируется, однако съездить им по ебалам хочется уже сегодня.
– Что пила?
– Коктейль. Обычный. Слабоалкоголка.
– Стакан где?
Переглядываются. Стакана нет. Значит, возможно, не просто коктейль.
– Потеряли?
Молчат.
Сопляки малолетние. Нихера из себя не представляют, но лица такие, будто им все должны.
Приосаниваются, когда смотрю на каждого. Требую ответа, которого они не дадут, потому что явно что-то намешали.
Отталкиваю парня, на плече у которого висит Катя, прикладываю руку к ее шее, прощупываю пульс. Он учащенный, но ровный, без перебоев. Достаю фонарик, свечу в глаза, проверяя реакцию. Убедившись, что все не так страшно, снова смотрю на остальных.
– Прежде чем поить незнакомку, узнайте хотя бы, кто ее родители.
Совет так… на будущее. Среди них есть нормальные люди, с интеллектом. Кто-то же мне все-таки позвонил. А могли бы контента наснимать разного. Впрочем… и так могли. Надеюсь, не сделали.
Подхватываю Катю на руки, выношу из клуба сразу к своей машине. Усаживаю ее на переднее сиденье, пристегиваю. Глаза слипаются, хочется отключиться, но я упорно прогоняю дрему и собираюсь как раз сесть за руль, когда позади раздается тот самый голос, что говорил мне адрес.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.