Неверный муж

Глава 13

– Итак… у вас что-то случилось, – Натан откладывает столовые приборы и впивается в меня взглядом.

– С чего ты взял?

Я тянусь к уже второму бокалу вина и делаю большой глоток. Я знаю, что алкоголь быстро расслабляет и развязывает язык, но все равно не могу отказаться. Сейчас мне это необходимо. Долгожданное расслабление и возможность хотя бы полчаса ни о чем не думать и глупо улыбаться.

– Одно то, что ты сидишь со мной за одним столиком, обо всем говорит, а у тебя в этом отеле еще и номер забронирован не на двоих.

– Я не говорила, что не на двоих.

– Но Демьян сюда не приедет, я ведь прав?

Не считаю нужным отвечать. Снова пью вино, опустошая бокал. Натан не теряется, достает из ведерка со льдом бутылку, наливает еще.

– Хочешь меня споить? – хмыкаю.

– Ты планировала прикончить эту бутылку в своем номере в одиночестве. Не лучше ли сделать это в компании?

– Смотря в какой.

Он усмехается, прекрасно зная, что не входит в число людей, с которыми я могу пить спиртное и делиться сокровенным.

– Так что у вас? Временная размолвка? Недопонимание? Или что-то посерьезнее?

– Слишком много вопросов.

– Не хочешь отвечать? А что если сыграем в игру? Ответ за ответ. Я отвечу на те вопросы, которые интересуют тебя, ты – на те, что задаю я.

– Думаешь, меня что-то интересует?

Натан смеется, прекрасно зная, что многое. До недавнего времени я о его существовании даже не подозревала. Когда мы познакомились с Демьяном, у него не было брата, и так продолжалось ровно до того момента, пока Натан не появился на дне рождения мужа. Его представили мне сухо и словно сквозь зубы. Муж сказал, что они с братом не общались, поэтому и рассказывать о нем не было смысла. Я надеялась, что хоть что-то прояснят родители Демьяна, но они делали вид, что ничего не произошло, что их сын не вернулся спустя десять лет молчания. Я ничего не знала о Натане, а сейчас он предлагает мне задать вопросы.

– Тебе неинтересно, почему меня десять лет прятали?

– А тебя прятали?

Натан делает взмах рукой, подзывая официанта. Заказывает виски со льдом и все время, пока несут его заказ, молчит. Он не нервничает. Выглядит собранным и самоуверенным, но тема явно ему неприятна. Не помню, чтобы мы с Натаном разговаривали дольше нескольких минут и вообще оставались наедине. Демьян не позволял, а я не стремилась. Сейчас внутри разжигается интерес. Десять лет – большой срок, чтобы прятаться. Где он был? Почему за это время я не знала ничего? Ни фотографий, ни упоминаний, словно и не было человека.

Спрятавшись за бокалом, рассматриваю брата своего мужа. Я видела его много раз, но никогда не акцентировала внимание на одинаковом с Демьяном разрезе глаз, родинкой под нижней губой и усмешкой. Смотрю на Натана, и в груди что-то болезненно сжимается.

– Даже обидно, – говорит после того, как ему приносят стакан с виски. – Мы за полгода виделись с тобой больше десяти раз, а смотришь ты на меня только сейчас.

– Мы никогда не сидели так близко дольше пары минут.

– И то верно. Мой братец не позволял, – смеется и отпивает виски. – Знаешь почему? – давит интонациями и хищным прищуром.

– Почему?

– Потому что знает, что увел тебя у меня.

Два бокала вина не могут вызвать у меня галлюцинации, стало быть, Натан говорит это взаправду.

– Не понимаешь, да?

– Мы с тобой не были знакомы и уж точно не встречались, так что не понимаю, о чем ты.

– Он забрал себе всю мою жизнь, – говорит вроде бы спокойно, но как-то мрачно и с давящими интонациями в голосе добавляет: – Что у вас сейчас с ним?

– Натан…

– Так сложно признаться? Себе или мне?

– Ты ничего не знаешь!

– Верно, но ты можешь мне рассказать. А хочешь, я расскажу?

– О чем?

– Обо всем. Как хорошо ты знаешь своего мужа?

До вчерашнего дня думала, что нет человека, который бы знал Демьяна лучше меня. Мне казалось, что я осведомлена обо всем. О его распорядке дня, о том, с кем он сотрудничает, что планирует, где будет участвовать. Мне казалось, я знаю, что у него на душе, знаю, что может заставить его нервничать, злиться, а что успокаивает. Но сегодня на вопрос, на который еще вчера я ответила бы сразу и с гордостью, ответить не могу.

– Молчишь, – у меня холодок по спине ползет от его тона и изучающего взгляда. – Потому что нихрена ты не знаешь о своем муже, Майя Высоцкая. Или скоро Маркова? Будешь возвращать себе девичью фамилию после развода?

– Откуда ты…

– А что? Простишь его?

Он с громким стуком возвращает пустой стакан на стол, смотрит на меня внимательно, будто и правда решил прочитать по моей реакции, что я собираюсь делать дальше.

– Не будь дурой, Майя. Ты видная женщина, желанная многими мужчинами. Демьян не оценит, потому что не умеет. Он не знает ничего о чувствах других людей.

– А ты? Ты знаешь? – смотрю на него со злостью, потому что он сейчас специально давит на больное, выжимает то, что я так хотела спрятать в дальний ящик и не доставать.

– Знаешь, где я был десять лет, Майя? И почему ты обо мне не знала?

Я сглатываю, ерзая на мягком сиденье кресла. Натан расстегивает пиджак, достает что-то из внутреннего кармана, а затем бросает передо мной фотографии. На них запечатлен он на инвалидной коляске. Худой, осунувшийся, жалкий, совсем непохожий на себя нынешнего – широкоплечего, подтянутого и уверенного в себе.

– Что это? – спрашиваю, не в силах поверить, что мужчина на снимках и передо мной – один и тот же человек.

Глава 14

– Снимок пятилетней давности. Они вышвырнули меня из своих жизней. Сделали вид, что Натана Высоцкого не существовало, и отправили меня влачить жалкое существование калеки в другую страну.

– Но… я не понимаю…

Разглядываю те две фотографии, что Натан мне предоставил. На обоих он совсем не похож на нынешнего себя.

– Ни родители, ни Демьян ни разу ко мне не приехали. Пришлось встать на ноги, чтобы увидеть семью.

Он усмехается, а у меня услышанное не укладывается в голове.

– Думаешь, с тобой поступят иначе? Стоит тебе развестись с Демьяном, как он вышвырнет тебя из своей жизни, забыв, что ты в ней когда-то существовала.

В его взгляде плещется едва контролируемая ярость и ненависть, а глубоко на дне – обида. Если допустить, что все это правда, и ни родители Демьяна, ни он сам не навещали Натана, мне вполне понятна его реакция, но…

– Я тебе не верю.

Мой муж – очень непростой человек, но равнодушным ублюдком он никогда не был.

– Я не удивлен, – хмыкает Натан и забирает со стола снимки, пряча их обратно во внутренний нагрудный карман. – Но я готов подождать столько, сколько потребуется.

– Подождать чего?

– Тебя. Однажды ты придешь ко мне, потому что тебе понадобится помощь, и я обязательно окажу ее тебе.

Мне кажется, я моментально трезвею и на недопитый бокал вина смотрю с отвращением. Меня начинает мутить, к горлу подкатывает ком. Поднявшись, неуверенным шагом иду в туалет, где оставляю весь свой ужин и вино. Умываюсь ледяной водой так интенсивно, что кофта становится мокрой до самых локтей.

Рассматриваю себя в зеркале впервые после того, как узнала об измене. Наверное, стоило бы раньше. Посмотреть, прицениться, понять, что муж нашел в другой. Внешность? Или все-таки что-то внутри? То, чего я не давала и никогда бы не смогла дать? Хочется найти то самое, что вынудило его перечеркнуть десять лет брака. Отказываюсь верить, что это просто похоть, что у него, возможно, и раньше были интрижки, просто с этой что-то пошло не так. С этой он… просчитался.

Хлопает входная дверь, в туалет заходят несколько девушек. Молоденькие и очень шумные подружки. Я мажу по ним равнодушным взглядом и, подправив макияж, выхожу в зал. Мне почему-то сразу становится неуютно. Мороз пробегает по коже, из груди вылетает сердце. Я чувствую Демьяна раньше, чем вижу его рядом с Натаном. Первая мысль – развернуться и убежать, но муж неожиданно переводит взгляд прямиком на меня. Будто тоже… почувствовал.

Сглотнув, расправляю плечи и вздергиваю подбородок. Иначе теперь вести себя нельзя. Демьян должен видеть, что сделал мне больно, но знать, что не сломал. Сделав несколько шагов, замедляюсь, сталкиваясь с его удивлением. Он словно не ожидал меня увидеть, хотя на столе перед Натаном недопитый бокал вина и наполовину съеденный салат.

– Майя, – разворачивается Натан, заметив, что его собеседник увлеченно рассматривает что-то за его спиной.

Я подхожу ближе. Останавливаюсь рядом с Натаном, хотя безумно хочется на другую сторону. Под родное крыло, к мужчине, который всегда защитит, закроет от невзгод. Секундное помутнение, стоит вспомнить о реальности, проходит. Я не позволяю себе подойти к Демьяну. Рву по живому, глядя на то, как оба загибаемся от боли. Он почему-то тоже. Осознал, что это конец? Понял, что я решительно настроена и не планирую возвращаться? Поэтому приехал? Наконец, оправдываться?

– Нам нужно поговорить, – обращается ко мне, гипнотизируя взглядом и не реагируя на попытки Натана его выпроводить.

– Присаживайся, – киваю на соседний стул.

– Наедине, – с нажимом произносит Демьян.

– Мне нравится это место, – сажусь на свой стул и тянусь к бокалу.

Играю, кажется, так мастерски, что готова просить “Оскар” за лучшую импровизацию и роль равнодушной стервы.

– Майя…

Демьян дергается в мою сторону, Натан его останавливает, не отталкивает, но вырастает широкой стеной на пути, не позволяя приблизиться ко мне ни на шаг.

За ними я наблюдаю с интересом. Демьян скользит взглядом по брату. Презрительно кривит рот, прищуривается. Хищник, готовый броситься на добычу, только вот добыча слишком маленькая, не соответствующая его уровню, не оказывает сопротивления, так что хищнику становится неинтересно. Демьян отходит. Садится напротив на место Натана и, склонив голову набок, наблюдает за мной.

– Точно хочешь говорить при посторонних? – спрашивает Демьян.

– Мне нечего скрывать. А тебе?

Демьян сжимает зубы, с шумом выдыхает и ослабляет галстук на шее.

– Если спутаешься с ним, Майя, нам конец, – говорит Демьян, буравя меня взглядом.

Что я там говорила о том, что хорошо знаю своего мужа? Передо мной сейчас – незнакомец с давящими интонациями и взглядом, от которого хочется превратиться в пылинку и затеряться где-нибудь, чтобы не нашли.

– Ты еще не понял? Нам уже конец. Ты поставил точку в нашей истории.

– Я ничего не ставил и не поставлю. Я люблю тебя. И всегда буду. Ты моя жена, Майя, хочешь ты этого или нет. И я любой ценой тебя верну, просто, блядь, не путайся с ним.

Глава 15

Между ними прямо на моих глазах происходит молчаливая борьба. Натан буравит Демьяна презрительным взглядом, получая в ответ агрессию и ненависть. За их плечами явно стоит многолетняя история, в которую меня не посвятили.

Когда выяснилось, что у моего мужа есть брат, мне никто ничего не спешил рассказывать. Мне не сообщили о причинах, и я о них не задумывалась до этого момента. Как не думала и о том, почему мне ничего не рассказали.

Сейчас, кажется, понемногу приходит понимание. Просто Демьяну это было не нужно. Зачем посвящать жену в семейные тайны?

Меньше знает, легче разводиться, хотя развод давать муж мне не спешит. Словно и правда думает, что еще что-то можно склеить.

– Давай поговорим наедине, – продолжает настаивать Демьян.

Я чувствую, что не выдержу. Сломаюсь под его натиском раньше, чем мы начнем разговор, потому что даже сейчас, при постороннем человеке, когда нас разделяет стол, я все еще очень сильно хочу прижаться к нему. Хочу, чтобы обнял, как делал это всегда, когда мне было плохо. Чтобы утешил, сказал что-то хорошее и пообещал решить все мои проблемы.

Я женщина самостоятельная, многое могу и умею, но даже мне жизненно необходимо надежное мужское плечо, на которое можно опереться. Я всегда полагалась на Демьяна, зная, что он ни за что не оставит меня в беде, но теперь у меня нет такой возможности, потому что он тот, от кого мне нужна защита. В этот раз именно он растоптал меня. Размазал по стенке своим предательством.

– Нам больше не о чем разговаривать! – сказать получилось решительно и даже холодно.

Следом поднимаюсь из-за стола, демонстративно достаю несколько купюр из кармана и бросаю их на стол. Не хочу, чтобы кто-то из семьи Высоцких за меня платил даже из самых лучших побуждений.

Когда Демьян встает следом, подбираюсь. Собираю себя по крупицам, склеиваю, чтобы выстоять.

Лишь бы не подходил. Только бы не прикасался, а еще лучше – даже не смотрел, потому что я даже взгляд его, пропитанный болью, чувствую.

Я выхожу из-за стола, Демьян преграждает мне путь. Оказываемся в опасной близости друг к другу. Вскидываю голову, но, столкнувшись с его взглядом, тут же отворачиваюсь, не выдерживая. Видеть немую мольбу невыносимо.

– Не трогай, – говорю на повышенных тонах с ноткой подкатывающей к горлу истерики, когда вижу, как Демьян поднимает руки. – Не смей теперь.

– Майя.

– Иди рот помой с мылом, прежде чем произносить ее имя, – звучит за моей спиной то ли язвительно, то ли насмешливо, то ли грубо – не могу разобрать.

– Тебя не спрашивали, – огрызается Демьян.

Меня начинает трясти от злости, только представлю рядом с ним его помощницу. Не в качестве той, которая составляет графики, а в роли любовницы. Я сама себе делаю больно внезапно возникшими перед глазами картинками того, как он ее обнимает, как улыбается ей и целует.

Пользуясь возникшей между мужчинами перепалкой, ныряю под руку Демьяну и сбегаю, не оборачиваясь. Не иду к лифту, чтобы не ждать, бегу по лестнице, поднимаюсь на свой этаж, прикладываю ключ-карту к двери и попадаю в номер. Сразу же прислоняюсь спиной к двери, следом разодранным мешком оседаю на пол.

За дверью слышатся шаги. Я замираю, кажется, даже дышать перестаю, прислушиваясь. Уверена, что звук этих шагов мне знаком, и плевать, что это уже попахивает паранойей. Я уверена, что за дверью Демьян. А уж когда шаги затихают у моей двери, лишь убеждаюсь в этом. Прикладываю руку к губам, потому что из глаз брызжут слезы, а из груди рвутся рыдания. Сердце бухает, чувствуя боль предательства, перед глазами пелена из-за слез, а на губах застывает один-единственный, так и не заданный мужу вопрос “Что ты в ней нашел?”

Я дергаюсь, когда шаги раздаются снова. На этот раз они отдаляются. Медленнее, словно к ногам прицепили гири, и это затрудняет передвижение. Я прислушиваюсь, но больше никаких звуков за дверью не слышу. Там полнейшая и такая желанная тишина. Я хочу окунуться в нее, потому что мысли в моей голове ни на мгновение не затихают.

Не знаю, сколько проходит времени, но когда в дверь раздается стук, я уже не плачу, но все так же сижу на полу, не в силах соскрести себя с него. Стучат настойчиво, но не буйно. Точно не Демьян. Он если тут и был, то уже давно ушел. Хотя я теперь уверена, что те шаги лишь плод моего воображения, потому что успешный бизнесмен Высоцкий ни за что не будет стоять под дверью, в которую его не пускают.

– Майя, – голос по ту сторону двери принадлежит Натану. – Открой, я знаю, что ты там.

Узнал, значит, в каком я номере.

– Давай поговорим по существу. Я могу помочь. С разводом, с адвокатами, все устрою. Деньгами помогу.

Я не двигаюсь с места. На сегодня с меня достаточно Высоцких, с какими бы намерениями они ни приходили.

– Позвони мне, как будешь готова, – слышу голос Натана, а затем и его удаляющиеся шаги.

Я не собираюсь с ним связываться. Не потому, что так велел Демьян. Я сама свяжусь с адвокатами и подам на развод. Чуть позже, когда буду способна переносить присутствие Демьяна рядом без боли.

Кое-как поднявшись с пола, иду в ванную, чтобы умыться. В зеркало на себя не смотрю, боясь окончательно разочароваться.

Когда звонит телефон, не собираюсь даже смотреть на экран, но все же беру мобильный в руки и вижу там незнакомый номер. Демьяна я не блокировала, и он, уверена, ни за что бы не опустился до того, чтобы просить телефон и звонить жене, которая не хочет с ним разговаривать. Он слишком для этого гордый.

– Алло?

– Майя Михайловна? – слышу в трубке незнакомый женский голос.

– Да, слушаю.

– Мы с вами сегодня переписывались по поводу работы. Простите, если звоню не вовремя, если вам неудобно, я могу перезвонить в другое время.

– Все в порядке.

– Отлично! Я звоню вам сообщить, что завтра прилетает наш главный партнер, и если бы вам было удобно, мы могли бы перенести назначенную с вами встречу и запланировать с ним новую. Он уже давно хочет увидеться с таким талантливым человеком, как вы.

– Во сколько?

– Скажем, в шесть. Мы еще не согласовали с господином Сахимом, но я думаю, его устроит любое время, только бы вы пришли.

– Хорошо, давайте в шесть. Геолокацию отправьте мне в мессенджер.

Звонок и назначенная встреча приводят меня в чувство. Завтра я не могу ударить в грязь лицом, а потому забираюсь в кровать и включаю новости на арабском языке, чтобы убедиться в том, что я ничего не забыла и завтра смогу поговорить с руководством на достойном уровне.

Глава 16

Обладая повышенным чувством ответственности и гиперпунктуальностью, я приезжаю в ресторан, в котором у нас с Сахимом назначена встреча, на полчаса раньше. Столик уже заказан на его имя, мне достаточно лишь назвать его официанту.

Этот ресторан один из самых дорогих в нашем городе, и здесь обычно не бывает свободных мест. Его ценят за сдержанность в цветовой гамме, за ненавязчивых и максимально незаметных официантов и за возможность провести переговоры в деловой среде.

Если оглядеться, здесь сидят преимущественно те, кто пришел не поесть и не выпить кофе, а на деловую встречу. Не знаю, кто такой Сахим, не имела еще возможности с ним познакомиться, но то, что он сумел найти здесь местечко, говорит о многом. В первую очередь о влиянии, что в нынешних условиях для меня очень важно.

Вчера я не думала о том, что Демьян может вставлять мне палки в колеса относительно работы, сегодня почему-то в этом уверена, так что мне нужно устроиться туда, где не струсят пойти наперекор самому Высоцкому.

В ожидании Сахима листаю электронные заметки, и чем ближе время встречи, тем сильнее я волнуюсь, хотя еще несколько дней назад даже подумать не могла, что пойду на собеседование.

– Майя? – мужской голос звучит за спиной неожиданно.

Я резко разворачиваюсь и удивленно смотрю за тем, как высокий мужчина, одетый в классический черный костюм, белую рубашку и модные туфли, садится напротив. Он кладет руку на стол, и я отмечаю часы премиум-класса от известного бренда. Перевожу взгляд на лицо, оцениваю, хотя не планировала. Я вообще думала, что…

– Вы ждали не меня, полагаю.

– Вы… Сахим?

Мужчина улыбается, обнажая ряд белоснежных, идеально ровных зубов.

– Сахим. Вы ждали кого-то… не такого обычного?

– Честно говоря, да…

У нас были клиенты из ОАЭ на переговорах. Каждый в своем традиционном одеянии: кандура и гутра – обязательные атрибуты среднестатического мужчины этой страны, да и любой другой арабской, но Сахим отличается, и это… смущает.

– Решил вас не шокировать, – с улыбкой говорит Сахим. – Мне сказали, вас давно пытаются уговорить присоединиться к нашей команде, я решил, что будет неплохо проявить уважение и прийти в том, что традиционно носят у вас.

– Вот как… производите впечатление?

– Получилось?

Наступает моя очередь улыбаться. Сахим ненавязчивый, спокойный, уверенный в себе и деловой. У него красивые кисти рук, на которых я на несколько мгновений зависаю, пока он берет меню и открывает его, чтобы сделать заказ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.