Сейф, нож и пачка баксов

МАЙЯ ЛИ И ЕЕ КЛИЕНТЫ

Перевозить деньги через границу нелегально – выгодно, особенно если сумма крупная, превышающая официально разрешенную для провоза. Это любому ясно – налог платить не нужно. Многие челноки так и поступают. Сдают валютчикам по одну сторону границы местную «солому», а на другой получают у них свободно конвертируемую валюту.

Граница между бывшими союзными республиками условная. На мелких дорогах стоят блокпосты, на центральной – таможня. Таможни обоих государств построены недавно, современные, весьма удобные для прохождения гражданами контроля, как в пешем порядке, так и на автомобилях.

По обе стороны от таможен нет ни пограничных столбов, ни контрольно-следовой полосы, ни колючей проволоки, ни самих пограничников. На этой территории располагаются самые обыкновенные поселки, с самыми обыкновенными домами, в которых живут самые обыкновенные граждане некогда одного, а ныне двух независимых государств. В лабиринтах тесных улочек любой «залетный» запросто заблудиться может, только не местный житель, которому с детства известны все ходы и выходы родного поселка. Кое-кто из них и грешил нелегальным провозом через границу валюты, а то и товара. Что уж тут поделаешь – контрабандисты существовали во все века.

Майя Ли услугами валютчиков не пользовалась. Крупных денег у нее при себе не было, так, мелочишка. Да ей деньги в дорогу и не нужны. Она возит этих самых челноков и овощников как старшая автобуса. Набирает группу из пяти-шести человек и везет из пункта А в пункт Б. Раньше автобус формировали по эту сторону границы, но с ужесточением правил таможенного контроля стали формировать на той. Кто, как и где провезет через таможню груз, Ли не интересует. Она лишь берется доставить в пределах одного государства овощи или фрукты в нужную точку, а оттуда привезти с товаром едущих с ней челноков, именуемых «обратчиками». Само собой, в дороге Ли отвечает за сохранность груза, личных вещей пассажиров и тех денег, которые ей сдают (кто хочет) на хранение. Еще Майя решает проблемы с ГАИ и рэкетом, ежели таковой не дай бог встретится в дороге.

В просторном помещении с работающими кондиционерами небольшая очередь стояла к движущейся ленте, на которой молоденький таможенник просматривал на экране монитора содержимое багажа. Майе такую процедуру проходить не нужно, заполнять декларацию тоже. Из вещей у нее сумочка, в ней туалетные принадлежности, косметика, небольшая сумма на обед да дисков с новыми фильмами для клиентов, едущих в автобусе. Показав паспорт и содержимое сумочки, Майя вышла из прохладного здания в послеполуденный июльский зной. На нейтральной территории ни кустика. Земля закатана асфальтом, над ним марево. Сквозь него здание таможни сопредельного государства колеблется, парит в невесомости, будто отражение в воде. Размахивая сумочкой, Ли ускорила шаг.

Майя – выше среднего роста тридцатитрехлетняя женщина с тугими мышцами под смуглой от загара кожей. Работа у нее физическая. Приходится тягать при погрузке и выгрузке до семи с половиной тонн даров природы, расфасованных в картонные коробки. Но гром-бабой Ли не была, просто находилась в отличной спортивной форме. И мужчинам она нравилась. Не всем без исключения, но многие интересовались – разведенки всегда легкой добычей кажутся. Майя не чистая кореянка, мама у нее русская. Вот и смешались в ее лице азиатские и европейские черты. Лицо у Ли округлое, на носу и скулах крупные редкие веснушки. Глаза темные продолговатые. Небольшой рот, мелкие острые зубы… От брака у Майи две дочки. Они у нее типичные азиатки. В бывшего мужа пошли – обе узкоглазые, широколицые. По образованию Ли врач-педиатр, диссертацию даже защитила, да вот пришлось работу бросить – платят мало. И сменила Майя фонендоскоп и белый халат на лямку сопровождающей груза и пассажиров автобуса.

Пройдя вторую таможню, Ли оказалась за границей. Жизнь за кордоном бурлила. На неширокой пыльной дороге на расстоянии нескольких сот метров кишмя кишел разношерстный люд. Деловито сновали с тележками носильщики; мелкие торговцы на все лады расхваливали свой товар; «кучковались», поджидая «своих», челноки; кричали таксисты и зазывалы частных автобусов, предлагая отправиться в путь по тому или иному маршруту. Обычная жизнь приграничного поселка.

Майя выбралась из толпы, нырнула в тень деревьев и, пройдя по разбитому тротуару еще с полкилометра, свернула на автобусную стоянку. Белый автобус «Мерседес» с синими полосами по бокам был уже на месте. Двое мужчин сидели невдалеке под деревом, курили и негромко переговаривались. Одного из них – рослого голубоглазого блондина лет тридцати пяти с честным открытым лицом и белозубой улыбкой, Ли знала давно. Это Андрей Лунев водитель автобуса. С ним Майя около года работает в одной упряжке. Второго – коренастого невысокого мужчину лет сорока в поношенных брюках и старенькой выгоревшей рубашке – она видела впервые.

При приближении женщины мужчины встали.

– Майка, привет! – Лунев сверкнул великолепными зубами. – Ты, как всегда, пунктуальна. Рад тебя видеть. Знакомься – Киданов Виктор. Поедет в рейс вторым водителем.

– Майя.

– Очень приятно, – низким с хрипотцой голосом сказал Виктор.

Киданов Майе сразу не понравился – узколобый, круглоглазый, краснолицый. Челюсть массивная, широкий приплюснутый нос, большие, похожие очертаниями на две косточки миндаля ноздри. На щеках недельной давности щетина. Короче, выражение «мужчина должен быть чуть-чуть красивее обезьяны» к Киданову не подходило – обезьяна красивее, да и стройнее будет.

Виктор, будто угадал, о чем подумала Майя, усмехнулся, глядя на женщину, а она неожиданно для себя смутилась и поспешила перевести взгляд на симпатягу Андрея.

– А где же твой напарник?

– Вовка-то? – беззаботным тоном спросил Лунев. – Забудь про него. Ушел он от хозяина. Поскандалил с ним вчера да отчалил. Сама знаешь, какой Саид человек.

Майя знала – скряга и стяжатель. Она сама подумывала в ближайшее время поменять хозяина, а соответственно и автобус, и Андрюху с собой перетащить. Лунев был трудяга, да и вообще, свой в доску парень, с ним не пропадешь.

– Будет Саид жмотничать, и мы с тобой уйдем, – пустила она пробный шар. – Пускай поищет других дураков за такую зарплату на него горбатить… Что-то я его шпика Шурика не вижу.

Младший брат Саида Шухрат, прозванный за очки и весьма сомнительное сходство с актером Демьяненко Шуриком, ездил в рейс в качестве соглядатая. Следил за тем, чтобы никто из обслуги автобуса не дай бог, не зажулил от хозяина ни копейки прибыли. «Шестерка» и стукач, в общем.

Андрей пожал широкими плечами.

– Не знаю, с чего это вдруг Шурик с нами не поехал. На условленном месте его не оказалось. Может быть, подсядет на обратном пути, когда будем мимо нашего города проезжать?

– Не сомневайся, подсядет, – скривила Ли в усмешке губы. – Куда же мы без него?

Маленькие часики Майи показывали без пяти три. Вот-вот должен подъехать овощник Анвар, и Ли предстоит нудная и утомительная работа – считать и пересчитывать ящики с фруктами, грузить их в багажное отделение автобуса и салон. Но первым появился «обратчик» Авиров Рустам. Пухлый коротышка средних лет издали замахал рукой с болтавшейся на запястье барсеткой.

– Здравствуй, Маечка! Привет, Андрюха! – затараторил он, излишне жестикулируя. – Как дела?… Как дома?… Как дети?… Все нормально, да?… Вот и отлично! – Познакомившись с новым водителем, жизнерадостный коротышка долго тряс ему руку, заглядывая в глаза. Рустам человек услужливый. Всегда готов услужить, особенно тому, от кого хоть в чем-то зависит, или тому, кто может ему пригодиться. Отпустив руку Виктора, он тут же, словно боясь оставить руки без занятия, обнял Ли и, похлопывая ее по плечу, потащил к автобусу. – Спрячь деньги, как обычно, – попросил он. – Мало ли что. А твой сейф надежнее моей барсетки. Я к приятелю сбегаю по делам. Он недалеко живет. Через час вернусь.

От фамильярных объятий Авирова Ли была не в восторге. И сама холеная физиономия Рустама с хитро поблескивающими глазками-бусинками и ниточкой усов над влажным толстогубым ртом особого расположения не вызывала. Но будешь показывать характер там, где не надо, быстро клиентов растеряешь.

– Хорошо, иди, время еще есть, – разрешила Ли, взялась за ручку водительской дверцы и ненароком освободилась от объятий Рустама. – Давай твои деньги.

– Да-да. – Рустам суетливо извлек из барсетки пачку купюр. Затем достал из нагрудного кармана рубашки носовой платок, аккуратно завернул в него деньги и протянул Майе.

Все верно. Обычно челноки так и поступают – заворачивают купюры в носовой платок, с тем чтобы в конечном пункте взять из сейфа именно свои деньги. Таковы неписаные правила. Авиров ушел, а Майя потянула на себя дверцу. «Сейф» – это, конечно, громко сказано – обычный закрывающийся на ключик тайничок в водительской дверце. Ли сдвинула обшивку, сунула в углубление руку и, повернув в замке ключик, подняла крышку тайничка, открывающуюся, как крышка у почтового ящика. Убедившись, что тайник пуст и что в него случайно не попала влага, она положила в него сверток.

В этот момент раздался звук мотора подъезжающего автомобиля. Ну вот, наверное, и Анвар едет. Майя заперла тайничок, захлопнула дверцу и обогнула автобус. Действительно: в подъезжавшем стареньком грузовичке, загруженном картонными коробками, рядом с водителем сидел Анвар. Поднимая клубы пыли, грузовичок лихо развернулся, подкатил к автобусу задним бортом. Из кабины выпрыгнул овощник. Худой, жилистый, загорелый, как всегда, улыбающийся и довольный жизнью.

– Не опоздал? – поинтересовался он, скаля зубы. – На таможне немного задержался.

Анвар из тех людей, которым хочется улыбнуться в ответ. Майя тоже обнажила свои маленькие острые зубки. Между прочим, некоторые считают, будто улыбка у Ли хищная. Ничего подобного. Очень даже милая, как у волчонка, который собирается вас укусить.

– Вовремя подъехал, – успокоила парня Майя. – Я тоже только что подошла. Что сегодня везем?

– Персики! – объявил Анвар, прикрывая ладонью глаза от бившего в лицо яркого солнца. – Только что с дерева. Сам собирал.

Майя покачала головой. Персики товар нежный, при погрузке и разгрузке бережного обращения требуют. Придется повозиться.

– И сколько же ты там насобирал? – полюбопытствовала Ли, направляясь к багажному отделению «Мерседеса».

Время дорого. Парень уже открывал задний борт грузовика. Обернувшись, он ответил:

– Три тонны.

Анвар крупный клиент. У остальных овощников партии поменьше.

– Годится! – Ли подтянула джинсы, поглубже заправив в них майку. Сейчас ей предстоит трудиться спиной к мужчинам. Нечего отвлекать их от работы, демонстрируя трусики. – Разгружай!

С грохотом упал задний борт грузовика. Ли подняла крышки багажного отделения автобуса, и работа закипела. Анвар и водитель грузовика подносили Майе картонные коробки с персиками, а она аккуратно укладывала их в багажник. Эту работу Майя никому не доверяла. От того, как будут уложены коробки, зависит, в каком состоянии доедет до нужного места товар.

Когда работа была в самом разгаре, за спиной Ли раздался знакомый женский голос:

– Маечка, привет!

Ли вынырнула из багажника и обернулась. Перед ней стояла Бантикова Татьяна. Тане тридцать два года, но выглядит она много моложе. Холит, лелеет себя – фифочка. У нее карие глаза, вздернутый носик, маленький рот. Овал лица – сердечком. Шатенка. Неизменно носит прическу «каре». Приятная внешность. И фигуру можно было бы назвать хорошей, если бы не полные бедра. В юбке еще куда ни шло, а вот шаровары, которые были сейчас на Бантиковой, только подчеркивали диспропорцию фигуры. Татьяна «обратчица». Как и большинство клиентов Майи, привозит дорогую обувь.

– Привет! – Ли отерла со лба пот. – Готова к поездке?

– Как видишь, собралась… Денежки спрячешь? – Татьяна состроила глазки. Бантикова любит кокетничать, неважно с кем. Что за дурацкая манера!

– У тебя горит? – Майя приняла из рук Анвара очередную коробку, нырнула с ней в багажник и уже оттуда пообещала: – Спрячу, когда погрузку закончу. Потерпи.

– Ну вот, – закапризничала Бантикова. – Я специально тащилась в такую даль, чтобы деньги сдать. Хочу на базарчике потолкаться, купить кое-что из продуктов в дорогу. Не шататься же мне с такой суммой!

Бантикова нахальна, амбициозна, бесцеремонна. Ведь не отвяжется.

Ли вновь вынырнула из недр автобуса.

– Ты меня со счету сбиваешь! – проворчала она. Потом, секунду подумав, с трудом достала из узкого кармана джинсов ключ и сунула его в руки Татьяны. – Иди, сама положи деньги в сейф. Только быстро.

Ничего необычного в том, что Майя отдала ключ Бантиковой, не было. Всех своих клиентов Ли знала не один год, доверяла им так же, как и они ей, и за все время работы сопровождающей груза и пассажиров автобуса у Майи из кассы не пропало ни копейки.

Бантикова направилась в обход автобуса, а Ли со следующей коробкой нырнула в багажник. Минуту спустя Татьяна вернула ключ и, покачивая бедрами, стала удаляться к центральной дороге.

Вскоре багажник был до отказа заполнен. В него поместились все три тонны фруктов, и Майя захлопнула крышки люков. Теперь предстояло принять товар еще у троих овощников. Они уже подъехали на грузовых транспортных средствах и сейчас дожидались в сторонке своей очереди на погрузку.

Анвар стал прощаться. Он с Майей не поедет. Ему лишний раз туда-сюда мотаться и не нужно. Он уже по телефону договорился с клиентами о цене, времени и месте, где они получат товар. Ли сдаст им персики с рук на руки, заберет деньги и привезет их Анвару. Не поедут с Майей и другие овощники. Вот такая система.

Ли стала принимать товар у оставшихся клиентов. Коробки вносили через заднюю дверь автобуса и укладывали их друг на друга в конце салона, где были сняты несколько рядов сидений. Майя была взмылена и дышала, как загнанная лошадь.

К четырем часам с погрузкой было покончено. К этому времени подошли еще два «обратчика» – невысокая чернявая, кучерявая женщина за тридцать лет, с большим носом и крупными зубами, и солидный добродушный дядька с пышными усами и бритой головой. Женщина – Офелия Григорян, или попросту Офа, мужчина Алиев Садык. Офа возит джинсы, Садык обувь. Они также сдали Майе деньги на хранение.

Вернулись и Авиров с Бантиковой. Не хватало лишь одного «обратчика», заказавшего у Майи место в автобусе. Клиента прождали еще десять минут, потом решили отправляться без него.

Первым водительское место занял Виктор. Майя села позади него на свое законное сиденье. Рядом с ней уселся Лунев. Он сменит Виктора через шесть часов. Дорога дальняя – отчего бы и не поболтать? Четверка челноков устроилась на свободных сиденьях, и «Мерседес» тронулся с места. Когда он, подобно кораблю, покачивающемуся на волнах, гордо и плавно выруливал с пыльной площадки на шоссе, Майя углядела-таки идущего вдалеке по расплавленной от солнца дороге клиента. Пришлось ждать. А человек не очень-то спешил. Наконец он приблизился, влез в автобус. Это был упитанный медлительный молодой человек двадцати пяти лет с тупым непроницаемым лицом, раскосыми глазами, узкими плечами и до неприличия большим для мужчины задом. Вечно взлохмачен, небрежно одет и помят. Звали парня Аббаев Нурали.

– Валютчики виноваты, – буркнул он, доставая из дорожной сумки завернутые в платок деньги. – Обещали на баксы поменять, да подвели. Везу вот «соломой». Не знаю, сумею ли поменять ее на месте. – Парень сунул в руки Майе сверток, прошел в салон и развалился на сиденье, безобразно расставив ноги.

Ну вот. Слева впереди пост ГАИ. Не будешь же выходить из автобуса и на виду у «гаишников» перекладывать деньги в тайник! Они запах купюр издалека чуют. Найдут к чему прицепиться. И через голову водителя к дверце не полезешь. Решив положить деньги в сейф на первой же остановке, Майя сунула увесистый сверток в находившийся подле ее ног железный ящик медицинской аптечки.

Виктор включил скорость, и «Мерседес» наконец-то вырулил на шоссе.

В ДОРОГЕ

В шесть часов вечера «Мерседес» проезжал по обводной дороге вокруг города, в котором жили Андрей и Виктор и где был приписан автобус. Лунев оказался прав: у одной из развилок дорог «Мерседес» действительно поджидал Шухрат, а с ним был и сам Саид. Киданов притормозил на обочине. Саид вылез из своих новенькой «Нексии» и, как и подобает владельцу солидного предприятия, не спеша, с достоинством направился к своей собственности. Шурик семенил следом.

Братья Камаловы совсем друг на друга не похожи. Старший – огромный сорокалетний мужчина с отвисшим животом, младший – худосочный длинный очкарик. Если у Саида черты лица крупные, у Шухрата, наоборот, – мелкие заостренные. Один модно и со вкусом одевается, другой на одежду вообще не обращает внимания. И лишь в одном схожи братья – оба прижимисты и страстно любят деньги.

Саид влез в автобус, небрежно бросил Майе:

– Привет! – Потом, цепким взглядом окинув клиентов, поздоровался и с ними: – Здравствуйте! – Наверняка он подсчитывал в уме, сколько человек Ли взяла, сколько груза и какую примерно прибыль он должен получить с этого рейса. – Сколько тонн в багажнике? – поинтересовался он у Майи.

– Три.

– Отлично, отлично, – пробормотал Саид, очевидно, плюсуя в уме к сумме ожидаемой прибыли с салона сумму ожидаемой прибыли с багажника. – Гм, гм… – Получалось, в общем-то неплохо. – Вот что, Майка… – Саид был мрачен. – Шухрат в этот рейс с вами не поедет. Мать у нас сильно болеет.

– При смерти, – поддакнул из-за плеча брата Камалов-младший. – Мы рядом с ней должны быть.

– Справитесь без Шухрата? – спросил Саид.

Ли пожала плечами.

– А почему бы и нет?

– Ну вот и отлично, – буркнул хозяин. Уже выходя из автобуса, вдруг обернулся: – Правда, что ты от меня уходить собираешься?

Уже пронюхал. Майя замялась:

– В общем-то, да… – А впрочем, даже хорошо, что Саид обо всем узнал, проще будет отчалить, и Ли уже твердо сказала: – Да, съезжу вот в последний рейс и уйду.

– Ну-ну, – чему-то ухмыльнулся хозяин и грузно спрыгнул на землю. – Гляди, как бы потом пожалеть не пришлось.

В его словах звучала явная угроза. Сопровождаемый братом, Саид вразвалочку направился к своей машине.

Плавно закрылись двери «Мерседеса», автобус стал набирать скорость. Настроение у Ли почему-то испортилось. Лунев почувствовал это.

– Как бы Саиду самому не пришлось пожалеть, – поддерживая Майю, заявил он с напускным весельем. – Все же клиенты с тобой перейдут.

– Перейдут, – эхом отозвалась Ли. – Они даже будут рады сменить эту отслужившую свое колымагу на новенькую «Сетру». Я уже и хозяина другого присмотрела. Со мной пойдешь? – Глаза Майи озорно блеснули.

Лунев заколебался:

– Не знаю, не думал…

Ли вложила в улыбку все свое обаяние.

– А ты подумай. Получать будем больше, и с машиной в дороге проблем не будет. Сколько можно этот драндулет латать?

Майя оглянулась – клиенты ее скучали. Развлекать их тоже обязанность Ли. Она достала из сумочки диск, поднялась и вставила ее в прикрепленный к потолку моноблок. «Обратчики» враз оторвались от созерцания скучного пейзажа за окнами, и вся компания уставилась в экран телевизора, по которому замелькали титры, а потом появилось название фильма.

А Виктор разгонял автобус, потом ставил рычаг переключения передач в нейтральное положение и катился с горки. Затем снова включал скорость, взбирался на бугор и снова «нейтральное положение». Вверх, вниз, вверх, вниз… Дорогу Виктор знал плохо, поэтому и ехал первый, днем. А пейзаж действительно однообразный, унылый. Кругом голые сопки, сопки, взгляду не за что зацепиться. Лишь изредка попадались поселки, да дорога иной раз раздваивалась, и тогда встречная полоса пролегала где-то далеко в стороне и вверху. Вот и все красоты.

В восемь часов вечера решили остановиться поужинать. «Мерседес» припарковали на запруженной автобусами и иными транспортными средствами стоянке, что находилась невдалеке от вереницы частных столовых. Сторожить «Мерседес» вызвалась Офа Григорян.

– Я есть не хочу, – заявила она, выходя вместе со всеми из автобуса. – На диете сижу. Дадите мне потом пару минут сбегать за газеткой да водичкой.

Никто не возражал, и компания из семи человек направилась к каскаду столовых, а точнее, открытым боксам, арендуемым частниками у владельца пищевого комплекса. Ужинали у Риммы – молодой коротконогой толстухи с сильно накрашенным лицом. Меню было разнообразным, и каждый выбрал блюдо по своему вкусу. Майя попросила принести окрошку, Лунев – плов и шашлыки.

– Я бы не советовала тебе заказывать шашлыки, – негромко сказала Ли сидевшему рядом с ней за длинным столом Андрею. – Жарко. Мало ли что…

– Да брось, Майя, – как всегда беспечно, отозвался Лунев. – У Риммы всегда свежие продукты. Не отравлюсь.

– Смотри, я предупредила, – пригрозила пальчиком Ли. Честно говоря, кокетничать она умела не хуже Бантиковой. И частенько испытывала свои чары на окружавших ее мужчинах. Иные поддавались.

Позже, когда подали обед, Ли снова обратилась к водителю.

– Посмотри, как Офа охраняет! – Она с беспокойством поглядывала на автостоянку. Григорян ловила ворон. – Сейф с деньгами на той стороне автобуса, а она торчит на этой.

Деньги – забота Майи. Лунев на автобус даже не взглянул.

– Чего ты волнуешься? – спросил он, вонзая великолепные зубы в сочный кусок мяса. – Кто может знать о деньгах в водительской дверце? Ты сейф закрыла?

– Закрыла.

– Ну и ешь спокойно!

Но Ли не покидало беспокойство. Наконец Офа перешла на другую сторону «Мерседеса», и только тогда Майя взялась за ложку. Все ели с завидным аппетитом. Готовили у Риммы отменно.

Вернувшись к автобусу, Ли первым делом перегнулась через кресло водителя и подергала в дверце крышку тайника. Он оказался заперт. Майя посмотрела через лобовое стекло, наткнулась взглядом на выходившую из коммерческого магазина Григорян. В одной руке она держала бутылку «Фанты», в другой газету. Значит, успела уже побывать и у киоска. Все, можно ехать.

«Мерседес» вновь вырулил на трассу. Пассажиры и Лунев стали укладываться спать. Майя сидела и от нечего делать пялилась на мелькавшие за окном постройки, дома и деревья. И вдруг ее мозг стрелой пронзила страшная мысль – деньги! Черт возьми, деньги Нурали, которые она спрятала в аптечку! Как же она могла забыть о них?! Ли открыла железный ящик, сунула в него руку… Слава богу, толстый сверток был на месте. Нет, дальше рисковать чужими деньгами она не имеет права. Майя привстала, подала через плечо Киданова сверток и ключ.

– Положи, пожалуйста, в сейф, – попросила она. – Там в дверце замочек нужно открыть.

Продолжая одной рукой удерживать руль, Виктор сунул вторую в дверцу. Он быстро справился с замком и вскоре вернул Ли ключ.

Вечерело. Челноки спали, вытянув в проход ноги, посапывал за спиной Майи и Андрей. У Ли тоже стали закрываться глаза. Вверх, вниз… Вверх, вниз… «Надо бы не забыть купить младшей дочке туфли, а старшей черную юбку, – думала Майя, засыпая. – Пора готовить девчонок к школе, привозить из каждой поездки кое-что из вещей… – Ли сладко зевнула… – Старшая, Марина, в седьмой класс пойдет… Большая уже, и одевать ее нужно соответственно. Да и любимица семьи Катенька, хотя на три года младше сестры, во всем ей подражает… Такая же модница… Что попало не наденет…»

Сквозь дрему Майя почувствовала – автобус резко пошел вверх. Перевал. Вот «Мерседес» достиг его верхней точки и покатился вниз, с каждой секундой набирая скорость. И вот, в тот момент, когда автобус скатился к подножию горы и поехал по ровной прямой дороге, под его днищем вдруг раздался металлический звук, похожий на звук лопнувшей струны. Ли тотчас открыла глаза, и взгляд ее встретился в зеркале заднего вида со взглядом Киданова.

– Болт на передней тяге сорвало, – заявила Майя. И, поскольку Виктор продолжал смотреть недоверчиво, пояснила: – На тяге болты крепления проржавели. Один еще в прошлую поездку срезало. Андрей обещал заменить, да, видимо, поленился или забыл. Вот второй отлетел. Так что тяга теперь на одном болте держится.

Ли в технике разбиралась, неплохо водила машину, а уж больные места своего автобуса знала наперечет.

– Дотянем? – В голосе Виктора зазвучали уважительные нотки.

– Кто знает…

– Тогда я посмотрю.

Киданов съехал с дороги и припарковался на тянущейся вдоль нее неширокой полоске земли. За ней начиналось поле, еще дальше сопки. Прихватив большой, похожий на термос фонарик, водитель покинул автобус. Майя поднялась, вышла следом. Было уже темно. Ярко горели звезды, светила луна, далеко вокруг ни огонька. Тихо, лишь кузнечики стрекочут в сухой траве. Ли постояла немного, потом направилась к передней части автобуса, туда, где из-под днища торчали ноги Киданова и выбивался свет фонаря.