Шушерик и Бимпа. И другие поучительные рассказы

или удивительные приключения Шушерика и его друга Бимпа.

(поучительная сказка для немного взрослых детей)

Фестиваль

Крысиный фестиваль первый раз проходил в России. Удивительный праздник души и тела. Праздник познания и обжорства. Более 60 видов крыс собралось на городской свалке. Крысы черные, серые, длинноволосые, туркестанские, серебристобрюхие, загорелые и так далее и тому подобное. Приехали из дальнего и ближнего зарубежья. И не только крысы, но и другие грызуны. Почетное место среди гостей занимала Чучундра – мускусная землеройка. Некоторые ошибочно называли ее мускусной крысой. По виду очень похожа. Прилетела в багажном отделении самолета из Индии не одна, а с внучкой красавицей Чучей-белозубкой.

Все так и ахнули, рты по открывались. Особенно сильное впечатление белозубая улыбка произвела на Шушека – сынка старой Шушеры. Совсем голову потерял. Бегал за ней как второй хвостик. Заглядывал, с восхищением, в глазки, прикасался к лапке. И это не осталось незамеченным. Чуче льстило такое внимание. Обнадежила Шушека. Тот от восторга любви и надежды, сложил лапки на животе, закатил глазки и сидел попискивал.

А тем временем фестиваль набирал обороты. И Шушера, являясь одним из организаторов, лезла, в прямом смысле, из кожи вон. Пока соотечественники и гости поглощали всю живность и растительность вокруг, Чучундре накрыли отдельный стол с бананами и орехами. Расстарались. Гостеприимство через край. А как же, чтобы помнили.

Дискуссии

На площадках проходили тематические выступления.

Декоративная крыска Дамбо-большие уши, читала лекцию об исчезновении на планете динозавров. Заслугу в этом приписывала своим предкам. Оказывается, древний род пресмыкающихся вымер не от метеорита и изменения климата.

– А от чего? Говори скорее. Терпения нет ждать! – кричали из толпы.

– Не знаете? Так я вам скажу. У них потомства не осталось. Все содержимое яиц высосали наши с вами родичи!

– Вот это да! – одобрительно зашумели слушатели.

Недалеко серая крыса – Пасюк рассуждала на тему геноцида: – Люди совсем затравили нашего брата. Топят, жгут, травят. Придумывают разные ловушки. Даже каким-то ультразвуком пугают. Я не говорю уж об опытах над нами. Ух! Жуть!

Вокруг пищали на все лады. Возмущались.

– Вы же помните братья, мы раньше были не такими. Разве мы когда-нибудь ели друг друга?

– Нет, не ели!

– Приучили людишки!

– А, помните, как это было?

– Нет, не помним. Расскажи Пасюк. Расскажи! – вопили со всех сторон.

– Ну, так слушайте и не говорите, что не слышали. В те далекие времена, когда корабли были деревянные, а канаты пеньковые, крысы были счастливы. Наши предки жили в трюмах, питались со стола моряков, не знали печали. Но пришли страшные времена. Пираты, это отребье, эти флибустьеры, придумали как избавиться от нашего брата. Они сажали в бочку несколько наших сородичей. И оставляли их надолго без воды и пищи!

– У-у-у-у, – прокатилось по площади.

– Что было делать нашим предкам?» Я вас спрашиваю?

– Вот гады поганые, – пропищал разноглазый крысеныш.

– Спокойствие друзья, спокойствие. Время шло. Пленники слабели. И тогда, чтобы всем не загнуться, съедали самого слабого. Кхы-кхы-кхы, -всплакнул Пасюк. – Потом следующего. Еще и еще. Пока не оставался один, самый сильный. Но он, кхы-кхы-кхы, уже не мог жить без мяса собратьев. Каннибализм – страшная штука. Но это единичные случаи. Мы же не такие?

– Нет, нет! Мы не такие, – заверещала толпа. Хотя невооруженным глазом было видно, с каким вожделением посматривали некоторые особи друг на друга, пуская слюни.

В конце пустыря, раскинув усы, призывала к оружию туркестанская крыса по прозвищу Басмач.

– Братья и сестры! Привет вам из Пакистана и Афганистана. Мы крысы раньше людей заселили эту планету. Поэтому имеем больше прав. Нас в два раза больше, чем человеческих особей. Пора братья и сестры брать власть в свои руки!

– Власть… власть… власть…, – прокатилось по толпе.

– Это как же?, – с издевкой поинтересовалась Кинабулийская крыса. – Нам в Малайзии ничего этого не надо. Мы и так хорошо живем. А, то что вы голубчик предлагаете – авантюра!

– Что ты там лепечешь? Живешь в горных лесах, ничего не видишь. А туда же! Гоните его взашей с митинга. Он провокатор!

Дружинники – мыши с красными повязками, стали теснить малайца из толпы. Тот поджав хвост, не сопротивлялся.

А углу площадки в это время Чуча изливала душу Шушеку: – У нас в Индии теплее, чем в России. Много всякой еды, особенно тараканов. Фруктов, овощей, орехов – завались. Причем круглый год. Одна беда – змеи, особенно кобры. От них совсем житья нет. Одно спасение – мангусты. Вот они быстро со змеями разбираются. Приходиться селиться около них. Беда, да и только!

Шушеку стало жаль белозубку: – Ну, что ты? Не переживай. Теперь я буду тебя защищать. Хочешь я приеду в Индию и будем вместе жить? – с надеждой в голосе спросил.

Чуча уже думала о чем-то другом. Рассеяно ответила: – Хорошо бы.

А Шушек воспринял все очень серьезно. Загорелся поездкой.

Закрытие

Фестиваль подходил к завершению. Праздничный ужин на помойке, вернее свалке, что в принципе одно и тоже. Веселье у костра. Заплясали грызуны, затряслись лохмотья. Особенно сильно зажигал влюбленный Шушек. Не отставал от него и младший брат Шушерик. Какие коленца они только не выкидывали, как только хвостиками не виляли. Полный восторг. Удивили всех.

В итого крысы всего мира выработали единую программу выживания и рекомендации по ведению пассивной борьбы с человечеством. О восстании не могло быть и речи. Еще время не наступило.

Пришла пора прощаться. Слезы, поцелуи, объятья. Клятвы в вечной любви и скором свидании. Обязательства помнить и писать письма каждый день. И прочая ерунда, о которой многие сразу же забыли, как только расстались.

Но не такой был наш герой. Пламя любви сжигало его изнутри. Экзотика, все-таки иностранка, добавляла огоньку. Шушек не находил себе места. Чтобы он не делал, думал только о Чуче. Бывало моет посуду, вдруг задумается, замечтается, заулыбается и на тебе – все на полу. Перебил всю посуду в норке. Шушера уже ругала сына, и стыдила, и просила взять себя в руки. Ничего не помогало.

Решили собрать семейный совет. Пригласили мудрого Пасюка.

Шушек стоял в кругу, окруженный родственниками. Рассеянный, весь какой-то жалкий.

– Мама, ну я не могу без нее. Я умру от тоски!

– Вот дурной, не говори глупости. Будь сильным. Все забудется. Встретишь новую подругу.

– Нет, не встречу. Не встречу! Поеду к ней. Вы меня не удержите.

– Да, дурака учить, только время терять. Куда ты поедешь? В другую страну? Да, ты языка не знаешь, обычаев не знаешь. Пропадешь.

Неожиданно в разговор встрял Шушерик: – Мама, да пусть едет. Подумаешь заграница. Я вырасту, тоже буду на кораблях плавать. Посмотрю хоть мир. А то сидишь тут в вашей норе! Б-р-р-р!

– Уж молчи мореход. Сопли подбери. Давайте лучше послушаем, что скажет мудрейший.

Пасюк: – Да, вопрос конечно не простой. Вот говорят любовь, любовь. Кака така любовь? Сие понятие мне не знакомо. В наше время мы об этом не думали. Только бы выжить. Наесться от пуза. И как видете прожил я достойно. Все уважают. Но времена меняются. Страна стала более открытой. Молодежь уже не та. Рвется за рубеж. Мало слушают советы старших. Никто не учитывает опыт поколений. А ведь могли бы избежать многих бед. Ну, да ладно, сейчас не об этом. Как сказал бы наш опытный врачеватель – безхвостый Манх – пациент скорее не здоров, чем здоров. Хотя какой он к черту врачеватель, только видимость одна и белый колпак с красным крестом. У самого постоянно вибрисы мокрые. Вечно простужается. Ну, да ладно. Так вот, Манх считает, что причина болезни – так называемая любовь. Ха-ха-ха. Но не будем смеяться. За молодыми будущее. Да… Вот как-то так.

Шушера от нетерпения ерзала на стуле. Думала: «Чего городит? Чего городит? Болтун. И зачем я его позвала. Вместо того, чтобы отговорить от глупых поступков, пустился в философию. Какое будущее? Ох, чует материнское сердце не к добру все это».

Опять не удержался Шушерик: – Ну, мамочка! Посмотри на него. Мне его жалко. Его там встретят, накормят. А, когда Шушеку надоест, приедет обратно. Давай обратимся к тетке Шушане. Она же в аэропорту обитает. Поможет ему улететь.

– Ну, ладно. Достали. Пусть летит. Мы их здесь хорошо встречали. Наверное, еще помнят.

На том и порешили. Шушек улетел и пропал. По крысиной почте поступило сообщение, что самолет приземлился благополучно. И все! Дальше ни ответа, ни привета.

Через месяц Шушера забеспокоилась. Подключила связи. Доходили сведения, что в Индии наступил сезон муссонных дождей. Ливни были такой силы, что затопили поля. Погиб весь урожай. Начался голод.

Еще через месяц Шушера и Шушерик, через крысиный интерпол, получили информацию, что мускусные землеройки не такие уж безобидные. Оказывается, они не только не пускают к себе крыс на порог, но часто истребляют их вместе с тараканами.

– Вот тебе и гостеприимство! Вот тебе и заграница! И как я раньше не догадалась узнать больше. А уж как тут любезничала старая Чучундра. У-у-у, зараза! Втирала очки!, – рассуждала убитая неизвестностью мать.

«Вот влип братан», – думал Шушерик. «Жив ли еще? Подросту и обязательно все узнаю. Найду Шушека».

– Да уж, теперь ничего не поделаешь. Видно у них другой менталитет.

Прошел год. Шушерик повзрослел. Учитывая, что крысы живут 2—3 года, полтора года – солидный возраст.

За все время, из друзей остался один, но верный. Мышонок Бимпа или Длинный хвост.

Прозвище получил за действительно длинный хвост, размером больше туловища. При этом не прямой, а скрученный, как у поросенка.

Бимпа был такой ловкий, что мог висеть на хвосте долгое время. При этом раскачивался. Голова у него не кружилась. Он только скалил зуб и пищал: – Бимпа! Бимпа! Бимпа! Зачем он это делал, никто не знал. Ему просто нравилось звонкое сочетание букв.

А познакомились они год назад на пустыре. Шушерик брел в задумчивости. В очередной раз переживал за судьбу брата Шушека. Неожиданно услышал шорох. В куче хлама копался маленький мышонок. Худенький, шелковый, забавный.

– Ты кто и что тут делаешь?

– Я не знаю.

– Папа, мама – у тебя есть?.

– Я не знаю“. „А с кем ты живешь и где?

– Я не знаю.

– Да, как так не знаешь? Все знают, а ты не знаешь?

– Я не знаю, – пропищал хвостик и заплакал, вернее жалобно заскулил.

– Вот пискун! Ну ладно, пойдем со мной. Накормлю. Поживешь у меня.

Так завязалась дружба на всю жизнь.

Бимпа был сиротой. И это сблизило его с Шушериком, у которого была одна мать. Сейчас уже трудно сказать, был ли мышонок полевой или домовой мышью. Скорее что-то среднее. Но то, что у него не было родных, так это абсолютно точно. Не испытывая до этого любви, он всем сердцем привязался к Шушерику. Мама Шушера дружбу одобряла: – Пусть уж лучше общается с этим мышонком, чем просто болтается по помойкам!

Бимпа не чаял в новом друге души. Был готов за него в огонь и воду. И когда Шушерик предложил ему отправиться в Индию, выручать брата, согласился не раздумывая.

Сборы были недолгими. – Нищему собраться, только подпоясаться, – говорила старая Шушера.

Полет

Набрав в рюкзак немного зерна, кусочек сыра и корочку хлеба, друзья отправились в путь. Тетка Шушана помогла им пробраться на самолет. В багажном отделении было очень холодно. Друзья пытались согреться, играя в догонялки. Потом Бимпа рассказывал, как он ловко прятался от врагов. А прятаться было от кого. Лисы, куницы, ласки, хорьки, совы, сычи, ежи, змеи – все хотели слопать мышонка.

– А теперь еще за тобой будут охотиться удавы, питоны и кобры, – заметил Шушерик. Потом печально добавил: – Правда за мной тоже.

– А знаешь Бимпа, что есть такие растения, называющиеся Чернокорень. У них еще коробочки колючие такие, – показал лапами Шушерик.

– Нет, не знаю. Я дальше свалки раньше не был.

– Везет тебе. А вот если мышка ночью зацепит хоть одну коробочку – все! Конец! Колючка цепляется намертво. Любая попытка удалить, приведет к отравлению.

– Кошмар! Хотя, чего далеко ходить. Я знал маленькую собачку, ее звали Генрик или Бублик, за хвост крючком, как у меня. Так она ловила мышей и носила их хозяину. Правда небольших. Положит на порог дома и ждет одобрения.

– Вот зараза! – возмутился Шушерик.

– Хотя надо быть объективным. Ловила она не только мышей, но и кротов. Бывало сядет на грядке у норки и ждет. Час ждет, два ждет, три… Не шелохнется. Пока крот из любопытства не высунется.

А вот это молодец. Так их кротов. А то испортят все грядки, а на нас думают.

В разговорах и согревательных упражнениях, незаметно прошло 9 часов.

Индия

Самолет приземлился в Мумбаи, бывшем Бомбее. От яркого солнца и теплого, пряного воздуха у Бимпа закружилась голова. Шушерик успел подхватить его.

Аравийское море и Индийский океан определяли на материке погоду. И для друзей, привыкших к суровому российскому климату, было не комфортно. Все мокрые, даже с носиков капала влага, ссутулившись, побрели из аэропорта в сторону трущоб.

– Чего именно в этот город нас занесло? Нельзя было приземлиться где похолоднее? Да и где мы будем жить? В воде что ли? – с тревогой спросил Бимпа.

– Нельзя! Белозубка говорила, что живет рядом с Бомбеем. Постоянно распевала, что Бомбей ее любовь! Лучший город на планете». Шушек именно сюда и улетел.

– А-а-а! Ну, тогда ладно. Потерпим. Куда мы сейчас?

– Пойдем, поищем кого-нибудь. Мир не без добрых грызунов.

Смеркалось. Путешественники уже подходили к трущобам, развалинам бедняков, когда Бимпа закричал: – Во! Во! Во! Смотри Шушерик, полевка! Эй, короткий хвост стой! Да остановись ты. Не бойся. Нам только спросить.

Мышь полевка, обитающая только в Индии, Китае и Японии, резко остановилась. Встала на задние лапки, принюхалась.

– Чего вам?

– Мы приезжие.

– Да, оно и видно, что не местные. Вон какой длинный хвост. Ха-ха-ха! За него тебя быстро из норки вытащат и слопают! Ха-ха-ха!

– Ничего смешного в этом нет, – обиделся Бимпа, поджав хвостик.

– Ну, ладно. Чего хотели?

– Нам бы сначала перекусить с дороги, отдохнуть.

– Окей! Вижу вы ребята хорошие. Пошли за мной.

Короткий хвост привел их в свое жилище.

– Ничего себе. Вот нарыл ходов. Да здесь целый подземный город, – удивился Шушерик.

– Без этого никак нельзя. Только этим и спасаемся от змей. Кобра ждет у одной норки, а мы – вжик и в другую. Ну, отдыхайте. Завтра поговорим.

На следующий день Шушерик и Бимпа собрались идти дальше. Короткий хвост, выслушав их рассказ и посетовав на то, что он сам очень молод и нечего не знает, абсолютно нечего, повел к главному смотрящему по колонии – старому мышу Рваное ухо. Тот сидел на самодельном троне в окружении приближенных. Весь в наколках на морскую тему, с серьгой в одном ухе. Одним словом – «Морской волк».

Серьгу ему разрешили носить за то, что в молодости пересек экватор. Так сказать, прошел посвящение в мореходы.

– Да… – задумчиво произнес вожак. – Я хорошо помню этого Шушека. Добрая крыса, но глупая. Думал, что его кто-то здесь ждет. Ошибся. Хорошо еще, что жив остался. Когда его Чучундра и Чучя не пустили в дом, он несколько дней жил с нами. Пришел какой-то потерянный. Больно смотреть. Сильно переживал. Чуть не помер от стресса. Потом ударился в религию. И надо сказать, быстро продвинулся на этом поприще. Малый способный. Стал проповедать Джайнизм. Все ходил, призывал не наносить вред любому живому существу. С новыми друзьями стучали зачем-то палками, били в барабаны, пели песни, приплясывали. Совсем с ума посходили. Надоели. Их чуть свои не побили.

– Ой! – воскликнул Шушерик. – А где же мне найти брата?

– Нигде!

– Как нигде? Как нигде? – захныкал Шушерик.

– Уехал он вместе с учениками. Скорее уплыл на Мадагаскар. Видите ли, ему здесь мало соратников. Не понимают его. Хочет завести новую паству. Говорил, что будет просвещать островитян, нести добро и гармонию в мир. Одним словом, окончательно рехнулся, – подвел итог Рваное ухо.

– Да он очень добрый. Верил всем, а его обманули.

– Ну может и так. А вам ребята я дам два совета. Причем бесплатных. Во-первых, к Чучундре и Чуче не ходите. Ничего нового они вам не скажут, а вот слопать могут за милую душу. Во-вторых, ты Шушерик поезжай лучше в городок Дешнок, что в центре Индии. Там крысиный рай. Люди поклоняются вам – крысам. Кормят, поят, не обижают. В местном храме живут более 20 тысяч крыс. Чудеса, да и только. Найдется и тебе место. А ты Бимпа не забывай, что ты мышь. Оставайся с нами. Такого хвоста ни у кого нет. Будешь показывать его за деньги. Проживешь.

– Спасибо конечно за совет. Но я обещал маме, что найду брата. А ты Бимпа, если хочешь, оставайся.

– Нет, нет! Я с тобой, – поторопился сказать Бимпа.

– Ну, как хотите. Короткий хвост вас проводит в порт. Он знает все лазейки.

По дороге Бимпа поинтересовался где находится Мадагаскар.

– О-о-о, это далеко. Остров около Африки.

«Ну, ничего себе! Нас занесло», – подумал мышонок.

Мадагаскар

Через весь Индийский океан, к берегам Африки, плыло небольшое суденышко, в трюме которого болтались Шушерик и Бимпа.

Из Мумбаи везли индийский чай и текстиль. Ехать можно было сносно, если бы не качка. Ни тот, ни другой ее не переносили. Шушерик бледный валялся в одном углу трюма, Бимпа – в другом.

– Ох, ох, ох…, – стонал Шушерик.

– Ах, ах, ах…, – вторил Бимпа.

Когда, через несколько дней, судно пришвартовалось в порту Мадагаскара, на друзей было жалко смотреть. Ночью на палубу еле выползли две тени. Исхудавшие, мокрые мордочки с выпученными глазами.