- -
- 100%
- +
Глава 1
Я всегда думала, что могу почувствовать беду заранее. Что после истории с предательством, которое я пережила в молодости, у меня где-то под кожей есть встроенный детектор лжи — если кто-то близкий снова соберется сделать мне больно, я обязательно почувствую.
Но нет.
Жизнь — стерва. Она умеет подкрадываться тихо. Так тихо, что даже сердце не дрогнет, пока тебя не швырнут лицом в реальность.
Сегодня возвращаюсь домой чуть раньше. В магазине отключили электричество из-за аварии на линии, и я, если честно, рада. Потому что очень устала. Последние дни выдались сумасшедшими. Мужская одежда, мужские разговоры, мужские запахи.
Состоятельные мужчины - очень сложные клиенты. Не так подашь рубашку, и они могут потребовать тебя уволить или вообще закрыть магазин. Депутаты, олигархи, топ-менеджеры – у всех деньги и огромная власть. Я продавец-консультант в магазине премиум-костюмов, и мне казалось, что хуже нет — слушать весь день самоуверенных мужиков, которые хвастаются женами, любовницами и делами.
Но я ошибалась …
Поднимаюсь на свой этаж, предвкушая, как прилягу на диван в зале и просто десять минут буду лежать и смотреть через окно на парк. Он сейчас красив, как никогда: яркие оранжевые, багряные и желтые листья в лучах заходящего солнца - зрелище,которое я готова созерцать с утра до вечера.
Я вообще люблю свою квартиру - светлую и просторную. Наследство от родителей. Мы с дочкой очень счастливо жили здесь, стены помнят и первые шаги Карины, и звонкий смех. Отец дочери оставил в моем сердце дыру, свинтив сразу после рождения малышки, мы даже расписаться не успели. А Витя сумел залатать эту дыру и заставить снова поверить в любовь. Мы познакомились три года назад в Сочи. Бурный курортный роман перерос в замужество. И я ни секунды не пожалела, что вновь поверила мужчине.
Сейчас у нас с Витей, как будто второй медовый месяц. Карина уже взрослая, учится в институте на психолога, пропадает то на парах, то с подругами. А мы с Витей смотрим фильмы, прижавшись друг к другу на диване, или обсуждаем книги, или… ой, не буду об этом рассказывать…
Открываю дверь своим ключом — и с первой секунды понимаю, что-то не так. Как будто воздух другой.
Из спальни доносится шум возни, поскрипывание кровати, а потом — стоны. Я сначала замираю. Думаю, телевизор. Или… может, Виктор… нет, не может же быть. Скидываю ботинки, иду к спальне и толкаю дверь.
И вижу самый страшный кошмар, который даже представить не могла…
Любимый муж и единственная дочь – в одной постели.
Я стою, как будто окаменела. Во рту пересохло, тело — как будто не мое. Мир рассыпается на тысячи осколков, и каждый из них вгрызается в сердце, разрывая его на кровавые ошметки.
— Мама!.. Ты чего так рано? – взвизгивает Карина, заметив меня в дверях. Она торопливо натягивает на себя одеяло, как будто это может стереть из моей памяти картину, как моя дочь скачет на моем муже.
К горлу подкатывает тошнота.
— Выйди, — говорю я тихо, впиваясь взглядом в Витю.
— Мам, пожалуйста, я... —
— Выйди, я сказала!
Дочь выскакивает из постели, закутавшись в одеяло, и пулей несется из комнаты. Виктор же абсолютно спокойно поднимается с кровати, даже не пытаясь прикрыться.
Но самое ужасное, что на его лице нет и намека на раскаяние!
— Свет, давай спокойно… — начинает он чуть раздраженным тоном.
— Спокойно?! — у меня срывается голос. — Спокойно?! С кем ты спишь, Витя?! С кем, черт тебя дери?! С моей дочерью?!
— Да, я сплю с твоей дочерью. И с тобой тоже, между прочим. Так что не понимаю, чем ты недовольна. Супружеский долг исполняю исправно и даже чаще, чем положено, – он одаривает таким взглядом, что меня едва не выворачивает от отвращения. — Кстати, дочку поблагодари. Она – твоя копия, только молоденькая, сочная. И без целлюлита, – он издает смешок, а у меня срывает предохранители.
Хватаю первую попавшуюся вещь — фоторамку с нашей свадебной фотографией — и швыряю в него. Попадаю в плечо, от удара Витя орет и трет ушиб.
— С ума сошла? Стерва ненормальная!
Фотография падает на пол и стекло разбивается. Я вижу на том фото свое лицо — улыбающееся, счастливое — и хочется выть.
— Убирайся, — цежу я сквозь зубы. — Убирайся из моего дома.
— Идиотка! Я же не с чужой бабой пошел гулять! Все свои! Никакой заразы! – ругается муж, а я в шоке открываю рот.
Он что это, серьезно сейчас?!
Хватаю вазу с полки и швыряю в него, но он как раз нагибается за носками, и на него лишь сыпятся осколки.
Витя начинает что-то лепетать, натягивает джинсы, путается в вещах, хватает ключи и уходит, бормоча под нос:
— Дура тупая…
Слышу их голоса в прихожей, а потом, как хлопает дверь два раза. И на меня обрушивается тишина. На полу — разбитая рамка, на постели смятая простыня, а воздух отравлен запахом предательства.
Почему-то я не плачу. Глаза сухие, а душа как выжженная земля.
Сажусь на пол, прислоняюсь к стене и понимаю, что сейчас, прямо в эту секунду, я умерла.
Та Света, что верила в любовь, в семью, в добро — исчезла.
Осталась другая. Та, которая ни за что никому больше не поверит.
Та, которая начнёт жизнь с нуля.
Снова…
Глава 2
Две недели я живу на автомате. Четырнадцать ночей, за которые я ни разу не спала спокойно.
Днем я улыбаюсь клиентам, застегиваю на них пиджаки, поправляю воротники и завязываю галстуки, а вечером прихожу домой и включаю телевизор, чтобы не слышать оглушительной тишины.
А еще я перечитала, по-моему, тысячу женских форумов, пытаясь найти ответ, почему меня предают…
Измена мужа - это унизительно. Факт, что он изменил с моей дочкой - гадкий. Осознание того, что моя дочь предала – жуткий стыд, о котором я не могу рассказать даже лучшей подруге.
Варюсь в этом адском котле из мыслей и с каждым днем становится все тяжелее. Дочка не звонит и не пишет. Я даже не знаю, где она живёт. Но я не ищу. Пока не могу.
Витя приходил за своими вещами, когда я была на работе. И я рада, что не встретилась с ним. Видеть его не могу. И мне совершенно плевать на его дальнейшую судьбу. Я подала заявление на развод. Так как у нас ни совместных детей, ни имущества, развести нас должны в течение месяца.
В субботу я решила прибраться, а заодно выбросить все, что осталось от Виктора: его рубашки, обувь, стопку дешевых детективов, которые он обожал читать, даже кружку с надписью «Лучший муж в мире».
Все — в мешок и на мусорку.
Стою в прихожей, натираю и так блестящее зеркало и вдруг приходит мысль, что мне уже ничего не страшно после такого. И что возможно сейчас пришло время пожить только для себя. Может, даже в отпуск смогу поехать туда, куда хочется мне, а не мужу.
В конце концов крыша над головой есть, работа тоже. Слабо улыбаюсь своему отражению и пытаюсь ободряюще подмигнуть, и в этот момент слышу резкий звонок в дверь.
— Кто там? — спрашиваю.
— Управляющая компания, откройте, пожалуйста. — Светлана Викторовна? — спрашивает мужчина в костюме.
— Да.
— Мы из агентства “Новый дом” , привели клиентов на показ квартиры.
— Какое агентство? — я моргаю. — Мою квартиру показывать?
— Да, нам сказали, что в это время вы дома и можете все здесь показать, – мужчина выдавливает дежурную улыбку и жестом приглашает молодую пару проходить. Машинально отхожу, не сразу понимая, что происходит. — О, какой шикарный вид! – слышу женский голос из зала. — И санузел шикарный! Мы берем! Эти слова возвращают меня к реальности. Решительно шагаю в зал. — Послушайте, это какая-то ошибка! Я не собираюсь продавать квартиру! С чего вы это взяли? — Ну как же? К нам обратилась хозяйка квартиры и попросила найти клиентов, – мужчина проверяет что-то с в своем телефоне. — Карина Сергеевна Романова. Знаете такую?
Мой мир снова рассыпается, как карточный домик.
— Карина выставила квартиру на продажу? — переспрашиваю с круглыми от шока глазами. — Верно. Так вы ее знаете? — Да, это моя дочь… Простите, но это недоразумение. Прошу вас уйти. А мне нужно поговорить с дочерью. — Так вы продаете или нет? Что за нервотрепка! Мне понравилась эта квартира! И мы ее покупаем! – канючит девица, капризно надувая накачанные губы. — Я прошу вас немедленно покинуть мою квартиру! – мой голос звенит от злости, и незваные гости это слышат. Они топают к выходу, оставляя на натертом паркете грязные следы. — Не волнуйтесь, если собственник желает продать, то вы купите ее, – слышу голос агента.
Захлопываю за ним дверь и набираю дочь.
— Алло, – в трубке раздается голос Карины. Но теперь он звучит очень холодно и незнакомо. Моя девочка никогда так не говорила со мной.
— Карина, объясни, почему сейчас ко мне приходили из агентства недвижимости и показывали МОЮ квартиру? – я стараюсь держать себя в руках и не сорваться на крик.
— Потому что собственник квартиры - я. И я хочу ее продать. Нам с Витей нужна квартира в центре, ему неудобно добираться до работы. Да и мне надоело на метро таскаться из универа, – отвечает дочка как ни в чем не бывало.
— Это моя квартира! Я переписала ее на тебя, чтобы обезопасить, когда выходила замуж за Виктора!
— Мам, ты сама сделала меня собственницей. Ты заботилась о моем будущем, и теперь я распоряжусь ей в пользу своего будущего. Вернее, нашего с Витей будущего, – в голосе дочки слышу раздражение.
— Как ты можешь так, дочь? Я ведь не так тебя воспитывала, – не могу сдержать слезы, которые все-таки хлынули из глаз. – Я ведь тебе доверяла, любила больше жизни…
— А я полюбила Витю! И если ты желаешь мне счастья, то не будешь мне вставлять палки в колеса! – Карина бросает трубку, а я без сил спускаюсь по стене на пол.
Я думала, дальше дна некуда упасть, но ошибалась…
А через неделю в мою дверь снова стучат.
— Добрый день, я - представитель новых владельцев квартиры. До понедельника нужно освободить жилплощадь. Вот - выписка из Реестра с указанием нового собственника, – мужчина сует мне в лицо лист бумаги, но я даже не читаю.
— До понедельника? — из моего рта вырывается горький смешок. — Вы сейчас серьёзно?И куда же я пойду?
— Без понятия. Обратитесь в агентство недвижимости, вам помогут подобрать квартиру для аренды. И мой вам совет - не затягивайте, чтобы избежать судебных разбирательств и дополнительных расходов.
Захлопываю дверь и хватаюсь за косяк, чтобы не упасть.
Все-таки Карина это сделала. Честно говоря, всю эту неделю я надеялась, что дочь одумается, что совесть не позволит выгнать мать на улицу. Но я ошиблась. Я снова ошиблась…
Завтра мне нужно уехать отсюда. Завтра…
Обвожу взглядом место, где я была когда-то счастлива. А потом достаю чемоданы и сумки и начинаю складывать вещи. Чем больше наполняются сумки, тем горче становится на душе. В один момент меня прорывает на истерику. Падаю на кровать и трясусь в рыданиях.
Почему все так? Где я упустила тот момент, когда моя дочка превратилась в безжалостную суку? Почему в моей жизни встретился очередной мудак?
Когда слезы заканчиваются, а в груди нестерпимо ноет от боли, звонит мобильник.
— Да, Оль, – хрипло отвечаю подруге.
— Свет, ты простыла, что ли? Чего хрипишь? – волнуется подруга. — Привезти тебе малинового варенья? Или меда?
— Лучше чего-нибудь покрепче.
— В смысле?
— Оль, меня выгнали из дома.
— Через сорок минут буду, – объявляет подруга и отключается.
Лежу на кровати, все еще сжимаю телефон и пялюсь в белый потолок.
Боже, пусть я проснусь! И все это окажется страшным сном.
Но минуты идут, а я все не просыпаюсь…А потом слышу звонок в дверь и плетусь открывать.
— В смысле «выгнали»? – с порога начинает Оля. Она вручает мне пакет, из которой торчит высокое горлышко бутылки в фольге, а сама ставит коробку с тортом на столик в прихожей и снимает пальто.
— В смысле продали. Карина продала мою квартиру.
— Она с ума сошла, — фыркает подруга. — Это точно не мошенники?
— К сожалению, не мошенники.
— А Витька что? — Оля заглядывает в зал, где Витя обычно находился, когда Оля приезжала ко мне в гости.
— Он ушел. Я подала на развод. — Охренеть! Вот это новости, подруга! – Оля округляет глаза так, что они едва на лоб не лезут. — Это еще не все, – горько улыбаюсь и опускаюсь на стул в кухне.
Мы с Олей дружим двадцать лет — с тех пор, как вместе учились. Она видела, как росла Карина. Я была свидетельницей у нее на свадьбе, крестила ее сына. Ближе нее у меня была только моя дочь. И рассказывать ей правду так тяжело.
— Витя изменил мне. С Кариной. И она продала мою квартиру, чтобы купить жилье поближе к его работе.
Каждое слово режет по живому. Слезы снова текут по щекам. — Вот же мудак! А Каринка - просто дура молодая! – охает Оля. — Вот не зря он мне не нравился с самого начала! Он ведь давно подбивал тебя переехать! А потом решил через Каринку действовать! Вот же урод! — Мне завтра нужно квартиру освободить, а куда ехать, ума не приложу! За день нормальное жилье не найти, – тру руками виски, как будто это поможет избавиться от головной боли и проблем.
— Приезжай ко мне, — Оля сжимает мою руку. — Пока не найдешь квартиру, поживешь у нас. Пашка все равно в общагу переехал, его комнату пустует. — А Сергей не против?
— Пусть только попробует возразить, – хмыкает подруга. — Спасибо, Оль. Оля молчит. Потом кладет руку мне на плечо:
— Ты у меня сколько хочешь живи. Разберемся. Только не сдавайся, слышишь? Я киваю.
Ночью лежу без сна. Последняя ночь дома. Осенний дождь безжалостно стучит по стеклам, нагнетая трагичность ситуации. И я думаю: ну вот, еще одно подтверждение — мир рухнул окончательно. Внутри меня пусто: ни злости, ни обиды. Только мысль, которая стучит в висках в унисон пульсу:
«Даже кровь может предать.» И если это случилось — значит, теперь бояться больше нечего.
Глава 3
Жить у Оли — это как стоять на цыпочках. Вроде и на земле, но упасть можно в любой момент.
С виду — тепло, уютно, меня не упрекают, но я чувствую себя чужой. Как гость, который застрял дольше, чем обещал.
Каждое утро встаю раньше всех, чтобы не мешать. Варю кофе, убираю со стола, стараюсь быть тенью. Оля с утра до вечера пропадает на работе, а вот Сергей дома оказывается в одно время со мной. Мне непросто в его присутствии. Он умеет смотреть так, что хочется прикрыться, даже если на тебе свитер до пят.
— Светка, тебе идет домашняя одежда.
— Это пижама, Сергей.
— Тем более, — усмехается. — Женщина должна даже в пижаме быть красивой.
Я делаю вид, что не слышу. Оля в это время хлопочет на кухне, что-то режет, болтает, а я прячу глаза. Потому что мне стыдно, что ее муж пожирает меня взглядом прямо при ней.
Каждый день штудирую сайты с объявлениями: ищу квартиру. Но попадаются или слишком дорогие, или слишком убогие, куда даже зайти страшно.
— Нашла что-нибудь? — спрашивает Оля, ставя чайник.
— Пока нет. Или очень дорого, или уже сдано.
— Ничего, — улыбается она. — Главное — не спеши. Подкопишь. У нас живи, сколько нужно.
— Да-да, — вставляет Сергей, хрустя чипсами. — Я, кстати, не против. Две женщины в доме — уют сразу другой. Да и глазу приятно.
— Сереж, заканчивай со своими шуточками, — строго говорит Оля.
— Что? Я просто комплимент сделал. Светка, ты не обижайся. Я человек открытый.
Через три дня я все-таки нахожу прекрасный вариант – чистая однушка в небольшом доме в пешей доступности от метро.
— Завтра утром могу показать, — говорит риелтор по телефону. — Если удобно.
— Удобно, — отвечаю, даже не думая. Я выдыхаю впервые за долгое время. Кажется, жизнь хоть немного налаживается.
В квартире у Оли рошмыгиваю в ванную и запираюсь, пока Сергей не пришел.
Пока вода льется по плечам, я думаю, что, может, все не так безнадежно. Что у меня еще получится. Из-за шума воды не слышу, как поддается ненадежная защелка на двери. А потом шторка резко одергивается и по мне скользит липкий похотливый взгляд Сергея.
— Ты что творишь?! — кричу, пытаясь прикрыться руками. — Выйди немедленно!
— Да ладно, Свет, - ухмыляется он. — Чего ты такая колючая? Мы же взрослые люди.
— Сергей, выйди!
Но он не двигается с места.
— Я вижу, тебе плохо, Свет. Нервы, стресс. Тебе просто нужно расслабиться.
Он тянется, чтобы прикоснуться к плечу. Я отшатываюсь, хватаю бутылку геля, со всей силы бросаю в него.
— Проваливай, мерзавец!
Он хватает меня за запястья.
— Да не ори ты! Соседи услышат.
— Пусти, я сказала!
— Ну чего ты, Светка… Мы же свои…
— Что здесь происходит? – вдруг раздается голос Оли.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.