Зеленый. Цвет свободы

Лишь утратив всё до конца, мы обретаем свободу.

Тайлер Дерден

«Бойцовский клуб»

Нью-Йорк славен тем, что никто и никогда не задает тебе вопросов. «…» Место, где можно скрыться среди миллионов людей, желающих того же.

Дот Хатчисон

«Сад бабочек»

В мире есть только один большой город, и это Нью-Йорк.

Астрид Линдгрен

Пролог

Серое небо над Нью-Йорком, казалось, хочет раздавить небоскребы своей тяжестью.

Первый день зимы принес шторм со снегом. И известия…

Я дочитала письмо и свернула лист бумаги пополам.

Ну вот и всё. Это конец…

Глава 1

– Думала, что спрячешься от меня?

От неожиданности я вздрогнула, стаканы с подноса упали и разбились вдребезги о кафельный пол. Я застыла, боясь обернуться. Колени дрожали, ладони стали липкими от нервного пота. Знакомый ужас ледяными щупальцами сжал диафрагму, мне стало нечем дышать. Мужская рука грубо схватила за волосы, заставив повернуться. Я зажмурилась, не в силах смотреть в мерзкие голубые глаза.

– Сбежать хотела? – его пальцы сжали мне горло.

Я пыталась скинуть его руки, хотела закричать, но не могла. Только хрипела. Он меня убьет! Он меня убьет. Он меня убьет…

Я открыла глаза и резко села. Через прозрачные занавески виднелось робко розовеющее между небоскребами небо.

Это просто сон. На часах светились цифры 6.30. Через несколько минут новый день вступит в свои права и окатит улицы Нью-Йорка волной яркого солнечного света.

Новый день. Еще один день без него. Без Германа.

Опустившись обратно на подушку, я закрыла глаза.

Я влюбилась в него еще будучи школьницей. Его прекрасные голубые глаза пленили мое сердце. Сколько лет я примеряла на себя его фамилию перед тем, как заснуть. Моему счастью не было предела, когда я выросла, и моя мечта стала реальностью.

Красивая история любви, как в кино – цветы, путешествия на частном самолете, драгоценности. Любая девушка о таком может только мечтать. В какой момент сказка превратилась в кошмар?

Эту точку невозврата я не смогу забыть, даже если сильно захочу. Ночь, когда я сообщила Герману, что беременна. Ночь, когда человек, которого я любила, с яростью психопата избил меня так, что я потеряла ребенка и чуть не умерла.

Мой любимый мужчина оказался абьюзером. Он сделал меня своей пленницей. И если бы не помощь женщин, которые отозвались на мой крик души в Инстаграме1, я до сих пор бы находилась в его власти. Если бы еще была жива…

Стараясь не разбудить хозяев, я тихонько пошла на кухню выпить кофе.

С последним глотком кофе нервный тремор, наконец, улетучился. Послышались легкие шаги, и через минуту теплая рука нежно легла мне на плечо.

– Уже проснулась? Нет ничего приятнее запаха кофе с утра! – Лана прикрыла глаза от удовольствия, вдыхая горячий пар над своей кружкой.

– Полностью согласна, – улыбнулась я. – Поджарить тебе тост?

– О, нет. Кофе, только кофе. И еще раз кофе. Мне нужно худеть, а то Джош заведет себе стройную секретаршу и укатит с ней на Гавайи, – она хмыкнула и налила себе еще.

– Ты шикарная женщина, а Джош – не идиот, чтобы променять тебя на секретаршу, – я улыбнулась, глядя на стройную невысокую женщину с шикарной копной каштановых волос. На её лице с полузакрытыми от удовольствия глазами ни одной морщинки, губы правильной формы были полными и упругими, даже цвет не потускнел от возраста. Ей было сорок шесть, но выглядела она не старше тридцати пяти.

Лана Монти, адвокат из Нью-Йорка, была одной из тех женщин, которые, узнав о моей истории, протянули руку помощи. Мы придумали план, как мне сбежать от мужа. На его выполнение ушло несколько лет, в течение которых я изо всех сил изображала любящую жену.

Нет, я СТАЛА идеальной женой, верной соратницей своего мужа-бизнесмена, его правой рукой, визитной карточкой его образцового брака и успешного бизнеса. Благодаря знанию нескольких иностранных языков я расположила к себе всех его деловых партнеров, без меня не обходилась ни одна его деловая встреча за рубежом. Я ждала удобного момента, чтобы сбежать от своего мучителя за пределами России, где он был не всевластен. Я притворялась, улыбалась, занималась сексом с человеком, которого до смерти боялась и ненавидела. Я делала все, чтобы выжить.

План побега удался, хоть и не с первой попытки. И я была благодарна Вселенной за это чудо.

– Всё! Хватит бездельничать! Я на пробежку, а потом в офис. Мне нужно как можно скорее подготовить твой кейс, – она хитро мне подмигнула. – Ты в курсе, что тебе достался самый лучший адвокат Нью-Йорка? Почти самый лучший.

– Лана, я тебе так благодарна, даже не знаю, как смогу отплатить тебе за помощь, – непрошенные слёзы увлажнили глаза, – спасибо!

– Всё в порядке, девочка моя, – она обняла меня, – ты в безопасности.

Три недели и четыре дня прошло с тех пор, как я приземлилась в аэропорту Ла-Гуардия в Нью-Йорке. Почти месяц, как мне удалось осуществить свой план побега от мужа-тирана.

Лана настояла, чтобы я пожила у неё. «Чтоб мне не было скучно в огромной квартире», – таков был её главный аргумент.

Муж Ланы Джошуа Монти считался одним из лучших адвокатов в стране и его частенько не бывало дома. Супруги Монти владели огромными апартаментами на Парк Авеню с видом на Централ Парк. «Нужно держать марку, иначе денежные клиенты не доверятся», – ответила Лана на мой вопрос о том, зачем им вдвоем почти целый этаж небоскреба.

Сегодня у меня был важный день. Я позвонила по объявлению в газете: требовалась официантка в маленький ресторанчик, и меня пригласили на собеседование.

– Кстати, официанты в Нью-Йорке неплохо зарабатывают, – сказала Лана неделю назад, когда я показала ей объявление. – главное, завести непринужденную беседу с клиентом. Английский у тебя отличный, так что всё получится.

Она замолчала на мгновение и тихо продолжила:

– Слушай, тебе не обязательно работать, по крайней мере сейчас. Я богатая женщина и могу себе позволить позаботиться о тебе, – она приобняла меня за плечи.

– Лана, я и так у тебя в огромном долгу! Если я еще и жить буду за твой счет, моя совесть съест меня живьём.

Сверяясь с маршрутом в Гугле, я шагала по нью-йоркским улицам, то жмурясь от яркого солнца, то запахивая джинсовую куртку посильнее, спасаясь от внезапного порыва ветра. Сквозняки гуляли меж высоток, совершенно не церемонясь с людьми. «Настоящий нью-йоркер всегда ходит пешком», – так сказала Лана. Мне очень хотелось почувствовать себя нью-йоркером, а не напуганной девушкой, дрожащей от вида высоких темноволосых мужчин.

Глава 2

«Меня взяли на работу в ресторан», – я отправила смс.

«Круто! Я тебе отправила перевод за дом за два месяца», – Олеся отвечала почти мгновенно, несмотря на разницу во времени.

Моя верная подруга, без нее мне было бы гораздо тяжелее сбежать. Наша дружба со школьных времен уже прошла огонь, воду и медные трубы.

Я: «Тревожных новостей нет?».

Олеся: «Всё тихо».

Я не могла отделаться от беспокойства за Олесю. Хотя Герман и не знал, что мы поддерживали с ней связь последние годы, рано или поздно он вспомнит про неё. Если, конечно, он будет меня искать.

Господи, хоть бы не искал!

Я взяла в Старбаксе ягодный чай и присела на скамейку в Брайант-Парке. Нужно найти жилье. Я неприлично долго задержалась у Ланы. Джош скоро вернется, и я уверена, ему будет не слишком приятно терпеть сомнительную знакомую жены у себя дома.

Потягивая кисловатый чай, я смотрела на прохожих. Самая разношерстная публика, которую мне приходилось видеть. Парни в бейсболках, мамочки в бесформенных джоггерах с колясками, старушки с благородной сединой и не менее благородной осанкой с пакетами из французской булочной, парни с разноцветными дредами, дамочки в узких платьях и на шпильках, мужчины в деловых костюмах.

Рука непроизвольно сжала картонный стакан так, что горячий чай обжег пальцы. Темноволосый мужчина в костюме оказался близко ко мне.

Слишком близко!

Тонкий аромат парфюма с нотками табака и цитруса окутал меня, как полиэтиленовая пленка. Тошнота подкатила к горлу. Я вскочила с лавки в тот самый момент, когда мужчина сделал шаг назад и наткнулся на меня. От ужаса я перестала дышать.

– Sorry! – мужчина обернулся и неловко улыбнулся. – Are you ok?2

Я молча кивнула и поспешила прочь.

– Мне кажется, я схожу с ума, мне всюду мерещится Герман, – я сделала глоток вина.

Мы с Ланой сидели вечером на террасе и смотрели на краснеющее закатное небо.

– Это нормально, ты столько лет жила с чудовищем, – она ласково потрепала меня по плечу.

– Я боюсь за Олесю… Вдруг он, – я запнулась.

Мысль о том, что Герман может навредить подруге, наводила дурноту.

– Олеся ему ни к чему, он же не знал, что вы до сих пор общаетесь. Поверь, такие как он настолько уверены, что у них все под контролем, что иногда не замечают очевидного. Ложись спать, все будет хорошо! – она ободряюще мне улыбнулась.

– Пожалуй, мне хватит красного, – я встала. – А ты идешь?

– Нет, у меня еще есть один повод выпить… сегодня… не могу забыть эту дату, – последнюю фразу Лана сказала, отвернувшись и почти шепотом.

Явно это предназначалось не для моих ушей. Я решила не мешать ей и неслышно задвинула дверь.

Мне не спалось. Страх так цепко ухватился за диафрагму, что, казалось, в любой момент я перестану дышать. Я боялась не только за себя. Я была уверена, что жизнь Олеси и ее семьи в опасности. Словно в ответ на мои мысли, тренькнул мобильник – сообщение от Олеси:

«С днем рождения!»

«Господи, я совершенно забыла про свой день рождения! Спасибо!» – набрала я ответное сообщение.

«Неудивительно, ты такая растяпа», – подруга прикрепила смешного смайлика к сообщению.

«Сергея переводят в Сингапур. Он улетает на следующей неделе, а мы с сыном через месяц»,– высветилось очередное сообщение, заставив меня улыбнуться телефону еще сильнее.

Я: «Вы можете полететь сразу все вместе? Я боюсь за тебя!».

Олеся: «Если бы он подозревал меня, мы бы уже узнали».

Я: «Береженого бог бережет. Попроси Сергея, чтобы он взял сразу вас с собой».

Олеся: «Ты ведь не успокоишься, да, пока я не сяду в самолет?».

Я: «Ты хорошо меня знаешь. Успокоюсь, только когда ты будешь в безопасности».

Олеся: «Хорошо. Как только билет будет у меня, скину тебе фотку, чтобы ты спала спокойно».

Я представила, как Олеся надула губы и фыркнула, как она обычно делала в детстве, когда не могла меня в чем-то переубедить и сдавалась. Улыбка скользнула по моим губам, а глаза сами собой стали закрываться.

Глава 3

На работу я пошла пешком. Мне нравилось гулять по Манхеттену, расчерченному клетками, как школьная тетрадь. Я не боялась заблудиться и могла легко найти нужную улицу. Говорят, когда начинаешь легко ориентироваться на Манхеттене, тогда ты становишься настоящим нью-йоркером.

Я шагала, прихлебывая на ходу горячий кофе, и улыбалась своему отражению в стеклах. Темно-каштановые волосы беспорядочной копной рассыпались у меня по плечам, потакая шалостям ветра. Они, как и я, радовались свободе. Я больше никогда не соберу их в ненавистную улитку – прическу, так обожаемую моим мужем. И шпильки с платьями-футлярами ни за что не появятся в моем гардеробе. Германа бы удар хватил от моего вида – джинсы, кеды, майка оверсайз и линялая джинсовая куртка совсем не подходили имиджу жены успешного бизнесмена.

До ресторана оставалось восемь блоков и почти два часа времени.

Я не успела подумать, что мне делать еще столько времени, как ответ показался прямо за углом. Малюсенькая парикмахерская с курящей у входа китаянкой в униформе показались мне знаком.

– Хочу короткое каре, – я указала рукой на уровень чуть ниже уха.

– Нет-нет, слишком чудесные волосы! – китаянка в ужасе замахала руками.

– Стригите, я ненавижу эти волосы, – я схватила ножницы и сунула их ей в руки.

– Вы потом будете сожалеть! Я не могу, – она бросила ножницы, как будто ошпаренная. Я подняла ножницы, собрала волосы в хвост и быстро чикнула.

– Вы точно сбрендили, – китаянка тяжело вздохнула и начала ровнять то, что осталось на голове.

Через двадцать минут я улыбалась своему отражению в зеркале, довольная результатом. Волосы теперь едва доходили до подбородка. Челка кокетливо убрала лет пять моего возраста. Теперь я не имела ничего общего с той женщиной с идеальной укладкой-улиткой и безукоризненным макияжем, которую бил муж.

Менеджер в ресторане не сразу узнал меня. Ему понадобилось минуты полторы, прежде чем он выдал мне бейджик и фирменный фартук. Первые дни я должна была помогать опытному официанту и заодно узнавать о блюдах заведения, супах дня и прочих фишках. Смена пролетела незаметно. Отличное настроение сделало меня очень говорливой, а посетителям это нравилось. Домой я ушла с приличной суммой чаевых.

Ланы дома не было, однако огромная квартира не казалась пустой без ее хозяйки. Ее присутствие ощущалось в мягком свете, зажженном в холле, в букете цветов, заботливо поставленном возле кровати в гостевой комнате, в бокале с недопитым красным вином, забытом на террасе.

Я забрала бокал и вылила остатки вина в раковину.

Муж Ланы должен вернуться на следующей неделе. Не хочу им мешать своим присутствием. Нужно подыскивать другое жилье.

Меню ресторана я выучила за день. Из помощника в официанты меня перевели на третью смену. Я была в восторге. Работа не оставляла ни одной свободной минуты для мыслей о Германе и для страха.

В маленьком ресторанчике в центре миллионного города я вдруг почувствовала себя свободной. Я улыбалась посетителям, даже если они были мужчинами, смеялась над их шутками и не боялась, что за это на меня обрушится удар в челюсть или в живот. Мне больше не нужно было постоянно контролировать свое выражение лица, слова, которые я говорю. Теперь я была просто я. Как тысячу лет назад. В прошлой жизни.

Тихонько напевая себе под нос, я направилась к новому посетителю, занявшему мой столик.

– Кристин, это вы? – смутно знакомый голос, назвавший мое имя с ударением на последнем слоге, заставил меня вздрогнуть.

В Нью-Йорке меня знали под именем Кайлин МакКой. Именно это имя значилось на поддельном водительском удостоверении, добытом для меня моими американскими подругами. Мы решили, что из Атланты я должна бежать под чужим именем, чтобы Герману не удалось быстро вычислить, куда я направилась.

Мужчина в кепке с буквами NY и темных очках улыбался мне широкой белозубой улыбкой. Я сжимала меню до боли в пальцах и пыталась сообразить, кто этот парень и откуда он меня знает.

– Кристин? – все еще улыбаясь, повторил он, но в голосе уже не было уверенности. Он расстегнул молнию на спортивной кофте, и на меня уставилась морда довольного Гуфи на ослепительно белой футболке.

– Алекс? – про мистера Любителя мультяшек я и думать забыла, в толпе незнакомцев я бы его не узнала, если бы не его футболка.

Мы встретились несколько лет назад в Атланте, куда мы с мужем прилетели по делам. Я вспомнила, как заблудилась в коридорах клуба, а парень в смешной футболке с Микки Маусом помог мне найти нужный зал. Когда он вел меня по запутанным коридорам, у меня мелькнула мысль о том, что мне приятно чувствовать его прикосновения и слышать его голос. Герман, казалось, нутром почувствовал мои мысли и ужасно взбесился, когда Алекс поцеловал мне руку на прощанье. В тот вечер муж причинил мне физическую боль.

Я была рада увидеться с Алексом на следующий день, его добрые серые глаза со смешинками и белозубая улыбка внушали доверие. Человек, который продолжал любить мультяшных героев и во взрослом возрасте, не мог причинить боль. Я была в этом уверена. Тогда, несколько лет назад страх, что муж снова меня побьет, если увидит рядом с другим мужчиной, заставил поскорее попрощаться с Алексом, выбросить его визитку и никогда о нем не вспоминать.

– Рад вас видеть снова! – Алекс снял очки и кепку. – Вы здорово изменились, короткие волосы вам очень идут.

– Спасибо. А вы все так же любите диснеевских героев, – я улыбнулась, напряжение потихоньку отпускало. – Какими судьбами в Нью-Йорке?

– Бизнес. И Метрополитен, – он виновато развел руками, – обожаю этот музей, манит, как магнит.

Он на мгновение замолчал, как будто не решался спросить.

– Кристин, извините за вопрос, но почему вы здесь? – серые глаза смотрели недоуменно.

– Всегда мечтала побывать в Нью-Йорке, – я произнесла с легкой улыбкой, – и мне так понравилось здесь, что я решила задержаться.

Я пожала плечами и положила меню перед Алексом.

– Я принесу воды, пока вы выбираете, – не дожидаясь, пока он что-то скажет, я поспешила к бару.

Что ему сказать? Он ведь явно хочет узнать, почему жена богатого русского бизнесмена работает официанткой в Нью-Йорке. Рассказать правду? Нет, не хочу жалости.

Алекс заказал сэндвич с курицей и колу со льдом. Вопросов больше не задавал, а уходя, вписал хорошие чаевые в счет.

Опять странная смесь чувств взыграла во мне – было и приятно увидеть Алекса, и в то же время я предпочла бы не встретиться с ним. Я радовалась, что он не донимал вопросами, но вместе с этим мне было грустно, что он ушел, не спросив моего номера и не оставив своего.

Смена закончилась в половину одиннадцатого ночи. Погода баловала теплыми безветренными ночами. Я собиралась пройти пешком до квартиры Ланы, а по пути съесть бэйгл с пастрами.

– Вы не против, если я вас провожу? – лица Алекса в свете фонаря видно не было, но не увидеть Гуфи на белоснежной футболке не было ни единого шанса.

– Ты был здесь все это время? – я не сдержала радостную улыбку. Мне было приятно видеть мистера Любителя Мультяшек.

– Да всего-то четыре часа и двадцать две минуты, – он нарочито внимательно сверился со своими часами на руке. – Надеюсь, ты никуда не спешишь?

– Я абсолютно свободна, – я улыбнулась и еще раз произнесла, – свободна!

У Алекса с Нью-Йорком была давняя любовь. Чуть ли не о каждой улице у него имелась история. Вот этот небоскреб был построен на месте дома богатого судовладельца. На месте этой закусочной когда-то был театр. А в этом доме вообще водятся привидения! А за этим углом на него как-то напал уличный кот и отобрал хот-дог. Я давно так не смеялась. К моменту, когда мы подошли к дому Ланы, казалось, улыбка намертво прилипла к моему лицу.

– Алекс, спасибо за чудесный вечер! Мне давно не было так весело.

– Черт возьми, этот Манхеттен такой крошечный, я не успел и половины историй рассказать, – он деланно сокрушался, а серые глаза смеялись. – Очень рад, что снова встретил тебя, Кристин.

Он, как всегда, произнес мое имя с ударением на последний слог, как будто не спешил закончить его говорить.

– Самое чудесное имя для девушки, – он улыбнулся и быстро поцеловал мою руку.

Не дожидаясь, чтобы я что-то сказала, он достал карточку со своим телефоном и положил в нагрудный карман моей джинсовой куртки.

– Звони мне, когда захочешь, – он подмигнул мне и зашагал прочь.

В лифте я улыбаясь рассматривала визитку Алекса. Карточка была точно такой же, как и тогда в Атланте. Только имя и номер телефона. Ни компании, ни должности. На этот раз я ее не выбросила, а засунула в чехол от мобильника.

Глава 4

В квартире Ланы никто не спал. Когда я тихонько открыла входную дверь, я услышала громкие голоса из хозяйской спальни. Можно было не красться на носочках, меня все равно никто бы не заметил. Джош, судя по всему, вернулся, и они с Ланой о чем-то горячо спорили или ругались.

– Ты мне обещала! Лана, у меня уже не так много времени! Ты обещала! – голос Джоша был громким и обиженным.

– Прости, я не могу. Я не готова, – похоже, Лана плакала.

Я быстро прошла в свою комнату. Не хочу, чтобы они меня видели и чувствовали себя неловко от того, что у их ссоры появился неожиданный свидетель.

Наверное, Джошу не нравится, что я здесь живу уже больше месяца. Нужно ускориться с поисками жилья.

«В Сингапуре очень жарко и влажно. Мои волосы сошли с ума!» – в телефоне открылась фотография Олеси с торчащими во все стороны волосами, которые отказывались подчиняться резинке и лаку.

«Зато тепло и безопасно», – я с улыбкой прошептала то, что набирала в телефоне, и нажала отправить.

Олеся в безопасности. Можно выдохнуть. Я не могла и представить, что нас будут разделять пол земного шара и двенадцать часов разницы.

Сегодня был прекрасный день с хорошими новостями. Я улыбнулась и заснула сном младенца.

Утром на кухне меня ждал горячий кофе и Лана с маленьким букетом мелких белых цветов в руках.

– Это тебе, – в ее голосе неподдельный интерес. – В Нью-Йорке очень непросто найти полевые цветы. Особенно в семь утра. Кто бы это ни был, ты его очень заинтересовала.

Она передала мне букет. Я заметила сложенный блокнотный лист. «Давай погуляем в парке сегодня, если ты свободна», – спросили буквы, выведенные ровным почерком.

Я улыбнулась. Я свободна!

– Это Алекс. Мы познакомились в Атланте несколько лет назад, а вчера случайно встретились. Он проводил меня вечером домой.

– Надеюсь, он хороший парень и не обидит тебя, – в голосе Ланы было столько теплоты и заботы, что в горле образовался ком.

– Как Джош? – я поспешила сменить тему разговора. Мне не хотелось говорить об Алексе. Мысли о возможных отношениях с мужчиной меня пугали. Мне нравился Алекс как друг, с которым можно погулять, поболтать и посмеяться. А Лана, видимо, уже мысленно выдала меня за него замуж.

– Он поживет пока в своей холостяцкой квартире в Сохо. Ему удобнее там работать, – она допила кофе и вышла из кухни.

Я чувствовала себя виноватой в ссоре Ланы и Джоша. Чтобы не думать об этом, я вытащила визитку Алекса.

– Спасибо за цветы, Алекс. Они чудесные! – набрала я смс.

– Рад, что понравились! Ты свободна сегодня? Обещаю чудесную прогулку! – ответ пришел мгновенно.

– Сегодня у меня выходной, с радостью погуляю с тобой.

– Через полчаса буду внизу.

Я улыбнулась. Сегодняшний день обещает быть приятным.

Алекс сдержал обещание, прогулка была восхитительной. Он провел меня по Маленькой Италии с невероятно вкусными ресторанчиками, мы ели устрицы и запивали их вином в неприметном кафе, гуляли по набережной. Мы любовались закатом над Гудзоном, плывя на пароме мимо Статуи Свободы. Ветер растрепал мне волосы, и они щекотали мне лицо. Видя мое ежесекундное сражение с волосами, Алекс надел мне свою кепку. Он сделал это таким привычным жестом, как будто всю жизнь только этим и занимался. Я замерла на секунду, всей душой желая, чтобы дальше не последовало ничего романтичного. Но, казалось, у Алекса и в мыслях этого не было. Он ни на минуту не прервал очередную историю про Нью-Йорк.

– Похоже, вся твоя жизнь прошла в Нью-Йорке, – заметила я, когда Алекс сообщил на очередном повороте, что когда-то здесь было отличное кафе.

– Не вся, но значительная ее часть, – задумчиво произнес он. – На самом деле за последние три года я не пробыл в этом городе ни часу. До этого месяца. Мне пришлось вернуться, хотя совсем этого не хотел. Но, – он посмотрел на меня и улыбнулся, – я очень рад, что приехал. И забрел в тот ресторанчик, где ты работаешь.

Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки. К счастью сумерки скрыли это от Алекса.

– Кажется, мы на месте, – произнесла я, кивнув на освещенный холл высотки, где жила Лана.

Мне было очень спокойно с Алексом, совсем не хотелось расставаться.

– Можно, я угощу тебя чаем? Это здесь за углом, – немного подумав спросила я. Мне хотелось, чтобы это спокойствие продлилось еще немного.

– Конечно! В горле пересохло жуть как!

Мы двинулись к чайному магазинчику в одном блоке от дома. Его хозяин, старый китаец, как и я, страдал бессонницей и поэтому работал допоздна.

Забрав низенькие чашки без ручек и чайник с жасминовым чаем, мы устроились на высоких стульях у стола, вдоль стеклянной стены магазинчика. Мы оба устали, разговаривать не хотелось, но неловко от этого молчания не было. Мы просто пили чай и смотрели в окно. Наши плечи касались друг друга. От этого мне было очень тепло и спокойно.

Когда-то давным-давно мне было так же тепло и уютно с Гришей. Я давно о нем не вспоминала.

Гриша был моим другом, он погиб вскоре после моего знакомства с Германом. Мужчины невзлюбили друг друга с первой встречи. Как же был Гриша прав, когда предупреждал меня, что Герман опасный тип.