Повелитель тлена

Подражатель… Бастиан на миг зажмурился, тщетно пытаясь упорядочить мысли и заранее готовясь к тому, что придется давать отчет по возвращении в Морияр.

Ее величество явно не обрадуется появлению еще одного больного ублюдка, уничтожающего пришлых.

Мало им психопата, на чьем счету уже несколько убийств, цель которых до сих пор оставалась неясной. А теперь еще и имитатор, пытавшийся выдать себя за неуловимого убийцу, однако допустивший неприметные на первый взгляд, но очевидные Бастиану ошибки.

Последние месяцы столица и окрестные города полнились слухами о таинственном фантоме, отнимавшем жизни у молодых девушек. Каждая – иномирянка. Рабыни из борделей, работницы столичных фабрик по производству артефактов и даже фаворитка двоюродного брата королевы, похищенная прямо из-под носа герцогской стражи. Убийство последней и спровоцированное им нытье кузена, лишившегося любимой игрушки, подтолкнуло ее величество к решительным действиям. То есть начать расследование, которое доверили Бастиану Мару.

Еще полгода назад он был скромным младшим инспектором, подотчетным комиссару полиции, одним из сотен. Да таковым, наверное, и остался бы, не уговори его Мими принять участие в ежегодном отборе.

Молодой полицейский не надеялся на победу, а в результате оказался одним из трех счастливчиков, удостоившихся чести служить самой королеве, держать ответ только перед ней одной и слушаться исключительно ее приказов. Как полагал сам Бастиан, не последнюю роль в его победе сыграло положение семейства Маров и благосклонное отношение к ним правительницы Верилии.

И теперь он изо всех сил старался доказать всем, и в первую очередь самому себе, что достоин оказанных ему чести и доверия. Но, вместо того чтобы в короткие сроки схватить убийцу, погряз в бесконечном поиске ответов. Иногда Бастиану казалось, что он гоняется за призраком и пытается поймать воздух.

– Держите меня в курсе расследования, – очнувшись от своих невеселых размышлений, напоследок велел Мар. Задерживаться в провинциальном городке и заниматься отловом неумелого имитатора он не планировал. Хватит с него и одного маньяка-убийцы.

Тем более, ее величество наверняка велит сосредоточиться на столичном душегубе, а ловлю подражателя из провинции доверить служащим здешней полиции.

«Ну точно – мальчик на побегушках», – мрачно подумал про себя маг, а вслух добавил:

– И если что-то подобное повторится, сразу дайте мне знать.

– Непременно, ваше сиятельство, – заверил высшего капитан. Поднялся с поспешностью, чтобы проводить гостя, почтительно распахнул перед ним двери и первым пропустил в коридор.

Утро выдалось пасмурным, промозглым. Солнце не спешило показываться из-за туч, чтобы хотя бы немного скрасить мрачную атмосферу штаб-квартиры полиции. Узкое помещение утопало в полумраке. Из щелей неумолимо тянуло сыростью и холодом, и Бастиану не терпелось покинуть это место, как можно скорее отправиться домой.

Всего несколько часов, и он снова услышит голос его обожаемой Эмилии. Обнимет жену, прижмет к себе крепко, ощутит знакомый лавандовый запах ее шелковистых волос, коснется поцелуем нежных губ и хотя бы на какое-то время позабудет о грузе ответственности, на протяжении долгих месяцев довлевшем над ним.

– Ну же, живей! Ходить разучилась, что ли?!

Услышав грубый окрик, маг вскинул голову и замер на месте. Навстречу ему, сопровождаемая дородным констеблем, бесшумно, словно и не касаясь пола, шла хрупкая девушка. Еще более худенькая, чем в их первую встречу, почти прозрачная, с потухшим, абсолютно пустым взглядом. От нежной красавицы, какой запомнилась ему незнакомка, не осталось и следа.

Но это, несомненно, была она. Бастиан никогда не жаловался на память, а уж рабыню, которая могла стать его и от которой он отказался, ни за что бы не забыл.

Хотя и очень старался. Однако стереть образ пришлой из памяти почему-то не получалось. Несколько раз он даже порывался нанести визит вежливости трапперу, расспросить мистера Перегрина о незнакомке, удостовериться, что она благополучно устроилась, обрела хорошего хозяина.

Узнать, как ее зовут…

Он ведь даже не спросил тогда ее имени.

А теперь эта девушка, так часто проникавшая в его мысли, поселившаяся в его снах, – здесь, перед ним. Живая, из плоти и крови.

Хотя насчет живой можно было бы и поспорить. Казалось, последние крупицы силы вот-вот оставят ее и она не сумеет больше сделать ни шага. Упадет. Или растает, как мираж, растворится в воздухе.

И тем не менее незнакомка продолжала двигаться вперед, подталкиваемая стражником, по-видимому, даже не замечая ни грубой брани констебля, ни резких тычков в бок. А поравнявшись с Бастианом, на миг подняла на него взгляд. Он помнил, как тогда, четыре месяца назад, в голубых глазах стояли непролитые слезы, читался страх, горела искра жизни. Сейчас же в них не отражалось ничего. Словно пришлая уже и не жила больше.

Невольно молодой человек напрягся, ожидая ее реакции. Опасался и вместе с тем надеялся, что она узнает его.

Но этого не произошло. Понукаемая полицейским, девушка опустила голову и двинулась дальше, с трудом перебирая ногами.

Бастиан проводил ее взглядом, а потом обратился к капитану, о присутствии которого снова успел позабыть:

– Что она натворила?

– Зарезала одного из наших. Дрянь, – вмиг помрачнев, процедил мужчина и с горечью добавил: – Хороший был парень… Лучше б этот ваш маньяк таких вот тварей убивал. Сделал бы всем одолжение, – поделился мнением офицер. А вспомнив, что собирался проводить высшего до ворот, сменил тему: – Пойдемте, ваше сиятельство. Иначе опоздаете. Дирижабль отбывает через полчаса. Как вы и просили, билет уже куплен. Первый класс.

Мар продолжал вглядываться вдаль, надеясь в полумраке коридора разглядеть незнакомку, с которой его вновь свела судьба, и понимал, что просто уйти он сейчас не сможет.

– Я хочу ее допросить. – Не дожидаясь ответа, толкнул плечом дверь кабинета и распорядился: – Велите привести сюда пришлую.

Полицейский не осмелился перечить и поспешил исполнить приказ. На столе капитана, придавленный мраморным пресс-папье, обнаружился краткий отчет с места преступления.

Три ножевых ранения… Мар нахмурился. Сомнительно, что их нанесла девушка, которая и на ногах-то еле держится. Причину ее слабости Бастиану тоже не терпелось выяснить. И еще понять, почему он не почувствовал ни малейшего всплеска эмоций.

Не прошло и нескольких минут, как в коридоре снова послышались шаги и низкий голос великана-констебля. Ему вторил начальственный бас, в котором отчетливо угадывались нотки гнева. Глава полиции снова ругал арестантку и просвещал по поводу того, что ждет ее после короткого, проведенного абы как разбирательства.

А вести тщательное расследование никто не станет. Все силы брошены на поиски психопата, которого необходимо найти и изловить в кратчайшие сроки. Иначе комиссар Морияра с них три шкуры сдерет.

Наконец дверь распахнулась, явив дознавателю парочку хмурых полицейских и бледную, словно привидение, пришлую.

– Оставьте нас. – Бастиан поднялся и бросил на полисменов нетерпеливый взгляд, красноречивее любых слов говоривший, что он хочет, чтобы они поскорее выметались из кабинета.

Начальник покорно кивнул.

– Надеюсь, вам, ваше сиятельство, повезет больше. Девка эта молчит, словно язык проглотила. Хотя он, мы проверяли, на месте. Пока еще, – намеренно громко припечатал командир и, стрельнув в арестованную злым взглядом, вместе со своим подчиненным вышел в коридор.

На какое-то время в комнате повисло молчание. Слышен был лишь далекий рокот надвигающейся грозы да резкие порывы ветра обрушивались на здание всей своей мощью, заставляя дребезжать стекла. Бастиан смотрел на девушку, не зная, как к ней подступиться. Несомненно, она напугана. Хоть и не так сильно, как следовало бы. Сейчас он ощущал исходившие от нее флюиды страха. Едва уловимые, будто пришлую не особо заботило ее будущее.

Даже угрозы начальника полиции, казалось, не коснулись ее сознания.

– Расскажи, что произошло. Как ты оказалась с этим, – мельком глянул на отчет и закончил: – Квинтином Торсли?

Незнакомка никак не отреагировала на его вопрос. Как стояла с безвольно опущенными руками, поникшей головой, ничего не выражающим взглядом, так и осталась стоять. Словно марионетка, у которой подрезали нити.

Приблизившись, маг взял девушку за руку и ощутил холод ее пальцев. Невольно поморщился, только сейчас обратив внимание, насколько вульгарно она одета. Такой наряд подошел бы какой-нибудь дешевой шлюхе, но никак не чистому, нежному созданию, каким запомнилась ему иномирянка.

Подведя девушку к камину, он усадил ее в кресло, поворошил щипцами угли, и угасшее было пламя вновь ожило, распустившись ярким цветком.

– Ты должна мне все рассказать, – принялся терпеливо увещевать ее высший. – В противном случае я не смогу тебе помочь.

В глазах девушки впервые мелькнуло что-то, хотя бы отдаленно напоминающее эмоцию. То ли недоумение, то ли интерес.

– Зачем господину помогать безымянной рабыне? Той, которую все считают убийцей.

– Это ты убила его?

– Нет, – бесцветным голосом ответила она.

Бастиану очень хотелось ей верить. Понять, искренна с ним девушка или нет, разобраться, что же произошло между нею и полицейским.

Но она не спешила исповедоваться, клясться в собственной невиновности. Снова замкнулась в себе, опустила взгляд на сложенные на коленях руки и замерла.

– Хочешь отсюда выбраться? – Мар сделал себе пометку в памяти: по возвращении в Морияр первым делом навестить господина Перегрина и потолковать с ним о пришлой.

Дознаватель ожидал какого угодно ответа, но уж точно не безучастного: «Мне все равно». Только одинокая слезинка сползла по бледной девичьей щеке, оставляя на коже влажный след.

Апатичное поведение пришлой, практически полное отсутствие у нее эмоций подтвердили догадку Бастиана. Она и сама этой ночью могла распрощаться с жизнью, если бы высший, пивший ее чувства, в последний момент не остановился.

Опустившись рядом, маг заключил ее холодные руки в свои. Как ни странно, девушка не отстранилась. Только задрожала еще сильнее. Даже находясь в жарко натопленной комнате, она никак не могла согреться.

– Сейчас тебе, возможно, и безразлична твоя судьба. Но скоро ты выйдешь из этого состояния и тогда снова захочешь жить. Не отказывайся от моей помощи. Здесь я единственный, кто верит в твою невиновность. Соберись с силами и расскажи все подробно. Как оказалась в городе, где познакомилась с Торсли. Почему эту ночь, – высший поморщился, словно у него вдруг разболелись все зубы разом, – провела с ним. Я ведь думал, ты станешь фавориткой какого-нибудь влиятельного господина, а не… – он осекся, запоздало осознав, что чуть не сказал лишнего.

К счастью, девушка не обратила внимания на его слова и, очевидно, совсем его не помнила. Наверняка траппер подретушировал ее воспоминания перед тем, как подыскать ей хозяина. Вот только как она из рабыни, которую должны были холить и лелеять, превратилась в обитательницу самого дна – это высшему было непонятно.

– Фавориткой? – горько усмехнулась иномирянка и посмотрела на мага своими большими чистыми глазами. Бастиану было сложно себе представить, что эти глаза могут принадлежать убийце. Скорее, ангелу, измученному, отчаявшемуся обрести свое место в чуждом ему мире. – По-видимому, я показалась недостаточно привлекательной тому высшему, ради которого меня похитили. И он просто взял и вышвырнул меня на улицу. – Бледные кисти, оттененные узором вен, сжались в кулаки – так, что побелели костяшки пальцев, и Бастиан уловил горьковатый аромат ненависти. Правда, чувство это тут же растворилось в плотном мареве безразличия.

Кто бы мог подумать, что скряга Перегрин так поступит со столь ценным товаром. Нет, это что-то из разряда фантастики. Да и хозяин, которого наверняка подыскал ей траппер, не стал бы безвозмездно отказываться от своего приобретения. Всегда ведь можно отправить неугодную рабыню на торги и выручить хотя бы часть потраченной суммы.

Но чтобы взять и просто выбросить…

– Послушай, у меня нет времени разгадывать твои загадки. Что с тобой произошло? – чувствуя, как теряет остатки самообладания, резче, чем ему хотелось бы, спросил Мар. Высшему не терпелось выяснить, где и с кем находилась незнакомка с тех пор, как оказалась в Эльмандине. Пока он млел в лучах славы и наслаждался семейной жизнью.

Сам того не желая, Бастиан чувствовал себя ответственным за судьбу девушки. Хоть и не при его участии она была выдернута из родного мира, но выбирали ее для него, а значит, в том, что сейчас с ней происходило, была и его вина.

Постепенно тепло окутало бедняжку, она немного расслабилась, на щеках появилось некое подобие румянца. Перестав дрожать, девушка откинулась на спинку кресла и тихонько вздохнула, погружаясь в воспоминания.

Поймав себя на том, что до сих пор держит ее за руки, Мар перебрался в соседнее кресло и принялся терпеливо ждать, когда же пришлая отважится на исповедь.

Наконец, вскинув на него взгляд, в котором все еще читалось равнодушие, иномирянка заговорила. Возможно, не рассказывай она все с таким безразличием, эта история не задела бы его так сильно.

– …А узнав, что я не принадлежу мистеру Таурушу и у него нет на меня прав, высший, вместо того чтобы арестовать, решил мной попользоваться. Мне пришлось согласиться, иначе бы пострадала не только я, но и Эва, Хэймо… Должно быть, в вино, что дал мне при встрече полицейский, было что-то подмешано. Я быстро отключилась, а когда очнулась – мистер Торсли уже был мертв. Не думаю, что это я его убила. Я и шевелиться-то с трудом могла. Хотя признаюсь, чего-то подобного, когда шла к нему, мне очень хотелось… – завершила она тусклым голосом и умолкла, устремив взгляд на золотые искры, с веселым задором устремляющиеся в дымоход.

Чего-то подобного хотелось и Бастиану. Отправиться в морг, воскресить полицейского, а потом снова его прикончить. И так несколько раз.

– Эта Истер… она могла убить?

Продолжая гипнотизировать взглядом желтые лепестки пламени, девушка проговорила:

– Кажется, она любила его… Вам лучше спросить об этом у нее самой. – Грустно усмехнувшись, добавила: – Если, конечно, будет проводиться расследование.

– Будет. И с Истер, обещаю, я поговорю лично. А ты… – Маг замялся, не зная, как ее подбодрить. Хоть немного вернуть к жизни.

Обнадеживать, уверять, что все закончится хорошо, он не имел права. Еще неизвестно, удастся ли воплотить в жизнь его самонадеянный план. Ведь даже он, Бастиан Мар, не всемогущ.

Поэтому, поднявшись, просто сказал:

– А ты пока набирайся сил. Они тебе еще пригодятся.

Кивнув на прощание, направился к выходу, чтобы позвать стражника.

– Я даже не знаю вашего имени, – окликнула его незнакомка.

– Бастиан, – поколебавшись, ответил маг и чуть слышно проронил: – Ты тоже себя не назвала.

Девушка грустно улыбнулась:

– А мое имя теперь любой может прочесть у меня на плече. Хотя это и не имя даже, а набор каких-то закорючек. Мне без зеркала толком и не рассмотреть.

Пытается шутить? Уже неплохо. Значит, скоро отойдет. И вот тогда ей действительно станет страшно. Лучше бы, чтобы к тому времени он успел все подготовить и вернулся к ней. Главное сейчас – вывести ее из-под удара. А для этого следовало поторопиться. Капитан с наказанием тянуть не станет, а тратить время на поиски ревнивой актрисульки и допрос членов труппы – тем более.

Да и, скорее всего, их уже давно и след простыл.

А значит, он единственный, кто еще остался у нее в этом мире и кто может хотя бы попытаться ее спасти.

Разговор с капитаном полиции обещал быть сложным. Бастиан опасался, что, хотя местное начальство перед ним и раболепствует, просьбу его все равно могут не удовлетворить. Просто-напросто ему не поверят. Он бы и сам себе не поверил, настолько бредово звучали его объяснения. Но времени на то, чтобы придумывать более достойный предлог для побега, увы, не было.

Одно хорошо – у капитана не имелось даже зачатков силы. Впрочем, ума, как вскоре убедился Мар, пожилому полицейскому тоже явно не доставало. Будь на его месте кто-нибудь посмекалистей, наверняка бы поинтересовался, при помощи каких таких чар его сиятельство вот так сходу определил, что арестованная связана с убийцей пришлых, а потому должна быть в срочном порядке доставлена в Морияр для дальнейшего разбирательства.

– Но как же так?! – расстроенно воскликнул капитан полиции. Осознав, что расправа над девчонкой, которую с удовольствием придушил бы собственными руками, отменяется, в сердцах стукнул кулаком по столу и поднялся. – Она должна быть наказана!

Бастиан чувствовал, как внутри нарастает и концентрируется раздражение. Олух-полицейский даже не допускал мысли, что девушка может быть невиновной. Однако объяснять ему, что пришлая при всем желании этой ночью была неспособна на убийство, – только зря тратить время. Все равно не станет слушать. И как знать, вдруг на него внезапно снизойдет озарение, попросит пригласить для магической экспертизы другого высшего или потребует письменного приказа от комиссара на перевод заключенной.

А приказа этого Бастиану никак не получить.

Насилу себя сдержав, маг сдержанно проговорил:

– Уверяю вас, девушка понесет наказание за все содеянное. Однако не раньше, чем поможет расследованию.

Не сразу, но капитан согласился отпустить пришлую. Оставалось надеяться, что за то время, пока Бастиан будет воплощать в жизнь свою задумку, полицейский не передумает.

Ни на что особо не рассчитывая, маг все же отправился за город поговорить с комедиантами, но, как и предполагал, те дожидаться встречи с полицией не стали. Узнав, куда загремел их найденыш, благоразумно предпочли смыться.

Пришлось Мару возвращаться ни с чем и добрый час трястись по разбитым дорогам в стареньком кэбе, который со скоростью издыхающей черепахи тащился по невзрачным улочкам. Ни о паромобилях, ни о телепортах, позволявших за считанные секунды переместиться из одного уголка города в другой, здесь еще даже не слышали.

Глядя в окно, исполосованное дождем, высший отрешенно рассматривал серые, однообразные здания, тянувшиеся нескончаемой вереницей, и ежился от холода. Весна, вроде бы уже перехватившая бразды правления у затянувшейся зимы, снова вдруг отступила. За одну короткую ночь погода резко ухудшилась. Словно подстраивалась под его настроение.

Единственная имевшаяся в городе аптека располагалась в самом центре и отличалась от других соседствовавших с ней лавок новенькой вывеской с ярким аптечным гербом – змеей, обвившей реторту.

Велев кучеру дожидаться его возвращения, Бастиан выскочил из экипажа и поспешил ко входу, но даже нескольких секунд под дождем оказалось достаточно, чтобы вымокнуть насквозь.

В торговом зале не было ни души. Маг внимательно осмотрелся, прошелся взглядом по полкам, на которых под стеклом хранились банки с аптечным сырьем, разномастные альбарелло, графины и пузырьки с уже готовыми лекарствами и зельями.

Подойдя к прилавку, позвонил в колокольчик и услышал торопливые шаги, а спустя секунду перед ним предстал хозяин лавки – пожилой мужчина в темном костюме и повязанном поверх него белоснежном фартуке.

Высший уже и не надеялся найти в этом городе хоть одно приличное место. Ни комната на постоялом дворе, ни заведение, гордо именующее себя рестораном, в котором он имел несчастье позавтракать, ни штаб-квартира полиции надежд не оправдали. Зато аптечный зал сиял чистотой и радовал взор идеальным порядком. А богатый ассортимент вселял надежду, что здесь Мар найдет все необходимое.

Хозяин аптеки почтительно поприветствовал дознавателя и предложил ему свои услуги.

– Меня интересует настойка келлады. И андромела. Желательно не старше трех лет.

Пожилой аптекарь не сумел скрыть удивления, но сказать ничего не сказал. Нечасто к нему обращались за тем, чтобы купить самое ядовитое существо из всех, что когда-либо водились в природе. Право на покупку андромелы имели только высшие. Да и то не всякий маг мог позволить себе потратить на нее целое состояние. Тем более рискнуть ею воспользоваться.

– Вы ведь понимаете, андромела может быть очень опасна, – исподлобья глянув на покупателя, на всякий случай предупредил провизор. – Настойка келлады не всегда оправдывает возлагаемые на нее ожидания. Возможен и летальный исход.

– Благодарю за предупреждение, но я знаю, что делаю, – вежливо ответил Мар и, пока хозяин аптеки искал противоядие, при этом что-то неразборчиво бормоча себе под нос, выписал ему чек.

Настойка обнаружилась на самой верхней полке – лиловая жидкость с мутноватым осадком на дне. Бережно стерев с пузырька пыль, аптекарь снова стрельнул в покупателя подозрительным взглядом и удалился, чтобы спустя несколько минут вернуться вновь.

В руках у старика было то, что могло подарить пришлой новую жизнь.

Или же навсегда ее уничтожить.