Требуется помощница, или Светлая против темного

Глава 5

Кара

Такси удаётся вызвать где-то, наверное, с пятой попытки. Дрожащие пальцы то соскальзывают с экрана, то попадают куда-то не туда. Я стою и дрожу, хоть на улице, несмотря на поздний вечер, по-прежнему невыносимо душно. Так душно, что хочется сорвать с себя платье-удавку. Возможно, тогда получится дышать нормально, а не как сейчас – через раз.

Наконец передо мной приземляется аэрокар. Рухнув на заднее сиденье машины, прикрываю глаза и так и сижу, не шевелясь, снова и снова воскрешая в памяти увиденный кошмар.

Тёмные по своей природе ублюдки и сволочи, привыкшие получать всё, что им захочется, и пользоваться этим всем в своё удовольствие. Ладно, не все тёмные. Есть редкие исключения. Рен с моим отцом тому подтверждение. Остальные… От остальных лучше держаться подальше.

Иначе можешь закончить, как та бедняжка.

Боги, зачем вообще я туда отправилась…

Джен я застаю в той же самой позе, в которой она сидела, когда я уходила. Кажется, будто за всё это время она ни разу не пошевелилась. Будто в подругах у меня не человек, а синтана – робот, которые в последнее время стали неотъемлемой частью нашей жизни и нашего мира.

Они есть везде. В той же «Эррере» мне попалось на глаза несколько.

Почему я об этом думаю? Да йорг меня знает. Уж лучше думать о синтах, чем о мёртвой фее, свисающей с подоконника борделя.

– Ещё не спишь? – Я закрываю за собой дверь и стягиваю босоножки, только сейчас понимая, как сильно у меня ноют с непривычки ноги.

Не люблю каблуки, особенно такие высокие.

– Как прошла вечеринка? – спрашивает Джен бесцветным голосом.

Отблески экрана сейфота скользят по её лицу, выхватывая его из полумрака. Его и слёзы, оставившие на бледных щеках мокрые дорожки.

Джен опять плакала. Из-за этого мерзавца.

– Паршиво прошла. – Я опускаюсь рядом с подругой, беру её за руку и легонько сжимаю прохладные пальцы. – Ты как? Может, чего-нибудь хочешь?

Джен забирает руку, жмурится, а потом прячет лицо в ладонях.

– Хочу всё забыть.

– Со временем всё забудется, – неловко отвечаю я.

Я понятия не имею, как следует вести себя в подобной ситуации. В полицию обращаться уже поздно, да и Джен не передумает – уж слишком она боится тёмных. Попробовать найти ей психолога? Но сначала на него ещё нужно заработать.

Йорги…

– Легко тебе говорить, – горько усмехается она.

– Джен, я…

– Что ты? – Ли нервно вскидывается. В её глазах я вижу злость и обиду, будто это я сделала ей больно, а не мерзавец Хорос. – Ты бы могла этот вечер провести со мной. Знаешь, как мне плохо, но вместо того, чтобы поддержать, полночи развлекалась йорг знает где. А теперь являешься и начинаешь строить из себя заботливую подругу. Если бы действительно обо мне заботилась, осталась дома!

– Дома сегодня я не осталась из-за тебя. – Слова вырываются прежде, чем я успеваю их удержать.

Джен хмурится, и теперь в её голосе звучит ещё больше обиды:

– Понимаю, со мной сейчас невесело. Ну извини, что мне так паршиво. Постараюсь держать чувства при себе и не напрягать тебя своим унылым видом!

Она порывается вскочить, но я удерживаю её за руку, заставляя остаться на диване. Вздыхаю и говорю:

– Я не то имела в виду. Я была в «Эррере», встречалась с Хоросом. Пусть это и не то наказание, которого он заслуживает, но лучше такое, чем вообще ничего.

И я рассказываю Джен о встрече с высшим и о том, что у меня в сейте теперь хранятся фотографии, способные нанести ощутимый удар не только по его эго, но и по его туристическому бизнесу. Вряд ли инвесторам понравится шумиха, которая поднимется вокруг этих снимков. Жаль, рикошетом заденет и его брата. Я ничего не имею против Гаранора Хороса и даже втайне благодарна ему за то, что он выступает за права светлых в Грассоре (видимо, он один из тех немногих нормальных тёмных), но на войне не обходится без жертв.

И в мести тоже.

– Осталось только выложить их в сеть, – заканчиваю я и смотрю на Джен, ожидая от неё хоть какой-то реакции.

Реакция не заставляет себя ждать. Подруга подскакивает и бросает, зло и раздражённо, словно я опять перед ней провинилась:

– Ты постоянно говоришь, что тёмные слишком многое себе позволяют, что для них не существует законов и правил. А для тебя? – с вызовом спрашивает она. – Для тебя существует?

– И снова ты злишься на меня. – А вот теперь и мне становится обидно. – Могла бы просто сказать «спасибо».

– Спасибо за что, Кара? За то, что ты сегодня неплохо поразвлекалась? Мстила она… А если он найдёт тебя? А он обязательно тебя найдёт. А значит, и меня тоже. – Джен воинственно сжимает пальцы в кулаки, словно уже готова на меня наброситься, словно больше не в состоянии удерживать в себе эту злость. – Всё, чего я хотела, – это держаться как можно дальше от Ксанора Хороса. Но тебе захотелось поиграть. Поохотиться на охотника. Адреналина в жизни мало? Через год ты вернёшься в свой Делес, к своей богатой семье. Они тебя защитят от любого высшего. А я здесь пытаюсь строить жизнь и будущее. Меня некому защищать. И теперь благодаря тебе, подруга, будущего в Грассоре у меня может не быть. Так что извини, что я не говорю тебе за это «спасибо»! Дура! – напоследок припечатывает она.

Бросается в свою комнату, яростно хлопает дверью, а я остаюсь сидеть на диване и невидящим взглядом скольжу по мерцающему экрану.

Сумасшедший вечер. Жаль, я не синтана и не могу очистить свою систему от паршивых воспоминаний. А что могу, так это принять горячий душ, чтобы смыть с себя каждое прикосновение и каждый поцелуй высшего. Стереть с себя его запах, жар его пальцев.

Что я и делаю. Почти час стою под обжигающе горячими струями, очищая пусть не сознание, так хотя бы тело, пока от пара не начинает кружиться голова. Выйдя из душа, заворачиваю в полотенце волосы и, надев пижаму, заваливаюсь с сейтом на кровать.

Вот и всё, осталось отобрать самые интересные фотки и отправить их гулять по сети. Открываю папку с фотографиями, бегло их просматриваю и замираю с сейтом в руках.

Ну что ж, как говорится, была не была.

Утром я просыпаюсь с тяжёлой головой и даже не сразу нахожу в себе силы подняться. Из-за отката после применения силы спала я отвратительно. На полдень назначена консультация перед последним важным экзаменом, а я к нему ещё даже не начинала готовиться. Я вообще не дружу с политологией, как и с преподающей её светлой – сонорой Кортес. Вредная баба. И нет бы помогать себе подобной, но кажется, она меня, наоборот, терпеть не может. Как будто чувствует, что я не такая. Не одна из них, пусть и с крыльями и блокаторами.

Йорги, как же не хочется подниматься! Но надо.

Надо, Кара, и это не обсуждается.

В попытке взбодриться и отвлечься от мыслей о вчерашнем отправляюсь на пробежку по парку. Джен уже не предлагаю. В последнее время она вспоминает о моём существовании только когда ей надо на ком-нибудь сорваться, а так я для неё будто прозрачная. Невидимка, на которую вообще не обращают внимания.

Ну и боги с ней.

После часовой пробежки и душа я устраиваюсь на кухне в гордом одиночестве. Джен то ли ещё не проснулась, то ли уже ушла – с самого утра её не видно, не слышно. Просматриваю новости, надеясь и в то же время опасаясь узнать об убийстве феи. А ни на что другое увиденное не было похоже. Убийство и очень жестокое.

Меня передёргивает.

Как ни странно, но о трагедии в «Эррере» ничего не написали. То ли ещё не успели, то ли владельцы клуба всё замяли. А такое вообще можно замять? Наверное, да. Всё зависит от того, сколько у тебя денег и связей. А у тёмных и того, и другого предостаточно и…

В общем, ладно. Консультация, Кара, консультация.

Надев любимые шорты, светлую футболку и стянув волосы в хвост, я выскакиваю из квартиры. Несусь на остановку аэроэкспресса, понимая, что катастрофически опаздываю. Сегодня суббота и народу должно быть поменьше, но, как назло, на перроне настоящее столпотворение. Вместе с остальными жаждущими попасть в центр города я с горем пополам протискиваюсь в вагон и застываю, как обычно, неспособная ни вздохнуть, ни пошевелиться.

В такие моменты я скучаю по своей прежней жизни.

Стоит этой мысли просочиться мне в разум, как я тут же выталкиваю её обратно. Я ведь потому и перебралась в Грассору, чтобы доказать всем (и в первую очередь самой себе), что я и сама чего-то стою. Без поддержки и опеки родителей.

И если бы Хорос вдруг меня нашёл (хоть он меня не найдёт, в этом я даже не сомневаюсь), я бы ни за что не стала прятаться за спину отца и брата. Вопреки прогнозам Джен, сама бы дала ему сдачи.

Но никому ничего давать не придётся. Тем более что…

Я настолько глубоко ухожу в свои мысли, что даже не сразу осознаю, что уже лечу по широкой аллее к главному корпусу университета и что в самый неподходящий момент меня тормозит Лукас.

– Попалась, красавица! – Рейес перехватывает меня за талию и легонько приобнимает, но я тут же отстраняюсь.

– Лукас, я опаздываю.

– А я изнываю от желания… пригласить тебя на свидание.

Йорги! Совсем забыла про свидание.

Преподаватель довольно улыбается:

– Как насчёт сегодня?

– У меня в понедельник экзамен, – пытаюсь отвертеться от нежеланной встречи.

– Ещё успеешь подготовиться, – не сдаётся Рейес. Прищуривается и продолжает: – Или выполнять обещания нынче не модно?

Ещё бы он мне об этом не напомнил.

– Ладно, – вздыхаю, – йорг с тобой. Сегодня вечером, но! В полночь я, как порядочная девочка, обязана быть дома.

– Дома у меня или у тебя? – расплывается в предвкушающей улыбке Лукас.

Подаётся ко мне, но я выставляю вперёд руку, чтобы не совался ближе, и обрубаю:

– У себя. Одна. Мы договаривались только на свидания.

– Умеешь ты обломать кайф, де Ларра.

– Что правда, то правда.

Отвязавшись от Рейеса, несусь в аудиторию. Ожидаемо опаздываю и получаю нагоняй от преподавательницы.

– На экзамене будете отвечать первой, де Ларра, – высказав всё, что обо мне думает, напоследок припечатывает она и возвращается к своему обожаемому предмету.

А я стекаю на сиденье и честно пытаюсь сосредоточиться на её тусклом, бесцветном голосе, хотя мыслями опять возвращаюсь в «Эрреру». Не только в ту жуткую комнату с мёртвой феей, но и к… Хоросу.

Совру, если скажу, что наша с ним встреча оставила меня равнодушной. Меня до сих пор всю встряхивает, стоит только о нём подумать. Стоит только вспомнить, как мы с ним целовалась и, несмотря ни на что, как я его… хотела.

Права Джен, дура я. Сама настоящая дура.

На коммуникатор Кортес прилетает сообщение. Окинув аудиторию хищным взглядом, она бросает:

– Кара де Ларра, после консультации зайдите к декану.

А это ещё зачем?

В кабинете сонора Баргаса я бывала нечасто; можно сказать, по великим праздникам. Но сегодня явно не праздник. День начался паршиво и более чем вероятно, продолжится точно также. А уж его окончание в компании Лукаса… Впрочем, лучше не будем сейчас о Лукасе.

С трудом досидев до конца, я срываюсь с места и несусь в приёмную декана, желая как можно скорее узнать, зачем ему понадобилась. В голову, если честно, лезет самое страшное: вдруг расследование всё-таки началось, и полиция каким-то образом узнала, что я была в клубе и видела ту бедняжку. Ну или Хорос каким-то чудом меня обнаружил и… Хотя нет! Уж он-то точно не стал бы соваться к декану, а сразу рванулся ко мне разбираться.

Значит, точно не он.

Но тогда кто или что?

– Сонор Баргас вас сейчас примет, – бесцветно сообщает секретарша и, передав начальнику, что студентка де Ларра уже прибыла, просит меня проходить.

Декан, крупный мужчина средних лет, обнаруживается в кабинете один, да ещё и явно чем-то довольный. Хороший знак. Он вообще неплохой мужик: добрый, понимающий и, даже если раздражается, то быстро отходит. В общем, мировой преподаватель.

– Сонорина де Ларра, проходите, присаживайтесь. Может, хотите брула?

Брул в кабинете декана мне ещё никогда не предлагали, поэтому я скромно отказываюсь. Опускаюсь на край кресла, приставленного к широкому массивному столу, и замираю, вопросительно гладя на Баргаса.

– Я вам зачем-то понадобилась?

– Именно, – с улыбкой кивает препод, после чего тяжело откидывается на спинку кресла. – Ты одна из наших лучших студенток, и у меня для тебя есть задание.

Я облегчённо выдыхаю. Не полиция и не Хорос. Жизнь определённо налаживается.

– Мне нужно, чтобы ты поработала по специальности. Отправляйся в «Скайор», прямо сейчас, и возьми интервью у сонора Хороса. Он будет ждать тебя.

Меня прошибает холодный пот.

– Сонор Хорос? – переспрашиваю еле слышно, чувствуя, как язык перестаёт слушаться.

– Именно, – лучась довольством, повторяет Баргас.

Вот гадство-то.

– А… который именно? – роняю и замираю, затаив дыхание.

Декан вскидывает брови, словно я сморозила какую-то глупость. Откуда ж ему знать, что в последние дни у меня на уме один конкретный Хорос, от которого следовало бы держаться подальше, но в которого я снова сама, добровольно и с энтузиазмом конкретно вляпалась.

Не-е-ет, я не дура, я идиотка. Полная. Абсолютная.

– Старший, Кара.

Спасибо вам, боги и йорги!

Не догадываясь о моих мыслях, мужчина продолжает:

– Интервью должна была вести редактор нашей университетской газеты, сонорина Флорес, но она заболела. Список вопросов, которые должна будешь ему задать, тебе пришлёт на почту мой секретарь. Сонор Хорос спонсирует несколько важных для нашего университета проектов, на них и будет сфокусировано интервью. Но! – Блекло-серые глаза Баргаса вспыхивают азартом, становясь чуть ярче. – Стало известно, что Гаранор Хорос снова собирается баллотироваться в правители. Спроси и про это. Обязательно выжми из него всё, что можешь. Пара абзацев про предвыборную кампанию только украсят статью, сделают её интереснее. И про семью разузнать не забудь. Выясни, если сможешь, как светлой живётся замужем за тёмным.

– Об этом, наверное, лучше спрашивать сонору Хорос, – растерянно замечаю я.

Из широкой груди декана вырывается скорбный вздох:

– Сонора Хорос не любит давать интервью, а сонор Хорос ограждает жену от всего, что ей неприятно. Поэтому, раз уж выпала такая возможность, спрашивай у него. Статья должна быть готова к утру понедельника. Как напишешь, сразу отправляй редактору и мне.

А ничего, что у меня в разгаре сессия? И йорговы наручники на повестке дня, которые теперь надо отрабатывать. И вообще, не хочу я соваться в Скайор. Пусть и к старшему брату, но мне теперь в принципе противопоказано там появляться.

А то мало ли…

– Сонор Баргас, может, у вас есть кто-нибудь другой на примете? – завожу с мольбой в голосе, рискуя вызвать на себя гнев декана. Но его гнев – наименьшая из моих проблем. – У меня в понедельник сложный и важный экзамен.

Декан щурится и принимается пристально меня разглядывать, словно видит впервые в жизни.

– Сложный и важный экзамен у Кортес? Считай, что он сдан. Если, конечно, напишешь интересную статью, – добавляет после выразительной паузы. Дёргает рукой, не то смахивая невидимую пыль со столешницы, не то пытаясь выгнать меня из своего кабинета. Скорее всего, последнее. – Поторопись, Кара. Интервью назначено на два. А сонор Хорос, как известно, не любит ждать.

На два?

Это то есть через полчаса?!

А как же просмотреть вопросы, взять себя в руки, успокоиться, морально настроиться на вхождение в логово чудовищ? Да я понятия не имею, какие он спонсирует проекты! Их в универе у нас море и парочка океанов.

Йорги.

– Сонор Баргас…

– Не трать зря время. – На этот раз декан щурится, я бы сказала, слегка угрожающе. Недобро, в общем, и мне ничего не остаётся, как попрощаться и убраться от него подальше.

Не успеваю выйти за дверь, как мне на сейт прилетает письмо с длинным, о-о-очень длинным перечнем вопросов. Надеюсь, успею просмотреть хотя бы половину, пока буду лететь в такси. На аэроэкспресс времени уже нет.

На ходу вызывая машину, несусь к выходу. К счастью, лететь до центра всего несколько минут. Если, конечно, удастся избежать заторов.

Мне везёт (если это слово вообще применимо к сегодняшним событиям), аэрокар прилетает очень быстро и также быстро доставляет меня к Скайору. Здание огромно, но несколько дней назад я всё равно умудрилась столкнуться возле него с Ксанором. В самом что ни на есть прямом смысле этого слова.

Надеюсь, сегодня мне повезёт больше, и эта нервотрёпка закончится на общении исключительно со старшим Хоросом.

Подавив в себе желание попросить водителя унести меня на край света, тихонько выдыхаю и выхожу из аэрокара.

Ну что ж, удачи мне.

Прозрачные двери бесшумно открываются, пропуская меня в империю тёмных. Холёная девушка в деловом костюме, отгороженная от внешнего мира белоснежной стойкой, замечает меня и у неё на лице появляется отточенная до совершенства вежливо-услужливая улыбка.

– Добрый день. Могу я вам быть чем-нибудь полезна?

– Меня зовут Кара де Ларра. Я из университета Амадо де Калво. Мне назначено к сонору Хоросу. Гаранору Хоросу, – уточняю на всякий случай, чтобы эта чудо-блондинка, не приведи боги, не отправила меня к другому высшему.

Интересно, а с ней у Ксанора что-нибудь было?

Пристрелить бы тебя, Кара, за такие мысли.

– Одну минуту.

Пока девушка скользит наманикюренными пальчиками по экрану сейфота, я рассеянно оглядываюсь. Внутренний интерьер Скайора тоже впечатляет. Здесь чёрный матовый камень незаметно перетекает в белый мрамор, а редкие золотые акценты вроде ножек мягких диванчиков и точечных светильников удачно подчёркивают эти полярно противоположные цвета.

Свет и тьма.

Да уж, Хоросы любят сочетать несочетаемое. Достаточно вспомнить о том, кто стал спутницей жизни Гаранора.

– Пожалуйста, сонорина де Ларра. – Мне протягивают прозрачную карточку – пропуск в бизнес-цитадель тёмных. – Последний этаж.

Мне хочется присвистнуть, но я, конечно же, этого не делаю. Сколько здесь этажей? Несколько сотен точно наберётся. И не кружится ли у него голова изо дня в день работать в облаках?

– Спасибо.

Я забираю ключ-пропуск. Прежде чем отвернуться и уйти, замечаю взгляд блонды, выбивающийся из разряда вежливо-нейтральных и переходящий в разряд насмешливо-снисходительных.

Согласна, видок у меня ещё тот (для такого пафосного места). Но, в самом деле, это ведь не мне вменяется изо дня в день протирать здесь стулья дизайнерскими юбками. Я не сотрудница Скайора, а скромная студентка, которая сегодня утром собиралась в универ на консультацию к нелюбимому преподу.

А оказалась в самом высоком здании Кадриса, с длинным списком вопросов, которые должна буду задать одному из наиболее влиятельных тёмных Грассоры.

Ну круто, чего уж.

Провожаемая всё тем же насмешливым взглядом, подхожу к лифтам. Этот взгляд я ощущаю и затылком, и задницей, отлично чувствующей себя в коротких шортах, которые конкретно сейчас я бы с удовольствием променяла на что-нибудь не такое… хм, повседневное.

Прикладываю к панели вызова кусочек пластика и продолжаю волноваться. Не только из-за встречи с Гаранором Хоросом, не только из-за возможного и о-о-очень нежелательного столкновения с его братом. Мне совсем не хочется входить в эту прозрачную клетку, именуемую лифтом.

Я не люблю высоту. И не люблю – это ещё мягко сказано. Очень долго приучала себя к аэрокарам, просто потому что не было других вариантов. Я уверенно чувствую себя на земле, второй-третий этаж тоже по мне, но всё, что выше, вызывает во мне очень неприятные ощущения, которые в иных случаях перерастают в панику.

Но конкретно сейчас, Кара, никаких приступов паники!

Половинки лифта угрожающе разъезжаются, и вместе со мной в кабину входит молодой мужчина и невысокая девушка с собранными в пучок волосами. Она их так сильно стянула и прилизала, что даже стала немного похожа на шайранку.

Мысль о шайранках заставляет меня вспомнить о Джен и обо всём, что произошло в последние дни, но стоит лифту оторваться от земли и стремительно полететь в небо, к облакам, как мне резко становится не до шайранок.

Пятисотый этаж… Он не мог ещё выше забраться? Например, организовать себе офис на борту космической станции. Отсюда до неё уже недалеко осталось.

Борясь с желанием сползти по стеклянной стенке на пол, я зажмуриваюсь, уговаривая себя ни в коем случае не открывать глаза и не смотреть на город, смазанный дымкой облаков.

Спокойно, Кара. Вдохнула, выдохнула. Представь, что ты в аэрокаре. Просто летишь в машине. Ничего необычного.

– С вами всё в порядке?

Кто-то легонько касается моего локтя.

С трудом заставляю себя открыть глаза и вижу перед собой лицо девушки с раскосыми из-за слишком стянутых волос глазами.

– Всё в… – снова выдыхаю, – порядке.

Незнакомка кивает и вместе с мужчиной выходит на триста девяносто первом этаже, а я продолжаю свой экстремальный взлёт до небес. Что, если лифт выйдет из строя? Возьмёт сейчас и банально грохнется. Да я раньше умру от разрыва сердца, чем разобьюсь на радость некоторым тёмным типам!

К счастью, эта адская машина не ломается. Целой и невредимой доставляет меня на последний этаж Скайора, в офис старшего Хороса.

Приложив карту к тускло мерцающей панели, чтобы йоргова капсула скорее выплюнула меня наружу, выскакиваю из неё и не сразу вспоминаю, зачем вообще здесь оказалась. Вспомнить мне помогает ещё одна холёная девица, очень похожая на ту, что общалась со мной внизу.

Внизу…

Как же хорошо было внизу.

У неё даже взгляд такой же: немного насмешливый, немного удивлённый. Но все эти эмоции мгновенно прячутся за вежливо-улыбчивым фасадом, и меня провожают в приёмную местного бога.

– Присаживайтесь, сонорина де Ларра. Вас сейчас позовут.

Секретарь Хороса – симпатичная брюнетка в светлый брюках и воздушной блузке, предлагает мне брул. Я отказываюсь, борясь с желанием попросить плеснуть мне в бокал сильры. Или дать успокоительного. Лучше снотворного, чтобы я благополучно проспала это пыточное интервью, а в себя пришла уже далеко от Скайора.

– Пожалуйста, проходите, – наконец приглашает меня помощница тёмного.

Заставляю себя оторваться от мягкой сидушки дивана и, повесив на плечо сумку, вхожу в кабинет самого главного босса.

И снова мне хочется присвистнуть, но я благоразумно сдерживаюсь. Наша с Джен квартира стопроцентно меньше его туалета, а в кабинете вполне можно устраивать дискотеки. Тем более что здесь минимум мебели, отчего внимание вошедшего сразу сосредотачивается на рабочем столе и сидящим за ним мужчине – настоящем матёром хищнике.

– Сонорина де Ларра? – Тёмный немного хмурится. – Думал, у меня встреча с… – Он на миг замолкает, явно вспоминая, кто должен был к нему явиться, а потом уверенно продолжает: – Сонориной Флорес.

– Сонорина Флорес заболела, и вместо неё к вам направили меня.