Анты. Загадка исчезнувшего народа
- -
- 100%
- +
Он пускал стрелы на варвара и, натянув лук удачно, пустил стрелу в Коха. Стрела нашла рот его открытым, попала в него и там остановилась. Кох умер в ту же минуту.
Менандра Византийца продолжение истории Агафиевой. Отрывок 72© С.Н. Чернявский, 2016
© Оформление. ООО «Издательство «Вече», 2016
© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2017
Сайт издательства www.veche.ru
Предисловие
I
Эта книга посвящена этносу, название которого известно каждому. Из исторических сочинений мы точно знаем, что в VI веке в Поднепровье жил народ анты. Но уже через сто лет он бесследно исчез. Кем были загадочные анты? Куда ушли? Что означало это название? Какое отношение имеют они к Руси и России? Споры на эту тему не утихают полторы тысячи лет.
По мнению советского академика Б.А. Рыбакова, анты – это русы, то есть предки русских, украинцев и белорусов. По предположению украинского профессора М.С. Грушевского – исключительно украинцы, а по версии историка-эмигранта Г.В. Вернадского – аланы. Ну и наконец, многие помнят исторический роман В.И. Иванова «Русь изначальная», где на Днепре в VI веке оперируют анты-русы, а их врагами выступают хазары и византийцы. При столь широком разнообразии мнений, доходящем до курьеза, очевидно, что проблема требует пристального изучения.
Почему же многие ученые терпели неудачи в поисках корней антов и не смогли сделать окончательных выводов по поводу происхождения и гибели этого народа? На наш взгляд, дело в несовершенстве метода поиска. Письменных источников той поры сохранилось крайне мало, причем собственно антских – ни одного. О них пишут соседи, искажая реальность, путая хронологию, забывая имена варварских вождей.
На помощь приходит археология, но и здесь не всё просто. Большинство историков сходится во мнении, что анты VI века – это славяне, приводя в доказательство археологические находки т. н. пражско-пеньковской археологической культуры. Но в то же время очевидно, что анты – аланское, а не славянское слово. Почему же и когда часть славян приняла его в качестве своего имени? И кто такие анты? Наши предки или пращуры других этносов? Течет ли в русских кровь антов?
Если мы рассмотрим вопрос шире, то убедимся, что археология не в состоянии окончательно решить проблему славянского этногенеза. Так, в черняховской и пшеворской археологических структурах находят праславянские черты, но сами культуры – очевидно неславянские. Этот факт ставит ученых в тупик, но доказывает только одно: археологические изыскания могут играть вспомогательную роль при воссоздании ранней истории славян.
С чего же начались славянские этносы и почему они принимали неславянские имена? Чем дальше ученые углублялись в исследование проблемы, тем больше встречали загадок. Французский исследователь Люсьен Мюссе, говоря о начале славянского этногенеза, указывает на «непомерный демографический взрыв». Это следствие, а не причина. Оно помогает понять важную вещь: широкое и быстрое расселение славян предопределило культурное разнообразие, результатом которого стало слияние «праславянских» элементов в разных культурах. Но различие культур не вело к различию языка. Письменные источники подтверждают: по меньшей мере до X века славянский язык был един, хотя археологически мы обязаны разнести территорию славянского расселения как минимум по трем разным культурам. Этот парадокс – лучшее доказательство неполноты одних лишь археологических методов при исследовании истории славян.
Мы вновь вынуждены повторять одни и те же вопросы. Кто такие славяне? Когда они возникли и почему один из славянских племенных союзов – анты – получил явно неславянское имя? Для ответа нам понадобятся три инструмента: археология, чтобы очертить примерные границы материальной культуры славян и антов и не уйти в мир гипотез и фантазий; этнология, чтобы понять закономерности возникновения и исчезновения соседних со славянами народов и самих славян; политическая история, чтобы уяснить, кто на чьей стороне сражался и какие геополитические цели преследовал. В комплексе такой метод должен дать положительный результат. Насколько он точен, пусть оценит читатель.
II
Это внутренний контур проблемы, но есть внешний, и о нем нужно сказать несколько слов. Литература по славяноведению необъятна, дискуссии не утихают. Что же побудило автора взяться за клавиатуру и написать еще одну книгу о славянах и антах в ряду многих? Причины две.
Во-первых, появилось огромное количество спекуляций и домыслов относительно истории славян. К исторической науке они отношения не имеют, но любознательного обывателя дезориентируют очень сильно.
Во-вторых, до сих пор нет популярной сводной работы по истории славян, а те научные труды, которые увидели свет в последние двадцать лет, – малодоступны и трудны для восприятия массового читателя. Ведь для того, чтобы появился интерес к проблеме, нужно знать ее хотя бы в общих чертах, а тема утонула в бесконечных спорах, смысл которых понятен лишь узкому кругу историков. Это общая беда научных исследований в наше время, и решения пока нет.
К сожалению, историческая наука всё больше разделяется на изолированные темы, вокруг которых группируются представители академического сообщества. Но за скрупулезным изучением отдельных аспектов теряется перспектива. Ученые – слависты, германисты, кельтоведы – зачастую не понимают друг друга. Отсутствуют синтетические работы, которые помогли бы навести мосты даже не между науками, а между отдельными темами и направлениями в рамках исторической науки. В результате мы видим монополию на знание, которым обладают сообщества ученых, посвятивших жизнь изучению, например, славян, кельтов или германцев. Широкая публика (включая историков, занимающихся другими темами) остается в неведении, вдали от научных дискуссий, открытий и от анализа ошибок.
Тому есть несколько причин. Массовое сознание представителей образованной российской публики было сформировано в 80-х годах XX века. После этого произошел политический и культурный крах СССР, единая система знаний о прошлом распалась и стала достоянием изолированных научных сообществ.
Но не всё было благополучно и в советский период. К моменту гибели СССР даже школьные учебники, в которых говорится о древних славянах, оказались переполнены мифами и несуразностями. На картах античного мира, изданных во второй половине 80-х годов прошлого века, красуются «праславянские племена», что некорректно. Раннесредневековые карты Восточной Европы еще более причудливы. Территория расселения восточных славян в V веке новой эры на них показана до реки Дон, в окрестностях Киева живет племя росы, которого на самом деле никогда не было, а загадочный народ анты занимает южнорусские степи, где на самом деле жили сперва гунны, а затем угорское племя болгар-кутургуров. На этих неточностях выросло целое поколение людей. Многие из них получили высшее образование и оказались достаточно сообразительны для того, чтобы писать фантастические книги о славянах в стиле «фолк-хистори».
Академическая наука ушла далеко вперед, но между массовой читательской аудиторией и подлинно научными исследованиями образовалась пропасть. Цель предлагаемой книги в том, чтобы попытаться ее преодолеть.
Итак, задача автора – популяризация истории наших предков. Кто они, как возникли и почему разделились? Здесь всё небесспорно. Поэтому в книге, наряду с проверенными и общепринятыми фактами, появятся гипотезы. Но автор всегда будет снабжать их оговорками, ибо читатель не должен воспринимать непроверенную информацию как данность.
III
Для своего путешествия нам нужно выбрать правильную дорогу, которая не запутает и не уведет его в сторону. Другими словами, требуется метод исследования.
С какой стороны браться за изучение проблемы? Может быть, провести скрупулезный анализ сотен мнений историков и археологов, занимавшихся славяноведением, скомпилировать их и сообщить читателю, почему не согласен с одним и согласен с другим? Но тогда это не историческое, а историографическое исследование. Между тем читателю совершенно неинтересно, что говорилось по проблемам славяноведения двести или сто лет назад. Его интересует другое: что думает автор, книгу которого он держит в руках, и что нового можно почерпнуть из этой книги. Словом, нужна краткость и ясность.
Поэтому мы попытались максимально упростить и сократить ссылочный аппарат. В основном приводятся ссылки на первоисточники, причем прямо в тексте, а в конце книги приведен список основной русскоязычной литературы, по которой вдумчивый читатель может сверить цитаты и концепции.
Метод, который мы приняли для исследования, не совсем традиционен. В книге будет уделено большое место самим событиям и их связи, а не материальной культуре и археологическим открытиям. Археологические сведения (там, где они есть) должны помочь воссоздать политическую и этническую историю славян, но не уводить нас в анализ остатков жизнедеятельности изучаемого народа.
Давайте попытаемся перейти к изучению проблемы антов с другой стороны – через их взаимоотношения с соседями, история которых достаточно полно освещена в нарративных источниках. Тогда многое станет ясно, а некоторые гипотезы, казавшиеся бесспорными, будут отвергнуты и заменены другими. Еще одна опасность – заняться политикой вместо науки. Надеемся, что нам удастся избежать и этой беды, которой сегодня страдают многие националисты, особенно на постсоветском пространстве.
Итак, давайте отправимся в увлекательное путешествие по вселенной древних славян.
Нас ждет рассказ о рождении славянского мира, мы попытаемся разгадать тайну антов, увидим трагедию раскола славян под натиском аваров, поговорим о славянских державах Само и Карантании, которые некоторыми западными учеными признаются мифом; наконец, станем свидетелями создания Болгарского каганата на Балканах и гибели самих аваров. Наше путешествие будет ограничено VII веком новой эры, хотя для полноты картины потребуется рассказать вкратце о судьбах потомков склавинов и антов вплоть до X столетия. Впрочем, может быть, этот схематичный рассказ, изложенный в последней части работы, широкий читатель найдет наиболее занимательным.
Автор испытывает огромное уважение к серьезным исследователям славянства, начиная с П.Й. Шафарика, Л. Нидерле, М. Гимбутас и заканчивая Б.А. Рыбаковым, В.В. Седовым, А.В. Назаренко и замечательным исследователем среднего поколения российских историков – С.В. Алексеевым. Надеемся, выводы и гипотезы, предложенные в книге, не покажутся бестактными современным авторам и не показались бы таковыми тем, кого с нами нет. Эта небольшая книга – лишь реплика в дискуссии.
Часть первая. Тайна антов
Глава 1. Предыстория
1. История и политика
Каждый народ планеты видит себя если не вечным, то очень древним. Это архаичное чувство возникло с тех пор, когда между людьми возникали споры за земли. Любой владелец земельных угодий стремился доказать, что именно он – исконный житель и хозяин этих мест. А следовательно, имеет больше прав на обладание ресурсами для земледелия или охоты.
Советские историки, унаследовавшие значительную часть идейных традиций архаичной Руси, стремились начинать историю любого народа прямо с неолита.
Это в корне неправильно. Любой этнос начален и конечен. Умирают не только люди, но и народы. Иногда этносы распадаются, а иногда уничтожаются соседями до последнего человека. Геноносителей, передавших свой фонд новым поколениям, всегда было очень немного. Временами человечество размножалось, а временами сокращалось в результате войн и эпидемий. Город Рим в позднеимперскую эпоху вмещал 3 миллиона жителей, а в Средние века его население снизилось до 30 тысяч человек. Большая часть горожан погибла или вымерла, не оставив потомства. Уцелел один из ста.
Китай пережил три тотальные войны (в конце династии Ранняя Хань, Поздняя Хань и Тан). Всякий раз после этого население Поднебесной сокращалось примерно с 50 до 7 миллионов. Большая часть людей опять-таки гибла. Об этих фактах забывали исполненные оптимизма историки, рассуждая о прогрессе и преемственности поколений. На самом деле история человечества – гораздо более жестокий и мрачный спектакль, чем принято думать. Мы видим постоянные войны, в которых «сгорает» огромное количество человеческого материала, и лишь немногие уцелевшие вновь размножаются и заполняют пригодное для жизни пространство. Исключением стало Новейшее время, когда человечество невероятно увеличилось благодаря развитию медицины, внедрению промышленных технологий в производство пищи и наличию ядерного сдерживания. Чем кончится этот демографический взлет, пока неясно. Однако задумаемся: сегодня в Европе нет ни одного этноса, который уцелел бы со времен Великого переселения народов. Все участники давней драмы погибли или преобразились до неузнаваемости, создав новые общности. Нет готов и гуннов, римлян и вандалов, исчезли бургунды, англы, юты… Об античных временах не стоит и говорить. Древние македоняне и иллирийцы, парфяне и саки, эллины и кельтиберы давно сошли со сцены.
Но если этнос начален и конечен, где это начало? Возьмем в качестве примера одно из современных европейских государств – Францию. Откуда начать отсчет ее истории? С палеолитических времен? Но тогда на территории Франции жили негры. Древние чернокожие жители Франции – это гримальдийская раса, так ее зовут археологи. Курчавые волосы и темная кожа помогали неграм выживать в холодных и суровых условиях тогдашней Европы. Белокожие враги вытеснили гримальдийцев с европейских равнин, и те переправились в Африку. Еще во времена Цезаря предки племен банту теснились на окраине Сахары и лишь готовились приступить к завоеванию Черного континента. Эти факты хорошо известны специалистам, хотя широкой популярности почему-то не завоевали.
Но какое отношение темнокожие племена имеют к классической Франции? Очевидно, мы не вправе начинать ее историю с гримальдийцев.
Может быть, начать с кельтских времен? В самом деле, современная Франция унаследовала множество кельтских названий. Галльское племя арверны дало имя исторической провинции Овернь, а вермандуи подарили название области Вермандуа. Кельтский Лугдун – это современный Лион, Толоса – Тулуза, Бурдигала – Бордо. Река Сена взяла имя от племени секванов, Луара – это галльский Лигер и т. д.
Но вполне очевидно, что кельты – это совсем иная этническая система, чем французы. Последние происходят даже не от франков, а от рыцарей Карла Великого, который и создал Западную Европу, сделавшись ее императором. Следовательно, история Франции, как и всего западного мира, начинается в IX столетии.
А с чего начались славяне?
Археологи и историки прошлого века основательно запутали вопрос. К ошибкам привели некритическое прочтение античных авторов и собственная фантазия. Например, Тацит и ряд античных географов открыли на берегах реки Вистулы-Вислы племя лугии. Славянские патриоты увидели в этом имени нечто родное. И вот польский националист и беллетрист Генрик Сенкевич в романе «Камо грядеши» выводит главную героиню Лугию – славянку, которую привезли в Рим во времена императора Нерона(54–68), где девушка вышла замуж за римского патриция и приняла христианство.
Затем точка зрения ученых поменялась: лугиев сочли германцами. Но очень похоже, что перед нами кельты, причем название племени связано с кельтским богом по имени Луг (сияющий). Возможно, эти кельты в позднее время были германизированы. Территория лугиев и соседних племен – это территория пшеворской археологической культуры, которую ученые относят к древнегерманской. Но есть осторожные гипотезы о том, что эта культура включала ряд праславянских элементов…
И это лишь одна цепь ошибок и гипотез, лишь один сюжет запутанной истории славяноведения. Важно не заплутать в этих сюжетах, чтобы не дезориентировать читателя.
* * *Другой аспект – политический. Уйдя в сторону политики, легко «впасть в ересь» и очутиться в числе придворных историков, которые неплохо устроились, но предали науку.
Эта беда особенно характерна для представителей малых наций. Чем дальше на восток, тем меньше источников и больше проблем. Возьмем в качестве примера Румынию. Ученые этой страны сломали немало копий, чтобы доказать древность румынского народа. Во времена Николае Чаушеску румын выводили от даков и римлян. Был даже снят неплохой псевдоисторический фильм «Колонна» про то, как римляне и даки начали сливаться в единый народ. Но вот беда: с исторической реальностью эти изыскания историков и политиков соотносились ровно так же, как древнегреческие мифы, рассказывающие про похождения олимпийских богов. На самом деле румынский этнос появился довольно поздно. Остатки римских колонистов из Дакии вывел еще император Аврелиан в 270 году, а сама Дакия была захвачена готами и славянами. Обратное заселение страны валахами, то есть румынами, началось лишь в XIII веке из Болгарии. Если считать, что дакийские славяне – предки украинцев, как это делают некоторые киевские историки, то придем к выводу, что современная Румыния – украинская земля. А отсюда недалеко до межнациональных конфликтов. Так что рассуждения дилетантов не столь безобидны, как может показаться на первый взгляд.
Нечто похожее видим в истории Азербайджана и Армении. Азербайджанские ученые в 90-х годах XX века сделали такое открытие, которое заткнуло за пояс даже румын.
Дело в том, что страны Азербайджан к северу от Куры вообще никогда не существовало. Подлинный Азербайджан – это Атропатена, или Атурпаткан, названный так в честь одного из наместников-персов, служивших Александру Македонскому. Наместника звали Атурпат. Этот Азербайджан до сих пор входит в состав Ирана, его центры – Тебриз и Урмия, а население исповедует шиизм. Северный Азербайджан со столицей Баку – это древняя земля армян, которые оставили здесь множество археологических памятников. Ученые до сих пор находят в междуречье Куры и Аракса хачкары – характерные армянские кресты на захоронениях. В первые века новой эры эта страна, населенная армянами, звалась Кавказской Албанией, или Алуанк. Впоследствии армян вытеснили персы, а затем тюрки, принявшие суннизм. Лишь после Октябрьской революции этих тюрок назвали «азербайджанцами» и создали Азербайджанскую ССР.
Прошло время, страна обрела независимость. Потребовалась национальная история. Тогда азербайджанские ученые объявили кресты-хачкары памятниками древнего азербайджанского населения Кавказской Албании. Оно, мол, после арабского нашествия приняло ислам и сменило самоназвание на «азербайджанцы». Эту гипотезу продвигал маститый бакинский ученый Давуд Ахундов. Разумеется, азербайджанские политики поддержали ее. Она позволяла доказать исконные права на землю, которыми обладает небольшой тюркоязычный этнос, живущий ныне вокруг Баку и Шемахи и называющийся по недоразумению азербайджанцами.
Согласимся, что русским стыдно быть похожими на эти архаичные ученые сообщества, которые имеют мало общего с наукой, но очень много – с политикой.
А, например, малороссам – нет. Причем они пошли по пути политизации истории раньше других. Это связано с именем украинского историка и политика М.С. Грушевского (1866–1934). Грушевский – сын русского чиновника, очарованный западной теорией «наций», которая родилась в XVIII столетии и принесла немало горя народам планеты. Многие субэтносы вдруг захотели стать нациями. Зачастую такие нации формировались искусственно. Грушевский носился с идеей украинской нации, уехал во Львов, принадлежавший тогда австрийцам, и выпустил несколько томов «Истории Украины – Руси», в которой превозносил украинцев и обличал русских империалистов. Он пытался писать на искусственном языке, который назвал украинским, но западноукраинский поэт Иван Франко высмеивал Грушевского за его филологические ляпы. Тогда ученый выпустил в свет «Иллюстрированную историю Украины», написанную на русском и изданную в Киеве за несколько лет до Февральской революции. Она-то и стала библией украинских националистов. Недавно эта книга переиздана в Москве и доступна читающей публике.
Первым делом Грушевский объявил предками украинцев археологическую культуру трипольцев, существовавшую в III тысячелетии до новой эры на Днепре, и, конечно, скифов-пахарей, упомянутых Геродотом. Одна из глав труда львовского профессора называется «Украинское расселение. Анты». Трудно поверить, но Грушевский действительно объявляет антов украинцами. Предками великороссов он числит какие-то «северные славянские племена». Читателю исподволь навязывается концепция о том, что украинцы если не вечны, то являются очень древними. Это как раз тот случай, когда академические оценки бессильны, потому что утверждение украинского автора – абсолютно непрофессионально. Зато концепция Грушевского обосновывает исконные права современного политического режима Украины на Киев, Чернигов и южнорусские степи. В Киеве имеется улица Грушевского как свидетельство благодарности правительства за то, что ученый обосновал его права на земли древних антов… хотя и сделал это на русском языке, потому что его «украинский» сами украинцы не понимали. В случае с Грушевским перед нами дистиллированная политика, очищенная от каких бы то ни было научных примесей и прочей академической шелухи. Чтобы идти вперед по пути исследования, нужно воздержаться от мелочной полемики с националистами и просто изложить концепцию, которая является наиболее логичной на сегодняшний день и не противоречит фактам.
Но это не так просто, как кажется. Например, столь же неверно утверждение советского академика Б.А. Рыбакова, который числил антов предками восточных славян. Рыбаков был влюблен в Русь и русских, но эта любовь – не аргумент в научном споре. Увлечение русскими переросло в стремление удревнить историю родной страны, что привело к ошибкам и натяжкам. Например, Рыбаков прекрасно знал, что археологические памятники Киева датируются серединой или концом VIII века, но «удревнил» историю города и принял на веру сообщение летописи о мифическом князе Кие, который якобы основал «мать городов русских» и жил в эпоху Юстиниана (527–565), то есть примерно за двести пятьдесят лет до реального основания Киева. В те времена историки фиксируют наличие на Днепре мощного славянского союза антов, и Рыбаков считает их предками русских. Впрочем, академик охотно «делится» предками с украинцами и белорусами: по его мнению, анты могут считаться пращурами и этих народов тоже. И все они берут начало от скифов-пахарей. Достаточно прочесть две работы Рыбакова: «Киевская Русь» и «Геродотова Скифия», чтобы убедиться в наличии таких выводов. В общем, перед нами та же теория Грушевского, только изложенная с русских имперских позиций. Таким образом обосновывалось исконное право империи на землю, которую населял главный имперский народ. Но славяне-анты, судя по всему, вообще не были предками ни великороссов, ни малороссов.
Итак, нам нужно отрешиться от политических пристрастий и попытаться дать объективную версию событий. Это довольно сложно по причине скудости источников. Письменных свидетельств о ранней истории славян нет вообще, а к данным археологии, как мы уже говорили, следует относиться крайне осторожно. Поэтому вся ранняя история славян – не более чем реконструкция, одна из гипотез, которая может быть оспорена.
Но прежде чем начать рассказ, необходимо пояснить, почему мы считаем устаревшими националистические гипотезы о «скифах-пахарях» как о предках славян.
2. Когда родились славяне?
О том, что все народы имеют начало и конец, почти одновременно догадались трое великих ученых, живших в разных странах мира в XX веке. Это немец О. Шпенглер, англичанин А. Тойнби и русский Л.Н. Гумилев. Каждый из них настаивал, что «цивилизация», или «суперэтнос», живет от тысячи до полутора тысяч лет, а затем либо распадается, либо уничтожается, либо превращается в реликт. Лишь Тойнби наивно заявил, что все народы смертны, кроме… англичан. Но этот курьез вполне объясним. Каждому хочется жить вечно, а мысль о том, что твой народ когда-то умрет, равно неприятна и обывателю, и ученому.
Когда же родились славяне?
Обычно историки ссылаются на сочинение Клавдия Птолемея с его народом soubenoi и на Певтингеровы таблицы с племенем венедов. Впрочем, венедов упоминают и Птолемей, и Тацит (I–II века новой эры). Но имеют ли отношение все эти названия к славянам – вопрос спорный.
Первый письменный источник, который, скорее всего, упоминает именно о славянах, – сочинение чиновника по имени Приск Панийский. Это секретарь посла Восточной Римской империи, направленного к правителю гуннов Аттиле. Миссия состоялась в 448 году. Приск Панийский оставил воспоминания об этом посольстве, которые дошли до нас.