Брачное агентство «Кот в мешке»

Глава 1.

Лиза.

Работа в библиотеке накладывает свой отпечаток. Начинаешь смотреть на мужчин совершенно другими глазами. С брезгливостью отвергаешь грубые ухаживания соседа по площадке, алкоголика Николая. Вечно пьяного, вечно голодного, без денег, без работы и с вечно обновляющимся фингалом, который мигрирует по всему лицу, оставляя на предыдущих местах серо-желто-зелёные следы цветения. Сантехника Ивана, у которого руки золотые, но дурная голова. Грузчика из магазина Антона, который не пропустит ни одной юбки. Местный Казанова, чтоб его! «Завидных» женихов, синюшных от водки и пахучих от перегара, сидящих на лавочках у подъезда. От неосторожного вдоха пьянеешь, остаётся только закусить. Такое амбре стоит, что закачаешься. Да ещё и приправленное дымком от сигарет «Прима».

И к своим честно нажитым двадцати шести годам понимаешь, что в твоём немногочисленном окружении нет настоящих мужчин. А если они когда-то и были, то все уже благополучно пристроены. Товар «Настоящий мужчина» со знаком качества не залёживается. Идёт, как горячие пирожки на мелких железнодорожных станциях.

– Книги – зло, – ворчит моя бабушка, которая, как только я приезжаю к ней в деревню, тут же начинает искать любимой внучке женихов. – Нельзя жить книжной жизнью. Надо попробовать настоящую, семейную.

На сей раз, на обед она позвала первого парня на деревне, Степана. Здорового детину с глуповатым выражением лица, с мощной мускулатурой и совершенно не уважающего, личное пространство. В его птичьем мозге вообще нет такого понятия. Выцветшие на солнце песочного цвета волосы и трёхдневная щетина делали его гораздо взрослее, чем он был на самом деле. Парень любил поговорить и порассуждать о «женском счастье». Настораживало, что такое добро не прибрали к рукам местные бабоньки. Ну, в общем, Степан оказался не в моём вкусе.

– Я ко всем профессиям отношусь хорошо, будь то дворник или столяр. Мне не нужен принц на белом коне, но в мужчинах я прежде всего ценю мужество, заботу о своей женщине, внимание и верность. Я хочу быть единственной женщиной, на которую он будет смотреть с любовью. Но все вышеперечисленные мужчины, к сожалению, не относятся к этой категории.

Я сидела на удобном диванчике в кабинете одноклассницы Светки. Она недавно открыла собственное брачное агентство и решила тут же пристроить в хорошие руки незамужних подружек. Надо же с чего-то начать бизнес?

– И чем тебя не устроил Степан? Он хороший тракторист, парень – работяга. Тебе же не важна профессия твоего будущего мужа? – спросила девушка.

– Так он на первом свидании хвастался своими любовными похождениями. Сколько, когда и в каких позах может использовать свой могучий инструмент. Мачо местного розлива, не иначе. Он явно не попадает под категорию верных и любящих. Возможно, поэтому и не прибрали его местные. Пользуются услугами, но не рискуют опекать такого кобеля.

– Ну, подруга, нет никакой гарантии, что ты когда-нибудь найдешь свой идеал. Чтобы всем угодил, да ещё и верным был, – такого не бывает. Не в нашей жизни, – покачала головой подруга, глядя на меня как на неразумную. – У меня есть на примете несколько интеллигентов: парочка менеджеров среднего звена, один научный сотрудник какого-то там НИИ и учитель истории. Выбирай любого, если тебе всё равно, как они будут выглядеть и какой у них финансовый доход. Вот, например, – Светка показала фотографию из тоненькой папочки.

– Ну, ты и загнула, подруга. Я не хочу орангутанга в мужья. На приматов я могу и в зоопарк сходить посмотреть, – возмутилась я. – Не настолько я отчаялась.

– Хм, ну ладно, а как ты относишься к людям, которые любят спорт? – не теряла надежды помочь мне обрести семейное счастье Света.

– Очень положительно, – глазоньки мои загорелись, когда одноклассница показала фотографию симпатичного темноволосого парня. Не мальчик, а конфетка.

– Зовут его Никита. Но, – подняла она наманикюренный пальчик, – мальчик он капризный в выборе девушки. Оденься прилично, когда пойдёшь на свидание, а то твоя одежда из семидесятых годов. Бабушкин шкаф ограбила? – поморщилась она, оглядев меня скептически.

Я взглянула на себя в зеркало, висящее на стене. Поправила выбитый из причёски завиток. Нормальная одежда: шифоновая кофта с длинным рукавом, чёрная юбка по колено, на ногах чёрные туфли на каблуке «рюмочка», на носу очки в чёрной роговой оправе. Одежда, в которой всё время хожу на работу. Никто из сотрудников не жаловался на мой внешний вид.

– Ладно, спасибо за кофе. Пойду, пожалуй, а то опоздаю. У меня сегодня вторая смена. Мой домашний телефон у тебя есть, так что, если выпадет вариант, звони.

– Деревня! Ты что, до сих пор не купила мобильник?

Я лишь пожала плечами. Причин не было приобретать гаджет. Да и связь мне оказалась не по карману, слишком дорогая.

– Так как насчёт Никиты, давать твой номер?

Я не была уверена, что понравлюсь такому парню. Поэтому, неопределённо кивнув головой, поспешила на любимую работу.

Глава 2.

Парк.

Телефонный аппарат, стоящий на прикроватной тумбочке, вырвал меня из глубокого сладкого сна. Могли бы подождать со своими звонками. Уверена, что во мне необходимости не было. Это просто карма такая. Даже во сне я не могла расслабиться. А снились мне красивые парни, которые осыпали моё обнажённое тело жаркими поцелуями. Оно горело и плавилось под жадными до прикосновений руками. Я стонала и бесстыдно подставляла налитую грудь под их поцелуи. Вот тут и объявилась птица «обломинго». До кульминации дело не дошло, разбудил телефонный звонок. Злая и неудовлетворённая, готовая рычать как голодный тигр, взяла трубку телефона и хрипловатым голосом (ни разу не от возбуждения) ответила:

– Слушаю.

– Доброе утро, Елизавета Сергеевна, мне ваш номер телефона дала Светлана Николаевна, – голос приятный, бодрый. – Она попросила Вас хорошо отодрать, – бархатный мурлыкающий тембр.

– Что Вы сказали? – переспросила недоумённо. Похоже, я всё ещё находилась под воздействием сна. Мерещится невесть что. Совсем с катушек съехала со своей сексуальной неудовлетворённостью.

– Попросила с Вами позаниматься бегом. Я Вас жду в парке возле входа. Обязательны спортивный костюм и удобная обувь. Скажем, через час, Вас устроит? – парень ждал моего ответа. – Буду ждать тебя, кошечка, устроим славные забегушки, – опять тот же мурлыкающий голос.

– Хорошо, – буркнула я, мотая головой. Трубку телефона осторожно положила на аппарат.

Мне нужно было срочно принять душ, потому как слуховые галлюцинации мне совершенно не нравились. И, вообще, как такое возможно, чтобы приличной девушке снились такие развратные сны?

Приняв душ, высушила феном волосы, надела тёмно-синий спортивный костюм, натянула на ноги кеды и спустилась по лестнице во двор. Старая пятиэтажка жила своей повседневной жизнью. Дворники, местные алкоголики, мамаши с детьми на детской площадке. Бабки стоящие за молоком возле бочки. Ничего не менялось с годами. Возможно, только дороги стали хуже, да цены на продукты выше. Рассуждала как взрослая женщина, у которой оставались до зарплаты несколько монет на проезд в автобусе. Благо, парк был от меня в паре кварталов, так что я пришла вовремя, не особо насилуя мозг мыслями.

– Елизавета? – я подпрыгнула на месте от неожиданности. Слишком близко прозвучал голос. – Здравствуйте!

– Дд-д-а! Привет! – проблеяла я.

В жизни парень был даже красивее, чем на обложке. Высокий, подтянутый, голубоглазый. Как будто сошёл с модного заграничного журнала. Мне как-то Томка, моя подруга, показывала журнал для взрослых, замусоленный до дыр. Вот там были такие же самцы.

– Будем знакомы, – парень протянул мне руку для пожатия, – я индивидуальный фитнес-инструктор. Вам Светочка сказала мои расценки?

– Нет, не сказала, – я всё ещё находилась в шкуре овцы.

– Ой, Светочка такая забывчивая. Ну, что же, идёмте в парк, и по пути я Вам расскажу о своих расценках. Смотрите, первое занятие бесплатное. Это, типа, первое свидание.

– Угу, – пробубнила, слушая инструктора вполуха. Что бы он мне ни сказал, это моё первое и последнее с ним свидание. Денег на индивидуальные занятия у меня всё равно не было. Да я и не стала бы встречаться с парнем, который берёт деньги со своей девушки, вместо того, чтобы драть её саму.

«Чёрт! Что у меня с мозгами? Кажется, у меня едет крыша. Диагноз ясен: «Озабоченность первой степени тяжести. Сексуальная анорексия»

– У Вас красивые плечи, – вывел меня из задумчивости инструктор.

Я и не заметила, как мы остановились возле речки, которая протекала через парк. Она была огорожена каменными блоками, чтобы любопытные дети, не дай Бог, не свалились в речушку. Местами она была довольно-таки глубокая.

– Простите? Вы что-то сказали? – какой-то неожиданный комплимент.

– Плечи у вас мощные, вы не занимаетесь плаваньем? – повторил Никита.

– Нет, я плавать совершенно не умею, – растерянно ответила парень.

В парке было ещё немного людей, и в основном, бегуны. Меня звонок разбудил в шесть утра, сюда я пришла в семь, и значит, сейчас где-то около восьми часов. К нам подбежала группа спортсменов. Все они знали Никиту, и он не прощаясь со мной присоединился к процессии. Я же стояла с открытым ртом, ровно до того момента, как услышала чьё-то шипение и отборный мат.

Неопрятный мужчина стоял на середине мостика, перекинутого через неширокую, но глубокую речку. В руках он держал мешок. Мешок дёргался, и оттуда доносилось жалобное мяуканье.

– Мужчина, – позвала его громко, – что Вы делаете? Отпустите несчастную животинку!

– Как скажешь, красавица, – пробасил небритый алкоголик. И отпустил мешок с котом. С громким всплеском мешок ушёл под воду. Мерзко хихикая, эта сволочь отправилась прочь.

Не раздумывая, я залезла на ограждение и сиганула за мешком. И только когда ушла с головой под воду, вспомнила, что я не умею плавать.

Глава 3.

Новый мир.

Лёгкие горели, а я уходила под воду, с широко распахнутыми глазами. В последний раз смотрела на этот мир. Про себя отметила, что вода была кристально чистой. Странно, всегда была уверена, что в парке речка берёт свое начало от химзавода, который стоял на окраине города. Потому что от реки всегда несло химикатами, и была она мутной, а не прозрачной. Нет.

Ко мне подплыл черноволосый парень, как мне показалось, совершенно голый, и схватив за талию, мощным рывком вверх выбросил моё тельце из-под толщи воды.

Мой спаситель сделал пару греков, и я оказалась на боку, на ярко жёлтом песке, тяжело дыша. Мне повезло, вода ещё не успела попасть в лёгкие.

– Ты что, сумасшедшая? Ты зачем полезла в воду за котом, раз плавать не умеешь? – я даже отвечать не стала, всё и так было очевидно – спасала животинку.

Ой, точно, кот, я про него совершенно забыла, пока сама тонула. Не слушая спасителя… Кстати, его голые ноги стояли слишком близко возле лица.

«Красивые такие, накачанные икры», – заметила я с долей восхищения.

Но помня, что мне показалось, будто он голый, выше взгляд не решилась бросить. Перевернувшись на другой бок, по-пластунски поползла обратно к воде. Кота я пока так и не спасла, но ничего, они живучие, ещё был шанс его спасти. Я настырная. Котик должен жить.

– Нет, ты однозначно больная. Ты зачем в воду опять лезешь, суицидница? Ты же плавать не умеешь! – возмутился нудист.

– Там кот, – прохрипела я. Ноги парня закрывали мне обзор.

– Где это – там? – с удивлением и раздражением спросил он.

– В воде. Там кот, его мужик какой-то бросил в речку, – ответила я, продолжая свой ход по-пластунски.

Парень присел на корточки, и я сглотнула. Ну, вот нет у людей совершенно никакого приличия. От увиденного крепко зажмурилась. Славные гладкие «бубенчики» так и стояли перед глазами. О шикарном «орудии» вообще молчу. Опять забыла о бедной животинке.

– Вставай, давай, а то нас арестуют за нарушение порядка. Мне штраф накатают, а тебя в резервацию заберут, – сказал что-то непонятное парень, продолжая злиться на меня.

– Куда заберут? – я, конечно, слышала о резервациях, где проживали коренные американцы. Но я-то тут причём? У нас в стране не было никаких резервации. Или всё же были, да я не в курсе? Совсем, похоже, от жизни отстала. Хотя, какая резервация здесь? Мутит этот парень. И ничем не прикроется, сволочь! Смущает порядочных девушек.

– Потом расскажу, дай мне свою кофту, хоть стратегические зоны прикрою.

«О, наконец-то! Совесть проснулась и остатки приличия»

Парень отошёл в сторону, а я всё-таки смогла встать, вначале на четвереньки, потом в полный рост. Костюм был мокрый, с меня ручьями стекала вода. Благо, солнышко уже припекало, и появилась вероятность, что не подхвачу простуду. Сняла кофту, и заведя руку за спину, отдала олимпийку голому парню. Глаза бы мои его не видели! Голого. Мой взгляд привлёк мост, он как бы подрагивал, как мираж в пустыне.

– Ух, вроде успел, – с облегчением выдохнул «нудист». – Да, кстати, за спасение кота спасибо.

Не успела ответить насчёт кота, как с неба, чуть слышно жужжа, опустился небольшой дискообразный аппарат. И механический голос сообщил:

– Внимание! Внимание! Оставайтесь на месте, к вам вылетела бригада спасателей. Внимание! Внимание!

От неожиданности и от невиданного ранее чуда, взвизгнув и подскочив на месте, развернулась и неизвестно как оказалась за спиной парня. Крепко прижалась к его голому горячему, упругому телу. А как от парня пахло, просто волшебно!

– Ну, всё, капец мне, меня застукали с нелегалкой, голым, посреди аномальной зоны. Мои фотки разлетятся по всему миру. Конец карьере, конец протекции на женитьбу. Ну, спасибо тебе, спасительница, подложила ты мне свинью в карьерном росте, – горько бубнил себе под нос парень.

– Ваши обвинения совершено, беспочвенны, не сгущайте краски. Уверена, что не так всё печально, ну отсидите пятнадцать суток или отделаетесь общественными работами. Скажите, вы уверены, что кот выбрался из воды?

– Угу, уверен, не пугайтесь. Вот и кавалерия прибыла.

Когда увидела кавалерию, и, главное, на чём они прибыли, у меня открылся рот. У нас такой техники нет! Или – всё же есть? Мысли путаются. Похоже, что наглоталась я, водички с химикатами. И глюки не заставили себя ждать. Или я попала на засекреченный объект? Хотя, речка та же, парк тот же, однако никакого блочного заграждения нет, зато есть лимонно-жёлтый песок.

Вернулась в реальность (надеюсь на это). Нас окружили роботы со светящимися глазами. Но, похоже, что для меня это было слишком и я отключилась.

Мы со спасителем моей жизни сидели на жёстких стульях, а перед нами стоял стол, за которым восседали люди в оранжевых одеждах с очень строгими лицами. Я в сознание пришла только в этой комнате. Проснулась резко, как от щелчка. Парень во время разговора всё время на меня косился и странно подмигивал. Решила, что у него нервный тик. А он, оказывается, хорошенький, и мордашка славная, хоть и глазки косят. Парню выдали одежду с чужого плеча, так как она на нём висела, это было видно по огромной бирюзовой рубахе. Я заметила, что всё тут было кричащих тонов. Слишком ярко, слишком напыщенно.

– Угу, так и запишем, – сказал боров с тройным подбородком, – нарушение аномальной зоны, нелегалка, эксгибиционист, девушка без постоянного места жительства, не имеющая определённого статуса. Это знаете, чем попахивает?

– Чем? – в один голос спросили мы со спасителем.

– Нарушением границы. А это знаете что?

– Что? – опять спросили мы хором.

– А это значит…, – договорить боров не успел.

Посреди зала появился мужчина в чёрном костюме. С кейсом в руках.

– А это ничего не значит. Вы незаконно задержали представителей королевской семьи: принца Эшли Осборна и его молодую принцессу-невесту. Его величество плавал в своём бассейне и попал в аномальную зону. Все документы вам уже направлены. А сейчас извините, но нам пора. Мать-королева будет очень сильно гневаться.

Мужчина, подойдя ко мне, взял за руку. Мгновение и мы провалились в образовавшуюся под нами воронку. Я ни пискнуть, ни испугаться не успела. Что за чертовщина тут творится? Мы переместились в просторный современный кабинет. Никаких кричащих цветов. Слава Богу! Мои глазоньки наслаждались интерьером и цветовой гаммой.

– Не расскажешь мне, Робин, – у мужчины побагровело лицо, – какого тебя понесло в этот кислотный мир с их отшибленными законами? Ты дважды нарушил их границу.

– Не кипятись, Сэт. Только через них я мог попасть на запретную Землю. Я должен был рискнуть. Ты же знаешь…

– Ничего не хочу знать, меня жена убьёт, если увидит рядом с такой красавицей. Завидую вам с…, – но договорить он не успел. Робин, а именно так звали парня, его перебил:

– Сэт, мы спешим.

Я на всё это смотрела с открытым ртом. Происходящие действия я воспринимала как сюрреалистический фильм, – очень интересно, но ничего не понятно. Я же предпочитала классику.

– Елизавета, – обратился ко мне парень, поддерживая рукой широченные бирюзовые штаны. – Поздравляю, ты вытащила счастливый балет, то есть билет. За спасение своего кота, я дарю тебе брачное агентство. Дом хоть и небольшой, но уютный. На первом этаже агентство, а на втором – жилые комнаты. Так что, как говорится, работа на дому.

– Вы что, все тут с ума посходили? Какое агентство, вы, о чём, вообще? Что это были за люди? В какой стране я нахожусь? Почему тут такой дурдом? – понесло меня.

– Ты что, не сказал ей? – спросил Сэт, ошарашенно на меня уставившись.

– Эм-м-м, ну, как бы, я не успел. Пришлось спасать Лизу, – замялся принц.

– Ничего не понимаю, кто кого спасал? – опять спросил Сэт, глядя на парня.

– Ну, в начале она меня, потом я её.

– Ой, всё! – моему терпению пришёл конец. – Вы как хотите, а я домой пошла.

Пока народ разговаривал, я постепенно, шаг за шагом, отходила к давно примеченной мною двери. Дверь при моём приближении бесшумно отъехала в сторону, я сделала ещё шаг и полетела вниз.

«Вот дура! Сколько раз говорила себе: выходить нужно лицом, а не спиной, – пролетела в голове мысль и тут же погасла. – А-а-а-а, помогите!»

Глава 4.

Наш дом – дурдом.

Я уже успела попрощаться с жизнью. Мимо меня проносились этажи, много этажей. Или это я мимо них проносилась, неважно. Прямо, как в сказке «Алиса в стране чудес», когда она упала в нору. Только мне откуда ждать чуда?

– Нет, ты точно суицидница, – услышала знакомый гневный голос.

Рядом со мной из ниоткуда появился Робин. По крайней мере, голос точно был его. Потому, как лица я его не видела. Штаны упали вниз, а вот бирюзовая рубашка, наоборот, задралась вверх. Переодеться он так и не успел. Всё это безобразие с полётом в неизвестность длилось несколько секунд, а мне показалось – вечность. Схватив мою «тушку», в крепкие мужественные объятья, он что-то прошипел и мы ввалились обратно в здание. Нас ослепило мощным ярким светом, как прожектором. И послышались щелчки фотоаппаратов.

– Капец! – прошептал Робин. – Я опять с тобой и с голой попой. Бабушка меня убьет.

При приземлении из меня вышибло дух, а по щекам градом покатились слёзы. Моё перекошенное лицо было обращено к залу. Таких бурных оваций я ещё никогда не слышала.

– Королева свергнута, любовник убит! – прогремело на весь зал, который содрогался от громких радостных криков и оглушительных рукоплесканий. Народу понравилась жертва в моём лице.

– Слезь с меня, идиот, ты тыкаешь в меня чем-то твёрдым. О, боже, я перестала чувствовать ноги, – взвыла я и в зале решили, что королева не хочет умирать. Венценосная особа корчилась в предсмертных муках, не желая покидать этот мир. А загробная жизнь в лице Робина, дышала ей в ухо.

– Не могу, – прошипел мне Робин, если я встану, меня тогда уже убьёт не только бабушка, но и родители. Я и так – огромное пятно на репутации семейства.

Мы дождались момента, когда на сцену вышли все актёры. И только, когда закрыли занавес, Робин попытался осторожно с меня слезть. Я была уверена, что он своим весом мне сломал позвоночник. Актёры догадались всё же позвать доктора. Я рыдала от боли, этот идиот умудрился выбить мне ещё и плечевой сустав.

– Спасибо, не нужно, – сказал парень, он так и не соизволил надеть штаны.

Плачущую меня он подхватил на руки. И мы опять куда-то переместились. Я начала терять сознание, перед глазами всё мельтешило и расплывалось.

– Бездна, Робин, что ты себе позволяешь, ты же голый! – послышался вопль.

– Успокойся, мама, он всего лишь немного подрос с того момента, когда я был ребёнком. Займись Лизой, она потеряла сознание. У неё выбито плечо и, кажется, повреждён позвоночник она не чувствовала ног.

Всё это я слышала на границе сознания.

– Бедная девочка, – сказал красивый голос, и я отключилась.

Мне снился приятный успокаивающий сон. Пели птички, яркие бабочки порхали с цветка на цветок. Я и сама была бабочкой, красивой, нежной. Я выбирала себе цветок, самый прекрасный. Мне не пристало смотреть на обычные цветы, мне нужен был королевский цветок. Но королевских цветков оказалось гораздо больше, чем один, и все они звали меня, перебивая друг друга:

– Лизонька, я лучше, нет я лучше, – а я металась по полю, не зная, на какой же цветок приземлиться. Мне и тот нравился, и этот. Все они были хороши собой, статны и до одурения душистые. Но, того, что мне нужен, не было.

– Апчхи! – громко чихнула я и проснулась.

– Ты опять надушился, Арчибальд? Выйди отсюда, у Лизы на тебя аллергия, – знакомый голос моего персонального мучителя.

– Я уверен, Робин, что аллергия у неё на тебя, ты сам себя превзошёл по тупости, – огрызнулся тот.

Открыла глаза и мне захотелось тут же залезть под одеяло. На меня смотрели три красавца. Вернее два, к Робину я уже привыкла. Жадно так смотрели и облизывались, словно я была лакомством на подносе, а они уже неделю, а то и больше, не ели и не пили.

– Эй, мальчики, с вами всё в порядке? – после долгого сна у меня голос сел, и получился он такой томный с придыханием. Ну, прямо, секс по телефону, не иначе.

– Боже, она разговаривает, – сказал Арчибальд. От него, как от цистерны с духами. Зачем же так душиться? У меня аллергия на резкие запахи.

– Ты прикинь, да? А ещё спрашиваешь, почему у меня крышу рвёт рядом с ней, – это уже Робин.

Он стоял, скрестив руки на груди, в белоснежной рубашке и черных штанах. Вернее, в обтягивающих лосинах, не скрывающих ничего. Ну кроме явно выпирающего достоинства, или это накладка такая? Я даже голову набок повернула, решив рассмотреть все внимательно, во всех деталях. А то, мало мне до этого обзора было. Тот, видя пристальное внимание к интересной мужской части тела, довольно хмыкнул.

– Балерун? – поинтересовалась у парня, не удержавшись. Да, знаю, что нет такого слова в нашем языке, но слишком свежи воспоминания об артистах балета и их одеянии не оставляющих места для фантазии. Я чувствовала себя неуютно, как будто сама скакала по сцене с голой попой. Поэтому, не скоро ещё пойду в театр.

– Фехтовальщик, – парировал Робин гордо.

– А я занимаюсь конной ездой, – встрял в разговор Арчибальд, он явно этим хвастался. Я невольно поморщилась, зачем же так душиться-то? Цветочными духами. Бедные лошади, надеюсь с животинками всё в порядке?

– Здравствуйте, Лиза, меня зовут Эшли. Будьте моей женой, – стремительное движение и парень стоит рядом со мной на коленях и протягивает серебряный, как мне показалось, браслет. Тут же на колени бухнулся и второй парнишка.

– Здравствуйте, Лиза, меня зовут Арчибальд, можно просто Арчи, будьте моей женой, – и бухнувшись на колени протянул мне зелёный браслет.

Я смотрела в растерянности на Робина. Тот, молча ко мне подошёл, взял руку лежащую по верх одеяла и, произнеся стандартную судя по всему фразу, заменив лишь одно слово (будешь моей женой) звучало как приговор, надел на руку голубой браслет. Не растерялся.

– А что, так можно было? – спросил ошарашенный не меньше меня Арчи.

– У нас с ней более интимные отношения, братец, она меня пару раз уже видела голым.

– Так, чего мы стоим? – спросил у братьев Эшли,– давайте раздеваться. И начал расстёгивать ремень на штанах.

Всё, моему терпению пришел конец. Взревев как раненный зверь, схватив подушку, запустила в нагло ржущего Робина. В этих идиотов летело всё, что было под моей рукой. В итоге, схватив тяжеленную вазу с цветами, запустила в эти наглые рожи, лицами на тот момент не могла их назвать. Мне хотелось окатить водой парней, привести наглецов в чувства. И, не знаю уж как, но на них хлынула с потолка вода. Окатив их и тех, кто прибежал на крик. В общем картина маслом, называлась «Приплыли»