#Виновата. Родиться женщиной

Пролог

Тревога больше не осязаема. Переживания медленно, но верно сходят на нет. Пора ли возвращаться домой? Я не могу понять, свободна или нахожусь в заключении? Заложница или это иллюзия? Я виновата. Виновата с рождения.

Сначала ты впитываешь это с молоком матери, потом глотаешь на протяжении всего жизненного пути. И только ленивый не упрекнёт в том, кем ты являешься на самом деле. Ведь для этого нужно всего лишь родиться женщиной. Неважно, сильной или слабой, обворожительной или нелюдимой. Ты – виновата! Это будто первородный грех. И впереди ещё бесконечное число вызовов обществу. Окружающим, самой себе. А если ты не согласна, то встаёшь поперёк горла всему этому миру.

Мне уже не страшно. Три месяца назад эта жизнь была совсем иной. Я не жалею ни о чём.

1. Токарева

Меня зовут Марго. Мне сорок два года. И двадцать четыре из них я отдала гостиничному сервису. Сначала работала горничной. Потом выросла до администратора, а после стала управляющим. Так и поняла со временем, что больше не хочу работать на кого-то. Обычно, на этом моменте следует скучная история о том, как я влезла в кредиты, никто в меня не верил, но я смогла открыть отель на Почтамтской улице, совсем неподалёку от Васильевского острова. Он заслужил звание одного из лучших в Петербурге. «Петер-Плаза» до недавнего времени оставалась потрясающим местом.

Июнь две тысячи девятнадцатого начался сумбурно. Туристы прибывали. Многие нежно любят Петербург летом. Ни на что не хватало времени, поэтому я давно задумывалась над поиском ассистента или ассистентки. Но привыкла разбираться со всем сама. В тот день, когда решение окончательно было принято, ко мне пришёл Виктор Белецкий, известный петербуржский бизнесмен. Не скрою, время от времени мы спали, его даже не останавливала жена и трое детей. Меня, впрочем, тоже. Но всё-таки, в первую очередь, он оказался тем человеком, без кого мой успех не случился бы. С его барского плеча я получила первый кредит, и как-то всё закрутилось. В связи с этой неловкой оплошностью, Виктор до сих пор владеет десятой долей отеля.

И вот сейчас он, как и обычно, зашёл в мой кабинет, не постучавшись. Я вгляделась в его пустые синие глаза, милую лысину и прокрутила в голове: «Он в этой ужасной полосатой тройке, значит сегодня – среда».

– Ничего не говори про костюм, – усмехнулся Виктор. – Ты просто не разбираешься в мужском стиле.

– Ты и сам знаешь, что я о нём думаю, – пожала я плечами и продолжила читать почту, вглядываясь в экран ноутбука. – Какими судьбами? Тебя две недели не было.

– А ты скучала?

– Не особо. Так, в чём дело?

– Близится высокий сезон.

– Пятнадцатый по счёту. И? – поморщилась я, предвещая неприятный разговор.

– Сейчас нам как никогда нужны сверхвыручки. Ты выкупила последний этаж в этом богом забытом здании.

– Вообще-то, это памятник архитектуры, – я возразила и, захлопнув ноутбук, начала сверлить Виктора взглядом.

– И что ты собралась с ним делать?

– Самые дорогие люксы, – спокойно ответила я, будто пыталась показать, что всё под контролем. Хотя, понимала, что сохраняю хорошую мину при плохой игре.

– На какие шиши? – начал напрягаться Виктор. – Хочу тебе напомнить, что одна десятая того, чем ты управляешь, принадлежит мне. Но ты же даже не советуешься со мной!

– Давай я выкуплю эту чёртову долю! – не отступала я, мысленно прокручивая список возможных кредиторов.

– Ну уж нет! – оскалился он. – Я в тебя верю, Марго. Но настоятельно рекомендую найти ассистента. – Делегирование – залог успеха. Я вижу, как ты устаёшь. Ты каждый день приезжаешь сюда. Тебе нужна правая рука!

– Бред какой-то! – процедила я сквозь зубы. – Ассистент мне не нужен!

– А, может, ассистентка? – посмеялся Виктор и зажёг сигариллу.

– Эй, опять мне весь кабинет прокуришь! Дома подымишь!

Я встала из-за стола и так резко выдернула сигариллу из зубов Виктора, что он, сидя на диване, даже подскочил.

– Вот! Раньше ты такой нервной не была! Может, в отпуск? Давай слетаем в Ниццу?

– А жене ты что скажешь?

– Это уже будет моя головная боль.

– Всё равно я не полечу, – хмыкнула я и скрестила руки на груди. – Нам же как никогда нужны сверхвыручки, да?

Я часто мастерски изображала интонации Виктора и знала, что его это злит. Белецкий не любил, когда над ним смеялись. Я не сомневалась, что сейчас он побесится минут пять-десять и уйдёт. Но не тут-то было. Витя продолжал испепелять меня взглядом, демонстративно потягивая вновь зажжённую сигариллу. Он знал меня как облупленную. Я сдалась.

– Ладно, – вздохнула я. – Сегодня оставлю вакансию на «Джобхантере». Секретутка мне не помешает.

– Секретутка? Да тут нужно что-то типа топ-менеджера! – удивился Белецкий.

– Я сама себе топ! – деловито ответила я. – Но девочка на побегушках за полставки горничной будет тут нелишней.

– Ты неисправима!

Виктор приблизился ко мне. Я подлетела к двери и закрыла её на ключ, понимая, чего хочет этот кобель с обаятельным пузиком. Витя не любил ни долгих прелюдий, ни страстных многозначительных поцелуев. И терпеть не мог бредовую болтовню в стиле «я люблю тебя», «я вся твоя» и «я тебя убью, если ты остановишься». Тут мы с Белецким сходились на все сто процентов, в отличие от его жены. Я долго шла к тому, чтобы секс для меня стал просто обыденностью на уровне очередного приёма пищи. И это положение вещей чертовски устраивало. Для здоровья полезно. Но от чего я не могла избавиться все эти годы, так это от лёгкого чувства презрения к нему. Казалось, что даже в тот момент, когда Витя был во мне, я всеми клеточками тела выдавала себя. А его это не беспокоило. Не знаю, льстил ли мне Виктор и спал ли с кем-то ещё, но он говорил всегда что-то типа «неведомая сила заставляет меня сюда возвращаться». Я смеялась, закуривала сигарету и тихонько выпроваживала довольного котяру.

Так случилось и сейчас. Виктор пришёл утром, а у меня оставалось ещё много рутинной работы – осмотр номеров перед сезоном, конференц-колл с новыми поставщиками для ресторана при отеле и проверка бухгалтерии. Последнее я особо не любила, поэтому решила начать с простого – поручила выложить на сайте вакансию «помощницы».

Первый день телефон молчал, но на второй – звонки посыпались на меня градом.

– Алло?

– Здрасьте! А вы ещё ищете помощницу?

– Да, но вы, не подходите, – хладнокровно отвечала я раз за разом. То говор какой-то деревенский, то двух слов связать не могут, то голос такой, что лишь некрологи зачитывать на провинциальном радио.

Я посмотрела на циферблат. Часовая стрелка лениво подбиралась к восьмёрке. Потерев глаза, я вышла из кабинета в освещённый холл с ковровой дорожкой, которую следовало бы пропылесосить.

– Надо нанять ещё пару горничных, – пробормотала я, и зашла в лифт с намерением выпить бокал вина в баре на первом этаже. Я могла бы сделать это и дома, но считала, что бухать в одиночестве – асоциальная пошлятина. А когда Алексей, наш местный бармен, наливает тебе Шато Дуар Милон и разбавляет всё непринуждённой беседой – это другое дело. Я, конечно, не в восторге от того, что он успел перетрахать всех горничных в моём отеле, но лучшего бармена здесь пока ещё не было. Сменщики Лёши ему в подмётки не годились.

– О, Маргарита Юрьевна, приветствую! – улыбнулся он во все свои тридцать два зуба и уже на автомате достал винный бокал. – Как обычно?

– Само собой, – кивнула я, накинув льняной зелёный жакет на плечи.

Лёгким движением штопора, бармен открыл бутылку и наполнил бокал лилово-рубиновой жидкостью. Алексей наверняка думал, что балует взрослую женщину вниманием. Да, впрочем, он сам от себя тащился. Стоит отдать должное, Алексей был неприлично хорошо сложен – приталенная рубашка выдавала внушительные мускулы. Щетина, лёгкая поросль на руках и ядовито-голубые глаза – всё как в низкопробных дамских романах из Роспечати. Я же ничего не чувствовала. Разве что, глубокую удовлетворенность его хорошей работой. И никогда не скупилась на чаевые.

– Вы сегодня не на машине? – неожиданно спросил он.

– Она на неделю в ремонте, – пожала я плечами. – Там какие-то проблемы с двигателем.

– Уже? Вы же брали её весной!

– Видимо, это была ошибка, – я посмеялась, но тут же поморщила нос. – Дорого – не значит качественно. Я бы с радостью вернулась за свой родной Поло, но увы, я продала его старшей дочке Вити.

– К этому вину очень хорошо подойдёт пекорино. Попросить, чтобы принесли?

Я кивнула. Всегда изумляло рвение Лёши угодить мне. Хотя я была уверена, что всё из-за в чаевых. И как только официант поставил тарелку с закуской, я равнодушно сделала пару отрывистых глотков вина, взяла маленький кусочек сыра и положила в рот. Острота сразу добралась до языка, и я поморщилась. В тот же момент зазвонил телефон. Номер был незнакомый.

– Маргарита Токарева вас слушает, – произнесла я холодным тоном.

– Здравствуйте! Меня зовут Алина. Я звоню вам по поводу вакансии.

«Наверняка, очередная глупая мелкая девчонка», – подумалось мне, когда из трубки зазвучал этот бархатный и по-детски наивный голосок.

– Отлично, Алина, – я закатила глаза, не надеясь услышать чего-то вразумительного. – Вы видели, который час?

– Десять минут десятого, – неуверенно ответила та.

– А в вакансии написано «звонить до семи». В следующий раз, будьте добры, читать внимательно, что от вас требуется. Как вы собрались тут работать моей помощницей, если не отражаете элементарного?

– Простите, конечно, – я услышала в трубке недовольный вздох. – Но такого хамства я терпеть не буду!

– Милочка, да кто вам хамит? – чувствуя, что начинаю заводиться, я осушила бокал. Своенравных девиц тут ещё не хватало! – Вы, действительно, позвонили не вовремя. Но, так и быть, я назначаю вам собеседование на завтра. Ровно в двенадцать жду вас в фойе «Петер-Плазы».

– Но я не могу в это время! – снова возразила девчонка, заставив меня сжать зубы, чтобы не послать её к чертям собачьим.

– У меня весь день расписан. Поэтому других вариантов предложить не могу.

– Хорошо, я попытаюсь что-нибудь придумать, – сдалась Алина, устало цокнув.

– До встречи.

«И что это было?» – подумала я. Обычно, от моих выволочек и у кандидатов, и у сотрудников стынет кровь, но сейчас я понимала, что с какой-то там Алиной этого не произошло. И меня данный факт немного раздражал, особенно на едва хмельную голову. Ничего не объясняя Алексею, я заказала такси и уже через пять минут отправилась домой.

Мне всегда нравился «Лиговский-Сити». Сразу, как только появился проект этого квартала, я решила купить здесь жильё. Да и жизнь в центре, в очередном памятнике архитектуры мне стала сильно претить. Я подошла к подъезду и открыла сумку в поисках ключей. Пока рылась в ней, почувствовала, как что-то мохнатое ластится о мою правую ногу. Вздрогнула. Посмотрела вниз. Трёхцветная кошка вертелась рядом, но увидев, что её заметили, подбежала к подвальной решётке.

– Господи, откуда ты такая? – воскликнула я. – Ты, что ли, там живёшь?

Подумав, что кошка голодна, я решила её покормить. Как раз осталось немного мяса с обеда, а выбрасывать еду было для меня немыслимо. Кошка почуяла зазывающий мясной аромат и несмело подобралась обратно. Она спокойно начала есть из протянутой руки, а я уже мысленно выпивала антигистаминные. Но не могла пройти мимо этого пушистого создания. Зелёные глаза кошки блеснули благодарностью. Взгляд упал на её крупный живот.

– Ого, да ты скоро матерью станешь! Тебя бы показать ветеринару.

Но не успела я загуглить ближайшую больницу для животных, как хвостатая запрыгнула обратно в подвал и была такова. Оставалось лишь пожать плечами. Поднявшись на седьмой этаж, я лениво приблизилась к двери и вставила в замок ключ. Но услышала знакомый голос за спиной:

– Маргарита! Ты сегодня так поздно! Хочешь чаю? Я пышек напекла!

Елена Сергеевна, соседка по лестничной клетке. Актриса на пенсии. Это было заметно с самого нашего знакомства. И в манере речи – она всегда говорила чётко, иногда поэтично, иногда театрально. И во внешности – серебряные волосы, всегда были аккуратно сложены в пучок на затылке, непринуждённый макияж – слегка подведённые глаза и накрашенные губы, стройная фигура, которой бы позавидовали даже тридцатилетние. И по едва уловимому ошалелому взгляду – в её глазах будто бы кипели страсти сотен судеб, прожитых на сцене и в кадре.

Не сказать, что я считала её подругой. Таковых вообще в моей жизни не значилось. Время от времени нам было о чём поговорить за чашкой чая или рюмкой чего-то покрепче. Но иногда её общество меня утомляло. Как, например, сегодня.

– Я очень устала, простите, – пробурчала я, не поворачиваясь. – Мне бы выспаться.

– Ненадолго! – не сдавалась Елена Сергеевна. – Пышки только-только из духовки. Я же знаю, тебе нравятся!

Это стало убедительным аргументом. Пышками она называла булки с корицей и сливочной помадкой, похожие на знаменитые «Синнабоны», только вкуснее. Я давно завязала с диетами, выдрессировав метаболизм в свою пользу, поэтому перспектива объесться «пышками» на ночь меня совсем не пугала. Мы вошли в квартиру. Я села в гостиной, в то время как Елена Сергеевна суетливо заваривала нам чай на кухне. И спустя пару минут на столе появилось заветное лакомство. Я аккуратно откусила часть этого шедевра кулинарии и от удовольствия чуть не застонала. Казалось, эта булка лишала ощущения даже лёгкого подпития. Но, нет, таким магическим эффектом она не обладала.

– Как на работе? – спросила ненавязчиво Елена Сергеевна.

– Да всё по-старому, – хмыкнула я с набитым ртом, не в силах оторваться от булки. – Выкупили последний этаж. Будем обустраивать.

– И как ты только одна со всем справляешься? – с изумлением воскликнула соседка. – Пятнадцать лет без передышки.

– Ну, как-то справляюсь, – рассмеялась я. – Но сейчас ищу помощницу. Большие дела требуют особой концентрации. Мне бы не хотелось растрачивать себя на мелочи. Пусть за меня это делает ассистент.

– Вот это да! Ты всё правильно говоришь! – кивала Елена Сергеевна. – Всем рано или поздно нужна разгрузка. Может, и жениха себе, наконец, найдёшь!

В ухо врезалось это мерзкое «наконец». Я поморщилась. Да и вообще, тема отношений всегда для меня была неприятна и травматична. Но, чтобы объяснить это человеку старой советской закалки, потребовалось бы слишком много времени. Жених-то, возможно, мне нужен был, но кто станет терпеть бабу, живущую до последней клеточки собственным бизнесом? Альфонс? Каблук? Или мертвец?

– Может, найду, – сделала я вид, что её фраза нисколько не задела. Сегодня Елене Сергеевне была простительна подобная бестактность. Я поймала себя на мысли, что это последние наши посиделки, и даже немного взгрустнулось. Уже послезавтра моя соседка улетала в Израиль. Сын её владел там успешным по меркам страны бизнесом и, наконец, купил Елене Сергеевне дом.

– Кстати, – оживилась она, блеснув изумрудными глазами. – Марго, могу я тебя о кое-чем попросить?

– Да, слушаю.

– Как ты знаешь, перед отъездом я искала себе квартирантку. И лишь вчера нашла. Она должна была заехать сегодня, но позвонила пару часов назад и сообщила, что сможет только завтра около семи вечера. Передашь ей ключи?

– Без проблем, – я кивнула и взяла ещё одну булочку.

– И буду признательна, если ты присмотришь за ней. Я немного переживаю за квартиру. Девочка молодая, приятная. Вроде бы, собралась поступать в магистратуру в архитектурный, так что должна быть аккуратной.

– Не думаю, что эти две вещи как-то связаны, – съязвила я, вспоминая одного знакомого архитектора, рушившего гипотезу Елены Сергеевны.

– Надеюсь, что всё будет в порядке. Только пусть мужиков сюда не водит.

– Если замечу что-то подобное, сообщу вам. Вы в Вотсаппе есть?

– Я есть даже в Скайпе, – посмеялась соседка. – Можем иногда устраивать чаепития онлайн!

– Или не чаепития.

За бессмысленными разговорами обо всём пролетело несколько часов. Перешагнула порог своей квартиры я уже далеко за полночь и, рухнув на свою большую двуспальную кровать, почти сразу уснула. Меня несказанно радовало, что этот день закончился.

2. Токарева

Обычно я встаю рано и еду в отель. Но утро после вина и булочек пролетело мимо меня незаметно. Лучи уже полдня пробивались сквозь плотные атласные шторы, но мой сон потревожить не могли. Будильник предательски молчал. Проснулась я в двенадцатом часу.

– Чёрт! – крикнула я нервно в воздух, понимая, что кандидатка ни в коем случае не должна приехать в отель раньше меня. Но я никогда не была из тех, кто собирается подолгу. Когда владеешь бизнесом, то каждая секунда на счету. Я могла в считанные минуты нанести лёгкий макияж, гардероб часто я планировала на неделю, либо одевалась интуитивно, а позавтракать можно и в отеле. Поэтому такси подъехало уже через десять минут, и я, довольная собой, в чёрном брючном костюме выбежала из подъезда. В одиннадцать сорок две такси доставило меня на место. Я вошла через запасной выход и поднялась в кабинет. Дверь была приоткрыта.

– Что за дела? – задумчиво протянула я, пока не увидела девушку с бледно-фиолетовым нелепым каре, в рваных джинсах и белом бомбере, сидевшую на диване и залипавшую в старенький айфон. Рядом стоял огромный радужный чемодан на колёсиках. Она подняла глаза и испуганно хлопала ресницами. – Кто вы? И что вы тут делаете?

– Здравствуйте! – вскочила девушка и поправила волосы. – Меня зовут Алина! Я пришла к вам на собеседование. Мы вчера говорили по телефону.

– Кто вас сюда запустил?

– Мужчина в клетчатом костюме. Он сказал, чтобы я проходила и ждала здесь. Так, что, начинаем?

– Что? – я округлила глаза и, подумав, что это точно был Виктор, бросила сумку на стол. – Неслыханная наглость! Вы бы ещё домой ко мне пришли и в кровать легли!

– Но… – замялась жертва парикмахера.

– Что «но»?

– Но он представился владельцем!

Мне в этот момент захотелось найти Виктора и ударить. Он любил подшучивать надо мной. И знал, что любое нарушение личного пространства я воспринимаю в штыки.

– Ладно, – усмехнулась я. – Садитесь. Вы отправляли резюме на почту?

– Конечно, оно должно было до вас дойти.

– Презентуйте себя.

– Я думала, вы сначала представитесь, расскажете про компанию, – удивилась девчонка.

– Я представилась, когда говорила с вами по телефону. Информация о нашем отеле легко находится первым же запросом в гугле. Вы, вообще, понимаете, куда пришли?

– Я всё прекрасно понимаю, – сосредоточенно отвечала она, глядя мне в глаза. – Вам нужна помощница, а я ищу работу. Это же элементарно, говоря на вашем языке.

Алина словно пыталась вывести меня из себя. Не на ту нарвалась.

– Мы остановились на опыте.

– Какой вас интересует? – смешливо спросила она, и я снова сдержала позыв вышвырнуть эту девку из кабинета.

– Помощник руководителя или что-то подобное.

– Я полтора года была офис-менеджеркой.

– Кем-кем? – я сдержала смешок от нелепого слова.

– Офис-менеджеркой, – не колеблясь, повторила Алина. – В айти-компании в Москве. Но я очень люблю Петербург. Поэтому переехала сюда. Мне даже пришлось поменять билеты, чтобы успеть к вам. Я только с самолёта.

– Меня это мало интересует, – устало заключила я. – То есть с гостиничным сервисом не знакомы.

– Нет, но…

– И не в курсе основных принципов работы в данной сфере.

– Подождите! – Алина растерянно взглянула на меня и скрестила руки на груди, понимая, что спорить с очевидным бесполезно.

– Всё понятно, – довольно кивнула я, продолжив моральное уничтожение. – Мне нужен сотрудник с другим набором компетенций. Не смею более вас задерживать.

– Но вы же даже меня не знаете! – возразила Алина и снова вскочила с дивана. – Мне очень нужна работа! Я знаю документооборот, 1С, продвинутый пользователь ПК. А остальное – поднатаскаю!

– Что, простите? – последнее слово заставило меня поморщиться. С таким лексиконом тут она точно работать не будет.

– Дайте мне шанс!

– Почему для вас это так важно?

– Я увлечена архитектурой Петербурга. Это здание стоит уже двести лет! Оно восхитительно. Я хочу работать тут!

– Так себе аргумент, знаете ли. Ладно, продолжим. Чем вы увлекаетесь в свободное от работы время? – задавала я банальные вопросы в надежде, что Алина уйдёт отсюда по-хорошему. Но уже через мгновение поняла, что спросила лишнего.

– Я окончила факультет искусств МГУ с красным дипломом. Сейчас нахожусь в творческом поиске. Важную часть моей жизни занимает активизм.

– Активизм? Какого рода? – едва не передразнивая, спрашивала я.

– Я – феминистка.

И тут я поняла, что это, на редкость, большая удача поскорее отделаться от Алины. Ей тут не место. Чем больше Алина говорила, тем меньше хотелось взять её на работу. Мне никогда не нравились эти безумные. Кто ничего в жизни не добился, кроме вечной борьбы за права. Женщина способна на многое, но не благодаря сумасшедшим девкам, которые забывают брить ноги и ненавидят любого, у кого есть член.

– Знаете, я готова вам предложить место у нас! – выпалила я, хитро прищурившись.

– Правда? – глаза сиреневласки загорелись надеждой. Но не тут-то было.

– Мы сейчас в поисках ещё одной горничной. Это как раз подойдёт вам, Алина! Если всё устраивает, милости прошу. Отдел кадров этажом ниже, там подскажут, какие документы принести. Готовы взять вас с завтрашнего дня.

– Что? – недовольный возглас Алины, казалось мне, пронёсся по всему коридору эхом. Но это звучало как бальзам на душу. Зазнавшаяся девчонка узнала своё место.

– У меня всё, – монотонно ответила я, глядя, как та хлопнула дверью. Она точно не согласится. Отлично. Этих отбитых ещё тут не хватало. Да и вообще, справлюсь без ассистентов.

Я распорядилась принести кофе и уже собиралась позвонить Виктору, чтобы высказать всё, что о нём думаю, но тот был недоступен. Снова захотелось спать. Никаких больше встреч на сегодня я не планировала. Да и в последнее время мой бизнес превратился в одну бесконечную систему делегирования. Отдел кадров работал с персоналом, бухгалтерия разбиралась с отчётами и зарплатами, управляющий и четыре администратора занимались всем остальным. Иные вопросы решались аутсорсингом, а ресторан вовсе работал автономно, как чёткий отлаженный механизм.

От меня лишь требовалось следить за этим всем и изредка вмешиваться, если что-то пошло не так. Ну и, конечно, развивать Петер-Плазу, решать, во что инвестировать, как распоряжаться прибылью. К сожалению, Виктор имел право голоса, поэтому не всё шло так гладко. Он своей нерасторопностью тащил меня вниз. Ремонт нового этажа сильно затянулся, рекламный бюджет на полугодие до сих пор не был согласован. Иногда даже казалось, что он специально всё это делает, чтобы держать меня под контролем.

Но последнее слово, как всегда, оставалось за мной. Поэтому сейчас я писала менеджеру Регины Тарасенко, популярного блогера и певицы, по вопросу сотрудничества. Если та согласится нас рекламировать – это успех. К тому же, она не раз была нашим гостем и всегда оставалась довольна обслуживанием.

Размышляя об этом всём, я успела даже задремать. Да так, что сначала не заметила, как в дверь постучали.

– Войдите, – произнесла я, допив кофе, и почувствовала, как бодрость тонкой струйкой растекалась по всему телу.

Дверь открылась.

– Здравствуйте, к вам пришли, – кротко ответила вошедшая девушка в белой рубашке и чёрных брюках. Это была Юлька, одна из администраторов смены.

– Кто пришёл? Я ни с кем не договаривалась о встрече!

– Виталий Малимонов. Я пыталась сказать то же самое, но он ответил, что сам назначает встречи, когда это ему нужно.

«Сегодня просто парад идиотов!» – подумала я и отодвинула чашку. – Опять он? Ну, пусть заходит!

На пороге тут же появился рыжий невысокий мужчина с жидкой бородёнкой и в очках. Противный тип, он мне никогда не нравился. Но депутат округа мог запросто вставить палки в колёса моему бизнесу. Я предпочитала иное.

– Маргарита Юрьевна! Я очень рад вас видеть! – оскалился Малимонов. – Как ваши дела?

– Здравствуйте, Виталий Валентинович. Давайте опустим эти формальности. Я знаю, зачем вы пришли. Но я не поменяла своего мнения.

– Как же так? – театрально прошептал он, что выглядело нелепо, но я старалась не смеяться. – «Петер-плаза» нуждается в поддержке государства! К тому же будет прекрасно, если он станет частью первой федеральной гостиничной сети «РосГостиница». Я могу дать вам всё, если вы мне продадите этот отель. Я заплачу очень большую сумму.

– Насколько я помню, депутатам нельзя заниматься бизнесом, – я встала из-за стола и, не поворачиваясь, посмотрела в окно. Наслаждаться видом Исаакиевского собора мне было намного приятнее, чем маленькими свинячьими глазками Малимонова.