«Вагнер» и «Шторм Z»: из грязи в небо

Пинки ангела

В декабре 2017 года президент Владимир Путин объявил о завершении спецоперации в Сирии. А в ночь на 8 февраля 2018 года там произошел памятный бой с американцами. Сирийские правительственные войска пошли в атаку, пытаясь отбить у курдов газоперерабатывающий завод в городе Хашам провинции Дейр-эз-Зор. Американцы – союзники курдов – по спецсвязи запросили у российского военного командования в Сирии, нет ли русских среди штурмующих и, получив отрицательный ответ, нанесли по ним ракетно-бомбовый удар. Но русские там были – два отряда ЧВК «Вагнер». Практически без средств ПВО. Капсула – в их числе.

– Насколько я знаю, все случилось из-за того, что курды нарушили заключенный ранее доворняк, – говорит Владимир. – Как мне рассказывали вагнера, когда они зачищали нефтяные поля, то не дошли до этого завода метров 300–400. Потому что подошли курды и пообещали передать и завод, и поля сирийским властям, но чуть позже. А потом отказались. Сирийцы решили забрать их силой, но к тому моменту курды уже договорились с американцами, что будут давать им нефть с этих полей, а те, если что, их прикроют. Ну вот они и прикрыли.

Потом в интернете появились кадры этого боя, но, по словам Владимира, в основном это были фрагменты видеоигр. Никакие русские колонны никуда не двигались, а только готовились к выступлению и были расстреляны американскими вертолетами «Апач» еще в местах дислокации. Первыми на штурм шли сирийцы, и Капсула как раз находился впереди, рядом с ними. Выставил аппаратуру и должен были вести контрбатарейную борьбу, если начнется артиллерийский обстрел наступающих.

– Помню, было новолуние. Дорога. Лесополоса, и по ней бегут сирийцы. Вдруг появляются вертолеты, открывают огонь и по лесополосе уже никто не бежит. А я лежу рядом и понимаю, что с вертолетов через тепловизоры видно меня, как днем, и я следующий. И тут меня кто-то как пнет в правое плечо! Да так сильно, что я метра на полтора откатился. И сразу же справа, прямо по тому месту, где только что лежал, – пулеметная очередь. Если бы не этот пинок, меня бы всего размолотило, а так попали лишь 9 осколков. Зато остался живой. Повезло, что зубы у меня были стиснуты, а перед лицом я держал левую руку. Осколок сломал на ней указательный палец, выбил четыре верхних зуба, сделал трещину в челюсти. Если бы не рука, и если бы рот был открыт, осколок вышел бы через затылок.

Капсула считает, что его пнул ангел-хранитель. Потому что справа от него никого не было. И еще одно чудо: вернувшись после госпиталя домой, Владимир узнал, что в тот момент, когда он бегал от вертолета «Апач», его средняя дочь бегала по квартире и кричала: «Мама, папе больно! Спрячься здесь! Папа, все хорошо!»

Владимир с детства верит в чудеса и потусторонние силы. Однажды мальчишкой сорвался с высоковольтного столба и остался жив, потому что не ударился о землю, а упал прямо на плечи другому пацану – оседлал его, как коня. Ни он, ни пацан не пострадали. В другой раз они с мальчишками поздно вечером видели беса. Тот вылез из сложенной возле одного дома угольной кучи: красные глаза, весь полосатый и кисточки на кончиках ушей как у рыси. Приказал хриплым голосом остановиться, не шевелиться. В этот момент из дома вышел кто-то из взрослых, и бес исчез, оставив только пыль над угольной кучей. Владимир с друзьями напуганы были до ужаса.

Потом в жизни он много раз имел дело с другими бесами – в человеческом обличье, которые тоже пытались его остановить.

Где-то в Сирии. Фото предоставлено Капсулой

Боги войны

Через 5 месяцев, восстановившись после ранений, Капсула уехал в командировку в Ливию. «Вагнер» помогал генералу Хафтару воевать с прибывшими из Сирии игиловцами[3], и с местными ливийскими «майдановцами», устроившими в 2011 году переворот в стране и убившими ее законного лидера Муаммара Каддафи.

В Ливии Капсула попробовал себя в роли наводчика орудия. Поначалу ему не нравилось по 2–3 часа крутить ручку прицельного механизма влево-вправо, вверх-вниз, держа в голове разные цифры. Но в конце концов это принесло результаты. И он уже действовал на автомате. Капсула согласен со своим другом и командиром Алексеем Нагиным (Тереком), не раз говорившим, что в работе артиллериста ничего сложного нет: все эти сложения и вычитания – математика 3–4 класса. У Владимира получалось вести огонь быстро и четко. Его стали называть артиллеристом-снайпером.

Они накрывали скопления боевиков. Обеспечивали поддержку штурмовым группам. В том числе во время спецоперации по освобождению взятого в заложники российского социолога Максима Шугалея.

Капсула ездил в Ливию трижды и все три раза обошлось без ранений. Потом настал черед Украины. Там они столкнулись с уже совсем другой войной и другим врагом.

– Нам сразу стало понятно, что наш противник – русский человек с такой же, как у нас, советской школой артиллерии. Стрельба ночью, как в Сирии и Ливии, уже не прокатывала. Если ты ночью отработал, то дай Бог, если твоя артиллерийская точка до утра доживет, – вспоминает Капсула.

Он воевал командиром взвода огневой поддержки в 10-м штурмовом отряде «Вагнера», который возглавлял Алексей Нагин. Потерь в отряде было немного, потому что каждое действие просчитывалось и продумывалось.

–Перед любым штурмом – не важно легким или тяжелым – Алексей собирал совещание командиров штурмовых взводов. Изучались карты, видеозаписи с дронов и гоупро-камер на шлемах штурмовиков. Прикидывали, как лучше к врагу подойти. И уже были нанесены плановые цели для артиллерии,– говорит Капсула.– Перед совещанием я мог обозначить до 300–400 таких целей. Создавал их, прикидывая, где бы я на месте противника рассадил пехоту и расставил артиллерию, чтобы не давать нашим штурмовикам продвигаться. И потом эти точки давал командирам наших взводов, а они раздавали их на телефоны командирам отделений. Во время боя группа двигалась по «Альпенквесту»[4]. И докладывала, например: «Мы стоим в точке А98, противник – на Б17. Замечена движуха на А40». И я, исходя из этой информации, понимал, какую артиллерию использовать – вот здесь лучше 120-мм минометом разлохматить, поднять землю, а вот по этой точке можно применить «Град». Чтобы сократить время работы и не служить испорченным телефоном, связывал корректировщика с вычислителем минометного расчета, и они уже обменивались данными напрямую: больше-меньше, левее-правее. Перед каждым боевым заданием мы делали артиллерийский навал – деморализовывали противника. И пока он от шока очухивался, штурмовая группа уже говорила ему: «Привет!» Поэтому и потери у нас в отряде были минимальнейшие.

У Владимира много приятных воспоминаний. Например, как его расчет пушки Д-30 по наводке дрона попал вражескому танку под башню. Пока перезаряжали орудие, танк стал спешно уезжать, но второй снаряд ему не оставил шансов – угодил прямо в зад. Или как по координатам, переданным штурмовиками, с первого же выстрела поразили сразу два украинских пикапа во время разгрузки боеприпасов – снаряд лег точно между кузовом одного и кабиной другого.

Владимир с антидроновым ружьем. Фото предоставлено Капсулой.

«Вагнер» раньше подразделений Минобороны стал широко применять дроны. У штурмовиков-разведчиков были «Мавики», которые часто корректировали артиллерию. Сначала взводы сами скидывались на дроны, потом «Вагнер» начал их централизованно закупать.

В 2023 году Пригожин стал публично жаловаться на нехватку снарядов. И многие в России гадали, так ли это на самом деле, или он сознательно сгущает краски. Капсула хоть в то время и лежал в госпитале, но в курсе происходившего со слов сослуживцев.

– Сперва мы вообще не жалели снарядов, потому что надо было прикрывать, проталкивать вперед наших штурмовиков. И если, например, они просили отработать по цели, чтобы вскрыть ее – выяснить, находится ли там враг, их просьба выполнялась. Но потом на такое снаряды перестали давать. Говорили: «Сами выясняйте». Были введены ограничения в выборе целей и отработке по ним.

Пригожин и Уткин не могли погибнуть вдвоем

После взятия Попасной и перед штурмом Бахмута Владимир узнал о прибытии в «Вагнер» первых заключенных. Набирали не абы кого. Проверяли, отсеивали.

– Есть мнение, что тюрьма портит и ломает людей. Не могу ничего подобного сказать про тех, кого нам прислали. Это были настоящие мужчины, прямо лютые защитники Родины. В нашем «оркестре» не было такого, чтобы о кого-то вытирали ноги, и они очень быстро влились. Им сразу дали понять, что за алкоголь и наркотики последует жестокое наказание, потому что на войне они приводят к очень печальным последствиям. Сказали: если вы с нами и между собой будете общаться по-людски, то и к вам будет человеческое отношение – у вас не будет проблем. Если же начнете грести под себя, то вместо марш-броска на 5 километров будете делать по 10–15. Если захотите проверить инструктора в кулачном бою, не обижайтесь, если у вас рожа будет разбита. Некоторых я обучал артиллерийскому делу: они сидели и внимательно слушали, хотели помочь себе и товарищам остаться в живых.

С Пригожиным Капсула виделся всего один раз на награждении. А вот с самим Вагнером – Дмитрием Уткиным пересекался постоянно. Называет его милейшим человеком, с которым можно было поговорить хоть о чем. Рассказывает о таком эпизоде, хорошо характеризующем товарищеские отношения, которые «дядя Дима» прививал в ЧВК:

– Я приехал в штаб – надо было получить от Уткина кое-какие установки. А там должно было начаться совещание. Ждали Пригожина. Я зашел вместе со всеми, поздоровался. Разговариваем с Уткиным. Через 10 минут приезжает Пригожин. Уткин мне: «Володя, не обижайся: ты не мог бы сходить покурить? Сейчас здесь будут общаться очень высокие командиры. Вдруг ты услышишь информацию, которая тебе не по рангу. Но если хочешь, можешь остаться и тихо посидеть в уголочке. Смотри сам». Я вышел, конечно. Стоял недалеко от штаба – он располагался в подвале. И слышал, как весело совещание проходило. Из подвала периодически доносились взрывы хохота.

Капсула обратил внимание, что Уткин и Пригожин всегда порознь выходили из бункера на перекур. Делали это осознанно, чтобы не представлять собой двойную мишень. И это одна из причин, по которой он не верит в то, что они могли погибнуть вдвоем в одном самолете.

– Они никогда не ездили в одной машине. И если даже находились в одной колонне, машины в ней все время менялись местами – так, что невозможно было определить кто в какой. Еще меньше верю в байки о том, что они в самолете были обкуренные и могли перекидываться гранатой. Я просто знаю, как, даже помимо всех рамок в аэропорту, служба безопасности «Вагнера» перед полетом выворачивала наизнанку любого, невзирая на должности и регалии. Вскрывали даже банки с протеином в заводской упаковке, которые некоторые наши спортсмены везли из Сирии и Ливии. Прощупывали спицей всю смесь.

Другая реальность

20 сентября 2022 года Капсула получил тяжелое ранение после удара «Хаймарса». Его доставали из-под груды кирпичей. Две недели он находился в коме. Когда очнулся в больничной палате, не понял, как туда попал. Последнее, что помнил – своего друга и командира Алексея Нагина, с которым они пили чай. Удивился: что за телепорт такой?

Он чувствовал только правую часть тела – левая была парализована, левый глаз не видел. Сначала даже подумал, что он в плену, в украинской больнице, и его хотят «разобрать на органы».

– Я стал дергаться, материться. Тут из слепой левой зоны вышла жена и сказала: «Володя, успокойся. Ты в больнице в Москве».

Жена рассказала, что в момент взрыва их средняя дочь, как и в 2018 году, когда он чудом не погиб в Сирии, пришла к ней со слезами: «Мама, папе опять больно!»

– А вечером я увидела в группе «Оркестр Вагнера» в соцсети анонс премьеры фильма «Лучшие в аду» – его друг Алексей Нагин там значился в рамке. Ниже я прочитала, что он героически погиб 20 сентября. Меня волной огня ошпарило с головы до ног. Я поняла, что и с Володей тоже беда, потому что накануне мы с ним разговаривали, и они были вместе с Алексеем, – вспоминает супруга Капсулы.

Она выхаживала мужа – помогала заново учиться есть, одеваться, ходить. У Владимира было серьезнейшее ранение головы: ему поставили титановую пластину от лба до затылка 11 на 13 сантиметров. Провел в госпитале 5 месяцев. Еще столько же длилась реабилитация. Он собирался вернуться в «оркестр». Но случился «Марш справедливости» и «Вагнера» не стало. Капсула считает, что до «похода на Москву» Пригожина довели:

– Он говорил: «Смотрите, враг может продавить тут и там». За год предупреждал о вторжении в Курскую область. Но должного внимания к его предупреждениям не было.

Тот самый анонс фильма. Алексей Нагин не дожил до его премьеры. Фото предоставлено Капсулой

Что бы про Пригожина ни говорили, и каким бы он ни был человеком, главным показателем для Владимира является то, что он берег своих бойцов.

После ликвидации ЧВК, многие «музыканты» продолжили воевать – заключили контракты с Минобороны, пытались передавать вагнеровский опыт, но в новых подразделениях его не всегда были готовы воспринимать.

– Отношение было такое: раз ты вагнеровец, то первым на штурм и пойдешь. Человек говорил: «В „Вагнере“ перед каждым штурмом мы делали артнавал». И слышал в ответ: «Ты – суперштурмовик. Справишься и без артиллерии». Очень многие наши пацаны рассказывали о таком. Многие и погибли в этих штурмах, – с горечью говорит Капсула.

Сам он заключил контракт с ЧВК «Редут»: позвали перешедшие туда командиры взводов его 10-го штурмового отряда. Там он обучал добровольцев, набранных из колоний, как работать с электронной картой и взаимодействовать с артиллерией – измерять расстояния, снимать и передавать координаты, выстраивать маршруты и по ним двигаться. В этот раз общался с бывшими заключенными гораздо плотнее, жил с ними в одном доме. И опять это были вполне адекватные люди без зоновских и уголовных замашек.

– Порядки и отношения в нашем «Редуте» установились совершенно нормальные, потому что все инструкторы – бывшие вагнеровцы. И по той же причине потери личного состава были минимальны. Отношения порождают отношения, – считает Владимир.

Потом он заключил контракт с добровольческим Центром спецназначения беспилотных систем «БАРС-САРМАТ». Был старшиной в роте радиоэлектронной борьбы и ремонта. Там бывших вагнеров хоть и было поменьше, чем в «Редуте», но имелось немало других людей с боевым опытом, сидевших в окопах, участвовавших в штурмах – то есть знающих, как правильно вести себя на войне.

Наш разговор с Капсулой состоялся после окончания его контракта с «Сарматом». Но бывший вагнеровец не скрывал, что война для него не закончилась, и он снова поедет на фронт. Потому что с каждым возвращением оттуда ему все тяжелее дается жизнь на гражданке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Так называли заключенных, потому, что их набор в «Вагнере» именовался «Проектом К».

2

Военный руководитель «Вагнера», бывший командир отряда спецназа Главного управления Генштаба, кавалер шести орденов Мужества, чей позывной и дал название ЧВК (Прим. В.Ч.)

3

ИГИЛ – террористическая организация, запрещена на территории РФ.

4

Приложение-навигатор, позволяющее ориентироваться на местности без интернета.