Сводные. Запрети мне любить тебя

Но моя радость недолго длилась… Ровно до того момента, когда отец привёл Ольгу со своей дочуркой в наш дом и заявил, что мы теперь семья.

Семья, ёпт! Что ж, моей радости до сих пор нет предела…

Остановившись у окна, глубоко вдохнул и выдохнул, дабы хоть немного успокоиться. За окном царила кромешная темень. Её разгоняли редкие фонари, стоящие во дворе вдоль аллеи, ведущей к выходу.

Нет, так не пойдёт. Нужно выплеснуть пар, иначе добром это не кончится. Я слишком взвинчен последние дни, в чём большая заслуга моей сестрички. Мелкого дьявола в юбке. Так можно и сорваться ненароком... Сегодня как раз проходят гонки, так что туда мне и дорога. Осталось только незаметно улизнуть из дома.

Похватав со шкафа экипировку для автоспорта, быстро переоделся и только собрался перелезть через окно и по крыше добраться до гаража, чтобы камеры не засекли, как в дверь тихонько постучали.

Чертыхнувшись, как можно тише лег в постель, чуть ли не с головой накрывшись одеялом.

Это точно не отец пришёл поговорить. Он ещё зол из-за моей выходки, поэтому будет говорить только после того, как остынет. Да и он бы сразу вошел после стука, а не ждал моего согласия. У нас с ним всегда были теплые и доверительные отношения.

Значит, это Ольга. Хочет поиграть в «хорошую мачеху»? Пусть играет. Я в этом участвовать не собираюсь.

Притворившись спящим, не стал вслух отвечать на стук и давать разрешение войти. А просто лежал и ждал, когда она поймет, что я сплю. Или что ей здесь не рады.

Я выждал минут пять по ощущениям, после чего прислушался. За дверью было тихо. Стук больше не повторялся. Так что пора вылезать (а то я уже спарился), и сооружать из чего-нибудь кокон под одеяло. На случай таких вот форс-мажоров.

Но только я полез в шкаф доставать запасное покрывало, которое сымитировало бы моё мирно спящее в кровати тело, как ручка двери тихонько щелкнула и в комнату ударила яркая полоса света из коридора.

Я замер. Меня не было видно со стороны выхода, потому что я стоял в тени за приоткрытой дверцей шкафа. Зато я прекрасно разглядел бесцеремонно вошедшего в мою комнату гостя.

И нет. Это была не Ольга. К огромному сожалению...

Миниатюрная фигурка. Длинные, в темноте кажущиеся темными, золотистые волосы, повисшие вдоль тела. Ко мне нагрянула ведьмочка собственной персоной.

Ева… Одно только её имя заставляло скривиться так, будто ударился мизинцем об угол. Она бесила меня ещё больше Ольги. Потому что выглядела, словно самый настоящий ангел, спустившийся с небес. И вела себя соответствующе. Что раздражало ещё сильнее. Хотелось доказать всему миру, но впервую очередь себе, что она не та, кем хочет казаться.

Я пытался вытащить наружу её стервозную сущность, что только не делал, чтобы девушка взорвалась. Но она молча глотала всё. Даже не смотрела косо и не высказывала мне ничего!

До вчерашнего дня…

Я уже решил, что, наконец, добрался до её лимита притворства, и она нажалуется матери, или, на крайняк, отцу, но она меня удивила. Конец дня, а отец не звонил мне (кроме просьбы забрать сестричку с работы), не вызывал вечером на личный разговор, и не сыпал гневными словами, что я такой сякой, обижаю сводного ангелочка.

Девушка застыла на пороге, вглядываясь в темноту. Щурясь, чтобы хоть что-то разглядеть. И, заметив пустую расправленную кровать с откинутым одеялом, нахмурилась. Выпрямилась, и уже увереннее вошла в комнату. Наивно полагая, что её хозяина нет.

Она не спешила зажигать свет. Осторожно обвела комнату взглядом, видимо, всё ещё надеясь найти меня. И только после этого тихонько спросила:

- Ян? Ты тут? - решила точно убедиться.

Я молчал, как партизан в тылу врага. Хотя мне дико хотелось ответить что-то на «ехидном». Я всегда мило общался с женским полом, но Ева стала исключением. С ней меня только и тянуло что съязвить, сострить да сумничать.

Или придушить, как сегодня в машине. После того, как я застал её с каким-то быдло-качком. Меня аж всего перемололо внутри и с размаху швырнуло о землю, выражаясь в переносном смысле.

Хотелось вкатать рожу этого козла в асфальт. Особенно, когда он раскрыл свой рот. Особенно, когда Ева привычным жестом положила свою руку ему на плечо, в то время как на меня смотрела со злостью и затаённой обидой в глазах.

Не знаю, почему сдержался. Обычно я быстр на расправу с такими вот говорунами. Но что-то заставило остановиться. И я очень надеялся, что это не из-за Евы.

- Ян? – вновь раздался тихий шепот.

Девушка застыла посреди комнаты. Видно было, что ей любопытно. Взгляд то и дело цеплялся за мои личные вещи. А у меня аж руки зачесались схватить наглую девицу за плечи и вытурить из комнаты, чтобы она не разглядывала тут ничего!

Внутри поднялась волна негодования. Какого она до сих пор тут делает? Это моё личное пространство вообще-то!

Но в последний момент задавил порыв поставить выскочку и нарушительницу территории на место. Я не мог допустить, чтобы ведьмочка узнала, что я занимаюсь незаконными гонками. Об этом знает только отец. И то только потому, что как-то раз полиция накрыла всю нашу банду и повязала. Пришлось звонить отцу…

Девушка вздохнула своим мыслям. Неодобрительно поджала пухлые губки и двинулась к выходу из комнаты. И тут покрывало, которое я хотел вытащить, и не успел засунуть обратно до конца, выпало с полки прямо на меня и я по привычке чертыхнулся.

Шум привлек внимание девчонки. Смысла скрываться больше не было, потому что девчонка резво хлопнула по выключателю. Загорелись софиты, освещая комнату. Она испуганно обернулась и уставилась своими огромными глазищами цвета лесного ореха прямо на меня. И я полностью спалился. Одна только экипировка говорила сама за себя.

Черт! Что за закон подлости одолевает меня последнее время?! Явно эта ведьма сглазила! Ну что ж, сама напросилась на неприятный разговор…

Глава 4

Я испуганно хлопала ресницами, таращась на Соколова, который сейчас стоял передо мной неким подобием привидения. Покрывало, упавшее на него с верхней полки шкафа, успело скрыть пёструю одежду, но итак было понятно, что Ян точно не спать собирался.

Да и его скрытное поведение говорило в пользу моим догадкам. Он надеялся, что я уйду и не замечу его в темноте, поэтому не отзывался.

- Что ты забыла в моей комнате?

Его обманчиво спокойный тон не ввёл меня в заблуждение. Стоило заглянуть в темные провалы глаз, которые горели недобрым огнём, и всё становилось на свои места.

Я поёжилась и тряхнула волосами, сбрасывая охватившее меня напряжение, прежде чем ответить.

- Искала тебя, чтобы поговорить. Ты так быстро сбежал. Даже родителей нормально не поздравил. Они расстроились. - я старалась, чтобы в моем голосе не прозвучал упрек.

Ян пропустил мимо ушей то, что я сказала и продолжил гнуть свою линию.

- Я имел ввиду, какого черта ты вообще сюда вошла? – "любезно" пояснил брюнет, выразительно глядя на меня в ожидании ответа. - А если бы я любил спать голым?

После его слов мои щеки вмиг запылали, как маков цвет. Воображение тут же в красках нарисовало Яна, сопящего на кровати. Его растрепанные черные волосы в хаотичном беспорядке разметались по подушке, а на лице застыло беззащитное выражение.

Но, самое главное, я будто вживую представила обнаженный рельефный торс с темной дорожкой волос от пупка, ведущих к...

Так, Ева! Остановись сейчас же! Что с тобой вообще происходит?!

Я сама не знала, зачем вообще ступила на дьявольскую территорию. Но, признаться, не сдержалась.

Сначала меня охватило какое-то нездоровое любопытство, а когда я поняла, что творю и захотела сбежать, Ян решил, что пора принарядиться в приведение, чем жутко напугал меня. Я ведь уже успела твердо увериться в том, что в комнате никого нет.

- Прости, я не должна была входить. – согласилась с ним, и пристыженно отвела взгляд.

Уж слишком взвинчено выглядел парень. Словно балансировал на грани. Не хотелось нарываться на грубости, но моё извинение как раз таки и взбесило его.

Скинув с себя покрывало на пол, он в два шага преодолел расстояние между нами и навис грозовой тучей. Его глаза гневно сверкали, ноздри раздувались, губы сжались в тонкую линию, а на скулах играли желваки, заостряя и без того квадратную челюсть.

Реакция парня вогнала меня в ступор. Я абсолютно не понимала, почему он так реагирует на любые мои слова и попытки с ним нормально поговорить.

- Не строй из себя святошу! Хватит притворяться! – прошипел парень. Наши лица разделяли жалкие тридцать сантиметров. И меня вновь захлестнула волна его личного запаха, одурманивая. – Ты вошла сюда не просто так. Что тебе от меня нужно?! Говори!

Воздух между нами наэлектризовался. Сгустился. Трещал, поднимая мелкие волоски на коже.

Я еле собрала мысли в кучу, с трудом вспоминая то, что хотела сказать. Запах дождя и свежести сводил с ума, заставляя неотрывно глядеть в эти черные провалы глаз, которые затягивали, подобно омуту.

– Поговорить о том, что произошло внизу. Я ведь уже сказала! - взвинтилась я. - Почему ты всегда ищешь скрытый смысл в моих словах и действиях?!

- Потому что ты - прекрасная актриса. И верить в бескорыстность твоих слов и поступков – себя не уважать. Поищи другого идиота.

Его низкий бас вибрировал в воздухе, резонируя в грудной клетке. А у меня в животе скручивался тугой узел не то от страха, не то ещё от чего… И пока я не могла дать точного описания тому, что испытывала, когда он находился так близко ко мне.

- Вот и поищу! – внезапно даже для себя, сорвалось с моих губ.

Ян на мгновение растерял весь свой запал. Открыл было рот, чтобы что-то сказать, да так и закрыл его обратно. И медленно отстранился, отступив на шаг назад. На его лице застыло нечитаемое выражение.

- Я больше не собираюсь ничего с тобой обсуждать. – скрестил руки на груди и отвёл взгляд в сторону, прожигая им стену, а не меня. - Проваливай.

Я была безмерно рада, что в этот момент за меня страдает стена. Ибо выдерживать долго презрительный и полный ненависти взгляд очень тяжело.

- А мне кажется, что нам есть, что обсудить. - отступать не в моих правилах, поэтому решила стоять на своем до конца. Не просто так же я сюда шла. - Мне не понятны причины твоего поведения и злости, да и вряд ли ты мне о них расскажешь, даже если попрошу... - я замялась на мгновение, раздумывая, продолжать дальше или нет. Но всё же продолжила. - Поэтому хочу предложить тебе сделку.

Я, наконец, разглядела, во что был одет Ян. Белая куртка с яркими сине-красными полосками и какими-то непонятными надписями, и такие же штаны. Очень похоже на мотоциклетную экипировку.

Но я ни разу не видела, чтобы он ездил на мотоцикле. Да и в гараже не замечала двухколесный транспорт.

Странно...

- Сделку? – темные глаза впились в меня. В них сквозило сомнение, но в то же время интерес. - Чего и стоило от тебя ожидать, ведьма. – он неожиданно расслабленно хмыкнул. – Смотри, свою душу оставлять в залог я не собираюсь.

Я проглотила едкий комментарий по поводу его бездушности, вертевшийся на кончике языка, и сосредоточилась на главном.

- Ты будешь слушать или так и продолжишь язвить по поводу и без?

- Говори. – нехотя согласился брюнет. Улыбка стерлась с его губ, словно кто-то мазнул по ней ластиком.

- Ты даешь маме шанс доказать, что её чувства, как и чувства Николая Владимировича, настоящие. И что маме не нужны его деньги. А взамен я обещаю не стучать на тебя отцу.

Ха! Съел?

Судя по вытянувшемуся выражению лица, брюнет считал, что мне нечем было бить его козыри. И был прав, потому что я откровенно блефовала, не рассчитывая что Ян поведется на такой детский развод.

Но в то же время, я внимательно следила за ним там, внизу, во время разговора с отчимом. И если бы Яну было всё равно на отца и его чувства, он бы уже давно высказал своё «фи». Но он почему-то молчал…

А это могло означать только одно – братцу важно, чтобы его отец был счастлив. Так же, как и мне важно счастье матери. Поэтому я и пошла ва-банк, предложив ему такую провокационную сделку.

На самом деле я бы не стала ябедничать при любых условиях. Но раз уж выгляжу в его глазах хитрой стервой, то грех этим не воспользоваться. Пусть считает, что для меня нажаловаться на него родителям - сущий пустяк, потому что я, по его мнению, не думаю ни о ком, кроме себя любимой.

Ян сцепил зубы и молча смотрел на меня, не сводя глаз, около минуты. Раздумывал, видимо. Прикидывал все за и против. Я прямо-таки видела, как в его голове крутятся шестеренки. А ещё – на каких догадках обо мне он поставил рядом жирные галочки.

Эх… Теперь точно не отмыться от его «ведьмочки». Но пусть лучше так. Пусть ненавидит меня и считает кем угодно, чем мама заметит истинное отношение Яна к ней и ко мне. После чего она соберет вещи и оставит Николая Владимировича, жертвуя своей обретенной любовью и счастьем, в пользу эгоизма братца и простого нежелания раскрыть, наконец, глаза.

- Так и думал, что ты - дрянь. – выдал он, скривив губы.

Я дернулась назад, словно от удара. В груди неприятно сжалось, но я не подала вида. Только судорожно вздохнула, сглатывая горечь, появившуюся во рту после его небрежно брошенной фразы.

- Так как? – выдавила из себя заплетающимся языком.

- Хорошо.

- Ты согласен? – не поверила своим ушам. Не могло всё быть так легко!

- Мне что, нужно расписаться собственной кровью в каком-то ведьмовском договоре, чтобы ты поверила? – саркастично процедил Ян.

Я закатила глаза.

- Нет, достаточно просто произнести пару фраз на латыни при свете полной луны. – не удержалась от ехидства.

На удивление, брюнет улыбнулся. Не как обычно злобно или с долей иронии, а просто потому, что ему пришелся по вкусу мой ответ.

- Если это всё, то выход там. – указал на дверь, и выудив из кармана штанов спортивные перчатки, он принялся натягивать их на руки.

- И куда это ты собрался на ночь глядя? – выгнула бровь и скрестила руки на груди, повторяя его недавнюю позу и вопрос, заданный мне накануне вечером.

- Туда, куда я собрался, маленьким девчушкам вход заказан. – в его голосе сквозило притворное сожаление.

Разведя руками, мол, ничего не поделаешь, Ян направился в сторону окна.

- То говоришь, что я - ведьма. Теперь маленькая девочка. Ты уж определись. – ехидно протянула я, следуя за ним.

- Ах, да. – наигранно обернулся так, будто забыл что-то сказать. – Скажешь отцу или своей матери, что я не ночевал сегодня дома – сделке конец.

Я расплылась в приторной ухмылочке. Благо не успела ещё переодеться в пижаму, и решила сразу зайти к братцу. Как чуяла…

Хитро прищурив глаза, схватила парня за край куртки, не давая ему вылезти в открытое окно. Дождавшись, когда он удостоит меня вниманием, с наглой интонацией озвучила идею, пришедшую мне в голову:

- Отлично. Тогда я иду с тобой, чтобы ты лично убедился, что эта информация точно не дойдет сегодня до твоего отца.

Тот воззрился на меня, как на душевнобольную.

- Ты же пошутила, верно?

И он с самым серьезным видом ждал, пока я рассмеюсь и заверю его, что это не более чем шутка. Блажь девчонки. Но я лишь молча смотрела на него, скрестив руки на груди и топая ногой от нетерпения.

- Ева, лучше возвращайся в свою комнату и ложись спать, как и положено хорошей девочке. – выразительно посмотрел на меня.

- Ну, я ведь нехорошая, - настал мой черёд смотреть на него, а-ля «ты же понимаешь, о чём я», - так что тут больше нечего обсуждать.

Ян уже вылез из окна и стоял на крыше. В его глазах читалось самое настоящее сомнение, что я действительно собираюсь за ним увязаться, а не просто треплю нервы. Как он мне.

Плотнее укутавшись в кардиган, я перекинула ногу через карниз, прогнулась, и в следующую секунду меня уже обдувал прохладный осенний ветерок.

- Куда дальше? – я была полна энтузиазма. Видимо, на это повлияло то, что мы с Яном поменялись ролями. Теперь я его бесила, а не он меня.

- Ты – обратно в комнату, и ложишься баиньки. А я иду по своим мужским делам, в которых всяким мелким не место. – Ян бесцеремонно ухватил меня за плечи, развернул к окну и подтолкнул, чтобы я лезла обратно в дом.

- Эй! – строго посмотрела на него, скинув руки со своих плеч. – Ты так сильно хочешь, чтобы я прямо сейчас пошла и рассказала обо всём отцу?

- Отцу? – у него вырвался нервный смешок. – Уже отец… Не будь прилипалой и не веди себя, как моя младшая сестренка.

- Я и есть твоя младшая сестренка с тех самых пор, как в паспорте наших родителей появился штамп. – упрямо вздернула нос. – Так что я иду с тобой, так или иначе. Имей ввиду.

Ян вытаращился на меня, а его руки дрогнули, словно он хотел насильно запихнуть меня в окно, но сдержался неимоверными усилиями.

- Хорошо, - процедил парень, - ступай за мной. Только тихо и аккуратно. Мы будем проходить мимо спальни отца, она как раз выходит на эту сторону.

Я несколько раз кивнула, обрадовавшись. Чуть в ладоши не захлопала. Меня охватило чувство авантюризма. Я ещё никогда в жизни не сбегала из дома посреди ночи. Да ещё и с парнем, который явно собрался нарушать закон.

Топая за братцем чуть ли не шаг в шаг, смотрела на его широкую спину, обтянутую белой курткой, и тихонько хихикала своим мыслям. Мы похожи на двух подростков из американских фильмов. Кто бы мог подумать...

Когда мы подобрались к окну Николая Владимировича, Ян низко пригнулся и, прислонившись спиной к стене, уверенными, словно заученными давным-давно шагами, пересёк «опасную» зону.

- Пошли. – шепотом поторопил меня брюнет, когда я не осмелилась сразу же повторить его трюк.

- Мне страшно. – призналась, смотря вниз. И пусть высота была небольшая, но покатая крыша намекала неуклюжей по жизни мне, что я могу съехать по ней вниз, если допущу хотя бы одну ошибку.

- Страшно – поворачивай назад. – его довольная злодейская ухмылочка вмиг придала мне сил.

Сцепив зубы, я решительно прислонилась к стене и осторожно поползла боком, стараясь в точности повторить телодвижения Яна. И выдохнула, как только смогла, наконец, выпрямиться.

- Что? – спросила, заметив, что братец едва сдерживает смех.

- Обезьянка. – хохотнул он, и тут же зажал себе рот рукой, чтобы не заржать ещё громче. – Видела бы ты своё лицо. Писаный шедевр, я тебе скажу. Достойно полотна Да Винчи.

- Заткнись и иди вперёд! – шикнула на него, замахнувшись. Ян ловко увернулся, показав мне язык.

Остаток пути мы преодолели довольно-таки быстро. Вот только на спуске возникли проблемы. Если брюнету было не впервой лазать по крышам и также успешно с них спрыгивать, то вот у меня с этим возникли проблемы.

- Быстрее, Ева. – рыкнул Ян, то и дело косясь в сторону горящего окна отчима, который явно ещё не торопился предаваться объятиям Морфея.

- Сейчас, - сделала судорожный вдох, собираясь с духом.

Не думала, что могу бояться высоты. Но особняк Соколовых отстроен по индивидуальной планировке, и высота стен нестандартная. От крыши, на которой сидела я, до земли было около двух метров точно. Как бы не больше.

- Если ты не поторопишься, отец заметит тебя. – припугнул братец. И это подействовало.

Я закусила губу, свесив ноги с крыши. Что-то разглядев в моём выражении лица, Ян обреченно вздохнул и вдруг поднял руки вверх. Рукава его куртки натянулись, обнажая предплечье, и я впервые обратила внимание на темные линии татуировок, которые раньше прятались под одеждой.

- Прыгай, чего ждешь? Я тебя поймаю.

- А ты точно поймаешь и удержишь? – с сомнением переспросила я.

Почему-то я была уверена, что, как минимум, расплющу братца своей тушкой. И больше некому будет мстить за то, что коварные ведьмы позарились на деньги Соколовых...

- Не беси меня, ведьма. - словно в ответ на мои мысли, пробасил Ян. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. - Иначе точно передумаю! – растерял всякое терпение, заметив, что я никак не реагирую на угрозы.

Что ж, в игре с огнём, главное, вовремя остановиться...

В последний раз глубоко вдохнув и выдохнув, я оттолкнулась от крыши, спрыгивая. Глаза закрылись сами собой. Я едва сдержала визг, почувствовав ветер в волосах, и поняв, что падение длится дольше, чем рассчитывала.

А потом я ощутила горячие ладони, перехватившие меня за талию. Так уверенно и бережно. Но этого не хватило. Видимо, Ян позабыл про силу инерции и вес моего тела, или переоценил свои способности ловца, поэтому уже в следующую секунду мы полетели вниз на мягкий газон.

Ну, точнее, для меня он был мягким, потому что приземлилась я прямиком на Яна. А вот судя по не совсем приличной ругани парня, слетевшей с его губ, для него падение не было столь же комфортным, как моё.

Я лежала на нём, всеми органами чувств ощущая твердость мужского тела. Лицо залила краска, и я была рада, что от братца его скрывали волосы. Запах весны поутру окутал меня с ног до головы. И я с наслаждением вдохнула его, даже не осознавая, что делаю.

- Может, слезешь с меня?! – прошипел брюнет, отплевываясь от моих длинных прядей, и сильнее впиваясь пальцами в мою талию, чтобы стащить с себя.

Возмущенный тон Яна привёл меня в чувство. Я резко опрянула от брюнета, испугавшись своих собственных эмоций.

- Что ты, как девственница, ей богу. – скрывая дикое смущение за сарказмом, произнесла я. – Можно подумать, первый раз кто-то сидит на тебе сверху.

- Не первый. Но ты – последний человек, которого бы я усадил на себя.

- Ой, не зарекайся. А то ещё понравится после сегодняшнего. Потом просить будешь.

Сама не зная, что несу, едва успела прикусить язык. А то бы понесло дальше...

Ян как-то странно на меня покосился, отряхиваясь от травинок и комьев земли. Я же сидела рядом с ним, и просто наблюдала, понимая, что мою одежду, в отличие от его, ничего уже не спасет. Надеюсь, что в темноте не будет видно пятен…

До машины Соколова мы добрались без происшествий. Я оглядела автомобиль, и поинтересовалась:

- А ты разве не на мотоцикле гонять собрался?

- Я что, похож на самоубийцу? – при этом он состряпал такую морду кирпичом, что не передать словами.

Я поджала губы и неопределенно повела плечами.

- Кто тебя знает. – сделала небольшую паузу, усаживаясь на пассажирское сиденье. - Так значит, ты автогонщик? Поэтому ездишь, как долбанный шумахер?

- Ох, Евочка. Твой язык точно до добра не доведет.

- Меня твои угрозы не пугают. Лучше смотри, чтобы тебя не поймали. – кивнула в сторону дома. Но больше всего на данный момент меня волновало другое. – А разве Николай Владимирович не услышит звук мотора? Не увидит по камерам?

Ян скривился так, будто я несмышленный ребенок, который спрашивает про очевидные вещи.

- Стены и окна дома построены с учетом шумопоглощения и звукоизоляции. Я не впервые так сбегаю.

- Я заметила. – братец повернул ключ зажигания и завёл мотор. Нажал кнопку на пульте и перед нами открылись подъемные ворота гаража. – Что насчет камер?

- Если бы у дома были охранники, тогда бы это было проблематично. А так камеры снимают в режиме реального времени. Вряд ли отец сейчас будет палить в них. А до утра записи волшебным образом сотрутся. – сверкнул белоснежным оскалом брюнет. – Так что пусть спит спокойно.

Я вздохнула, удивляясь его предусмотрительности и сообразительности. Мне казалось, что Ян не настолько умный, раз строит козни девчонке, будучи твердо уверенным в том, что этот гениальный план поможет ему.

Когда особняк Соколовых остался позади, я уставилась в окно, и смотрела в него всю дорогу, задаваясь одним лишь вопросом:

«Зачем я вообще увязалась за Яном и почему не осталась сидеть дома?»

Глава 5

Мы подъехали к закрытой территории, огороженной металлическим забором и колючей проволокой над ним. Ян высунулся в окно и подал кому-то сверху условный знак. После чего ворота плавно отъехали в сторону.