Ошибка

— С работой сейчас туго, — задумчиво ответил он и помотал головой. — Ты вроде парень крепкий. Иди-ка в курсантское училище! В армии и накормят, и без дела не оставят. Всяко лучше, чем подохнуть с голоду или от пуль этих сволочей, — он кивнул в сторону плантаций.

— А меня возьмут? — неуверенно уточнил я.

— Могу подсобить, — водитель снова немного задумался. — Знакомства есть. Недаром тридцать лет в Индии с аборигенами воевал. Вот кому жить не сладко!

— Мой отец тоже, — признался я. — Но умер здесь. Банкиры постарались — сжав кулаки, зачем-то добавил я.

— А фамилия у тебя как?

— Донован. Арчи.

— Знаешь что, Арчи Донован, — оживился тот, — давай-ка я отвезу тебя домой, и мы потолкуем с твоей мамой о твоем будущем. Чую, неспроста судьба свела нас с тобой.

*

В следующую минуту случилось несколько важных событий. Ошалевшие от произошедшего люди графа Ле схватились за оружие и бросились к безжизненному телу. Все они видели, как разворачивается поединок, и верили, что их лорд побеждает, что беспокоиться не о чем, что молодой виконт через несколько мгновений останется лежать на траве. Но вот происходит что-то непонятное. Самопровозглашенный граф Донован делает резкое движение, а через пару секунд победителем оказывается не граф Ле, а тот, кого все они заочно записали в покойники. Ощетинившись копьями и саблями, они встали вокруг тела их графа, в панике соображая, что делать дальше, и готовые напасть на любого, кто хотя бы сделает шаг в их сторону. К счастью, огнестрельного оружия у них не было, а Дао оказался готов к подобным событиям. Две-три команды и десяток стрелков синхронным лязгом передернули затворы своих автоматов и направили стволы на взбунтовавшихся солдат. Гневные выкрики и отборный мат полетели навстречу автоматчикам. Дао пытался перекричать разгневанных воинов, но помогало это слабо. Еще пару минут — и полилась бы новая кровь.

— Что происходит? — что есть мощи крикнул я, подходя ближе. — Отставить панику, сабли в ножны, смирно! — скрывая дрожь в коленях и руках, приказал я.

— Бой был нечестным! — выкрикнул один из людей Вуя. Я напряг память. Это был самый главный его ближник.

— Почему же? — уточнил я, медленно подходя чуть ли не вплотную.

— Все видели! Лорд Ту Чунг был при смерти! А потом вы сделали резкое движение, и наш господин неожиданно проиграл, — глаза говорившего бегали. Он не был уверен в своих словах.

— Как тебя зовут?

— Ан, — ответил говоривший.

— Ан, ваш лорд оскорбил моего друга Чунга, назвав его тупицей, — по-простому начал объяснять я. — Лорд Чунг — гордец. Он не стерпел этого. Я множество раз видел моего боевого товарища в деле. Он мог бы разделаться с лордом Ле и без хитростей. Но уязвленная гордость заставила его разыграть этот спектакль. Чтобы доказать всем, что он не так прост. Ваш граф купился на этот трюк. И проиграл. Опустите оружие. Давайте поговорим спокойно. Не хочу новых смертей. С лордом Ле у нас были разногласия, но видят боги, я и его смерти не желал. Я знаю, что у него осталась жена и дети. Зачем вам погибать сейчас? Служите им! — я сделал ещё шаг вперед. Ан уже мог при желании достать меня своей саблей, но я рискнул.

— Но как же — неуверенно сказал он, — вы помогли ему. Все это видели.

— Ан, ты слышал выстрел?

— Нет, — сдался он.

— Я не умею убивать людей движением пустой руки, да ещё и на расстоянии, — протянув вперед одну руку, я положил вторую себе на грудь.

— Вы достойный человек, лорд Донован, — Ан начал опускать саблю, которую держал в вытянутой руке, и я неожиданно понял, что он перешел на язык асов. — Я верю вам! Но моя честь не позволяет сдаться просто так. Я должен выполнить последнюю волю графа Ле, иначе мои боги и мои товарищи не оставят меня в покое.

Взмах сабли, грохот выстрелов и мой прыжок назад совпали.

*

— Стоит тебя оставить на пару недель, и ты снова стремишься сыграть в ящик? — саркастически ухмыльнулась Лан.

— Я скучал, — признался я.

Главный зал борделя «Превосходство» сиял от ламп и софитов. Диско-шар медленно крутился, осыпая пустое помещение разноцветными бликами. Я осмотрел Лун. Полупрозрачная туника древнегреческой богини немного неуместно, но очень элегантно смотрелась на ней. Особое внимание привлекали возбужденные соски, выпирающие через ткань.

— Ну у тебя и фантазия, — демонстративно осмотрев себя, произнесла Лан.

— У меня? — мои брови взметнулись вверх.

— Учитывая то, что я часть твоего сознания, то — она трижды дотронулась указательным пальцем до кончика своего носа, — у тебя.

— Хочешь сказать, что ты не появлялась так долго тоже из-за меня?

— Ну, в принципе, да, — наморщила носик она. — Но не совсем. Подсознанием ты управлять не можешь. А именно оно решило, что ты не достоин видеться со мной. Это как бы твоё второе я.

— Обычно ты даешь мне советы, — решил не тянуть я, зная, что наши встречи не бывают долгими.

— Все верно, — элегантно подняв руки, произнесла она и покружилась, оценивая свою тунику.

— И что ты мне посоветуешь? — я, не скрывая, наслаждался видом просвечивающей сквозь тунику фигуры Лан и её изящных движений.

— Ну, для начала не стоит погибать. Тем более по глупости!

— Это я уже и сам понял, — фыркнул я.

— В самом деле? — саркастически улыбнулась она.

— Теперь да.

— Ну, тогда вот тебе главный совет, — Лан перестала кружиться и разглядывать себя. Она подошла вплотную и заглянула мне в глаза. — Тебе катастрофически не хватает информации. Ты ничего не знаешь о мире, который собираешься спасать. Добудь нужные сведения как со стороны самих вьетов, так и со стороны — она многозначительно замолчала.

— Понял! — решительно сказал я и впервые сам прекратил ведение.

*

Обеспокоенное лицо Чунга перекрывало обзор. Слышались крики солдат, ругань, бряцание оружием. Неподалеку ко мне спешила Лун, на бегу расстегивая свою сумку. Голова раскалывалась от боли. Что-то теплое текло по лицу и заливалось в уши и глаза.

— Ты охренел, мать твою? — пробасил Чунг. — Я тут из-за него жизнью рискую, а он

Договорить Чунг не успел. Лун бесцеремонно отпихнула его в сторонку, смачивая какую-то ветошь спиртом и промывая мою рану.

— Будешь жить, — с облегчением выдохнула она, и я неожиданно понял, что все крики смолкли и вокруг стоит абсолютная тишина.

— Ня тиен три! — раздался неподалеку голос Дао.

— Ня тиен три! — подхватил его молодой голос Тина.

— Ня тиен три! — взорвалась толпа.

— Что ещё за «Ня»? — морщась от головной боли, спросил я у Лун.

— Пророк, — немного подумав, она подобрала слово на языке асов. — Тот, кто всегда знает, как должно быть, тот, кто всегда переигрывает уготованную судьбу.

— Почему я не погиб? — я сделал вид, что не обратил внимания на то, что она мне сказала.

— Сама не пойму, — внимательно осматривая мою рану, покачала головой она.

— Его сабля ударила меня прямо по голове! — не унимался я.

— Но не острием, — задумчиво резюмировала она.

— Это как?

— Он — Лун осеклась. — Он ударил тебя плашмя! — тихо сказала она.

— Почему? — шепотом переспросил я.

— Чтобы ты жил! Он сделал вид, что выполнил последнюю волю хозяина, но оставил тебя в живых, — она обеспокоенно посмотрела мне в глаза.

— Я не пророк, — признался я так, чтобы слышала только она.

— Или ты сам этого не знаешь, — помотала головой она. — Кто остается жив после удара саблей по голове? Кто смог спасти графиню из плена асов? Кто из асов смог возглавить войско вьетов-автоматчиков? Кто смог провести двенадцать диверсий без единой потери? Кто смог победить роту асов меньшими силами в открытом бою? Кто смог сбить самолет? Мне продолжать? — воодушевленно спросила она.

— Это все случайности, — морщась от навалившихся чувств, отмахнулся я.

— А что говорит моя сестра?

— Что я ищу смерти, — выдавил улыбку я. — Но я на верном пути.

*

Из людей Вуя погиб только Ан. Все остальные побросали оружие, как только пули вспороли грудную клетку главного помощника графа Ле. Первым моим распоряжением было связать их и обыскать на предмет скрытого оружия. Кучке опытных следопытов было легче простого бросить нас и разбежаться по джунглям. Или, того хуже, вернуться к графине Ле, чтобы та начала мстить мне, подсылая убийц. А вот мы без проводников чувствовали себя не очень хорошо. Поэтому порыв Чунга тут же прирезать всех людей Вуя я отмел сразу.

— Нельзя оставлять врагов в нашем отряде, — упирался он. — Дело надо закончить! Так бы поступил любой здравомыслящий военачальник.

— Они сдались, — помотал наспех перевязанной головой я. — Нам нужны их знания и навыки ориентирования в джунглях. Ты сможешь вывести нас к Данг Хо?

— Я нет, но общими усилиями мы рано или поздно выйдем, — не сдавался Чунг. — Кто может быть уверен, что они не выведут нас прямо к лагерю асов?

Я посмотрел на Чунга оценивающим взглядом. То ли он резко начал умнеть, то ли это настолько очевидный прием у вьетов, что графских детей этому учат смолоду.

— Пусть помаринуются, пусть решат, что так с ними и поступят. А потом поговорим. Убить их мы всегда успеем.

— Не знаю, Арчи. Простолюдинам, поднявшим оружие по своей воле на благородного, так и так конец. Любой будет считать своим долгом принести голову такого преступника пострадавшему лорду в надежде на награду.

*

А дальше началось то, чего я никак не ожидал. Вуй был из рук вон плохим военачальником и командиром. Но я сильно недооценивал, какую работу он делал, не относящуюся к боевым действиям. Куча вопросов хозяйственного характера тут же посыпались на меня. Люди, растерянные от гибели командира, спешили ко мне со всеми вопросами, которые только возникали у них в головах. Сразу после дуэли Вуя с Чунгом голова была забита более насущными делами, но вопросы сыпались один за одним. Поначалу я даже попытался вникнуть во все хозяйственные и бытовые тонкости, но уже через час раненая голова пошла кругом, и я разогнал всех, сославшись на легкое недомогание, опустился на траву, обхватив лицо руками.

— Короля делает свита, — Лун бесшумно подкралась сзади и обняла меня.

— Я не король

— Ты не король, — согласилась Лун. — Ты Ня тиен три. Пророк. Ты укажешь людям путь.

— Вот бы самому узнать этот путь, — поморщился я. — Мне категорически не хватает информации. И никто ею со мной не делится.

— Ну, если ты будешь лично заниматься всеми вопросами твоих подчиненных, то у тебя попросту не останется времени ни на что остальное.

— Я солдат, я не разбираюсь в тыловых вопросах.

— Для начала этим могу заняться я, — она плавно скользнула мне на колени, оказываясь в моих объятиях.

— Спасибо! — я крепко прижал её к себе, зарываясь лицом в черные как смоль волосы. На душе сразу стало легче.

— Обращайся, — хихикнула она.

— Лун, — насладившись моментом, я немного отстранился. — Ты же сбежала из родного дома? После того как привезла тело Лан.

Расслабленность моей возлюбленной тут же пропала. Мне даже показалось, что я услышал, как сильно забилось её сердце. Пауза затянулась, но Лун не отвечала.

— Что будет, когда ты вернешься домой?

— Как ты понял? — ответила она вопросом на вопрос. Её голос был тихим, как будто она опасалась, что кто-то может подслушать нас.

— Я же пророк, — фыркнул я.

— А если серьезно?

— Графские дочки не путешествуют одни. Даже у Чунга всегда рядом есть десяток слуг. И это, не считая бойцов и телохранителей. Чего уж говорить о молоденькой виконтессе?

— Отец приказал запереть меня в моих покоях, словно я преступница. Даже охрану выставил, — начала исповедь она. — Он не хотел, чтобы его последняя дочь рисковала собой. А я не хотела дожидаться, когда меня отдадут замуж по договоренности. Я сбежала. Еще будучи совсем детьми, мы с Лан часто лазили через окно на крышу. Ускользнуть от людей отца было нетрудно. Труднее было попасть в отряд барона Данга. Все-таки он ведет бои в тылу врага.

— Что будет, когда ты вернешься? — я повторил вопрос шёпотом.

— Чунг влюблен в другую. Более родовитую и более перспективную. Его отец с удовольствием одобрит их союз. Значит, мне должны найти другого мужа.

— Как встретят меня?

— Если мы сможем убедить всех, что ты граф или барон, то — она запнулась. — Не знаю

— А если не сможем?

— Тогда лучше тебе там не появляться, — печально выдохнула она.

— Нам, — я поправил её. — Лучше нам не появляться в твоём родовом поместье

Лун то ли хихикнула, то ли всплакнула, уперевшись лицом мне в шею. Одно я понял точно: она готова ради меня пойти против воли отца.