- -
- 100%
- +
Навязанная терапия
– Зараза! – от резкого движения сигарета ломается пополам, и Саманте приходится доставать новую.
На улице холодно, но даже январский ветер не заставит ее зайти в участок без утренней порции никотина. Колючий ветер с Гудзона бросает в лицо пригоршню снежинок. Часть тут же попадает за шиворот, заставляя передернуть плечами, но Саманта продолжает курить у подножия лестницы. От новой затяжки желудок выписывает кульбит и сворачивается в тугой узел – дает о себе знать похмелье. Не стоило вчера напиваться в хлам, но после разговора с капитаном иначе успокоиться не вышло.
– При всем моем уважении, сэр, мне не нужен напарник‑кибер. Мы прекрасно работаем в тандеме с Доун.
Она сверлит Пауэлла недовольным взглядом, но его таким не проймешь. С тех пор, как мэрия Нью‑Йорка получила квоту на новое оснащение полицейского департамента, киберы заполонили каждый участок. А ведь какие‑то пять лет назад робототехника находилась в упадке. Если бы не ушлые китайцы, наводнившие рынок и вызвавшие массовый всплеск производства, может и не пришлось бы терпеть силиконовые физиономии на каждом углу.
Сначала появились синтетические органы и ткани – быстрый и дешевый способ обойти очередь на донорскую пересадку. Потом в продажу поступили полностью автоматизированные человекоподобные модели с примитивным набором функций, в основном использовавшиеся для секса или работы по дому. Год за годом спектр услуг расширялся – от киберов‑ассистентов до профильных специалистов. Теперь даже полицейским навязывали модернизированный металлолом вместо привычных напарников‑людей, прикрываясь удобными отговорками.
– Приказ не обсуждается, Сэм. Показатели раскрываемости падают, к тому же ты не посещаешь штатного психолога.
– Но это не повод подкидывать мне этот… этот… – покосившись на застывшего рядом кибера – спокоен, подтянут и экипирован по самые брови – Саманта не сразу подбирает слова. – Ходячий вибратор!
– Задействована стандартная процедура контроля, – равнодушно перебивает кибер, переводя на нее взгляд бесцветных глаз. – Постоянный мониторинг деятельности объекта, чтобы выявить возможную психологическую травму. Или неудовлетворенность сексуального характера, тему которой вы только что затронули сами. Пусть и косвенно.
– Закрой рот! – рявкает она.
Кибер без единой эмоции поворачивается к Пауэллу:
– Полностью согласен с вашим решением, капитан. Признаки агрессии налицо. Детектив Миллс нуждается в постоянном наблюдении.
– Слушай ты, эксперт, – Саманта подходит к нему вплотную – вот‑вот упрется плечом в бронежилет с логотипом департамента. – Засунь свое мнение в свою унылую пластиковую задницу.
– И терапия, – невозмутимо продолжает кибер. – Я бы рекомендовал поработать над вспышками гнева.
– У тебя проблемы со слухом? – она переводит взгляд на серийный номер на его груди. – Так топай в модуль для диагностики, модель «кей‑ви четыреста».
– Можно просто Кевин, – синтетические губы растягиваются в улыбке, но это не делает кибера человечнее. И кто им дизайн разрабатывает? Лицо и фигура как у голливудской модели, а глаза как у психопата со стажем. – Рад знакомству, детектив Миллс. Уверен, наше сотрудничество будет весьма продуктивным.
Выбросив сигарету, Саманта медленно поднимается по ступеням. Впервые за пять лет ей до тошноты не хочется заходить в участок. К тому же, она так и не определилась, как себя вести после вчерашней выходки кибера.
– Доброе утро, детектив Миллс, – знакомая фигура в бронежилете возникает в поле зрения, едва Саманта успевает открыть дверь.
Легок на помине.
– Вот ваш кофе, – «кей‑ви» услужливо подает ей бумажный стаканчик.
Безразличный голос ни на секунду не меняет тона, но ей слышится ирония. Чертов мешок с микросхемами издевается! Словно мало похмелья, которое раскалывает голову. Еле удержавшись, чтобы не двинуть ему в лоб, она отталкивает протянутую руку:
– Отвали.
Их перепалка остается без внимания – ранним утром в участке занята лишь пара столов.
– Судя по концентрации паров ацетальдегида в воздухе, процесс выведения спиртного из организма закончится не ранее, чем через шесть‑восемь часов, – «кей‑ви» продолжает нарываться на удар по пластиковой физиономии. – Поэтому я настоятельно рекомендую…
– Я же сказала: катись в задницу, – рявкает Саманта. – Или колесики для скорости приделать?
Бесцветные глаза на миг прищуриваются.
– Предпочитаете анальный секс, детектив? Вчера вам стоило сказать об этом.
– Ничего не было, – шипит она, покосившись по сторонам.
Их ожидаемо никто не слышит – первым делом коллеги заливают стаканчики из кофе‑машины в зоне отдыха, и только потом возвращаются на рабочие места.
– У меня сохранилась видеозапись. Могу прямо сейчас запустить ее на основной экран.
И почему этой груде железа нельзя наносить увечья?
– Желаете освежить память, детектив Миллс?
Хотела бы она забыть, но все, что делал этот хренов манекен с прошивкой, навеки отпечаталось на подкорке.
– Убери руки! – Саманта пытается избавиться от захвата сзади, но твердый локоть еще сильнее сдавливает шею.
«Кей‑ви» игнорирует все мыслимые приемы обороны – не замечает ударов по корпусу, не дает ни присесть, ни наклониться, а о том, чтобы перекинуть его через плечо, остается лишь мечтать – человеку не под силу тягаться с кибером.
– Это женский туалет, идиот, – она скользит подошвами тяжелых ботинок по мокрой плитке. Если удастся дотянуться до ближайшей раковины, упора хватит, чтобы ослабить нажим на горло и вывернуться. – Или у тебя микросхемы выбило, и ты разучился читать?
Кибер приподнимает ее над полом. Еще один рывок, и пучок рассыпается вместе с уверенностью одолеть модернизированный металлолом.
– Не дергайтесь, детектив, – механическая рука за волосы запрокидывает голову назад. – Иначе я сломаю вам шею.
Саманта запоздало тянется к кобуре – к дьяволу нытье Пауэлла об исках из мэрии – но пальцы успевают схватить лишь воздух. А еще через мгновение холодное дуло касается виска.
– Не тычь в меня моим же стволом, ушлепок!
– Вы приказали не трахать вам мозг, а заняться делом, – равнодушно констатирует он, и ее прошибает испарина.
– Я имела в виду патрулирование, кретин.
– Сначала необходимо решить проблему с вашей сексуальной неудовлетворенностью, детектив. При таком уровне стресса вы не можете выполнять свои прямые обязанности.
– Иди в задницу, анализатор хренов!
– По моим прогнозам будет достаточно стимуляции клитора.
Он убирает пистолет, и Саманта снова принимается вырываться из стального капкана. «Кей‑ви» за ее спиной неподвижен как монолитный блок – даже не вздрагивает, когда она изо всех сил ударяет его по колену. Наивная. Выбить сустав из сверхпрочного сплава нереально, а вот повредить собственные связки очень даже легко. Но Саманту не останавливает ни боль в щиколотке, ни нехватка кислорода.
– Не смей, – хрипит она, вонзая ногти в запястье свободной руки кибера – той самой, что скользит под ремень на ее джинсах.
Ей противно даже представить, что он прикасается к ней, но представлять не приходится – Саманта чувствует его кожей. Холодная ладонь прижимается к животу, заставляя взвиться в истерике:
– Отвали от меня, грязный урод!
– Вы напрасно переживаете, детектив. Моя система деконтаминации 1 активирована по умолчанию. И гарантирует стерильность перед забором пробы или любым другим контактным действием.
– Мозги себе стерилизуй.
Позвонки хрустят от натуги, перед глазами беснуются звездочки, но она не прекращает попыток освободить шею.
– Вам необходимо расслабиться, детектив.
– Да неужели? – с осипшим смешком выплевывает Саманта. – И где же ты нахватался таких познаний?
– В моей базе данных содержится архив научных статей и исследований в области психологии за последние сто тридцать лет, – равнодушно рапортует «кей‑ви», не считав сарказма.
– Лучше запроси в ней определение неуставных отношений! – Саманта судорожно сглатывает и выгибается назад. – Может тогда перестанешь меня лапать.
– Данная формулировка неприменима к автоматизированным механизмам.
Его рука пробирается ниже, под ткань спортивных трусиков. Уже не холодная – чипованный гаденыш даже температурный режим подобрал. Когда он находит и легко сдавливает клитор, Саманта вздрагивает и рефлекторно сжимает бедра. Это не останавливает «кей‑ви» в терабайтах архивов которого явно содержатся не только психологические статьи – он четко знает, что делать и как. Сначала медленно поглаживает, потом усиливает нажим, вызывая новый приступ дрожи.
– Гребаный тостер, – цедит Саманта сквозь зубы.
Она уже не пытается сбросить его руку с шеи. Наоборот – цепляется за нее, чтобы не осесть на пол. И неосознанно подается вперед, насаживаясь на механические пальцы.
– От тостера вы тоже кончаете, детектив?
Вместо ответа Саманта тихо стонет.
Последний раз не от своих рук она кончала во времена полицейской академии, когда в пьяном угаре отмечала с однокурсником успешную сдачу тестов. Утром он сделал вид, что ничего не помнит, и больше не подходил. Следующие отношения – если так можно было назвать пару свиданий – оказались еще хуже. Новый парень потерял работу и подсел на наркотики. Третьего Саманта арестовала во время внепланового рейда в ночной клуб, где тот устроил скандал, отказавшись оплачивать счет.
С мужчинами ей не везло, зато руки никогда не подводили. Просто и эффективно – никакого выноса мозга и переживаний, только разрядка и снятие стресса. И вот теперь и здесь она докатилась до суррогата. Гадство! А ведь раньше ей даже вибратором пользоваться не приходилось.
– Вы все еще напряжены, детектив, – голосовой модуль «кей‑ви» снижает громкость, имитируя шепот.
А чертовы синтетические пальцы не прекращают ритмичных движений. Саманта готова взвыть от беспомощности, но вместо крика из горла вырывается лишь новый стон – низ живота сводит в приступе оргазма. Охнув, она откидывается назад. В ту же секунду кибер отпускает ее горло и перехватывает за талию. Вовремя – Саманту уже не держат ноги.
– С‑с‑сука, – она обессиленно оседает в его руках.
– Так мне включить воспроизведение записи, детектив?
– Свали отсюда, – раздраженно бросает Саманта, мечтая выпустить обойму ему в переносицу. Ровно по центру, для идеальной симметрии.
– Я не могу выполнить этот приказ. Согласно распоряжению капитана Пауэлла, я должен находиться рядом, как ваш партнер, – «кей‑ви» намеренно делает ударение на последнем слове и иронично приподнимает кончики губ.
Где только научился так паясничать?
– Всего лишь напарник, – осаживает Саманта.
Как же он ее бесит! Ехидным прищуром почти прозрачных глаз, слишком правильными чертами лица, сарказмом в голосе – он раздражает всем, одним лишь своим существованием.
– Нам пора на вызов, – кибер игнорирует ее выпад.
Развернувшись, она вынимает из пачки сигарету и направляется к выходу – по дороге к патрульной машине можно хотя бы спокойно покурить. «Кей‑ви» топает следом через парковку с очередной унылой лекцией о вреде никотина. Ввинчивается в мозг каждым словом, выбешивая статистикой:
– Согласно данным Комитета здравоохранения количество летальных исходов в этом году…
– Захлопнись, – выдыхает Саманта вместе со струйкой дыма и тянется к ручке водительской двери.
«Кей‑ви» ловко перехватывает ключи, сжимая запястье – безболезненно, но весьма ощутимо.
– Я не могу позволить вам сесть за руль в нетрезвом состоянии, детектив.
– Да пошел ты в жо… – Саманта осекается, понимая, что снова близка к опасной теме. И неожиданно для себя отпускает брелок. – Рули давай, таксист хренов.
Забравшись на пассажирское сиденье, она натягивает капюшон чуть ли не до подбородка и, наконец, закрывает глаза. Если повезет, и шоссе снова забьется на подъезде к центру, ей даже удастся поспать.
– Музыку включи, убогий, – бормочет она в полудреме под тихое урчание мотора служебной «Шевроле».
– Как прикажете, мисс Дэйзи2, – отзывается «кей‑ви» голосом Моргана Фримана, но Саманта его уже не слышит.
Дополнительная опция
– Вы уже видели пополнение? – кто‑то из патрульных заглядывает в комнату отдыха, заставляя Саманту оторваться от экрана.
Сидевший у входа стажер подхватывает со столика стаканчик с кофе и устремляется в коридор. На пороге он сталкивается Доун – та возмущается на весь участок:
– Не понимаю, у мэра случился очередной приступ щедрости? Или всем нам собираются дать коленом под зад?
– Да что стряслось? – отложив планшет, Саманта высовывается за дверь.
И без того упадническое настроение вмиг становится совсем поганым – стену напротив кабинета Пауэлла на пару с ее «кей‑ви» подпирают еще два кибера. Поставщикам явно не терпится освободить склады. Или же – что еще хуже – Доун права, и в перспективе людей действительно планируют заменить их механическими конкурентами.
– У нас и без новых кукол не протолкнешься, – кривится Саманта.
– И я о том же, – присоединяется Доун.
– А я не против – буду гонять своего за пончиками, – довольно скалится Бенсон – к нему в отдел еще не распределяли киберов.
Вот уж кто всегда рад пожрать, и даже разговоры сведет к еде.
– Это пока он не сел за ваш стол, – отбивает Саманта. – С вашим значком и табельным оружием.
– Ой, да брось, Миллс. Ты видишь все в мрачном свете, – отмахивается Бенсон. – Лучше скажи, сможешь определить, который из них твой?
Саманта слишком зла, чтобы играть в угадайку. Неужели Бенсон действительно не осознает опасности? Или уверенности ему добавляет приближающаяся пенсия? В любом случае Сэм далеко до отставки. И она столько лет выслуживалась и рвала задницу не для того, чтобы ее подвинула гора пластика.
– Можете забирать любого.
– Ну же, я серьезно, – продолжает подначивать Бенсон. – Если угадаешь – поменяюсь любым дежурством.
– Двумя, – Саманта возвращает ему ехидную улыбку. – И не поменяетесь, а отдежурите за меня.
– По рукам!
Доун разбивает их шутливый спор, и Сэм уверенной походкой выдвигается в сторону новеньких. Ни один не реагирует на приближение – все трое лишь монотонно моргают.
– Ну что, ушлепок, хреново тебе теперь будет с такой конкуренцией? – Саманта пристально всматривается в искусственные зрачки каждого.
Ближайший силиконовый истукан с равнодушием поворачивается к ней, но не издает ни звука. Мазнув взглядом по гладкому подбородку, она перемещается к следующему.
– Братцы‑клоны быстро отправят тебя в запасник.
Второй кибер продолжает пялиться перед собой – его программа решила игнорировать источники звука.
– И будешь ты пылиться в углу в обнимку с гребаной кофеваркой.
Чтобы узнать своего «кей‑ви» ей не нужно задавать вопросы, но Саманта может поклясться, что последний в цепочке едва заметно приподнимает уголки губ. Пусть это самообман, надуманная реакция почему‑то вызывает ответную ухмылку.
– Этот, – она тычет пальцем в сторону «напарника».
– А как мы проверим? – запоздало соображает Бенсон. – Ты могла выбрать любого.
– Прикажите ему что‑нибудь, – пожав плечами, Саманта скрещивает руки на груди.
– «Кей‑ви четыреста», проследуйте в кабинет капитана Пауэлла и принесите папку с еженедельным отчетом, – командует Бенсон.
– Я подчиняюсь только детективу Миллс, – равнодушно рапортует кибер.
Саманта вынуждена признать – в этот момент он бесит ее чуть меньше, чем обычно.
– Но… как? – Бенсон таращится во все глаза. – Как ты поняла, что это он?
– Они же… совершенно одинаковые! – восторженно бормочет Доун.
Сэм продолжает улыбаться.
– Серьезно, Миллс, как ты их различаешь?
– Легко, – довольно щурится Саманта – из трех идентичных физиономий лишь одна способна довести ее до нервного тика. Кивнув в сторону новеньких, она поясняет: – Эти два мне безразличны. А вот своего я мечтаю убить.
– За каким хреном ты вломился ко мне в квартиру? – Саманта одной рукой поддерживает сползающее с груди полотенце, а второй пытается заклеить распоротую щеку «кей‑ви». Дрожащие пальцы не слушаются, и синтетическая кровь продолжает просачиваться через силиконовую заплатку. – Да еще и в ванную сунулся, идиот. Поблагодари своих кибербогов, что я пистолет в гостиной оставила.
– Вы беспокоитесь обо мне, детектив Миллс? – «кей‑ви», не моргая, следит за ее суетливыми движениями.
– Я беспокоюсь о своем мозге, который теперь вытрахает Пауэлл, которого, в свою очередь, поставит раком весь юридический департамент, – Сэм кое‑как удается закрепить пластырь. Придирчиво изучив результат, она прикрывает лицо ладонью и устало вздыхает: – Твою мать, ну почему я вечно оказываюсь в дерьме?
Кибер фокусирует взгляд на ее ключице:
– На вашей коже действительно есть источник загрязнения, но это не экскременты.
Он успевает коснуться ее плеча, до того, как Саманта замахивается в ответ.
– Следи за руками, ушлепок, или я… о, Господи, – она морщится, когда кибер слизывает с пальцев остатки ароматического масла. – Неужели ты всегда все тянешь в рот?
Хотя чего еще ожидать, если язык нашпигован датчиками.
– Это эфирное соединение с высоким содержанием ментола, – невозмутимо выдает «кей‑ви», проанализировав вещество. – Вы не в дерьме, детектив Миллс.
В приступе хохота Сэм сворачивается пополам. Вот уж успокоил, капитан очевидность. Подумать только, а ведь еще мгновение назад ей хотелось размазать ненавистную синтетическую рожу по паркету.
Пока она смеется, привычное равнодушие кибера сменяется чем‑то очень похожим на недоумение. С имитацией человеческих эмоций у него туго, но эта, как ни странно, удалась. Так же озадаченно он пялился на Саманту, когда та обрушила на его голову свечу в стеклянном корпусе – первое, что подвернулось под руку.
– Сядь же уже, нефиг стоять столбом, – наконец, выдает она, восстановив дыхание. – И жди, пока оденусь. Отвезу тебя в сервис.
Саманта запирается в ванной и обводит «поле боя» тоскливым взглядом – на залитом мыльной водой полу поблескивают осколки стекла, а на углу раковины догорает остаток второй свечи.
– Да уж, устроила себе вечер спа‑процедур и релакса. Полежала в тишине, – она с досадой отбрасывает измазанное синтетической кровью полотенце в корзину для грязного белья и тянется за джинсами.
– Царапина на корпусе не мешает работе системы, детектив Миллс, – отзывается из‑за двери «кей‑ви». – В сервисном обслуживании нет необходимости.
– Нет уж, скандал мне не нужен, – не терпящим возражений тоном отрезает Сэм и чертыхается, в спешке засовывая голову в вырез футболки – ткань скатывается и липнет к мокрому телу. – Зараза!
– Восстановить покрытие можно во время стандартного планового осмотра, который проводится на ежемесячной основе.
Вот же упертый – даже ее готов перещеголять в своем упрямстве! И это выбешивает еще сильнее.
– Слышишь ты, ходячий системный сбой, спорить со мной вздумал?
Сэм влетает в гостиную и нос к носу сталкивается с кибером, который так и не потрудился сесть, невзирая на прямой приказ – ее приказ! – и продолжает переминаться возле журнального столика, на котором она распотрошила аптечку.
– Я тебе точно плату не задела? Ты явно стал хуже слышать. Так давай сообщу, куда надо, и тебе мигом микросхемы прочистят.
– Аргументированный отказ – часть алгоритма принятия решений, созданного разработчиками…
– Сейчас точно довыделываешься, – злится Саманта и тащит его к выходу за ремешок на бронежилете.
В сервисе треснувшую часть лицевой пластины заменяют, а на место стыка сажают новую заплатку. Почти безупречно, если не считать едва заметного бугорка на скуле. Кибер‑ремонтник предлагает выровнять «шрам», но «кей‑ви» отказывается. И почему‑то не перестает улыбаться. Он даже не спорит, когда Саманта снова отбирает ключи, чтобы самой усесться за руль.
– Гордишься, что теперь выглядишь как человек? – наконец доходит до нее. – Напрасно, ты все тот же тостер в силиконовой маске. Только теперь еще более дефективный.
Она не может не осадить самоуверенный кусок железа. В ответ тот умело имитирует сарказм, цитируя определение индивидуальности.
– Зачем ты вообще приперся ко мне? – Сэм обреченно закатывает глаза.
– Капитан Пауэлл передал материалы по делу о взломе полицейской базы данных, – «кей‑ви» вынимает из кармана мини‑планшет. – Я подумал, вам будет интересно с ними ознакомиться до утреннего брифинга.
И ради этого он притащился к ней в квартиру?
– Мог бы на почту прислать. Глядишь, и рожу бы уберег.
– Дело получило гриф секретности. Доступ открыт лишь ограниченному кругу лиц – расследование ведет федеральное бюро. Нас подключают временно.
– Показывай, – снисходит Саманта, протягивая руку за планшетом.
Но вместо полезной информации слышит очередное нравоучение:
– В штате Нью‑Йорк запрещено пользование электронными устройствами за рулем. И в случае нарушения закона…
– Завязывай выделываться, – остывшая, было, Сэм заводится с пол‑оборота. Этого у говнюка не отнимешь – умеет выбесить. – А то яйца оторву.
– Данная опция в моей модели не предусмотрена, – бесстрастно сообщает «кей‑ви».
Логично. Он и словами отымеет в мозг так, что захочется вскрыться.
– Давай без подробностей, – брезгливо морщится Саманта. – Даже представлять не хочу, что там у тебя в штанах.
– В случае необходимости возможна докомплектация – нужно всего лишь заполнить заявление на апгрейд.
– Ты серьезно? – она удивленно распахивает глаза.
Какая, к чертям собачьим, может быть необходимость в члене у полицейского кибера?
– Если вам интересна данная опция, могу переслать на почту форму заявления.
– Лучше не нарывайся, – рычит Саманта. – А то ведь реально закажу – и привинчу этот долбаный апгрейд тебе на лоб. Будешь скакать по участку как единорог.
«Кей‑ви» неожиданно затыкается – то ли считав угрозу, то ли моделируя визуализацию. Воспользовавшись моментом, Сэм выхватывает у него планшет и углубляется в материалы дела.
– Так как, черт побери, мне теперь узнавать своего? – не унимается Бенсон.
– А вы его подпишите, – Саманта с насмешкой протягивает маркер и оборачивается к «кей‑ви»: – Пошли, убогий, работа не ждет.
Системный сбой
Сканер считывает отпечаток ладони лишь со второго раза – Саманта слишком пьяна, чтоб уложить руку ровно.
– Долбаный замок, – цедит она сквозь зубы, вваливаясь в квартиру.
За дверью ее привычно встречает хаос. Грязные и выстиранные рубашки разбросаны по комнате, а в раковине размножается очередная колония бактерий в тарелках с присохшими остатками еды. Посудомоечная машина уже две недели как сломана, но ни ремонтников, ни киберов из клининговой службы Саманта не вызывает принципиально – псевдоинтеллектуального металлолома ей хватает и в участке. Наткнувшись на подлокотник, она тяжело оседает на диван. Шестой шот текилы явно был лишним. Или десятый – кто ж считал? А, может быть, просто не стоило мешать ее с «космополитеном». Или как там называлась розовая мерзость, которую им щедро подливали в бокалы?