Слёзы Немезиды

– Как дела? – не унимался Гримм. – Соблазнил всех дам на площадке?

Окинув меня изучающим взглядом, он ехидно скривил губы. При виде конкурента Тэд слегка занервничал, но смог рефлекторно выдать ответную улыбку. Я насторожилась. Гримм подбирался ко мне, и это мало смахивало на флирт. Неужели я где-то допустила ошибку и до сих пор под подозрением? Внимательно изучив окружающих, я решила, что это целиком его инициатива – никто пристально за мной не следил. А Сатир и вовсе смотрел на Гримма с неодобрением – здесь не приветствовали фамильярность персонала. Почувствовав перемену в его поведении, дочь Фарелли тоже напряглась и принялась вертеть головой, выискивая причину. И, решив, что это снова я, нахмурилась. Отлично. В ближайшее время мне к ней не подобраться. Второй прокол за первый же вечер. И все это благодаря наглости одного-единственного типа! Который, кстати, продолжал ухмыляться, не отпуская плечо Тэда.

Убрав ладонь с талии своей юной пассии, Сатир едва заметно кивнул в сторону, подзывая Гримма к себе. Едва оба отошли, дочь Фарелли моментально сориентировалась и предложила новый тост, отвлекая внимание на себя. Из любопытства я отлучилась от стола и, заложив небольшой крюк через заросли, вышла из-за деревьев с другой стороны оружейной.

Не рискнув подходить слишком близко, со своего места я не могла разобрать слов Сатира, но, судя по тону, нотация была в самом разгаре.

– Даже если она сама проявит инициативу? – громко возмущался Гримм.

Я усмехнулась – размечтался. Он не просто недалек, еще и самоуверен.

– Она – клиент, – раздраженно пояснил Сатир. – И может развлекаться так, как считает нужным. Сам к ней не суйся.

Я снова не сдержала улыбку – удобные правила. Воспользуюсь ими, если Гримм будет меня донимать или просто мешать планам.

За спиной хрустнула ветка.

– Джо? – Тэд начал проявлять беспокойство и отправился меня искать.

Пришлось вернуться к компании, не дослушав спор до конца. Гримм за столом больше не появился, а Сатир сделал это незаметно – бесшумно возникнув позади своей молодой любовницы, он осторожно обнял ее за талию. Дочь Фарелли даже не вздрогнула, словно знала о его приближении, и, довольно улыбнувшись, прислонилась к нему спиной. Глядя на умиротворенное лицо Сатира, я поймала себя на мысли, что начинаю сомневаться – он ли убил Эр Джея?

Проследив за моим взглядом, Тэд решил, что мне не хватает внимания. Придвинувшись ближе, он снова завел разговор о суровом русском климате и холодных постелях, недвусмысленно намекая, что готов согреть мою. Я отшутилась.

Через четверть часа тосты и количество алкоголя иссякли, и народ стал расходиться. Эдриан исчез незаметно, оставив Трэнди-боя у стола. Я улыбнулась кончиками губ – не один Тэд сегодня будет спать в одиночестве. Следующим выдвинулся Сатир, поддавшись на провокацию, – стоило дочери Фарелли что-то томно прошептать ему на ухо, как он спешно простился и увел ее за собой. Я не стала дожидаться окончания вечеринки и, пожелав всем приятных снов, отправилась к коттеджу. Провожая меня, Тэд все еще ждал приглашения провести ночь вместе. Я простилась с ним на пороге, отнекиваясь от предложения выпить бокал вина, чтобы ослабить волнение перед завтрашней охотой.

– Buona notte, caro,8 – я целомудренно поцеловала Тэда в лоб и скрылась за дверью.

Утром я отправилась на пробежку, продолжая изучать территорию. Повод был уместным и не вызывающим подозрений, но для подстраховки я выбрала предельно откровенный наряд, чтобы охранники смотрели на грудь и не задавали лишних вопросов. И пожалела о своем решении, столкнувшись возле пристройки одного из коттеджей с дочерью Фарелли. Проигнорировав приветствие, она скрылась за дверью, за которой я успела рассмотреть несколько тренажеров. В следующий раз придется позвать с собой Тэда – может, хотя бы после этого девчонка перестанет воспринимать меня в штыки?

Бежать только вдоль забора, опоясывающего площадку, было слишком опрометчиво; я держалась тропинок, продвигаясь в сторону оружейной, и лучезарно улыбалась встречающимся по дороге военным. Меня ни разу не остановили – видимо, утренняя разминка была здесь в норме вещей. Свернув у знакомого навеса с автобусами, я направилась к зданиям, которые не успела рассмотреть вчера. Одно из них оказалось гаражом, а еще два – жилыми помещениями для военных. Обогнув их, я выбежала к просеке, за которой обнаружилась трансформаторная подстанция. Наличие поблизости троих охранников помешало мне ее изучить. Еще из-за двоих я не смогла подобраться к ангару с внедорожниками, зато рассмотрела у входа зачехленный дрон. Как и на коттеджах, под крышами подсобных помещений и на близлежащих деревьях были закреплены видеокамеры.

Несмотря на ранний час, вокруг царило оживление. Возле кухни военные загружали тележку с ланч-боксами, чуть дальше – возле прачечной – двое крепких парней под надзором Гримма перекидывали из прицепа мешки с грязным бельем. Увидев меня, он привычно скривился.

– Классная у тебя работа, – пробегая мимо, я не удержалась от издевки.

Свернув у цистерны с топливом, охраняющейся не хуже, чем Белый дом, я заложила небольшой крюк, чтобы рассмотреть подходы к трейлерам и проследить за теми, кто в них входит. Чуть дальше находился большой экран, который пока не работал, а возле него – барак с узкими окнами, неприметный на первый взгляд, но под охраной двух военных и с камерой над входом. Решив, что в нем держат наши «мишени», я поежилась и снова углубилась в лес.

За час разминки я успела сделать два круга, и увиденное меня насторожило – площадка была просто нашпигована техникой! Криста многое утаила. Я понимала причины ее скупости на подробности, но некоторые факты она не просто скрыла, а сильно приукрасила, чтобы миссия казалась мне легче. На деле все оказалось гораздо серьезнее.

Остановившись на третьем круге возле гаража, я сделала вид, что разминаюсь. Незаметно наблюдая за военными и слушая обрывки переговоров по рации, я продолжала анализировать.

Судя по всему, персонал делился на четыре категории.

Постоянно вооруженная элита – егеря – самая главная и малочисленная. Вчера я насчитала пятерых, сегодня встретились еще двое – мрачный брюнет с темными кругами под глазами, разговаривавший с британским акцентом, и лысый балагур, шутивший преимущественно на тему автомобилей. В досье Кристы их не было, но они явно входили в восьмерку, управляющую базой, передвигаясь по ней без ограничений, располагая ключами от каждого помещения. Однако лишь трое из них знали коды замков в трейлере – Джейсон, Сатир и Священник.

Менее элитная категория – охрана – преимущественно русские военные. Они тоже были при оружии, но имели ограниченный доступ в половину служебных зон, а на территорию для охотников и вовсе не заходили, патрулируя по периметру.

Немногочисленные техники в темных комбинезонах занимались проверкой и наладкой оборудования и перемещались по площадке лишь в сопровождении егерей или военных.

Все остальные – мелкий обслуживающий персонал – занимали низшую ступень иерархической лестницы и выполняли обязанности грузчиков, водителей и разнорабочих. Основную массу персонала составляли проштрафившиеся военные, которых отправляли в наряд на кухню, на уборку территории или в прачечную.

Я хотела сделать еще один круг, но понимала, что излишнее рвение может навредить. Приближалось начало охоты, и я вернулась в коттедж. Пристрелять винтовку не оставалось времени. Да и Тэд, позабыв про совместную тренировку, так и не появился – проспал или обиделся. Решив, что это к лучшему, я не пошла завтракать, чтобы не отвлекаться на разговоры, и ограничилась кофе из кофеварки. Приняв душ, я слегка подвела глаза, ярко накрасила губы и снова надела майку с глубоким вырезом – для моей сегодняшней тактики нужно выглядеть эффектно.

К трейлерам я подошла последней. Возле них на длинном столе было разложено оружие – выбранное нами и дополнительное. Взяв свою винтовку, я отправилась следом за Шерифом, который на ходу убирал в кобуру пистолет. Эдриан и Тэд были еще дальше, практически у барака, где на площадке перед экраном стояла толпа «игроков». Не понимая, что происходит, люди испуганно жались друг к другу. Я тысячу раз представляла этот день, но не смогла сдержать подкативший к горлу ком и поежилась, увидев заплаканные лица женщин.

Священник объяснил правила охоты, особенно выделяя пункт со штрафом за двойное убийство. Пока он говорил, я усиленно делала вид, что изучаю прицел винтовки, и подняла голову, лишь когда рядом появился оператор из съемочной группы. С огромным удовольствием я бы разбила его камеру, но вместо этого пришлось улыбнуться в объектив.

– Внимание… бегом!

По команде Священника перепуганные люди кинулись в заросли. Их лица все еще высвечивались на экране, но я на них не смотрела, и когда пришла очередь озвучить цель, заявила, что верю в случай и не буду заранее принимать решение.

– Просто скажите, кто уже занят, – улыбнулась я остальным охотникам.

Пусть думают, что это блажь или чудачество, мне все равно.

Пока Тэд и Шериф спорили – они выбрали одну и ту же мишень, и никто не хотел уступать, – Эдриан нетерпеливо постукивал мыском ботинка по земле и изредка перекидывался комментариями с Трэнди-боем, который, как и вчера, нацепил кожаную куртку и перчатки. Не поленился принарядиться, несмотря на то, что днем в лесу будет пекло! Еще один охотник по кличке Гром, которого не было на вечеринке, не разговаривал ни с кем кроме Сатира – из всех присутствующих только он знал русский.

– Джейсон, прием, – Молчун по рации передавал комментарии Священника. – Шериф меняет цель – берет старшего Мейсона вместо мулатки. Громов и Манчини определятся на месте.

Завыла сирена – отпущенные две минуты форы прошли, и охотники стали выдвигаться в лес. Лысый весельчак по прозвищу Механик был в паре с Шерифом, Священник вел Тэда, мне же по закону подлости достался Гримм.

Продвигаясь в глубь зарослей, мы вскоре потеряли из виду остальных – егеря веером разводили нас по территории, чтобы никто никому не мешал. Рация на плече Гримма то и дело шипела, выдавая в эфир равнодушные комментарии Джейсона.

– Священник, девчонка в квадрате три два. На девять часов от тебя.

Ориентируясь по камерам, он вел охотников к выбранным целям.

– Механик, за насыпью трое, один ваш. Двести ярдов.

Прикинуть размеры этой части леса пока не удавалось, и даже подсказка с делением на квадраты не помогала, но я и не ставила себе такую цель – информация не понадобится, – лишь автоматически фиксировала места, где были установлены камеры. Их было слишком много, как и ловушек. Параноидальность организаторов зашкаливала, и это начинало меня напрягать.

В каждой вылазке случаются проблемные, а иногда и провальные моменты. В Ливии нас пытались взорвать женщины в поясах смертниц, во время эвакуации посольства в Сирии к кортежу вышли вооруженные дети – всего и не перечислить. Но нынешняя миссия по количеству срывов и непредвиденных сложностей за первые два дня била все возможные рекорды. План уже пришлось корректировать дважды, и я чувствовала, что это не последние изменения.

Особенно раздражала причина моих проблем, беззаботно вышагивающая рядом, – Гримм отпускал неуместные комментарии, отвлекая от осмотра местности.

– Прошу вас, мэм, берегите каблуки.

Он по-прежнему так неуклюже пытается сблизиться или специально раздражает меня? И почему его тон так бесит?

– Благодарю за беспокойство, – сухо бросила я.

Может, попробовать от него избавиться? У дерева слева я видела плохо замаскированный капкан. Подножка и тычок в плечо – и нет проблемы.

Раздался первый выстрел, и я вздрогнула. Эхо повторило чей-то предсмертный крик. Это сложно принять, как ни готовься. Здесь – царство хищников.

Мне тоже придется продемонстрировать жажду убийства. Случай представился очень скоро – едва мы с Гриммом обошли бурелом, я заметила, как между стволами мелькнула чья-то светлая рубашка. Вскинув винтовку, я прильнула к окуляру. Испуганная латиноамериканка сидела на земле и, заливаясь слезами, прижималась спиной к дереву. Ее губы шевелились в беззвучной молитве.

И как только тебя занесло в такую глушь? Сидела бы у себя в Мексике, продавала бусы туристам.

Ветерок, москиты, потрескивание рации – все помехи отошли на второй план. Не слыша звуков, я задержала дыхание, прицеливаясь на пару дюймов правее виска. Промах должен быть идеальным – вдруг Джейсону придет в голову проверить записи с камер.

Не вздумай дернуться, девочка. Я не хочу тебя убивать.

Палец нажал на спусковой крючок. Плечо привычно ощутило отдачу… Удалось! Пуля срезала кору со ствола над кудрявой головой, и латиноамериканка, испуганно взвизгнув, кинулась прочь. В сознание вернулись шум ветра в кронах и запах леса. Мысленно вздохнув от облегчения, я изобразила досаду:

– Merda!9

Опустив винтовку, я разразилась бурной тирадой, сопровождая ее большим количеством ругательств. И резюмировала на английском, пока Гримм не ошалел от моего итальянского потока:

– Это плохой знак – не получилось с первого выстрела. Надо завершить охоту!

– Мэм… вы уверены? – он искренне недоумевал, почему я решила остановиться.

Девушка успела убежать всего на сто ярдов – Гримм специально запросил по рации подтверждение. Игнорируя его доводы, я отнекивалась, ссылаясь на плохие приметы. Если он будет настаивать, придется снова промахнуться и закатить истерику, обвиняя во всем его. Наконец-то у меня появится повод ему врезать.

– Гримм вызывает Джейсона. Отбой, – в его голосе звучало разочарование.

Равнодушный ответ не заставил себя ждать:

– Принято. Возвращайтесь.

Возможно, я сделала ошибку, выбрав роль неумелого новичка, зато сохранила латиноамериканке жизнь. К тому же в тактике неожиданно нашлись и плюсы – Гримм перестал со мной разговаривать. Пока мы молча шли обратно, вокруг продолжали звучать редкие выстрелы с последующими переговорами по рации – сначала охота Тэда, а затем Шерифа завершилась удачно. Русский застрелил двоих и, судя по спокойной реакции Джейсона – речь о дисквалификации не зашла, – сделал это по предварительной договоренности. Сэкономить кому-то жизнь не получилось – жертв все равно было пятеро.

С искренней досадой на лице я вышла к экрану. Показав Механику ноль, Гримм в ответ на немой вопрос пожал плечами. Я обогнула трейлер, чтобы сдать винтовку.

– С чего это она? – усмехнулся Механик, не дожидаясь, пока я отойду на приличное расстояние. – Сломала каблук, и настроение испортилось?

– Если бы! – буркнул Гримм. – Привезла с собой чемоданов, наверное, на год вперед! Пьет только шампунь, да еще и стрелять не умеет! Что здесь вообще забыла эта хренова Мона Лиза?

Он все-таки запомнил мое полное имя, когда я неосмотрительно сообщила его Тэду. И, конечно же, оно стало поводом для насмешек. Пора привыкать к шуткам за спиной – благодаря выбранной тактике издеваться надо мной теперь будут часто.

Размышляя, как себя лучше вести после промаха и о том, что надо бы приструнить Гримма, я вышла к коттеджам. У пристройки с тренажерами мелькнула женская фигура. Сначала я решила, что это дочь Фарелли, и собиралась поздороваться – девчонка меня недолюбливает, нужно сломать лед, – но, разглядев темную прядь волос, выбивающуюся из-под надвинутого на лоб капюшона спортивной куртки, поняла, что это Селина. Ни с кем не разговаривая и не поднимая глаз, она свернула с тропинки и скрылась в коттедже.

Забравшись под горячий душ, я еще раз проанализировала поведение во время охоты и решила, что быстрый уход может показаться подозрительным. Нужно создать видимость, что промах серьезно меня взволновал. Наспех высушив волосы, я отправилась искать Священника. Возле барака никого не было – людей загнали внутрь, раскладной стол убрали, а оружие увезли. Подниматься в трейлер и этим снова привлекать внимание к своей персоне я не стала и вместо этого подошла к одному из охранников. По рации он связался со Священником, не задавая лишних вопросов – здесь мало кто о чем-либо спрашивал, – и спустя несколько минут Молчун уже провожал меня к оружейной. Просьба ненадолго дать мне винтовку тоже не показалась странной, Священник даже показал место, где можно пристреляться, и расставил мишени. По его взгляду я поняла, что выбрала правильную тактику, изображая досаду. А когда отказалась установить лазерный прицел, даже удостоилась одобрительного кивка.

Оставалось показать, что хоть я и неопытный охотник, все равно стараюсь стрелять метко. Каждый удачный выстрел по банке сопровождался победным сжатием кулака и тихим, но эмоциональным выдохом:

– Sì!

Я так увлеклась, что не сразу заметила приближение дочери Фарелли. Остановившись за моей спиной, она наблюдала.

Перезарядив винтовку и тщательно прицелившись, я нажала на спусковой крючок. Пуля сбила банку.

– Недостаточно настрелялась на охоте? – девчонка даже не скрывала пренебрежения в голосе.

Она провоцировала, но ссориться не в моих интересах.

– Я промахнулась.

Ледяной тон был к месту, но надо сгладить этот полуагрессивный выпад и на всякий случай дать понять, что у меня нет видов на ее любовника. Опустив винтовку, я обернулась и поняла, что церемонии не понадобятся – девчонка изменилась в лице. Напрасно ожидаемое злорадство так и не появилось. Огонек, мелькнувший в ее глазах, был больше похож на сочувствие, но она сопереживала не мне. Перемена длилась лишь мгновение – дочь Фарелли быстро взяла себя в руки и надела привычную маску равнодушия, но мне хватило подсказки. Ей тоже не нравится происходящее здесь. Она вынуждена терпеть, и причиной этой повышенной «толерантности» вряд ли является один Сатир.

– Мне кажется, я сделала это специально, – обреченно вздохнула я.

Сейчас станет понятно, верна ли моя гипотеза. Дочь Фарелли напряглась:

– Почему?

Нужно очень тщательно подбирать слова – я должна одной фразой расположить ее себе.

– Я охочусь, чтобы это понравилось отцу, – горечь в голосе прозвучала без фальши.

Бинго! Я попала в точку! Девчонка скривилась, примеряя ситуацию на себя.

– Извините, – стушевалась я. – Мои семейные проблемы – не ваша забота.

Оставив наживку, требуется срочно отступить. Или дочь Фарелли попадется на заготовленный крючок, или придется готовить новый. По выражению лица я понимала, что она не прочь продолжить разговор, и постаралась его избежать – место было не самое подходящее. Слишком много наблюдателей вокруг, а откровения при свидетелях, как известно, не самая лучшая тактика. Подозвав крутившегося поблизости Молчуна, я вернула ему винтовку, попросив еще раз поблагодарить Священника за помощь, и улыбнулась, оборачиваясь:

– Хорошего дня, мисс?..

– Зовите меня Тейлор, – голос заметно потеплел.

– Piacere,10 – я протянула руку. – Джо.

Холодная ладонь крепко сжала мою. Ухватившись за возможность отпустить пару банальных шуток о суровом климате русских, я свела общение к легкомысленной болтовне и даже успела пригласить Тейлор в гости на неаполитанский суп. Она приняла приглашение, пообещав заглянуть завтра. На этом мы разошлись – приближалось время обеда.

Скучавший у входа в столовую Тэд заулыбался и помахал рукой, напрочь забыв, что несколько часов назад игнорировал меня, разговаривая лишь с Шерифом и Эдрианом. Перестав строить из себя обиженного – то ли от недостатка общения, то ли от воодушевления после удачной охоты, – он продолжил ухаживания. Такая перемена настроения была мне на пользу, и я с энтузиазмом закивала, когда речь в очередной раз зашла о совместной вечерней прогулке. Перебрасываясь шутками, мы поднялись по ступенькам.

Желудок мгновенно отреагировал на запах еды, напоминая о единственной чашке кофе, которую я выпила утром. Идущий впереди Тэд, принюхавшись, сообщил, что готов съесть слона. Впервые я была готова искренне согласиться ним. Слева от входа начиналась перегородка, отделявшая длинный зал со столами для военных и обслуживающего персонала от зоны отдыха для охотников. Мебель в этой части была на порядок дороже, как и выбор блюд. В углу стоял стеллаж с ланч-боксами, чтобы взять еду навынос – весьма удобно. В следующий раз можно не обедать со всеми. Пока я озиралась, Тэд уже хозяйничал у стола.

– Джо, не стесняйся, – он запустил половник в металлическую супницу с подогревом и потянулся за ближайшей тарелкой.

Я последовала его примеру.

– Мистер Дил, я был уверен, что и сегодня вы будете одним из первых, – из-за перегородки показался Эдриан. Усевшись напротив Тэда, он принялся накладывать себе салат. – Что в принципе неудивительно – после такой пробежки по лесу. Мисс Манчини, я слышал, вас постигла неудача?

Я горестно развела руками.

– Увы.

– Говорят, новичкам везет, – к столу подошел Шериф и, утешающе похлопав меня по плечу, пообещал: – Завтра все получится.

Я пробормотала что-то в знак согласия, но никто не ждал ответа – Тэд был увлечен едой, а Шериф и Эдриан обсуждали результаты первого дня охоты, снизойдя до сдержанных комплиментов друг другу и особенно выделив успехи русского.

– Странно, что он не отмечает, – задумчиво протянул Эдриан, подцепив с блюда тонкий пласт буженины.

– И вчера тоже проигнорировал общий сбор, – поддакнул Шериф, щедро смазывая крекер красной икрой.

– В прошлом году Громов сильно напился, – вклинился в беседу Тэд, нехотя отрываясь от стейка из свинины. – И начал драку с егерями, а когда его попытались утихомирить, долго кричал, что закроет площадку. Скандал замяли, но с тех пор наш бравый генерал ни с кем не разговаривает и не ходит на вечеринки – водка, баня и шлюхи у него индивидуальные.

Уловив нотки зависти в его голосе, я склонилась к тарелке с супом, чтобы никто не увидел моей улыбки.

– А он действительно может ее закрыть? – недоверчиво хмыкнул Шериф.

– Сам – нет. – Тэду нравилось изображать из себя знатока, и он даже забыл о еде. – Поговаривают, что кто-то из его родственников связан с Министерством обороны.

А вот это уже интересно. Скудная информация про русских организаторов неожиданно пополнилась новой зацепкой. Нужно будет узнать больше о Громове после возвращения и анонимно привлечь прессу. И пусть Криста перестраховывается, защищая интересы работодателей, я сделаю все, чтобы помешать людям Фарелли наживаться на смертях, даже если придется действовать через политический скандал.

Разговор быстро сместился в скучное русло – мужчины перешли к обсуждению выбранного оружия, а я нашла более ценное применение времени, оставшемуся до ужина, чем пустые беседы, и посвятила его анализу собранной информации. Легко отделавшись от Тэда, которого в данный момент больше интересовали сплетни и еда, я заперлась в коттедже. Бумагу было опасно использовать – любые записи легко обнаружить при обыске или уборке. Сжигать листы каждый раз тоже проблематично – есть риск не успеть это сделать из-за случайного визита соседей. Да и постоянный запах гари привлечет внимание. Необходим легко удаляемый материал. Пошарив на полках, я обнаружила пакет муки и рассыпала ее тонким слоем на столе у плиты. Всегда можно сказать, что я собиралась приготовить пиццу и случайно порвала упаковку.

Начертив на муке план, я отметила известные постройки и убедилась, что на нем по-прежнему слишком много пробелов – все северная и северо-западная части базы остались неисследованными, как и восточная, где располагалась зона охоты. Последняя не представляла для меня интереса, а вот территория с неизвестными строениями нуждалась в дополнительном изучении.

Удручал тот факт, что я выбивалась из графика – на составление карты местности было отведено два дня. Дальше по плану Кристы следовало проникнуть в трейлеры и вывести из строя сервер, предварительно скопировав информацию, что по факту оказалось весьма затруднительным из-за наличия системы видеонаблюдения и круглосуточной охраны. Моя персональная цель – подтверждение личности убийцы Эр Джея – и вовсе была недосягаема, правда, оставалась надежда, что я еще успею разговорить Тейлор.

На вечеринке я усиленно спаивала Тэда и делала вид, что пьянею сама, чтобы убить двух зайцев: избавиться от необходимости снова отказывать ему в близости и иметь повод попасть завтра в лазарет; все-таки похмелье – менее радикальный способ, чем ранение.

– Умоляю: будь осторожнее, – Тейлор поддержала меня за локоть, предоставив возможность незаметно пролить на землю практически половину содержимого стакана. После встречи у оружейной она стала в разы дружелюбнее. – Или утром тебе захочется умереть.

– Извини, – пьяно хихикнула я, с трудом выговаривая слова. – Иначе не согреться в этом проклятом климате!

Опрокинув в себя очередную порцию виски, я осмотрелась. Эдриан и Шериф еще держались на ногах и громко спорили о достоинствах бурбона, а вот Тэда окончательно развезло. Опустившись на скамью, он обхватил голову ладонями и едва слышно что-то пробурчал.

Несмотря на окружавшую их пьяную атмосферу, егеря не притрагивались к алкоголю. Максимум – по половине бутылки пива – позволили себе Сатир и Механик. Священник и Молчун занимались мангалом, Гримм прохаживался в отдалении, избегая взглядов в мою сторону.