- -
- 100%
- +
Редактор Алина Белоброва
Иллюстратор Анастасия Шипило
Шрифт на обложке Kassymkulov Design
© Петр Чичилов, 2020
© Анастасия Шипило, иллюстрации, 2020
ISBN 978-5-0051-4669-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пролог
«Для достижения любой мечты главное – начать путь».
Эрзули Нидар
Два крошечных глаза – голубой и карий – смотрели на нее не моргая. Плач закончился, и на секунду Сабиле показалось, будто ее крошечная, рожденная минуту назад дочь все осознала.
– Какая она красивая, такая же красивая, как и ее мама, – завороженным голосом проговорил новоиспеченный отец, едва дотрагиваясь до щечки ребенка.
Сорокачасовые роды закончились, но лучше ли от этого будет ребенку, Сабила не знала. В утробе девочку оберегали материнские микролиты, но теперь она оказалась совершенно беззащитна. Как сказали врачи, если ребенок выживет в первые сутки, то появится пусть и не самый большой, но шанс, что девочка будет жить. Но и потом все будет далеко не так просто. Всю жизнь дочери придется принимать препараты для подавления ее собственных микролитов. В противном случае эти крошечные машины ее убьют.
От тревожных мыслей Сабилу снова отвлек муж:
– Ты уже придумала этой красавице имя?
Сабила почти не колебалась. До этого момента она говорила, будто даст имя дочери, только когда увидит ее собственными глазами. Но она лгала, имя девочки было выбрано ею с самого начала, а потому, не отрывая изможденного взгляда от дочери, Сабила произнесла:
– Магдалина.
– Магдалина, – будто пробуя на вкус доселе невиданную кухню, произнес отец. – Ни у кого из маласаров не будет такого красивого имени, как у тебя, малышка. И ни у кого, кроме тебя, не будет таких любящих родителей.
Сабиле показалось, что в ее муже вдруг что-то переменилось. Теперь он стал похож на человека больше, чем когда-либо. Всегда скупой на эмоции Кельвин Дельеро-Бучи теперь был не протектором Малатесты, а все лишь счастливым отцом. Но надолго ли?
С превеликой осторожностью они гладили свою новорожденную дочь еще лишь минуту, после чего врачи забрали девочку в инкубаторную машину, в которой она проведет следующие шесть месяцев. Сабила горько расплакалась. Она совершенно не умела обращаться с детьми, ведь воспитывалась в обществе, где дети росли без родителей. Но легче от этого не становилось. Традиционное маласарское общество наложило на нее свой отпечаток. Она не сможет выкормить дочь, потому что ее молоко слишком опасно для ребенка, она не сможет прикоснуться к ней, ведь между ними будет полимерное стекло. Она сможет только смотреть. Как и ее муж, который уже наблюдал за процессом подготовки ребенка к искусственному вынашиванию.
Выпущенный из защитного сосуда демон-нянька обвил маленькую Магдалину, лежащую в инкубаторной машине, пульсирующим дымным телом и замер. Он убережет душу слабого ребенка, пока состояние не улучшится.
Кельвин снова стал первым человеком в Малатесте. Он не успокаивал плачущую жену, а лишь неотрывно смотрел на свое величайшее творение, родившееся в слишком опасном мире, на Магдалину Дельеро-Бучи.
Двенадцать лет спустя произошло еще одно знаменательное событие, связанное с другим ребенком.
Адмирал Крус Тахо смотрел на вымокшую под дождем женщину, державшую на руках ребенка, и напряженно думал, как стоит поступить.
За время службы ему не раз приходилось убивать людей. Когда звездный крейсер взрывается от попадания кварковой ракеты, за один миг гибнет команда из сотни человек.
Но этот случай иной. Анхелика Чируви, племянница правящей царицы, не выглядела как враг. За ней охотились агенты Бехерита, Протекторат и наемные убийцы с Хелидорфа. За ней охотился сам протектор, а ведь у него тоже была дочь. Но несмотря на это, Анхелика каким-то чудом выжила.
– Либо убейте нас с дочерью сразу, либо отпустите, адмирал.
Даже находясь на волосок от смерти, эта женщина сохраняла достоинство.
Отпускать ее нельзя – под пытками Бехерита Анхелика расскажет об этом, и тогда карьере конец. Но и убивать мать возможной наследницы престола Малатесты адмирал не желал.
Тахо нашел ее в этом богами забытом мирке на окраине империи раньше других. Небывалая удача.
– Я не стану убивать ни вас, ни вашу дочь. Зачем мне убивать законную наследницу престола и ее мать?
Не веря в удачу, Анхелика посмотрела в глаза адмирала и подошла ближе.
– Если это шутка, то неудачная.
– У меня жуткое чувство юмора, но сейчас я говорю серьезно.
Осторожным движением руки Тахо откинул ткань, закрывающую от дождя ребенка, и увидел розоватое лицо спящего младенца.
– Как зовут наследницу престола?
– Камилла… Камилла Чируви.
Глава 1 – Саб
«Племя под моей защитой, ведь я – Кахина.
Всю свою жизнь я буду оберегать его, да будет так всегда».
Konqistador – Kahina
Щадить никого не стали. Сначала изрешетили корпус клановского корвета импульсными зарядами, – вражеский корабль потерял мощность и вынужден был выйти на орбиту Безымянной планеты. Затем подключили пару плазменных пушек, окончательно лишив корвет телеметрии. Завершила дело атмосфера Безымянки. Хотя она у этой планетки совсем тонкая, но для окончательного выжигания корпуса корабля вполне сгодилась.
В системе Безымянной планеты не было даже полноценного солнца. Красный карлик, худо-бедно выполнявший эту роль, толком не разгонял тьму с черного неба, а лишь тускло освещал темные скалистые горы. Но теперь на безжизненных равнинах Безымянки появился еще один источник света – догорающий корвет. Разгерметизация корпуса окончательно произошла уже после падения. Высвободившийся из отсеков воздух, смешавшись с газовой атмосферой планеты, стал отличным питанием для пламени загоревшегося реактора.
Живых не осталось. Тела клановцев теперь больше походили на обугленные дымящиеся поленья.
Уже лет двести люди страшились альмогаваров, однако жизнь их складывалась так же, как у людей – в плохом смысле этого слова. Те же междоусобные войны и стычки, тот же грабеж, те же методы. Это и немудрено, ведь несколько веков у них были отличные учителя в лице хозяев-людей. Возможно, поэтому у Магдалины на удивление просто получилось влиться в их ряды. В конечном итоге альмогаварский клан Коры стал считать ее своей.
Вот только клана Коры больше не существовало. Последние несколько месяцев Алми-60 и Магдалина потратили на месть, потеряв оставшихся товарищей. Зато теперь враги в лице клана Воды уничтожены. Око за око. В этом вся философия и альмогаваров, и людей.
Алми-60 научил ее всему. Их языку, их стилю боя, их тактике ведения войны. Теперь же он полностью раскрыл линзы, выполнявшие у альмов роль глаз, будто хотел впитать в себя жар горящего корабля, зафиксировать в своей памяти этот момент.
Бучи молчала. Она присела рядом и стала наблюдать за пожарищем. Мельком глянула на часы – кислорода в баллонах в достатке. В отличие от альмов, люди так и не придумали, как обходиться без воздуха.
Под защитным шлемом скафандра на лице девушки находилась искусно выделанная альмогаварская маска. Те же линзы, та же тонкая ротовая пластина. Только у альмов маска являлась неотделимой частью их причудливого тела. Но за несколько лет Магдалина Дельеро-Бучи стала воспринимать маску как свое второе лицо.
Из глубокой раны на животе Алми-60 сочился густой белый гель, выполнявший у альмов роль крови. Ее наставник медленно умирал, и сделать с этим ничего было нельзя. Алми получил серьезное ранение, с каждой минутой гель все больше поражался ядом и терял свои свойства. Настало время прощаться. Несколько лет, проведенных в диких системах, подходили к концу.
– Лети к своим, Лайка, другие кланы не примут, – сказал Магдалине лежащий на темном грунте Алми, чью голову она поддерживала.
Магдалина молчала. Слезы текли по щекам, скапливаясь во влагоприемниках скафандра. Люди часто заблуждаются, будто альмы, или жестянщики, как их иногда презрительно называли, не могут проявлять эмоций. Степень раскрытия линз, угол наклона ротовых пластин и положение тела могли донести до знающего много подробностей об истинных чувствах. И сейчас маски Магды и Алми-60 демонстрировали весь спектр грусти из-за гибели их клана и забирающей вожака смерти.
– Вы у меня были свои, – шепотом проговорила Магда. – Как я без вас?
– Много думай, храбро бейся, сильно люби, – с трудом выдавил вожак клана Коры.
После прощания, как того велела традиция альмогаваров, Магдалина достала из ножен на бедре тонкий длинный кинжал – меццо – и окончила муки наставника. Плакать дальше она не могла – во рту стало сухо, влага на лице начала замерзать, аккумуляторы и воздух в примитивном скафандре кончались – нужно возвращаться на корабль. Да и мышцы уже начинало сводить – пора бы принять лекарство.
Она кинула последний взгляд на безжизненное тело Алми-60 и медленно зашагала по черному песку в сторону корабля.
«Зефир» изначально был альмогаварским кораблем. По счастью, строение тела альмов практически идентично строению человека, поэтому сильно переделывать судно не пришлось. Магдалина ограничилась обустройством жилой каюты и разведением парника – питаться свежими фруктами и овощами предпочтительней, нежели сидеть на таблетках. Альмы не выращивали какие-либо сельскохозяйственные культуры, не разводили скот, а употребляли специально производившуюся питательную массу. Такая диета человеку не годилась, поэтому Магдалина всегда старалась урвать на вылазках побольше нормальной еды, желательно с большим сроком годности.
Оказавшись на борту, она первым делом скинула душный скафандр и закурила. Наконец-то стало тепло и комфортно. Но чтобы прийти в себя, пришлось залиться парой стаканов мастики, выкурить несколько сигарет и закусить это все инъекцией микропротезола. Горло страшно жгло от крепкого алкоголя, но другого способа быстро успокоить нервы не существовало. Оставшийся в крови адреналин, из-за которого до сих пор подрагивало тело, наконец отступил.
Магдалина приняла душ и переоделась. Куда бы она ни решила отправиться теперь, необходимо скорее поднимать корабль и уходить в саб: в противном случае можно пропустить открытие местной саб-галереи, и тогда жди следующего окна целую неделю.
Сейчас, правда, оставалось еще шестьдесят часов до открытия, но лучше прилететь в галерею заранее и спокойно подождать. Пока она выведет корабль на орбиту и разгонится до нужной скорости, пока зайдет на траекторию звезды. Все эти маневры требовали времени и, самое главное, спокойного выполнения без всякой спешки. В случае аварии в этой безлюдной, затерянной системе Бучи никто не поможет.
Зайдя в рубку, она запустила системы корабля. Демон в виде черной канарейки, призванный реагировать на паранормальные проявления в сабе, спокойно сидел в небольшой прозрачной колбе, прикрепленной к приборной панели. В колбе находился насест, на котором восседала безмолвная птица, состоящая из пульсирующей материи.
Прогрев фотонных двигателей был запущен, значит, до взлета часа два, самое время поесть. Открыв пачку эльпаксанского сыра и залив кипятком заварной хлеб, Магда приготовила себе нехитрый обед.
Перед глазами стоял умирающий Алми. Невыносимо хотелось спать. Но отдохнет ли она во сне, когда в него придут другие погибшие товарищи? Если бы только альмы, людей там тоже появится немало.
Сейчас нужно было подумать, куда все-таки лететь. Сперва ей казалось, что вариантов очень даже много. Все эти годы Бучи по чуть-чуть откладывала заработанные деньги. Как правило, деньги эти она получала в качестве доли от продажи захваченного кланом оборудования и техники. За четыре года скопилось не то чтобы много, но кое на что хватит. Поэтому первой мыслью Магдалины было попробовать организовать собственное вольное войско, набрав квалифицированных наемников и прикупив еще пару кораблей. Однако все наемные армии подпадали под регулирование Гильдии вольных войск. Будущему командиру наемников необходимо уплатить кучу пошлин, подготовить невероятную кипу документов, а затем еще и предоставлять ежемесячные отчеты Гильдии. Таким образом, помимо бойцов, необходимо нанять еще и административный персонал, бухгалтеров, секретарей, что вело к еще большим тратам. И это уже не говоря про найм специалистов для ремонта техники.
Магда прикинула в уме, что сравнительно честно заработанных ею денег на это не хватит. Значит, нужно отрабатывать тему с письмом. Как бы ей не хотелось лезть в это дело, но жить на что-то тоже надо. Можно было бы, конечно, обойтись без протекции Гильдии, но кем тогда будет ее воинство? Пиратами и бандитами с большой дороги?
От размышлений отвлекло уведомление о готовности к старту. Панорамная сферическая кабина «Зефира» давала отличный обзор. Можно было смотреть на проносившиеся под ногами вершины гор Безымянки. С каждой секундой поверхность этого крошечного холодного мира уносилась все дальше. Сделав виток вокруг планеты для дополнительного разгона, Бучи направила корабль к красному карлику.
Она старалась гнать мысли о потерянных товарищах. Альмы людьми не являлись, но слишком уж сильно Магдалина к ним привязалась. Но сейчас многое стоило продумать на будущее. Письмо пришло уже полгода назад, времени потеряно немало.
Расположив «Зефир» носом к полюсу красного карлика, Бучи включила систему входа. Несколько минут корабль обволакивало белой пеленой подпространственной энергии, а когда этот дым рассеялся, «Зефир» уже находился не в космосе.
Саб-галерея представляла из себя огромное помещение, куда с легкостью поместилась бы пара боевых крейсеров. Вдалеке виднелись серые стены из неведомого материала и такой же серый потолок.
Откуда в галереях бралось тусклое освещение, никто не знал. Впрочем, откуда взялись сами галереи и весь саб, тоже было неизвестно. Самое главное, что через саб можно относительно быстро перемещаться по галактике. Его природа волновала лишь ученых и исследователей.
Галерея была пуста. Оно и понятно. Кому нужно соваться в мертвую систему? Демон в колбе спокойно сидел на насесте – значит, никакой нечисти вокруг нет. Взглянув на часы, Магда проверила время до открытия – ждать еще пятьдесят два часа. Хватит на сон с лихвой, останется время обдумать дальнейшие планы. Чтобы не тратить топливо, «Зефир» она посадила на полу галереи, разместив корабль с краешку, огни погасила – система Безымянки хоть и пустая, но какие-нибудь залетные пираты забрести все же могут. Приборы обнаружения в сабе не работали, поэтому, кто бы в галерее ни появился, ее корабль вряд ли заметят.
Выпив еще стакан мастики и запив его айраном, Магдалина легла в кровать, тут же провалившись в сон. Проспала как убитая часов десять. Хорошо, хотя бы сны не снились.
Первым делом после пробуждения Бучи заглянула в рубку – стоило хотя бы визуально осмотреть галерею. Повертела минуту головой – никого. Вход так же пока не открыт.
За годы, проведенные с альмами, она отвыкла от неопределенности. Всегда стояла задача и цель, каждый месяц расписан вылазками и операциями. Но после гибели Клана жизнь резко поменялась. Все теперь нужно решать самой, но принимать важные решения без чьего-либо совета весьма тяжело. До этого Бучи испытывала только горечь утраты и злобу, но теперь к чувствам прибавился еще и страх неизвестности. Что творилось все это время в Малатесте, она не знала. Доносились обрывки новостей, какие-то слухи. Но в целом население диких систем плевать хотело на далекую империю и ее проблемы.
На родине Магдалина в свое время припасла немного деньжат. По большому счету, столицу стоило посетить, хотя бы чтобы снять деньги со счета, а потом гуляй на все четыре стороны. Правда, и тогда средств на организацию вольного войска все равно будет недостаточно. Значит, остается письмо.
Мышцы снова начинало сводить – верный признак повышения активности микролитов в крови. Поместив ампулу микропротезола в пистолет для инъекций, Магда медленно ввела лекарство в яремную вену. Как всегда неприятно, зато теперь можно слегка расслабиться.
Удобно разместившись в рубке и закурив, Бучи вставила магнитную катушку в приемник. Полгода назад на нее записалось сообщение царицы Малатесты, предназначенное для Магдалины. Сколько до этого оно болталось по приемным станциям саба – неизвестно, но можно смело прибавлять еще пару месяцев на пересылку.
«Ладно, послушаем еще раз старушку», – подумала Магда и нажала на треугольник. Сообщение шло всего пару минут. Царица произнесла дежурные фразы о скорби по отцу Магдалины, потом зачем-то описала погоду за окном, а после настоятельно просила Бучи в кратчайший срок посетить Тессу – столицу империи – и прибыть во дворец для неофициальной встречи, дабы обсудить некую важную проблему. И это все. Больше никакой информации.
Прослушав это сообщение впервые, Магда выругалась и выкинула катушку куда подальше – тогда они вовсю развернули карательные операции против клана Воды, а какие-то надуманные проблемы маласарского высшего света ее мало волновали. Кто же знал, что ее клан за эти месяцы окончательно поляжет.
Острая необходимость в деньгах кардинально меняла ситуацию. Да и ради праздного интереса хотелось узнать, что же там в столице стряслось. Другое дело, что надо быть аккуратной – недоброжелателей дома хватало, не говоря уже про отношение к механистам. Ничего, и не такое проходили, всю жизнь она терпела нападки из-за своего происхождения, потерпит еще.
Кроме того, хотелось повидаться со старым другом Эрзули Нидаром. На худой конец, у него можно попросить взаймы. Может, стоит заехать и к матери, видно будет.
Смены дня и ночи в сабе не существовало, приходилось ориентироваться только по часам. Сутки ушли на подготовку снаряжения. Магда тщательно вычистила скафандр, доспехи, винтовку и меч. Проверила боезапас. Мало, конечно, осталось, но скоро закупимся. Системы «Зефира» работали штатно, только топлива осталось маловато – придется заправляться по пути в сабе. Выделила немного времени на тренировки – кто знает, как обернется ситуация, себя запускать нельзя. Долго не находясь среди людей, немного дичаешь.
После очередного сна Магдалина посвятила оставшееся до открытия время наведению красоты. Расчесала свои серые волосы, присущие всем механистам, сделала какую-никакую прическу, собрала косметичку, подобрала пару нарядов – не станет же она ходить по богемному Латреку в доспехах. Несколько лет она почти постоянно носила на лице альмогаварскую маску, лишь по утрам и вечерам снимая ее для умывания. Смотреть на свое настоящее лицо в зеркале было непривычно.
Маласары ценили в женщинах красоту. Бучи наполовину, по матери, была механисткой. С учетом ее происхождения необходимо выглядеть максимально презентабельно. В противном случае, увидев лишь только ее гетерохромные глаза, могут и в банк не пустить, даже денег не снимешь.
За полчаса до открытия Магда заняла место пилота в рубке, еще раз проверила все системы и подняла «Зефир» с поверхности. Какая из стен галереи станет входом, никогда не знаешь, поэтому в момент открытия надо активно вертеть головой. Сколько времени дается в этой системе, чтобы выйти из галереи на трассы саба, она не знала. Когда, словно песок, одна из стен галереи осыпалась, Бучи незамедлительно вывела корабль в тоннель.
Тоннель представлял из себя изгибающуюся в различных направлениях кишку, стены которой оплетали провода. Сколько ученые ни бились, но выяснить, что это за провода и куда они в итоге шли, никому так и не удалось. Правда, сейчас мысли о природе саба мало интересовали Магду – тоннель был довольно узким, не успеешь среагировать на поворот, того и гляди заденешь стенку. Автопилот в сабе по каким-то невиданным причинам работать отказывался, приходилось лететь самостоятельно. Несколько часов прошло в напряжении, затем тоннель начал расширяться, а впереди показался свет.
Преимуществом прозрачного металлоорганического материала, из которого состояла кабина, являлся не только отличный обзор, но и фильтрация световых и иных излучений. Поэтому, когда «Зефир» вышел из кишки тоннеля на свет, глаза не болели – фильтры мягко и постепенно увеличили степень освещения.
Саб-трасса представляла из себя открытое светлое пространство, простирающееся от горизонта до горизонта. По ощущениям казалось, будто летишь в пасмурный день над облаками. Только вот облака внизу представляли смертельную опасность. Кто бы туда ни попадал, обратно он больше не возвращался. Через несколько дней или даже лет пустой корабль могло вновь вытолкнуть на трассу, однако ни трупов внутри, ни следов каких-то происшествий никогда не оставалось. Словно люди пропали в одно мгновение. Причем, если пролететь близко от облаков, задевая днищем их верхний слой, то ничего плохого не случится. Точно так же можно бросить вниз веревку любой длины и спокойно поднять ее обратно. Такое получило название «эффект веревки». Техника не страдает, а вот живое существо внутри облаков гибло. Даже если на борту находились камеры, на видео просматривался либо туман, либо пустые отсеки корабля. Думая об этом, Магдалина подняла «Зефир» повыше.
Всю навигацию в сабе приходилось производить вручную. Разложив на приборной панели старые бумажные карты, на которых были напечатаны известные саб-трассы и обильно пририсованы карандашом дополнительные участки, Бучи начала ориентироваться по ним. К счастью, в сабе попадалось немало странных объектов, расположение которых со временем не менялось. Какие-то циклопические сваи, вбитые куда-то вниз, висящие глыбы, а самыми интересными были целые куски бетонных строений. Бетонными они назывались лишь из-за внешнего сходства. Материал изготовления за сотни лет не удалось установить ни одному народу. В причудливых строениях частенько селились люди, обустраивая придорожные заведения и заправки. Именно такая заправка требовалась Бучи.
Придерживая штурвал одной рукой, другой Магдалина сверялась с картами. Вот и столбы связи пошли, все укутанные проводами – значит, цивилизация близко. Беспроводная связь в сабе тоже не работала, приходилось по старинке строить мачты и цеплять на них провода. Вот и летел теперь «Зефир» вдоль бесконечных столбов.
Больше всего беспокоило топливо, уровень которого приближался к критической отметке. Магда начинала нервничать – где же станция? Как назло, ни одной постройки вокруг не видно. Поесть бы по-человечески, наконец – запасы нормальной еды на корабле кончались, а сухпайки припасены на крайние случаи. Главное, чтобы сейчас случай крайним не стал.
Однако через несколько минут тревожные мысли рассеялись. Корабль начал преодолевать участок, где, помимо укутанных проводами столбов, из облаков торчали огромные серые сваи – верный признак скорого подлета к Тессе. А там, где сваи, глядишь, и домики появятся. Поэтому Магдалина принялась пристально смотреть по сторонам, надеясь поймать взглядом заправочную станцию. Скоро станция нашлась – группа висящих бетонных ячеек, заботливо скрепленная стальными тросами, свидетельствовала о вмешательстве живых существ. Находилась она всего в паре километров от трассы, далеко уходить с пути не пришлось.
Пришвартовав «Зефир», Бучи облачилась в скафандр и вышла на широкую бетонную платформу, рядом с которой зависло несколько кораблей. Бучи взглянула на часы – температура на поверхности колебалась от минус восьмидесяти градусов до плюс ста двадцати. Изменения температуры происходили каждые несколько секунд. Так же обстояли дела и с атмосферой саба. То ее насыщал метан, то кислород, то наступал вакуум. Притяжение периодически скакало, из-за чего ощущение почти полной невесомости сменялось необходимостью делать серьезные усилия при ходьбе. В общем, странное это место – саб, без защиты никак.
На платформе Магдалине встретился заправщик в дешевом поношенном скафандре, шлем которого опутывали дыхательные трубки. По виду – малец лет десяти, может, чуть больше.
– Стержни поменяй для фотонного, – остановившись на платформе, обратилась к парнишке Магдалина. – И еще, вода у вас чистая есть?
– Конечно, у нас все есть.
– Вот и водички тогда залейте тонны две, а то скоро мыться будет нечем, – сказала Магда и заботливо вложила в ладонь мальчика пару дирхамов.
Кафе так и называлось – «Трасса». Точнее, это было не кафе, а целый комплекс с гостиничными номерами. Выглядела постройка неважно, стены во многих местах даже не красили, так и заселились в голый бетон.
В заведении было людно, судя по посетителям, тут останавливались перекусить небогатые купцы и перевозчики. На барной стойке Бучи заказала карси хоровац, очень уж хотелось отведать чего-нибудь из родной кухни, и ягодную настойку. Спросила у хозяина заведения про маршрут к Тессе, выяснилось, что летит верно. Хозяин сразу предупредил, что посетителей сегодня много, поэтому придется подсаживаться к кому-нибудь за столик. К шумным компаниям Магдалина садиться не хотела. Ей все еще было непривычно находиться без маски при людях. А потому она выбрала маленький столик в углу, за которым сидел какой-то дед.