Музыкант и наследница

© Мария Чинихина, 2019

ISBN 978-5-4490-7158-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1. МУЗЫКАНТ

Свет вспыхнул внезапно, точечно, переливаясь всеми цветами радуги, и осветил маленькую сцену, спрятанную где—то в самом далеком углу Главного Стадиона Города. Стадион внутри имел округлую форму и три яруса трибун. Тысячи людей разных возрастов были готовы на все, лишь бы услышать голос вокалиста Группы, приукрашенный великолепной музыкой, от которой душа сразу воспевает. Они стояли внизу, в зеленой чаше, и одновременно вознесли руки к темному небу улицы, которое на мгновение озарила яркая вспышка фейерверка. И никто из пришедших на стадион в этот самый обычный пятничный вечер не мог думать ни о чем, кроме мелодий любимых песен.

Под громкие крики преданных поклонников на сцену вышел гитарист, присел на высокий табурет, сосредоточился и наиграл вступление известного всем хита. Барабанщик взмахнул палочками и указал на тень, промелькнувшую у стойки микрофона. Секунда… Две… Луч прожектора переместился в пространство по центру и загадочная тень приняла облик вокалиста.

Еще один фейерверк вспыхнул над Стадионом, и новые крики донеслись до Бетт Андре, которая хотела быть там, внизу, вместе с самыми обычными людьми. Она занимала центральную ложу с лучшим видом и с небывалым восторгом смотрела вниз. Казалось, если отвлечься хотя бы на минутку, то нить связи с тем, кто выступал только для нее в этот вечер, будет бесполезно утрачена. На мгновение почудилось, что он ищет ее в толпе. Она захотела отправить ему воздушный поцелуй в знак признательности, но уперлась локтем в запотевшее стекло перегородки…

Подозрительный шорох в затемнённом углу все же отвлек Бетт Андре. На пороге, в нечетких проблесках коридорного света, появилась пожилая женщина. Правой рукой она придерживала шляпку, левой опиралась на руку плечистого мужчины по имени Эдвард.

– Бабушка? —спросила Бетт Андре. —Как ты нашла меня?

Но бабушка не удостоила ответом. Подошла ближе, поджала губы на хорошенько припудренном лице, положила морщинистую ладонь на спинку кресла и тихо прошептала:

– У тебя отличный вкус, дорогая.

Бетт Андре понятия не имела, зачем бабушка явилась в столь не обычное место и почему не предупредила о визите заранее. Обычно они виделись на дне памяти матери.

«Какой же месяц? Неужели пропустила важные мероприятия днем, и бабушка приехала отчитывать?.. Совсем голову потеряла, как узнала, что Анри вернулся в Город…».

Тем временем Анри Смит спрыгнул со сцены в проход. Руки фанатов через головы потянулись к нему. Многие спокойно прикасались к смуглому лицу, к глазам, от футболки пытались оторвать рукав. Те, кому посчастливилось коснуться губами звездного уха, выкрикивали название песни, а Анри Смит опускал или поднимал свободную руку. Дразнил их. Он получил нужное название от курносой девушки в майке c логотипом «ГРУППА» и только потом вернулся на сцену.

Бетт Андре сжала кулачки, но увидела бабушку, и улыбка сошла с ее губ.

– Вспомнила о существовании внучки? —спросила она.

Бабушка не ответила. Жестом велела охраннику подать пачку утренних газет.

– Не могла не отреагировать на новости в желтой прессе. В отличие от полоумных фанатов я давно знаю о вашей связи. Клаус и Энни…

– Только не говори, что приставила сына Эдварда шпионить за мной!

– Исключительно в целях безопасности!..

Звуковая завеса вновь отгородила Бетт Андре. Больше она не улавливала интонаций в голосе Анри, а он призывал поднимать руки как можно выше, не услышала она и приказ бабушки выставить официанта в коридор. Взлохмаченный парнишка осмелился зайти в ложу —как раз время подошло подавать вип—гостям закуски.

– Элизабетта!!! —кричала бабушка.

Бетт Андре услышала голос. Очнулась и дрожащими руками разложила газеты на столике. Авторы статей выставили на суд читателей подборку фактов из ее биографии и последовательную историю успеха Группы. Репортеры с более развитым воображением разбавили стандартный текст причинами, побудившими Анри Смита скрывать роман от фанатов. И только репортер газеты «Вильямс», главный редактор которой придерживался сугубо противоположного мнения, утверждал, что отношения между красоткой Бетт Андре и Анри Смитом выдуманы менеджментом корпорации с целью привлечь дополнительное внимание к Группе.

Бабушка надела очки и стала читать:

– Тайна Леди Х раскрыта. Знакомьтесь, Бетт Андре… Родилась… Работает ведущим обозревателем в еженедельнике Петера… – Она отложила газету. —Удивлена наивностью и ленью твоих коллег, дорогая. Три года следить за вами и выяснить правду, которая лежит на поверхности, а истина очевидна! Согласись?

– Биографию Бетт Андре придумала я. Репортеры позвонили в редакцию и хитростью заставили трещотку Иви выложить все обо мне. Копать более глубоко никому не пришло в голову. Необходимость отпала… видишь ли…

– Ты вправе винить меня, —не унималась бабушка. —Мать твоя умерла, Ромен оклеветал сестру, а тебя морально подавили и уничтожили. Знай, мне удалось уговорить мистера Смолла пересмотреть решение Большого Совета. Но от нас требуют обоснований и рейтинга…

– Замолчи! —сорвалась Бетт Андре и вдруг запнулась… Она не желала вспоминать об ужасном чувстве стыда и отчаяния, когда общественность, семья дяди, друзья и покровители вынудили признать собственную «непригодность» и забыть, что утонченный и благополучный мир когда—то вертелся вокруг нее.

– Скажи, ты приехала уговаривать меня расстаться с Анри?

– Возможно, —ответила бабушка. —Но сначала расскажи, что музыканту известно о тебе?

– Все, —односложно произнесла Бетт Андре. —Мы познакомились за несколько минут до начала церемонии, на которой ты награждаешь деятелей культуры. Не знаю, кто впустил его в комнату мамы, но именно там я встретила Анри… Он сидел за белым роялем и играл невероятной красоты мелодию. Я не сразу сообразила, что он вокалист Группы, и Анри не замечал меня, играл и тихо пел, пока я не подошла поближе и не напугала его…

– Красивая и романтичная история знакомства, но позволь добавить ноту реальности, —засмеялась бабушка и потрясла вспотевшую руку внучки. —Я не раздаю почетные звания за заслуги и популярность. Наградить музыканта просили влиятельные люди. Не спрашивай, кто. Лучше подумай, как мы можем использовать его любовь… для личной выгоды…

Очередная ухмылка исказила лицо той, которую Бетт Андре видеть не желала. Она пожалела, что связана родственными узами с сидящей напротив нее женщиной, прижалась к спинке кресла и увидела, что зрители в зеленой чаше стадиона прыгают в ритм песни Анри Смита. А сам он кружится в угаре на подиуме и временами забывает, что вокалисту его уровня нужно еще и в ноты попадать. Бетт Андре вновь переместила сознание в первый ряд. Растворилась в общем восторге и более не прислушивалась к тому, что говорила бабушка.

– … не отступлюсь от задуманного… а не амбициозный Ромен—клоун… власть в своих руках… он умный и крутой. Время на исходе… Дорога каждая минута, секунда… Ты слышишь меня? … пригласила на поздний ужин мистера Смолла с супругой… Мне нужно ехать…

Бетт Андре рисовала пальцем на стекле сердце и не реагировала на прощание. Свет над сценой погас. Часы на табло показывали обратный отсчет. Стрелки крутились в бешеном ритме и удивляли, как же это возможно. Бетт Андре считала вместе с фанатами. В груди волнительно билось сердце. Когда стрелки остановились, резкий удар палочками по барабанам вновь оглушил трибуны Главного Стадиона Города.

Бетт Андре прислонилась к холодному стеклу. Она слышала, как пел Анри Смит, видела, как он тянул руку и лучи света, мелькавшие над кучерявой головой, подчинялись его воле, жестам. Он управлял толпой в зеленой чаше, и толпа пела, прыгала согласно его желанию.

– Я запрещаю кому—либо рассказывать о моем визите! Ты слышишь меня, Элизабетта? —не унималась бабушка. Бетт Андре не думала отвечать. Она напевала про себя песню Группы.

– Идемте, Эдвард, —приказала королева мужчине у двери. —Девочка не понимает возложенной на нее ответственности. Переходим к плану Б.

Эдвард вывел погрустневшую королеву в коридор, которая с трудом перешагнула через высокий порог. В подобных местах ей не приходилось бывать ранее, но чего не сделаешь ради счастья любимой внучки. Ритмичное «бум—бум» раздражало ее слух, и она попросила охранника ускориться.

– Эдвард, мы многого достигли в осуществлении нашего плана. Элизабетту и музыканта связал канат, который сложно разрубить одним ударом. И все же я хочу, чтобы Клаус и Энни продолжали докладывать вам о каждом шаге моей внучки. А вы мне.

– Как прикажете, —ответил он и в знак почтения склонил голову.

Семья Эдварда возглавляла службу безопасности Золотого Дворца несколько десятков лет, и он не желал нарушать традиции, несмотря на протесты Розы, которую заботила судьба Клауса. Жена видела единственного сына управляющим банка, директором адвокатской конторы, смышлёным финансистом, но не охранником наследницы. Клаус получил достойное образование и постепенно перенимал обязанности отца —он охранял Элизабетту, а его жена Энни готовилась воспитывать будущих наследников.

Большой Совет по традиции поддерживал наследника, имевшего более высокий рейтинг признания и популярности. Ромен удерживал верхнюю строчку несколько лет, умело разрушив в глазах общественности милый, по—детски наивный образ старшей сестры Маргариты, и отодвинув на второй план единственного конкурента в борьбе за власть – Элизабетту. Королева не думала сдаваться и показала Эдварду записи в дневнике дочери, оправдывающие ее кажущееся на первый взгляд скандальным поведение, но предупредила, что мистер Смолл примет доказательства к сведению, если Элизабетта вернется в Золотой Дворец с более высоким рейтингом, чем у дяди.

– Поднимите все связи и представьте моему вниманию кандидатов на роль жениха внучки с условием, что муж даст Элизабетте рекламу, а их союз вызовет резонанс в обществе, – приказала королева.

И Эдвард заверил ее, что на него можно положиться. Спустя неделю он представил список, в который включил драматургов, актеров, писателей, сыновей влиятельных магнатов и лидера Группы. Эдвард «познакомился» с ним на концерте Стимми Виртуоза. Группа играла на разогреве.

И Эдварду приглянулся молодой амбициозный вокалист. Он собрал об Анри Смите стандартные сведения: биография, родственники. Выяснил, что за семь лет существования Группа покорила четыре континента и готовилась к завоеванию пятого. Музыкант стал кумиром молодежи. Подростки тратили последние карманные деньги на покупку гитары, собирались в гараже и на свой лад играли хиты Группы. Эдвард не смог найти более популярного человека в Стране Королевы, который зацепил бы внучку его госпожи не только внешностью. Он прикрепил бумажку «потенциальный» к досье музыканта и положил папку на стол королеве.

– Молод, симпатичен, популярен, с загадкой и душой, – воскликнула она, рассматривая фотографию Анри Смита на свету. Эдвард стоял у окна и наблюдал за ее реакцией. —Идеален для нашего плана. Бетт оценит … – она вернулась к столу, где остывал чай, и продолжила. – Прикажите начать досрочную подготовку к церемонии вручения почетных наград, а я позабочусь о знакомстве музыканта и… наследницы.

Лукавый взгляд королевы поразил Эдварда. Он не смог отказать и снова предложил помощь. Сейчас Эдвард жалел, что подсунул анкету музыканта, который стал пешкой в руках его королевы, как и внучка, хотя у Элизабетты намного больше шансов быть не списанной со счетов. Он печально вздохнул и открыл дверцу машины.

– О чем задумались, Эдвард?

– О следующем пункте плана. Знакомство Элизабетты и музыканта состоялось, роман в картинках привлек внимание прессы, теперь нужно продумать, как натолкнуть репортеров на правду. Истина всколыхнёт сознание общественности. Элизабетта получит шанс вернуть титул…

– Вы правильно мыслите, Эдвард.

Королева улыбнулась, а он искал слова поддержки, которые она ждала от него и, собравшись с духом, произнес:

– Утром представлю отчет с идеями…

– Хорошо, но помните, что в Золотом Дворце я могу доверять только вам, Эдвард. Не подведите. И я в долгу не останусь.

Эдвард не успел ответить. Над стадионом прогремел радужный салют. Музыка умолкла, свет погас, но поклонники громкими овациями провожали Группу.

Королева садилась в машину, наблюдая за угасанием дымчатых залпов на небе. Она догадывалась, где Элизабетта сейчас и, закрывая глаза, мечтала, что идеальный план Эдварда окажется удачным, а упрямство внучки не нарушит выстроенный порядок.

Бетт Андре искала комнату отдыха для музыкантов в административном корпусе. Рослые охранники в черных пиджаках проверяли зеленый браслет на запястье, сторонились, и она бежала дальше по лабиринтам узких коридоров, а когда в одном из них увидела вспотевшего и возбужденного Анри, притормозила.

Анри вытирал черным полотенцем лицо и делился с гитаристом впечатлениями, переполнявшими его после удачного выступления. Заметив Бетт Андре, он извинился, подошел к ней поближе и втолкнул в гримерную комнату.

Бетт Андре стянула пропитавшуюся потом майку и воскликнула:

– Ты был прекрасен. Парни порвали публику. Импровизация Фелла вначале —у меня нет слов. Сегодняшнее выступление Группы войдет в музыкальную историю. Поверь чутью ведущего обозревателя.

– Мы отыграли так, как хотелось нам, понимаешь? —Анри присел на край стола. Тонкий каблук Бетт Андре задел мокрый рукав его футболки. Он улыбнулся, обхватил ее за талию и крепко прижал к себе. —Я послал Пена с его правилами и отрепетированной от и до программой к черту и не пожалел. Публика в Городе уникальна. Ранее я не чувствовал такой искренней отдачи.

– Поздравляю. А о конфликте не думай. Льюис повозмущается и забудет причину спора.

– Амбиции Пена усмиряет Билли, а я думаю о том, как доехать до квартиры, набить желудок вредным фаст—фудом и заснуть. У Группы двухнедельный перерыв в гастрольном туре и, знаешь, я рад.

– Почему? —кокетливо спросила Бетт Андре. Они обсуждали его короткий отпуск, но она хотела, чтобы Анри Смит произносил ласкающие слух слова как можно чаще.

– Я останусь в Городе и смогу больше времени проводить с тобой… Ты не рада? —осторожно спросил он, заметив грусть у нее на лице.

– Бабушка приезжала. Сказала, что не смогла оставить без внимания новости в «желтой» прессе. Обычно она не читает второсортные газеты и не интересуется светской хроникой, но видимо шпион по имени Клаус подбросил к чаю пару изданий.

– Кто?

– Клаус, сын Эдварда. Он приставлен докладывать королеве о каждом шаге наследницы. Прости, не хотела разочаровывать. Вы подружились… —Бетт Андре виновато посмотрела на Анри.

– Клаус выполняет приказы. Не твои. Ты не можешь…

– Но!

Анри перебил ее:

– Думал, что венценосная бабуля объявится, когда мы разбежимся или станем ненавидеть друг друга. Просчитался.

– Странность —главная черта бабушки. Она живет идеей вернуть мой титул, но изменить решение Большого Совета невозможно. Я рассказывала, помнишь?

Анри согласно кивнул.

– Если бабушка будет настаивать, то попрошу дядю Ромена помочь. Он жаждет стать первым в истории нашей страны королем и пойдет на все…

– Так, заканчиваем унылые разговоры! —воскликнул Анри и посмотрел на часы. —Я заказал ужин в ресторане. Если поторопимся, то успеем получить его. Дай мне пять минут на переодевание, и можем ехать.

Бетт Андре вытащила из сумки ключи и потрясла связкой в воздухе.

– Не знаешь, как можно выйти отсюда? Незаметно? —спросила она.

Анри задумался, все двери наверняка оккупировали преданные фанаты Группы. Кроме одной.

– Мы воспользуемся выходом, который я назову в честь твоей бабушки, уж она умеет внезапно появляться и исчезать.

– Хорошо, скажи, куда идти и встретимся там в половину двенадцатого. Интересно, как бабушка, вежливая и галантно—манерная согласилась туда войти, а спустя час вернуться тем же маршрутом? Представь… картину… Она идет по узкому коридору с шипящими трубами над головой и не смеет показать, что окружающая обстановка смущает.

Анри поднял свою майку и повязал на талии.

– В коридоре административного здания нет труб, мечтательница. Учти, если не поторопимся, то останемся без ужина, а я голоден, —сказал он и вышел в коридор.

Бетт Андре надела сброшенную с ноги туфлю, выждала три минуты, потом распахнула дверь гримерной комнаты… Журналисты и допущенные за сцену предводители фан—клубов окружили Анри Смита. Он пробирался сквозь плотное кольцо к заветному коридору, успевал отвечать на вопросы, ставить подписи на карточках, фотографироваться. Бетт Андре наблюдала за ним, прячась за кирпичной колонной, и не смела подходить ближе. За три года он ни разу не упомянул на публике, что в его жизни появилась постоянная девушка, словно боялся сделать сознательный шаг и вывести отношения на новый уровень, а она искренне верила во взаимность чувств и не давила, понимая насколько трудно ему, привыкшему к излишнему вниманию и не всегда оправданному восхищению, существовать не в образе лидера успешной рок—группы, а в настоящем. В реальности.

На улице Бетт Андре села в свою машину. Зрители, покидавшие стадион, хором напевали лучшие хиты Группы. Девчонки в смешных шапках скандировали имя:

– Анри! Анри! Анри!

Фанаты гитариста толпой напирали на вход дирекции и громко кричали:

– Фелл! Фелл! Фелл!

Бетт Андре притормозила у мусорных баков. Сама перебралась на пассажирское сиденье, а место водителя занял ее Анри.

Анри вошел первым, в темноте нащупал выключатель, и одинокая люстра на потолке осветила пространство небольшой комнаты, в которой он совместил кухню и гостиную.

– Да, —протянула Бетт Андре, осматривая стены. Мебель, конечно, была новой, но она никогда бы не подумала, что он может жить здесь. И везде пыль… Она провела рукой по столешнице и присела на одинокий стул у окна.

– Успели, —Анри бросил куртку на спинку дивана. —Ужин привезут минут через двадцать. —Он открыл ящик комода и достал две толстые свечи.

– Мне хочется немного романтики, —пояснил он. —Скажи, обстановка моего скромного жилища удивляет?

– Конечно! —воскликнула Бетт Андре. —Группа популярна сколько лет! Вы выпустили пять успешных пластинок, заканчиваете гастрольный тур, а в следующем году собираетесь в шестой. Неужели данные о ваших доходах печатают для придания солидности?

Анри выключил лампу, висевшую над столом, затем провел рукой над свечами и зажег их. Пламя осветило его лицо. Глаза ярко горели в полумраке и казались Бетт Андре загадочными точками.

Анри присел на высокую табуретку, и, смутившись, ответил:

– Никогда не верь тому, что печатают в газетах. История образования Группы отчасти преподнесена так, как это было нужно Льюису Пену.

На лице Анри мелькнула тень недовольства, он пожалел, что заговорил о работе.

– Мы вкладываем и личные средства в развитие Группы. Билли однажды нашел спонсоров, но они потребовали у корпорации часть прибыли, на этот шаг Льюис пойти никак не мог… Слушай. —Анри понял, что окончательно загрузил ее и поспешил сменить тему. —Ты еще не видела, что у меня на крыше, идем, я покажу. —И он подвел Бетт Андре к узкой лестнице.

На чердаке Анри зажег светильник и распахнул окно.

– А это что? —спросила Бетт Андре, заметив гитары в чехлах и пульт, похожий на тот, какой видела у него в студии, только поменьше.

– Я люблю сочинять по ночам, поэтому и перенес инструменты на чердак. Соседи жалуются на шум, —пояснил Анри. —Бетт, иди! Скорее! —Анри Смит позвал ее —хотел показать телескоп, который купил недавно, но Бетт Андре успела нажать на клавиши на белом рояле и не услышала его.

– Такой же рояль был у моей мамы! —воскликнула она. —Иногда мне кажется, что все мелодии, которые она играла, я запомню навсегда. Может, ты сыграешь? —Бетт Андре уступила ему место.

– Конечно.

Анри приготовился удивлять ее новой мелодией, пришедшей на ум внезапно.

– Нет… Не эту… Не хочу сегодня думать о прошлом…

– Тогда сыграю что—нибудь веселое. Только обещай, что закроешь глаза, задумаешься и представишь будущее, а потом подробно расскажешь, что увидела.

– Бабушка говорит, у меня отменная интуиция. Я многое предвижу.

– И что же?

– Большой дом, троих детей и тебя, стригущего наш газон.

Анри Смит не ответил. Он не понимал, где настоящее счастье —на сцене, когда десятки тысяч людей поют песню Группы, а он падает со сцены в толпу и мир уходит из—под ног. Или все же счастье в том, чтобы стричь газон, как предсказала Бетт Андре?

Бетт Андре вошла в его жизнь, как волшебница, и вывела из долгого и непробудного сна. Он явился в Золотой Дворец на церемонию вручения королевского ордена. Группе было чем похвастаться: успешной пластинкой, после которой и критики, и поклонники вознесли музыкантов к немыслимым высотам. Билли планировал очередной тур, а вечно недовольный Льюис Пен разбудил Анри среди ночи в дешевом номере гостиницы и в объятиях малознакомой девицы:

– Я отдал распоряжение «свернуть» дополнительное финансирование. Публике все равно, используете вы пиротехнику, или нет, сто ламп освещают сцену, или двадцать! Главное, чтобы вы явились на выступление полным составом, играли хиты и дружелюбным тоном благодарили в микрофон всех купивших билет!

Сонный Анри хотел было возразить, но Льюис Пен не дал вставить ни слова. Девица зашевелилась и перевернулась на другой бок.

– Если хочешь и дальше иметь независимость… —Пен сделал паузу и продолжил. —То отправляйся в Золотой Дворец завтра днем, и принеси мне оттуда чек! На кругленькую сумму, баланс выровняется, и я отстану от вас, на время!

– Что за чек? И как Группа может быть связана с Золотым Дворцом? —Анри в недоумении почесал затылок.

Льюис Пен продолжал говорить о своем и не обращал внимания на уточнения и вопросы.

– Орден, ликование прессы и последующую славу можешь оставить себе! И поверь, годового гонорара, о котором ты подумал, не хватит, чтобы оплатить перерасход. За семь лет сумма набежала немалая.

Пен успел бросить трубку первым, чтобы Анри не смог выругаться, а ему нравилось в последнее время уязвлять самолюбие шефа и оставлять последнее слово за собой.

Утром он рассказал о ночном разговоре друзьям. Информацию о премии подтвердил Билли. И он улыбнулся, когда его тяжелая ладонь упала на плечо Анри:

– Пять годовых гонораров, старина. Не сомневаюсь, что Льюис выдумал долг, потому что знает тебя. Только одно заставит Анри Смита, как миленького, отправиться в Золотой Дворец —будущее Группы. И ты повелся.

– Значит, я никуда не еду? —с радостью спросил Анри.

Билли переглянулся с музыкантами Группы и Моном, затем сказал:

– Сделай вид, что поверил. Ты лучше меня знаешь, что Пен изведётся, если не получит свое! Королевское вознаграждение остудит на время его самолюбие, вы же получите заслуженную передышку…

Анри понимал разумность доводов Билли. Но он грезил ослушанием. Друзья на поездке в Золотой Дворец настаивали. Не удержался и Мон. Он добавил лично от себя:

– У нас у всех появилась возможность получить год свободы, просто подумай об этом, друг.

Около часа ушло на то, чтобы найти подходящий костюм, рубашку, ботинки и привести внешность в божеский вид. Билли для солидности вручил ему ключи от новой машины и Анри с чувством превосходства поехал в Золотой Дворец, но прежде выдвинул одно условие —полное неведение прессы. Билли лично поклялся, что церемония закрытая, приглашены избранные, в числе которых Анри Смиту повезло оказаться в этом году.

Но Анри не удалось испытать чувство радости, когда он получал заветный орден и чек пятым по счету. Только самый ленивый журналист не успел его сфотографировать и упомянуть в вечерних газетах пару строк о продажности Группы, задевших его гордость.

Задело его и поведение Бетт Андре, когда он впервые увидел ее, склонившуюся над крышкой рояля, возмущенную и никак не отреагировавшую на его популярность. Он верил в чувство собственного превосходства и считал, что если он успешен, богат и знаменит, то любая девушка просто обязана с первых секунд узнавать в нем Анри Смита и восхищаться его талантом.

Бетт Андре повела себя иначе. Накинулась на него с кулаками, спрашивала, кто он такой и что забыл в комнате ее матери. Анри, недоумевая, оглянулся и заметил портрет красивой женщины на стене. Чтобы заполнить возникшую паузу, он подробно рассказал о бледнолицем господине в костюме, который встретил у ворот и объяснил, как пройти в гостиную для ожидания. Анри поделился и восхищением, посетившим его, когда отделанные черным узором створки лифта распахнулись на пятом этаже, и его повели по слабо освещенным коридорам. Он ощущал себя в тот момент заблудившимся туристом в музее, инопланетянином среди хрусталя, позолоты, персидских ковров и бархатных штор.