Ангельская справедливость
- -
- 100%
- +
– Ребятки мои! Родные! – щебетала наставница, принимаясь нас обнимать. – Приехали! Какие же вы все-таки большие стали, какие взрослые! А как одеты хорошо! Красота!
Мальчики, смущенно насупившись, наклонялись к Юлиане Ксановне, стойко перенося все эти телячьи нежности. Меня наставница обняла последней, а после пытливо заглянула в глаза. Я посмотрела на учительницу в ответ, неуверенно улыбаясь.
– Нам надо спешить, – нехотя отворачиваясь от нас, сказала Юлиана Ксановна. – Я только сумку возьму и пойдем…
Она проворно вернулась к столу, схватила сумочку и вместе с нами вышла из кабинета. Юлиана Ксановна изящно махнула рукой, посылая заклинание, и щелчок замка в двери нагнал нас уже посреди лестницы. Мы направлялись еще выше, к академическим порталам.
Порталы для перемещения между мирами есть и в городе. Как правило, они располагаются в людных местах, например, в торговых центрах или вокзалах, но найти их могут только маги. Опять же спасает заклинание проявления или его противоложность —заклинание сокрытия, плюс простейший отвод глаз, который не действует на магов. Перемещение производится строго по билетам, что роднит порталы с общественным транспортом Поспадему. Поэтому их еще называют Портальными вокзалами.
В Академии всего два портала для частного перемещения преподавателей или учеников. Пользуются ими редко, поэтому порталы находятся на последнем этаже административного корпуса. Лифты в Академии имелись только в жилых корпусах. Тут их заменяли широкие роскошные лестницы. Неподготовленному пассажиру было бы утомительно тащиться по ним с чемоданом и сумками наперевес, но наша колоритная компания вбежала наверх даже не запыхавшись.
Этаж был небольшим и пустынным, в витражные окна светило солнце, разукрашивая светлый паркетный пол ярким узором. Наши шаги отдавались от стен гулким эхом. За дверью с указателем «Портальная» нас ждала просторная комната с двумя столами. Там же на бордовом ковре белыми линиями были нарисованы два круга, по краям которых лежало по пять кусков необработанного кварца, образуя пентаграмму. В кабинете должна была находится пара магов, но в тот момент, когда мы вошли, за столом сидел всего один. Светловолосый мужчина среднего возраста читал журнал, развалившись на стуле. Оно и понятно, сейчас не время для перемещений, это только нас допустили вне очереди. В обычные дни, когда порталы работают по расписанию, за обоими столами сидит по колдуну, один принимает, другой отправляет.
Для перемещения между мирами необходимо применить магическую силу с обеих сторон. С одной стороны перемещаемого как бы выталкивают, а с другой хватают и тянут. Так тратится меньше магической силы, значит, большее количество людей можно привлечь к работе и нет необходимости искать волшебников только с высшим уровнем магии.
– Доброе утро, – вежливо поприветствовал нас мужчина, откладывая журнал на край стола.
– Доброе утро, – ответила ему Юлиана Ксановна, доставая из своей сумочки шесть прямоугольных пергаментных листов и протягивая их магу.
Он неспеша внимательно проверил каждый билет, затем насадил всю стопку на компостер, и только после этого указал рукой на круг напротив своего стола со словами:
– Прошу. Кто первый?
Я не любила процедуру телепортации, поэтому всегда старалась проходить ее как можно быстрее, и вызвалась первой.
Поскорее разместившись вместе со своими вещами внутри круга, я напряглась в ожидании. Маг выровнялся на стуле и сделал несколько пассов руками в мою сторону. Затем воздух внутри круга начал сгущаться, заставив меня еще сильнее стиснуть вещи в руках. Не очень-то приятно ощущать, как тебя расщепляют на атомы, а затем снова собирают в другом месте. В глазах привычно потемнело, и на несколько мгновений я перестала ощущать что-либо вообще. По факту я и существовать-то перестала. Не то чтобы расщепление было болезненным: оно происходило так быстро, что тело просто не успевало почувствовать боль. Но само понимание, происходит перемещение, меня пугало до ужаса. как именно
Вот ты стоишь в кругу, ребята и Юлиана Ксановна сбоку, на тебя сосредоточенно смотрит маг, протянув в твою сторону руки с выгнутыми от напряжения пальцами… И тут —БАЦ! – и тебя нет. Нет нигде и никак, ты просто невидимые крупицы в небытии. А потом —ОП! – и ты снова ты. Но после телепортации меня постоянно преследует ощущение, что какие-то частички так и не собрались со мной обратно воедино…
Я судорожно вздохнула. В нос тут же ударил затхлый запах сырого подземелья, а по ушам – шум, похожий на вокзальный гул Поспадему: разговоры и крики, топот ног, шорох одежды и стук чемоданных колес. На одно кошмарное мгновение мне показалось, что я ослепла. Но тут же стало понятно, что там, где я очутилась, просто было очень темно.
Успокоиться помогли и воспоминания. Все же это был не первый мой визит в Сатус Тенебрис. Через пару секунд глаза стали привыкать к темноте, и я смогла рассмотреть, где я нахожусь. На неровных каменных стенах висели факелы с магическим огнем, света они давали больше обычных, но все же не настолько много, чтобы четко увидеть все вокруг. Передо мной обнаружился ряд столов, за которыми сидели колдуны, а позади них обрисовались тени снующего народа.
Ага, мне туда.
Поспешно подхватив свои вещи, я вышла из круга, чуть не сбив по пути один из кварцевых камней. Слава Межмирным Богам, что вовремя повернула чемодан, умудрившись не задеть ничего, иначе следующий пассажир мог бы лишиться конечности, а то и чего похуже… На своих местах камни как правило ничто не держало, так как любые заклинания разрушались при телепортации. Разве что их догадались приклеить к полу…
Справа в конце зала то появлялось, то пропадало скрытое чьим-нибудь силуэтом светлое пятно – выход. Портальный вокзал был довольно тесным помещением, и я рассудила, что лучше подождать остальных снаружи. Насколько я помнила, лестница в конце зала вела в главный холл Суда. Пройдя к стене за столами, я влилась в поток направляющихся в сторону выхода, краем глаза заметив, как в освобожденном мной кругу материализовался Никита.
Народ двигался нестройно и медленно, идущие навстречу то и дело задевали меня локтями, я тоже в долгу не оставалась, но это была вынужденная мера, ибо вжаться в холодную шершавую стену сильнее было уже невозможно. Конечно, поток народа в Суд был колоссальный, Портальный вокзал не закрывался ни на минуту. Маги сменяли друг друга раз в несколько часов, обеспечивая непрерывность перемещений.
На лестнице было значительно светлее за счет высокой и широкой арки наверху. Не без труда, поскальзываясь на неровных каменных ступенях и проваливаясь в щели между плитами каблуками, я поднялась наверх и вышла в зал.
В нем все осталось так, как я и запомнила: огромный, хорошо освещенный холл с высокими сводами. Народу в зале было еще больше, чем возле порталов, гул стоял такой, что казалось, будто стены вибрируют, все куда-то спешили, что-то кричали, толкались… У каменных стен, украшенных гигантскими гобеленами и картинами от пола до потолка, стояли деревянные скамьи, а между ними – небольшие круглые столики. Одно такое местечко как раз освободилось рядом с выходом из подземелья, и я поспешила занять его собой.
Подняла голову к расписному потолку. Какой сложный узор… Шумно выдохнула.
Сатус Тенебрис, как всегда, повергал в шок, и мне нужно было время, чтобы переварить происходящее. Терзало странное чувство, словно тяжесть навалилась на плечи и невидимые жгуты стянули грудную клетку, затрудняя дыхание. Я знала, что через несколько секунд эти неприятные ощущения ослабнут и пройдут совсем, но сейчас переносить этот гнетущий ужас было невыносимо.
Это и было истинное лицо Тенебриса: сосредоточение отрицательных эмоций. Гнев, горе, ненависть, страх, апатия, боль, – все это оседало в городе, и огромным ненасытным чудовищем накидывалось на посетителей. Однако чудовище бывало милосердно, и, выпуская из своих когтистых лап, оно даровало облегчение, избавление и надежду.
Я глубоко вздохнула, глядя, как из арки появляется Никита.
Гнетущая тяжесть внутри сходила на нет. Не исчезла совсем, но почти незаметная затаилась где-то глубоко внутри. Чудовище радостно взревело и запрыгало вокруг, размахивая исполинским хвостом: оно предчувствовало очередную долгую и веселую игру. Мне осталось только мысленно поприветствовать старого приятеля: «Давно не виделись. Тебе меня не сломить».
Порыв ледяного ветра, словно пес, лизнул мне лицо: «Привет! Это мы еще посмотрим…»
Глава 2
Зал был небольшой, но просторный. Пол из белого мрамора отражал сияние и блики огромной хрустальной люстры. Мозаика на стенах складывалась в причудливые узоры, бежевые портьеры скрывали вид из высоких арочных окон. Ангелы умели производить впечатление. Мы невольно стали проникаться торжественностью момента.
Нас и еще человек двадцать новобранцев попросили оставить свои вещи при входе, а затем впустили, рассадив в несколько рядов на высокие стулья с золотой тесьмой. Перед нами была небольшая сцена, на которой пустовал длинный стол, а чуть поодаль от него уже восседали незнакомцы.
Юлиана Ксановна и еще несколько наставников поднялись на возвышение и по-свойски заняли свободные стулья. Новобранцы перешептывались, кидая заинтересованные взгляды в сторону сцены. Я с благоговейным трепетом разглядывала все вокруг. Другие новички, как и мы, были одеты в строгие костюмы и белые рубашки. Но находящиеся на сцене в торжественности и строгости нарядов не уступали. Меня посетила мысль, что, возможно, это наши будущие коллеги…
Столько разных рас в одном месте!
От интереса я даже начала подскакивать на стуле, пытаясь до мелочей разглядеть сцену за головами сидящих впереди. Заметила и клыкастые улыбки вампиров, и заостренные уши эльфов, и белую как снег кожу навов, и болезненно болотную кожу троллей, и густые яркие бороды гномов… А затем нечто под потолком привлекло мое внимание.
Я вздрогнула и несколько раз моргнула, но образы не исчезли.
Из просторной арки под самым потолком, которую я раньше и не замечала, в зал струились белые крылатые призраки. Они взмахивали крыльями приземлялись прямо перед сценой, чтобы после с нечеловеческой грацией подняться на нее и занять свои места за столом.
Я оглянулась. Некоторые особо впечатлительные новобранцы открыли рты, остальные просто смотрели во все глаза.
В центре стола оказался совершенно не похожий на других Ангел. Вместо белых волос на изящные покатые плечи ниспадали переливающиеся всеми цветами радуги локоны, а большие глаза сверкали капельками ртути, зеркалом отражая все происходящее.
Теперь челюсть отпала и у меня…
Повелительница! Сама Повелительница Ангелов Правосудия спустилась поприветствовать новых работников Суда! Вот это сюрприз! И прежде, чем все мы успели прийти в себя, Повелительница заговорила:
– Здравствуйте! От лица всех Ангелов Правосудия и себя лично я рада приветствовать вас в Сатус Тенебрис! Сегодня особенный день для вас. Сегодня вы становитесь полноправными работниками Межмирного Суда. Ради этого каждый из вас прошел длинный сложный путь, и раз вы дошли до конца, значит, вы не просто избраны из-за своей особенности, но действительно достойны. Вы – наша гордость, наш важный материал для построения совершенного мира! Мы возлагаем на вас надежды, и со своей стороны обещаем оказывать вам поддержку на новом этапе вашей жизни. Взамен мы просим лишь продуктивно трудиться на благо процветания справедливости!
Голос Повелительницы разносился по залу мягкими вибрирующими волнами, разряжая обстановку после настолько эффектного появления Ангелов. Все же не только для меня, но и для остальных новичков присутствие белоголовых было непривычно.
Эти существа, я была в этом уверена, сейчас внимательно изучали нашу подноготную, рассматривая нас своими черными провалами глаз… Не с помощью магии, нет. Наоборот, магический фон был спокоен. Но, если верить слухам, ангельские способности имели какую-то совершенно особенную природу. И я могла бы руку дать на отсечение, что это так. Их пристальное внимание очень напрягало. Однако деваться было некуда, нужно привыкать, все-таки теперь мы вроде как работаем вместе. Да и скрывать мне нечего…
– Когда я назову ваше имя, поднимитесь ко мне, чтобы подписать документы и получить назначение, – тем временем продолжала Повелительница. – Давайте начнем…
Некоторые новобранцы, поднимаясь на сцену, где их уже ждали их будущие коллеги, тряслись от волнения, словно осиновый лист, другие были предельно спокойны. Повелительница называла, в какой отдел их направляют, затем предлагала каждому подписать контракт. Получив свой экземпляр в красивой серебристой папочке, перетянутой золотой лентой, новички присоединялись к своей команде, и вместе с ними покидали сцену.
От осознания того, что моя очередь придет еще не скоро, нервы были напряжены до предела… Я ерзала на стуле, заламывала потеющие ладони, ругала алфавит и первую букву своей фамилии. Тем временем на сцену поднимались новые следователи, аналитики, судебные приставы, смотрители, даже палачи… Ну, и конечно, мы – оперативники.
Так уж случилось, что с разных уголков миров раз в год для Суда находится не больше двух сотен сотрудников. Конечно же, наши двадцать человек были только малой частью общего количества новобранцев, народом одной страны и языка, собранных в одном зале ради удобства. В этом году наша Академия выпустила сразу пятерых оперативников, и этот случай был из ряда вон: насколько я знала, за прошлые несколько лет Академия не предоставила Суду ни одного работника оперативного отдела. Так что в какой-то степени сейчас мы были гордостью Юлианы Ксановны.
Первым из моих сокурсников на сцену отправился Никита. На вид его новые коллеги выглядели совсем ему не соответствовали. Четверо мужчин в возрасте, один из них – низкорослый дворф с густой красивой каштановой бородой, разумеется, не уступающей бородам гномов, да хрупкая невзрачная девушка. Но Ангелы никогда не ошибаются, а значит, подобрали для него идеальную команду.
Потом пришла очередь Бронислава. Ему досталась более лаконичная группа – две высокие подтянутые женщины и один парень, на вид ужасно похожий на самого Бронислава. Затем на сцену поднялся Архип. Его опергруппа была как на подбор: четыре симпатичные женщины, скорее всего не люди, а вампирши или эльфийки, а может и сами дриады, издалека не различить. Они не улыбались и их уши скрывали волны шикарных волос, но чутье редко меня подводило. Невольно подумалось, что этому засранцу слишком везет в этой жизни.
Следующим вышел Драгомир. На сцене его ожидали всего два человека, мужчина и женщина на вид лет сорока, но это впечатление, разумеется, было обманчивым. Издалека отличить реальный возраст магов просто невозможно, а все колдуны второго-первого уровня после тридцати стареют о-о-о-очень медленно.
Наконец очередь дошла до меня.
К тому времени стулья вокруг уже совсем опустели. Мне показалось, что мое имя прозвучало где-то совсем далеко, словно не в этой реальности. Однако с места я подскочила как ужаленная, не было больше сил ждать. А к сцене подбежала и того быстрее. Только перед лестницей у меня стандартно случилась заминка. В такие ответственные моменты лестницы – мое слабое место, то оступлюсь, то споткнусь, один раз вообще упала. Но – о чудо! И это препятствие мне покорилось!
На выдохе вбежав вверх, я замерла перед столом, спиной к залу, в ужасе стиснув ладони и без того истерзанных рук.
– Анжелика, – произнесла Повелительница. – Прошу, твои документы.
Трудовой договор, страховка, какие-то финансовые документы, аренда квартиры… Боги, сколько же всего!
Дрожащей рукой под пристальным вниманием Ангелов Правосудия я подписала свои бумаги.
– Пожалуйста. – Повелительница, улыбаясь, вручила мне папку и ключи с металлической биркой.
Обойдя стол Сбоку, ко мне вышли пятеро. Впереди всех шел мужчина лет пятидесяти, лысеющий, с поседевшими висками, подтянутый и крепкий. Сразу видно – оперативник.
– Приветствую, – поздоровался он. – Меня зовут Облаков Борис Игнатьевич, начальник Оперативного отдела номер семь.
Я пожала сухую и шершавую ладонь начальника, отметив, что ростом он невысок, глаза у него добрые и зеленые, а улыбка хитрая и задорная, как у мальчишки.
– Добрый день, приятно познакомиться, – бодро ответила я.
За ним следовал темноволосый мужчина на вид лет тридцати-сорока, в прямоугольных очках без оправы, выше меня на голову.
– Трифонов Тилрон Мирославович, – представился он низким глубоким голосом, протягивая мне большую сильную ладонь. – Лидер оперативной группы номер триста тринадцать.
– Приятно познакомиться, – пролепетала я.
Он улыбнулся, видимо пытаясь меня ободрить, но эффект был обратный: во рту у него зловеще сверкнули белоснежные вампирские клыки. Ладонь моя совсем обмякла, но девушка, вынырнувшая откуда-то из-под левой руки вампира, схватила мою руку и начала ее энергично трясти:
– А меня зовут Аминова Диляра Ильясовна. Я медик группы!
Я на автомате промямлила что-то, чего требовали правила приличия. Внешне девушка выглядела моей ровесницей, хотя это могло быть не так. Она улыбнулась, встряхнув короткими каштановыми волосами и хитро сверкнула ясными медово-карими глазами.
– Святополкова Акулина Тихомировна, – прозвучал вначале приятный женский голос, а затем показалась и сама его обладательница – высокая и стройная, темноволосая и темноглазая, с фарфоровой кожей и алыми губами. Подозрительно прекрасная женщина! Но никаких признаков того, что она не человек, я не обнаружила.
– Рада знакомству, – протянула я руку, с трудом вырванную у Диляры.
Диляра неохотно отошла в сторону, и не успела я насмотреться на Акулину, как еще один коллега поспешил мне представиться:
– Зарецкий Лучезар Гориславович.
Я подняла глаза и шепотом выдохнула приветствие, пожимая руку высокому светловолосому эльфу.
В добавок к бархатистому голосу, Лучезар обладал выдающимся ростом, изяществом и стройностью, присущими всем эльфам. Уши его были вовсе не так огромными и острыми, как любят изображать люди Поспадему. Для незнающих такая форма вполне может сойти за человеческую, но наметанный глаз сразу увидит разницу, – ничего общего с тем, что хирургическим путем порой делают себе жители Поспадему. Это был мягкий плавный изгиб. Само ухо – более узкое и вытянутое, чем человеческое, почти без мочки. Никто не сказал бы, что эльфийские уши некрасивы. Они удивительно гармонично сочетались со всем образом этой величественной расы.
– Удачи в вашем нелегком труде! – провожая нас со сцены сказала Повелительница.
– Будем стараться! – слегка поклонился ей Борис Игнатьевич.
В то время, как мои новые коллеги стали спускаться, он вернулся на свое место позади стола Ангелов.
Я поспешила за остальными вниз по лестнице и, конечно же, споткнулась.
Пролетев оставшиеся ступеньки, я звонко цокнула туфлями по мрамору, чувствуя, как подгибается неудачно поставленная нога, но от окончательного падения меня спасло чье-то плечо. Это оказалась Диляра. Она ободряюще мне улыбнулась и взяла под руку. Мне осталось только следовать за ней, глупо хихикая своей неуклюжести.
Пересекая зал на пути к выходу, я вдруг оглянулась на Юлиану Ксановну. Она сидела во втором ряду и, казалось, не замечала меня, глядя на новичка на сцене. Но когда я была уже у самых дверей, она вдруг ответила на мой умоляющий взгляд, одобрительно кивнула, улыбнулась и помахала рукой. Я поспешно помахала ей в ответ, скрываясь в дверном проеме.
Увидимся ли мы когда-нибудь снова?
На глаза против воли навернулись слезы, но от постыдных рыданий меня вновь спасла Диляра и ее звонкий голос:
– Давай, показывай, где твои вещи.
Я подняла взгляд на оставшуюся поклажу.
Коридор в этой части крепости был малолюдный, так что оставленные у стены чемоданы никому не могли помешать. Обнаружив свои вещи, я вновь закинула тяжелую сумку на плечо и схватила чемодан.
– Не-е-ет уж, так дело не пойдет! Давай-ка сюда, – решительно заявил Тилрон, отбирая у меня чемодан.
Лучезар помог снять с плеча сумку и ноутбук. Смутившись из-за такого отношения, я не сопротивлялась, лишь рассеяно улыбалась мужчинам.
– Так-то лучше, – констатировала Акулина.
– Наша смена только вечером, поэтому сейчас мы отведем тебя в квартиру. Тебе лучше отдохнуть перед работой, – сказала Диляра, когда мы направились по коридору к лифтам.
– Хорошо, – кивнула я, часто моргая, чтобы оставшиеся слезы перестали застилать глаза.
Мы подошли к лифту и разминулись там с девушкой с кипой бумаг в руках.
– У тебя, должно быть, куча вопросов, – заметил Лучезар.
Лифт потихоньку ехал вниз. Я задумчиво смотрела на его старинные двери, дерево и металлические узоры, не торопясь с ответом.
Вопросов у меня была просто уйма, но я никак не могла выбрать, какой из них задать первым.
– Зачем Ангелы устраивают эти торжественные приветствия? – наконец спросила я. – Почему документы не может выдать работникам их начальник или отдел кадров… Зачем это… мероприятие?
– Думаю, Ангелам важно лично увидеть новичков, – со смешком ответил Тилрон. – Не могут же они ради этого ходить по кабинетам в рабочее время…
– А что? Это было бы забавно! – захихикала Диляра. – Представляю, как они будут изображать надменность и величественность, проходя по нашим узким коридорам или толкаясь в лифтах, полных народу…
Я невольно улыбнулась и хихикнула, красочно представив себе эту картину.
– Ну вот, наконец-то ты повеселела, – заметила Акулина. – А то была мрачнее тучи.
– Не бойся, мы тебя не укусим! – хохотнул Тилрон, растягивая губы в дружелюбном клыкастом оскале.
Я улыбнулась ему еще смелее, а потом вопросы посыпались из меня просто градом.
– А где я буду жить?
– С нами в одном доме, многоэтажка в десяти минутах езды от Суда.
– А остальные оперативники тоже в нем живут?
– Ну, не все, некоторые живут в соседних домах. В одном мы бы не поместились, – со смешком отвечал вампир.
– А как мы доберемся туда?
– Здесь есть общественный транспорт – трамвай. Сейчас сама увидишь…
И не успел Тилрон договорить, как я уже задавала следующий вопрос:
– А магазины тут есть? Мне бы еды купить…
– Конечно же есть, мы тебе все покажем…
Двери лифта открылись. В кабину тут же ворвался шум холла, у лифта толпился народ, нетерпеливо заглядывающий внутрь. Много-много народу. Бесконечный поток лиц, глаз, рук и ног… К этому столпотворению нужно привыкнуть.
Цепляясь за услужливо подставленный локоть Диляры, я вышла вслед за остальными. Мы прошли пару метров по широкому коридору, в котором находилось еще несколько лифтов, и вышли на просторную площадку перед лестницей, ведущей в основное фойе и выходу из Суда.
Мои коллеги привычно лавировали среди толпы, и вскоре мы оказались перед огромными, в несколько метров высотой резными дверями, одна из створок которых была распахнута. Из нее в зал, тепло освещенный множеством фонарей и факелов, падал холодный серый уличный свет.
За стенами Суда я не бывала ни разу. Да и из окон редко удавалось увидеть что-то кроме серого неба.
– Ты же догадываешься, что город у нас довольно специфический, – осторожно сказала Диляра. – Предупреждаю, у меня, например, был небольшой шок, когда я впервые увидела его…
– Мне кажется, меня уже невозможно шокировать больше, – хмыкнула я.
Мы вышли на широкое каменное крыльцо. С него открывался замечательный вид на окрестности. Если то, что я увидела, можно было назвать замечательным…
Все было тусклым, серым и черным, словно кто-то убрал насыщенность у всех цветов разом. Каменную площадь перед замком украшала аллея, но листва на деревьях была вся будто в черном налете… Зеленый и желтый цвета скорее угадывались, чем действительно был видны глазу. Впереди за высоким каменным забором и открытыми настежь воротами виднелись дома, тоже серые или черные.
Небо, несмотря на явно ясную погоду, было серо-голубым с редкими, какими-то грязно-белыми облаками.
А солнце?! Что стало с солнцем?! Его свет более не был теплым и добрым, о нет, это был холодный свет, исходящий от ярко-белого шара, висящего в небе.
Я потрясенно замерла. Проморгалась, осмотрелась еще раз. Ребята терпеливо ждали.
– Теперь я понимаю, отчего народ здесь в депрессию впадает, – сказала я наконец.
– Надеюсь, с тобой этого не произойдет, – ответил мне Лучезар.
– Я тоже очень надеюсь, – согласилась я. – Очень мрачно, конечно, но красиво. Этакий готический стиль… Да, в этом определенно есть своя прелесть!
Жизнерадостно улыбаясь, я заявила:
– Ну что? Поехали домой? Показывайте мне дорогу!
Мои коллеги все как один в замешательстве уставились на меня. А потом Тилрон ухмыльнулся и сказал:
– Ангелы и правда никогда не ошибаются.