Ангельская справедливость

Остальные весело захихикали, и мы стали спускаться по лестнице.

***

Я стояла, запрокинув голову, и смотрела на свой новый дом.

Каменное здание грязного серого цвета было высотой в девять этажей и казалось построенным очень давно. Посередине и над окнами последних этажей виднелась замысловатая лепнина.

– Анжелика, идем уже! – поторопила меня Диляра.

Ребята уже вошли в парадную, и девушка нетерпеливо выглядывала оттуда, придерживая мне дверь. Впрочем, держать дверь не было необходимости: в Тенебрисе по очевидным причинам не использовали домофоны или кодовые замки.

Внутри было прохладно, спертый воздух города здесь казался еще более удушливым, но я надеялась, что это с непривычки. Лифт тоже был видавший виды, деревянный, с вручную открывающимися дверями и цифровым табло, на котором горели оранжевые кнопки. Он даже пах старостью, пылью и рассохшимся деревом.

– Доставай свои ключи, посмотрим, какой этаж тебе нужен, – сказала Акулина, когда мы вошли в кабину. Кабина, кстати, оказалась просторной, явно грузовой.

Я открыла папку и вынула оттуда ключи с металлической биркой.

– Улица Вольных ветров, дом двенадцать, вход два, этаж семь, квартира сто двадцать один, – зачитала я.

– О-о-о! Мы соседи! – обрадовался Лучезар. – У меня сто двадцатая квартира.

– Замечательно! – захлопала в ладоши Диляра. – Луч, ты же поможешь Анжелике освоиться?

– Без проблем! – согласился Лучезар, глядя на меня сверху вниз и улыбаясь.

Я смущенно потупилась. Тем временем Тилрон нажал на кнопку, и лифт, натужно скрипнув, словно древний старик, двинулся вверх.

– Ну ладно, смена начинается в девять вечера по местному времени. Сейчас половина второго дня. Так что, думаю, ты успеешь немного поспать, Анжелика, – сказал Тилрон, сверяясь со своими наручными часами.

– Хорошо, – покорно согласилась я.

Лифт остановился на четвертом этаже.

– Увидимся! – махнула рукой Диляра, выпархивая из кабины и закрывая за собой двери.

На шестом вышли Акулина и Тилрон. А уже на следующем мы с Лучезаром.

Он галантно помог мне с чемоданом и дорожной сумкой, и я несла только ноутбук и свою дамскую сумочку.

Нас встретил обычный тамбур без второй двери. На этаже было восемь квартир, наши с Лучезаром находились в дальнем конце коридора – моя прямо, а его слева.

– Давай помогу тебе занести вещи в квартиру, – предложил эльф, когда мы оказались возле двери квартиры.

– Спасибо, – благодарно выдохнула я, доставая ключи.

Собственно говоря, ключей было всего два, один от квартиры, а другой от почтового ящика на первом этаже. Повернув большой ключ в замке, я открыла дверь.

Квартира была маленькая и темная, окна зашторены, свет выключен. Пошарив ощупью по стене, я клацнула выключателем. На потолке вспыхнула светом плоская люстра из матового стекла.

– Неплохо так, – заявил мужчина. – Сколько лет работаю, тут никогда никто не жил. Но Суд поддерживает квартиры в порядке, и раз в несколько лет делает ремонт, так что все должно быть нормально.

Я ничего не ответила, потому что с интересом оглядывала свою жилплощадь: небольшой коридор с бежевыми в белый цветочек обоями, дальше проход: прямо – кухня, налево – санузел. Справа была единственная жилая комната, полностью меблированная, мне оставалось только оживить ее своими вещами.

– Уютно, – наконец выдохнула я.

– Рад, что тебе нравится, – сказал Лучезар, опуская мою дорожную сумку на пол.

– Спасибо тебе большое за помощь! – выпалила я, снова таращась на эльфа и одновременно не зная, куда еще деть глаза.

Лучезар выпрямился и посмотрел мне в лицо так пристально, что у меня задергался глаз. Я понимала, что он не специально и ему просто невдомек, что мне очень волнительно так открыто смотреть в лицо новым знакомым, но ничего поделать с собой не могла. Нервно хихикнув и улыбнувшись, я отвела взгляд, стараясь скрыть смущение и нервный тик. Эльф тем не менее тоже улыбнулся:

– Нет проблем, обращайся по любому поводу, моя дверь справа.

Я снова украдкой посмотрела на него. Тонкие черты лица, свойственные эльфам, острые изгибы темно-русых бровей, высокий лоб и густые волнистые волосы цвета спелой пшеницы. А еще большие глаза такого насыщенного карего цвета, что от одного их взгляда становилось теплее. Лучики морщинок только добавляли эффекта.

– Хорошо, надеюсь, ты не откажешься от моей компании сегодня вечером по пути на работу? – поинтересовалась я, становясь все увереннее.

– Совсем нет, буду даже очень рад! Тогда встречаемся в восемь тридцать?

– Договорились!

– До встречи!

Эльф вышел за дверь и прикрыл ее за собой. Я подошла и повернула замок, но вместо того, чтобы сразу пойти разбирать вещи, заглянула в глазок. Лучезар как раз открывал свою дверь, чему-то улыбаясь себе под нос.

– Вот это да, – прошептала я, отлипая глазка. – Ну и денек…

Разбор сумок занял чуть больше часа. Комнатка оказалась небольшой, но тоже очень уютной. Зеленые обои с рисунком из стилизованных травинок, окно с салатовыми шторами, справа от него кровать и комод, слева – небольшая стенка с телевизором и рабочее место, напротив – шкаф-купе. Все в одной цветовой гамме – темное дерево и отеннки зеленого.

Кухонька тоже была миниатюрной: гарнитур с оранжевыми фасадами, серебристая плита, холодильник, электрочайник, микроволновка и даже тостер. Все, что нужно для жизни! Позже, к своему восторгу, я обнаружила даже посудомоечную машину. И ванная комната в нежно-розовых тонах с геометрическими узорами на плитке.

Довольная своим новым жилищем, я сполоснулась под душем и решила, что перед сном неплохо бы перекусить. В этом мне помог компьютер.

В Сатус Тенебрис имелась местная сеть, аналог интернета. Разумеется, в сеть Поспадему я выйти не могла, но и тут были свои сайты у всяких кафе и пиццерий, и я заказала себе обед на дом.

За обедом я совместила приятное с полезным и, довольно чавкая, разослала родным и друзьями обещанные письма. А после наконец-то улеглась в свежую хрустящую постель, сладко потянулась и практически сразу уснула.

***

– Дзы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ынь!

– Отстань…

– Дзы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ынь!

– Уа-а-а-а-а-а… Ненавижу тебя.

– Дзы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ынь!

Я села на кровати.

– Дзы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ынь!

– О Межмирные Боги, ты когда-нибудь заткнешься?!

Чтобы будильник действительно заткнулся, мне пришлось встать и подойти к столу. Протерев глаза, я обнаружила, что сейчас уже семь вечера. За окном клонилось к закату белое холодное солнце в вуали серых облаков.

Какое-то время я стояла и смотрела на этот мрачный город, погружающийся во тьму, и почувствовала вдруг ужасное одиночество. В квартире было пусто, никаких тебе соседок по комнате, мамы с бабушкой или хотя бы кошки…

Кактус, что ли, завести.

В нарастающем унынии я переоделась в удобную спортивную форму и убрала волосы в хвост. А затем, немного подумав, все-таки подкрасила лицо.

За годы обучения на оперативника Юлиана Ксановна не раз ругала меня за злоупотребление косметикой, но ненакрашенное лицо вызывало во мне столько отрицательных эмоций, что лучше было получить нагоняй, чем прийти куда-то без макияжа. Я не раз жалела об этой своей слабости, возвращаясь после тренировки с черными кругами под глазами, но прекратить краситься в неподходящие моменты так и не смогла.

Вынимая из холодильника остатки заказанной пиццы, я думала, как грустно ужинать в одиночестве. А потом меня осенило. У меня же есть сосед! Но не будет ли он против моей компании? Что ж, надо пойти и выяснить.

Как только я очутилась перед дверью в квартиру Лучезара, вся моя уверенность куда-то испарилась. Но я все же набралась смелости и позвонила в звонок.

Дверь открылась почти сразу, будто он меня ждал.

– Прости за беспокойство, – затараторила я. – Я просто подумала, вдруг, может быть, тебе тоже скучно ужинать… Может быть, ты тоже хочешь поужинать в компании?

Лучезар удивленно поднял брови и округлил глаза, но затем просто ответил:

– Заходи!

И прежде чем успела сообразить, я уже очутилась внутри квартиры эльфа. По планировке она была точь-в-точь как моя, мебель тоже похожая, но обои были другие. Какие-то более строгие, что ли, мужские, с резкими острыми узорами вместо плавных цветочков. Ну и вещи, конечно же, были его, а не мои.

В коридоре царил полный порядок и чистота. Одна выстроенная по стойке смирно обувь чего стоила.

Лучезар ходил по квартире босиком, и я тоже решила снять свои тапочки.

– Если хочешь, не снимай, – сказал он, заметив, что я разуваюсь. – Просто я люблю ходить дома босиком.

– Я тоже люблю, да и у тебя тут такая чистота…

Лучезар засмеялся и махнул рукой:

– Это тебе просто повезло зайти после того, как я утром убрался. Обычно у меня редкостный бардак. Вот загляни сюда через пару дней, и сама увидишь!

– Ловлю тебя на слове, – улыбнулась я, проходя за ним на кухню.

Она, разумеется, отличалась от моей в основном только внешним видом гарнитура. Дверцы шкафов в классическом стиле из светлого дерева. В остальном такая же техника, стол и пара стульев. А на окне я заметила два кактуса.

– Ты не против макарон по-флотски? – поинтересовался Лучезар, доставая из холодильника сковороду.

– Совсем нет, что ты! У меня сегодня только оставшийся с обеда кусок пиццы… – смущенно ответила я. – Следующий ужин с меня!

– Ловлю на слове, – улыбнулся Лучезар.

– Помочь чем-то?

– Спасибо. Сможешь накрыть на стол?

– Без проблем!

– Ты будешь чай? Некоторым больше нравится сок, но, как по мне, нет ничего лучше черного чая. Могу выпить кружки две за едой!

– Правда? Я тоже чай люблю больше всего! А уж если с лимончиком!..

За беззаботной болтовней мы накрыли на стол и сели ужинать.

– М-м-м-м, – протянула я, заправляя в себя очередную порцию макарон. – Очень вкусно!

– Правда? Это мое коронное блюдо, единственное, которое я готовлю хорошо, – хмыкнул Лучезар. – В остальное время меня частенько подкармливают Акулина и Диляра.

– И Тилрона тоже они подкармливают? – хихикая, поинтересовалась я.

– Тилрону в этом плане проще, у него есть Акулина, – пожал плечами эльф.

– О-о-о-о, – удивленно протянула я. – Они вместе? И давно?

– Уже лет двадцать-тридцать как…

Вилка зависла в воздухе так и не найдя цель, с нее медленно сползли макароны и плюхнулись обратно в тарелку.

– Прошу прощения, но сколько лет вы уже вместе работаете? – наконец выдавила я, запутавшись в расчетах.

– Ум-м-м, – задумался Лучезар, как ни в чем небывало делая глоток чаю. – Уже двадцать восемь лет.

– Получается, вам далеко за тридцать? – продолжала допытываться я.

– Тилрону в этом году было шестьдесят пять, отмечали юбилей! Акулине сорок девять. А я между ними, мне пятьдесят четыре.

– Страшно подумать, сколько лет Диляре… – протянула я, представляя себе жизнерадостную молодую девушку, которая на самом деле уже давно не молодая…

Лучезар опять засмеялся, глядя на мое озадаченное лицо:

– Нет, насчет Диляры можешь не переживать, ей всего двадцать шесть, она пришла в нашу группу три года назад.

– Уф-ф-ф, – против воли облегченно выдохнула я.

Лучезар засмеялся снова:

– Разве это не ожидалось от компании магов, эльфов и вампиров?

– Конечно, но вы совсем не выглядите… ну… – я замялась, подбирая наиболее безобидное слово, но Лучезар договорил за меня:

– Как старики?

– Я хотела сказать «на свой возраст», – поправила я. – Хотя я сталкивалась в Академии с преподавателями, которым было лет сто или больше, но по ним сразу видно… А вы совсем другие.

– Ой, Анжелка, что-то мне спину прихватило, – брюзжащим стариковским голосом прокряхтел Лучезар, хватаясь за спину и сгибаясь над тарелкой. – Где там мои лекарства от радикулита? Неси скорее!

Я засмеялась, и Лучезар тут же засмеялся со мной.

– Сама понимаешь, молодость – она в душе, – отсмеявшись, сказал он.

– Согласна, – кивнула я, наконец-то расправляясь с едой.

На душе полегчало. Действительно, несмотря на разницу в возрасте, мне показалось, что мы с Лучезаром довольно легко понимаем друг друга. Надеюсь, с остальными у меня тоже не возникнет трудностей…

***

Суд продолжал гудеть, звуками и суетой очень напоминая пчелиный улей. За одним лишь исключением: в отличии от настоящего улья, этот никогда не спал.

Я шла за Лучезаром к центральной лестнице из красного мрамора, пытаясь научится лавировать в толпе столь же ловко, как мой проводник. Получалось откровенно плохо, плечи и ребра уже ныли от тычков.

Поднявшись по лестнице, эльф свернул налево, хотя еще сегодня днем мы выходили из лифтов направо. На верху центральной лестницы висел еще один гобелен, но в отличии от остальных декоративных полотен, этот был полезен и с практической точки зрения: на нем была изображена огромная и достаточно подробная карта Суда. Но рассмотреть ее я не успела бы при всем желании, потому что Лучезар летел вперед со скоростью света. Пришлось пытаться запомнить дорогу так.

Поднявшись на шестой этаж в компании ворчливой троллихи и шайки подозрительного вида гномов, мы отделились от них и снова свернули на лестницу.

Суд все больше и больше напоминал мне лабиринт Минотавра, из которого живым не выбраться…

Этажом выше были две двери, возле одной из которых стояла охрана. Лучезар показал пропуск, я последовала его примеру. Огромный бритоголовый мужчина со змеиными глазами ярко-зеленого цвета пристально посмотрел в карточки, окинул нас взглядом с ног до головы, после чего кивнул, и мы прошли в дверь. Я нервно оглянулась на лысую голову в закрывающуюся дверь. Интересно, он дракон или это эффект специального зелья? От глаз дракона ничто не может укрыться. Но насколько я знала, существуют и зелья, способные придать такие способности глазам человека или любого другого существа. Скорее всего, охранник был человеком, да и какой дракон согласится на такую работу? Разве что дракон, которого Ангелы заставили понести наказание…

Мы вышли в коридор, узкий и длинный, с ответвлениями и множеством дверей. Стены в нем были уже не каменные, а из обычных пластиковых панелей светлого бежевого цвета. Подвесной потолок, плоские квадраты офисных ламп. Этакий типичный офис в Поспадему.

Но двери были старинные, из потемневшего от времени дерева, с вычурными ручками, что в сочетании с лампами и пластиковыми панелями выглядело странно. На каждой двери была металлическая табличка с надписью замысловатым шрифтом с завитушками.

В коридоре было пусто, только из дальней двери шумной стайкой вышло несколько сотрудников, и друг за другом, не прерывая разговора, прошли мимо нас и скрылись на лестнице.

– Добро пожаловать в Отдел оперативной работы, – почти торжественно произнес Лучезар. – Смотри: за каждой дверью – подразделение по стране или области. Подразделения внутри делятся на кабинеты, ответственные за города или крупные населенные пункты. Ну и так далее до номера опергруппы. Пойдем, я покажу, где наш кабинет…

Лучезар уверенно вел меня по коридорам, сворачивая то туда, то сюда, а я размышляла о том, что такое количество кабинетов не может поместиться в замке без помощи магии.

Наконец мы вошли в дверь с названием моего города, но за ней тоже был коридор с такими же дверями. У меня голова пошла кругом… Сколько дней мне понадобится, чтобы запомнить сюда дорогу?!

Однако снова плутать не пришлось. Совсем рядом от входа оказалась дверь с надписью: «Оперативный отдел №7».

Не успела я облегченно выдохнуть, как за дверью обнаружился очередной коридор. От прочих его отличало наличие окон, напротив ряда бесконечных дверей. Выглянув в одно из окон ради интереса, я подумала о том, что нашла запасной выход на случай, если потеряюсь в бесконечном офисном лабиринте. За окном было слишком высоко для седьмого этажа. Внизу простирались бесконечные черные крыши домов, дорог не разглядеть, а небо было окрашено в серо-синий цвет, хотя где-то сбоку солнце все еще светило своим холодным светом.

– Вот это кабинет Бориса Игнатьевича, – сказал Лучезар, отвлекая меня от созерцания пейзажа. Он показывал на первую дверь, сразу у входа. Я кивнула, и мы двинулись дальше.

Пройдя совсем немного, мне посчастливилось самостоятельно обнаружить наш кабинет. Табличка на двери гласила: «Группа оперативного реагирования №313» и ниже: «Лидер группы Трифонов Т. М.».

– Заходи, – поторопил меня эльф, заметив, как я нерешительно замерла, подняв руку над дверной ручкой.

И я вошла.

Это была небольшая прямоугольная комнатка. Окно напротив двери, вдоль стен – шесть офисных столов с компьютерами, по бокам от двери примостились два шкафчика —один закрытый для верхней одежды, а другой со стеклянными дверцами для еды и посуды. Ничего лишнего, все те же бежевые стены, но эта комната показалась мне очень уютной. От нее будто веяло чем-то неуловимо родным, приятным, словно запах свежего пирога из окна избушки в деревне. Когда чувствуешь его, то понимаешь: вот он – дом…

В кабинете кроме нас пока никого не было. Но по столам, заваленным всякой всячиной, сразу было ясно, что не заняты только два из них, оба в правом ряду, один у двери, а другой у окна.

– Какой стол мой?

– А какой тебе больше нравится? – осведомился Лучезар.

Мне даже думать не пришлось:

– Тот, что у окна.

Лучезар хмыкнул, обходя меня, и направился к столу у окна. Но в последний момент повернул налево и сел за соседний стол.

– Это твой? – удивилась я, подходя.

– Ну да, – пожал он плечами. – Мы и тут соседи.

– Надеюсь, ты не против… – кокетливо протянула я, опускаясь на стул.

– Очень даже за, – с улыбкой заявил Лучезар.

И я вдруг почувствовала, что начинаю краснеть. Вообще-то я всегда была девушкой не из робкого десятка, при необходимости легко скрывала истинные чувства и играла любую роль, но рядом с Лучезаром притворяться не хотелось, потому что мне казалось, что он видит всех насквозь.

От неловкого молчания нас спасли ребята, вдруг дружно ввалившиеся в кабинет. Никто не выказал своего недовольства из-за выбранного мной места, и я, окончательно успокоившись, занялась освоением новой территории.

Место у окошка приглянулось мне не только из-за непосредственной близости окна (хотя аварийный выход все же никто не отменял), но и потому, что я всегда питала любовь к задним партам и уединенным уголкам.

На столе кроме компьютера, телефона и стакана с ручками ничего больше не было. Но это пока… Уже завтра я планировала притащить сюда кучу мелочей, которые сделают это безликое рабочее место по-настоящему моим.

Вскоре Тилрон дал необходимые разъяснения по поводу бюрократической части нашей работы, без которой, к сожалению, даже маги не существуют. Я знала, что в обязанности оперативников входит не только непосредственно смена и выполнение оперативных заданий, но и тренировки в свободное время, а еще еженедельная беседа с психологом и медицинский осмотр. Кроме того практически в каждой опергруппе был медицинский сотрудник. За нашим состоянием следили очень пристально, чтобы исключить неприятные инциденты. В общем-то уже после первого года обучения на опера я поняла, что это не просто работа, а целый стиль жизни.

Немного разобрав дела, ребята повели меня на экскурсию по основным местам обитаниях работников оперотделов.

– Ты подожди, – говорила Диляра, когда мы возвращались обратно в кабинет, – получим задание, и ты увидишь нашу раздевалку и оружейный склад во всей красе!

– Ой, у нас же есть костюмы! – ахнула я. – Столько слышала о них, но ни разу не видела…

– Да! Самые крутые костюмы на свете! Но мы не всегда их используем, иногда приходится работать в повседневной одежде, чтобы не привлекать внимание местных…

Рабочее место Диляры было прямо предо мной, поэтому мы общались без помех. Да и пока заданий не было, все откровенно бездельничали. Тилрон в самом начале смены напечатал какие-то документы, куда-то сходил, а теперь сидел за столом Акулины и с азартом резался с ней в карты. Лучезар, прислонившись спиной к стене и вытянув длинные ноги, был погружен в чтение толстенного тома на эльфийском, если верить обложке, значит, чтиво было крайне занудное. Поэтому никто не мешал нашему с Дилярой чисто женскому трепу.

– Кстати, можешь звать меня Ляра, – вдруг сказала она.

– Хорошо, а ты меня называй, как тебе нравится, – улыбнулась я. – Я давно привыкла, что мое имя как только не коверкают. Анжела или Лика – самые частые сокращения.

– Звучит красиво, – облокотившись на мой стол и подперев голову рукой, мечтательно сказала Диляра. – Ли-и-ика-а-а…

Она все тянула и тянула мое имя на разный манер, а я тем временем задумчиво рассматривала ее. Носик с небольшой горбинкой, пухлые губы, длинные черные ресницы, аккуратные дуги бровей, кожа ровного оливкового цвета… Все в ее фигуре, движении и повадках было удивительно пластичным, мягким и женственным. Я могла бы поклясться, что она пользуется бешеной популярностью. И это вызывало во мне странную смесь восторга и зависти.

– Спасибо, конечно, – сказала я. – Но твое имя тоже очень красивое.

Девушка скосила на меня глаза и хихикнула:

– Обе хороши.

Я открыла было рот, чтобы продолжить разговор, но тут у Тилрона зазвонил телефон. Невольно внутри меня все замерло, даже дыхание остановилось…

Мое первое задание!

– Алло. Да. Принято.

Вампир положил трубку и только после этого поднял к нам глаза, выдерживая загадочную паузу.

– Что-то интересненькое?! – не выдержала Диляра.

На самом деле я не выдержала бы раньше, но волнение намертво сковало горло.

– Да, девятый уровень сложности, – сказал наконец Тилрон.

Я не удержалась и ахнула. Остальные многозначительно переглянулись.

Всего уровней сложности было десять, как и уровней магии. Только тут нумерация шла в другую сторону: чем больше цифра, тем труднее задача.

В противовес моему волнению и легкому страху коллеги наоборот были в приподнятом и даже каком-то радостном настроении. Диляра с полуулыбкой повернулась ко мне и в ее горящих глазах промелькнуло, как мне показалось, нечто кровожадное.

– Отправляемся немедленно. Форма одежды – боевая, – скомандовал Тилрон, поднимаясь.

***

Парой этажей выше, среди бесконечных дверей и коридоров, обнаружились раздевалки с душевыми.

Каждому сотруднику полагался свой шкафчик с новенькими рабочими костюмами внутри. Как правило, костюмов было несколько, а также некоторые комплектующие к ним. При повреждении все просто заменялось на новое. Я столько слышала о форме оперативников, но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать…

Рабочий костюм представлял собой узкий комбинезон, сотканный из маленьких серебристо-черных чешуек, плотно прилегающих друг к другу. Он был поразительно удобным, словно вторая кожа, и совсем не сковывал движения.

Я озадаченно крутилась в нем перед зеркалом в дверце шкафчика, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям. Костюм грел, но в нем не было жарко. В нем было уютно и комфортно, и я подумала, что вообще больше никогда не хотела бы его снимать. Форму дополнял широкий пояс на бедра с огромным количеством кармашков разных размеров и высокие сапоги на тонкой гибкой подошве. Сбоку в области ребер чешуйки становились шире и жестче. Из таких же чешуек состоял и воротник, который при необходимости можно было застегнуть под горло, обезопасив шею. На предплечьях и локтях чешуя тоже была жесткой, с зазубринами и небольшими серебряными шипами, которые были очень эффективны при борьбе с нечистью.

– Ну что, налюбовалась? Нравится? – поинтересовалась Акулина, закручивая свою длинную шикарную косу в пучок на макушке и закрепляя ее шпильками.

– Я как на супергерой из комиксов, – благоговейно выдохнула я, с трудом отрываясь от зеркала.

Акулина, ловко орудующая длинными пальцами в тугих блестящих прядях волос, вдруг прыснула со смеху. Диляра захохотала в голос, ухватившись за живот. Я смущенно улыбнулась их веселью.

– Ой, не могу! Скажешь тоже! – выдавила Ляра, хлопая меня по плечу.

Акулина снова улыбнулась и продолжила крутить пучок, удерживая алыми чувственными губами дополнительную пару шпилек. С длинными густыми волосами не так-то просто управится. Я невольно залюбовалась ей. Такая откровенная темная красота… Не удивительно, что Тилрон влюбился в нее.

– Ты еще не поняла, что это сброшенная драконья кожа? – отвлекла меня Диляра.

– Ты шутишь?! – воскликнула я, разглядывая свой наряд теперь еще более пристально.

– Ну да, специально для нас добывается! Она жаро- и влагостойкая, а еще летом прохладная, а зимой теплая! Но я зимой все равно куртку надеваю, так спокойнее что ли…

Акулина захихикала, и Диляра обиженно насупилась:

– Чего ты смеешься опять? Это вопрос психологического комфорта!

– А я без крутки хожу, – пояснила Акулина, закрепив в волосах последнюю шпильку. – Куртка сковывает движения. Да и за столько лет работы учишься доверять своей форме, как боевому товарищу, и понимаешь, что она тебя не подведет. Подумай об этом.