Тайна зеркала

Глава 1

Стан

Костю разбудил холод. Он пробирал до костей, вызывая в сонном мозгу возмущение лживым утверждением, будто жир греет. Когда терпеть дальше стало невозможно, парень резко сел и, не раскрывая крепко зажмуренных глаз, обхватил плечи руками, заранее готовясь к тому, что это не особо удастся.

Не так просто обнять себя человеку, весящему полтора центнера.

Однако он не только достал пальцами до лопаток, но и прощупал их осязаемую через кожу остроту. Несколько секунд парень ошеломлённо глотал холодный воздух, стараясь успокоиться, затем осторожно повторил попытку и встревожился ещё сильнее. Это были не его кости, не его руки и вообще не его тело.

Желая в этом убедиться, Костя попробовал разлепить веки и потерпел неудачу. Ресницы словно приклеились к коже.

Он смутно припоминал густую жижу, по которой полз некоторое время назад, и начинал осознавать, в чём дело. Сунул в рот указательные пальцы, кое-как их помусолил и тщательно протёр подушечками глаза.

Теперь они открылись почти сразу, жаль только увиденное не принесло никакой ощутимой пользы. В мире царила ночь.

И судя по многоцветному сиянью совершенно чужих созвездий, висевших среди редких облаков в тёмно-синем небе, место, где парень находился, было неимоверно далеко от его родного дома. Теперь оставалось только сообразить, каким боком и, главное, когда, его занесло под эти самые звезды.

Хотя ещё в тот момент, когда всё вокруг внезапно потемнело и на тело обрушилась безмерная боль, Костя отчётливо осознал, что происходит нечто непоправимое. А позже, когда он неожиданно оказался в непроглядной и мокрой мгле, ему и вовсе стало не до размышлений.

Больше всего по ощущениям то место казалось похожим на лужу. Но не простой воды, а чего-то непроницаемо чёрного, вроде чертёжной туши. Некоторое время парень ощупывал эту густую, как кашка, мглу, пытаясь найти из неё выход, потом опытным путём убедился, что к одному краю тёмная жижа значительно мельче.

Туда Костя и полз, стараясь не думать о тварях, которые, судя по его подозрениям и смутным воспоминаниям об уроках биологии, любят обитать именно в таких вот мелких, чавкающих под руками болотцах.

А когда он наконец вылез на сушу, то постарался уползти от мерзкой лужи подальше, насколько хватило сил. Не забывая проверять пространство перед собой случайно нащупанной на берегу веточкой. И всё это в кромешной темноте, разлепить глаза он в тот момент почему-то не додумался. Да и неудивительно, голова у парня просто раскалывалась от боли, тело ныло как избитое, а от голода его даже подташнивало.

Есть и до сих пор хотелось просто нестерпимо, зато холод и тревога немного прояснили сознание, и Костя уже мог довольно чётко рассуждать, и даже пытался делать выводы. И они оказались неутешительны.

С ним произошло нечто не вписывающееся ни в какие правила физики и математики.

Не верилось, будто он мог где-то находиться несколько месяцев и за это время похудеть до невозможности. Бред. Слишком много он читал про внезапно худеющих толстяков, чтобы знать точно – исчезнут мышцы и даже жир, но кожа так и останется на месте, обвисая растянутыми складками.

А его кожа сейчас натянута как барабан, и нет совершенно никаких следов былого ожирения. Значит, произошли события, выходящие за рамки обычной логики и привычных правил.

Холод заставил ещё раз передёрнуть плечами и с досадой помянуть пропавшую одежду. Почему-то на Косте болтались лишь боксёры, футболка-безрукавка и на ногах еле держались размокшие мокасины. Однако долго расстраиваться парень не стал, хотя исчезнувшие вещи ему сейчас не помешали бы, но зачем зря ломать голову, раз уже ясно, что найти их нереально?!

Зато чуть посветлевшее вдали небо подарило зыбкую надежду на близость рассвета и возможность хоть немного обсушиться и обогреться. Некоторое время Костя озирался по сторонам, пытаясь изучить окрестности, и едва начал различать медленно проступавшие из темноты кусты и валуны, решил подыскать себе местечко посуше и понадёжнее.

Метрах в трёхстах от приютившего его камня парень рассмотрел уходящий в небо бледный столб то ли дыма, то ли пара, и это, несомненно, было признаком источника какого-то тепла. Хотя и непонятно пока, безопасного или нет. И что печальнее всего, спросить было не у кого. Да и вообще непонятно, нужно ли спрашивать и не сделаешь ли себе ещё хуже? Ведь неизвестно, где он находится и каким чудом сюда попал. Да и стоит ли называть это странное происшествие чудом, может, сработала чья-то злая ловушка?

Смутную мысль о том, что перенёсся в чужой мир, Костя воспринял со скептическим смешком, однако пока не собирался отвергать никаких вариантов. Будущее покажет, сейчас главное, что он живой и, судя по всему, здоровый. Хотя и страшно голодный и замёрзший. И как ни сомневайся, как ни крути, но идти в сторону дыма придётся, иначе вымерзнешь как вид, дожидаясь рассвета и возможного тепла.

Парень решительно поднялся на ноги, ещё раз огляделся и опасливо двинулся на разведку, пытаясь по пути придумать хоть пару правдоподобных объяснений своему появлению на случай, если ему всё-таки встретится кто-нибудь из местных жителей.

Как оказалось, решение пойти в сторону дыма было совершенно правильным. Хотя никакого костра или жилья там и не обнаружилось. Был пар, густым столбом поднимавшийся от горячего источника. Подойдя ближе, Костя внимательно рассмотрел в бледном свете неторопливо поднимавшегося из-за дальних холмов солнца расположенное среди болотистых луж и зарослей тростника озерцо. Посредине него булькал пузырями тёплый источник, а берега окружали густые заросли и обломки скал, но с одной стороны виднелся ведущий к воде довольно пологий язык поросшей кустами осыпи.

Желание наконец-то хоть немного согреться гнало парня вперёд, и Костя больше не стал медлить. Не снимая обуви влез в воду, помня о возможности напороться на осколок бутылки или на какого-нибудь гада.

Однако илистое дно не таило ни стёкол, ни гадов и довольно круто опускалось по направлению к источнику. А почти прозрачная вода оказалась горяча ровно настолько, как Костя любил, и это было фантастической роскошью, пределом всех мечтаний. Парень сначала как следует отогрелся, опускаясь в воду с головой, затем, обнаружив на себе разводы и потеки чёрной грязи, разделся и тщательно отстирал все вещи. Выскочил на минутку на берег, развесил их по кустам и снова нырнул в озеро.

На этот раз Костя так же тщательно вымылся сам, ненадолго удивившись короткому, почти под новобранца, ёжику волос. Но заморачиваться и тем более жалеть шевелюру не стал – волосы не ноги, отрастут. Попутно вспомнил рассказ деда, как люди в войну спасались от голода кипятком, и выпил немного горячей водицы, зачерпывая ладонью, где почище. И совсем уже собирался вылезать, как внезапно услышал подозрительный шум. Кто-то явно не маленький нагло ломился сквозь тростник.

Костя рыбкой метнулся за прибрежную кочку и присел, стараясь не светить незагорелым телом.

Двое мужчин, вышедшие из зарослей тростника, были одеты как туристы, однако парня насторожили висевшие на их поясах грубые ножны, какие Костя видел лишь в исторических фильмах. Он сразу раздумал подходить к ним ближе и затаился, стараясь рассмотреть незнакомцев получше и попытаться определить, чего от них можно ожидать.

Туземцы оказались худощавы, коренасты и роста примерно среднего, если судить по висевшей неподалёку Костиной футболке. Но её они пока не видели, занятые довольно объёмистыми мешками. Заботливо устроив их на пригорке, незнакомцы сбросили короткие ботинки на шнуровке, подвернули просторные штаны и забрели по колено в воду. Костя внимательно следил, как подозрительная парочка отмывает руки от чего-то тёмного, попутно прихлёбывая горячую воду.

Значит, правильно он решил, что озерцо не ядовитое, порадовался парень. А вот почему пришедшие показались ему недобрыми, Костя осознал не сразу, а лишь рассмотрев, как смываемая ими тёмная грязь начинает капать с пальцев туземцев алыми каплями. А додумавшись, чем именно она могла быть совсем недавно, постарался ещё плотнее прижаться к своей кочке. Ведь ясно же, это вовсе не охотники – те никогда не убегают с места, где завалили зверя поспешно, как преступники, не оттерев с рук и оружия кровавых следов. Да и оружие у них для охоты неподходящее, не приходит Косте на ум ни одного зверя, особенно дикого, на какого можно идти с кинжалами. И оглядываются они на берег больно уж настороженно, по-воровски, всё сильнее подтверждая подозрения Кости в незаконности своего промысла.

И тут парнишка вдруг понял с безжалостной ясностью, что за кустиком он прячется напрасно. Сейчас они развернутся, увидят его сохнущие вещи и тут же всё сообразят. А поскольку связанные с преступным промыслом негодяи никогда не оставляют в живых тех, кто застал их за явно наказуемыми действиями, то наверняка начнут его искать. Разумеется, не с пустыми руками, теперь Костя больше не сомневался в подлинности оружия, хранящегося в их ножнах. Как и в том, что избежать встречи с разъярёнными бандитами ему не суждено. И можно не надеяться, будто удастся справиться со здоровыми мужиками даже при помощи всех заученных когда-то приёмов айкидо.

И в таком случае ему остаётся всего один шанс на жизнь – попытаться победить их хитростью, а для этого нужно напасть первым. Внезапность в подобных делах лучший помощник.

Парень следил за парочкой с замирающим сердцем, выбирая подходящий для нападения момент, и почему-то сразу сообразил, когда тот наступил. Словно кто-то толкнул Костю вперёд, он набрал побольше воздуха, неслышно нырнул и стремительным броском метнулся под водой к пришедшим.

Глаз открывать не стал – вода перебаламучена, не хватало ему сейчас мусоринку под веко поймать. И без того точно знал, сколько гребков нужно сделать, – зря что ли, всю жизнь у моря прожил?

Ноги ближайшего аборигена он нашёл безошибочно, рванул их к себе и, подминая упавшего под себя, прижал ко дну. Тот рванулся с неистовой силой, но Костя сидел сверху как пришитый, не давая даже высунуть из воды голову. Конечно, немного жаль, что вес у него теперь не тот, что прежде, раньше бы мужик и приподнять бы на такой глубине Костю не смог, а теперь подкидывал его, как бычок ковбоя.

Однако зря он так сопротивлялся, окончательно топить свою жертву парень вовсе не собирался. Он вообще никогда не был способен на убийство, а сейчас ещё и немного сомневался в правильности сделанных выводов. И вовсе не желал из возможной жертвы превратиться в убийцу и оказаться за решёткой.

Поэтому просто выждал несколько секунд, пока туземец немного нахлебается воды, и сильно нажал пальцами сразу на пару болевых точек, очень надеясь, что у аборигенов они совпадают с его собственными. После этой процедуры бандит гарантированно выйдет из строя на несколько минут, и тогда можно будет, не опасаясь нападения со спины, вплотную заняться его дружком.

Шагнувший к берегу абориген наконец-то обернулся на странный плеск воды и потрясённо замер с разинутым ртом, обнаружив сидящего верхом на подельнике непонятно откуда взявшегося абсолютно голого парня.

А незнакомец весело блеснул ровным рядком белоснежных зубов, на миг наклонился и взмахнул рукой. И в следующий миг в лицо туземца смачно влепилась щедрая жменя жирного придонного ила. Тот яростно взревел, сообразив, насколько сильно его оскорбили и унизили, и, схватившись за рукоять меча, ринулся на обидчика, на ходу отирая второй рукой с лица чёрную мерзость.

Позже туземец всю дорогу до крепости пытался понять, как это получилось, что голый парнишка оказался вовсе не впереди, а сбоку?! И чем таким твёрдым незнакомец тюкнул его по шее, если в руках этого шалого не было совершенно никакого оружия?!

Однако ответов так и не придумал.

Вот и пришлось бандиту уныло брести к крепости, таща на спине улики против самого себя и пристально следя за вырубленной в крутом каменистом склоне извилистой и неширокой дорожкой. О побеге он даже не помышлял, да и ни один дурак не стал бы на его месте думать ни о чём подобном. Проклятый незнакомец, одетый лишь в бесстыдно короткие штаны и странную рубаху без рукавов и с нарисованным на животе жутким животным, оказался не по возрасту предусмотрительным. Накрепко связал своим пленникам запястья, заведя их за спину, и теперь бандитам приходилось брести по знакомой дорожке с предельной осторожностью. Отсюда очень легко было сорваться вниз даже от лёгкого толчка или просто сделав неверный шаг. А потом пришлось бы несколько витков спиралью поднимающейся на скалу тропы катиться вниз, прямо в кишащий гигантскими пиявками ров.

Сначала Косте показалось, что пленники привели его к тюрьме. Именно такими помнились парню по фильмам старинные казематы. Высоченные стены с крошечными окошками, начинающимися с уровня третьего этажа, какие-то проволоки под крышей. Но когда он рассмотрел стены поближе, в душе появилось и постепенно окрепло сомнение. Тюрьму обычно никто не пытается поджечь снаружи, а на этих стенах в некоторых местах видны закопчённые выбоины. Да и окошки без решёток и стёкол, ну и ещё кое-что по мелочи.

Окончательно разрушил первоначальное впечатление мостик, переброшенный через глубокую расщелину, явно не природного происхождения, но от этого не менее опасную. Предусмотрительные хозяева этой внушительной крепости оставили на дне ямы, которую нельзя было обойти ни с одной стороны, пару рядов заострённых кверху камней. И на одном из них белел костями скелет, несомненно, человеческий.

Не мог Костя ошибиться – одно время мамины книги по медицине были предметом его пристального изучения.

– Чего надо? – раздался сверху суровый окрик.

Опыт общения с захваченными бандитами доказал Косте, что оратор из него пока никакой. Понимать чужой, чуть мурлыкающий язык он почему-то мог, а вот говорил пока с большим трудом. Причём произносил вовсе не то, что собирался.

Костя незаметно пнул стоящего впереди бандита в лодыжку, и когда тот обиженно охнул и скосил взгляд, состроил ему самую свирепую морду. Каковая должна была, по мнению парня, впечатлить туземца. Ну, тот и проникся.

Нервно сглотнув, поднял глаза к маленькому окошку над кованой узкой дверцей и дрожащим голосом произнёс:

– Мы это… охотники. А он нас это… поймал.

Костя расслышал в этом сбивчивом объяснении стремление слукавить и попытаться показать себя обиженными, вот и тюкнул по облюбованной щиколотке чуть сильнее.

– Мы признаём свою вину! – внезапно отчаянно закричал бандит. – И просим о справедливости! Только избавьте нас от этого демона!

Ах ты гад, обозлился Костя на подлеца, справедливости он просит! А про то, что висящий у него за спиной мешок до сих пор сочится кровью и там кто-то шевелится, забыл?

Он собирался отвесить негодяю ещё один заслуженный пинок, но тут раздался визгливый скрип, и дверца поползла вверх.

«Ну, посмотрим, какая здесь у вас справедливость!» – входя вслед за пленниками в длинный и узкий проход, напрягся парень, всё равно отступать уже поздно.

Да и не прожить ему в этих местах в одиночку – рассмотрел по пути огромные царапины на неохватных деревьях, росших у подножия скал. Страшно даже представить, какие звери могли их оставить!

В конце прохода открылась вторая дверь, и за ней незваных гостей уже ждали. Крепкие парни в кожаных штанах и куртках, усеянных металлическими бляшками, державшие в руках вовсе не бутафорские мечи, ловко оттеснили Костю от его пленников. В ответ на их многозначительное помахивание остро наточенными железяками парень улыбнулся как можно дружелюбнее и шире и поднял перед собой раскрытые ладони, лишённые какого-либо оружия.

Старший из воинов внимательно оглядел «демона», одетого в скудные и просторные, явно с чужого плеча, тряпки, и скептически усмехнулся. Несмотря на высокий рост и довольно широкие плечи, парень был худ просто до неприличия. И только последний глупец поверит, будто этот сопляк сумел поймать самых наглых и дерзких контрабандистов приграничья. А уж тем более в то, что он – демон.

Стало быть, двое висельников измыслили нечто особо дерзкое и подлое, но пока не догадываются, как им не повезло. Вчера вечером в крепость прибыл сам господин комендант, вместе с детьми совершающий инспекторский рейд по крепостям приграничья. Вот ему и судить, кто тут жертва, а кого спасать. Если, конечно, нужно спасать.

– Кто ты? – спросил командир у худого «демона», невольно отвечая на его широкую улыбку, и снисходительно усмехнулся. Придумают тоже, дураки, – демон! А того не знают, что настоящему демону улыбнуться даже в голову не придёт! Говорят, они вообще не умеют смеяться!

– Стан. – Взять своим именем ник основного перса из любимой игры Костя решил ещё по дороге.

Всё равно на Константина Запольского он сейчас похож, как мартышка на слона. Глазами.

Зато всплыла в памяти прочитанная где-то информация про табу на разглашение данного при рождении имени. Вроде есть у отсталых народов такое поверье, что, сохраняя имя в тайне, тем самым бережёшь свою духовную свободу.

– Откуда ты?

Стан сделал виноватое лицо и пожал плечами. Потом спохватился и на ломаном языке сообщил:

– Далеко.

Взгляд командира сразу посуровел, и он задумался было о правдивости сделанного бандитами заявления, но его размышления прервал раздавшийся сверху строгий голос:

– Что тут происходит?!

А затем с крутых ступенек высокого крыльца легко сбежал крепкий мужчина средних лет в сопровождении пары хорошо вооружённых воинов и двоих молодых парней в лёгких кожаных доспехах.

«Видимо, это босс, – сообразил Костя, – вышел на утреннюю разминку».

– Пришли вот…

Почтительно рассказывая пришедшим в подробностях, как заметил плетущихся по тропе людей, командир снова видел поразившую с первого взгляда картину: двое вооружённых контрабандистов, известных ему под кличками Бык и Увалень, бредут по тропе, склоняясь под тяжестью поклажи, а сзади упруго шагает, помахивая прутиком, вот этот худосочный парнишка.

– Имя? – В глазах пристально уставившегося на него мужчины Костя не увидел ни подозрения, ни недоверья, потому и решил начать игру в искренность сначала.

– Стан.

– Откуда?

– Не знаю. – Против воли парня в его голосе проскользнула тоска.

– Когда очнулся? – Неужели этот высокий светловолосый человек с умными серыми глазами что-то знает о появляющихся ниоткуда людях?!

– Ночью.

– Где?

– В болоте. – Слова получались все более членораздельными. – А где, не помню.

– Какой предмет ты брал с собой? – заинтересовался допрашивающий и, увидев растерянный взгляд, пояснил. – Его нельзя потерять.

«А штаны – можно?» – хотел съязвить Костя, но передумал. Хорошее отношение нужно ценить, не факт, что он встретит тут много таких понимающих аборигенов.

Просто для проформы сунул пальцы в маленький кармашек боксёров и изумлённо замер, нащупав небольшую пряжку.

– Вот, – протянул он её аборигену на ладони.

– Спрячь, – не сумел скрыть разочарованного взгляда тот. – Это символ твоего основного таланта.

Костя скептически повертел в руках пряжку и сунул назад. Непонятные у них тут правила. Помнил он, конечно, написанные в той бумаженции странные слова про предметы, символизирующие любимые занятия. Вот только не придал им особого значения. Просто взял те, какие под руку попались, выбирая помельче, чтобы карманы не оттягивать.

Теперь-то Косте вспоминается, что вторым предметом был медиатор, а третьим – помятый наконечник от стрелы, хотелось ему одно время заниматься стрельбой из лука, да тренер не выразил никакого энтузиазма. Но вот понять бы ещё, куда этот проклятый наконечник исчез?

Хотя приходит в голову одна мысль: если сам он стал таким худым, а одежда не изменилась, то вполне возможно, лежат сейчас его джинсы на дне того болота. Ведь выдирался же он в темноте из чего-то липкого, когда искал берег?

– Господин комендант, взгляните! – отвлёк Костю взволнованный голос немолодого воина, разговаривавшего с ним вначале.

Невольно заинтересовавшись, Стан шагнул ближе, и никто не стал ему препятствовать. Стало быть, «господин комендант» был тут большим начальником, раз его мнение даже не оспаривалось.

Увиденное потрясло Костю до глубины души. Он даже зубами скрипнул от злости. Знал бы заранее, кто именно находится в мешках, – утопил бы обоих негодяев и ни секунды не пожалел.

На окровавленной шоколадно-пятнистой шкуре лежало четверо крошечных, едва разлепивших глазки зверёнышей. Они испуганно жались друг к дружке и слегка походили на очень крупных котят тёмно-серого, почти чёрного цвета. Самый маленький показался Косте особенно жалким, а присмотревшись внимательнее, он заметил на плече котёнка кровоточащую царапину.

В порыве сострадания парень шагнул вперёд, присел на корточки и бережно взял малыша в руки.

В толпе воинов пронёсся изумлённый вздох, но Костя не обратил на него никакого внимания. Осторожно поворачивая то ли щенка, то ли котёнка, рассмотрел его рану и убедился, что она не смертельна.

Но лечить нужно обязательно. А ещё лучше – сначала зашить.

– Нужно лечить, – повторил он вслух, прижимая щенка к груди.

Маленькое тельце благодарно прильнуло к нему в поисках тепла и защиты, и рот Стана сам растянулся в умильной улыбке.

– Мы же говорили, что он демон! – торжествующе закричал издали неугомонный бандит. – И мангуры эти – его! Вон, видели, как льнут!

– Может… и правда? – снова засомневался командир. – Не верится мне, чтобы обычный мальчишка сумел побить Быка. Да и символ у него не воина… непонятная штучка.

– Не повторяй чепухи, Манг. Сам знаешь, чтобы выследить самку мангура, не один день нужно по топям лазать и знать загодя все кочки, где она логово устроить задумает. Это местных работа. Да и не убить её в одиночку и без меча. А про назначение его символа можно спросить, это не секрет. Скажи, Стан, что ты делал дома той металлической штучкой?

Видимо, комендант и вправду тут важный босс, раз командует так уверенно, понял парнишка, и хотя утверждение Манга его слегка насмешило, Костя поторопился ответить как можно серьёзнее.

– Это пряжка от ошейника… – пояснил он, отметив, насколько легче с каждым разом даются ему все более длинные предложения. – У меня когда-то был щенок. Ошейник он погрыз, а пряжка осталась, на память…

Рассказывать посторонним людям, что пряжку он оставил на память о весёлом и ласковом существе, нечаянно выбежавшем на дорогу, не хотелось. Слишком личное и болезненное это было воспоминание. Мать долго не разрешала брать кутёнка, аргументируя отказ кратко: собаку им не прокормить. Ведь животному нужно покупать корм и мясные продукты. И только когда Костя заявил, что будет делиться своей едой, нехотя сдалась.

Отдавать свою порцию, разумеется, не пришлось, однако щенок прожил в доме недолго. Слишком заводной и взбалмошный был и неимоверно переживал, когда его сажали на поводок. А Костя тогда был слишком мал, чтобы выдержать его жалобный взгляд и заискивающее виляние хвостиком.

– Попробуй дотронуться до остальных зверей, – немного поразмышляв, предложил комендант, и окружающие их воины нехорошо притихли, но тут же деловито засуетились, услышав продолжение фразы: – А вы внимательно осмотрите оружие и одежду его пленников.

Костя лишь недоумённо пожал плечами и спокойно погладил остальных троих малышей, получив в ответ на эту ласку новый взрыв выкриков от наглых бандитов. Несли они всякую чушь, вплоть до прямых обвинений всех присутствующих в пособничестве демону.

Негодяи заткнулись лишь после того, как на их собственных мечах, ножнах и штанах обнаружилось множество наспех затёртых пятен свежей крови. Их вина в убийстве самки неизвестного мангура была признана всеми присутствующими безоговорочно.

– Знал бы, что они такие гады, утопил бы в том болоте, – тихо сообщил Костя котятам, давно перекочевавшим со страшного трофея к нему на руки.

– И всё-таки мне непонятно, как ты сумел с ними справиться? – Оказалось, что один из сопровождавших коменданта парней стоял у него за спиной и расслышал эти слова.

– Можешь позвать его на тренировку, Гервальд. – Комендант вместе с Мангом и одним из воинов направлялся к ним. – Вот и посмотрим, каков он в бою.

– Ты хочешь его смерти? – пренебрежительно вздёрнул кверху нос старший отпрыск. – Пусть лучше Хо с ним разделается!

– Как, не против размяться? – Комендант явно спрашивал лишь для виду, Костя отчётливо понимал по его заинтересованному взгляду, что боссу и самому интересно посмотреть.

– Дайте сначала поесть, – решив, пока везёт, наглеть до конца, буркнул парень, поражаясь скорости, с какой он учился говорить на местном языке. – И куда деть котят?