Тайна зеркала

Глава 2

Стан

Возле площадки, на которой тренировались гости, уже собралась любопытная толпа.

«Все ясно, – вздохнул парнишка, – не каждый день тут бывают такие развлечения, как избиение наглого новичка сыном господина коменданта».

Само собой, победить регулярно тренирующегося мечника Костя даже не надеялся – не настолько он самоуверен. Всего лишь хотел попытаться выстоять хотя бы несколько минут. Но прежде, чем вступать в поединок, намеревался договориться об условиях, не раз слышал о боях, где победитель имеет право добить соперника.

Ему такого удовольствия нафик не нужно было, и ни развлекать туземцев, ни строить из себя героя иномирянин тоже не собирался.

– Выбери себе оружие, – приказал комендант, увидев парня, и кивнул в сторону стойки с тренировочными мечами, пиками, палицами и прочим железом, которому Костя не знал даже названия.

Да и знать не хотел. Не для него это пока, прыгать с железякой, как козёл. После возни с бандитами и пятикилометровой прогулки начинало тянуть все мышцы. Но что много хуже, ломило позвоночник, и ныли колени. И это означало лишь одно – особо увлекаться нагрузками ему пока не следует. Слышал, когда ещё учился, сотни рассказов, как надрывали спины те, кто брался за тренировки слишком рьяно.

– Можно спросить?

– Спрашивай. – Вежливость Стана явно пришлась коменданту по нраву.

– Биться мы будем до падения?

Окружающие, чутко прислушивающиеся к этому разговору, ехидно заухмылялись. Они успели оценить новичка с первого взгляда и были уверены, что воин из него никакой – ни мышц, ни осанки. Оленёнок новорождённый и тот справнее выглядит.

– Почему ты спрашиваешь? – заинтересованно нахмурился комендант.

– Устал, спина болит, – отлично понимая, насколько его заявление противоречит понятиям о воинской чести у этих плечистых и мускулистых мужчин, откровенно признался Стан, даже не надеясь на чудо.

Но хоть попробовать стоило?!

– Вот хлопну тебя раза три по заднице за трусость, и закончим, – презрительно скривился младший отпрыск, сорвав этим заявлением с десяток одобрительных выкриков.

Только одно порадовало парня: кричала в основном молодёжь, те же, кто постарше, мерили его задумчивыми взглядами.

– Согласен, до трёх ударов, – моментально поймал соперника на слове Стан, заслужив чуть насмешливый, но явно одобрительный взгляд его отца.

– Принимается, – объявил комендант, – бой продолжится до тех пор, пока один из бойцов не получит три удара.

– По заднице, – упрямо повторил мальчишка, вызывая в Стане весёлый азарт.

– Как тебе угодно, – с притворной покорностью склонил он голову, не спуская изучающего взгляда с соперника, демонстративно помахивающего тупым учебным мечом.

И внезапно начал подозревать, как сильно влип. Ну, или почти влип. Вовсе не был парнем этот подтянутый юнец в нарочито длинной, почти до колен, курточке и широковатых, словно купленных на вырост штанах, заправленных в мягкие сапожки.

Теперь, когда Стан понял основное, все прочие детали быстро и гармонично сложились в единую картинку.

Они специально так её одевают, эту девчонку, в будто бы оставшиеся от старшего брата вещи. И волосы тоже специально стригут коротко, по плечи. А по лицу, наполовину скрытому кожаной полумаской, понять ничего не возможно – у совсем молодых парней частенько бывают такие округлые, без щетинки, подбородки.

Однако Косте пока было не до рассуждений, зачем почти всемогущему господину коменданту понадобилось маскировать девчонку. Сейчас более важным стало другое, как провести бой и ни разу не применить болевой приём, на который он надеялся, когда обдумывал предстоящий поединок, сидя в каморке.

При мысли о кладовой, где остались его новые подопечные, в мозгу Стана снова шевельнулась странная тревога, и он невольно заторопился. Бархатные малыши всего за полчаса без помощи всяких мечей и грозных железяк бесповоротно взяли в плен его сердце.

– Я готов, – объявил землянин, вставая в боевую стойку, и пожалел только об отсутствии пояса и невозможности разуться.

Босые ноги – это вовсе не дань традиции, как думают зрители. Это дополнительная защита, возможность загодя ощутить предательскую неровность почвы или край ловушки. Но тут, на площадке, густо посыпанной крупным песком, смешанным с мелкой галькой, ему это не поможет, скорее навредит. Кожа ног почему-то стала тонкой и чувствительной, как у ребёнка, парень даже сквозь подошвы мокасин теперь чувствовал каждый бугорок.

– Ты не взял оружие, – настороженно напомнил комендант, но Костя только слабо улыбнулся в ответ.

– Я без оружия.

– Тогда возьми деревянный меч, Хо, – сузив глаза, приказал дочери комендант.

Девчонка возмущённо фыркнула, но тут же, вспомнив, что она – парень, брякнула мечом по ближайшему полену, изображающему неприятеля.

– Может, мне сразу платочек взять, сопли ему вытирать?

Толпа разразилась хохотом и грубоватыми шутками, подробно объясняющими, что нужно таким трусливым молокососам.

– Хо, поторопись. – Непонятное волнение Стана не осталось незамеченным проницательным комендантом.

– Иду уже! – вызывающе отозвалась она. – Ну, заморыш, подставляй задницу!

– С удовольствием, – не сдержался, чтобы не съехидничать, парень и спокойно шагнул к противнице.

Она даже растерялась от такой глупости новичка и секунду промедлила, прежде чем подняла ему навстречу деревянное лезвие. Костя в молниеносном выпаде просто обогнул её, мгновенно оказался позади и ласково хлопнул ладонью пониже спины.

– Один!

Толпа смолкла, ошеломлённо переваривая увиденное.

Хмуро хмыкнул только комендант, да сердито цвыркнул на камни плевок его старшенький. Опытным воинам было понятно без слов, окажись в руках парня кинжал, за жизнь Хо не стоило ставить даже медяк.

А сама Хо, не ожидавшая такого поворота, страшно разозлилась. Стремительно развернулась, сжала побелевшие от ярости губы и попыталась достать Стана в широком, боевом замахе.

Хороший удар, одобрительно хмыкнул он, подныривая под её руку и снова оказываясь за спиной. На этот раз шлепок вышел больше похожим на поглаживание – так быстро среагировала соперница.

– Два, – отскакивая, серьёзно сообщил парень.

Хотя при виде обиженно закушенных губок девушки очень хотелось заржать.

Теперь Хо не торопилась, и Костя снова мысленно похвалил соперницу. Быстро учится.

Она осторожно кружила вокруг парня, начиная понимать, как важно не прозевать его выпад.

И всё же прозевала. Простейшее обманное движение – и девчонка тигром ринулась в ту сторону, где Стана уже не было.

– Три! – На этот раз парень не церемонился, хлопнул посильнее, пусть не думает, что он такой уж слюнтяй.

И в тот же миг виски сдавило чёткое ощущение случившейся беды. Такое же острое, как предчувствие нападения неизвестного монстра там, на болоте, и Костя сразу и безоговорочно в него поверил. И поскольку сам он был совершенно невредим и ничто особо серьёзное ему сейчас не угрожало, парню сразу припомнились единственные в этом мире существа, чьё благополучие его волновало. Хотя они даже близко не были людьми.

Одним прыжком уйдя от ответного выпада взбешённой Хо, Костя метнулся прочь и сломя голову помчался в сторону своей каморки, отстранённо усмехнувшись очевидному факту. Врагов и в этом мире он почему-то умудряется наживать гораздо быстрее, чем друзей.

Вслед ему что-то язвительно кричали и свистели зрители, хлопали в ладоши, как убегающему зайцу, но парень уже не слышал. Переключил все чувства – слух, зрение, внимание и даже обоняние – на то, чтобы как можно скорее выяснить, какая именно беда стряслась возле пристроенных к стене складов. Там, где находится его новое жильё.

Однако, едва вывернув из-за угла и рассмотрев сарайчик, откуда ушёл всего полчаса назад, Стан тихо и яростно ругнулся.

Он всё-таки опоздал. Дверь в каморку оказалась распахнутой, а к уходящей на стену узкой, безо всяких перил и поручней, каменной лестнице торопливо бежали трое мужчин. И двоих из них он уже встречал – это были пойманные им бандиты. За плечами у одного висел сразу привлёкший внимание парня мешок, и Костя знал только одну ценность, ради которой бандиты стали бы распутывать его узелки.

При первом же взгляде на этот подозрительно неподвижный узел разум выдал страшное, но единственное разумное объяснение: бандиты успели что-то сделать с малышами. А память вмиг подбросила яркое, не тускнеющее с годами воспоминание: лежащее на мальчишеских ладонях неподвижное тельце с обвисшим хвостиком, страшная дорожка из алых капель… и скулы знакомо стянула горьковатая оскомина.

Не догнать. Нипочём ему их не догнать, а раз бегут не к воротам, а на стену, значит, именно там у них заготовлено что-то припасённое для побега. Может, портал, если они тут есть, или вертолёт, или ездовой дракон… а может, и просто верёвочная лестница, разве это так важно?

Главное – нельзя позволить бандитам добраться до этого места.

Стан пошарил взглядом, оценивая на бегу валяющиеся возле стены предметы, обломки каких-то вещей, камни… попробовал представить, как он поднимает и бросает хоть самый небольшой…

Нет. Не докинуть ему сейчас даже самого маленького, под рёбрами уже колет, а во рту появилась неприятная, сладковатая сухость.

Первый из бандитов уже добежал до стены и, не медля ни секунды, ловко полез по узким и высоким каменным ступенькам наверх. Глядя, как здорово это у него получается, Стан отчётливо понял: лезет тут мужик далеко не в первый раз.

В боку кольнуло ещё сильнее, и парень невольно сбавил шаг, осознавая все чётче – догнать воришек такими темпами совершенно нереально. И значит, эта троица всё же уйдёт и унесёт с собой так приглянувшихся ему малышей.

Первый из убегающих, достигший почти середины подъёма, оглянулся и обнаружил погоню. Прикрикнул на подельников, приказывая пошевеливаться, но тут же заметил, что догоняющего их парня буквально качает. Усмехнулся как-то особо мерзко, сделал рукой пренебрежительный взмах, словно отгоняя надоедливое насекомое, и отпустил короткое и незнакомое, но явно матерное словцо.

Жгучая ненависть, помноженная на обиду и боль, вспыхнула в груди Стана жаркой, удушливой волной, заставляя неистово пожелать, чтобы этот мерзавец сорвался со ступеней, покатился вниз и переломал себе все ребра.

Костя не поверил собственным глазам, когда бандит схватился за виски, побледнел и пошатнулся. Лезшие сзади подельники вверх не смотрели, высота ступенек к этому не располагала. И потому внезапно обрушившийся на них сверху сообщник сначала сбил идущего следом, а уж после они дружно смели со ступеней последнего.

Вот он шанс – сразу понял Стан и ринулся вперёд с удвоенной силой. Второе дыхание что ли проснулось? Или тревога за малышей, которых эти уроды раздавят и не заметят?!

Он успел добежать до бандитов как раз в тот момент, когда свалившаяся сверху куча начала с руганью и стонами расползаться. И тут уж не пожалел ни болевых приёмов, ни тех, запретных, которым учитель научил на самый-самый крайний случай.

К тому моменту, как подоспела подмога, землянин успел сорвать со спины бандита подозрительный мешок и отскочить с ним в сторону. И пока воины хватали и связывали бандитов, Костя, едва не рыча от отчаяния, распутывал небрежный узел.

– Кто это такой?! – В прозвучавшем совсем рядом уже немного знакомом голосе коменданта звенела едва сдерживаемая ярость.

Парень даже голову невольно на секунду приподнял, так ощутимы были расслышанные им в этом голосе эмоции. Но заметил, как протянутая рука коменданта показывает на неподвижного главаря, и тут же потерял к происходящему интерес. Вялые, почему-то сыроватые тельца котят волновали его сейчас намного сильнее.

Как бы узнать, что с ними сделали бандиты? А чего он себе мозги парит, просто спросить и все дела!

– Новенький. Прибыл с пополнением луну назад, по своей воле, – виновато лепетал командир стражи, – вёл себя хорошо, приказы исполнял, ни от какой работы не отрекался…

Манг запнулся на полуслове, рассмотрев лицо худосочного парнишки, решительно шагнувшего к Быку, которого двое воинов как раз подняли на ноги, чтобы подвести к коменданту.

– Мне сломать тебе руку? – Что-то страшное прозвучало в почти приветливом вопросе, заданном чужаком, изъяснявшимся с необычным акцентом, – или сам скажешь, какую дрянь вы вылили на котят?!

– Я не знаю, – не успел мстительно процедить Бык, как взвизгнул совершенно по-бабьи и рухнул на колени, извиваясь от боли.

– Последний раз спрашиваю!

Все вокруг замерли, срочно переоценивая уже сложившееся мнение о незнакомце. Молниеносный выпад заметили немногие, но почти никто не понял, чем ударил бандита иномирянин.

– Не знаю!

Паренёк медленно и как-то лениво протянул руку к бандиту, и тот сразу сдался. С неожиданной для связанного человека прытью пополз назад, извиваясь, всхлипывая и выкрикивая, что это главарь поливал, а они такого снадобья не знают.

– Успокойся, я знаю, чем поливают маленьких мангуров, – тем примирительным тоном, каким доктора разговаривают с психами, сказал комендант, насмешив Костю своей предосторожностью.

– А я спокоен, – почти весело взглянул он в глаза местного босса. – Так чем?

– Настойкой кирьян-травы. Она не ядовита, зверей можно просто ополоснуть. – Комендант словно не заметил в глазах парня вызова.

– Где полоскать? – Стану хотелось сделать это немедленно.

– Манг, покажите ему кухню и выдайте всё необходимое. – Голос коменданта снова звучал холодно и повелительно.

– Пелмо, – хмуро приказал Манг, – исполняй.

Костя развернулся и успел сделать несколько шагов к развязанному мешку, как вдруг почувствовал, что голова начинает кружиться, а окружающее расплывается в тумане.

Он ещё успел присесть, хорошо помня из практики, насколько дальше и опаснее падать высоким людям, как вырубился напрочь.

Глава 3

Стан

– Держите его, – бормотал чей-то мягкий обеспокоенный голос, – я ещё жить хочу!

– Ну и живи себе, кому ты нужен, – поторопился открыть глаза Костя и сразу понял, что пробыл в отключке не пару минут, а много больше.

Он лежал в незнакомой комнате на низкой деревянной лежанке, накрытой шкурами, и шкуры эти были совершенно иного качества, чем те, какие выдал ему Манг. Рядом на скамеечке сидел мужчина лет сорока в повязанной по-пиратски бандане, но с чисто выбритым лицом.

В руке незнакомец держал фарфоровую мисочку и металлическую, довольно изящную, ложку. Рядом с ним переминались с ноги на ногу двое странно низкорослых слуг.

– Может, в таком случае сам выпьешь зелье?

– Никогда, – усмехнулся Костя, отметив про себя, что за время обморока его речь стала ещё увереннее. – Мне мама настрого запретила пить самопальные препараты. Лучше дай попить и поесть, а то переночевать негде.

Последние слова он сказал просто ради шутки, продолжая просьбу о еде, но глаза местного эскулапа стали почти квадратными.

– Но ведь ты съел полную миску похлёбки! Манг сказал… – возмутился любитель бандан, а секунду спустя осторожно осведомился: – А что такое «самопальные»?

– Те, которые ты сам варишь, – великодушно пояснил Стан и вздохнул. – Ну, раз нет супа, дай хоть чаю. Лучше с хлебом. И ещё… – Сделав вид, будто лишь сейчас вспомнил произошедшее, парень осторожно поинтересовался: – Ты не знаешь, где мои котята?

– Тут, – скосив глаза на стоящую на полу корзину, облегчённо сообщил лекарь, видимо, всерьёз боялся, как бы пациент про них не забыл.

– Так чего же ты мне мозги паришь, давай их сюда, их мыть нужно! – Парень резко сел и, не обращая внимания на слегка закружившуюся голову, осуждающе уставился на аборигена.

– Их помыли, – обиделся знахарь, – прямо в корзине.

– Ну вы и звери, – возмутился Костя и, прислушиваясь к своему состоянию, опасливо поднялся с лежанки.

Зря волновался: странная тошнота пропала бесследно, только голод снова сосал под ложечкой. Костя смелее шагнул к корзине, заглянул внутрь.

Котята вяло шевелились под сырой тряпицей, на пол из-под корзины натекла холодная лужа.

– Скажи, пусть несут тазик, тёплую воду и полотенца, – осторожно доставая первого малыша, скомандовал Стан, – да побыстрее!

По-видимому, босс настрого приказал аборигенам слушать его приказы, порадовался парень, когда коротышки резво ринулись за требуемым. И про чай не забыли. Вот только был он непривычным, с молоком и запахом меда, да и заварка вряд ли выросла на плантациях Индии. Зато к чаю был плоский пирожок с мясом, немного похожий на чебурек.

Пирожок Костя умял за полминуты, следом, решив не привередничать, проглотил полкружки чая – странный обморок напугал его почти до дрожи.

Затем потрогал пальцем воду в тазике и принялся купать спасённых зверят. Мыл тщательно, обязательно заставляя помощников ополаскивать каждого котёнка из ковшика. Потом так же тщательно вытирал и заворачивал в сухую ткань.

Лекарь никуда не ушёл, только отодвинул подальше свою скамейку и внимательно следил за действиями чужака.

Наконец котята были вымыты и уложены рядком на лежанке, а сверху ещё и прикрыты мягкой шкуркой.

Поварята подтёрли пол и утопали, забрав таз и корзину, на прощанье уважительно предложив принести ещё молока. Отказываться парень не стал: неизвестно, когда тут обед или ужин.

– А как вам молоко? – Глядя на котят, Костя на миг задумался и, получив моментально принесённую поварятами кружку, решительно сунул в неё палец.

Молоко пошло чуть хуже, чем суп, однако Костя проявил настойчивость. А докормив питомцев и обернувшись, обнаружил, что лекарь исчез.

– Ну и катись, – беззлобно фыркнул парень и, отодвинув котят к стенке, прилёг с краю лежанки.

После еды стало как-то тепло и уютно, и идти никуда не хотелось, хотя разумом Костя понимал – идти всё же придётся. Судьба или проклятый трельяж забросили его куда-то к чертям на кулички, и это не особенно расстраивало парня. Он уже успел смириться с непреложным фактом и даже составить для себя приблизительный план. И первыми в этом плане были две главные задачи – выжить и разузнать поподробнее о возможности вернуться: судя по тому, какие вопросы задавал босс, такие попаданцы, как Костя, тут вовсе не диковинка.

А вот выяснив досконально цену вопроса, можно будет всерьёз думать, как поступить: возвращаться назад или устраиваться тут.

Дверь тихо скрипнула, и на пороге появился лекарь.

– Господин комендант приказывает тебе прийти к нему в кабинет. – Тон аборигена показался Косте слишком воинственным, но спорить он не собирался.

Значит, так положено в этом мире, и кто он такой, чтобы качать права?!

Безропотно поднялся с лежанки, поправил шкуру на уснувших котятах. И уже прикрывая за собой двери, забеспокоился, а ну как снова объявятся бандиты?!

– Как тут запирается?

Лекарь, обернувшийся на звук голоса, смотрел с откровенным недоумением.

– Я тебя спрашиваю, как запереть дверь, чтоб никто не зашёл?

– Сюда никто не сможет войти! – гордо вздёрнул подбородок лекарь.

– Мне стражник возле кладовки то же самое говорил, – не сдался Костя. – Тогда я лучше котят с собой возьму.

– Погоди. – Лекарь дёрнул за свисавший со стены шнур, и в коридоре вскоре затопали чьи-то ноги.

– Карауль и никого не пускай, – приказал появившемуся коротышке-слуге целитель и развернулся к Косте спиной.

– И учти, если я обнаружу в комнате чужих – спрашивать буду с тебя! – сверкнув зубами, грозно припугнул караульщика странный парнишка и помчался за лекарем.

– Никто не войдёт, – невозмутимо пробурчал слуга, по-турецки усаживаясь перед дверью, – во всем доме не найдешь ни одного безумца, лезть в комнату к мангурам!

Лекарь в кабинет коменданта не пошёл, открыл Косте дверь и демонстративно захлопнул её за его спиной, словно задался целью вывести парня из себя.

Босс сидел за большим столом в тесноватой комнате и копался в каких-то бумагах. Кроме стола и кресла хозяина, в кабинете вместились пара массивных книжных шкафов и широкая лавка напротив стола.

– Садись, – не поднимая взгляда от бумаг, бросил босс, и Костя невольно хихикнул про себя.

Видел он точно такую сценку в кино, и не раз. Все начальники так себя ведут, когда желают показать свою деловитость.

Спокойно прошёл к лавке и сел ближе к окну. Судя по обилию неба за распахнутыми створками, это помещение находилось вовсе не на первом этаже, и Косте очень хотелось попытаться рассмотреть место на стене, куда так стремились бандиты.

– Где ты научился так драться? – Вопрос прозвучал внезапно, но ответил Костя не раздумывая.

– Школа каратэ и айкидо.

– Так и называется – короткое откидывание?

– У нас это звучит немного по-другому, но принцип верен, – не моргнув и глазом, подтвердил Костя, сразу сообразив, что эти названия ничего не говорят коменданту.

– И много людей там учится?

– Все, кто захочет, – небрежно пожал плечами чужак. – Вернее, у кого терпения хватает каждый день заниматься. Лично я бросил пару лет назад.

– Понимаю, – задумчиво пробормотал босс, но Костя ясно видел: ни черта он не понимает.

И вряд ли когда-нибудь поймёт, как можно отказаться от обучения такому нужному искусству. Однако объяснять ему Костя ничего не собирался: пока к нему есть вопросы – жизнь гарантирована.

– Почему ты так мало наказал Хо за грубость и бахвальство? – помолчав, задал вопрос комендант и пристально уставился в лицо гостя.

Вот он и прозвучал, тот вопрос, ради которого его сюда привели, и от честности ответа будет зависеть его будущее, понял парень. Вот только накажут или наградят – угадать заранее невозможно. Но отвечать нужно сразу, молчание сейчас вовсе не золото.

– Разве это мало? – хмуро усмехнулся Стан. – Мне показалось, ей вполне хватило.

– Значит, ты все понял… – Комендант оглянулся на дверь и понизил голос: – Но как? Я хотел сказать… чем она отличается от остальных… воинов?

– Я не знаю, насколько это заметно другим, – надеясь не спилить под собой сук, признался Костя, – но у нас в школе занималось много девушек. И хотя кимоно у всех одинаковые и стрижки тоже зачастую короткие, но девчонок через некоторое время начинаешь отличать издали. Они немного не так ходят, не так оглядываются… много всяких примет.

Не объяснять же мрачному боссу, что неусыпный интерес к девчачьим ножкам очень скоро позволил парнишке, не пользовавшемуся особым успехом у представительниц вражьего племени, отличать их со стопроцентной точностью?!

– Что такое кимоно? – Задавая вопрос, комендант думал о чём-то другом.