Право любви

© Чиркова В., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

Глава 1

Тина

Несколько минут Костик мчался, не оглядываясь и даже не вспоминая про спутников. Тем более не интересовал его вопрос, едут ли они за ним или остались возле водопада.

Просто отдался во власть бушевавшей в душе обиды и осознания чёрной несправедливости, почему-то выбравшей своей жертвой не кого-то более закалённого и умудрённого жизнью, а именно его, Костика. Тем не менее минут через двадцать, когда землянин сумел понемногу взять себя в руки и чуть успокоился, он исподтишка глянул назад и обнаружил только Зайла.

Лучник скакал на расстоянии пятнадцати метров, не приближаясь и не отставая, однако его присутствие почему-то не вызвало чувства протеста, наоборот, подействовало слегка успокаивающе. Вряд ли Тарос предупреждал насчёт опасности лишь ради желания ехать рядом, поэтому не стоит пренебрегать элементарной предосторожностью.

Постепенно Костику удалось более-менее разобраться в причинах своего странного срыва. С каждой минутой парню становилось всё понятнее, отчего рассыпалась его выдержка. Сказалось влияние случайно совпавших причин: накопившихся за последние дни отрицательных эмоций и гормонального выброса. Вот только легче от этого соображения ему отчего-то не становилось. Понятно было только одно: в ближайшие дни лучше держаться подальше от всех раздражающих негативных факторов и не позволять себе заниматься самокопанием.

Если бы он находился дома, лучшим вариантом было бы залечь на диване и весь день смотреть весёлые мультики или старые советские кинокомедии, которые так обожает его дед. А тут, посреди дороги, на панге… где даже простого тетриса нет, похоже, единственный способ отвлечься от тягостных мыслей – самому придумать какое-нибудь безобидное развлечение. Но для начала Костик мстительно намеревался дать блондинам прочувствовать всю глубину их вины. Некрасиво это, ни с того ни с сего набрасываться на больную девушку, как на дикого кота, стащившего самую большую рыбину.

Кстати, а где Жано? И не столько сам кот волновал сейчас Тину, сколько мешки с её вещами, большинство из которых было нагружено именно на того панга, где ехал мохнатый друг. Обдумывая свои проблемы с технической стороны, Костик не мог не сообразить, что в некоторых случаях юбка не такой уж никчемный элемент женского костюма.

Однако сколько он ни подглядывал из-за плеча, ни Жано, ни Тароса с Вастом на дороге видно не было, и пришлось оставить свои намерения немного сменить имидж на будущее. А ещё через час за поворотом открылось небольшое озерцо и стоящие вдоль берега бревенчатые домики, поднятые на высокие опоры. Издали деревенька казалась стайкой избушек на курьих ножках, выбравшихся из леса на водопой, и выглядела вполне миролюбиво.

Вот только Костик хорошо знал, что внешний вид бывает довольно обманчивым, к тому же успел остыть и никакого желания нарываться на неприятности не имел. Поэтому решительно придержал панга и с независимым видом уставился вдаль, ожидая, пока подъедет Зайл.

Тот приблизился почти вплотную, остановил животное, не доезжая всего полшага, и принялся так же молча рассматривать деревню. Панги, почуявшие запах рыбы, нетерпеливо топтались на месте, а их седоки сидели молча, пока, минут через пять, лучник не сообразил, что разговаривать Тина не намерена.

– Будем заезжать в деревню? – решив прервать молчание, спросил блондин бесстрастно, и Костик так же отстранённо пожал плечами.

– Можно пока заказать еду… тут в харчевне очень вкусное мясо… – осторожно предложил Зайл, и Тина кивнула величественно, как королева.

А потом дождалась, пока анлезиец первым пустит своего панга, и с безразличным выражением лица двинулась следом.

В харчевне, такой же маленькой избушке, как и все остальные, их встретила плотная хмурая женщина. Молча выслушала заказ, кивнула в сторону единственного стола и полезла по лесенке вниз, во двор. Костик хотел было по привычке спросить у Зайла, куда это она, но вовремя вспомнил, что ещё не разговаривает с телохранителями, и молча устроился возле выходящего на улицу оконца.

Хотя, если честно сказать – смотреть там было не на что. На улице никого не было: ни детей, ни стариков. Даже кур и собак Костик не заметил. Может, у аборигенов сиеста и селяне пережидают жару, валяясь где-нибудь на травке, решил было иномирянин, но почти сразу засомневался в собственных выводах. Ведь тогда и хозяйка должна отдыхать, а она перед их приходом сидела в харчевне с самым деловым видом.

Костик нахмурил лоб, что-то явно не сходилось, и вдруг сердце кольнула привычная тревога. И сразу возник ответ, не зря он столько тренировался.

– Огонь! – Парень метнулся к выходу и сразу понял бесполезность этого рывка. Толстенная, крепко сбитая из плах дверь даже не шелохнулась от его удара.

Дымом пахло пока еле ощутимо, но ОБЖ Костику не зря преподавали. Огонь всегда разгорается медленно, а вот потушить его трудно. Парень бросился к маленькому окошку, подергал толстую, в руку, перекладину. Если ее выбить, то, возможно, он сможет вылезти. Только нужно немного подрезать плаху сверху и снизу, чтобы не сломалась посредине, тогда они прокопаются очень долго. Костик тут же выложил этот план лучнику и, стараясь не замечать ползущих из щелей пола сизых струек дыма, двинулся по избе, в поисках новых идей.

– Проклятье… – растерянно бормотал Зайл, начиная торопливо подрубать перекладину кинжалом, – с ума они сошли, что ли? Всегда спокойно тут было… я не первый раз еду… к ночи должны были добраться до Гатирской крепости. Там служит трое наших… мы иногда встречались.

– Где Васт и Тарос? – оборвал его объяснения Костик, не время сейчас удивляться и делиться воспоминаниями.

– Они поехали другой дорогой… – Зайл побледнел. – Ты свернула на ту, которая длиннее, а они едут по короткой.

– А почему ты не встревожился, когда не встретил их тут? – сразу сделал вывод землянин. – Колись! Значит, их тут и не должно было быть, так?!

– Ты на Тароса обиделась… – замялся Зайл. – Они решили до вечера тебе на глаза не попадаться, пока не успокоишься.

– И когда только успели… изобрести такой хитроумный план! – ехидно фыркнул Костик и сразу забыл про соратников.

Глупо рассуждать о том, чего изменить не можешь. А вот понять, почему охотники решили сжечь их заживо, было бы неплохо… Если ради денег или пангов, может, удастся договориться. Вряд ли она ушла далеко, эта тетка.

– Что-то не сходится… – Похоже, Зайл никак не мог поверить, что на них, воинов харифа, напали какие-то крестьяне. – Их же Пруганд потом всей кучей утопит в этом озере!

– А откуда он узнает? – Костик успел найти в дальнем углу комнатки люк на чердак, хитро замаскированный рядками сушёной рыбы, и теперь сдирал ее, стараясь добраться до защёлки.

Резкая боль кольнула бок, именно в том месте, где носил в потайном кармашке свой амулет Зайл, и Тина невольно обернулась. Лучник уже не рубил планку, а прятался за стеной, зажимая левой рукой правое запястье, и сквозь его пальцы сочилась кровь.

– Черт! Чем они тебя? – ринулась к спутнику девушка.

– Стрела… кабанья.

Самая крепкая стрела с длинным и зазубренным наконечником, называемая тут кабаньей, валялась рядом, выдернутая недрогнувшей рукой воина вместе с мясом.

– Давай подлечу…

– Не нужно, береги силы… – отстранился Зайл и, видя, что девчонка упорно двигается к нему с куском полотна, прихваченного с полки, нехотя признался: – У нас регенерация немного лучше, чем у людей.

– Конспираторы, – обиженно буркнула Тина и вздрогнула, в избушке вдруг почему-то стало почти темно.

Бросилась к окну и упёрлась руками в нечто тёплое и мохнатое. Сначала чуть не взвизгнула, но почти сразу догадалась: кто-то заткнул окна снаружи тюками шерсти.

– Сволочи… – выдохнул Костик и понял, если они сейчас не выберутся на чердак, шансов на спасение не останется. – Иди сюда, помоги мне открыть люк…

Зайл доверчиво шагнул к девушке, и она мгновенно вцепилась в его больное запястье. Анлезиец сдавленно застонал от внезапной острой боли, но Тина не обращала на это никакого внимания. Торопливо, но уверенно вливала энергию, сращивала сухожилия и сосуды.

– Не обижайся… но если у тебя не будет сил, нам отсюда не выбраться.

Лучник спорить не стал, да и без толку, дело уже сделано. Пробрался в угол, врезал по люку концом скамьи и довольно хмыкнул, услышав резкий хруст.

– Ты хорошо видишь в темноте? – глядя на слабо освещённый прямоугольник люка, отстранённо поинтересовалась Тина. – Где-то около стола мой мешок… там дейнэ и лук.

Зайл молча скользнул по избушке, собрал принесённые с собой мешки с самым ценным и встал рядом.

– Подсади, – скорее приказал, чем попросил, Костик и тут же почувствовал, как его легко оторвали от пола и подняли к потолку сильные руки.

– Вот жулики, – весело восхитился парень, влезая на чердак. Ведь если бы не этот случай, он ещё долго бы не узнал ни про ускоренную регенерацию блондинов, ни о способности видеть в темноте, ни о необычайной силе.

А может, и вообще никогда бы не догадался, как не догадываются все те, кто служит рядом с анлезийцами не по одному году.

Высокий чердак был забит связками вяленой рыбы и растяжками с сохнущими шкурками, а в углах лежали стопками уже высохшие меха, пересыпанные душистыми травами и приготовленные к ярмарке. И как им только не жалко своего добра, мелькнула злая мысль и тут же вернулась, зацепила, засела занозой.

– Зайл, – проверяя свою идею, поинтересовался Костик у телохранителя, – а тебе не кажется странным, что эти грабители подожгли дом вместе со всем своим добром? И вместе с самыми ценными нашими вещами, она же видела принёсенные нами мешки?!

– Кажется, – сразу согласился блондин, – но может… им так хорошо заплатили?

– Ты думаешь? – едко фыркнул Костик. – Значит, ты плохо знаешь крестьян. Сжечь такую кучу добра, если у них было сколько угодно времени, чтобы утащить всё мало-мальски ценное подальше?! А может…

Тина вернулась к люку, который Зайл успел закрыть поломанной крышкой и завалить шкурами, и начала всё раскидывать в стороны.

– Зачем ты открываешь? Так огонь дольше не доберётся… – Зайл не договорил, девушка уже решительно шлепнулась на живот и свесила голову в дыру. – Тина!

– Знаешь… если эту гадость придумали Тарос с Вастом, чтобы меня припугнуть, – задумчиво сообщил Костик, поднимаясь и возвращая на место и крышку, и шкуры, – то вам придётся везти дальше не меня, а новость о том, что я сгорела.

– Как ты могла подумать? – охнул Зайл. – Да они наоборот… едва не поубивали друг друга… мы ведь все почувствовали твою боль… вон от той стрелы и то было меньше…

– Посмотрим, – пока не сдавался Костик, хотя ему очень хотелось поверить, что спутники тут ни при чём, – значит, селяне сами такие хитрые. В том дыму ясно чувствуется сладковатый запах, какая-то травка вроде мака. Выходит, нас просто усыпляют. Но мы не будем ждать, пока дым доберётся досюда… у тебя есть кресало?

– Что ты задумала?

– Раз ты говоришь, что Васт с племянником не хотят показаться мне на глаза, значит, они где-то недалеко… так?

– Должны были ждать на верхней дороге, там есть такая горочка… хорошо видно деревню и тропу на Гатир.

– Тогда зажигай. – Тина уже собрала порядочную кучку сухого мусора и отнесла на стопку шкур, положенных рядом с маленьким слуховым окошком, через которое она едва смогла бы просунуть голову и плечи.

Всё остальное точно бы застряло. Но поскольку, помня о стрелках с кабаньими стрелами, девушка никуда не собиралась совать голову, величина окошка её ничуть не волновала.

– Мы не сделаем хуже? – Зайл еще сомневался, но искры на мусор уже выбил.

– Хуже быть уже не может. Эти идиоты… в смысле, твои друзья, точно уверены, что я капризничаю, и потому будут упорно сидеть там дотемна. Мы с тобой за это время уже уснём… хорошо, если не навсегда. А мне такой вариант событий как-то не нравится. Значит, нам нужно, чтобы они заволновались и приехали. Как думаешь, каким должен быть столб дыма, чтобы в голове этих козлов родились сомнения?

Тина каким-то черепком разгребла разгоревшийся мусор по пересохшей шкурке и поморщилась от едкого дымка: ну и вонь.

– Ты зря считаешь их дураками, – обиделся Зайл, помогая собирать мусор и умело добавлять в костерок. – Васт, между прочим, лучше всех учился… там, на Анлезии.

– Вот и ты не понял! Васт все время говорит: Тина, ты не такая! Но как только что-то случается, начинает обращаться со мной именно так, как обращался бы с самой обычной местной девицей! Скажешь, нет?!

– Ты права, – вздохнул Зайл, – но сейчас тут будет нечем дышать.

– Нифика, – Тина уже тащила несколько связок сухих заячьих шкурок, – забрось вот это на крышу. Молодец. А теперь постарайся попасть туда же этим костром.

Она завернула края горящей шкуры и кивнула на неё Зайлу, пусть проявит свои особые способности. И анлезиец не подвел. Сначала опустил пониже на глаза бандану, потом, несмотря на исходящий от дымившей шкуры жар, стянул края шнурком, перехватил поудобнее, просунул в оконце и забросил на крышу.

– А теперь иди сюда. – Тина привычно прикрыла глаза и пробежала пальцами по лицу и рукам телохранителя, снимая ожоги и убирая боль.

– Спасибо… твои руки – это чудо.

– Не за что. Вот если, увидев такой дым, твой мудрый Васт решит, будто это мы жарим шашлык, то помочь нам не сможет никакое чудо.

– Особенно если прогорит кровля и все это свалится сюда. – Блондин бдительно прислушивался, пытаясь расслышать над головой первое потрескивание.

– Да, тогда уж совсем плохо будет. Но мы часто в детстве жгли костры… и я точно знаю, если самые толстые ветки положить вниз, то они долго не разгорятся. А тут все сделано из толстых плах, и крыша тоже, даже непонятно, зачем такая крепость.

– Как раз это я могу объяснить, – фыркнул Зайл, – селяне делают так от лени. В этих местах проще всего строить из молодых побегов саива. Они легко поддаются обработке, но только свежесрубленные. Вот их и отёсывают прямо на месте…

Лучник насторожился и смолк, Тина тоже напряжённо пыталась поймать звуки голосов или какие-нибудь стуки. Не могли же аборигены не заметить её костёр и, естественно, не разволноваться.

А – как следствие – не попытаться спасти свой дом и имущество. Значит, попробуют как-то затушить… и вот тут у них проблемы. Доплеснуть водой до крыши стоящего на высоких сваях дома невозможно, туда и багром не так-то просто достать.

Судя по шороху и стуку возле одной из стен, той, на которую опирался скат крыши, хозяева нашли где-то лестницу и собирались расправиться с разожжённым пленниками костром. Для попавших в западню путников это было подписанием приговора, но помешать тем, кто, уже не таясь, топал по крыше, не оставалось никакой возможности.

Или… она все-таки была?!

Тина метнулась к тому месту, где шаги стихли, и, закрыв глаза, приложила к дереву ладони. Слабый отзвук чужого тела нашёлся не сразу, порождая этой неудачей невольный всплеск паники. Неужели не получится один из тех фокусов, каким тайно учила ее моряна? Тогда эти опыты казались забавой, прихотями, которыми они занимаются просто так, ради выяснения возможностей иномирянина.

А вот теперь вдруг пришло чёткое понимание истинных намерений правительницы морян. Просто она намного лучше знала реалии этого мира, чем показывала окружающим, и не хотела до времени расстраивать ученицу. Давала ей, как сказали бы в родном мире, время на адаптацию.

Как ни странно, отчаяние принесло положительный результат, возникла довольно крепкая связь с аурой неизвестного, гуляющего у них над головой. Оказывается, он стоял немного не на том месте, где Тина приложила ладони, и целительница немедленно исправила свою ошибку, передвинув руки в его сторону. И сразу же на миг скрутила потоком своей энергии несколько нервных волокон в позвоночнике верхолаза, точно зная, какое возмездие ждет на этот раз её невидимого пациента. Такое действие обычно вызывало приступ острой боли, парализующей мышцы, и тренировалась Тина до этого только на некрупных хищных рыбах, которых ловили тхиппы.

Истошный вой, грохот и визг, закончившийся где-то далеко внизу, возвестили об удаче эксперимента, и Костик перевёл дух. Несколько минут было тихо, и только потрескивание шкур на крыше да все усиливающийся запах гари возвещали о том, что новых вылазок аборигены пока больше не предпринимают.

А потом неподалёку послышались крики, звуки борьбы, взволнованные и злые голоса блондинов. А чуть позже Тина расслышала грозное кошачье рычанье и поняла, что её план удался. И только в этот момент девушка почувствовала неприятную боль в животе и пояснице и вспомнила про свои проблемы. Отошла в сторонку и в ожидании, пока их найдут, обессиленно опустилась на стопку шкур.

– Тебе плохо? – Зайл присел рядом на корточки. – Может, выпьешь снадобье?

– Оно в сундучке, на панге, – проговорила Тина, не вдаваясь в подробные объяснения, – а мне и правда нехорошо… но скорее морально. Думаю, Гиппократ меня сейчас проклял бы.

– Кто такой Гоппократ? – не понял Зайл, но ответить Тина не успела.

Раздался громкий треск, и в той стене, где было оконце, возникло широкое отверстие. Как оказалось, окно было прорезано в дверце, закрывающейся так плотно, что не оставалось никаких щелей. Зайл инстинктивно обернулся, не удержался на ногах и почти свалился на Тину, девушка едва успела в последний момент удержать его за плечи.

– Тина?! – Встревоженный голос показавшегося в проеме Тароса буквально через мгновение превратился в презрительное змеиное шипение. – Приятно видеть, что ты не скучаешь.

Зайл вскинулся было что-то объяснить, но его губы тут же накрыла пахнущая дымом ладошка иномирянки.

– Если начнёшь оправдываться – ты мне враг, – раздался прямо возле уха блондина девичий шёпот, и он скрепя сердце захлопнул рот.

– Не буду.

Потом легко, одним движением поднялся на ноги и протянул Тине руку:

– Идем.

По лестнице Зайл снес её сам, крепко держа на руках, но, едва оказавшись на земле, девушка вывернулась и ринулась к пангам, сгрудившимся возле кормушки с рыбой. Первым делом разыскала в мешках самую тёмную и пышную из простых юбок и немедленно натянула, потом достала пузырьки с зельями и тщательно отмерила три капли. Развела, проглотила и тяжко вздохнула, ждать, когда зелье подействует, нужно было не менее получаса.

Решив, что за это время она как раз успеет выяснить подробности спасательной операции, Тина круто повернулась к спутникам. Разумеется, она заметила, как торопливо отвели потрясённо-недоверчивые взгляды спасатели, но особого значения им не придала. Как и оскорблённо поджатым губам Зайла, державшегося поодаль от друзей.

В этот миг девушку больше всего интересовало состояние здоровья того человека, которого она уронила с крыши, и объяснения женщины, пытавшейся их усыпить.

Из кустов выскочил взъерошенный Жано, бросился к Тине и принялся усиленно тереться об ее подол, едва не сбивая новую хозяйку с ног. Вся его хитрющая морда выражала нежную любовь и неподдельное раскаяние, и Костик не выдержал. Уселся на примкнувшую к сараюшке широкую и довольно высокую скамью, ласково потрепал по голове немедленно оказавшегося рядом кота. Ну чего с ним поделаешь, если он такой гулеван? А потом обернулся к спасителям и прокурорским тоном поинтересовался:

– Ну, и где пленные? Не всех покрошили?

Вообще-то он очень надеялся на отсутствие жертв, но отлично понимал, что несколько минут назад спутникам было вовсе не до жалости.

– Можно… мы дом потушим? – осмелев, выполз откуда-то из бурьяна довольно молодой абориген с окровавленным лицом и уставился на Васта тоскливым взглядом.

– Тушите, – великодушно разрешил Костик и, заметив, как парень вопросительно косит взглядом в сторону лучников, недовольно рявкнул: – Я вам разрешаю.

Васт промолчал, высокомерно задрав нос, Тарос недовольно отвернулся, а Зайл, оглянувшись на друзей, вдруг подошёл к скамье и сел на свободное место рядом с девушкой.

– Ну, чего сомневаетесь? Тушите, раз принцесса разрешила!

Из-за дома побежали аборигены, потащили лестницы. Одни сбрасывали с крыши тлеющие шкуры, другие подтаскивали бадейки с водой. Постепенно становилось ясно, что большой беды удалось избежать, доски кровли лишь слегка обуглились.

Кто-то горько рыдал в соседней сараюшке, и Костик сразу сообразил кто. Та тётка, которая так и не принесла им обед.

– Скажи ей, пусть идет сюда, – устало буркнул он Зайлу, припоминая, как совсем недавно собирался держаться в дороге за спинами мужчин, изображая из себя скромную аборигенку.

Но не его же вина, что это не получается?!

Команду лучника женщина выполнила хоть и неохотно, но беспрекословно. Приползла на коленках и, не решаясь подняться во весь рост, бухнулась головой в ноги.

– Допрашивай. – Кивнув Зайлу, девушка откинулась на стенку сарая и приготовилась слушать.

– Можно я? – Васт подошел неслышно и теперь стоял, глядя мимо Тины.

– Спрашивай ты, – оглянувшись на утвердительно кивнувшую Тину, сухо согласился Зайл.

Женщина говорила невнятно, то и дело сбиваясь на рыдания, но Васт сумел довольно быстро вытащить из неё самое главное.

Ещё два дня назад в деревеньку приехал очень важный на вид господин. Не один – с ним было четверо хорошо вооруженных воинов. Гость рассказал старосте, будто его дочь сбежала с красавчиком-анлезийцем и вскоре они проедут через эту деревню. Все это, конечно, никого не удивило, многие девушки не прочь бежать хоть на край света, если их позовет синеглазый блондин, но гость был чрезвычайно настойчив. И пообещал нанять людей, которым ничего не стоит спалить эту деревушку дотла, если селяне не помогут ему вернуть девчонку. А денег у него хватит. Староста отпирался как мог, но, когда двое воинов схватили его собственную дочку и потащили в сарай, поневоле сдался.

Аборигенам даже план измышлять не пришлось, гости уже всё продумали заранее. Даже трубу с собой привезли, и местным жителям осталось только проделать в нижнем настиле дыру, чтобы дым шел в узенький промежуток между ним и чистым полом. А поскольку щелей в полу было более чем достаточно, беспокоиться о том, что жертвам удастся их чем-нибудь заткнуть, не приходилось. Исполнительницей коварного плана назначили хозяйку харчевни, а она и отказаться не могла, слишком зависела от старосты и охотников, поставлявших ей мясо и рыбу. Её собственный муж утонул несколько лет назад.

– Анлезийца, пангов и вещи оставишь себе, – увещевал вдову староста, – нам вытащишь только ослушницу. А за работу еще и денег получишь, сможешь открыть лавку где-нибудь в городке, зачем тебе сидеть в глуши?!

– Где вы должны были встретиться с этим «отцом»? – больше всего интересовало Васта, но вдова этого не знала.

Об этом, как и о многом другом, договаривался староста, а он сегодня еще спозаранку отправился вместе с семьёй на заготовку ягод.

Костик ехидно фыркнул, услышав это наивное заявление, судя по всему, староста отнюдь не дурак и находится сейчас уже где-нибудь очень далеко. Если, конечно, заказчик не просчитал такой вариант заранее.

– Можно попробовать его отыскать. – Помрачневший Васт думал точно так же, как и Костик. – Но вряд ли он много знает о заказчиках. И даже если мы поймаем старосту, купца уже не найти. Хитрый гад, не ожидал я, что на нас начнут охотиться так рано.

Как интересно, приподнял бровь Костик, оказывается анлезиец даже не сомневался, что за ними будут охотиться?! А почему в таком случае ему ничего не сказали? Верные своей привычке решать всё единолично умные мужчины не захотели лишать покоя глупую девчонку?! Тихо, дорогая, тихо, заметив, что начинает закипать, принялся уговаривать себя Костик, сейчас подействует снадобье, и тебе станет глубоко фиолетово на их интриги. А чуть позже ты отомстишь, преподнеся этим козлам небольшой сюрприз… и вот его-то они точно не ожидают.

Глава 2

Тина

Обедать в деревне путники не стали, набрали еды в первом попавшемся зажиточном доме, в отместку за подлость селян не заплатив ни монетки.

Тина шепнула Зайлу, упорно державшемуся рядом с ней, что хочет фруктов, и лучник немедленно обшарил все кладовые хозяев. В результате в руках девушки оказалась корзинка с отборнейшими яблоками, грушами и местными персиками непривычного вишнёвого цвета, и она немедленно приступила к их уничтожению.

Васт и Тарос снова ехали впереди и даже не оглядывались на Тину, но она начала догадываться, что полукровки и слышат лучше людей, и потому упорно не заговаривала с едущим бок о бок Зайлом. Да он и сам не рвался с ней поговорить, мрачно сопел и трагически сдвигал чётко прорисованные золотистые брови.